проза - электронная библиотека
Переход на главную
Жанр: проза

Керет Эдгар  -  Разбить свина


Страница:  [1]




   Папа не соглашался купить мне эту игрушку -  Барта  Симпсона.  Мама
как раз хотела,  а вот папа - ни в какую. Он говорил, что я капризный.
"С чего нам вдруг покупать это,  - говорил он маме.  - С какой  стати?
Стоит  ему  заикнуться - и ты уже бросаешься выполнять".  Папа сказал,
что у меня нет уважения к деньгам,  и если я не приобрету его с  детс-
тва,  то когда же приобрету? Дети, которым, как только это взбредет им
в голову, покупают Барта Симпсона, вырастают потом оболтусами и грабят
киоски.  Привыкают,  что им все легко достается. И вот вместо Барта он
купил мне уродливого фарфорового поросенка с плоской  щелью  в  спине.
Теперь-то я вырасту человеком, теперь-то уж я не стану оболтусом.
   Каждое утро я должен выпивать чашку какао,  пусть я его и ненавижу.
За какао с пенкой - шекель,  за без пенки - полшекеля.  Но если  после
этого  меня  вырвет,  я вообще ничего не получаю.  Монетки я опускаю в
Свина, в щель в спинке. Если Свина потрясти, он тихо позвякивает. Ког-
да  Свин наполнится монетами доверху и звяканье прекратится,  я получу
Барта на скейтборде. Так сказал папа. Так, сказал он, будет педагогич-
но.
   А Свин все же прелестный. И нос у него такой прохладный, когда тро-
гаешь.  Бросишь в Свина шекель - Свин улыбается.  Полшекеля бросишь  -
тоже улыбается. Но самое замечательное, что он улыбается и без этого -
просто так. Я и имя ему подобрал - Песахзон. Так звали человека, кото-
рый жил когда-то в нашем почтовом ящике,  - папе ну никак не удавалось
соскоблить его имя с таблички.  Песахзон - он не такой,  как остальные
мои игрушки.  Он страшно спокойный.  Он без всякого электричества, без
всяких там пружинок и батареек, которые вечно текут. Нужно только сле-
дить,  чтоб он не спрыгнул со стола.  "Песахзон, будь осторожен, ты же
фарфоровый",- говорю я ему,  когда вижу его на самом краю  стола,-  он
все  поглядывает  вниз.  Песахзон улыбается и терпеливо ждет,  чтобы я
взял его в руки и поставил на пол.  Я просто без ума от него,  от этой
его улыбки.  Только ради него я каждое утро пью какао с пенкой.  Чтобы
засунуть шекель ему в спинку и убедиться, что его улыбка ну ни капель-
ки не меняется.  Я люблю тебя, Песахзон, говорю я ему тогда. Мой самый
честный,  я люблю тебя больше папы и мамы.  И всегда буду любить тебя,
даже если ты вырастешь разбойником и будешь громить киоски. Но если ты
у меня спрыгнешь со стола, смотри!
   Вчера пришел папа,  снял Песахзона со стола, перевернул его и начал
ужасно трясти.
   - Осторожно, папа,- сказал я,- ты делаешь больно его животику.
   Но папа меня не слушал.
   - Он больше не бренчит,  знаешь ли ты, что это означает, Йоави? Это
означает то, что завтра ты получишь Барта Симпсона на скейтборде.
   - Здорово,- сказал я,- Барта Симпсона на скейтборде, здорово. Толь-
ко перестань трясти Песахзона, ему же неприятно.
   Папа поставил Песахзона на место и пошел за мамой.  Через минуту он
вернулся. Одной рукой он тащил маму, в другой держал молоток.
   - Ну,- сказал он маме,- что я говорил?  Ребенок учится ценить вещи.
Верно, Йоави?
   - Конечно, учится,- сказал я,- конечно, а зачем молоток?
   - Это для тебя,- сказал папа и вложил молоток мне в руку,- но толь-
ко осторожно!
   - Конечно, я буду осторожен,- сказал я.
   И я действительно был осторожен.  Но через несколько минут папа  не
выдержал и сказал:
   - Ну, разбей наконец эту свинью!
   - Что,- спросил я,- Песахзона?
   - Да-да, Песахзона,- сказал папа. - Ну давай же, разбей ее! Ты зас-
лужил Барта Симпсона! Ты для этого сильно постарался!
   Песахзон улыбался мне грустной улыбкой фарфорового Свина,  понимаю-
щего,  что пришел конец.  Пусть лучше сдохнет этот Барт Симпсон, чем я
ударю друга молотком по голове!
   - Не хочу Симпсона,- и я вернул папе молоток,- мне хватит  Песахзо-
на.
   - Ты не понял,- сказал папа. - Так надо, это педагогично. Дай сюда,
я разобью сам.
   Папа занес молоток,  но тут я увидел маму с растерянными глазами  и
Свина с усталой улыбкой и понял, что сейчас мой ход и, если я не пойду
первым, Песахзону крышка.
   - Папа! - Я уцепился за его ногу.
   - Что, Йоави? - сказал папа, и рука с молотком повисла в воздухе.
   - Пожалуйста,- взмолился я,- дай мне еще один шекель!  Дай мне бро-
сить в него всего один шекель,  после какао, завтра. И тогда разобьем.
Завтра, я обещаю.
   - Еще шекель? - Папа улыбнулся и положил молоток на стол. - Видишь,
я добился, что ребенок стал сознательным.
   - Да, сознательным,- сказал я,- завтра.
   Слезы подступали к горлу,  но я сдержался.  И только после того как
родители вышли из комнаты,  я прижал к себе Свина  сильно-пресильно  и
заплакал. Песахзон молчал и подрагивал у меня в руках.
   - Не волнуйся,- прошептал я ему на ухо. - Я спасу тебя.
   Я дождался, пока папа в большой комнате кончил смотреть телевизор и
пошел спать. Тогда я тихо-тихо поднялся и вместе с Песахзоном прокрал-
ся через веранду. Мы шли вдвоем очень долго, в полной темноте, пока не
вышли в поле, все в колючках.
   - Свины умирают в полях,- сказал я Песахзону и поставил его на зем-
лю. - Вот именно в таких колючих полях. Здесь тебе будет хорошо.
   Я ждал ответа, но Песахзон молчал. Я тронул его за нос, чтобы прио-
бодрить.  Он пронзил меня горьким взглядом.  Он понимал,  что  никогда
больше не увидит меня.

   Перевод Александры Петровой



 

КОНЕЦ...

Другие книги жанра: проза

Оставить комментарий по этой книге

Страница:  [1]

Рейтинг@Mail.ru








Реклама
кукольный домик