криминал - электронная библиотека
Переход на главную
Рубрика: криминал

Чернецов Константин  -  Крым бандитский


Переход на страницу:  [1] [2] [3] [4]

Страница:  [4]



   ПЕРВЫЕ ЛЮДИ НА КРЮЧКЕ У ЗАКОНА

   Найдя одну бомбу в здании  горсовета,  правоохранительные  органы  не
преминули обнаружить и другую, не менее взрывоопасную. Ею оказалась сама
деятельность представителей ялтинской верхушки.
   По словам начальника ГУМВД Украины в Крыму Геннадия Москаля, версия о
влиянии мафии на жизнь Ялты подтвердилась в рамках возбужденных  уголов-
ных дел, которых на сегодняшний день более чем достаточно.
   В начале марта возбуждено уголовное дело в отношении бывшего мэра Ял-
ты господина Дискина, который отправил группу коллег в Лондон за выбива-
нием кредитов. Ничего предосудительного в этом, казалось бы,  нет,  если
бы поездка членов делегации не оплачивалась из Фонда госимущества и если
бы Фонд не понес ущерба в размере 20 тысяч  гривен  (примерно  10  тысяч
долларов).
   Уголовное дело было возбуждено и в отношении заместителя председателя
Ялтинского горисполкома господина Шевчука, составлены протоколы  о  кор-
рупции в отношении двух других заместителей - В. Мамыкина и Г.  Капкано-
ва, главного бухгалтера Управления капитального строительства Ялтинского
горисполкома Л. Степонавичене.
   Точка зрения главного милиционера Крыма была недвусмысленно высказана
на пресс-конференции, состоявшейся 12 марта 1998 года в здании  Главного
управления МВД Украины в Крыму: "Глядя на ситуацию с  юридической  точки
зрения, понятно, что люди отстаивали свои личные интересы, а не интересы
Ялты и государства. Все мы помним, что вышел указ президента  Украины  о
временном назначении городского головы, но вместо того, чтобы  выполнять
этот указ, была организована целая кампания провокаций. Их  организаторы
преследовали цель сокрытия доказательств, так как в случае проверки  до-
кументации вскрылись бы многочисленные нарушения. И если была  организо-
вана такая мощная защита - значит, было Что защищать".
   В столь ревностно обороняемых  кабинетах  теперь  недосчитываются  не
только важнейших документов, но и некоторых их хозяев.
   Так,  секретарь  ялтинского  горсовета  Александр  Калюсь  официально
объявлен в розыск. Он обвиняется в злоупотреблении служебным  положением
и хищении денежных средств во время его  председательствования  в  Фонде
госимущества города Ялты.
   Помимо этого, возбуждено еще одно уголовное дело по  факту  уклонения
от уплаты налогов должностными лицами ялтинского Фонда  госимущества,  в
число которых, естественно, входит и бывший секретарь горсовета.
   Несмотря на официальные обращения и заявления правоохранительных  ор-
ганов, господин Калюсь пока не спешит обнаружить  свое  местонахождение.
Еще 18 марта 1998 года прокуратура АРК выдала санкцию на его арест,  од-
нако, где он находится, до сих пор не известно.
   Следующий виток раскручивающейся со стремительной  скоростью  спирали
захлестнул лиц, стоящих на более высоких ступенях власти.
   Проверке подверглись объекты приватизации, где тоже не  обошлось  без
скромного участия "слуг народа".
   Самый шумный скандал разгорелся пока вокруг СП "Свенас", АО "Селена",
ЧП "Гард" и тех 20 объектов ресторанного комплекса "Селена", которые бы-
ли приватизированы без  фактической  оценки  стоимости  государственного
имущества.
   Схема проста. На базе Фонда госимущества и МЧП  "Гард"  было  создано
акционерное общество "Селена". По уставу доля государства составляла  30
процентов, доля частного капитала - 70 процентов, в  такой  пропорции  и
должна была распределяться прибыль. Однако на деле оказалось, что факти-
чески доля госимущества в проекте составила 90 процентов, а в бюджет на-
числялись все те же 30 процентов. Однако и эти деньги в  конечном  итоге
миновали "закрома родины". По письму Аркадия Демиденко, к  тому  времени
сменившего стул в исполкоме на главное правительственное  кресло,  госу-
дарственная доля была передана на развитие АО "Селена",  то  есть  опять
уходила в карман частных предпринимателей.
   В результате таких "переливаний" ущерб государства составил 3,5  мил-
лиона гривен.
   Руководил "Селеной" и "Гардом", как вы помните, Владимир Шевьев.
   Господин Шевьев встречаться с правоохранительными органами  не  поже-
лал, хотя у последних накопилось к нему значительное  количество  вопро-
сов. По первым слухам, Шевьев отсиживался в Киеве. Однако эти слухи  оп-
роверг тогдашний председатель ВС Крыма  Анатолий  Гриценко,  который  19
марта заявил, что разговаривал с депутатом  накануне  -  тот  звонил  из
Краснодара, где ухаживает за смертельно больной  сестрой.  Как  со  здо-
ровьем уважаемой дамы, пока не известно, а вот ее любящий брат вернуться
в Крым пока не торопится.
   Очередной "бомбой" стало обнародование  Центром  общественных  связей
МВД Крыма результатов акта ревизии финансово-хозяйственной  деятельности
санаторно-курортного комплекса "Россия", в частности в сфере расчетов  с
Верховным Советом Крыма за отдых отдельных депутатов.
   Напомним, что по принятому самим Верховным Советом положению,  "слуги
народа" платят 2 процента от фактической стоимости путевок и 5 процентов
за путевки для членов семьи. Недурно, не правда ли?
   Проверка установила, что ряд лиц  депутатского  корпуса  пренебрегали
правилами оплаты,  и  в  погашение  задолженности  ушли  государственные
деньги, которые вылились бюджету в кругленькую сумму.
   Кроме того, говорилось и о документально подтвержденных фактах прожи-
вания и лечения по путевкам депутатов ВС Крыма посторонних граждан,  ко-
торые размещались в санатории по письменному распоряжению руководства ВС
Крыма.
   Осколки "бомбы" задели не только рядовых депутатов, но и председателя
ВС Крыма, так как его имя также упоминалось в списке должников  рядом  с
суммой 5920 гривен, а, например, имя депутата ВР Украины Альберта  Жумы-
кина - рядом с суммой 11 220 гривен.
   Наверное, не случайно прошедшие в последних  числах  марта  выборы  в
Верховный Совет Крыма стали для абсолютного большинства сенаторов  прош-
лого созыва провальными.
   И еще - немного статистики.
   ...По данным МВД, затри месяца были ликвидированы 23 преступные груп-
пы, в том числе 10 организованных, возбуждено 129 уголовных дел,  в  том
числе несколько по фактам бандитизма. Арестованы 40  лидеров  преступных
формирований. У задержанных изъяты значительные суммы как в гривнах, так
и в валюте, арестованы счета ряда коммерческих  фирм,  выявлены  десятки
единиц боевого оружия и множество боеприпасов и взрывных устройств.
   В сфере экономики выявлено 746 преступлений, в том числе случаи  кор-
рупции и хищения госсобственности в особо крупных размерах, крупные зло-
употребления в финансово-кредитной и банковской сферах, а также в  сфере
приватизации.
   Власти бодро рапортовали об успехах в борьбе с криминалом. "...  Бан-
диты бегут из Крыма", - заявил на одной  из  пресс-конференций  Геннадий
Москаль, отнеся это к показателям эффективности милицейской работы.
   На этом можно было бы и поставить точку в рассказе о  достаточно  ко-
роткой, хотя и весьма насыщенной событиями истории крымской мафии. Одна-
ко беда заключается в том, что сделать это, по-видимому, вряд ли  удаст-
ся...


   Глава 8
   КАК АУКНУЛИСЬ ПЕРЕГИБЫ ИСТОРИИ 

   Массовое и во многом стихийное возвращение на свою территорию  депор-
тированных в 1944 году представителей нескольких этнических групп, преж-
де всего крымских татар, к большому счастью, не привело пока к каким-ли-
бо серьезным межэтническим столкновениям. Тем не менее  "крымско-татарс-
кий фактор" оказал очень серьезное воздействие на криминальную среду по-
луострова.

   ТАИНСТВЕННОЕ ЛИ УБИЙСТВО?

   Любой наблюдатель, кто бы он ни был -  историк,  журналист  или  экс-
перт-правовед, - следя за тем,  как  развивается  то  или  иное  "нацио-
нально-освободительное" или любое другое "революционное" движение,  рано
или поздно сталкивается с серией вопросов, на которые бывает  достаточно
трудно дать ответ. Например, каким образом благородная  поначалу  борьба
по мере своего естественного развития оборачивается обыкновенной уголов-
щиной? Как получается, что люди, отстаивающие справедливые цели,  в  ре-
зультате оказываются банальными террористами?  Где  вообще  проходит  та
грань, которая отделяет политический радикализм от заурядной преступнос-
ти?
   Как ни прискорбно, особенно актуальны эти вопросы для  отечественного
прошлого, где политическая борьба слишком часто шла рука об руку с  кри-
миналом, где обыкновенные казаки-разбойники (начиная со Стеньки  Разина,
Ивашки Болотникова да Емельки Пугачева) почти всегда оказывались окруже-
ны ореолом революционеров-мучеников за народную правду, а  революционеры
нередко вели себя как обыкновенные разбойники (не этим  ли  объясняется,
что наши революции, которые начинаются с выдвижения самых наидемократич-
нейших лозунгов, заканчиваются созданием самых тоталитарных режимов?).
   Да и современная история, к сожалению, весьма щедра на подобные  при-
меры: казалось бы, совсем недавно телевизионные ведущие  с  нескрываемым
сочувствием рассказывали о героических деяниях чеченских "борцов за сво-
боду", а сегодня они недоумевают по поводу того, каким образом эти борцы
внезапно превратились в разбойников  и  торговцев  захваченными  в  плен
людьми.
   Как часто случается, справедливая борьба крымско-татарского народа за
возвращение на свою историческую родину и свои  национальные  права  кое
для кого оказалась лишь удобным случаем для достижения личной  власти  и
обеспечения собственного материального благополучия.
   Крымско-татарское движение в современном его  виде  зародилось  после
того, как 18 мая 1944 года около 200 000 крымских  татар  были  принуди-
тельно выселены постановлением Государственного комитета  обороны  (ГКО)
СССР с территории полуострова в Среднюю Азию. Сталинский  режим  обвинил
крымских татар в  сотрудничестве  с  немецко-фашистскими  оккупационными
властями. В духе тогдашней политики за преступления горстки коллабораци-
онистов пострадал целый народ.
   В ходе войны депортировались не одни татары, но  и  чеченцы,  ингуши,
калмыки и другие, однако почти всем им было разрешено возвратиться к ме-
стам прежнего поселения сразу после разоблачения культа личности Сталина
в пятидесятых годах. Крымским татарам, как и выселенным немного позже из
Крыма армянам, болгарам, грекам, а также немцам, депортированным  еще  в
1941 году, пришлось ждать этого еще три десятилетия.  Только  после  пе-
рестройки представители всех этих народов получили возможность вернуться
в Крым.
   Все это время крымские татары продолжали мужественно бороться за пра-
во жить на своей родине. В национальном движении участвовали  сотни  лю-
дей, многие из которых были щедро вознаграждены за это лагерями, ссылка-
ми, спецпсихиатрическими больницами.
   Когда в конце восьмидесятых крымские татары начали в массовом порядке
репатриироваться на полуостров, национальное движение раскололось на две
ветви. Одну  представляла  Организация  крымскотатарского  национального
движения (ОКНД), ее возглавил Мустафа Джемилев,  другую  -  Национальное
движение крымских татар (НДКТ), во главе ее находился Юрий Османов.
   Оба лидера имели большой стаж борьбы с системой, оба были неоднократ-
но судимы и провели длительное время за решеткой:  Джемилев  -  в  общей
сложности 15 лет в исправительно-трудовых лагерях в  Сибири,  Османов  -
почти десятилетие в тюрьме и спецпсихбольнице (он был сыном  признанного
лидера национального движения в  шестидесятых-семидесятых  годах  Бекира
Османова).
   Оба лидера имели совершенно разное представление о задачах и  методах
национальной борьбы. ОКНД сразу взяла на вооружение  идеологию  национа-
лизма и приступила к напористым действиям - подготовке самозахватов зем-
ли в Крыму (зачастую не считаясь не только с интересами  тех,  кому  эта
земля принадлежала, но и с элементарными возможностями что-либо на  этой
земле потом построить); противостоянию органам власти и  правопорядка  и
т.д. В 1991 году ОКНД провела национальный съезд (Курултай) крымских та-
тар, решения которого вызвали шок даже у  тех  крымчан,  которые  всегда
благожелательно относились к справедливой борьбе этого народа.  Курултай
объявлял конечной целью этой борьбы создание в Крыму национального госу-
дарства крымских татар, заявлял о том, что все  недра  и  воды  являются
достоянием только крымско-татарского народа, и  фактически  рассматривал
всех других жителей Крыма как незаконных пришельцев  и  граждан  второго
сорта. Курултай создал специальный орган руководства движением  -  Медж-
лис, который стал действовать как второе, теневое  и  националистическое
правительство Крыма.
   НДКТ Османова, напротив, попыталось найти  такую  возможность,  чтобы
возвращение крымских татар на свою историческую родину не обернулось но-
вой трагедией для народа, не спровоцировало еще один кровавый  конфликт,
подобный тем, в которых гибли тысячи людей на Балканах, Кавказе, в Прид-
нестровье и Средней Азии.
   Юрий Османов мечтал об истинной гармонии в  многонациональном  Крыму.
Он обвинял радикалов в том, что в погоне за сиюминутным политическим ус-
пехом они готовят своему народу печальную участь незваного гостя на сво-
ей собственной земле. Он обвинял своих оппонентов в том, что ими  движет
в большей степени стремление к власти и выгоде,  чем  забота  о  будущем
своего народа.
   Еще одно обстоятельство делало отношения между двумя  лидерами  и  их
организациями весьма напряженными: Османов считал Джемилева агентом  КГБ
и был уверен, что он внедрен всесильной в прошлом "конторой" в  движение
с целью его раскола и уничтожения. При любой возможности Османов старал-
ся разоблачить, как ему казалось, "провокатора".
   Меджлисовцы же распространяли слухи, что  Османов  психически  ненор-
мальный, поскольку-де для него не прошло бесследно долговременное содер-
жание в спецпсихушках того же КГБ.
   Джемилев, как лидер радикального крыла движения, добился признания не
только у значительной части крымских татар, но и на Западе и  в  особен-
ности в Турции, где его принимали как национального героя, а то и  "пре-
зидента Крыма", каковым он, конечно, никогда не являлся.  В  честь  него
назывались площади и улицы турецких городов, и долгое время он был  еди-
ноличным символом движения в глазах всего мира.
   Политическая карьера Юрия Османова в Крыму складывалась  не  особенно
удачно. Одно время он возглавлял только что созданный  Госкомнац  Крыма,
однако, не будучи в душе функционером,  чиновником,  он  не  сошелся  во
взглядах на обустройство татар с тогдашним крымским руководством и вско-
ре покинул этот пост, всецело отдавшись публицистике и работе в НДКТ.  С
большим упорством, унаследованным от отца и  являющимся  вообще  отличи-
тельной чертой крымских татар, он пробивал стену изоляции, которую возд-
вигли его противники вокруг его организации и его взглядов.
   В 1993 году эта стена начала поддаваться.
   Осенью этого года группа членов НДКТ во главе с Османовым  выехала  в
Турцию. Это была первая и единственная зарубежная поездка Османова,  ко-
торый, понятно, в советские времена всегда был "невыездным".
   В Турции Османов встречался с представителями местной крымско-татарс-
кой диаспоры (очень многочисленной и экономически сильной) и, по  словам
его родственников, вернулся из поездки  счастливым  и  окрыленным,  пос-
кольку ему удалось найти среди диаспоры многих единомышленников.
   Однако тогда же, в Турции, Османову попались интервью,  данные  неза-
долго до этого Мустафой Джемилевым двум  турецким  газетам  "Хюрриет"  и
"Сабах", которые повергли Османова в состояние негодования. В самом  де-
ле, в то время, пока Османов и его организация в Крыму трудятся над тем,
чтобы совершенно исключить какой бы то ни было  конфликт  на  этнической
почве, лидер Меджлиса печатно  рассуждает  о  "неизбежности  вооруженных
столкновений в Крыму между крымскими татарами и русским населением", го-
ворит о готовности крымских татар взяться за оружие и фактически  призы-
вает турецкие власти к вмешательству в этот имеющий состояться конфликт!
   Османов тут же отправился в редакции этих газет и заявил протест про-
тив подобных взрывоопасных публикаций. Впервые за многие годы обществен-
ность Турции и еще более широкие круги во всем мире увидели другую  кар-
тину движения, отличную от той, которую рисовали радикалы-националисты.
   Из обращения Ю. Османова Президенту Турецкой республики Сулейману Де-
мирелю:
   "... Меджлис был призван накалять нетатарское население в Крыму исте-
рическими, открыто провокационными и абсолютно бесполезными  "физически-
ми" акциями и скандалами. Все эти акции - это авантюры, которые разыгры-
вались... исключительно для собственных интересов империи или планов ве-
ликонациональных и политических  интриг...  Меджлис  -  это  торговля  и
обустройство коммерческих делишек на драматическом положении народа".
   На ноябрь этого же года были запланированы новые  поездки  и  встречи
Османова в Турции и в Крыму, однако им не суждено было состояться,  пос-
кольку в ночь на 7 ноября 1993 года Юрий Османов был убит.
   Шестого ноября вечером Османов находился в симферопольской  гостинице
"Москва" в помещении редакции одной из газет. Отсюда, по словам  сотруд-
ников газеты, он намеревался отправиться на свадьбу к друзьям. Сотрудни-
ца редакции М. имела привычку провожать Юрия Бекировича взглядом из окна
до остановки троллейбуса, но в тот вечер он на остановку так  и  не  вы-
шел...
   Утром тело Османова с многочисленными увечьями было обнаружено далеко
от предполагаемого маршрута, в районе железнодорожного вокзала  Симферо-
поля. Следственные мероприятия поразительно быстро дали результаты. Дело
в том, что неподалеку от трупа был найден военный билет на  имя  некоего
Раиля Хайрова, жителя города  Днепродзержинска.  Уже  через  непродолжи-
тельное время владелец билета был задержан и признался,  что  в  ночь  с
6-го на 7 ноября он вместе с другим жителем Днепродзержинска, Константи-
ном Довженко, убил Османова с целью ограбления.
   По словам обвиняемых, они накануне приехали в Симферополь и весь день
пьянствовали. Когда у них кончились деньги,  Довженко  предложил  своему
собутыльнику кого-нибудь ограбить. С этой целью они пришли на улицу  Га-
гарина. Навстречу им попался Юрий Османов. Довженко набросился на  него,
ударил кулаком в лицо, затащил под мост и там стал избивать. В этом  ему
помогал Хайров. Когда Османов потерял сознание, Хайров вытащил у него из
кармана 15 тысяч карбованцев (мизерная по тем временам сумма), а Довжен-
ко обыскал сумку. Не найдя в сумке денег, он вновь принялся избивать по-
терпевшего. От полученных травм Османов скончался.
   Официальная версия  (которая,  заметим,  восторжествовала  в  оконча-
тельном приговоре суда) с самого начала вызвала массу вопросов не только
у родственников и друзей убитого, но и у журналистов и политиков Крыма.
   Почему труп оказался так далеко от того места (свадьба в доме  друзей
происходила в другом конце города), куда направлялся Юрий Османов в  тот
роковой вечер?
   Что делал Османов ночью в одном из  самых  опасных  районов  крымской
столицы?
   Почему убийцы оставили такие улики на месте преступления?
   Стали бы хулиганы, мелкие гопстопники, пусть  и  нетрезвые,  наносить
телесные повреждения такой тяжести пожилому человеку,  не  отличавшемуся
здоровьем и заведомо не способному оказать нападавшим физическое  сопро-
тивление?
   Наконец, почему убийство произошло как раз в тот момент, когда  Осма-
нов задумывал новые политические мероприятия, буквально накануне  прези-
дентских выборов в Крыму и выборов в Верховный Совет Крыма, где крымским
татарам была предоставлена специальная квота?
   Ход следствия также подтверждал догадки о том, что самая простая вер-
сия убийства не является самой правильной: не случайно приговор  убийцам
Османова был вынесен лишь спустя два года после совершения  преступления
(Довженко получил 15, Хайров - 11 лет лишения  свободы),  при  том,  что
преступники были задержаны едва ли не сразу же после совершения преступ-
ления.
   Известно, что один из обвиняемых в ходе следствия изменил показания -
дело было отправлено на доследование, но вернулось к прежней версии.
   НДКТ с самого начала отбросило хулиганско-бытовую версию преступления
и выдвинуло свою, фактически обвинив  в  организации  убийства  Османова
второе, радикальное крыло движения.
   Из заявления Информационной рабочей группы НДКТ:
   "Стремительно падающий имидж национал-предателей в  тоге  бесстрашных
борцов за права крымско-татарского народа, ставленников  имперских  сил,
вызвал панический страх и бешеную злобу этих сил перед тем,  что  Нацио-
нальное движение крымских татар способно получить вотум доверия народа и
будет иметь реальное и весомое представительство в парламенте  Крыма.  А
это, безусловно, привело бы к  быстрой  консолидации  крымско-татарского
народа вокруг его Национального движения. Тогда бы рухнула, как  карточ-
ный домик, стратегия на раскол народа, существенно  были  бы  затруднены
возможности развязывания против него кровавой бойни по грузинскому  (аб-
хазскому, ингушскому и т.д.) варианту. Это означало бы признание де-фак-
то полного провала стратегии 1994 года и тщательно маскируемой и скрыва-
емой работы разведок. Именно поэтому  враги  решения  крымско-татарского
национального вопроса решились на подлый удар и на преднамеренное  поли-
тическое убийство!"
   Впоследствии члены НДКТ и все, кто интересуется этим,  в  перспективе
важнейшим аспектом политики, имели немало случаев убедиться в  осмыслен-
ности своей версии...

   "АСКЕРЫ"

   Если в первом акте пьесы на стене висит ружье,  то  в  последнем  оно
обязательно должно выстрелить  -  принцип  не  только  театрального  ис-
кусства, но и большой политики, в том смысле, что если уж ружье на сцене
появилось, то выстрелит оно обязательно.
   Слишком часто конфликты  в  мировой  истории  возникали  оттого,  что
кто-то просто начинал бряцать оружием или демонстрировать военную форму.
Создание всевозможных паравоенных  формирований  на  территории  бывшего
СССР в девяностых годах приобрело повальный характер. В  редких  случаях
дело ограничивалось просто костюмированными шествиями, участники разного
рода подразделений обычно не упускали возможность проявить свою крутизну
на деле.
   Крым пока что не до последней степени захватила эта  болезнь  постсо-
ветского общества, но затронула весьма существенно.
   В 1994 году эксцентричный крымский президент Юрий Мешков, всегда  не-
равнодушный к военноспортивным забавам (что нередко рассматривалось  как
проявление своего рода комплекса неполноценности  первого  лица  Крыма),
сгоряча подписал указ о возрождении "казачьих объединений".
   Этот указ как руководство к действию восприняли не  столько  немного-
численные потомки  занесенных  разными  волнами  истории  на  полуостров
действительных казаков, сколько лидеры крымскотатарских радикалов, кото-
рые тут же объявили, что в ответ на "возрождение казачества" они начина-
ют возрождение "традиционных крымско-татарских отрядов аскеров  (воинов.
- К. Ч.)".
   Если "казачьи формирования", помахав флагами и  посверкав  лампасами,
быстро отошли в область истории, то об "аскерах" этого не скажешь.  Идея
настолько понравилась некоторым горячим головам в руководстве  Меджлиса,
что очень скоро превратилась в целое политическое движение. Один из наи-
более крутых борцов за национальные права Сервер Керимов заявил о  наме-
рении создать особую "крымско-татарскую националистическую партию",  ко-
торая бы показала всем сомневающимся, что крымские татары  способны  бо-
роться не только петициями, пикетами и митингами, но и  кое-чем  потяже-
лее, например металлической арматурой и цепями.
   О том, что умеющие это делать люди были,  свидетельствовали  хотя  бы
события октября 1992 года в Симферополе. Тогда в ответ на арест в посел-
ке Красный Рай близ Алушты нескольких крымских  татар,  участвовавших  в
самозахвате земельных участков, донельзя возбужденная толпа их соплемен-
ников взяла штурмом первый этаж здания Верховного Совета  Крыма,  причем
несколько милиционеров, находившихся в это время там, получили  телесные
повреждения.
   Вскоре о создании такой партии было объявлено официально, по  сообра-
жениям осторожности ее лидеры убрали из названия слово "националистичес-
кая", заменив ее на "национальная". Полное название партии звучало  так:
Крымско-татарская национальная партия "Адалет" ("Справедливость".  -  К.
Ч.).
   Именно под крылом этой партии и собрались те самые "аскеры", о  кото-
рых было заявлено еще год назад.
   Возникает закономерный вопрос: почему никаких "аскеров" в движении не
было в то время, когда отношения между властями и крымскими татарами бы-
ли наиболее напряженными, и появились они как  раз  тогда,  когда  цент-
ральные власти уже нанесли решающий удар по  "крымским  сепаратистам"  и
никакие казаки более не угрожали крымским татарам?
   Ответ на этот вопрос подсказывает одна из самых первых  акций  адале-
товцев.
   В свое время на городском кладбище Симферополя был организован коопе-
ратив мусульманских обрядовых услуг "Адет". Какие  разногласия  возникли
между руководством кооператива и партией "Адалет", можно только  догады-
ваться, однако, судя по тому, что произошло 26 мая 1995 года,  разногла-
сия эти были весьма существенными.
   В этот день в 14 часов к воротам кладбища подкатило  сразу  несколько
автомашин. Из них вышло человек пятьдесят крепких молодых людей,  воору-
женных обрезками труб, арматурой, цепями и ножами. В течение  нескольких
минут помещение "Адета" было подвергнуто настоящему разгрому, и  те  ра-
ботники предприятия, которые не успели ретироваться, были избиты.
   "Эта акция, - заявила информационная группа  НДКТ,  -  первое  боевое
крещение так называемых "аскеров" против собственного народа, направлена
на  искоренение   какого-либо   инакомыслия,   неповиновение   "высшему,
единственному, полномочному представительному органу" - Курултай-Меджли-
су, как они всюду себя представляют".
   Наезд "аскеров" на кладбищенский кооператив  поразительно  напоминает
аналогичный наезд крутых на "подведомственное" учреждение с целью  выби-
вания дани.
   К середине девяностых, когда большая часть крымских  татар  вернулась
на родину и занялась обустройством на своей земле, стало  весьма  трудно
изымать у вконец обнищавших людей средства, необходимые для  поддержания
деятельности политических структур типа Меджлиса. Пока шло  возвращение,
люди сами давали, кто сколько мог, на создание инициативных групп, орга-
низацию приезда и питания активистов, посылку делегаций, другие  необхо-
димые закупки. Теперь ситуация изменилась: рядом с халупами  большинства
крымских татар выросли роскошные особняки тех, кто принадлежал к верхуш-
ке движения; лидеры Меджлиса раскатывали по всему миру, от США до Китая,
в то время как большое число их соотечественников не могло найти необхо-
димых средств, чтобы переехать из Узбекистана в Крым. У многих  предпри-
нимателей - крымских татар возникали обоснованные сомнения  относительно
того, следует ли им и дальше выплачивать "национальный налог", тем более
что они зачастую не в состоянии платить легальные налоги государству,  а
во многих случаях должны были еще и бандитам. Именно затем,  чтобы  убе-
дить их делать это, и нужны были пресловутые "аскеры", без которых прек-
расно обходилось движение в куда более тяжелые времена своего  существо-
вания, но тогда оно было истинно народным.
   Создатели "Адалета" даже не скрывали того, что  в  их  задачи  входит
"наведение порядка" в доходах предпринимателей, иными  словами,  "благо-
родный рэкет". В одном из интервью Серверу Керимову был задан вопрос:
   - Это правда, что в партии "Адалет" есть черный список  из  тех,  кто
накопил себе богатство за счет народных денег?
   - Списка такого нет, - ответил Керимов, - но есть  много  информации.
Обидно, что, вернувшись на  родину,  мы  сталкиваемся  с  коррумпирован-
ностью, клановостью среди крымских татар, принимающими угрожающие  масш-
табы. И хотя чиновники, обогащающиеся за счет народа, явление не  нацио-
нальное, партия "Адалет" включила эту проблему  в  круг  первоочередных.
Уже есть случаи возвращения украденных денег, хотя в основной своей мас-
се это очень трудно сделать.
   Еще одна задача, которую были призваны решать "аскеры"  партии  "Ада-
лет", - это борьба с конкурентами. Возвращение крымских татар совпало  с
обостряющимся кризисом производства на полуострове. Каждый год  в  Крыму
увеличивалось количество людей, но рабочих мест для них становилось  все
меньше. За воротами остановившихся предприятий оказывались люди, десятки
лет проработавшие на них, - что же говорить о крымских татарах,  которые
и рассчитывать не могли на свое участие  в,  так  сказать,  общественном
производстве?
   Именно поэтому абсолютное большинство  репатриантов  занялись  мелкой
торговлей на вещевых и продовольственных рынках и частным извозом.
   Нужно ли говорить, что как раз эту сферу  деятельности  уже  давно  и
плотно оседлал рэкет. К 1995 году он  уже  обрел  вполне  цивилизованные
формы: какое-нибудь МП на рынке продавало места, другое МП  брало  плату
за стоянку автомашин возле них и так далее. Но поскольку все эти МП при-
надлежали отнюдь не лицам крымско-татарской национальности,  со  стороны
ситуация выглядела так: на торговцах крымских  татарах  наживаются  люди
совершенно посторонние.
   Наиболее энергичным и предприимчивым представителям  депортированного
народа такая ситуация, понятно, не могла нравиться.
   "Денег все меньше, да и те уходят не туда; русские обирают татар; не-
хорошо - татары должны платить татарам", - рассуждали они. Но по-настоя-
щему сделать ничего не могли: бандиты стояли круто. Ситуация  изменилась
лишь к 1995 году.
   К этому времени русскоязычный криминалитет уже вовсю грыз друг друга;
   Кроме того, в поисках новых  источников  доходов  местная  братва  не
слишком церемонилась с татарами и  частенько  перегибала  палку,  произ-
вольно поднимая ставки "налога", наезжая даже на репатриантов-самострой-
щиков, чего раньше не случалось. Торговцы-татары сами все чаще  смотрели
по сторонам в поисках какого-нибудь "аскера", который смог бы  "обломать
рога" русским беспредельщикам.
   За такими дело не стало: скоро наряду с "башмаками", "греками" и про-
чими замелькало имя крутого татарина  Али  из  Бахчисарая  и  магическое
страшновато-таинственное слово  "Адалет".  На  рынках  стали  появляться
крепкие черноволосые ребята, говорившие  своим  соотечественникам:  "Эй,
зачем платишь дань этим русским свиньям, ты же татарин, твои предки сами
с них дань брали..."
   В общем, настал момент, когда схватка за передел сфер влияния  теперь
уже по национальному признаку становилась неизбежной. На этот  раз  эпи-
центром кровавых разборок оказался курортный регион Восточного Крыма.

   НАШЛИСЬ ДИРИЖЕРЫ НАРОДНОГО НЕГОДОВАНИЯ

   В течение нескольких лет юго-восток Крыма - регион Феодосии, Судака и
Коктебеля  -  считался  башмаковской  вотчиной.  Наибольшим  авторитетом
пользовался здесь некто В. Макаров по кличке Белый. С ним были связаны и
другие, более мелкие бригады по всему побережью.
   Как и в других местах полуострова, бандиты здесь легально трудились в
различных охранных структурах, специализировавшихся на присмотре, напри-
мер, за санаториями.
   В злополучное утро 23 июня 1995  года  четверо  охранников  санатория
"Крымское Приморье" отправились на рынок в село Курортное, как утвержда-
ли очевидцы, за сбором "налогов".
   Здесь же, на рынке, находились двое крымских татар, Эбубекир Веисов и
Роберт Габитов, которые по одной версии отказались платить дань  рэкети-
рам, а по другой вступились за торговку-русскую, на которую наехали  ох-
ранники.
   Очевидцы событий утверждали, что татары приехали торговать; последую-
щее следствие рассматривало версию, согласно которой оба парня принадле-
жали к группировке Али.
   Как бы то ни было, между ними и охранниками возникла драка, во  время
которой один из охранников схватил  увесистую  деревянную  палку-биту  и
стал избивать ею безоружных  Габитова  и  Веисова.  Оба  упали,  истекая
кровью, после чего охранники сели в автомобиль и уехали.
   Удары оказались для пострадавших роковыми:  один  умер  по  дороге  в
больницу, другой ночью уже в больнице.
   Весть об убийстве рэкетирами двух татар с быстротой молнии  распрост-
ранилась по Крыму. Дальнейшие события  были  похожи  на  разбушевавшийся
ураган, с той только разницей, что в последующих "стихийных возмущениях"
отчетливо прослеживалась чья-то направляющая рука.
   Двадцать четвертого июня вооружившаяся палками и прутами толпа  татар
разгромила кафе "Аквариум" и забросала  камнями  участковых  инспекторов
Александра Левина и Владимира Руденко, прибывших на место  происшествия:
татары считали, что местные милицейские чины потворствуют бандитам.
   Левину пришлось сделать два предупредительных выстрела в воздух.  Од-
ного из камнеметателей, некоего Алима, задержали  сотрудники  отдела  по
борьбе с организованной преступностью и доставили  в  отделение  милиции
поселка Коктебель.
   Начальник феодосийского ГОВД Григорий Якименко выезжал в Коктебель  и
просил крымских татар дать письменные показания о  случившемся,  но  они
этого делать не стали, заявив сотрудникам милиции, что сами найдут и по-
карают убийц.
   Ночью в Щебетовке состоялся митинг, во время которого крымские татары
разбили стекла в нескольких проезжавших мимо автомобилях, а на следующий
день заперли в мечети участкового Руденко и  потребовали  от  начальника
милиции, чтобы им выдали участкового Левина, связанного, как считали лю-
ди, с мафией. Лишь через три часа, после долгих переговоров, заложник  в
форме, Руденко, был отпущен.
   Похороны были назначены в селе Щебетовка 25 июня в 13  часов.  В  это
время в Феодосии начался форменный погром.
   Долгое время в крымской, да и не только в крымской прессе  вовсю  шли
дискуссии: чем были эти события - стихийным протестом отчаявшихся  людей
против засилья мафии, межнациональным конфликтом или чем-то еще. Сегодня
вполне ясно, что разные их участники  были  движимы  совершенно  разными
чувствами: там были и охваченные жаждой  мести  соплеменники  убитых,  и
обычные громилы, но дирижировали и управляли толпой люди, которые думали
отнюдь не о восстановлении справедливости.
   Много месяцев после событий стали известны некоторые следственные до-
кументы, сообщавшие о подробностях и организаторах погромов.
   Из материалов уголовного дела N 120373. Обвиняемый К.:
   "За совершение хулиганских действий я был арестован, но 8  июня  1995
года меня освободили изпод стражи. От своих знакомых из фирмы  "Джан"  я
узнал, что за мое освобождение следователю передали деньги. Мне объясни-
ли, что долг возвращать не надо, но если когда-либо потребуется моя  по-
мощь, то я им должен ее буду оказать. 25 июня 1995 года я пришел в  офис
фирмы "Джан", где обычно в это время собираются знакомые ребята, но  там
никого не было, и я пошел к своей знакомой девушке. Проходя возле  цент-
рального рынка, я увидел в толпе своих знакомых из "Джана". От Ф. Джапа-
рова я узнал, что они мстят за двух убитых татар. Сделав для себя  вывод
о том, что наступило время расплатиться за то, что меня татары освободи-
ли изпод стражи, я присоединился к... толпе".
   Свидетель Д.:
   "Я устроился на работу охранником в фирму "Джан" в 1994 году.  Там  я
познакомился с братьями Ахматом и Джамшидом Булатами... Двадцать  пятого
июня 1995 года Ахмат Булат сказал, чтобы все  собрались  на  стадионе  в
Старом Крыму. На футбольном поле я увидел много татар на легковых  авто-
мобилях. Среди них был и лидер феодосийского  Меджлиса  Абдасаров  Изет.
Здесь же Ахмат руководил раздачей ящиков, в которых находились бутылки с
бензином. По указанию Джамшида колонна направилась в Феодосию..."
   В 12.30 в Феодосии группа крымских татар на десяти автомашинах подка-
тила к бару-ресторану "Киммерия", обстреляла его из огнестрельного  ору-
жия и забросала бутылками с зажигательной  смесью.  Первый  этаж  здания
полностью выгорел, на автостоянке рядом  с  рестораном  остались  стоять
несколько машин с выбитыми стеклами и помятыми бортами.
   Свидетель С. рассказал следователю, что в 1994 году он устроился  ра-
ботать в фирму "Джан" охранником. Двадцать четвертого июня 1995 года  от
Джамшида Булата узнал о том, что в поселке Курортном убили двух татар, и
по этому поводу 25 июня будут выступления, сбор  всех  джановских  ребят
намечен на 24 июня. Джамшид предупредил, чтобы все, имея при себе теплую
одежду, прибыли в один из офисов в городе Старый Крым. На следующий день
по указанию Джамшида из Старого Крыма все направились на местный  стади-
он, где уже шла подготовка к выступлениям в Феодосии. В багажники легко-
вых автомобилей складывали ящики, в которых находились бутылки с  бензи-
ном. Из Старого Крыма колонна автомобилей направилась в Феодосию. Знаком
к выступлению была остановка автомашины, ехавшей впереди колонны.
   Автомобиль остановился у ресторана "Киммерия", после чего все выбежа-
ли из автомашин и побежали на автостоянку,  расположенную  у  ресторана.
Стали бить металлическими прутьями по новым автомашинам, бросали бутылки
с бензином по ресторану, Джамшид стрелял из винчестера.
   При нападении на ресторан  "Киммерия",  который  считался  бандитским
гнездом, в руки нападавших чуть было не попал сам Белый. Он едва вырвал-
ся из рук обезумевшей толпы и даже получил ножевое ранение.  Рассказыва-
ют, что он выбежал из здания, теряя домашние  тапочки,  вскочил  в  свой
джип, стоявший во дворе ресторана, и направил его на толпу, которая  ус-
пела расступиться перед несущейся автомашиной, что и спасло ему жизнь.
   В этот момент пришло сообщение, что со стороны Щебетовки  к  Феодосии
движется колонна из 60 автомобилей. Свидетели потом рассказывали: не ус-
пели похоронить убитых, как последовала команда "По машинам! ". В мечети
остались только старики. Многие не поняли даже, куда им дальше ехать.
   Навстречу этой колонне сразу же выехал начальник феодосийской милиции
Григорий Якименко. Колонну он встретил недалеко от пансионата  "Крымское
Приморье". Здесь же был милицейский "ПАЗ", в котором  находились  десять
милиционеров без оружия.
   Крымские татары потребовали, чтобы Якименко связался по рации с  фео-
досийским горотделом и дал приказ об освобождении задержанных при  разг-
роме ресторана "Киммерия". Он этого делать не стал. Тогда татары схвати-
ли Якименко и силой усадили в машину. Так главный феодосийский  милицио-
нер стал заложником.
   В 13.40 к феодосийскому  горотделу  милиции  подъехала  первая  сотня
крымских татар, которые блокировали здание, требуя освободить  задержан-
ных.
   Изет Абсатаров, председатель феодосийского отделения Меджлиса  крымс-
ко-татарского народа:
   "Двадцать пятого июня 1995 года я поехал на похороны в поселок  Щебе-
товку, где хоронили двух убитых в поселке Курортное татар. Из  Щебетовки
поехали в Феодосию, по дороге я видел, что разгромлен  ресторан  "Кимме-
рия". Прибыли к горотделу милиции, так как, по рассказам,  там  содержа-
лись двое ребят из бригады Джамшида (Булата. - К. Ч.) - Роман  и  Марат.
Стали требовать, чтобы их отпустили. Дежурный пояснил, что они задержаны
по той причине, что в их автомобиле обнаружены бутылки с бензином. Таки-
ми же бутылками погромщики забросали ресторан  "Киммерия",  который  уже
сгорел. Я и Сервер Керимов (лидер партии "Адалет". - К. Ч.) зашли в зда-
ние горотдела, где решался вопрос об освобождении задержанных. После ос-
вобождения Лушникова Романа и Карданова Марата колонна автомобилей  нап-
равилась к центру города. Я видел, как  горели  помещение  "Грильетной",
другие магазины. Затем поехали на Челноки (район Феодосии. - К. Ч.), где
толпа громила офис 000 "Спортпромсервис".
   Возле кафе "Рельефное" толпа напала на автобус, в котором ехали  сот-
рудники спецподразделения "Беркут". Вначале  милиционеры  отбивались  от
нападавших прикладами автоматов, а потом стали стрелять в воздух,  но  и
это не остановило толпу. Боевики вытащили из машины Григория Якименко  и
вылили ему на голову бутылку бензина. Держа над головой зажигалки, пове-
ли заложника к бойцам "Беркута". Полковник приказал ОМОНу уехать.
   Когда автобус скрылся из глаз, толпа продолжила погром киосков и  ма-
газинов. В этой стычке пострадали два омоновца - одного  ударили  кирпи-
чом, второй получил порезы головы.
   В 15.40 крымские татары направились в поселок Коктебель.  При  выезде
из города разгромили грильбар, в 16.12 захватили автобус "Икарус" с пас-
сажирами; граждан позже отпустили, а  автобус  использовали  в  качестве
транспортного средства.
   В Коктебеле были подожжены дом и автомашина "ВАЗ"  директора  совхоза
Яненко, подозреваемого в том, что он мирволил бандитам. Причем прибывшим
пожарным приступить к тушению не дали, дом сгорел полностью.
   Следом за этим была разгромлена квартира участкового милиционера  Ле-
вина.
   Погромы в Коктебеле продолжались до 17.30. В них принимали участие до
500 человек, прибывших на двух автобусах, и 50 легковых автомашинах.
   Свидетель 3.:
   "Двадцать пятого июня 1995 года я находился на работе. Днем кафе зак-
рыли, так как нас предупредили о том, что могут быть  акции  со  стороны
татар. Около 16 часов, находясь на улице, я услышал шум, доносящийся  со
стороны кафе. Подойдя ближе, я увидел, что горит помещение комплекса  АП
"Волна", откуда доносились крики и звон разбитого стекла. Затем из поме-
щения разрушенного комплекса вышло примерно 60 человек... Они  некоторое
время постояли возле кафе - смотрели, как горит здание. Затем все сели в
автомашины и уехали".
   Затем колонна, к которой присоединились еще 30 автомобилей,  направи-
лась в Судак и, прорвав на дороге заслон ГАИ и разбившись на три группы,
стала громить киоски и коммерческие предприятия.
   В районе индивидуальных построек крымские татары подожгли дом некоего
Славина.
   На выезде из города погромщики захватили  автозаправочную  станцию  и
залили топливом бензобаки своих  автомобилей.  Далее  погромщики  решили
двигаться по трассе через Белогорск на Симферополь.
   А в это время в крымской столице собиралась вторая колонна. Несколько
десятков боевиков, прежде всего от башмаковской группировки, вооруженных
всевозможными стволами, начиная от пистолетов  и  заканчивая  автоматами
Калашникова, на легковых машинах двинули в  Феодосию  "карать  бунтовщи-
ков".
   Между Зуей и Белогорском путь им преградили два БТРа и  отряд  ОМОНа,
командир которого заявил, что откроет огонь в случае,  если  "мафионеры"
попытаются преодолеть заслон. Постояв некоторое время у  заслона,  мате-
рясь последними словами, симферопольские бандиты вынуждены  были  повер-
нуть восвояси. Только несколько машин, объехав  по  проселочным  дорогам
блокпосты, проехали почти до самой Феодосии, обстреляв по пути несколько
легковушек, в водителях и пассажирах которых заподозрили  принадлежность
не к той национальности.
   В числе пострадавших был молодой парень,  крымский  татарин,  который
вез своего грудного ребенка на госпитализацию  в  больницу  Симферополя.
Пули достались и его жене.
   Примерно в это же время такая же колонна собиралась и в Джанкое,  где
местный авторитет по кличке Филя также горел желанием разобраться с  та-
тарами за попорченное добро, но и его попытка оказалась не более  успеш-
ной, чем предыдущая.
   Между тем толпа крымских татар сосредоточилась для  похода  на  Бело-
горск и Симферополь на окраине Судака. Здесь ей  также  преградили  путь
омоновцы.
   К толпе для переговоров вышли депутаты ВС Крыма  -  Рефат  Чубаров  и
другие, а также тогдашний начальник крымской милиции генерал В. Петухов.
Погромщики, однако, были вовсе не расположены  к  беседам.  Возбужденная
толпа, вооруженная чем попало, двигалась на омоновцев.
   В 20.26 раздались выстрелы... Несколько человек упали, толпа шарахну-
лась в стороны.
   Омоновцы утверждали, что выстрелили по ним с  ближайшего  холма.  Там
действительно потом якобы обнаружили ружье - американский помповый "маг-
нум", пуля из которого пробила каску сержанта,  тяжело  ранив  его.  Кто
стрелял по милиции, имел ли стрелок отношение к погромщикам, так и оста-
лось неизвестным.
   Со стороны татар два человека были убиты, в том числе и  Джамшид  Бу-
лат, который, как выяснилось в ходе следствия, был одним из  организато-
ров погромов, шесть или семь человек получили ранения.
   После того как раздались выстрелы по толпе, к омоновцам кинулся гене-
рал Петухов с криком "Прекратите стрельбу! ", а погромщики вновь  вывели
из машины участкового Якименко, еще раз облили его бензином  и  потащили
вперед, держа над его головой зажигалки. Они  кричали,  что  сделают  из
Якименко шашлык, если ОМОН не прекратит стрельбу.
   Нарвавшись на пули, толпа остановилась и постепенно рассосалась. Яки-
менко был отпущен на следующее утро. Зачинщики, как водится, исчезли.
   Тогдашние власти, как и в других инцидентах,  связанных  с  татарами,
почли за лучшее спустить дело на тормозах, прокуратура предъявила  обви-
нения нескольким уголовникам-мародерам, а действительные зачинщики  бес-
порядков, как и "русские" рэкетиры, убийцы Ваисова и Габитова, наказания
не понесли.
   Правда, через год, в 1996-м, но за совсем  другие  преступления,  был
осужден один из главных организаторов погромов - председатель феодосийс-
кого Меджлиса Изет Абсатаров.
   "Башмаки" поначалу наложили на татар контрибуцию в  размере  миллиона
долларов, которая должна была быть выплачена по окончании курортного се-
зона; однако, понимая, что выбить ее им уже вряд ли  удастся,  не  стали
настаивать на "ответе за базар".
   Осенью в Симферополе произошла еще пара стычек рэкетиров  с  "аскера-
ми", в которых уже первые вынуждены были защищаться.
   Судя по всему, татарам удалось оторвать у "башмаков" довольно  солид-
ный кусок их рынка, хотя в целом, судя по всему, "башмаки" все же  удер-
жали контроль над значительной частью своей уже приходящей в упадок "им-
перии".

   "АБСОЛЮТНАЯ ВАКХАНАЛИЯ КРУГОМ..."

   Если вам когда либо случалось бывать на татарских самостроях или про-
езжать мимо новых поселков где-нибудь в окрестностях Симферополя или Ев-
патории, вы не могли не обратить внимание на то, что на "фоне  неоштука-
туренных полуземлянок большинства жителей этих районов высятся настоящие
каменные дворцы, обнесенные отнюдь не символическими заборами, за  кото-
рыми, если бы вам удалось туда проникнуть, вы увидели бы приличную  ино-
марку и другие атрибуты жизни "новых" - на этот раз новых  крымских  та-
тар.
   Впрочем, само по себе богатство  конечно  же  не  предосудительно,  и
кое-кто из владельцев роскошных особняков,  по-видимому,  заработал  его
своим трудолюбием, деловой хваткой и умением правильно поставить органи-
зацию производства. В каждой национальности есть достойные, энергичные и
одаренные работники, и не ко всем из них судьба  равно  жестока.  Но  не
секрет, что немало людей сумели не попасть в болото переселенческой  ни-
щеты просто потому, что вовремя оказались у распределительного  "крана",
из которого хоть и не лились, но все же капали кое-какие государственные
средства на обустройство соотечественников.
   Конечно, глупо впадать в резонерство, наблюдая за тем, как иногда ка-
кое-то количество капель падает мимо общественной кружки: как говорится,
кто что распределяет, тот то и имеет - это своего рода закон социального
распределения, все дело в масштабах.
   Масштабы же хищений, или,  выразимся  осторожнее,  -  нецелевого  ис-
пользования средств, выделяемых государством  на  возвращение  и  обуст-
ройство депортированных граждан, были таковы, что в разговоре с одним из
высокопоставленных чиновников Совмина Крыма  вице-премьер  кабинета  ми-
нистров Украины В. Дурдинец воскликнул: "Абсолютная вакханалия кругом!"
   Речь шла о деятельности Государственного  комитета  по  делам  нацио-
нальностей и депортированных граждан.
   Среди грандиозных (по крымским, конечно, меркам) финансовых афер  де-
вяностых годов свое почетное место обязательно должны найти  злоупотреб-
ления, связанные  с  деньгами  для  депортированных,  безнаказанно  осу-
ществлявшиеся в течение нескольких лет.
   Когда в конце восьмидесятых в Крым хлынул поток переселенцев из Сред-
ней Азии, государство нашло возможность выделить пусть и в недостаточном
объеме, но все же совсем немалые суммы на организацию  переезда,  строи-
тельство домов, проведение необходимых работ в поселках, где должны были
жить возвращавшиеся из почти полувековой ссылки люди. Была принята госу-
дарственная программа возвращения и обустройства депортированных, создан
при правительстве Крыма Государственный комитет по делам национальностей
и депортированных граждан, при  нем  -  Управление  капитального  строи-
тельства, другие службы.
   После распада Союза в результате бурных политических пертурбаций Гос-
комнац оказался под контролем крымско-татарского  национального  самоуп-
равления; конкретно - Меджлиса, а реально -  небольшой  группы  особенно
влиятельных людей, у которых, в свою очередь, были не менее  влиятельные
друзья, так сказать, в сфере предпринимательства. Трудно сказать,  когда
именно они создали свой впечатляющий экономический проект, суть  которо-
го, как всегда, была до гениальности проста.
   Ежегодно государство выделяет энную сумму денег (в 1996 году,  напри-
мер, эта сумма равнялась четырем миллионам долларов). Эта сумма  выделя-
лась непосредственно Госкомнацу. В свою очередь, Госкомнац  распределяет
ее по нуждающимся: большая часть ее  уходит  в  Управление  капитального
строительства (УКС), строящее дороги, здания, подводящее коммуникации  и
т.д., часть направляется в виде ссуд индивидуальным застройщикам  и  так
далее.
   Как сделать так,  чтобы  эти  деньги  контролировались  определенными
людьми и по необходимости ими же использовались? Очень просто  -  нужно,
чтобы деньги проходили через собственный, т.е. негосударственный банк.
   В 1994 году такой банк создается при поддержке  Меджлиса  и  получает
наименование "Имдатбанк", то есть "Содействие". Кому ив чем,  мы  сейчас
увидим.
   "Имдат-банк" не стал акционерным банком. Его учредили несколько  ком-
мерческих фирм и один некоммерческий фонд "Крым".
   Фонд этот был создан несколько ранее и являлся довольно загадочной  и
небедиой организацией. Достаточно сказать, что именно  через  этот  фонд
поступала практически вся финансовая помощь,  которую  оказывали  крымс-
ко-татарскому движению западные политические и благотворительные органи-
зации, турецкие правительственные структуры, татарская диаспора во  всем
мире, мусульманские фонды и так далее. Председателем правления фонда был
не кто иной, как глава Меджлиса Мустафа Джемилев.
   "Имдат-банк" создавался с помпой как народный  банк,  призванный  со-
действовать возвращению и обустройству крымских татар на родине.  Вскоре
его создателям удалось сделать так, чтобы "Имдат-банк" стал  обслуживать
все счета Госкомнаца и Управления капитального строительства. Вот тут  и
закипела работа.
   Каким образом? Вот лишь несколько примеров.
   В марте 1995 года распоряжением председателя правления  "Имдат-банка"
переводится кругленькая сумма денег 100 тысяч гривен (50 тысяч долларов)
со счета У КС на счет МЧП "РЭД". При этом гарантийное письмо оказывается
недействительным (отсутствуют подпись начальиика-УКСа З.  Халикова,  пе-
чать неразборчива).
   Руководителем МЧП "РЭД" является С. Тохтаров  -  председатель  Совета
банка.
   В ноябре 1995 года УКС перевел 450 тысяч гривен на счет МП "Поиск"  в
"Агропромбанке" в виде аванса для приобретения стройматериалов на  окон-
чание строительства в селе Амурское. "Имдат-банк" в нарушение закона пе-
реводит эти деньги не на указанный счет, а на открытый новый счет в сво-
ем банке. В этот же день 450 тысяч гривен были переброшены на  счет  все
того же МЧП "РЭД": официально - на поставку, монтаж и пусконаладку  обо-
рудования для производства пластиковых оконных блоков.
   В 1996 году У КС Госкомнаца заказало в МЧП "Торше"  (зарегистрировано
в Бахчисарайском районе) "кабельную продукцию" и перечислило на счет МЧП
в "Имдат-банке" 89 тысяч гривен. Если вы думаете, что директор предприя-
тия Р. Тохтаров тут же отправился на закупку кабеля, вы ошибетесь.  Наш-
лись более неотложные нужды - например, погашение кредита и процентов по
нему, ни много ни мало - 39,5 тысячи гривен. Но и это еще не все. В этот
же день МЧП "Торше" оказало материальную помощь... МЧП "РЭД"  (руководи-
тель, как вы помните, - С. Тохтаров,  неужели  однофамилец?)  в  размере
49,5 тысячи гривен. В итоге все 89 тысяч гривен, поступившие на счет МЧП
"Торше" от УКС Госкомнаца - (деньги бюджетные), ушли совсем не на строи-
тельство домов для переселенцев.
   Любовью руководства "ИмдаТ-банка" пользовалось отнюдь не  только  МЧП
"РЭД". Вот еще один пример. Девятого августа 1995 года УКС  и  упоминав-
шийся уже фонд "Крым" заключили договор на выполнение работ, связанных с
выплатой материальной помощи индивидуальным застройщикам. Финансовую за-
щищенность гарантировал "Имдатбанк".
   Девятого августа вместо 500 тысяч гривен на расчетный счет ПКЧП  "Ар-
сен-Бей" перечислено 100 тысяч гривен, которые так и не дошли  до  заст-
ройщиков.
   В тот же день и с той же целью оказания помощи застройщикам  перечис-
лено 400 тысяч гривен. МП "Геос", затем еще 30 тысяч гривен -  результат
оказался тем же.
   Фактическая задолженность фонда "Крым" перед индивидуальными застрой-
щиками исчислялась в 1997 году в 886 719 гривен...
   В общей сложности лишь по трем подобным эпизодам в  1995  году  сумма
потерь в результате финансовых нарушений, допущенных  руководством  "Им-
дат-банка", составила свыше миллиона долларов.
   Однако и это еще не все.
   Нецелевое использование денег, выделенных на обустройство  депортиро-
ванных, допускало не только руководство "Имдат-банка", но и сами Госком-
нац и УКС. Так, в 1997 году был уволен (и только-то!) начальник  УКС  Н.
Алиев, который заключил договор с фирмой "Консоль" о  выкупе  жилья  для
крымских татар и готов был перечислить на счет фирмы  1  миллион  гривен
(500 тысяч долларов) на приобретение 33 квартир. Все бы ничего, но стои-
мость квартиры от "Консоли" в 2 - 3 раза выше, чем средние цены на квар-
тиры в других фирмах.
   По данным проверки финансовых органов, из 4 миллионов долларов, выде-
ленных на обустройство депортированных, согласно данным, приводимым  оп-
позиционной  татарской  газетой  "Арекет"  (НДКТ),  более  90  процентов
средств израсходованы незаконно и не по назначению.
   "Проще говоря, - констатировал обозреватель газеты, - из каждых деся-
ти рублей более девяти ушло "налево".
   Обнародованные факты вопиющего разворовывания бюджетных денег шокиро-
вали даже руководство Меджлиса (ту его часть, которая не была  причастна
к махинациям "Имдат-банка"), и  оно  потребовало  немедленного  перевода
счетов в другой банк.
   Сделать это оказалось не так-то просто. Влиятельное крымско-татарское
лобби "убедило" предсовмина Крыма А. Демиденко и представителя президен-
та Украины в Крыму В. Киселева направить в верха  прошение  о  продлении
жизни "Имдату" и даже о... расширении его полномочий.
   В итоге банк, уже под другим названием и с другим руководством,  про-
должает действовать по сей день. "Протестанты" же  поплатились  за  свое
несогласие тем, что были изгнаны из Меджлиса и подверглись  моральной  и
психологической травле.
   Недавние события со всей очевидностью показали, что связи руководства
движения и криминала становятся все более и более тесными.
   В январе 1998 года партия "Адалет" организовала шумный митингу здания
Совмина Крыма в Симферополе. Поводом к  выступлению  послужило  убийство
двух крымских татар: Салим Утаев (по оперативной информации - правая ру-
ка известного крымскотатарского авторитета Али) и его  водитель  Делявер
Кучеров были найдены в сгоревшей "тойоте" близ поселка Николаевка.
   На митинге - поминальной молитве в Симферополе собралось  около  1000
человек, принесшие с собой камни и куски арматуры. Выступавшие утвержда-
ли, что власти сознательно закрывают глаза на преступления по  отношению
к крымским татарам, и заявляли, что лишь за  два  года  было  убито  130
крымских татар (по данным милиции, жертвами преступлений  за  это  время
стало 26 человек из числа крымских татар).
   На митинге звучали и такие слова: "Если власть не в состоянии нас за-
щитить, то мы будем защищаться  сами.  Каждый  крымский  татарин  должен
стать "аскером".
   А в итоговой резолюции говорилось:
   "Пришло время жить по нашим законам. А закон у нас один - Коран".
   Знакомо, не правда ли? И до боли что-то напоминает, точно так же  как
и зеленые повязки на головах боевиков, которые вышли в феврале 1998 года
к железнодорожным путям у симферопольского вокзала.
   Впрочем, они и сами не скрывали, какие ассоциации намерены вызвать.
   "Мы устроим вам Чечню!" - кричала толпа, идя на  милицейское  оцепле-
ние, для того чтобы блокировать движение поездов. Во время этого  столк-
новения, кстати, получили ранения, в том числе и ножевые, несколько  ми-
лиционеров. Лишь твердое заявление начальника крымской милиции  генерала
Москаля о том, что в случае массовых беспорядков против их организаторов
будет применено оружие, отрезвило горячие головы. Надолго ли?
   Последствия чеченской войны  долгое  время  еще  будут  ощущаться  не
только на Кавказе, в России, но, как ни странно, и за  много  километров
от эпицентра событий, на территории другого государства - в Крыму.
   Что поделаешь, мы продолжаем жить в  едином  криминально-политическом
пространстве.
   Портреты Джохара Дудаева, знамена Ичкерии, диковинный для Крыма  клич
"Аллах акбар!" стали сегодня почти привычными атрибутами крымско-татарс-
ких митингов. Они парадоксально накладываются на все большую  криминали-
зацию национального движения, и это естественно - за героикой, или псев-
догероикой, уголовнику сподручнее прятать извечную суть своего ремесла.
   Все чаще смесь политики и уголовщины  продолжает  пополняться  новыми
взрывоопасными ингредиентами, грозя превратиться в гремучий коктейль под
названием "этно-религиозный фундаментализм".
   Вряд ли стоит говорить о том, что может он принести Крыму и миру. Ос-
тается лишь надеяться  на  то,  что  глубокие  демократические  традиции
борьбы крымских татар за свои права в прошлом  сделают  эту  перспективу
неосуществимой.
   В самые последние дни работы над этой книгой появилось  предсказанное
долгожданное и приятное событие: в рядах Меджлиса произошел раскол, соз-
дано, судя по первым декларациям и некоторым персоналиям,  демократичес-
кое движение "Миллиет" - "Народ".


   Глава 9
   БРАКОНЬЕРЫ     

   Он типичный представитель крымского криминалитета, бывший  воин-афга-
нец, человек, который состоял в одной из небольших преступных  группиро-
вок, был осужден, отсидел большую часть срока и вернулся  к  преступному
(хотя и другому) бизнесу. Но все же он и не совсем типичный, прежде все-
го потому, что после возвращения в "дело" сумел-таки  снова  завязать  с
преступным, но очень прибыльным бизнесом и найти мирное применение своим
умелым рукам. Во всяком случае, путь "волков" был не для него...

   ТЕПЛЫМ ФЕВРАЛЬСКИМ ДНЕМ

   Коренастый блондин, слегка кривоногий - как то бывает у настоящих мо-
ряков или потомков кавалерийского рода, - Вадик Фанфани (имя  и  фамилия
изменены, но только в пределах своего языкового ряда) попал в Афганистан
на финальном этапе кампании, и, может быть, поэтому и вернулся домой цел
и даже невредим.
   Колхоз, где Вадик вырос и начинал трудиться шофером, развалился.  Мо-
лодежь разбежалась кто куда. Подался в город и  Вадик.  Некоторое  время
кантовался на центральном рынке. Однако торговца из него не получилось.
   Были мы с ним знакомы просто как земляки. Лет семь назад, кажется пе-
ред Новым годом, он было снова замелькал на базарах,  но  скоро  надолго
исчез из моего поля зрения. Прошел слух, что Фанфани посадили чуть ли не
за разбой. Я позабыл Вадика, которого, быть может, и знал  только  из-за
его экзотической фамилии...
   И вдруг - на тебе! Необыкновенным для февраля деньком - светлым, ове-
янным средиземноморским ветерком, принесшим первое тепло, - отправился я
подышать на Симферопольское море. Тенькали синички,  суетясь  в  вербных
зарослях, по-за которыми время от времени вздымалось  удилище,  слышался
характерный стрекот спиннингового барабанчика.
   Приблизившись, я увидел Вадика. Он повзрослел, изменил прическу:  те-
перь он был коротко острижен, а раньше ходил с кудрями на вороте.
   - Гражданин, рыбалка с плотины запрещается! - решил я пошутить.
   Вадик бросил:
   - А не пошел бы ты...
   Вадик обернулся и, по-моему, не сразу вспомнил меня,  хотя  и  понял,
что мы знакомы.
   - Клюет всякая мелочь, - резиново улыбнулся он, и сверкнул оскал  не-
вероятно белых и ровных зубов.
   Когда же вспомнил меня, то обрадовался по-настоящему и стал сматывать
удочки.
   Разговаривая, мы пошли по плотине в сторону поста охраны.
   - Когда свояк дежурит, я подъезжаю... Без рыбалки не могу. Тут иногда
лещики цепляются.
   Я же все порывался выяснить насчет слухов о нем.
   Миновав шлагбаум, мы выбрались на площадку, где в полном  одиночестве
стояла машина. Но зато какая: элегантный, как женское манто, "скорпио".
   Вадик направился к ней. Скрипнула сигнализация.
   - Ну и ну! - пробормотал я, уставившись на этот пейзаж.  -  В  тюряге
такое не заработаешь...
   Слух у моего земляка был отменный.
   - Да уж, честным трудом не заработаешь, - согласился Вадик.
   Мы сели в машину, и она пошла быстро и плавно. У поворота Вадик спро-
сил:
   - Может, ко мне, если, конечно, время позволяет?
   И, словно бы смущаясь, надел очки, скрыв от меня зеленые  свои  глаза
отрока.
   Спустя минуты я стоял перед роскошной виллой.  Как-то  иначе  назвать
это строение мне не позволяли ни восторг, ни запас  архитектурных  поня-
тий.
   Но не стану описывать деталей - таково одно из условий, которые пере-
числил мне Вадик, прежде чем  рассказал  о  способе  своего  баснословно
быстрого обогащения.
   Увы, он и в самом деле отсидел пять лет за рэкет,  которым  занимался
всего ничего. Однако на другом поприще он "поработал" как раз столько же
времени (год с небольшим) и нажил состояние, позволившее построить  этот
особняк с бассейном, сауной, гаражом и прочей обязательной  для  состоя-
тельного человека фанаберией.

   И ВАДИК "РАСКОЛОЛСЯ"

   - Вот вы, уважаемый, пишете о том, какой урон природе  наносит  неве-
жественное к ней отношение. А что вы скажете о людях,  которые,  понимая
все это, все равно творят этот вред?
   Я понимал, что отвечать на этот вопрос необязательно.
   Мы прошли в дом, где в гостиной был уже накрыт столик, но без  спирт-
ного.
   - Все это я купил одним махом... - небрежным жестом Вадик осенил обс-
тановку: деревянную мебель, ковры, посуду, гобелены. Однако  в  движении
этом не было и тени рисовки. Мы сели, и я "видел, что земляк мой  просто
изнывает от нетерпения, желая о чем-то рассказать мне, видимо очень важ-
ном для себя.
   - Мы попали под амнистию - пятеро афганцев. Как там  сошлись,  так  и
держались вместе. Лагерь - похуже войны... Но не об этом речь. Где,  что
и как мы будем делать, выйдя на волю, мы знали. Один из нас, Федор,  был
рыбаком, причем потомственным. У него на Азовском море в деревне дожива-
ла век бабушка. Во дворе валялась лодка. На чердаке  нашлись  капроновые
сети. Как-то ночью мы вышли в море - поставили аханы. И  уже  через  две
недели - это было ранней весной - закрутили около ста банок черной икры.
   К лету у нас уже был вездеход "Нива" и "Казанка-2".  Деревня  глухая.
Рыбинспектор появился лишь осенью. Но так ничего про нас и не  узнал.  К
тому времени мы имели джип и два "Амура" с подвесными  "японцами".  Одна
лодка работала в Азове, другая - в Феодосии. Рыбы мы брали столько, что,
не будь рынка сбыта, не представляю, что бы мы с ней делали.
   Мы много работали и много думали. Один из нас съездил в  Турцию,  где
нашел хороших партнеров. На первое рандеву мы шли и тряслись. Вооружить-
ся (парочка "калашей" у нас уже имелась) остерегались. Боялись нарваться
на наших погранцов. Это потом поняли и оценили, как нам подфартило.  Наш
бизнес возник в самый разгар энергетического кризиса. У хохлов нечем бы-
ло баки заправлять. "Сторожевики" больше сторожили причалы,  чем  водные
рубежи.
   Встреча с турками состоялась без эксцессов. Мы им товар, а они нам  -
баксы. И так неоднократно. Опасность была в другом. Выходили мы к аханам
только ночами. И непременно перед самой погодой. Федор знал все приметы.
И называл это "пройти по краю". Важно было изловчиться так, чтобы  улиз-
нуть в море перед самым штормом. В большое волнение  инспекция  идти  не
рискует. Техника у нее не та. И устеречь нас на берегу с рыбой не могла.
Мы выходили в других местах. У нас  их  было  несколько...  В  скалах  у
Ак-Моная. Там в каменоломнях держали бочки с икрой, соленым краснюком...
Там же мы и балыки вялили. Словом, целый подпольный цех.
   - Турки, Азовское море? - усомнился я.
   - В том и гениальность нашего метода: добываем в Азовском, продаем  в
Черном. От Арабатского залива на Азове до Феодосийского залива на Черном
- по прямой всего пятнадцать километров. С учетом извивов  дороги  -  от
силы - двадцать пять. Сорок-пятьдесят минут на перегрузку в машину  -  и
снова в лодку. Еще пара часов - встреча с турками. Они нашу рыбу  берут,
а она хвостом о палубу молотит.
   Всего две путины - и нам хватило. На большее не пошли.  Нелегко  было
рвать концы. Да и Куренной стал к нам подбираться. С ним воевать -  зна-
чит, до крови. Хватит и того, что с геническими столкнулись. Они на наши
ставники повадились ходить. Поднимаем сети - пусто. А видим, рыба  была.
Приметы всякие оставляли: то лоскуток привяжешь, то  щепочку  прицепишь.
Что ж, вор у вора тут не дубинку крадет, а большие  доллары.  Выследили.
Они - пифпафники. А мы - как-никак, повоевали в жизни, навыки имеем. Па-
луба на их лодке была залита не только рыбьей кровью. После этого больше
никто не трогал наши аханы.
   Вообще, страшное это дело - рыбное браконьерство. Сколько "любителей"
потопло, особенно из Щелкина и окрестных деревень. Мореходных навыков  -
никаких. На утлых скорлупках выходят, да еще  пьяные.  Азовское  море  -
братская могила браконьеров.
   Чтоб не оставалось соблазна, продали все: лодки, моторы, машины,  се-
ти. Вот купил удочки. Время от времени хожу на водохранилище сбить оско-
мину. Иной раз так хочется хлебнуть настоящего шторма, ободрать  руки  о
шипы царь-рыбы...
   В гостиную вошла молоденькая черноглазая женщина.
   - Нюра - моя супруга! - познакомил нас Вадик.
   Малышка быстро убрала тарелки. Мою пустую. К своей икре хозяин так  и
не прикоснулся. Вслед жене сказал:
   - Просит компьютер, а я боюсь ее - эту электронику. Говорят, она  из-
лучает. А нам еще ребенка рожать.
   - Вадик, но вас ведь могли завербовать иностранные разведчики? - выр-
валось у меня старорежимное опасение.
   Фанфани не рассмеялся, но посмотрел с изумлением:
   - Ни в коем случае. Мы Родину не продаем.

   ЗА РЫБУ - ГРОШИ

   Мало кто был посвящен тогда, а теперь тем  более  меньше  знает,  что
пресловутые "рыбные дни" в советском общественном питании вводились зак-
рытым постановлением ЦК КПСС в связи с  тем,  что  исключительно  ценный
продукт, добываемый у нас в изобилии, плохо шел, хотя стоил  баснословно
дешево.
   Давно канули в историю "рыбные четверги", а балыки, уха, солянка  или
осетровый шашлык стоят нынче столь (опять же  баснословно)  дорого,  что
далеко не многим по карману. Однако есть еще в  наших  пределах  уголки,
такие, как, например, Геническ, где яства эти дешевле, чем где бы то  ни
было. И в ресторациях, и на рынках выложить "за  рыбу  гроши",  конечно,
придется, но совсем не такие, как в каком-либо ином месте.
   Геническ на Азове - это осетровый Доусон на рыбном Клондайке.  Только
зарегистрированных лодок "Амур" (одно из самых ходовых браконьерских су-
дов) здесь около трехсот, не говоря уже о других:  "Казанках"  и  прочей
умышленно незарегистрированной или избежавшей этой участи мелочи.
   Кто ездит в Крым через Чонгар, знает: буквально в  нескольких  сотнях
метров от милицейского поста начинается и уходит в глубь материка много-
километровый стихийный рынок. За 70 долларов здесь можно купить  поллит-
ровую банку черной икры (будь осторожен! Качество  продукта  санэпидемс-
танция здесь не проверяет). Килограмм копченого балыка стоит 15 долларов
(не всегда для копчения использовался дым  свежесрубленного  хвороста!).
Филе осетра (в зависимости от степени свежести) - от 5 до 10 долларов за
килограмм.

   "БУРЕВЕСТНИКИ"

   Иван Куренной - старший государственный инспектор по чину и начальник
одного из лучших отделов по борьбе с браконьерством  на  Украине.  Скоро
уже пять лет, как он ведет неравную, опасную борьбу с браконьерской фло-
тилией, базирующейся на северо-западном побережье Азовского моря. И  бы-
вает, что в течение только одного рейда арестовывается до десяти воровс-
ких судов из Геническа. В самого Ивана не однажды Стреляли.  Приходилось
открывать огонь на поражение и ему. Но Бог милует  его  и  товарищей  по
борьбе, потому что люди эти воюют за правое дело. Его рассказ об экзоти-
ческом бизнесе мог бы послужить комментарием к "исповеди" Фанфани.
   - Моих ребят называют "буревестниками". Они и впрямь вездесущие и не-
утомимые, ибо могут появиться в любой точке Азовчерноморья и, что  назы-
вается, взять разбойников с поличным...
   Я хорошо понимаю разные причины нарушений. Одни связаны с тяжелым ма-
териальным положением. Если я вижу в лодке пожилого человека, тем  более
рыбака, я никогда его не накажу. Бедняк добыл себе рыбину на пропитание.
Но есть и другие. В трюме - сотни килограммов, а то и тонны красной  ры-
бы. А на мостике автомат в полиэтиленовом чехле. Если так, пощады от ме-
ня не жди.
   В последнее время мы оснащены неплохо. Есть и хорошие лодки, и  движ-
ки. Но у них, наших врагов, все равно техника мощнее. Если даже  это  не
импортная лодка, а днепропетровского  производства,  висит  на  ней  два
японских мотора. И если бы не общественность, то  есть  наши  побережные
крымчане со своими скоростными плавсредствами, нам  было  бы  еще  тяже-
лее...
   У меня своя "агентура" чуть ли не в каждой деревне  -  от  Арабатской
стрелки (Азов) до Лебяжьих островов (северо-западный угол Черного моря),
Всюду надо успеть. Если в Азовском море орудуют шайки из Геническа, то у
мыса Тарханкут творят беспредел банды из Одессы, Херсона, Николаева. На-
ведываются и турки. Мы их тоже берем на абордаж.  Браконьеры  из  сопре-
дельного государства обнаглели до такой степени, что подходят  к  самому
Севастополю.
   Сегодня запасы азовской рыбы тают ужасающими темпами. Но в отличие от
советского времени, когда осетровые гибли от вредных выбросов  (ждановс-
кие (мариупольские) заводы  теперь  стоят),  то  теперь  их  губят  бра-
коньерствующие орды. Берут рыбу всю подряд. Чаще всего подрост.  А  ведь
не только осетровые, но и пелингас, и карась, и судак нереститься  начи-
нают только в четырнадцати-шестнадцатилетнем возрасте. Если так будет  и
дальше, останемся на безрыбье. Во всяком случае, азовскому осетру  угро-
жает судьба балтийского собрата - этой рыбы давно и в помине нет...
   Азовское море принадлежит не только Украине. Нами заключен договор  с
краснодарской стороной о координации действий. Но все до  сих  пор  пока
остается на бумаге. Зато те, от кого мы защищаем природу, большое  подс-
порье находят в Москве. Из столицы России они везут моторы (ценой от по-
лутора до двух тысяч долларов), чаще всего японские "Ямахи", навигацион-
ные системы типа "Магеллан". Оснащенные таким образом  суда  дружно  (по
десять-двенадцать) выходят на разбой. В последнее время  стала  известна
личность, которая руководит браконьерской флотилией из Геническа.
   Некоторые из допрошенных задержанных рассказали, что в этом  приморс-
ком городке у них есть свой "адмирал". Он "отмазывает" попавшихся,  вып-
лачивает штрафы, подкупает суды... Всячески спасая своих, он требует  от
них и большей отдачи. Для пришедших к нему на службу дороги  назад  нет.
Того же, кто пытается "соскочить", ждет скорая и  беспощадная  расправа.
"Адмирал" - милиционер. Он никого не боится,  потому  что  у  него  "все
схвачено".
   Недавно глубокой ночью мы натолкнулись в  районе  Картушки  (середина
Азовского моря) с хорошо оснащенным  браконьерским  судном.  Не  обращая
внимания на сигнальные ракеты, оно  стало  уходить  с  нарастающей  ско-
ростью. Мы потеряли время, поскольку вынуждены были пересаживаться с не-
поворотливого парохода на быстроходный катер. И настигли их  под  градом
автоматных пуль. Пришлось прыгать на палубу с ходу. На  разбойном  судне
обнаружили рыбу, запрещенные орудия лова и автоматы Калашникова...

   ДО ШТИЛЯ ЕЩЕ ДАЛЕКО

   И если по крымскому периметру Азовского моря Иван Куренной и его  то-
варищи совместно с общественностью, Госкомприродой, "Беркутом" и милици-
ей порядок навели, то с пришлыми сладу нет никакого.
   Сегодня в Азовском море идет настоящая война. И  цена  ей  не  только
жизнь осетровых, но и человеческая.
   Самым интенсивным был июль. Тридцать восемь схваток  стражей  моря  с
ворами! Лишь только в один из вечеров было конфисковано полтонны осетро-
вых. Оптовая цена одного килограмма - 1 доллар. Вот и представьте, какой
навар бывает у тех, кому удается уйти от патруля.
   Рыбинспекция не знает ни выходных, ни праздников. Люди  эти  отдыхают
только в непогоду. Но она благоприятствует редко. Когда бушует Азов,  то
где-нибудь под Феодосией может быть штиль, а близ Севастополя или у Тар-
ханкута браконьерствуют турки...
   Иван Куренной не любит говорить о политике. Видимо, бесстрашный  этот
человек не хочет потерять возможность защищать родное море от беды.
   Он промолчал о том, какие последствия и по его части уготованы  Крыму
прошедшими у наших берегов маневрами "Си-Бриз". Чужие суда подошли к на-
шим берегам вплотную. Даже вошли в озеро Донузлав - одну из самых неког-
да таинственных баз Черноморского флота. Показали мы и  гроты  сверхсек-
ретной в прошлом Балаклавской бухты.
   Военные не браконьерствуют - может возразить кто-то. Да, пожалуй.  Но
зато моряки Турции продают рыбакам  навигационную  информацию.  В  самую
неблагоприятную погоду, когда рыбоохрана не может выйти на работу,  бра-
коньеры безболезненно обходят все препятствия, находя  свои  ставники  и
аханы.
   Но часто и не находят. Спрятанные в глубинах километровые сети-ловуш-
ки опутывают рыбу, и она, обездвиженная, гибнет с голоду и от недостатка
кислорода.
   ...По оперативной сводке управления "Крымазчеррыбвод", к  началу  ок-
тября 1997 года у берегов полуострова зафиксировано около 400 браконьер-
ских инцидентов...


   Глава 10
   КОНТРАБАНДИСТЫ 

   За четыре месяца 1998 года  в  Симферопольской  региональной  таможне
число задержаний контрабанды увеличилось втрое.  Конфисковано  более  87
тысяч долларов, незаконно провозимых через границы Украины.
   Взлет показателей в сравнении с предыдущим годом можно  трактовать  и
как возросшее досмотровое мастерство, и как прогрессию контрабандистско-
го размаха.
   Из 25 уголовных дел более половины связано с нелегальным перемещением
товаров, в том числе и по подложным документам.
   Особенно активно в таможенных фильтрах осаждаются  наркотики.  Только
постом на Керченской паромной переправе за четыре  месяца  предотвращены
пять попыток этой смертоносной контрабанды. В одном из случаев было  за-
держано 1,3 килограмма опия.

   ПУЩАТЬ? - НЕ ПУЩАТЬ! - ТАК БЫЛО СО ВРЕМЕН...

   Еще в V веке до н.э. Геродот, описывая  жизнь  скифов,  сообщал,  что
благодаря Херсонесу, являвшемуся посредником в экспорте  зерна,  которое
поступало сюда из степной части Крыма, Греция получает баснословно деше-
вый и в большом количестве хлеб, поскольку торговля оным, как и  другими
товарами (соль, рыба), ведется безо всякой пошлины.
   В VIII веке на полуостров проникают сначала  русские  купцы,  которые
селятся в Корсуне и Судаке; затем является  войско  новгородского  князя
Бравлина, осуществившее поход от Херсонеса до Керчи, чтобы защитить  ин-
тересы своих купцов, несправедливо притесняемых, как  это  было  принято
писать в учебниках истории, византийско-хазарскими феодалами.
   Именно тогда под давлением славяно-русского оружия и возникли сначала
в Суроже (Судаке), а затем и в Корчеве первые мытни, где проходившие ве-
ликим путем из варяг и обратно караваны стали платить пошлину за  провоз
товаров; сборы, таким образом, были упорядочены и отстранялись от нацио-
нально-политической окраски.
   Особенно важной статьей доходов были таможенные сборы во времена Тму-
тараканского княжества, располагавшегося в устье  Кубани,  когда  в  его
состав входили (Х-Х11 века) Керчь и некоторые другие города Крыма (в том
числе и Сурож). Контроль государства в ту пору был таков,  что  арабские
географы Х-Х11 веков называли Черное море Русским, а Керченский пролив -
"устьем Русской реки".
   Похоже, крупнейшим торгово-таможенным центром здесь являлся тогда Су-
рож (Сугдея, Солдайя), возникший еще в III веке, упоминаемый в "Слове  о
полку Игореве" рядом с Тмутараканью и Корсунем. В XIII веке по Руси  ши-
роко известны были "сурожские гости" -  купцы,  торговавшие  беспошлинно
(как "свои") шелком, хлопчатобумажными  и  легкими  шерстяными  тканями,
солью, рыбой, а также закупавшие традиционные русские товары.
   С присоединением Крыма к России, с его "замирением"  и  в  результате
раздачей огромных земельных угодий, принадлежавших ранее султану, ханам,
беям и мурзам, бежавшим в Турцию, здесь очень быстро  формируется  поме-
щичье землевладение. В этих хозяйствах практикуется наемный труд,  более
прогрессивный, нежели крепостнический. И поскольку шерсть,  вина,  зерно
пользовались огромным спросом на европейском рынке,  полуостров  стреми-
тельно развивается как особая экономическая зона и вскоре становится зо-
лотым дном империи.
   Интенсивный процесс специализации  обусловил  усиленный  товарообмен,
повысил зависимость производителей от рынка. Из Крыма за границу  в  ог-
ромных объемах стали вывозиться фрукты, овощи, табак. В  Константинополь
интенсивно уходили соль, красная рыба, евпаторийский лук.
   Все эти товары и становятся в первые годы после присоединения Крыма и
бурного развития земледелия на плодородных землях предгорий (позже  -  и
степей) предметом незаконного экспорта. Захиревшие, а то и  уничтоженные
в период турецко-татарского правления, таможенные традиции в Крыму  зас-
тавила возрождать сама-жизнь.
   "И зачем было судьбе кинуть меня в мирный круг честных  контрабандис-
тов?" - писал Михаил Лермонтов.
   Откуда в русском человеке это сочувствие? У Лермонтова  -  окрашенное
цветом вины. У Куприна (вспомним его листригонов) - романтизация  рыбац-
кого мирка Балаклавы. И не только потому, что там этот  человек  находил
грубое подобострастие собутыльников, материал для своей поэзии. Наверня-
ка он знал, даже был посвящен в то, что потомки херсрнесских греков про-
мышляли не только рыбой, но и контрабандой. А сколько романтического лю-
бования и сочувствия, вроде бы даже вопреки разуму, у Александра  Грина,
у Багрицкого, у Паустовского...
   Быть может, потому в нас эта склонность к идеализации, что контрабан-
да испокон для нашего человека - дитя дефицита, что контрабандист всегда
снабжал народ если не запретными, то наверняка недоступными плодами  ци-
вилизации?
   И все-таки мы лукавим, выставляя на авансцену нашего театра рискового
и даже чем-то благородного контрабандиста.
   Под стать ему у нас и мытарь.
   Чаще всего в произведениях искусства это нечто в большей или  меньшей
мере смахивающее на великолепного Верещагина в луспекаевской  трактовке,
хотя в быту фраза "таможня берет добро" была  не  менее  распространена,
чем "таможня дает добро" киношного Абдуллы.
   Почти каждый из нас хоть раз да столкнулся в  житейском  море  с  ре-
альным стражем и вывоза пошлин, акцизов, и прочих сборов. Истинный  этот
таможенник зачастую столь резко отличается  от  симпатичного  киногероя,
которому "за державу обидно", что нам ничего не остается, как в  очеред-
ной раз попенять на застойное время, когда были  воспитаны  таможенники,
которые, аки псы лютые, потрошили бедного нашего туриста перед  железным
занавесом.
   Правда, многие, наверное, хорошо помнят и то,  как  моряки  торгового
флота и прочие другие, ходившие в "загранку", привозили оттуда  ковры  и
хрусталь, дубленки и плащи "болонья", видеоаппаратуру и прочее. Да в та-
ких количествах, что товары эти заполняли толкучки, барахолки  и  другие
черные рынки. Конечно, же это была та самая настоящая контрабанда, кото-
рая просачивалась, а в канун перестройки буквально валом хлынула в  оте-
чество, за которое никому уже не было обидно.
   Нет, то были еще не челноки. Но там, в недрах черного рынка, уже  пу-
зырились соки, уже занимались корни и нового корчемника, и нового  мыта-
ря.
   Никогда не забуду чернокожего московского студента, снятого с  поезда
"Москва-Берлин" в Бресте только за то, что тот не задекларировал карман-
ные доллары. Он плохо понимал русский язык скорее всего по  двум  причи-
нам. Пьяный хам в униформе таможенника  неправильно  ставил  ударения  и
столь обильно оснащал свою речь матерщиной, что позеленевший от страха и
ничего не понимающий африканец лишь беспомощно размазывал слезы по щекам
цвета ваксы...
   А вот впечатление нового времени. В Казачьей Лопан  и  под  Харьковом
двое изящных молодых людей в погонах украинской мытницы после  недолгого
препирательства со своим  ровесником  -  проводником  фирменного  поезда
"Москва-Симферополь" - взяли 1,5 миллиона русскими рублями (до деномина-
ции) за то, что тот - разумеется, без декларации - вез в Джанкой десятка
два оверлоков.
   Они разные - нынешние как таможенники, так и контрабандисты.  И  наз-
вать этот круг мирным - язык, увы, не поворачивается.
   Демократизация общества сказалась на морали.  Дурно  понятая  свобода
внесла в нравственный реестр независимой Украины в первую очередь  пункт
наркотической зависимости. И похоже, становясь  самостийной,  наше  оте-
чество приобретает все заморские проблемы, хотя крымские специалисты как
с одной, так и с другой стороны закона единодушно утверждают,  что  пот-
ребление "тяжелых" наркотиков здесь еще мало, прежде всего потому, что у
потенциальных клиентов для этого  нет  денег.  Пользуются  доморощенными
средствами и дешевой химией. "Тяжелые" дорогие наркотики идут в основном
на транзит, и их хозяева уповают, что местные таможенные органы недоста-
точно состоятельны. Возможно, пока что нам до продвинутых стран  далеко,
однако навыки растут адекватно  количественному  и  качественному  опыту
борьбы с таким пограничным явлением, как  контрабанда  одного  из  самых
ядовитых плодов цивилизации. Уже сейчас достижений у наших борцов в этой
весовой категории хоть отбавляй.
   Вот один из недавних случаев. При досмотре легковой машины, следовав-
шей из Голландии в Россию транзитом через Крым (разумеется,  не  ближний
свет, что не могло не вызвать подозрения!), сумели  обнаружить  довольно
солидную партию наркотиков; до этого  "голландцы"  преодолели  полдюжины
границ - и прокололись только на полуострове.
   Приведу и пример новаторского метода досмотра. По информации,  посту-
пившей из Одессы, работники Симферопольской региональной таможни  задер-
жали большую партию (более 165 тонн)  томатной  пасты,  расфасованной  в
двухстах металлических бочках. Три отдела  таможни  и  три  собаки,  за-
действованные в столь объемном досмотре, результатов не  принесли,  пос-
кольку груз этот имел, если так можно  выразиться,  трехслойную  защиту:
собственно бочка и герметически закупоренный  фольго-полиэтиленовый  ме-
шок. Пробиться сквозь такую броню, как оказалось, было не под силу  даже
утонченному обонянию кокер-спаниеля. Пришлось обратиться к  умельцам  на
завод "Фотон", где очень быстро изготовили  специальные  приспособления:
средства для разукупоривания фольго-полиэтиленового мешка, а также  уни-
версальный щуп, обеспечивающий сразу три параметра досмотра. С  его  по-
мощью определялись наличие второго дна, присутствие инородного  предмета
в упаковке с пастой и взятие пробы для теста на содержание наркотических
веществ в самом продукте.
   Рассказывать подробности того, как была обнаружена та или иная  конт-
рабанда, не всегда разрешается. Поэтому я поведал об учебном моменте, то
есть непримененном способе, своего рода домашнем задании. Возможно, ког-
да-нибудь он пригодится на практике.

   И ВЗЯТКА ВОШЛА В ИСТОРИЮ

   Мать городов крымских-Феодосия, история которой начинается в середине
VI века до н.э., была и первым таможенным постом на полуострове. Однажды
к ее золотым пляжам пристали триеры из Милета, и, как это у них, колони-
заторов, водится, без проволочек чужеземцы застолбили  кусок  побережья,
где по-быстрому заложили факторию, которая вскоре из обычного  торгового
поселения превратилась в город-государство. Полис этот, не без  причины,
казался предприимчивым грекам, особенно купцам, даром богов. Потому  они
и назвали его Феодосией.
   В связи с этим в средиземноморском бассейне появилась еще одна  река.
Широкая, никогда не пересыхающая река крымского зерна.
   Царь Левкон, правивший здесь в IV веке до н.э.,  дабы  выказать  свое
богатство и привлечь купцов тогдашней ойкумены,  отправил  в  метрополию
200 тысяч медимов (каждый равнялся 52 литрам) пшеницы и написал, что ос-
вобождает от пошлины всех, кто станет его постоянным партнером, то  есть
за товаром будет обращаться только к нему. Так выглядела в античные вре-
мена взятка и борьба за монополию рынка.
   Позже Крым кормил римлян. В средневековой Кафе  "паслась"  Генуэзская
республика. А начиная с XIII века тут воцаряются татары, а затем и  тур-
ки.
   Русский путешественник Василий  Зуев,  побывавший  на  полуострове  в
1781-1782 годах, писал: "Хан сделал сей город своей резиденцией, перенес
из Бахчисарая монетный двор... Здесь имеется таможенный дом, который от-
дается на откуп..."
   Уже после присоединения Крыма к России писатель П. И. Сумароков (1799
год) о Феодосии сообщал следующее:
   "... город пользуется преимуществом порто-франко, каковое право имели
в нем в отдаленные века также афиняне. Цареградские и анатолийские купцы
привозят сюда вина, изюм, финики, винные ягоды, корицу, гвоздику,  хлоп-
чатую бумагу и разные из оной ткани. Отсюда же берут пшеницу, сыромятные
кожи, овечью шерсть, коровье масло и тому подобное".
   Начиная с 1809 года Феодосия возрождается как один из главных  торго-
вых городов Крыма. И основной статьей, пополняющей ее казну,  становятся
таможенные доходы. В 1817 году принимается первый генеральный план  раз-
вития города-порта, которым и определяется местоположение присутственных
мест, гарнизонной казармы, карантинной службы и таможни. И по  настоящее
время двухэтажное здание последней, выстроенное в стиле классик по  про-
екту архитектора Каравицына, остается в хорошем состоянии.
   Из Манифеста Александра I от 24 июня 1811 года: "... в Новороссийском
крае учреждается четыре таможенных округа, в том числе  и  Феодосийский,
состоящий из таможен Феодосийской,  Евпаторийской,  Еникальской,  Балак-
лавской, Керченской и Богазской..."
   Из книги профессора И. М. Саркизова-Саркизини "Старая Феодосия":
   "В порту тихо. На иностранных судах еще спят. У пароходов  прогулива-
ются портовые таможенные стражники с портупеей на боку, тихо переговари-
ваются одиночные рыболовы, приютившиеся с удочкой на оконечности мола; к
пристаням съезжаются экипажи, сходятся носильщики..."
   То было новое утро Феодосии. И хотя книга описывает последнее десяти-
летие прошлого века, картина предстает более оптимистической, нежели та,
которую мы наблюдаем здесь сегодня, то есть сто лет спустя.
   Нынче город двадцати пяти веков, один из древнейших на нашей земле, в
удручающем упадке. В домах нет газа. Зимой холодно. Регулярно отключает-
ся вода и электричество. Стоят заводы и фабрики. Безработица,  заброшен-
ность, захолустье. Мертвая тишина царит даже в некогда оживленном порту.
   А это значит, что и таможенная жизнь едва теплится. То ли потому, что
о Феодосии напрочь позабыли "честные контрабандисты", то ли не исполняют
надлежащим образом своей службы мытные стражи.
   Зато акватория Феодосийского залива все эти годы упадка вовсю эксплу-
атируется браконьерами. Как нашими, так и турецкими. В последнее  время,
особенно пока у пограничников были проблемы с горючим,  иностранцы  чуть
ли не в открытую заходили в наши воды за  кефалью,  ставридой  и  катра-
ном...

   ТАМОЖЕННЫЙ ПОСТ "ЕВПАТОРИЙСКИЙ"

   Если мать-Феодосия пребывает в состоянии исторической паузы, то  одна
из ее дочерей - Евпатория - от контрабандистов просто  не  знает  отбоя.
Сегодня для ее жителей слово  "таможня"  снова  привычно,  как  то  было
здесь, скажем, уже в конце XVIII века.
   Двадцать второго февраля 1784 года императрица-победительница  Екате-
рина II издает указ "Об именовании Крымского полуострова Таврической об-
ластью, о дозволении производить торговлю всем народам по  Черному  морю
при городах Таврической области".
   Тогда и были созданы на полуострове таможни, в том числе и Козловская
(Козлов - от татарского Гезлев, так в то время называлась Евпатория).
   Первым начальником ее был назначенец императрицы Никита Александрович
Арзуманов, двадцативосьмилетний дворянин армянской  национальности,  се-
кунд-майор. А рекомендовал его сам граф П. А. Зубов, бывший тогда екате-
ринославским и таврическим генерал-губернатором.
   Известно, что матушка подписала этот указ 12 марта 1793 года и Никита
Александрович вступил в должность 22 ноября 1793 года.
   Не забудут здесь и первого при независимой Украине начальника Евпато-
рийской таможни Вадима Дмитриевича Иванова, который прибыл  сюда  в  ка-
честве уполномоченного по Евпатории, Саки и району еще  в  1992  году  с
должности старшего-инспектора Симферопольской таможни.  Вскоре  приказом
Государственного таможенного комитета Украины от 17.11.92. создается та-
моженный пост "Евпаторийский", а исполняющим обязанности его  начальника
назначается В. Д. Иванов.
   Сегодня эту таможню можно назвать самой молодой среди  крымских,  ибо
только четыре года назад созданный тут пост получил статус  юридического
лица. За это время тридцатипятилетний ее руководитель успел немало.  Его
усилиями пост превратился в полнокровную структуру. Из  приспособленного
помещения коллектив перебрался в исконное  историческое  здание  царской
таможни, где сегодня созданы все условия для полноценной работы. За пять
лет инспектор, если определяться соответственно общевойсковой  табели  о
рангах, вырос от капитана до генерала. Столь  стремительной  карьеры  за
здорово живешь не сделать. Какие же подвиги стоят за всем этим?
   - Вот лишь перечень некоторых.
   1995 год. В октябре задержано 42 иконы (начало - середина XIX  века),
конфискована 21 000 долларов США, незаконно перемещаемых через границу.
   1996 год. Пресечен вывоз изделий из серебра,  представляющих  истори-
ческую и культурную ценность, весом 3,3 килограмма на сумму 1434  долла-
ра.
   Остановлена контрабанда табачных изделий в количестве 41 тонны на 380
тысяч долларов.
   1997 год. Вскрыт канал перевоза 20 икон (начало - середина XIX века).
   Арестована партия золотых ювелирных изделий общим весом 7 килограммов
759 граммов.
   Установлен факт контрабанды наркотических  средств:  ацетилированного
опия - 2,378 килограмма и эфедрина - 1,455 килограмма.
   За это и многое другое Вадиму Дмитриевичу  Иванову  присвоено  персо-
нальное звание "государственный советник таможенной службы 3-го  ранга".
А вместе с ним и старшему инспектору по борьбе с контрабандой Д. Э.  Лы-
чеву - звание "инспектор таможенной службы 1-го  ранга".  А  все  другие
сотрудники Евпаторийской таможни, так сказать, "за  яичный  вклад"  были
отмечены благодарностями и солидными премиями.
   ...Эта груда золота была потрясающим зрелищем даже для - самого неко-
рыстного. Евпаторийские же таможенники,  двое  суток  описывавшие  багаж
пассажира, прибывшего из Стамбула на теплоходе "Буковина", просто замая-
лись!
   Так много добра привез незадачливый турок в Украину отнюдь не из  гу-
манных побуждений. Контрабандист, удайся ему замысел, мог бы  заработать
на турецкой "ювелирке" не менее 130 тысяч долларов.
   Цепи, серьги, перстни, кулоны, браслеты, броши и медальоны общим  ве-
сом... 7,759 килограмма были упакованы в пластиковые коробочки, заверну-
ты в махровые халаты, спортивные костюмы и прочие тряпки, коих на крымс-
ких базарах сегодня как мусора. На барахло это давно уже мало кто зарит-
ся, обольщаясь вопиющей дешевизной, ибо  все  знают:  турецкое  качество
"вне конкуренции".
   А вот золото-дело иное. Покупатель на него пока не перевелся. Массив-
ные кольца пусть и с безвкусным дизайном, но своим  красноватым  отливом
так напоминающие цвет сусального золота. Это импонирует быстро  разбога-
тевшему на спекуляциях нетребовательному обывателю.  Попутно  не  мешает
заметить: коль она все еще тут есть - эта уныловатая "ювелирка", -  зна-
чит, турецким поставщикам всетаки удается нелегальный этот бизнес?
   Правда, как видим, не всем. Сейчас добро буковинского пассажира поко-
ится в глубинах надежных сейфов. Пока не как достояние  Автономной  рес-
публики, но как вещественное доказательство. Следствие продолжается. По-
тому мы до какого-то времени не можем назвать имя заморского  коробейни-
ка. А другой его соотечественник уже получил приговор суда и вот за что.
   Алмаз Шакир, уроженец городка Малатья, что находится в  противополож-
ной Троянской равнине части Турции, довольно еще молодой человек.  Жена-
тый, со средним образованием. Жил себе тихо-мирно в замечательном городе
Стамбуле, имел хорошую работу: от  фирмы  "Рота"  занимался  реализацией
текстиля.
   Во всяком случае, такое впечатление он производил на своего  ровесни-
ка, коммерсанта из Крыма Аркадия Алибабаева, который по делам своей фир-
мы частенько заходил в "Роту", где и сошелся с тихим клерком накоротке.
   Дружба молодых людей стала, как то случается на  темпераментном  юге,
бурно прогрессировать. Турок проникся к заморскому соседу таким  довери-
ем, что решился попросить о следующей услуге: доставить в Варшаву  чемо-
дан с образцами текстильных изделий. Разумеется,  не  бесплатно.  Дружба
дружбой, а денежки счет любят.
   Тридцатого июля 1997 года с темно-синим чемоданом, набитым  трикотаж-
ными футболками, ступил наш Аркадий на  палубу  комфортабельного  пасса-
жирского лайнера "Татария" и поплыл в Евпаторию.
   Ночью штормило. Алибабаеву стало не по себе. Но  не  из  страха,  что
"Татарию" может постичь судьба "Титаника". Сомнения обуревали простодуш-
ного лишь с виду крымского менеджера. С какой стати взбрело  турку  отп-
равлять футболки с оказией? Вряд ли это дешевле, нежели почтой.  Аркадий
пересчитал гонорар. Вполне достаточная сумма, чтобы съездить  в  Польшу,
вернуться и даже не с пустыми руками.
   Анализируя происшедшее, сопоставляя все "за"  и  "против",  Алибабаев
принял решение вскрыть чемодан, чтобы  убедиться,  что  новый  друг  ис-
пользует его по специальному назначению. Без труда в чемоданчике Аркадий
обнаружил тайник, а в нем пакет с порошком светло-коричневого цвета.
   Первого августа по прибытии в  Евпаторию  Алибабаев  сдал  чемодан  с
двойным дном таможенникам.
   Судебно-химическая экспертиза  показала,  что  порошок  в  количестве
2,378 килограмма представляет собой ацетилированный опий, в состав кото-
рого входит героин. Как объяснили несостоявшемуся наркокурьеру в  тамож-
не, турок отправил польским товарищам недоочищенный героин,  один  грамм
которого на черном рынке стоит до 200 долларов.
   Когда таможня выходит на такие суммы, к борьбе с контрабандой подклю-
чается Служба безопасности.
   Алмаз, как и подобает профессионалу,  был  терпелив.  После  довольно
продолжительного ожидания вестей из Варшавы он позвонил своему  человеку
в Харьков Аксою Сауту - так зовут временно проживающего в Украине  турка
(кроме турецких, все имена изменены) - и хорошей своей знакомой Ларисе в
Симферополь. Просил их разыскать Аркадия. Девушке он дал домашний  теле-
фон Алибабаева и наказал держать связь с Аксоем.
   Примерно в то же время сделали свой ход и оперативники, разработавшие
план завлечения в Крым, возможно, постоянного поставщика наркотиков, да-
бы взять его с поличным, арестовать и судить. Хорошо  проинструктирован-
ный Аркадий позвонил в Стамбул и огорченным голосом сообщил  другу,  что
до сих пор не выполнил его поручения. Намекнул на то, что у него  разла-
дился бизнес, что ему сейчас не до Варшавы.
   Алмаз выразил надежду, что черная полоса непременно  сменится  белой,
что надо взять себя в руки и переломить порядок вещей. Дал телефон Лари-
сы и Саута с тем, чтобы Алибабев передал им пресловутый чемодан.
   После этого Аркадий снова лег на дно. Порученцы Алмаза с ног сбились,
оборвали телефон гостиницы "Москва", номер которого дал Алмазу Алибабаев
в последнем с ним разговоре.
   Теперь в орбиту поисков была запущена еще одна симферопольчанка - не-
кая Зоя, которая и субсидировала поездку Саута в Симферополь.
   Прибывший 1 октября в столицу Крыма харьковский резидент  Алмаза  без
труда нашел Алибабаева в гостинице "Москва", но покинул ее без чемодана,
поскольку тут же без лишней суеты был арестован. Напуганный курьер ниче-
го скрывать не стал. Выложил все как есть и даже согласился  "заболеть",
чем и ускорил приезд в Крым самого шефа.
   Узнав о том, что бедный Аксой попал в больницу, а чемодан  помещен  в
камеру хранения, потерявший терпение Алмаз взял билет на теплоход.
   Пятого октября Зоя сообщила по телефону Сауту, что Алмаз уже в пути и
что она собирается его встретить. Однако 6-го в Евпаторию встречать теп-
лоход "Омега" отправилась Лариса. Она же купила билет до Киева, извлека-
ла чемодан из автоматической камеры хранения, помогала нести (увы, дале-
ко не всегда турки - джентльмены по отношению к женщине).  Словом,  была
при госте до тех пор, пока их не задержали на перроне эсбэушники.
   На суде Алмаз Алибабаева "не узнал". "Впервые" он увидел здесь и  Ак-
соя Саута, что возмущенному посреднику еще больше развязало язык.
   Алмаз Шакир утверждал, что его подставили. Однако предъявленные дока-
зательства организации Шакиром транзитной поставки наркотиков  в  Польшу
так и остались неопровержимыми.
   Двадцать седьмого февраля верховный суд  Автономной  Республики  Крым
приговорил гражданина Турции Алмаза Шакира к восьми годам лишения свобо-
ды с отбыванием наказания в исправительнотрудовой колонии усиленного ре-
жима.
   И все-таки ему повезло. В странах Юго-Восточной Азии за  такие  прес-
тупления приговаривают к смерти.

   ПОЧЕМУ ЯЛТУ НЕ ЛЮБЯТ?

   "Ялита - слово новогреческое и по одной из версий  означает  "берег",
"материк". Древние мореплаватели не могли не заметить эту удобную бухту,
роскошные, склоняющиеся к ней долины, по которым струятся речки с  проз-
рачной водой. Имеются косвенные данные, что здесь  была  греческая  кре-
пость Поли-Хор (не отсюда ли  транскрибировано  название  Поликуровского
холма в центральной части города?).
   На картах XIV века есть обозначение: Галита, Калита. Арабский  ученый
XII века Эридрис упоминает город Джалита.
   Из послания генерал-губернатора графа М. С. Воронцова:
   "... на Южном Берегу находится деревня Ялита, где при ханском правле-
нии был порт с весьма удобными складами, пристанями... жители этой и ок-
рестных деревень имеют баркасы, называемые "ялтовские лодки", на которых
доставляют сюда товары из Одессы и других портов Черного и Азовского мо-
рей. Так как другого сообщения с остальными  местами  России,  Турции  и
Кавказа нет".
   Для исполнения карантинной и таможенной службы с 1821 года на  летний
период из Феодосии присыпались матросы. И набирались местные  жители  из
деревень Ялта, Дерекой, Аутка, Фанфари, Магарач, Массандра.
   Двенадцатого августа 1824 года при пограничной стражной команде  отк-
рыта карантинная и таможенная заставы, которые контролировали  побережье
в сторону Балаклавы на 60 верст, а в сторону Феодосии - на 50, до дерев-
ни Туак.
   Пятнадцатого января 1826 года Сенат издает указ, подписанный  импера-
тором Николаем, "... об учреждении на Южном берегу Крымского полуострова
в селении Ялта Таможенной заставы".
   С июля 1826 года по июль 1829-го керченский купец 2-й  гильдии  Федор
Медведь подрядился и построил на фундаменте турецкой мечети  двухэтажное
здание и еще одно восстановил рядом. В них и разместились карантинная  и
таможенная службы. На одном из них до 1917  года  красовалась  мраморная
доска, на которой золотом было начертано:
   "В сем доме 17 сентября 1837 года Его Императорское Величество  Нико-
лай I провозгласил Ялту уездным городом, дав местечку Ялта статус  горо-
да.
   По сему быть. Николай I".
   До появления дороги (1832-1837 годы), соединившей Ялту  с  Симферопо-
лем, главный город Южного берега Крыма представлял собой весьма  замкну-
тую территорию, а в зимние месяцы напоминал остров, к которому можно бы-
ло подойти лишь морем.
   Однако и теперь это райское место, несмотря на ведущую к нему комфор-
табельную горно-троллейбусную трассу, время от времени по все тем же ме-
теорологическим причинам захлопывается, как мышеловка. Уже в  наши  дни,
когда, случалось, заваливало снегом Ангарский перевал, ялтинцы  по  нес-
кольку дней оставались без почты с большой земли, а  то  и  без  свежего
хлеба.
   Контрабандисты не любят Ялту. Иное дело Евпатория! Туда и морем, и по
"железке", и на автотранспорте можно добраться. Из открытой на все четы-
ре стороны Евпатории и скрыться несравненно легче, нежели из столицы Юж-
ного берега Крыма. И все-таки находятся такие, кто  по  неопытности  или
недомыслию строят свои незаконные расчеты примерно по  следующей  схеме:
нарушения таможенной границы здесь случаются редко, значит, бдительность
у стражей-мытарей не очень уж и сильна.
   Так ли рассуждал Игорь Кондратенков прежде, чем  подняться  по  трапу
теплохода "Академик Вернадский", отплывающего в Стамбул, неизвестно.  Не
знаем, что творилось у него в душе,  когда  в  Ялтинском  порту  инспек-
тор-дознаватель разъяснял подозреваемому в провозе героина,  на  что  он
имеет право.
   Пятнадцатое февраля 1996 года. Шестнадцать часов.
   Из протокола таможенного досмотра:
   "При обыске (длившемся с 21 часа 30 минут до 22  часов  35  минут)  в
двух сумках И. Н. Кондратенкова (1971 года рождения) было обнаружено сы-
пучее вещество светло-коричневого цвета (491,1 грамма). При исследовании
методом тонкослойной хроматографии на пластинке "силуфол" были  выявлены
моноацетилморфин, диацетилморфин, что свидетельствует: порошок, находив-
шийся в прозрачном полиэтиленовом пакете, заклеенном медицинским пласты-
рем, - есть героин. Пакет с наркотиком был спрятан в мешочке, завернутом
в кусок белой ветоши, обмотан шарфом, что  затрудняло  работу  обученной
собаки. Кроме того, было обнаружено 198 долларов, 5000 турецких лир, две
золотые цепочки, перстень с прозрачным камнем. И весь набор  документов:
в том числе диплом об окончании Хабаровской (1991  год)  школы  техников
ВМФ..."
   Данный протокол подозреваемый, И. Н. Кондратенков  подписывать  отка-
зался.
   Из объяснительной подозреваемого:
   "В настоящее время я чувствую себя плохо.  Тошнит,  кружится  голова.
Свои биографические данные помню не все. Не могу сказать, как и откуда я
попал в Стамбул, в какой каюте, на каком корабле прибыл сюда...  Никаких
вещей я не декларировал. Были при мне какие-либо деньги, утверждать зат-
рудняюсь. Разве что около ста долларов США. Уверен, что никакой валюты я
не вез. Золотых вещей - тоже. Проходил ли таможню, не помню..."
   Медицинская комиссия,  приглашенная  для  обследования  задержанного,
сделала вывод, что подозреваемый  находится  под  воздействием  сильного
наркотика.
   Следствие доказало вину И. Н. Кондратенкова. Житель Владивостока  был
привлечен к уголовной ответственности по статье  70  Уголовного  кодекса
Украины и осужден на 8 лет лишения свободы с отбыванием срока в пределах
Украины.
   Совершим небольшой осмотр Ялтинской таможни.
   Одиннадцатое июня 1993 года. Борт теплохода "Муссон". Багаж граждани-
на Ливана Атайя Аль-Лахута. При повторном  досмотре  деревянных  ящиков,
оформленных Днепропетровской таможней, обнаружены не показанные в  доку-
ментах, сокрытые в мебели предметы религиозного культа, в том  числе  33
иконы, а также ковер ручной работы.
   Согласно заключению экспертизы,  названные  предметы  имеют  музейное
значение и могут использоваться в экспозициях.
   Семнадцатое февраля 1998 года. На борту того же теплохода "Муссон"  в
каюте N 69 был проведен досмотр личных вещей старшего помощника капитана
и обнаружена не задекларированная в установленном порядке икона.
   Согласно заключению Государственного  дворцово-паркового  музея-запо-
ведника (город Алупка), образ святого Николая Чудотворца -  икона  конца
XVIII - начала XIX века - имеет культово-историческое значение.
   Надо полагать, второе лицо на корабле не может не  знать,  что  такое
таможенная декларация. Вряд ли старпом позабыл и о правилах  перемещения
ценностей за границу...
   Святой Чудотворец к тому же покровительствует мореплавателям.  Вот  и
получается: что бы там ни решил суд земной относительно этого горе-стар-
пома, выходить ему в море вряд ли безопасно.  Тот,  кто  предал  святое,
беззащитен.
   Девятое ноября 1993 года. Досмотровый зал таможни. В  дорожной  сумке
гражданина Кырзыстана У. Расулова обнаружены незадекларированные и  сок-
рытые от контроля (способом, затрудняющим обнаружение) нагрудные знаки и
медали в количестве 1083 штук.  Указанные  предметы  представляют  собой
драгоценные металлы: серебро - 20 килограммов 370,8 грамма, золото - 230
граммов.
   Первое февраля 1994 года. Досмотровый зал таможни. В багаже граждани-
на Кыргызстана А. Аскарова обнаружен бумажный пакет с орехами, где  най-
дены ордена в количестве 51 штуки, что составляет 989,5 грамма драгоцен-
ного металла-серебра.
   И прочая, и прочая...

   МИМОХОДОМ - В СЕВАСТОПОЛЬ, А ЗАТЕМ - В СИМФЕРОПОЛЬ

   30.11.97. Севастопольский рыбный порт. Борт теплохода "Эрнани"  (порт
приписки - Сочи, Россия).
   Груз: капролактам - сырье для химической промышленности.
   Основание для подозрения:
   1) Маршрут груза,  принадлежащего  казахской  фирме  "Синко":  Колум-
бия-Болгария-УкраинаБельгия (кругаль или, как говорят в Крыму, -  "через
Саки на Майнаки").
   2) Факт общеизвестный: транспортировка из Южной Америки в Центральную
Европу капролактама, который используется как  основа  для  производства
пластиковых бутылок, нерентабельна, более того, убыточна.
   Первый шаг.
   Для тщательного контроля за разгрузкой  1400  герметически  запаянных
мешков по 25 килограммов каждый привлечены все имеющиеся в  распоряжении
Севастопольской таможни средства.
   Второй шаг.
   Принимая во внимание то обстоятельство,  откуда  идет  подозрительный
транзитный груз (у Колумбии репутация страны высокой степени риска конт-
рабанды наркотиков), 05.11.97 года принято решение о задержании груза по
формальному поводу (у сопровождающего не оказалось оригинала довереннос-
ти).
   06.11.97. При досмотре груза, размещенного на таможенном лицензионном
складе, у одного из поддонов с мешками сработала собака. Этот факт окон-
чательно убедил стражу, что их подозрения не безосновательны.
   Таможенники поставили сопровождающего в известность о своих  дальней-
ших намерениях. Без объяснения причин доверенное лицо отказалось  участ-
вовать в проведении таможенного досмотра груза.
   07.11.97. Представитель хозяина груза предъявил  факс,  пришедший  из
Колумбии, в котором службе предлагалось не нарушать  герметичность  упа-
ковки из-за того, что возможна в таком случае утрата первоначальных  ка-
честв капролактама.
   09.11.97. При досмотре части груза было обнаружено четыре мешка  (они
имели специфические опознавательные ярлычки и  весили  на  4  килограмма
меньше других), вещество из которых дало положительную реакцию на  кока-
ин.
   11.11.97. С помощью экспресс-анализаторов "Политест-2" были обнаруже-
ны еще несколько мешков с наркотиком. Это затем нашло подтверждение  как
в местной таможенной лаборатории, так и при экспертизе в Симферополе.
   Сплошной досмотр выявил 27 мешков с аналогичным содержимым общим  ве-
сом 624,4 килограмма. Специалисты подсчитали, что по ценам черного рынка
стоимость партии наркотика составляет около полумиллиона долларов.
   Севастопольской таможней возбуждено уголовное дело, принятое к произ-
водству управлением Службы безопасности Украины. В настоящее  время  ве-
дутся оперативно-розыскные мероприятия и следственные действия по  уста-
новлению причастных к этой контрабанде лиц.
   Прибавилось работы и Интерполу. Уже прогремело несколько выстрелов  в
Болгарии и в Кустанае (Казахстан). Колумбийская мафия  подобные  проколы
партнерам не прощает.
   28 июля 1997 года. 8 часов 30  минут.  Государственный  международный
аэропорт "Симферополь".
   При таможенном оформлении пассажиров, следующих рейсом N 5355,  выяс-
нилось, что гражданин Украины В. П. Цыганков пытался  переместить  через
границу 3 тысячи 600 долларов США. Купюры были спрятаны  за  зеркалом  в
футляре электробритвы "Эра-10" и под переплетом еженедельника.
   Из объяснительной подозреваемого:
   "... не указал в таможенной декларации о наличии у меня валюты... по-
тому что не успел получить справку в банке на  вывоз  принадлежащих  мне
денег".
   Из протокола опроса:
   "Я их положила футляр... за зеркало, а что не поместилось, за  переп-
лет еженедельника, когда узнал, что мне необходимо вылететь в Стамбул  в
субботу".
   Из отчета начальника Крымской региональной  таможни  государственного
советника таможенной службы А. О. Тютюнника:
   "Сотрудниками оперативных отделов Крымской региональной и подчиненных
таможен в течение 1997 года выявлено 1902 нарушения и 43 случая  контра-
банды. Общая сумма задержанной валюты составляет 593543,66 гривен, золо-
тых изделий весом 1941,5 грамма, серебряных - весом 6385,33 грамма.  За-
держано 1133,37 грамма марихуаны. Сумма штрафов - 76859,3 гривны. Из них
взыскано 52923,34 гривны.
   В преобладающем большинстве предметом контрабанды являются товары на-
родного потребления, иностранная валюта, драгоценные металлы, наркотики.
   В 1996 году - преимущественно была валюта.
   Особенностью правонарушений по таможенному ведомству является то, что
из 43 случаев контрабанды 21 был совершен  с  использованием  поддельных
документов.
   Чтобы не допустить оформления и направления грузов в адреса  лжефирм,
организационно-оперативным отделом разработана программа "Несуществующие
фирмы", которая содержит сведения об организациях, отсутствующих по ука-
занным в товаросопроводительных и иных документах адресам.
   Наблюдалось резкое снижение активности так называемых "шоп-туристов",
вылетающих чартерными рейсами в Турцию, ОАЭ, Египет, на  Кипр.  Основная
их часть в результате ужесточения таможенного режима в  порту  "Симферо-
поль" стала ввозить товары через другие  аэропорты  Украины  (Днепропет-
ровск, Запорожье), а морским путем  -  через  Скадовск  (Херсонская  об-
ласть).
   В развитии правонарушений в области таможенного законодательства наб-
людаются следующие наиболее вероятные тенденции: все чаще  в  таможенные
органы будут представляться поддельные документы и ложные сведения  (не-
существующие фирмы, контракты и т.п.); увеличится число нарушений обяза-
тельств о транзите. Это  относится  не  только  к  подакцизным  товарам;
вследствие усовершенствования досмотровой работы в  аэропорту  "Симферо-
поль", морпортах Евпатории, Ялты туристические фирмы станут  манипулиро-
вать пунктами пропуска, выбирая для доставки пассажиров и грузов близле-
жащие к Крыму города.
   И в самом деле, кому еще  из  контрабандистов  захочется  так  проко-
лоться?!

   ГРАБЯТ... ПРОШЛОЕ

   Пантикапей, Неаполь скифский, Мангуп-Кале, Херсонес... Звучание  этих
слов вызывает прежде всего археологические ассоциации.
   Объектов древности, вместе со средневековыми руинами и архитектурными
сооружениями более позднего времени, в Крыму более 10 тысяч.  Среди  них
более 3 тысяч официально считаются памятниками истории, а свыше 5  тысяч
- археологии.
   То, что на 70 с лишним лет археологическое поле СССР, монополия  "со-
ветской науки", было закрыто для иностранных исследователей,  не  всегда
являлось благом - разработки и исследования зачастую шли однобоко,  тен-
денциозно, порой выпадали из русла мировой науки. Но несомненно, сохран-
ность в те годы была выше. Сейчас же археологические  объекты  Северного
Причерноморья открыты для всех - и ладно бы только для заморских  ученых
"варягов", их деятельность предсказуема и, очевидно,  полезна  для  всех
настоящих, а не процветавших только в условиях монополии  ученых.  Но  к
сожалению, в охоту за ценностями включились далеко не ученые, для  кото-
рых слово "ценности" имеет узкопрактический смысл.
   Гробокопатели, грабители археологических ценностей водились в Крыму с
тех самых незапамятных времен, когда появились сами эти ценности,  когда
сложились обычаи богатых захоронений и  храмов,  когда  ценности  начали
припрятывать, создавая клады. В более поздние времена здесь весьма  пре-
успели турки, разоряя склепы и могилы. Потом - российские "старатели".
   В прошлом веке охотников за скифским золотом называли  "счастливчика-
ми" - слово это, видимо, передает тогдашние умонастроения.  "Счастливчи-
ки" здесь промышляли целыми артелями. Самым популярным для  копателей  в
то время был район Керчи, где на каждом километре окрестностей  встреча-
ются если не руины босфорских крепостей, то скифские курганы.
   Нынче особенно интенсивно грабят (а значит, с точки зрения науки,  да
и культуры вообще) гробят позднеантичные и  средневековые  могильники  и
городища в Бахчисарайском и Ленинском районах. Ищут золото. Часть гробо-
копателей настолько невежественна, что бесценные изделия переплавляют  в
безликие слитки, то есть  утрачивается  даже  теоретическая  возможность
воспринимать древнюю красоту.
   Копают и скифские курганы, хотя это достаточно опасно.  Так,  недавно
"форточника", пробиравшегося в сокровищницу десятиметрового кургана, за-
валило - спасли его почти только случайно. Вытащенный  из  глуби  земной
парень, едва придя в себя, улизнул, не оставив спасителям ни  "спасибо",
ни своего имени.
   Условия для работы гробокопателям созданы благоприятные: денег на ох-
рану нет, наводки дают (невольно) ученые, публикующие описания  перспек-
тивных мест и даже подступов к  сокрытым  под  современными  ландшафтами
древностям, и чиновники (вольно, но за мзду), которые издают  распоряже-
ния, в которых подробно перечисляются объекты, имеющие особую ценность и
нуждающиеся в охране, но которые так никем и не охраняются. Есть и рынок
сбыта, и механика вывоза. Так что за сезон и не чрезмерно удачливый гро-
бокопатель, если ему не мешать, может обчистить до сотни склепов и зара-
ботать пару десятков тысяч долларов.
   Один из крупнейших музеев России порадовал сообщением, что его  фонды
пополнились новыми находками из Северного Причерноморья. Побывавшие  там
симферопольские археологи подтвердили, что  сокровища  действительно  из
Крыма. Определили даже их точный археологический адрес.
   Если бы "антики" вывозились только в Россию и только в музеи! Специа-
листы, бывающие на Западе, все чаще встречают крымские находки на аукци-
онах, выставках, в антикварных лавках.  Наши  древности  там  пользуются
большим спросом и называются "сокровища варваров". Популярно все - и ан-
тичные произведения искусства, и самые обычные ремесленные изделия,  так
сказать античный ширпотреб, простая керамика и бижутерия, изделия скифс-
ких, сарматских, готских, аланских ремесленников. Особенно ценятся  сей-
час в Европе золотые, так называемые "рыбоголовые" пряжки.  В  последнее
время разграблению подвергаются даже неолитические стоянки - выполняется
заказ состоятельного коллекционера на кремневые орудия.
   В центре Севастополя есть рынок, называемый "Горка". Там в любое вре-
мя можно купить приличные "антики", включая настоящее  скифское  золото.
Однако сюда  поступает  лишь  небольшая  часть  "накопанного"  в  Крыму.
Большинство прибирает к рукам некий мощный картель, обретающийся за пре-
делами Крыма.
   Крымский Комитет по  охране  и  использованию  памятников  истории  и
культуры насчитывает два десятка человек. Смешно предполагать, что  этот
штат способен защитить "сокровища  варваров"  от  варваров  современных.
Всем, кроме народных избранников и их правительства, ясно, что, если  не
будет создана единая служба, хотя бы подобная небезукоризненной, но  все
же действующей инспекции по борьбе с морским браконьерством, все  архео-
логические горизонты, все культурные слои через несколько  лет  окажутся
опустошены, и уникальный Крым в части исторического наследия  сравняется
с какой-нибудь новостройкой на вечной мерзлоте.
   А пока осквернители праха стараются. Бесчинствуют не только на архео-
логических объектах, но и на кладбищах нового и новейшего времени. В во-
инских могилах добывают награды, значки, шевроны. В гражданских -  укра-
шения. И золото, золото, золото...
   Еще полтора десятилетия тому назад  Крым  прогремел  -  гробокопатели
добрались до мест захоронения жертв массовых расстрелов  под  Симферопо-
лем, на 11-м километре Феодосийского шоссе. Подобные места если находят,
то грабят и сейчас, только шума всесоюзного больше нет.  Зато  появилось
нечто уж совсем небывалое: попытки согнать научные  экспедиции  с  мест,
облюбованных грабителями.

   Post scriptum 1
   РАЗМЫШЛЕНИЯ НА ПОЛЯХ РУКОПИСИ

   Идеальная модель власти - это отсутствие всякой власти, это однознач-
ное, полное, безоговорочное принятие каждым членом общества регулятивных
правил и норм поведения. Так  сказать,  идеальное  гражданское  общество
идеальных граждан. Настолько идеальное, а не реальное, что даже  отпетые
идеалисты  вроде  Кампанеллы  или  коммунистов  допускали,  что  "кто-то
кое-где у нас порой" окажется не столь идеальным, и нужны механизмы  за-
щиты от, пользуясь приснопамятной терминологией, антиобщественных прояв-
лений.
   В более реальных условиях, на сегодняшний день, лучшей формой общест-
венного устройства является демократия. Правда, лично автор вполне  раз-
деляет рузвельтовскую мысль, что на самом деле демократия не  лучшее,  а
худшее общественное устройство, но все остальные известные на  сегодняш-
ний день - еще хуже.
   Под этой самой  демократией  мы  понимаем  непререкаемую  и  всеобщую
власть закона, что вполне предполагает силовые структуры, обеспечивающие
эту власть.
   Но это не единственная система  власти  и  общественного  устройства.
Есть еще иерократия (с хорошо памятной нам, взрослые сограждане,  разно-
видностью, именуемой идеократией), и есть авторитаризм, власть силы,  во
множестве исторических форм и проявлений.
   Власть силы - это самое первоначальное, глубинное, восходящее к самой
животной еще сущности человека; и не будет, наверное, натяжкой  сказать,
что все ранние модели общественного устройства, от  первобытной  стаи  и
разбойничьей ватаги до самых утонченных аристократических и  монархичес-
ких систем, представляют только ее естественное развитие.
   Не требует доказательства утверждение, что все люди не  одинаковы.  И
конечно же сильный подчиняет слабого (речь не только о динамометрических
мерках, то есть надо учитывать и умственные, и психоволевые параметры).
   У стаи всегда выделяются вожаки. Это естественно, это закономерно,  и
вполне может сложиться ситуация, когда власть  силы  распространится  на
большую группу людей, род, племя.
   Что произойдет, если такой род станет главенствующим? Да ничего  осо-
бенного, в истории мы видим тому тьму примеров, и называется это  обычно
сменой династии. А все и всякие монархические тонкости, иерархии, прави-
ла престолонаследия служат, в сущности, для противостояния той самой за-
кономерности, которая породила всякую монархию, всякое проявление власти
силы: беспрерывное, неизбежное, закономерное появление все новых и новых
сильных.
   Поэтому всякая авторитарная власть сама по себе Туликова,  она  может
искусственными (и отработанными за тысячелетия) средствами продлять свое
существование, но вечной быть она не может, пока не станет принципиально
иной. (Демократия, кстати,  в  этом  отношении  не  Туликова,  поскольку
сильнейшие-лучшие имеют возможности для роста в правильно организованном
обществе.)
   Но власть силы, авторитарная власть, авторитарный способ жизни не от-
менен историческим развитием даже в тех странах,  где  авторитаризм  как
государственное устройство отменен.
   Банда, особенно такая брутально-криминальная, как,  например,  создал
Бабак, представляет собой самую чистую модель  авторитарной  власти.  Но
изначальная порочность, прежде всего внутренняя неустойчивость такой мо-
дели, стала ясною давнымдавно, и на протяжении  тысячелетий  старательно
отыскивались и отрабатывались различные ухищрения, предназначенные  сде-
лать эту модель если не вечной, то долговечной.  Аристократия,  династи-
ческие правила, привлечение авторитета Церкви, создание законов и тради-
ций (в том числе, например, "правил", "понятий", по которым живут воры в
законе), кастовая система, клановость, в известной  мере  национализм  и
шовинизм - все это "подпорки", вспомогательные средства  для  увеличения
устойчивости, ослабления изначальных внутренних пороков этой модели.
   Окончательно же преодолеть их нельзя -  тогда  авторитаризм  попросту
должен стать другим, скажем демократией.
   Но и окончательно избавиться от такого общественного  устройства,  от
власти силы, от патриархально-авторитарной модели, тоже нельзя, по край-
ней мере, до тех пор, пока не утвердятся в сознании  каждого  члена  об-
щества законы и нормы идеального общественного устройства.
   Тем более не может исчезнуть авторитаризм в  реальных,  развивающихся
обществах, где не идеально ни законодательство, ни его  исполнение,  где
существует немалый слой  людей,  для  которых  официальная  правоохрани-
тельная система не защита и не опора.
   Обычно приводятся примеры итало-американской  мафии,  "Коза  ностры".
Да, это классическая, "чистая" авторитарная система, чрезвычайно жесткая
пирамида власти, основанная на силе и скрепленная традициями и  страхом,
опирающаяся на немалый общественный слой людей (в Америке - на  итальян-
цев, особенно сицилийцев-эмигрантов), которые пока еще не могут получить
надежное прикрытие от легальной административно-полицейской системы. Как
принято говорить, "бандиты - это "полиция" для тех, кто не  может  обра-
титься в полицию".
   По сути, на переломе восьмидесятых и в девяностых годах и у нас  сло-
жилось положение, когда появился и расширялся слой людей, которые не по-
лучали необходимой защиты и поддержки от государства, более того, до сих
пор находят в нем только препятствие для занятий нормальным делом и нор-
мальной жизни - и речь, как вы понимаете, совсем не  идет  о  преступном
бизнесе. Самым что ни есть нормальным делом пока что практически  невоз-
можно заниматься из-за несовершенства законодательства и  параноидальной
налоговой системы.
   И в этих условиях, учитывая еще слом общественно-экономической форма-
ции и связанную с этим духовную перестройку  каждого  человека  (не  все
этого хотят, но со всеми это происходит, в большей или меньшей  мере,  -
за исключением, конечно, больных и профессиональных фанатиков), неизбеж-
но появлялись и "чистые" банды, и бандитские группировки, представляющие
"крыши". Они все разные, но по логике - наиболее устойчивые из них,  со-
четающие чисто криминальные, экономически-теневые и легальные методы ра-
боты, не могли не появиться, не вырасти  до  объединений,  империй  -  и
столь же закономерно не могли в конечном итоге не лезть в политику.
   Мы ни в коей мере не считаем власть бандитскую добром - мы только го-
ворим о ее закономерности и временной неизбежности.
   И то, что формы ее изменяются, как вы без  труда  заметите,  хотя  бы
прочтя эту книгу, говорит о том, что изменяется и само наше общество,  и
постепенно, быть может даже за жизнь одного поколения, период перелома и
первоначального накопления капитала перейдет в несколько более  приятный
и стабильный.
   Понимание закономерности появления и становления  группировок,  осно-
ванных на авторитарном принципе, ничуть не означает, что это есть какое-
то благо. Преступные группировки не нужны обществу, если в нем нет тене-
вой экономики, теневого права, теневой деятельности...

   Post scriptum 2
   НА ПОСЛЕДНЕЙ СТРАНИЦЕ - ЖИЗНЬ

   Недавно, когда я еще работал над книгой, ко мне приехал товарищ,  ко-
торый не был в этих местах очень долго, и мне  пришлось  несколько  дней
поездить с ним по Крыму и еще раз осмотреться и подумать, что здесь про-
изошло за последнее время.
   Погоды стояли самые замечательные, чем ближе к морю, тем чаще попада-
лись свежезагорелые курортники, с небывалой активностью проходил  ремонт
и подготовка к сезону, а рынки уже настолько переполнились изобилием да-
ров природы, что выплеснулись на прилегающие улицы и трассы.
   Мы прошли и проехали практически по всем памятным по прошлому десяти-
летию местам - от Щелкина до Севастополя и Ялты.
   Нет, конечно, никакого рая земного. Средний крымчанин пока  столь  же
нищ, как житель любой другой области и порой выживает только потому, что
климат у нас мягче и от земли и от морей подкормиться можно.  И  все  же
мир вокруг больше тяготел к  невидимому,  невысказанному,  но  понятному
большинству цивилизованному обличью и сути.
   И проявлялось это не во внешней атрибутике, а в  каком-то  подспудном
движении, в отношениях людей, в каких-то поступках.
   В Щепкине много еще было  неблагополучия,  но  уже  исчезло  ощущение
мертвечины, патологической разрухи, как бы невольно провоцирующей рожде-
ние бешеных волчьих стай.
   ...Но процент самоубийств в поселке был самым высоким в Крыму...
   В татарской шашлычной под Белогорском мы с моим спутником наелись эк-
зотической вкуснятины до отвала, так, что попросту задремали за столика-
ми. А крепкие черноголовые парни, пересмеиваясь и сверкая улыбками, бди-
тельно стерегли наши раскрытые сумки и незапертую машину.
   ...Но под частным пунктом автосервиса  обнаружили  целое  кладбище  -
там, глубоко в земле под смотровой ямой, истлевали тела нескольких  нес-
частных автовладельцев, чьи машины приглянулись "авторемонтнику"  и  его
подручным.
   В трех десятках магазинов, в которых нам пришлось побывать,  продавцы
и менеджеры были именно так предупредительны и компетентны, что нам ста-
новилось просто неудобно, если покупка не совершалась.
   ...Но практически все без исключения цены в них были выше, чем где бы
то ни было в Крыму (а у нас, не считая столицы, самый дорогой  регион  в
стране), и как раз в дни нашего пребывания все магазины, входящие в сис-
тему "Гелена" и "Афганмаркет", проводили  четко  согласованную  игру  на
очередное повышение цен на сахар, хлеб и "колониальные товары".
   Во всех кафе и ресторанах мы сидели, ели и пили, ни разу  не  поосте-
регшись ни обслуги, ни соседей за столиком, ни качества продуктов и  на-
питков. А выбирая точки, я вспоминал  и  рассказывал,  кто  и  когда  их
"пас", где и кого здесь "завалили". Товарищ мой, парень бывалый, сказал,
что такой вкусной отбивной, как в "Учан-Су", бывшем логове братьев  Бес-
таевых, он давно не пробовал.
   ...Но четырнадцатилетняя девчонка, рассердившись на свою девятилетнюю
подружку, истыкала маленькую ножом - полдюжины только смертельных ран...
   Много раз нам приходилось звонить  по  городскому,  междугородному  и
международному телефонам - и ни разу у нас не было  проблем  со  связью,
патронируемой не раз упомянутыми в этой книге кланами.
   ...Но лидер коммунистов, новый спикер нашего парламента,  предупредил
счастливых сограждан (ознакомившись, надо полагать, за непродолжительное
время после выборов с реальным состоянием дел и расстановкой  сил),  что
красное большинство в крымской Верховной Раде и  красное  правительство,
возможно, к осени станут жертвой криминальной контрреволюции. Интересно,
как? Поменяют окрас?
   Побывали мы на рынке, контролируемом объединением "Русь".  Там  всего
несколько месяцев назад, весной, провели большую  милицейскую  операцию,
арестовав целую бригаду рэкетиров (как часто это уже происходит, основа-
нием для раскрутки  и  арестов  стали  заявления  торговцев,  обложенных
данью). Более чистого, организованного и безопасного рынка мы еще не ви-
дели: ни одного бомжа, ни одного карманника и никаких  попыток  "кинуть"
со стороны продавцов; и с каждой точки просматривались двухметровые  ох-
ранники, одетые в некий гибрид камуфлы и милицейской  формы  и  действи-
тельно присматривающие за порядком.
   ...Но расстреляли молодого бизнесмена, его жену и двух  дочерей-мало-
леток, пытаясь отнять первый доход фирмы; доход еще не случился,  деньги
еще не поступили, а людей не воскресишь.
   В самом центре города у  нас  произошли  неполадки  в  машине,  и  мы
кое-как на первой передаче доскрипели до мини-мастерской  неподалеку  от
борцовского спортзала, который не так давно называли не иначе как  "шко-
лой юного рэкетира" (теперь не называют).
   Трое крепких, слегка за тридцать, парней за час отремонтировали маши-
ну, достав (за гроши) какойто супердефицитный плунжер, что ли,  а  мы  в
соседнем кафе уплетали просто очень хорошие пельмени от  фирмы  "Ай-Пет-
ри".
   ...Но президент ввел в действие (задним числом) указ, превращающий  и
без того грабительский закон о налогообложении в нечто просто недопусти-
мое, что может в два-три месяца угробить все  легальное  производство  в
стране. И знакомый бизнесмен, который пережил и рэкет, и налоговую поли-
цию, и обесценивание оборотных средств, и даже  разорительную  подставку
компаньоном, впервые прекратил все операции по банковскому счету и начал
переговоры о работе за наличку без документов.
   Часть пути мы проехали по трассе, старательно выглаженной громадными,
монстроподобными немецкими асфальтоукладочными машинами, обгоняя  распи-
санные свежей рекламой троллейбусы.
   Трасса, красивая в любое время года, в эту пору была просто  захваты-
вающе прекрасна; многочисленные посты ГАИ (парни в  бронежилетах  и  при
автоматах) нас останавливали, но вели себя вполне  корректно:  проверили
документы, принюхались, чем пахнет в салоне, и - счастливого пути.
   ...Но повесился молодой водитель троллейбуса, истерзанный  нищетой  и
отчаянием; семья, которую он не смог прокормить, еще живет.
   Может быть, потому, что темнело очень поздно (сезон такой), но в  де-
сять вечера мы спокойно прошли по набережной через парк в больницу, куда
попал из-за автомобильной аварии наш старый приятель.
   Три года он работал в группировке,  патронировал  несколько  ларьков,
обеспечивал доставку в них поддельной  водки.  Участвовал  в  разборках,
доставалось ему и от конкурентов, и от милиции. Потом  бригадира  убили,
один из его напарников сел, и приятель - назовем его С. - завязал.  Неп-
лохой водитель (авария - не по его вине), он стал развозить товар в при-
личной легальной фирме. Заработка хватает на него и на маленькую семью.
   - Знаете, ребята, - сказал он нам, когда мы заговорили о житье-бытье,
- страшно не хочу нарушать, но... Пусто  как-то  стало.  Что  ж,  только
жрать да телик смотреть? А раньше...
   Многое, очень многое изменилось за эти годы в Крыму. Ни один оптимист
не скажет, что на полуострове воцарились законность и порядок, но  расп-
ределение и сил, и направленности усилий правоохранительных органов  пе-
ременились. Продолжают меняться и сами органы, тот же  многократно  нами
цитированный генерал Г. Москаль упомянул, что за последнее время  не  по
своей воле сняли погоны более семисот человек, "не отвечающих  современ-
ным требованиям".
   Крупные криминальные кланы влились в основном в экономическую  систе-
му, в жизнь общества, стали вровень с  кланами  старыми,  восходящими  к
партийной элите, и сформированными в последующие  годы  национальными  и
политическими группировками. И в их интересах уже не погоня за  доходами
любыми средствами и не физическое устранение  конкурентов,  а  повышение
прибыльности своей собственности, развитие по нормальному рыночному  пу-
ти, - хотя незаконные тенденции в их деятельности будут проявляться  еще
долго, может быть, и не одно поколение.
   Но непременно наступит время, когда девяностые годы назовут  периодом
первоначального накопления капитала, а наследники  вожаков  криминальных
объединений и империй станут настоящей элитой, предпринимателями,  меце-
натами, учеными, возможно, и звездами творчества (гены отцов, энергичных
и бесстрашных, не пропадут вотще). Сами же наследники, пожалуй, и  поза-
будут, сколько изломано судеб и сколько отнято жизней в этот самый пери-
од...
   А против обычной уголовщины будет  вестись  борьба  давно  известными
средствами и методами, борьба уже сейчас  намного  более  успешная,  чем
пять лет назад, - и на долгие годы  установится  некоторое  динамическое
равновесие: воры воруют, сыщики ловят, суды сажают - ну все как обычно.
   Иногда с большим, иногда с меньшим успехом, но никогда - с полным...

 Изд. "ЦЕНТРПОЛИГРАФ", Москва, 1998 г.


 

<< НАЗАД  ¨¨ КОНЕЦ...

Другие книги жанра: криминал

Оставить комментарий по этой книге

Переход на страницу:  [1] [2] [3] [4]

Страница:  [4]

Рейтинг@Mail.ru








Реклама