религиозные издания - электронная библиотека
Переход на главную
Жанр: религиозные издания

Абрамович Марк  -  Иисус, еврей из Галилеи


Переход на страницу:  [1] [2] [3] [4]

Страница:  [2]



     Есть еще одно существенное отличие Евангелия от Марка.  По
Марку,  Иисус  не  только  открыто  говорит о своем мессианском
предназначении, но и называет себя сыном Божиим. Первосвященник
во время допроса напрямую спросил  его:  "Ты  ли  Христос,  Сын
Благословенного?   Иисус   сказал:   Я;   и   вы   узрите  Сына
Человеческого, сидящего одесную силы  и  грядущего  на  облаках
небесных".  Только  после этих слов, первосвященник разорвал на
себе одежды свои, и все признали, что Иисус повинен смерти.
     Первый  пасхальный  день  после  бурно  проведенной   ночи
"старейшины",    "книжники"   и   "первосвященники"   со   всем
Синедрионом провели не менее активно.  Первым  делом  они,  как
говорит Марк, "составили совещание и, связавши Иисуса, отвели и
предали Пилату".
     Следствие  у  Пилата  Марк излагает очень кратко. Пилат не
стал отправлять узника к Ироду, не советовался по  его  делу  с
женой,  не умывал рук, в знак своей непричастности к казни ни в
чем не повинного праведника, он просто  спросил  его  напрямую:
"Ты  Царь Иудейский?". Получив уклончивое подтверждение этому -
"ты говоришь", Пилат подивился немногословности  узника  и,  не
найдя за ним никакой вины, решил его отпустить.
     Была  и  еще одна причина такого поведения правителя: " на
всякий же праздник отпускал он  им  одного  узника,  о  котором
просили".  Да  и  народ,  собравшийся  по  этому  случаю  около
резиденции правителя, "начал кричать и просить  Пилата  о  том,
что   он   всегда  делал  для  них".  Исполненный  праздничного
благодушия, правитель спросил собравшихся: "хотите  ли,  отпущу
вам  Царя  Иудейского?".  Но  не  тут-то было, "первосвященники
возбудили народ просить, чтобы отпустил им  лучше  Варраву",  и
тот самый, до крайности возбужденный народ, мгновенно забывший,
как  он  толпами  ходил  за Иисусом и ловил каждое его слово, в
ответ на предложение освободить Иисуса,  опять  начал  кричать:
"распни  Его!"  Делать  нечего,  "Пилат,  желая сделать угодное
народу,  отпустил  им  Варраву,  а  Иисуса,  бив,   предал   на
распятие".
     Воины  только  того  и  ждали  -  "собрали весь полк", как
видно, по случаю праздника у них другого дела не  было,  "одели
Его в багряницу, и, сплетши терновый венец, возложили на Него".
И  началась  потеха:  уж  они  и  били его по голове тростью, и
плевали  на  него,  и,  становясь  на  колени,  кланялись  ему.
Насмеявшись над ним вдоволь, "привели Его на место Голгофу, что
значит   "лобное   место",  и  распяли.  В  отличие  от  других
евангелистов, Марк говорит, что надпись на  кресте  была  очень
краткой - "Царь Иудейский" - и это была "надпись вины Его".
     Была  Пятница,  первый  день  еврейского  праздника Песах,
девятый час. Как бы специально для потомков Марк описывает  все
весьма  педантично: настал вечер в пятницу, "то есть день перед
субботою".  И  вот  в  этот  вечер,  после  трехчасовой   тьмы,
наставшей  "по  всей  земле",  "в  девятом  часу  возопил Иисус
громким голосом: "Элои! Элои! ламма савахфани?" -  что  значит:
Боже  мой!  Боже  мой!  для  чего ты меня оставил?". Евангелист
говорит, что некоторые из стоявших рядом, "услышавши  говорили:
вот,  Илию  зовет".  После этих слов, Иисус "испустил дух". Тут
же, "завеса в храме разодралась  на-двое".  Пилат,  по  просьбе
Иосифа  из Аримафеи, "знаменитого члена совета", отдал ему тело
казненного. Иосиф же,  "купив  плащаницу,  и  сняв  Его,  обвил
плащаницею и положил Его во гробе, который был высечен в скале,
и привалил камень к двери гроба".
     Женщины  пришли  обмыть  и умастить тело покойного "весьма
рано,  в  первый  день  недели"  и  увидели   камень   гробницы
отваленным.  "И  вошедши  во  гроб,  увидели юношу, сидящего на
правой стороне, облеченного в белую одежду, и ужаснулись". Чему
было ужасаться, Марк не говорит. Юноша  и  объявил  женщинам  о
воскресении  Иисуса  и  велел сказать его ученикам, что учитель
предварит их в Галилее.
     Так  и  произошло.  Перед  вознесением   на   небо   Иисус
напутствовал  апостолам:  "идите  по  всему миру и проповедуйте
Евангелие всякой твари".  Непонятно,  имел  ли  Иисус  ввиду  и
животных,   но   последователям   своим   он   обещал   большие
преимущества: "уверовавших же будут сопровождать сии  знамения:
именем   Моим  будут  изгонять  бесов,  будут  говорить  новыми
языками; будут брать змей; и если что смертоносное  выпьют,  не
повредит  им;  возложат  руки на больных, и они будут здоровы".
Сказав эти слова, Иисус вознесся на небо. У христиан всего мира
есть прекрасная возможность проверить истинность своей религии:
брать в руки ядовитых  змей,  запросто  пить  цианистый  калий,
говорить   "новыми   языками"   и   излечивать  больных  СПИДом
возложением рук. Все должно получиться.  Если  нет,  то  -  или
религия  ложна, или евангелист, мягко выражаясь, присочинил. Но
тогда...

     Евангелие от Иоанна

     Это Евангелие резко отличается от всех предыдущих. Ни один
из авторов  предыдущих  синоптических  Евангелий   не   решился
напрямую  обожествить  Иисуса.  Это  делает Иоанн. По Иоанну, с
самого  начала  Иисус  предстает  как   бестелесное   существо,
лишенное   человеческих  качеств,  божество,  только  принявшее
человеческий облик. Но и в этом облике  он  не  совсем  обычный
человек:  он  никогда  не  подвергается искушениям (не случайно
Иоанн опускает рассказ об искушении в  пустыне  "от  диавола"),
никогда  и  ни в чем не сомневается и с самого начала возвещает
всем, что он расстанется с жизнью во имя исцеления всех людей и
потом воскреснет. С самого начала  Иисус  представлен  нам  как
вечно  существующая сущность, в начале бывшая словом. Иоанн так
говорит об этом: "В начале было Слово, и Слово было у  Бога,  и
слово было Бог. Все через Него начало быть, и без Него ничто не
начало   быть,   что  начало  быть".  Вот  такое  "простенькое"
начало... Было Слово, оно было у Бога, и  оно  же  было  Богом.
Другими  словами,  Слово  было  само  у  себя  и само себе было
Богом... Но и это еще не все: в Слове этом была жизнь, и  жизнь
эта  "была  свет  человеков".  Наконец,  свет  и  Слово слились
воедино  и  "Слово  стало  плотию  и  обитало  с  нами,  полное
благодати   и   истины;  и  мы  видели  славу  Его,  славу  как
единородного от Отца".
     Этому слиянию и воплощению предшествует  появление  Иоанна
Крестителя, который "свидетельствует о Нем и восклицая говорит:
Сей  был  Тот,  о  Котором  я  сказал,  что Идущий за мною стал
впереди меня, потому что был прежде меня".  И  тут,  как  и  со
Словом,  все  не  просто:  кто  впереди,  кто  за кем, кто кому
предшествует... Но не в этом суть, а в том, что "закон дан чрез
Моисея, благодать же и истина произошли  чрез  Иисуса  Христа".
Стало  быть, по Иоанну, в заповедях Божьих до Иисуса не было ни
благодати, ни истины.
     Сама  проповедническая  деятельность   Иоанна   Крестителя
описана   с   подробностями,   которых   нет   в  синоптических
Евангелиях.  Оказывается,   "иудеи   прислали   из   Иерусалима
священников  и левитов спросить его: кто ты?", не Мессия ли ты?
- "Он сказал: нет". Тогда посланцы поинтересовались:  "что  же?
ты  Илия? Он сказал нет. Пророк? Он отвечал: нет". У посланных,
видимо, кончилось терпение, и они спросили уже  напрямик:  "что
ты  скажешь  о  себе самом?", и на каком основании ты крестишь,
если ты не Мессия, не Илия и даже не пророк?  И  тут  Иоанн  им
ответил: "я глас вопиющего в пустыне: исправьте путь к Господу,
как сказал пророк Исаия". Час от часу не легче, оказывается, не
только  Иисус  - воплощение слова, Иоанн Креститель тоже, да не
просто слова, а "гласа, вопиющего в  пустыне".  И  далее  Иоанн
говорит  о  Христе и о своей деятельности весьма странные вещи:
"Я не знал Его; но для того пришел крестить в  воде,  чтобы  Он
явлен  был  Израилю".  Надеюсь,  вы  не  забыли,  что Иоанн был
двоюродным братом Иисуса? Тем не менее он утверждает, что "я не
знал Его; но Пославший меня крестить в  воде  сказал  мне:  "на
кого  увидишь  Духа  сходящего  и пребывающего на Нем, Тот есть
крестящий Духом Святым"; и я видел  и  засвидетельствовал,  что
Сей есть Сын Божий".
     После  вступления  евангелист  переходит непосредственно к
деятельности  Иисуса  и  начинает  повествование  с  того,  как
присоединились  к  нему  два будущих апостола - Андрей и "Симон
Петр". Было это так: один из братьев, Андрей, услышав от Иоанна
Крестителя об Иисусе, последовал за ним и, убедившись, что  это
мессия,  привел  к нему своего брата. Иоанн пишет: "он (Андрей)
первый находит брата своего Симона  и  говорит  ему:  мы  нашли
Мессию,   что   значит   "Христос"  и  привел  его  к  Иисусу".
Вдумайтесь: приходит еврей к еврею  с  радостным  сообщением  и
говорит   ему  на  его  родном  иврите,  что  появился  наконец
долгожданный Машиах (мессия, спаситель), и тут же поясняет  ему
на  чужом  для  него  греческом  языке,  что это значит Христос
(спаситель). Не лучше ведет себя и  Иисус.  Приводят  к  еврею,
толкователю  Торы  учащему  на их родном языке "в синагогах их"
нового последователя, а он, "взглянув на  него,  сказал:  ты  -
Симон,  сын  Ионин,  ты  наречешься  Кифа, что значит "камень".
Совершенно очевидно, что писал эти слова отнюдь не  современник
и  даже  не  житель  Израиля.  Такое мог написать только житель
греческой диаспоры для людей, говорящих на греческом  языке,  и
потому  вынужденный  пояснять незнающим иврит значение слов. Не
могли так  говорить  между  собой  коренные  жители  Иудеи  или
Галилеи в описываемые времена!
     Как  и  в  синоптических  Евангелиях,  Иисус вербует новых
сторонников,  ходит  по  всей  стране,  окруженный  восхищенной
толпой,   проповедует  и  творит  чудеса,  исцеляет  больных  и
воскрешает  мертвых.  Однако  почти  все  подобные  случаи   не
совпадают  во  многих  деталях с теми, которые описывают другие
евангелисты. Казалось бы, мелочь, но если смотреть на Евангелия
как на исторический источник, то любая подробность, относящаяся
к  фактической   стороне   дела,   не   подтвержденная   и   не
опровергнутая  другими  источниками,  обесценивает  приведенные
"факты".
     Так, только в Евангелии от Иоанна можно  прочесть  о  том,
что   Иисус   вел  продолжительные  беседы-проповеди  с  некими
Нафанаилом и Никодимом.  Именно  Никодиму  Иисус  подробно,  но
довольно  туманно  излагает суть своей миссии в этом мире. Судя
по этой версии, Никодим был человеком, довольно приближенным  к
учителю,  ибо  именно  он принял участие в омовении тела Христа
после снятия его с креста. Но об этом все  остальные  Евангелия
почему-то  хранят  молчание.  Да  и  сам  евангелист,  говоря о
Никодиме, пишет: "Между фарисеями был  некто,  именем  Никодим,
один  из  начальников  Иудейских".  С  чего  бы это "начальник"
занялся омовением тела? Да и не  могло  быть  фарисея,  да  еще
"начальника Иудейского" с греческим именем.
     Если  синоптики описывают только одно посещение Иерусалима
Иисусом, то, по Иоанну, Иисус приходил туда  три  раза.  Причем
знаменитое  изгнание  из  Храма  торговцев  и  менял, описано у
Иоанна с такими подробностями, которых нет у синоптиков.  Иоанн
подчеркивает,  что  "приближалась  Пасха  Иудейская"  (а  какая
другая "Пасха", кроме "Иудейской" могла еще  быть?),  "и  Иисус
пришел  в Иерусалим. И нашел, что в храме продавали волов, овец
и голубей, и сидели меновщики денег. И сделал бич  из  веревок,
выгнал  из  храма  всех,  также  и  овец  и  волов,  и деньги у
меновщиков рассыпал, а столы их опрокинул". Назидание,  которое
он  произнес  после  этого,  резко отличается от слов поучения,
приведенных синоптиками. У них Иисус, разогнав торговцев,  учил
народ,   говоря:  "не  написано  ли:  "дом  Мой  домом  молитвы
наречется...". Здесь же Иисус  говорит  "как  власть  имеющий":
"возьмите  это  отсюда,  и  дома  Отца  Моего  не делайте домом
торговли". Иудеи, разумеется, возмутились и потребовали,  чтобы
Иисус объяснил, по какому праву он это делает, "каким знамением
докажешь  Ты  нам,  что имеешь власть так поступать?" Синоптики
говорят,  что  Иисус,  якобы  сказал,   что   может   разрушить
Иерусалимский  Храм  и  в  три  дня  построить его, однако слов
Иисуса не приводят.  По  Иоанну  он  очень  конкретно  говорит:
"разрушьте  храм  сей,  и  Я  в  три  дня воздвигну его. На это
сказали Иудеи: сей храм строился сорок шесть лет, и  Ты  в  три
дня воздвигнешь его?"
     Иоанн  утверждает,  что  Иисус  не  только  проповедовал и
совершал многочисленные чудеса, но и крестил народ даже  более,
чем Иоанн Креститель. Причем евангелист подчеркивает, что Иоанн
Креститель  только  "также  крестил в Еноне близ Салима, потому
что там было  много  воды;  и  приходили  туда  и  крестились".
Получается, что к Иоанну Крестителю приходили креститься только
из-за  наличия  большого  количества  воды,  тогда как к Иисусу
приходили креститься из-за его учения.
     Между делом по массовому крещению  народа,  на  свадьбе  в
Кане  Галилейской  Иисус  превращает  воду, хранящуюся в "шести
каменных водоносах, стоявших по обычаю очищения Иудейского",  в
превосходное  вино.  Но  тут  ситуация  изменилась  не в пользу
Иисуса. Слух о новом Крестителе дошел до  фарисеев,  и  им  это
явно  не  понравилось.  "Когда  же  узнал  Иисус  о дошедшем до
фарисеев слухе, что Он более приобретает  учеников  и  крестит,
нежели Иоанн, то оставил Иудею и пошел опять в Галилею".
     Именно  в  этот  период Иисус встречается с самаритянкой и
пьет поданную ею воду,  демонстрируя  тем  самым  лояльность  к
народу,  который иудеи не считали настоящими евреями и избегали
контактов  с  ними.  Несмотря  на  свою  лояльность,  Иисус  не
преминул  сказать  ей,  что  поклоняться  Богу следует все же в
Иерусалиме, ибо "вы не знаете, чему  кланяетесь;  а  мы  знаем,
чему  кланяемся,  ибо  спасение от Иудеев". Далее Иисус говорит
ей, что поклоняться Богу следует "в духе и  истине,  ибо  таких
поклонников  Отец ищет Себе". Собеседница Иисуса не согласилась
с ним, говоря,  что  так  будет  только  тогда,  когда  "придет
Мессия,  то есть Христос" (и самаритянка переводит на греческий
слово "мессия", будто Иисус не знает родного языка!). Иисус без
лишней скромности тут же заявляет: "это Я,  Который  говорит  с
тобою".
     "После  сего  был  праздник  Иудейский",  и Иисус пришел в
Иерусалим. "Есть же в  Иерусалиме  у  Овечьих  ворот  купальня,
называемая  Вифезда, при которой было пять крытых переходов". В
этих переходах  лежало  "великое  множество"  больных:  слепых,
хромых   и   иссохших,   ожидающих   "движения   воды".   Дело,
оказывается, в том, что "Ангел Господень по временам  сходил  в
купальню  и  возмущал  воду,  и  кто  первый  входил  в  нее по
возмущению воды, тот выздоравливал, какою  бы  ни  был  одержим
болезнью".  Среди  тех, кто ожидал у купальни чуда, был человек
болевший уже 38 лет. Беда его  была  в  том,  что  некому  было
опустить  больного  в  купальню первым, "когда возмутится вода;
когда же я прихожу, другой уже сходит прежде меня". Иисус ему и
говорит: "встань, возьми постель твою и ходи". Больной тут же с
великой радостью послушался. Но была Суббота,  "Иудеи  говорили
исцеленному:  сегодня  Суббота,  не должно тебе брать постели".
Исцеленный начал оправдываться, дескать, кто меня исцелил,  тот
мне и сказал - "возьми постель твою и ходи".
     Иудеи  допытывались  у  исцеленного: "который сказал тебе:
"возьми постель твою и ходи""? Но он не мог ответить им на этот
вопрос, так как Иисус "скрылся в народе, бывшем на том  месте".
Узнав  имя  целителя,  "стали Иудеи гнать Иисуса и искали убить
Его за то, что Он делал такие дела  в  субботу".  Забавно,  что
евангелист  противопоставляет  "Иудеев"  и  Иисуса.  Он  как бы
забыл, что Иисус тоже был иудеем.  Так  вот  этот  иудей  Иисус
оправдывал  перед единоверцами свои поступки тем, что "Отец мой
доныне делает, и Я делаю".
     Говоря это, Иисус имел в виду известный комментарий к Торе
о том, что Господь постоянно поддерживает сотворенный  Им  мир.
Если бы Он этого не делал, мир развалился бы мгновенно. Все это
справедливо, но в этой же Торе есть нерушимая заповедь святости
Субботы  -  "а  день  седьмый - Суббота Господу Богу твоему: не
делай в оный никакого дела ни ты, ни сын твой, ни раб твой,  ни
скот  твой,  ни  пришелец,  который  в  жилищах  твоих". Бог не
отменял эту заповедь, наоборот, особо подчеркнуто: "ибо в шесть
дней создал Господь небо и землю, море и все, что в  них;  а  в
день седьмый почил. Посему благословил Господь день субботний и
освятил его".
     Мало того, Иисус открыто объявил себя сыном Всевышнего! "И
еще более  искали  убить  Его  Иудеи  за  то,  что Он не только
нарушал субботу, но и Отцем  своим  называл  Бога,  делая  Себя
равным  Богу".  Более  того,  он  сказал  иудеям:  "Я есмь хлеб
жизни", "ибо хлеб Божий есть Тот, Который сходит с небес и дает
жизнь миру". Тут уж совсем "возроптали Иудеи... и говорили:  не
Иисус  ли  это, сын Иосифов, Которого отца и мать мы знаем? как
же говорит Он: "Я сошел с  небес"?"  Он  еще  начал  доказывать
негодующим  иудеям,  что  "ядущий  Мою плоть и пиющий Мою Кровь
имеет жизнь вечную, и Я воскрешу  его  в  последний  день,  ибо
Плоть  Моя  истинно есть пища, и Кровь Моя истинно есть питие".
Естественно, что после таких слов, о которых даже  ученики  его
говорили: "какие странные слова! кто может это слушать?", он не
осмеливался  "ходить"  по  Иудее,  он "ходил по Галилее, ибо по
Иудее не хотел ходить, потому что Иудеи искали убить Его".
     Приближался праздник  Суккот*  -  "поставления  кущей",  и
братья  Иисуса  стали  убеждать  его  покинуть  родные  края  и
отправиться в Иудею. Судя по  всему,  Иисус  переживал  трудные
времена,  даже  ученики оставили его. "Тогда братья Его сказали
Ему: выйди отсюда и пойди в Иудею, чтоб и ученики  Твои  видели
дела,   которые  ты  делаешь".  Но  Иисус  отказывался  на  том
основании, что время его еще не пришло. Однако после того,  как
братья  его  отправились  в Иерусалим, и он отправился туда "не
явно, а как бы тайно".
     По  Иоанну,  отношения  Иисуса   с   остальным   обществом
складывались отнюдь не безоблачно. Иоанн пишет: "и много толков
было  о  нем  в  народе:  одни  говорили, что Он добр, а другие
говорили: нет, но обольщает народ". Когда все же Иисус пришел в
Иерусалим и, по своему обыкновению,  "вошел  в  храм  и  учил",
мнения о нем еще больше поляризовались. Одни только "дивились",
"говоря,  как  Он  знает Писания, не учившись?". А другие прямо
выражали сомнения по поводу его  мессианской  роли.  Для  этого
было  много  оснований. Во-первых, он нетвердо знал Писание. Он
путал закон Божий и  Его  заповеди  с  традицией,  т.е.  с  его
толкованием.   В  своих  поучениях  он  называет  Тору  законом
Моисеевым, хотя для каждого верующего иудея ясно, что это закон
Божий, переданный народу через Моисея. Но самое главное,  образ
Мессии,   не  соответствовал  личности  Иисуса.  Ему  говорили,
дескать, какой же ты Мессия, если мы знаем  тебя?  "Христос  же
когда  придет,  никто  не будет знать, откуда Он". Одни думали,
что он точно пророк, другие говорили: "разве из Галилеи Христос
придет? Не сказано ли в Писании, что Христос придет  от  семени
Давидова  и  из Вифлеема, из того места, откуда был Давид? Итак
произошла  о  Нем  распря   в   народе".   И   Иисус   вынужден
оправдываться:  "не  судите  по  наружности,  но  судите  судом
праведным".
     Знатоки и толкователи Торы фарисеи  однозначно  стояли  на
том, что он не пророк и не мессия. Показательно, что ни один из
них  не  последовал  за  новым  учителем.  Ходили слухи, что он
самаритянин и одержим бесом. На это Иисус отвечал: "во Мне беса
нет, но Я чту  Отца  Моего,  а  вы  бесчестите  Меня";  и  еще:
"истинно,  истинно  говорю  вам:  кто соблюдет слово Мое тот не
увидит смерти вовек". Это только подлило масла в огонь:  "Иудеи
сказали  Ему:  теперь  узнали мы, что бес в Тебе; Авраам умер и
пророки, а ты говоришь: "кто соблюдет слово Мое, тот не  вкусит
смерти  вовек";  неужели Ты больше отца нашего Авраама, который
умер? и пророки умерли: чем Ты  себя  делаешь?"  Иисус  на  это
ответил,  что  сам  Авраам был рад увидеть день его и он, Иисус
видел Авраама. Это было последней каплей, "на это  сказали  Ему
Иудеи:  Тебе  нет  еще  и пятидесяти лет, - и Ты видел Авраама?
Иисус сказал им: истинно, истинно говорю вам: прежде нежели был
Авраам, Я есмь". Участники диспута  бросились  собирать  камни,
чтобы забросать его, но Иисус "скрылся и вышел из храма".
     По  дороге  из Храма встретил Иисус слепого от рождения и,
сделав "брение" из своей слюны и  земли,  и  помазав  им  глаза
страдальца,  сказал  ему: "пойди, умойся в купальне Силоам, что
значит "посланный". Он пошел и умылся, и пришел зрячим". Все бы
хорошо, но это опять произошло в субботу. Начали выяснять, кто,
когда и как исцелил этого человека, и выяснилось,  что  тут  не
обошлось  без Иисуса. Фарисеям стало ясно, что "не от Бога этот
Человек, потому что не хранит Субботы". Но были и другие мнения
- "как может человек грешный творить такие чудеса? И была между
ними распря". Длилась эта распря  долго,  наступила  уже  зима,
"праздник  обновления".  Воспользовавшись  тем, что Иисус опять
начал проповеди  в  Храме,  "в  притворе  Соломоновом",  "Иудеи
обступили  Его  и  говорили  Ему:  долго  ли Тебе держать нас в
недоумении? если Ты Христос, скажи нам прямо". На это Иисус  им
ответил:  "дела,  которые  творю  Я  во  имя  Отца  Моего,  они
свидетельствуют о Мне". И еще он сказал  такое,  чего  ни  один
истинно  верующий  человек  выдержать не мог: "Я и Отец - одно.
Тут опять Иудеи схватили  каменья,  чтобы  побить  Его".  Иисус
начал  увещать  их:  "много  добрых  дел  показал Я вам от Отца
Моего; за которое из них хотите побить Меня камнями?". В  ответ
возмущенные  иудеи  очень  точно  и  логично  объяснили причину
неприятия народом нового учителя:  "не  за  доброе  дело  хотим
побить Тебя камнями, но за богохульство и за то, что Ты, будучи
человек, делаешь Себя Богом".
     Евангелие  от  Иоанна  вообще  более конкретно и логически
обосновано. Так, Иоанн, понимая, что суд и распятие  Христа  не
могло  произойти  в  субботу, переносит это событие на пятницу.
Более понятна причина предательства  Иуды:  "во  время  вечери,
когда  диавол  уже  вложил  в  сердце  Иуде  Симонову Искариоту
предать его", Иисус после омовения ног  ученикам,  сказал:  "вы
называете Меня Учителем и Господом, и правильно говорите, ибо Я
точно  то".  В глазах верующего, это было прямое богохульство и
смертный грех. Более понятна и суть его  предательства  -  Иуда
просто  "знал место" за потоком Кедрон, "где был сад, в который
вошел Сам и ученики Его", "потому что Иисус часто собирался там
с учениками своими". И вовсе не нужно было целованием указывать
на Иисуса, ведь после всех этих проповедей и чудес в Храме, его
должен был знать в лицо почти каждый житель Иерусалима!
     Правдоподобней выглядит и сам арест. По Иоанну, не толпа с
кольями пришла схватить Иисуса, а "Иуда, взяв  отряд  воинов  и
служителей"  приходит  в  конспиративное  место  "с  фонарями и
светильниками и оружием". Иисус, "зная все, что  с  Ним  будет,
вышел  и  сказал  им: кого ищете? Ему отвечали: Иисуса Назорея,
Иисус говорит им: это Я... итак, если ,  Меня  ищете,  оставьте
их,  пусть  идут..."  После  этого  "воины  и тысяченачальник и
служители Иудейские взяли Иисуса, и связали Его".
     В  отличие  от  синоптиков*,  которые   говорят   о   двух
первосвященниках  -  Анне  и  Каиафе,  Иоанн  говорит об одном.
Связанного Иисуса отвели "сперва  к  Анне;  ибо  он  был  тесть
Каиафе,  который был на тот год первосвященником". В дальнейшем
мы увидим, что исторически такого  порядка  не  было,  но  само
изложение  по  внутренней логике, выглядит более правдоподобно.
Там,  в  доме  Анны   и   произошел   первый   допрос   Иисуса:
Первосвященник  спросил  его "об учениках Его и об учении Его".
На это Иисус  вполне  резонно  отвечает,  что  он  проповедовал
открыто:  "Я  говорил  явно  миру, Я всегда учил в синагоге и в
храме, где всегда Иудеи сходятся, и тайно не говорил ничего".
     Ничего не добившись от  арестованного,  "Анна  послал  Его
связанного  к  первосвященнику Каиафе". Что происходило у него,
Иоанн не говорит, так как тут же "от  Каиафы  повели  Иисуса  в
преторию*".  По  Иоанну,  это  было субботнее утро в день перед
Пасхой: "Было утро;  и  они  не  вошли  в  преторию,  чтобы  не
оскверниться,  но чтобы можно было есть пасху". Пилат сам вышел
к ним и спросил, в чем вина арестованного? "Они сказали  ему  в
ответ:  если  бы  Он не был злодей, мы не предали бы Его тебе".
Правитель предложил собравшимся судить арестованного "по закону
вашему", но ему возразили, что вынесение смертных приговоров не
входит в юрисдикцию иудеев. Делать нечего, "Пилат опять вошел в
преторию, и призвал Иисуса, и сказал Ему: Ты  царь  Иудейский?"
Иисус  поинтересовался,  по  своей ли инициативе проводит Пилат
расследование? Правитель  пренебрежительно  заметил:  "разве  я
Иудей?  Твой  народ  и первосвященники предали Тебя Мне: что Ты
сделал?" Иисус в ответ на обвинение  заверил  Пилата:  "Царство
Мое не от мира сего". Тем самым он дал понять правителю, что не
представляет  опасности  для  Римской  империи и "пришел в мир,
чтобы свидетельствовать об истине". Такие мелочи как истина или
справедливость  прокуратора  Иудеи  не  волновали  и,  небрежно
бросив  -  "что  есть  истина?",  Пилат  вышел  к ожидавшим его
решения иудеям и сказал им: "я никакой вины не нахожу в нем".
     Пилат предложил  им  отпустить  Иисуса:  "есть  же  у  вас
обычай, чтобы я одного отпускал вам на Пасху: хотите ли, отпущу
вам  Царя  Иудейского?"  Ответ присутствующих при этом иудеев в
данном Евангелии выглядит правдоподобнее, чем у синоптиков.  Не
стихийно  собравшийся  народ  не захотел освобождения Иисуса, а
те, кто привел его на суд к Пилату.
     Услышав, что  они  не  хотят  освобождения  арестованного,
Пилат  "велел  бить  Его".  В Евангелии от Иоанна звучит тот же
мотив, что и у синоптиков, правитель всячески  хочет  показать,
что он непричастен к осуждению Иисуса. На фоне вседозволенности
и  почти  полного самовластия римских наместников это абсолютно
неправомерный мотив. Но как бы там ни было Пилат снова  выводит
арестованного  и говорит собравшимся: "вот, я вывожу Его к вам,
чтобы вы знали, что я не нахожу в Нем никакой вины".  Но  иудеи
продолжали  требовать  смертной казни и кричали "распни, распни
Его!".  Тут  Пилат  делает  довольно  хитрый  ход,  он  говорит
собравшимся: "возьмите Его вы и распните, ибо я не нахожу в Нем
вины". Иоанн представляет дело так, что Пилат всячески пытается
освободить узника, а вот иудеи всеми мерами убеждают его в том,
что  тот  должен  умереть.  Когда  не срабатывает аргумент, что
Иисус повинен смерти, "потому что сделал  Себя  Сыном  Божиим",
они прибегают к последнему средству - бросают правителю в глаза
обвинение  в  том, что он не радеет об интересах империи: "если
отпустишь Его, ты не друг кесарю; всякий делающий  себя  царем,
противник кесарю". После этих слов, Пилату не оставалось ничего
другого, как осудить Иисуса.
     Была,  как  пишет  Иоанн,  "пятница  пред  Пасхою,  и  час
шестый".  Пилат  "сел  на  судилище,   на   месте,   называемом
Лифостротон,  а  по-еврейски  Гаввафа", и суд совершился. Иисус
сам, без посторонней помощи, "неся крест свой, вышел на  место,
называемое  Лобное,  по-Еврейски  Голгофа",  где его и распяли.
Иоанн дает свой вариант надписи на кресте, по его  версии,  она
выглядела  так:  "Иисус  Назорей, Царь Иудейский". В дальнейшем
события опять развивались не по  синоптикам.  Вкусив  уксуса  и
произнеся  "свершилось!", Иисус, "преклонив главу, предал дух".
Ни  землетрясений,  ни  массового  выхода  из  гробов  внезапно
воскресших  мертвецов,  ничего  этого у Иоанна нет. Далее Иоанн
говорит: "но как тогда была Пятница, то Иудеи, дабы не оставить
тел на кресте в субботу, ибо  та  Суббота  была  день  великий,
просили  Пилата, чтобы перебить у них голени и снять их". Воины
пошли и сделали то, о чем их просили, но так как Иисус  к  тому
времени  был  уже  мертв,  голени  у  него перебивать не стали,
ограничились тем, что один из воинов пронзил копьем ему  ребра.
Как умерли остальные распятые, Иоанн не говорит.
     С  той  же  просьбой  явился  к  Пилату Иосиф из Аримофеи,
"ученик Иисуса, но тайный - из страха от Иудеев, просил Пилата,
чтобы снять Тело Иисуса; и позволил". А почему и не  позволить,
если он это уже сделал прежде по просьбе "Иудеев"? Пришел также
и  Никодим, "и принес состав из смирны и алоя, литр около ста".
Они же  и  положили  тело  Иисуса  "как  обыкновенно  погребают
Иудеи",  в  "новом  гробе", "ради пятницы Иудейской, потому что
гроб был близко".
     Воскресение  Иисуса  Иоанн  описывает  тоже  не  так,  как
синоптики.  В первый день недели, неясно зачем - к гробу пришла
Мария Магдалина и обнаружила, что камень отвален.  Она  тут  же
"бежит, и приходит к Симону Петру и к другому ученику, которого
любил Иисус, и говорит им: унесли Господа из гроба, и не знаем,
где  положили  Его".  Непонятно,  как  она  узнала,  что тела в
гробнице нет - ведь когда она пришла, "было  еще  темно",  а  в
гробницу она не заглядывала.
     Бросились  к гробнице и Петр, и другой ученик. Этот другой
оказался резвее, "и пришел ко гробу первый".  Он  наклонился  и
увидел,  что  в  нем  одни "пелены", но сам он в гроб не вошел,
вошел Петр. Только после этого вошел другой ученик "и увидел, и
уверовал; ибо они еще не знали из Писания,  что  Ему  надлежало
воскреснуть  из  мертвых". Ученики возвратились домой, "а Мария
стояла у гроба и  плакала;  и  когда  плакала,  наклонилась  во
гроб".  Тут  она  и  увидела  двух  ангелов,  сидящих во гробе,
которые и спросили у нее: "жена! что  ты  плачешь?".  Не  успев
ответить  ангелам, Мария увидела за своей спиной самого Иисуса,
который ей сказал: "иди к братьям Моим и скажи  им:  восхожу  к
Отцу  Моему  и  Отцу вашему, и к Богу Моему и Богу вашему". Что
Мария и сделала.
     Тогда же, в "первый день недели  вечером",  пройдя  сквозь
запертые  двери  дома,  Иисус предстал перед своими учениками и
произнес: "мир вам!". Он "показал им руки и ноги и ребра свои".
Ученики очень обрадовались: руки его, ноги его,  и  ребра  его!
Видя  такую  радость,  Иисус  поприветствовал  их еще раз и, не
откладывая  дела  в  долгий  ящик,   поручил   ученикам   своим
пастырскую миссию: "как послал меня Отец, так и Я посылаю вас".
После этих слов он "дунул, и говорит им: примите Духа Святого".
Ученики  с удовольствием приняли. "Фома же, один из двенадцати,
называемый Близнец, не был тут с ними, когда  приходил  Иисус".
Когда  ему  рассказали  о  происшедшем  он не поверил: "если не
увижу на руках Его ран от гвоздей, и не вложу  перста  моего  в
раны от гвоздей, и не вложу руки моей в ребра Его, не поверю".
     Через восемь дней Иисус опять через закрытые двери посетил
своих  учеников. К счастью, Фома был на месте. Сказав всем "мир
вам", Иисус обратился к Фоме: "подай перст твой сюда и посмотри
руки Мои; подай руку твою и  вложи  в  ребра  мои;  и  не  будь
неверующим".  Фома  с  радостью  вложил  и  поверил.  Наверное,
специально для этого, Иисус, воскреснув, не зарастил свои раны,
а так и ходил восемь дней с ними.
     Заканчивает Иоанн основную часть своего Евангелия словами:
"сие же написано, дабы вы уверовали, что  Иисус  есть  Христос,
сын Божий, и, веруя, имели жизнь во имя Его".

     Глава 4. За пределами реальности

     Итак,  перед нами все четыре Евангелия - весть о рождении,
земной жизни,  крестной  муке,  смерти  и  воскресении  Иисуса,
названного  Христом,  т.е.  Спасителем.  При рассмотрении любых
свидетельств, тем более исторических, исследователь должен быть
убежден, что они, как минимум, отвечают следующим требованиям:
     1.  свидетельства   исходят   от   лица,   непосредственно
участвовавшего в событиях;
     2.   автор   беспристрастен,   т.е.   у  него  нет  личной
заинтересованности;
     3. описание места событий и их  участников  подтверждается
документами  и  показаниями других свидетелей, т.е. описываемые
события исторически достоверны.
     Попытаемся разобраться, так ли это.
     Были ли авторы Евангелий очевидцами тех событий, о которых
пишут? Двое из них - Матфей и Иоанн, на первый взгляд, отвечают
этим требованиям  -  по  христианской  традиции  они  считаются
апостолами Христа. Двое других считаются учениками и спутниками
апостолов:  Марк  был  учеником Петра, а Лука - апостола Павла.
Здесь,  как  будто,  все  в  порядке.   Однако   ученые   почти
единогласно  утверждают  -  Евангелие  от Иоанна является самым
поздним из них и написано не раньше начала II века  новой  эры.
Не так давно в Египте были обнаружены фрагменты этого Евангелия
на  папирусе,  датируемые  первой  третью II века. Евангелия же
синоптиков относятся к концу I века  (Робертсон,  Происхождение
христианства,  5:6).  Самым  первым  из синоптических Евангелий
считается Евангелие от Марка, затем следует Евангелие от Матфея
и, наконец, Луки, которые созданы не ранее 80-х или 90-х  годов
нашего летоисчисления. Следовательно, авторы Евангелий никак не
могли быть современниками или учениками Иисуса.
     Евангелисты  и  не  отрицают  того,  что  они  не являлись
очевидцами событий. Евангелист  Лука  пишет,  что  он  излагает
материал  так,  "как  передали  нам  то  бывшие с самого начала
очевидцами и служителями  Слова"  (Лука,  1:2).  Себя  автор  к
очевидцам определенно не причисляет. Более того, он не скрывает
и  своей неосведомленности о родословии Иисуса: "Иисус, начиная
Свое служение,  был  лет  тридцати,  и  был,  как  думали,  сын
Иосифов..." (3, 23).
     Иоанн  прямо говорит о том, что не был свидетелем распятия
Иисуса и  что  описывает  все  со  слов  другого  человека:  "И
видевший  засвидетельствовал,  и  истинно свидетельство его; он
знает, что говорит истину, дабы  вы  поверили"  (19:35).  Таким
образом,   все   евангелисты  утверждают  единогласно:  они  не
являлись свидетелями суда над Иисусом ни  в  Синедрионе,  ни  в
претории.  Петр  же,  по  их  словам,  во  время допроса Иисуса
находился только во дворе первосвященника и в силу этого не мог
наблюдать допроса непосредственно. Кроме того, своим отречением
от учителя он продемонстрировал  настолько  глубокое  состояние
аффекта*,  что  если  бы  и  были  его  свидетельства,  они  не
заслуживали бы никакого доверия.
     Являются  ли  авторы   беспристрастными   жизнеописателями
Иисуса?  Нет, не являются. Их цель диаметрально противоположна:
они страстно хотят, чтобы их свидетельству поверило  как  можно
больше  людей.  Сами  евангелисты  совершенно не скрывают своих
целей. Марк, например, в заключительной главе Евангелия  пишет:
"Кто  будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет
веровать,   осужден   будет"   (16:16).   Более    пристрастный
исследователь  может  обнаружить  в  этих словах даже некоторую
угрозу скептикам, но мы не пойдем этим путем. Тщательный анализ
текстов  Евангелий  показывает:  все,  что  не  отвечало   этим
установкам, либо умалчивалось, либо приукрашивалось.
     Поскольку  в Евангелиях речь идет о событиях, происходящих
в Иудее и Галилее в I веке, свидетельство очевидцев должно было
быть более достоверным. В этом описании  должны  быть  отражены
ритуальные   и   культурные  традиции  еврейского  народа  того
времени, ведь именно на противоречиях между  этими  реалиями  и
новым учением, построена вся драматургия повествования. Так вот
"Палестина",   которую  описывают  авторы  -  страна  абсолютно
нереальная.
     Апостолы (во всяком случае так говорят об этом  Евангелия)
пешком  обошли  вместе  с  Иисусом  всю эту небольшую страну и,
казалось бы, должны были знать ее досконально.  Между  тем,  их
описания  заставляют не только усомниться, что они ее знают, но
убеждают как раз в обратном. Так  евангелисты  именуют  "морем"
небольшое   Генисаретское   озеро   (Кинерет).  Они  говорят  о
Тивериаде  так,  точно  речь  идет  о  важном  административном
центре.  Они  говорят о городах и поселениях, которых в Иудее и
Галилее того времени вообще  не  существовало,  в  частности  о
Назарете,   где,   якобы,  родился  Иисус,  тогда  как  Назарет
(Нацерет) появился только во II веке н.э. В то же время  другие
важные города, существовавшие в то время, не упоминаются вовсе.
     О  растительности  и  животном  мире  Иудеи  и  Галилеи  в
новозаветных текстах сообщаются настолько общие  сведения,  что
их   можно  соотнести  с  любой  Средиземноморской  страной.  В
Евангелиях Иудея - страна, где никогда не бывает  холодов,  где
пастухи  вместе  со  своими  стадами в зимние ночи находятся "в
полях" на открытом воздухе. Это  страна,  где  крестьяне  носят
греческие  одежды,  да  и  сам  Иисус  почему-то  носит хитон и
хламиду, а не  ту  одежду  которую  обычно  носили  иудеи.  Это
страна,  где  основной  денежной  единицей является, как это ни
странно, денарий, а не шекель, как это было на  самом  деле.  И
таких примеров множество. Но самое главное - это несоответствие
событий  основополагающим  законам  жизни  и быта той страны, в
которой эти события происходят. Почти все, о  чем  говорится  в
Евангелиях, в Израиле того времени просто не могло произойти!

     Рождение Иисуса

     Лишь  два Евангелия приводят родословие Иисуса - Евангелие
от Матфея и Евангелие от Луки. Если Матфей  свое  повествование
начинает  с  родословия,  то  Лука  приводит  его  только перед
описанием  начала  миссии   Иисуса.   На   некоторых   аспектах
родословия  необходимо  остановиться, и вот почему. И Матфей, и
Лука стремятся доказать, что Иисус принадлежит к  роду  Давида,
так  как  все  библейские пророки единодушно предсказывали, что
Мессия будет происходить из дома Давидова.
     По Матфею,  Иисус  происходит  по  прямой  линии  от  царя
Давида,  и  при  этом Матфей прослеживает генеалогическое древо
Иисуса до самого праотца Авраама.
     Родословие Иисуса, по Луке,  совершенно  иное,  правда  он
делает  осторожную  оговорку по поводу достоверности приводимых
им данных: "Иисус... был как думали, сын Иосифов,  Илиев..."  и
так  далее. Поскольку Лука все же родословие приводит, мы можем
с полным основанием сравнить его с родословной, по Матфею.
     Лука доводит ее не только до Авраама. Он идет дальше -  до
Адама  и до самого Бога. Но так как Матфей доводит ее только до
Авраама, то и мы  будем  сравнивать  только  в  этих  пределах.
Тут-то и обнаруживается их полное расхождение - начиная от имен
предков, до количества поколений: у Матфея от Авраама до Иисуса
42  поколения,  у  Луки  же  - 55. Больше всего расхождений - в
именах  предков:  после  отца  Иосифа  идут   два,   совершенно
независимых ряда имен: в первом - Иаков, Матфан, Елиазар, Елиуд
и  т.д.  (Матфей,  1:2  - 17); во втором - Илия, Матфат, Левия,
Мелхий и т.д. Разночтение довольно существенное: по Матфею отец
Иосифа - Иаков, по Луке же - Илия! (Лука, 3:23 -  38).  Но  все
эти разночтения между Евангелием от Матфея и Евангелием от Луки
лишены   всякого   смысла,   ибо,   по   дальнейшему  изложению
евангелистов, это родословие к  Иисусу  никакого  отношения  не
имеет  -  юридический  отец  Иисуса  Иосиф вовсе не являлся его
фактическим  отцом!  Весьма  прозрачно  проглядывает   в   этом
"Мессианском"  варианте рождения Христа языческий культ Исиды*,
распространенный среди народов  диаспоры,  где  именно  "дева",
"девственница" рождает божество.
     По   Писанию,   Мессия  должен  быть  человеком  из  "рода
Давидова",    а    не    божественной     особой,     рожденной
сверхъестественным  образом.  Если  же  Иисус  рожден от "духа"
Бога, а не от Иосифа, то вся генеалогия, приведенная Матфеем  и
Лукой, теряет всякий смысл, а сам Иисус - не Мессия.
     Современные христиане перестали замечать это противоречие,
так как  совершенно оторвались от истоков. Их верования слились
с верованиями язычников и перестроились  на  сверхъестественные
представления  о  происхождении  Мессии. Это прекрасно понимали
первые христиане, они считали Иосифа настоящим отцом Иисуса.  И
Матфей,  и  Марк  сообщают нам имена его братьев: Иаков, Йосеф,
Иуда и (Шимон) Симон (Матфей, 13:55  -  56.  Марк,  6:3),  а  в
протоевангелии  от Иакова сообщаются и имена дочерей - Мельха и
Эсха.
     Сам  евангелист  Матфей,  стараясь   снять   противоречия,
утверждает,  что Иисус был только первенцем, рожденным чудесным
образом:
     24. Встав от сна, Иосиф  поступил  так,  как  повелел  ему
Ангел Господень, и принял жену свою,
     25.  И  не  знал  Ее,  как  наконец Она родила Сына Своего
первенца, и он нарек Ему имя: Иисус.
     Из этого следует, что были и другие дети.  Таким  образом,
идея вечной девственности матери Иисуса не находит в Евангелиях
никакого  подтверждения.  Сама  католическая  церковь  признала
догму о "непорочном зачатии" только в 1854г при папе Пие IX.  К
слову,  если исходить из имен детей Иосифа и Марии, то Иисус не
был даже первенцем, ибо первенцу давали имя деда по линии  отца
а значит первенцем был Иаков...
     Мы    немного    забежали    вперед    и    тем   нарушили
последовательность изложения... Вернемся же к тексту  Евангелия
от Матфея:
     18.  Рождество Иисуса Христа было так: по обручению Матери
Его Марии с Иосифом, прежде нежели сочетались  они,  оказалось,
что она имеет во чреве от Духа Святого.
     19.  Иосиф  же муж Ее, будучи праведен и не желая огласить
Ее, хотел тайно отпустить Ее (гл.1).
     На  первый  взгляд  в   этом   месте   Евангелия   имеется
противоречие:  хотя  указывается,  что  Иосиф  и  Мария  только
обручились, и все дальнейшие события происходят "прежде  нежели
сочетались  они", Иосиф называется мужем Марии. Но противоречия
здесь,  как  ни  странно,  нет.  Действительно,  по  еврейскому
законодательству, с момента обручения - передачи кольца женщине
в присутствии двух свидетелей, она считается замужней женщиной,
хотя  не  переходит  в  дом  мужа,  а  остается  в доме отца до
назначенного срока. Несмотря на это, первые же строки Евангелия
вступают в противоречие с Израильской действительностью и,  что
самое   главное,   с  еврейским  религиозным  правом,  которому
скрупулезно следовали евреи того времени и следуют по сей день.
     Во-первых, имя. Можно  с  натяжкой  согласиться  с  именем
Иисус  как  греческим  вариантом еврейского имени Иешуа, однако
уже одно это однозначно указывает, что автор Евангелия - житель
диаспоры, который  давно  оторвался  от  еврейской  реальности.
Далее.   Христос   -   вовсе   не   имя,  а  термин  означающий
"помазанник",  прилагательное  от  греческого  слова  "хрио"  -
"умащать".  Другими  словами,  Христос - это тот, кто формально
облечен в результате ритуального действия (изливанием  масла  -
"елея"   на   голову)   самым  высоким  жреческим  или  царским
достоинством. В Евангелии от Марка, например, выражение  "Иисус
Христос", встречается только единожды, в главе 1, в ее прологе:
"Начало Евангелия Иисуса Христа, Сына Божия." В остальной части
Евангелия  Марк  везде  говорит  Иисус,  а  не  Христос, и даже
употребляет  обычные  для  современников  обращения:   учитель,
наставник.  Более того, даже в соответствии с Евангелием, Иисус
никем и никогда помазан не был, стало быть, даже  по  Евангелию
нет оснований называть его Христом.
     Для эмигранта, утратившего связь с родиной и говорящего на
греческом  языке, термин "Христос" имел совершенно определенный
обрядовый смысл: помазанию в языческом мире удостаивались  даже
статуи  и  изображения богов, не говоря о жрецах. Но постепенно
термин   утратил   свое   первоначальное   значение   и    стал
восприниматься как новое имя божества. Таким образом, человека,
родившегося  в Израиле в религиозной еврейской семье, просто не
могли назвать таким  именем!  В  соответствии  с  обычаем,  его
должны  были  назвать  Иешуа  бен  Йосеф.  Хотя, с точки зрения
еврейского права, этого могло и не произойти. И вот почему...
     По Евангелию, Иосиф был праведен. Матфей это  подчеркивает
специально,   ибо   Мессия,   разумеется,  не  мог  родиться  в
неправедной семье. В то же время его праведность Евангелием  не
только не подтверждается, но и полностью опровергается! Ведь по
иудейской   религии   быть  праведником  -  это  значит  строго
следовать  заповедям  Торы  и  буквально   выполнять   все   ее
требования.  По  законам же Торы, независимо от того, хотел или
не хотел Иосиф отпустить Марию, он не мог это сделать тайно. Он
обязан был ее "огласить", ибо  сокрытие  греха  -  то  же,  что
соучастие  в  нем.  В  голове  праведника такая мысль просто не
могла родиться. Будучи же "оглашенной", Мария вряд ли вышла  бы
замуж...  В  этом  случае  рожденный  ею  ребенок, по еврейским
законам,  считался  бы  незаконнорожденным,  и  все  дальнейшие
истории,  описанные  Евангелием,  просто  не  могли  в  Израиле
произойти. Так незаконнорожденный (мамзер)  не  мог  вместе  со
всеми  детьми  изучать  Тору  в религиозной школе и, тем более,
посещать   Храм   в   Иерусалиме.   Кстати,   не   могло   быть
иудея-праведника  Иосифа,  и  у него не могло быть жены Марии -
это не еврейские имена. Уж если да, то речь  идет  о  Йосефе  и
Мириам.
     В  религиозном  законодательстве  существует  определенный
порядок действий в  случае,  когда  муж  заподозрит  неверность
жены,   а  именно:  жена,  заподозренная  мужем  в  неверности,
является "сота" - свернувшая с пути. В этом  случае  Тора  дает
возможность   мужу,  не  желающему  развода,  выяснить  истину,
приведя ее в Храм и подвергнув ее, с ее согласия,  определенной
законом процедуре (Мишна 9, Тосефта 15, Вавилонский Талмуд 49).
Но  Мария  являлась  женой  Иосифа  лишь  формально. В подобном
случае  жених  мог  использовать  в  суде  прецедент,   носящий
название  "открытая дверь". Жених, заключивший брачный договор,
полагая, что его невеста невинна, а затем обнаруживший, что это
не так, мог требовать изменения условий брачного договора, а  в
некоторых  случаях  (аналогичных  евангельскому)  требовать его
немедленного расторжения без выплаты  оговоренной  компенсации.
Не  зависимо  от  своей  праведности,  у  Иосифа  не могла даже
зародиться мысль о том, чтобы тайно отпустить  свою  жену.  Как
можно  было "тайно" отпустить домой официально объявленую женой
девушку, не исполнив при этом  всех  определенных  законом  для
таких случаев действий?
     Не   менее   интересно   дальнейшее  развитие  событий.  К
сомневающемуся праведнику явился во сне ангел и сказал: "Иосиф,
сын Давидов! не бойся принять Марию, жену твою; ибо  родившееся
в  Ней  есть  от Духа Святого;" (Матфей, 1:20). Сомневаюсь, что
верующего иудея могло успокоить  такое  заявление  ангела,  ибо
"дух"   (на  иврите  "руах")  -  слово,  обозначающее  сущность
женского рода, так что в этом случае вмешательство "духа"  Бога
в  качестве  того,  кто  зачал,  полностью  исключается. Скорее
всего, Иосиф счел бы это заявление ангела проделками  сатаны  и
немедленно  "огласил"  свою  неверную  супругу, и на этом все и
закончилось бы.
     Интересно само  по  себе  и  обращение  ангела  к  Иосифу:
"Иосиф,  сын  Давидов!"  Неужели  ангел  не знал, что Иосиф был
сыном Иакова, как утверждает в этом же Евангелии сам евангелист
Матфей, и что у евреев принято было обращаться к человеку не по
родовому имени, а по имени его отца; явившийся к  Иосифу  ангел
должен  был  сказать:  "Йосэф,  бэн  Йаков!",  иначе  Иосиф мог
подумать, что пришли не  к  нему,  а  к  кому-то  другому.  Для
большей  убедительности  ангел  мог  обратиться к Иосифу и так:
"Йосэф, бэн Иаков, отрасль Давидова!", или что-то в этом  роде.
Ангелу  следовало  бы  перед  визитом  изучить  "родословие"
Иосифа. Как он  мог  так  опростоволоситься?  "Успокоив"  таким
образом Иосифа, ангел объявил, что Мария:
     21.  Родит  же  сына,  и  наречешь  Ему имя: Иисус; ибо Он
спасет людей своих от грехов их (Там же, гл. 1).
     Чудеса да и только! Оказывается можно спасти людей  от  их
грехов,  даже  если сами люди не приложат никаких усилий для их
искупления,  даже  если  они,  осознав   свою   греховность   и
раскаявшись,  не  вступят  на путь праведности? Правда, на этот
раз хотя бы в имени ангел не ошибся, т.к. Иисус - это греческая
форма еврейского имени Иеhошуа, что означает - "Бог спаситель".
     22. А все сие произошло,  да  сбудется  реченное  Господом
через пророка, который говорит:
     23.  "Се  Дева во чреве примет и родит Сына, и нарекут имя
Ему: Еммануил, что значит: с нами бог"(Матфей, 1).
     Подытожим евангельские сведения.  Итак:  родит  твоя  жена
сына,  который  был  зачат  во  чреве  ее  от  женского начала,
наречешь ему имя Иисус,  да  сбудется  реченное  пророком,  что
нарекут   его  Еммануил!  Забавно...  Но  и  это  еще  не  все.
Во-первых, не "Еммануил", а Иману Эйл,  так  во  всяком  случае
написано  у пророка Исайи, на которого ссылается евангелист. На
иврите это действительно обозначает "с нами Бог" - Им ану  Эйл,
но причем здесь Иисус?
     Евангелист  ссылается  на пророчество Исайи (стих 14 главы
7), которое в неискаженном переводе с иврита  звучит  следующим
образом:
     14.  За  то Господь Сам даст вам знамение: вот эта молодая
женщина забеременеет и родит сына, и наречет ему имя Иману Эйл.
     Не "Се Дева во чреве примет и родит Сына," а "Эта  молодая
женщина  забеременеет  и  родит  сына,  и наречет ему имя Иману
Эйл." Евангелист явно сместил акценты.  Знамением  является  не
то,  что  эта  конкретная женщина родит сына, а то, что нарекут
его Эману Эйл, и  по  развитию  этого  конкретного  ребенка  вы
поймете,  когда исчезнет угроза взятия Иерусалима, исходящая от
царей Сирии и Израиля,  пытавшихся  захватить  его  совместными
усилиями:
     16.  Даже  прежде  чем  отрок  сумеет  ненавидеть  злое  и
избирать доброе, покинута будет та земля двух царей, которых ты
боишься.
     Вот  в  чем  суть  пророчества,  и  оно  сбылось.   Будучи
праведным,  Иосиф  наверняка  поднаторел  (кстати, это слово от
слова "Тора") в Писании,  ведь  каждый  еврей  всю  свою  жизнь
изучает  Тору. И как изучает! Каждую неделю он должен прочитать
определенный раздел Писания, и так до конца. С  началом  нового
года все повторяется снова. Всю жизнь. Праведника Иосифа ошибка
ангела насторожила бы, и явилась бы причиной расторжения брака.
     В   апокрифическом  Евангелии  от  псевдо-Матфея  женитьба
Иосифа описывается так: в детстве Мария  была  посвящена  Богу.
Когда ей исполнилось 12 лет, священники держали совет о будущем
ребенка,  посвященного  Богу.  Первосвященник  Захария  вошел в
Святая Святых, где появившийся перед  ним  ангел  провозгласил:
"Захария,  иди,  позови  всех  вдовцов  в твоем народе, и пусть
каждый из них возьмет палку, и на кого Господь  укажет,  тот  и
будет мужем Марии". Палки поручили собирать Иосифу.
     Идя  во  главе  вдовцов, он собрал все палки и отдал их на
хранение первосвященнику.  Здесь  стоит  прервать  евангельскую
нить  рассказа  и  вообразить  старика Иосифа, идущего во главе
всех  вдовцов  Израиля  с  палками  в  руках!  Для  этих  палок
понадобился бы целый обоз! Дальше еще лучше...
     Палки   были   сложены  в  Святая  Святых.  Возвращая  их,
первосвященник не обратил внимания на палку Иосифа, так как она
была короче и осталась незамеченной. Когда все вдовцы разобрали
свои палки, первосвященник ожидал знака  свыше,  но  ничего  не
последовало. Иосиф не просил своей палки назад, так как ему и в
голову  не  приходило,  что  он может стать избранником. Но тут
перед первосвященником появился ангел и велел  вернуть  забытую
короткую палку. Когда первосвященник передавал ее Иосифу, белый
голубь  слетел с нее и сел на голову плотника. По версии других
апокрифических   Евангелий,   вернувшийся   в   Святая   Святых
первосвященник  нашел  палку  Иосифа расцветшей, и девочка была
отдана ему... Иосиф женился на Марии, но относился к ней как  к
ребенку,  ведь  он  был  отцом  взрослых  сыновей, а Мария была
младше даже его внуков.
     Апокрифы не вошли  в  канон,  тем  не  менее  эта  легенда
популярна  среди христиан и поддерживается священнослужителями.
На  всех  иконах,  изображающих  "святое  семейство",  можно
увидеть  престарелого  Иосифа  и  его  юную  жену  с младенцем.
Псевдо-Матфей утверждает, что Мария до 12 лет жила в Иерусалиме
и только после замужества переехала жить в Назарет.
     Разберем  этот   случай   с   позиций   Торы,   являвшейся
непререкаемым   законом   жизни  всего  народа  и,  тем  более,
повседневной практики Храма. Так вот,  ситуация  эта  абсолютно
невероятна  и  фантастична... Описанные события просто не могли
произойти!
     Во-первых,   посвящение   ребенка   Богу,   по   еврейским
религиозным законам не требует вмешательства священников Храма.
Совершеннолетие* - это рубеж, с которого человек сам становится
ответственным  за свою судьбу. Правда, в нашем случае есть один
нюанс: Мария  происходила  из  семьи  коэнов  (священников),  и
потому  члены  ее  семьи могли принимать участие при решении ее
судьбы, но лишь в том случае, если она к тому времени  была  бы
сиротой. Так или иначе, это было семейное дело, и вмешательство
служителей  Храма  исключалось.  И уж тем более, не требовалось
использовать ритуал Храмовой службы для решения судьбы девочки,
даже если она из семьи коэнов.
     Во-вторых, Тора категорически запрещает брак, если  он  не
предполагает  потомства.  Браки  по  Торе заключаются только во
исполнение заповеди Всевышнего "плодитесь и размножайтесь":  "И
благословил  их  Бог  (мужчину  и  женщину)  и  сказал  им Бог:
плодитесь и размножайтесь,  и  наполняйте  землю,  и  обладайте
ею..."   (Бытие,  1:28).  Поэтому  не  только  сам  брак  между
почтенным стариком  и  девочкой,  едва  достигшей  религиозного
совершеннолетия, но и "препирательства" претендентов, о которых
говорит псевдо-Матфей и христианская традиция, по законам жизни
израильского  общества  невозможны.  За  всю историю Израиля не
было ни одного случая женитьбы по жребию! И вообще, возможна ли
столь  дикая  ситуация,  чтобы  десятки  тысяч  вдовцов  решали
жребием, кому достанется двенадцатилетняя невеста?
     И  в-третьих,  способ выбора претендента. Святая Святых...
Само наименование говорит об исключительности этого помещения в
Храме. Вся территория, прилегающая к Храму и обнесенная стеной,
обладала   особой   святостью.   По    своему    статусу    она
соответствовала  статусу лагеря левитов, окружавшего переносной
Храм в пустыне. Особая заповедь обязывает с трепетом относиться
к этой территории: запрещается восходить  на  Храмовую  гору  с
палкой  или  в  обуви.  Запрещается вносить на территорию Храма
любые   предметы,   не   относящиеся   к    богослужению    или
жертвоприношению.  Запрещается  подниматься  на Храмовую гору с
кошельком, с запыленными ногами (Ваикра, 19:30 . Левит, 19:30).
     Как же выглядело помещение самого Храма?
     Через восточные ворота человек шел до стены внешнего двора
и поднимался по двенадцати ступеням во двор.  Затем  пятнадцать
ступеней   вели  его  во  двор  Израиля  -  обнесенный  оградой
внутренний двор, в нем были размечены границы, до  которых  мог
пройти  некоэн.  Коэны* могли пройти по трем ступеням дальше. В
само  помещение  Храма  во  Входной  Зал  вело  еще  двенадцать
ступеней.  Из  Зала  двери вели в помещение, которое называлось
"Святое".
     В этом помещении  слева  стоял  золотой  стол  для  хлебов
предложения,  справа  менора,  а прямо, перед завесой - золотой
жертвенник для воскурений. Кстати, честь  возжигать  благовония
на  этом  жертвеннике,  доставалась  священнику по жребию всего
один раз в жизни, после этого он уже  никогда  больше  не  имел
права претендовать на такое служение.
     За завесой и находилось помещение, носящее название Святая
Святых. В относительно небольшом помещении за покрытыми золотом
дверьми,  за  расшитой  узорами завесой, под сенью крыльев двух
серафимов, на "камне основы" стоял  "арон  hа-кодэш"  -  ковчег
завета. Тора описывает, как после окончания строительства Храма
в  Святая Святых был внесен ковчег завета: "И внесли священники
ковчег завета Господня на место его, в давир храма,  во  Святое
Cвятых,  под  крылья  херувимов. Ибо херувимы простирали крылья
над местом ковчега, и покрывали херувимы сверху ковчег и  шесты
его.  И выдвинулись шесты так, что головки шестов видны были из
святилища пред давиром, но не выказывались наружу;" (3-я  Книга
царств, 6 - 7).
     Никто  не мог войти в Святая Святых кроме первосвященника.
Но и он имел право на это только один раз в году, в Йом кипур -
в день раскаяния и искупления грехов. Перед тем он  должен  был
пройти  весь  обряд  очищения  для достижения полной ритуальной
чистоты. Ничто нечистое не могло попасть в Святая Святых.  Если
очищение  было  неполным, первосвященник должен был там умереть
на месте! На этот случай к его ноге  привязывали  цепочку,  она
давала   возможность  другим  священнослужителям  вытащить  его
оттуда, не заходя вовнутрь давира!
     В Торе описан такой случай: "Надав и Авиуд, сыны Аароновы,
взяли каждый свою кадильницу, и положили в них огня, и  вложили
в него курений, и принесли пред Господом огонь чуждый, которого
Он  не  велел им. И вышел огонь от Господа, и сжег их, и умерли
они   пред   лицем   Господним."   (Левит,   10:1-2).   Сыновей
первосвященника  (а  значит,  тоже  священников) Всевышний сжег
только за то, что они внесли в святое место "огонь чуждый" - то
есть огонь,  взятый  от  неосвященного  светильника!  И  в  это
святейшее  для  всех место первосвященник внес чьи-то палки или
"письменные трости"?! Более того, забыв одну из  них,  вернулся
за  нею  туда  снова?  Полнейший  абсурд.  Такое  мог  написать
человек, абсолютно не знакомый с еврейской действительностью  и
храмовой службой! Не даром это Евангелие не было канонизировано
церковью,  однако  его  не  запретили  к  чтению в христианской
среде, и это говорит о том,  что  такое  изложение  событий  не
отвергается ею безоговорочно.

     Глава 5. Назорей или назареянин?

     Когда  же  Иисус  родился в Вифлееме Иудейском во дни царя
Ирода, пришли в Иерусалим волхвы с востока, и говорят:
     2. Где родившийся Царь Иудейский? ибо мы видели звезду Его
на востоке и пришли поклониться Ему (Матфей, гл. 1).
     Еще одно доказательство того, что либо  автор  описываемых
событий  не  ориентировался  в еврейской действительности, либо
установленное   церковью   летоисчисление   "от   рождества
Христова", не соответствует действительности. Царь Ирод Великий
умер  за  четыре года до описываемых событий в 4 году до н.э. В
Иудее в это время царствовал не Ирод, а его сын Архелай. Что же
касается даты  рождения  Иисуса,  то  история  ее  такова:  при
императоре  Юстиниане,  по  расчетам  монаха  Дионисия  Малого,
сделанным по данным Евангелия от Луки, была "установлена"  дата
его  рождения, которая и была принята как первый год новой эры.
Если же исходить из единственно точной даты - времени правления
царя Ирода, то все  наше  летоисчисление  следует  сместить  по
крайней мере на шесть лет назад. Возникает вопрос, уже напрямую
связанный  со  стихом  Евангелия,  кто же, собственно, родился,
мессия-Христос, или царь Иудейский? По Матфею -  родился  царь.
Нет   ли  здесь  противоречия?  Нет,  так  как,  согласно  всем
пророчествам, Мессия из рода Давидова должен  был  стать  царем
Израиля,  восстановить  его  суверенитет  и установить на земле
царство Небесное. Именно это встревожило Ирода и его окружение.
     Что же делает царь, чтобы узнать о месте его рождения?  Он
собирает "всех первосвященников":
     4.  И  собрал  всех первосвященников и книжников народных,
спрашивал у них: где должно родиться Христу?
      Можно понять Матфея, который не знал, что в Храме  всегда
был  только один первосвященник, и звание это было пожизненным,
но трудно поверить, чтобы об этом  не  знал  царь!  Не  мог  он
собрать  всех  первосвященников...  Но это еще не самое главное
противоречие данного стиха. Царь спрашивает у собравшихся,  где
должно родиться Мессии? Знатоки Писания ничуть не растерялись и
назвали Вифлеем.
     5.  Они  же  сказали  ему:  в  Вифлееме Иудейском, ибо так
написано у пророка:
     6. "И ты, Вифлеем, земля Иудина, ничем не меньше воеводств
Иудиных; ибо из тебя произойдет Вождь, Который упасет народ Мой
Израиля".
     Евангелие даже приводит его имя - пророк Михей, и  сказано
это в главе 5, стих 2. Давайте посмотрим, что же говорит пророк
на самом деле? А сказано у пророка следующее:
     Глава 5.
     2.  И  ты,  Вифлеем  -  Ефафа,  мал  ли  ты между тысячами
Иудиными? из тебя  произойдет  Мне  тот,  который  должен  быть
владыкою в Израиле, и которого происхождение из начала, от дней
вечных.
     Казалось  бы,  за исключением некоторого разночтения, речь
идет об одном и том же, о приходе Мессии, но это не так... Речь
идет о конкретном событии  -  об  упадке  Вавилона  и  Ассирии.
Читаем дальше:
     5.  И  будет  он - мир. Когда Ассур прийдет в нашу землю и
вступит в наши чертоги, мы выставим против него семь пастырей и
восемь князей.
     6. И будут они пасти землю Ассура мечем и землю Немврода в
самих воротах ее, и Он-то избавит от Ассура, когда тот  прийдет
в землю нашу и когда вступит в пределы наши.
     Вот так...
     Есть  в Писании и высказывания о Мессии: какими качествами
он будет обладать, какими событиями  будет  сопровождаться  его
приход, но нет в Писании даты его прихода и откуда он родом.
     Тайно  выведав  у  волхвов время появления звезды, то есть
время рождения Иисуса, Ирод посылает их в Вифлеем "разведать  о
Младенце  и  известить" его об этом. Здесь есть две странности:
почему нужно было "тайно" узнавать  у  волхвов  время  рождения
младенца,  если  они  не делали из этого секрета, и зачем нужно
было поручать шпионские функции волхвам, когда об этом событии,
по словам евангелиста Луки, знал весь Вифлеем, и  даже  пастухи
всей округи приходили поклониться младенцу?
     Как же, по Матфею разворачиваются дальнейшие события?
     9.  Они,  выслушавши  царя,  пошли.  И се, звезда, которую
видели они на востоке, шла перед ними,  как  наконец  пришла  и
остановилась над местом, где был Младенец.
     Отсюда,  кстати, выражение "путеводная звезда"! Так что же
это было за место? Матфей говорит, что это был дом.
     11. И вошедши в дом, увидели Младенца  с  Мариею,  Матерью
Его,  и  падши  поклонились  Ему;  и,  открывши сокровища свои,
принесли Ему дары: золото, ладан и смирну.
     Лука же утверждает, что это был хлев, и вот почему...
     Евангелие от Луки, глава 2.
     В  те  дни  Вышло  от  кесаря  Августа  повеление  сделать
перепись по всей земле.
     2. Эта перепись была первая в правление Квириния Сириею.
     3. И пошли все записываться, каждый в свой город.
     4.  Пошел  также и Иосиф из Галилеи, из города Назарета, в
Иудею, в город Давидов, называемый Вифлеем, потому что  он  был
из дома и рода Давидова,
     5. Записаться с Мариею, обрученною ему женою, которая была
беременна.
     И родила Сына Своего первенца, и спеленала Его, и положила
Его в ясли, потому что не было им места в гостинице.
     Такая  вот  пасторальная история. Все бы хорошо, но такого
просто не могло быть по многим причинам. Самая главная  из  них
следующая:  легат Сирии Квириний был назначен на свой пост лишь
в 6 году н.э., через десять лет после  смерти  Ирода  Великого.
Перепись,  о  которой  идет  речь  в  Евангелии, и в самом деле
происходила в Иудее и Израиле при  Квиринии,  но  через  добрых
шесть  лет  после  предполагаемого  рождения  Иисуса!  И еще...
почему для переписи нужно было  переселяться  в  другой  город,
если  весь  смысл переписи заключался в том, чтобы учесть людей
именно по месту их жительства?! Это не соответствовало практике
римлян, и за всю историю империи не отмечалось ни одного случая
переписи по таким правилам. Может быть речь  идет  о  какой  то
другой  переписи,  которая  проходила  до  той,  которую провел
Квириний,  и  о  которой  говорит  евангелист?  Но  нет,  такое
невозможно,  так  как  Иосиф  Флавий, прекрасно знавший историю
своей страны, говорит о переписи,  проведенной  Квиринием  в  6
году н.э. как о событии новом и дотоле неслыханном.
     Вот  как  это  описано  у  Иосифа  Флавия: "Хотя иудеи при
первых слухах о переписи с самого начала были  возмущены  этим,
но  в  конце  концов  оставили  всякую  мысль  о сопротивлении,
благодаря  увещаниям  первосвященника  Иоазара,   сына   Боэта.
Уступая   увещаниям   Иоазара,  они  наконец,  беспрепятственно
допустили расценку своего имущества.  Однако  некий  галилеянин
Иуда,   происходивший  из  города  Гамалы,  вместе  с  фарисеем
Саддуком стал побуждать народ к оказанию сопротивления, говоря,
что допущение переписи приведет лишь к рабству.  Они  побуждали
народ  отстаивать свою свободу. Их не может постигнуть неудача,
говорили они, потому что налицо  самые  благоприятные  условия;
даже  если  народ  ошибется  в  своих расчетах, он создаст себе
вечный почет и славу  своим  великодушным  порывом;  Предвечный
лишь  в том случае окажет иудеям поддержку, если они приведут в
исполнение свои намерения, особенно  же,  если  они,  добиваясь
великого, не отступят перед осуществлением своих планов" (Иосиф
Флавий, Иудейские древности, 18:1).
     Лука  по  времени  своей  жизни  и  по  знанию Израильской
действительности был  настолько  далек  от  этих  событий,  что
совсем  не  учел  еще  некоторых особенностей. Ни один верующий
еврей не остановится на ночлег в хлеву, уже  потому,  что  хлев
нечист и на его дверях не вешается мезуза*! Жить же в помещении
без мезузы еврею запрещено законом. И это еще не все. Иерусалим
и  его  окрестности расположены в гористой местности, где зимой
не очень-то уютно,  особенно  по  ночам.  Ветер,  низкие  тучи,
температура  воздуха  около  двух  градусов  тепла,  а  порой и
морозец... Сказать о том, что  зимой  в  окрестностях  Вифлеема
пастухи со стадами расположились на ночь в "чистом поле", - это
значит  абсолютно не знать Израиль. И еще. Даже в наши дни, дни
всеобщего падения нравов, еврею никогда не придется ночевать  в
чистом  поле,  достаточно  постучаться  в  любой  дом верующего
еврея, и вас пустят переночевать, невзирая на  многочисленность
собственной семьи.
     Откуда  вообще в Евангелиях появился хлев и ясли? Это сама
по  себе  довольно  забавная  история...  У  "малого"   пророка
Аввакума,  в  греческом  варианте  Септуагинты*  написано,  что
спаситель Израиля появится "между двух эпох", то  есть  в  наши
дни.
     В греческом языке слова "животное" и "эпоха" в родительном
падеже множественного числа имеют одинаковую форму. В латинском
переводе  Септуагинты  по ошибке подменили "эпоху" "животным" и
получилось  -  "среди  двух  животных".   Осталось   дорисовать
картину:  раз  так,  то  должен  быть  хлев,  а он предполагает
пещеру, а в пещере должны быть ясли... Евангелист  Лука  так  и
пишет: "И вот вам знак: вы найдете Младенца в пеленах, лежащего
в яслях." (Лука, 2:12). Ошибочный перевод пророка Аввакума ввел
в  заблуждение  не только Луку. Дело дошло до того, что в 400г.
н. э.,  при  императоре  Константине,  в  Вифлееме  даже  нашли
"пещеру  рождения"!  В  наши  дни  ее  показывают благоговейным
паломникам со всего света. И никого не смущает  тот  факт,  что
вся  пресловутая  история с яслями и хлевом-пещерой, всего лишь
результат ошибки переводчика и плод  фантазии  евангелиста!  На
самом  же  деле,  говорят  археологи,  в  этой пещере в течение
многих веков был храм,  посвященный  богу  Тамузу,  "спасителю"
языческого  пантеона.  Видимо,  это  тоже  сыграло определенную
роль: там спаситель, тут спаситель...
     Интересна  еще  одна  подробность   события,   изложенного
евангелистом   Лукой  в  главе  2.  Перед  пастухами,  "которые
содержали ночную стражу у стада своего" в студеную  декабрьскую
ночь, предстал ангел Господень:
     10.  И сказал им Ангел: не бойтесь; я возвещаю вам великую
радость, которая будет всем людям:
     11. Ибо ныне родился вам  в  городе  Давидовом  Спаситель,
Который есть Христос Господь.
     Не  правда  ли,  интересно?  Мало  того,  что  ангел Божий
заговорил с еврейскими пастухами по-гречески (а  иначе,  почему
бы  он  называл  еврейского Машиаха греческим именем Христос?),
так он еще назвал его "Господь"! Ангел Божий опроверг  религию,
заповеданную  Господом людям, основанную на строгом единобожии.
Вспомните основную заповедь - "Я  Господь,  Бог  твой,  который
вывел  тебя из земли Египетской, из дома рабства. Да не будет у
тебя других богов пред лицем  Моим"  (Исход,  20:1  -2).  Более
того,  ангел  уверил  пастухов,  что  ныне, в Вифлееме, родился
новый Бог! Таким образом, по ангелу (или по Луке?), Господь  не
существует  вечно,  а  рождается  и  умирает.  Интересный ангел
пришел к пастухам!
     Вернемся однако к Евангелию от Матфея. Волхвы не вернулись
обратно в Иерусалим. Получив во сне откровение, они "иным путем
отошли в страну свою."
     16. Тогда Ирод, увидев  себя  осмеянным  волхвами,  весьма
разгневался и послал избить всех младенцев в Вифлееме и во всех
пределах  его,  от двух лет и ниже, по времени, которое выведал
от волхвов.
     Царь  Ирод  действительно   отличался   лютым   нравом   и
жестокостью   правления,  однако  такого  "избиения  младенцев"
просто  не  было  в   истории   Израиля.   Эта   "история"   не
подтверждается  письменными  источниками. И незачем ссылаться в
подтверждение этого "события" на пророка Еремию: "Глас  в  Раме
слышен,  плач и рыдание, и вопль великий; Рахиль плачет о детях
своих и не хочет утешиться о детях своих, ибо их нет"  (Матфей,
2:18).  Где  Рама,  а  где  Вифлеем,  Где  Рахиль,  а  где жены
Вифлеемские?! Да и пророчество  было  написано  в  предсказание
будущего вавилонского пленения и последующего возвращения сынов
Израиля на родную землю...
     Очень интересны с точки зрения знания предмета последующие
стихи  Евангелия.  После  того, как Иосиф с семьей вынужден был
скрываться в  Египте  из  опасения  за  жизнь  своего  ребенка,
евангелист снова возвращает его в Израиль:
     19.  По  смерти  же  Ирода,  -  се  Ангел Господень во сне
является Иосифу в Египте
     20. И говорит: встань, возьми Младенца и Матерь Его и  иди
в землю Израилеву, ибо умерли искавшие души Младенца.
     21.  Он встал, взял Младенца и Матерь Его и пришел в землю
Израилеву.
     22. Услышав же,  что  Архелай  царствует  в  Иудее  вместо
Ирода,  отца  своего,  убоялся  туда  идти;  но, получив во сне
откровение, пошел в пределы Галилейские
     23. И пришел поселился в городе,  называемом  Назарет,  да
сбудется реченное чрез пророка, что Он Назореем наречется.
     Начнем  с  того,  что  такого пророчества в Писании просто
нет. До автора Евангелия дошли смутные отголоски того, что, как
правило, все пророки Израиля были назореями. Раз так,  то  само
собой  разумеется,  что  и  Иисус  был  назореем,  но  что  это
означает, автор Евангелия уже не знал...
     Что же этот термин означает на самом деле?  Назорей  (ивр.
"назир") - это человек, посвятивший себя Богу. Назирут - особый
обет,  законы  которого  описаны  в  Торе  (Бе  Мидбар 6, 1-21.
Библия. Числа, гл. 6, 1-21). Принимающий этот обет  должен  был
соблюдать  три  запрета:  не  есть  виноград, не есть и не пить
ничего, что из него производится (в  том  числе  и  всего,  что
приготовлено  из  виноградных  косточек), не стричь волосы и не
прикасаться  к  источникам  ритуальной  нечистоты  (источниками
ритуальной  нечистоты является тело усопшего, и даже помещение,
где находится труп). Таким образом, прозвище, или, если хотите,
звание Назорей или Назир, означает "чистый", "святой": "Во  все
дни назорейства своего свят он Господу" (Числа, 6:8).
     В  результате в христианство вкралась ошибка, повлекшая за
собой большие последствия: пришлось "изобретать" Назарет  как
родину  Иисуса.  Решив,  что  назареянин означает житель города
Назарета, автор тут же  присочинил  историю  переселения  семьи
Иосифа в этот город. А евангелист Марк поступил еще проще, взял
и  перенес  рождение  Иисуса из Вифлеема в Назарет (Марк, 6:1).
Если хорошенько поискать, то и в Назарете можно найти такую  же
"пещеру  рождения"!  Что же касается самого города, то ранее IX
века н.э. о нем нет упоминаний ни у одного  иудейского  автора,
ни  в  Торе,  ни  в  Талмуде ни у Тацита, ни у Иосифа Флавия...
Интенсивные археологические изыскания обнаружили в этом  городе
памятники, которые можно датировать лишь византийским периодом.
     Далее евангелист Лука в главе 2 пишет:
     21.  По  прошествии  восьми дней, когда надлежало обрезать
Младенца, дали Ему имя Иисус, нареченное ангелом прежде зачатия
Его во чреве.
     22.  А  когда  исполнились  дни  очищения  их  по   закону
Моисееву,  принесли  Его  в  Иерусалим,  чтобы представить пред
Господа,
     23.  Как  предписано  в  законе  Господнем,  чтобы  всякий
младенец  мужеска  пола,  разверзающий  ложесна,  был  посвящен
Господу.
     24. И чтобы принести  в  жертву,  по  реченному  в  законе
Господнем, две горлицы или двух птенцов голубиных.
     Это  слова  евангелиста Луки. В подтверждение сказанному в
Евангелии  есть  ссылка  (для  дотошного  читателя)  на  тексты
Библии: Исход 13:2, 12; 22:29. и книга Числа 8:16. Не поленимся
и откроем указанные разделы Торы. Книга Исход, глава 13:
     И сказал Господь Моисею, говоря:
     2.  Освяти  Мне  каждого  первенца,  разверзающего  всякие
ложесна между сынами Израилевыми, от  человека  до  скота:  Мои
они.
     12.  Отделяй  Господу  все,  разверзающее  ложесна,  и все
первородное из скота, какой  у  тебя  будет,  мужеска  пола,  -
Господу.
     Глава 22
     29.  Не  медли  приносить Мне начатки от гумна твоего и от
точила твоего; отдавай Мне первенца из сынов твоих;
      Книга Числа, глава 8, стих  16.  Для  того,  чтобы  текст
этого стиха был понятен, начнем с предыдущего. Итак:
     15.  После  сего  войдут  левиты  служить скинии собрания,
когда ты очистишь их и совершишь над ними  посвящение  их.  Ибо
они отданы Мне из сынов Израилевых.
     16.   Вместо   всех   первенцев   из   сынов   Израилевых,
разверзающих всякие ложесна, Я беру их Себе.
     Нет, не знал  евангелист  Писания.  Не  о  всех  младенцах
"мужеска  пола"  идет  речь,  а  только  о первенцах - "у сынов
Израилевых"! И зря редакторы Евангелий привели  именно  в  этом
месте   данные   ссылки.   Они   только  подтверждают  незнание
евангелистами Библии и законов жизни иудеев того  времени.  Что
же говорит об этом еврейская традиция?
     1.  Не  "по  прошествии восьми дней" обрезают младенцев по
религиозному закону, а по прошествии семи дней на восьмой, даже
если этот восьмой день приходится на субботу. Тора говорит:  "А
в  день восьмой пусть обрежут крайнюю плоть его" (Ваикра, 12:3.
Левит, тот же раздел). Этот закон свят и ни при каких  условиях
евреями не нарушается.
     2. Нет в религиозном праве "дней очищения их", как говорит
Лука.  Ритуальную  нечистоту  после  родов  приобретает  только
женщина, и считается нечистой семь дней (при  рождения  девочки
этот срок составляет четырнадцать дней). После сорока дней, она
обязана  принести  жертву очищения в Храме: ягненка, в возрасте
до одного года, приносимого в  жертву  всесожжения  и  молодого
голубя,  приносимого  в  качестве  грехоочистительной жертвы. В
случае крайней бедности, разрешается принести в  качестве  этих
жертв  двух  молодых  голубей,  одного - в жертву всесожжения и
одного - в качестве грехоочистительной жертвы. Ни одна из  этих
жертв  (как  и  само  посещение  храма)  не  связана  с выкупом
первенца. Эти жертвы  должна  была  приносить  каждая  родившая
женщина.
     3.  Нет такого положения в "законе Господнем, чтобы всякий
младенец мужеского пола,  разверзающий  ложесна,  был  посвящен
Господу",  нет  и  никогда  не  было. Бог, давая свои заповеди,
говорил только о первенцах мужского пола. Только за  них  нужно
было  платить  выкуп  коэну.  И для этого совсем не требовалось
нести  новорожденного  в  Храм.  Не  требовал  закон  приносить
первенца  "в  Иерусалим, чтобы представить пред Господа". Закон
требует только следующее: если новорожденный - первенец у своей
матери, то  через  30  дней  после  его  рождения  его  следует
выкупить  у коэна, который выступает представителем Всевышнего.
Тора также указывает и единую цену для выкупа - 5  слаим,  т.е.
96,15 граммов чистого серебра.
     Для  выкупа  устраивали  торжественную трапезу, на которую
приглашался коэн, известный своим благочестием.  Отец  ребенка,
произнеся  перед  началом  застолья  благословения  над хлебом,
сообщал коэну, что у него есть сын - первенец у своей матери  -
исраэлит  (т.е.  не  дочери  коэна или левита). Коэн после этих
слов,  обязан   спросить,   что   предпочитает   отец:   своего
сына-первенца  или те 5 слаим серебра, которые он обязан отдать
в качестве  выкупа  за  сына?  Отец  естественно  отвечал,  что
предпочитает  сына,  и тут же вносил за него выкуп коэну. После
этого коэн произносил благословение над  вином,  и  собравшиеся
приступали к трапезе.
     Закон  вовсе  не регламентирует места проведения церемонии
выкупа. Отец имеет право совершить ее где угодно, а не только в
Иерусалиме , как утверждает евангелист. Более того, судя по той
скромной  жертве,  которую  внесла  семья  плотника  Иосифа  за
очищение  Марии  после  родов  - двух голубей - у них и не было
средств на церемонию в столице, ибо они были  крайне  бедны!  И
еще: по Евангелию, Мария была дочерью коэна. В связи с этим она
не  должна  была выкупать первенца и уж тем более "представлять
его пред лице Господа" в Иерусалиме. Ее муж - женатый на дочери
коэна, также освобождался от обязанности выкупать первенца. Так
"предписано в законе Господнем", и  евангелистам  следовало  бы
его знать!
     Следующий  эпизод  (см.  главу 6 Евангелия от Луки), часть
которого вошла в литургию православного богослужения, (я имею в
виду  прекрасное  песнопение  "Ныне  отпускаеши  раба   Твоего,
Владыко,  по  слову Твоему, с миром") высосан из пальца и лишен
всякого смысла. Вся основа этого эпизода зиждется на  том,  что
"родители  принесли  Младенца  Иисуса,  чтобы совершить над ним
законный обряд" в  Иерусалимский  Храм.  Там  "человек,  именем
Симеон,   муж   праведный   и  благочестивый,  чающий  утешения
Израилева" (Лука, 2:22-29), на котором был Дух Святой, произнес
эти слова и благословил младенца.  Но!..  Не  было  "законного"
обряда,  не  посещали  родители  Иисуса  Храм  (жаль - уж очень
красиво песнопение...).

     Глава 6. История Иоанна Крестителя

     Следовало бы сейчас перейти к главе 3 Евангелия от Матфея,
но логика повествования велит нам продолжить  диалог  с  Лукой,
так  как  именно  он  предваряет  рассказ о деятельности Иоанна
историей его рождения. Итак:
     Глава 1.
     5. Во дни Ирода, царя Иудейского, был священник из Авиевой
чреды, именем Захария, и жена его  из  рода  Ааронова,  имя  ей
Елисавета.
     6.  Оба  они  были  праведны перед Богом, поступая по всем
заповедям и уставам Господним беспорочно.
     7. У них не было детей, ибо Елисавета была неплодна, и оба
они были уже в летах преклонных.
     8. Однажды, когда он в порядке  своей  чреды  служил  пред
Богом,
     9.   По   жребию,  как  обыкновенно  было  у  священников,
досталось ему войти в храм Господень для каждения,
     10. А все множество народа молилось вне во время каждения,
     11. Тогда явился  ему  Ангел  Господень,  стоя  по  правую
сторону жертвенника кадильного.
     12. Захария, увидев его, смутился, и страх напал на него.
     13.  Ангел  же сказал ему: не бойся, Захария, ибо услышана
молитва твоя, и жена твоя Елисавета родит тебе сына, и наречешь
ему имя: Иоанн;
     14. И будет тебе радость и веселие, и  многие  о  рождении
его возрадуются,
     15.  Ибо он будет велик перед Господом; не будет пить вина
и сикера (Вот  пример  назорейства!  примечание  мое),  и  Духа
Святого исполнится еще от чрева матери своей;
     16.  И  многих  из сынов Израилевых обратит к Господу Богу
их;
     17. И предъидет  пред  Ним  в  духе  и  силе  Илии,  чтобы
возвратить  сердца  отцов  детям,  и  непокоривым  образ мыслей
праведников, дабы представить Господу народ приготовленный.
     18. И сказал Захария Ангелу: по чему я узнаю  это?  ибо  я
стар, и жена моя в летах преклонных.
     Довольно   странные   сомнения  со  стороны  праведника  и
священника, знакомого с Торой, а значит, и с историей Авраама и
Сарры! Можно понять ангела, которого возмутило подобное неверие
праведника! И наказание (а не знамение) последовало немедленно:
     20. И вот, ты будешь молчать и не будешь иметь возможности
говорить до того дня, как  это  сбудется,  за  то,  что  ты  не
поверил словам моим, которые сбудутся в свое время.
     21.  Между  тем  народ  ожидал  Захарию  и дивился, что он
медлит в храме.
     22. Он же, выйдя, не мог говорить к ним; и они поняли, что
он видел видение в храме; и он объяснялся  с  ними  знаками,  и
оставался нем.
     23.  А  когда окончились дни службы его, возвратился в дом
свой.
     24. После сих дней зачала Елисавета, жена его...
     Рассмотрим, соответствуют ли описанные  события  еврейской
действительности  того времени. Во-первых, имена. Не могла жена
священника Захарии носить имя Елисавета, т.к. это не  еврейское
имя.  Не  мог  ангел  Господень  назвать  будущего сына Захарии
Иоанном, хотя бы потому, что оно происходит от еврейского слова
"ионах" - голубка. И если люди могли  ошибаться,  то  уж  ангел
никак  не  мог  назвать будущего еврейского пророка нееврейским
женским именем. Далее, по версии автора, Захария  был  нем  все
время  беременности  своей  жены.  Как  же мог немой продолжать
исполнять обязанности священника Храма? Ведь  он,  лишь  "когда
окончились  дни службы его, возвратился в дом свой." По законам
Торы, "дни службы его" должны были закончиться немедленно,  как
только  он  потерял дар речи! Во-первых, потому, что он не мог,
будучи немым, "взывать там своему Господу", а  во-вторых,  -  и
это,  пожалуй,  главное,  -  любой порок лишал священника права
входить в Храм и "предстоять пред лицем  Господа  своего".  Так
записано  в  Торе,  и закон этот соблюдался неукоснительно. И
как это  Всевышний  не  посвятил  евангелистов  в  элементарные
правила  храмовой  службы,  поручая  им благовестить истинность
того что было! Прав был Иисус, говоря: "Берегитесь лжепророков,
которые приходят к вам в овечьей одежде, а  внутри  суть  волки
хищные:  по  плодам их узнаете их..." (Матф. Гл. 7:15-16). Лука
должен был знать слова учителя!
     Следовало бы также знать Луке, что "каждение",  а  точнее,
жертвоприношение  в  виде воскурения трав в Храме производилось
каждое утро и каждый  вечер  на  золотом  жертвеннике,  который
находился в центре первого помещении Храма, прямо перед завесой
в Святая Святых. Этот жертвенник был изготовлен из дерева шитим
и  покрыт  золотом,  он  так  и  назывался  -  "жертвенник  для
воскурения трав". Коэн брал в правую руку совок с  раскаленными
угольями,  а  в левую - состав трав, заходил в помещение Храма,
клал   угли   на   жертвенник   и   высыпал   на   них   травы.
Жертвоприношение  считалось  почетным  видом службы - принесший
воскурение получал  особое  благословение  свыше.  Поэтому,  со
времен  Первого  Храма,  установился  обычай,  по которому коэн
приносил воскурения только один раз в жизни  и  больше  не  мог
участвовать  в жребии претендентов. После этой службы он просто
должен был отправиться домой, а не ждать окончания дней "службы
своей".
     57. Елисавете же настало время родить, и она родила сына.
     58. И услышали соседи и родственники  ее,  что  возвеличил
господь милость Свою над нею, и радовались с нею.
     59.  В  восьмый  день  пришли  обрезать младенца, и хотели
назвать его по имени отца его, Захариею.
     60. На это мать его сказала: нет; а назвать его Иоанном.
     61.  И  сказали  ей:  никого  нет  в  родстве  твоем,  кто
назывался бы сим именем.
     Видимо,   автор   кое-что   слышал  об  обычае  обрезания.
Действительно,  для   совершения   этого   обряда,   необходимо
присутствие  не  менее  десяти  верующих иудеев (миньян), иначе
обряд не считается действительным. Итак, верующие собрались  и,
судя  по  всему,  это  были  евреи,  иначе  и быть не могло. Но
дальше, дальше знания автора истощились, ибо не могли  верующие
евреи   предложить   матери   назвать  сына  именем  отца,  это
противоречит еврейскому обычаю и не практикуется  даже  в  наши
дни;  что  уж  говорить  о  тех  днях, когда обычаи соблюдались
гораздо строже! Они должны  были  предложить  назвать  младенца
именем  деда,  тем  более, что он тоже был священником. И когда
мать предложила другой вариант имени, собравшиеся удивились. Но
мать, якобы, настояла на имени Иоанн.  Спросили  знаками  отца,
как он хочет назвать первенца?
     63.  Он потребовал дощечку и написал: Иоанн имя ему. И все
удивились.
     Все, кто знает обычаи и традиции Израиля, удивляются этому
по сей день. И еще, зачем было обращаться  к  Захарии  знаками,
ведь он был только нем, но не глух!
     Далее,  в  главе  3 Лука говорит о проповедях Иоанна и при
этом  дает,  на  его  взгляд,  довольно  точные  ориентиры  для
определения времени, когда началась деятельность Иоанна.
     Глава 3.
     В  пятнадцатый  же  год  правления  Тиверия  кесаря, когда
Понтий Пилат начальствовал в Иудее, Ирод был четвертовластником
в Галилее, Филипп, брат  его,  четвертовластником  в  Итурее  и
Трахтонитской области а Лисаний четвертовластником в Авилинее,
     2.  При первосвященниках Анне и Каиафе, был глагол Божий к
Иоанну, сыну Захарии, в пустыне.
     3. И он проходил  по  всей  окрестной  стране  Иорданской,
проповедуя крещение покаяния для прощения грехов.
     Здесь  следует  остановиться, и вот почему. Во-первых, как
уже говорилось, в Иерусалимском Храме не было и быть  не  могло
двух  первосвященников  одновременно, и это непреложный факт. А
было так: Анна занимал эту должность с 6 по 15 год н.э.  В  это
время  Каиафа  был  всего  лишь  зятем  первосвященника Анны. В
течение трех последующих лет сменились еще три первосвященника,
имена которых история не сохранила, и только  с  18  года  н.э.
первосвященником стал Каиафа и пробыл на этом посту до 36 года.
Таким  образом, евангелисты, и Лука в их числе, ничего не знали
о  деятельности  первосвященников  Храма  и   о   правилах   их
назначения  и  чередования  как  раз  в  тот период, очевидцами
которого они якобы  были.  Довольно  странное  неведение,  если
учесть,   что   для   всех  жителей  Израиля  эти  истины  были
прописными... Далее, Понтий Пилат был наместником Иудеи с 26 по
36  год  н.э.,  а  теперь  на  основе  этих  данных  попробуйте
установить дату начала деятельности Иоанна!
     "Крещение покаяния", проповедуемое Иоанном.
     Современного  читателя  Евангелий  эти  слова  Луки  могут
навести на мысль, что,  являясь  предтечей  Иисуса  и  выполняя
пророчество,  Иоанн  в  пустыне  "крестил"  приходящих  к  нему
паломников... В подтверждение тому евангелисты приводят стих из
пророчества Исайи,  в  котором  говорится:  "глас  вопиющего  в
пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте стези Ему."
(Исход,  40:3).  Правда,  стих  этот  у  Исайи звучит несколько
иначе: "Глас призывает: в пустыне очищайте дорогу для  Господа,
ровняйте  в  Араве  путь Богу нашему." Опять переводчик сдвинул
акценты. Не то главное, что глас вопиет в пустыне и, как  можно
подумать, безответно, а то, что глас призывает - даже в пустыне
готовьте  путь  Господу,  ибо  с  приходом  Мессии  в Иерусалим
двинутся народы со всего света. Суть пророчества не относится к
географическим  понятиям,  она  заключена  в  другом!  Что   же
касается  географии,  то  далее  Исайя  говорит,  где  надлежит
проповедовать:
     9. На гору высокую взойди, вестница Сиона!  Возвысь  мощно
голос  твой,  вестница  Иерусалима!  Возвысь,  не  бойся, скажи
городам Иуды: вот Бог ваш!
     Так что для  исполнения  этого  пророчества  незачем  было
отправлять  Иоанна  в  "страну иорданскую"! Надо было отправить
его в Иерусалим. Но главное здесь  не  это.  Главное  в  том  -
являлся ли в действительности Иоанн крестителем, как утверждает
Евангелие?  Со  всей  уверенностью  можно  ответить: нет. И вот
почему:  прежде  всего,  крещение   рассматривается   как   акт
приобщения  человека к христианской религии. Действительно, для
совершения такого акта нужен креститель -  человек  совершающий
акт приобщения к лону христианской церкви. Но ведь христианства
еще  не  было.  Что  же тогда делал Иоанн? Проповедовал. Причем
проповедовал  в  духе  прежних  иудейских  пророков:  изобличал
пороки, призывал к праведности и покаянию в точном соответствии
с требованиями иудаизма.
     Очищение   водой   -  ритуальные  омовения,  существуют  в
иудаизме столько времени, сколько  существует  иудаизм.  Каждый
верующий  мужчина  хотя  бы  раз  в  год,  должен погрузиться в
очистительные воды ритуального бассейна - миквы. Женщины должны
делать это по крайней мере каждый месяц. Самым  же  лучшим  для
этих  целей бассейном считается тот, который пополняется водами
источника. Ничего нет удивительного в том, что люди, приходящие
слушать проповеди  Иоанна,  погружались  в  микву,  наполняемую
водами  Иордана  для  достижения ритуальной чистоты. Делали они
это  и  до  Иоанна,  делают  и  после  него.  Ближе  к   истине
предположение,  что Иоанн начал проповедовать в том месте, куда
приходил  народ  для  ритуальных  омовений.  Не  Иоанн  очищал,
очищала  вода  ритуального  бассейна. Поэтому, если бы верующие
евреи на самом деле услышали от Иоанна утверждение, приведенное
Лукой: "Я крещу вас  водой",  то  это  было  бы  последней  его
проповедью.  За богохульство его забросали бы камнями, благо их
в окрестностях реки Иордан огромное количество.
     Но, видимо, что-то новое Иоанн привнес  в  иудаизм,  иначе
память  народа  не  сохранила  бы  его имя. Что? Иоанн искренне
верил в скорый приход Мессии, который в  результате  финального
конфликта  с миром зла, освободит мир и обеспечит окончательную
победу царства  Божия  на  земле.  Поэтому  он  говорил:  "Идет
Сильнейший меня. Он будет вас крестить Духом Святым и огнем..."
Он  ожидал огня очистительной войны, своего рода "Армагеддона".
Именно  поэтому  в  преддверии  этого  события  Иоанн  призывал
покаяться,   очиститься  от  всех  грехов,  принять  ритуальное
очищение в водах реки Иордан и раздать свое  имущество  бедным,
так  как  в  новом  царстве  всеобщего  благополучия оно уже не
понадобится.  Он  призывал  народ  единожды  очиститься   перед
приходом  этого  царства  и перед окончательным судом над миром
зла.
     Его проповеди несли  на  себе  яркий  отпечаток  ессейской
доктрины  -  отхода  от  мира  Кривды и подготовки себя, своего
образа жизни к приходу Царствия Божия на земле. После покаяния,
в  полном  соответствии  с  уставом  кумранской  общины  (Устав
общины, V, 10:15), слушатели Иоанна погружались в очистительные
воды,  символически  отрекаясь  от  прежней  жизни и переходя к
борьбе за приближение этого Царства.
     Политическая и духовная атмосфера в Израиле  того  времени
достигла  такого  накала,  что  достаточно  было  искры,  чтобы
вспыхнуло восстание против римского владычества, против засилья
местных царьков, за чистоту  веры,  за  всеобщее  благополучие.
Многие  из  слушателей  Иоанна  готовы  были  уже  в нем видеть
Мессию, освободителя Израиля: "Когда же народ был в ожидании, и
все помышляли в сердцах своих об Иоанне, не Христос  ли  он..."
(Лука, 3:15).
     Судьба  Иоанна была печальна. Лука говорит, что он обвинял
Тетрарха Галилеи  и  Переи  Ирода  Антипу  в  кровосмесительном
грехе.  Действительно, Ирод отнял жену брата Иродиаду и женился
на ней. Разгневанный  обличительными  проповедями  Ирод  бросил
Иоанна  в темницу, а затем приказал казнить его. Я умышленно не
привожу здесь легенду о Саломее,  наша  задача  -  историческая
правда, тем более, что история приводит другие причины ареста и
казни проповедника.
     Иосиф   Флавий  пишет:  "Ирод  умертвил  этого  праведного
человека, который убеждал  иудеев  вести  добродетельный  образ
жизни,  быть  справедливыми  друг к другу, питать благочестивое
чувство к Предвечному и  собираться  для  омовения.  При  таких
условиях  (учил  Иоанн) омовение будет угодно Господу Богу, так
как они будут прибегать к  этому  средству  не  для  искупления
грехов,  но  для  освящения своего тела, тем более, что души их
заранее уже успеют  очиститься.  Так  как  многие  стекались  к
проповеднику,  учение  которого  возвышало  их  души, Ирод стал
опасаться,  как  бы  его  огромное  влияние  на  массу  (вполне
подчинившуюся  ему) не повело к каким-либо осложнениям. Поэтому
тетрарх предпочел предупредить это, схватив Иоанна и казнив его
раньше, чем пришлось бы раскаяться,  когда  будет  уже  поздно.
Благодаря  такой  подозрительности  Ирода  Иоанн  был  в оковах
послан в Махерон, вышеуказанную крепость, и там казнен". (Иосиф
Флавий, Иудейские древности, 18, 5:2).
     Ирод страшно боялся "осложнений", а "осложнения" были  в
то  время вещью вполне реальной и привычной. То там, то тут, то
и   дело   вспыхивали   восстания,   вдохновленные    очередным
новоявленным "Мессией" или пророком.
     Вернемся к главе 3 Евангелия от Матфея. Матфей утверждает,
что Иисус пришел к Иоанну креститься:
     13.  Тогда  приходит Иисус из Галилеи на Иордан к Иоанну -
креститься от него.
     14.  Иоанн  же  удерживал  Его  и  говорил:  мне   надобно
креститься от Тебя, и Ты ли приходишь ко мне?
     15.  Но  Иисус  сказал ему в ответ: оставь теперь; ибо так
надлежит нам исполнить всякую  правду.  Тогда  Иоанн  допускает
Его.
     С  точки  зрения  логики  трудно понять суть диалога между
Иоанном и Иисусом. Сразу возникают вопросы:
     1. Почему Иоанн удерживает неофита, пришедшего принять  от
него крещение?
     2.  Почему  Иоанн  говорит,  что  он  должен креститься от
Иисуса?
     3. Почему Иисус отвечает ему несколько загадочно:  "оставь
теперь; ибо так надлежит нам исполнить всякую правду"?
     Христианские  теологи  объясняют  все  очень просто: Иоанн
увидел, что на Иисусе почиет Дух Божий и что он Мессия. В  этом
же  ключе  они отвечают и на второй вопрос. Однако, такой ответ
не выдерживает критики. Если Иисус на самом деле Мессия, то  ни
о каком крещении речи быть не может - не для того должен прийти
Спаситель.    Его    приход   предсказан   пророками   и   цель
предопределена изначально. Толкование теологов не дает ответа и
на третий  вопрос:  какую  правду  "надлежит  исполнить"  актом
крещения  Иисусу  и  Иоанну. Какая тайна скрывается за этим, на
первый взгляд, загадочным  диалогом?  Все  становится  на  свои
места,  если  обнародовать  тщательно  скрываемую евангелистами
правду - и Иоанн, и Иисус были проповедниками  идей  Кумранской
общины! Да и звали их не так.
     Встретились  два  иудея-кумранита - Йоханаан бен Захария и
Иешуа бен Йосеф. Это в  том  случае,  если  принять  за  истину
утверждение  евангелистов,  что  Иисус  действительно родился в
семье плотника Иосифа. По другим источникам его  звали  Иешуа
бен   Пандера,  причем  Иешуа  не  являлся  неофитом,  сан  его
посвящения в общине был гораздо выше. Если исходить  из  этого,
то  диалог  приобретает  ясность.  Иоанн первым вступил на путь
открытой проповеди доктрин Кумранской общины*  неподготовленным
массам   иудейского   общества.   Тогда   понятно,  что  Иисус,
вступивший на этот путь позже Иоанна, пришел  принять  от  него
благословение  на  новое служение. В свете этого вполне понятны
сомнения Иоанна.  Формально  все  правильно,  но  может  ли  он
благословить  человека  выше  его  по  сану? Видя эти сомнения,
Иисус отвечает: "оставь теперь", в этом деле ты выше  меня,  ты
первый. И Иоанн соглашается.
     Тогда совершенно иначе звучит известный эпизод с матерью и
братьями  Иисуса,  который  приводит  евангелист  Лука: "И дали
знать Ему: Мать и братья Твои стоят вне, желая видеть Тебя.  Он
сказал им в ответ: матерь Моя и братья Мои суть слушающие слово
Божие   и   исполняющие   его"  (Лука,  8:20-21).  Этот  ритуал
"крещения", который принял Иисус от Иоанна, как  бы  родил  его
для  новой  жизни и деятельности, лишая его в то же время, всех
родственных связей.
     Теперь становятся вполне понятными также  сомнения  Иоанна
относительно    мессианской    миссии    Иисуса.    Евангелисты
представляют встречу Иоанна и Иисуса во время  "крещения",  как
встречу  двух  незнакомых  людей.  Но, позвольте, они прекрасно
знали друг  друга!  Вспомним,  что  Иисус  и  Иоанн  двоюродные
братья.  Сомнения  Иоанна  вполне  оправданы,  т.к. нет никаких
признаков, что действительно настало время для прихода  Мессии.
Зная  с  детства  своего брата, Иоанн не заметил в нем качеств,
присущих образу воителя  за  освобождение  евреев  от  римского
господства.  Ведь  недаром  в  тюрьме Иоанн терзается вопросом:
действительно ли Иисус Мессия? Если это  так,  и  пришло  время
избавления,  то  срок  его  пребывания  в  темнице не продлится
долго, а вот если  нет...  Мучимый  сомнениями  он  посылает  к
Иисусу своих учеников.
     2.  Иоанн  же, услышав в темнице о делах Христовых, послал
двоих из учеников своих
     3. Сказать ему: Ты ли  Тот,  Который  должен  прийти,  или
ожидать нам другого? (Мтф. Гл.11).
     Но  тогда  абсолютно  неправдоподобно звучат стихи 16 и 17
главы 3, где описывается сошествие Святого Духа на  только  что
крестившегося Иисуса:
     16.  И  крестившись  Иисус  тотчас  вышел из воды, - и се,
отверзлись Ему небеса,  и  увидел  Иоанн  Духа  Божия,  который
сходил, как голубь, и ниспускался на Него.
     17.  И  се,  глас  с  небес  глаголющий:  Сей есть Сын Мой
Возлюбленный, в Котором Мое благоволение.
     Не мог сомневаться в избранности Иисуса человек,  видевший
все это. Нет, не вяжутся концы с концами у евангелистов.
     И  все же, где доказательство, что Иоанн был ессеем? Может
быть наши рассуждения построены на песке? Такое  доказательство
есть,  его  можно  найти  в  том  же  Евангелии от Луки, где он
описывает детство Иоанна: "Младенец же возрастал  и  укреплялся
духом,  и  был в пустынях до дня явления своего Израилю" (Лука,
1:80).  Трудно  предположить,  что   младенец   "возрастал"   в
Иорданской пустыне в полном одиночестве - пустыня есть пустыня.
Единственным местом в этой пустыне, где можно было "возрастать"
и при этом "укрепляться духом", была Кумранская община!
     Вернемся однако к нашему повествованию. Ко времени прихода
Иисуса  Иоанн  не  был  одинок,  у  него  была группа учеников.
Евангелист  Матфей  (Гл.  9:14),  прямо  говорит  об  "учениках
Иоановых".   Получив   благословение,  Иисус  начал  свой  путь
служения,  но  не  примкнул  к   ученикам   Иоанна,   а   начал
проповедовать  самостоятельно.  (До  наших  дней  в Южном Ираке
сохранилась секта мандеев, считающих себя продолжателями учения
Иоанна Крестителя. Мандеи отвергают Иисуса  на  том  основании,
что  он изменил учению Иоанна и самому учителю. Более того, они
считают Иисуса чуть ли не воплощением сатаны).
     Эхо этих разногласий прослеживается в уже упомянутом стихе
Евангелия от Матфея: "Тогда приходят к нему ученики  Иоановы  и
говорят:  почему мы и фарисеи постимся много, а Твои ученики не
постятся?" Несмотря на разногласия, Иоанн  и  Иисус,  в  полном
соответствии со своими убеждениями начали открыто проповедовать
основные  доктрины кумранитов, предназначенные для "внутреннего
употребления": идеи равенства,  братства,  духовной  чистоты  и
аскетизма.  Отвергая  жесткую  обособленность  кумранитов,  они
понесли в народ призывы к духовному очищению в ожидании скорого
конца этого мира и установления "царства Божьего" на  земле.  В
то  бурное  время  открытая проповедь идей замкнутой Кумранской
общины была смертельно опасна...
     Иисус никогда не провозглашал  никакой  новой  религиозной
доктрины.  Сам  он  говорит  о  сути  своих проповедей так: "Не
думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков: не  нарушить
пришел  Я,  но  исполнить.  Ибо  истинно  говорю вам: доколе не
прейдет небо и земля, ни одна иота или ни одна черта не прейдет
из закона, пока не исполнится все. Итак, кто  нарушит  одну  из
заповедей  сих  малейших  и  научит  так  людей,  тот  малейшим
наречется в Царстве Небесном; а  кто  сотворит  и  научит,  тот
великим наречется в Царстве Небесном" (Матфей, 5:17-19).
     Иногда  он  толкует Тору и ее законы даже строже, чем было
принято его современниками. Читатель, незнакомый  с  ивритом  -
языком  Торы,  может  не понять всю категоричность высказывания
Иисуса об исполнении закона. Дело  в  том,  что  в  иврите  нет
гласных,  вместо  них,  под  буквами ставятся знаки, которые не
только заменяют гласные  звуки,  но  и  указывают,  как  читать
текст:  где  сделать  паузу,  а  где возвысить голос, т.е. дают
указания  об  интонациях,  с  которыми  читающий  Тору,  должен
произносить слова. Именно это имел ввиду Иисус, говоря об йотах
и  чертах.  Все  должно  исполниться  в  законе  так,  как  там
написано, вплоть до интонации!
     Освобождая высказывания Иисуса и  евангелистов  от  шелухи
измышлений, мы увидим исторически достоверную картину.
     Вернемся  же  к  истории  Иисуса,  к  той  версии, которая
изложена Матфеем.

     Глава 7. Собственным путем

     Приняв "крещение" и  "исполнившись  Духом  Святым",  Иисус
"возведен  был  Духом  в  пустыню,  для  искушения от дьявола".
Видимо, мало было того, что сам Всевышний публично провозгласил
Иисуса своим сыном и наполнил его Духом Святым, нужен  был  еще
некий   испытательный   срок  перед  началом  миссии  спасителя
человечества.  Евангелист  не  находит  лучшего  способа,   как
поручить  роль  воспитателя  Мессии  самому  дьяволу. Мне бы не
хотелось  начинать   дискуссии   с   богословами,   защитниками
христианства,  но  есть принципиальный вопрос, мимо которого не
пройти.
     В соответствии с иудаизмом  (и  другими  монотеистическими
религиями)  миром  правит  Бог.  Именно  Он  сотворил  наш мир,
населил его "всякими  тварями"  и  постоянно  поддерживает  его
своим  творящим  началом.  Без  этой  поддержки  мир немедленно
разрушится.  По  Танаху  (Библии),  материальный  мир   реально
существует.  Мир  реален,  ибо  Бог  сотворил его в том числе и
человека. С другой стороны, существование мира не  обязательно,
оно  зависит  от  воли  Бога,  оно  -  проявление  божественной
Милости. Эта концепция означает, что мир ни мгновения не  может
существовать  без  Бога. Эта идея формулируется как "постоянное
Творение" - Бог каждое  мгновение  обновляет  сотворение  мира.
Факт его существования - результат Божественной воли.
     Вместе  с верой в сотворение мира, иудаизм утверждает, что
в сотворенном мире ничто не является Богом, и поэтому ничему  в
мире   нельзя   поклоняться.   Более  того,  Бог  хочет,  чтобы
сотворенный им человек вел себя в этом мире так, а не иначе.  В
сотворенном  мире  наличествует  божественное  волевое  начало.
Персональность Бога позволяет строить  свои  взаимоотношения  с
Ним на межличностном уровне, на уровне я - Ты. То есть, человек
может вступать с Богом в прямой диалог без посредников. Человек
в  Танахе  выступает  как  индивид,  наделенный  свободой воли.
Именно наличие свободы порождает возможность грехопадения.
     Классическое представление о  грехе  дает  Танах  в  книге
пророка  Исайи. Пророк, представ перед Господом, преисполняется
ощущением собственной нечистоты и ничтожества и восклицает:
     "Свят, свят, свят Господь Саваоф! Вся  земля  полна  Славы
Его!  И  сказал я: горе мне! Погиб я! Ибо я человек с нечистыми
устами, и живу среди народа также с нечистыми устами".
     Таким образом, только представление о святости и  чистоте,
вызывает  у  человека  понимание  греховности и нечистоты перед
Всевышним. Человек сам волен в выборе пути.
     Тора, давая понятие Единого Бога, который  создает  мир  и
все  сущее  в нем, дает и понятие добра и зла. Господь творит в
нашем мире все: и добро и то,  что  мы  воспринимаем  как  зло.
Сатана  выступает  в  иудаизме  как  служитель  Господа,  а  не
равноценная, противопоставленная Богу сила,  как  это  пытаются
представить     евангелисты,    нарушая    тем    самым    идею
трансцендентности Господа. Так же, как тьма в сотворенном  мире
не  выступает  как  самостоятельный  объект,  а  является  лишь
следствием отсутствия  света,  так  и  зло  не  является  силой
самостоятельной,  оно  означает лишь отсутствие добра. Не может
сатана  "приступить"  к  человеку  праведному,  преисполненному
добра  и  воспринимающему  божественный  свет, наполняющий весь
сотворенный мир. Так учит иудаизм.
     По  Евангелию,  зло  выше  добра.  Именно  его  верховному
представителю  -  сатане дана власть не только над землей, но и
над "всеми царствами вселенной". Сатана, по Евангелию, может не
только искушать Сына Божьего, но и переносить его  с  места  на
место  и  "возводить"  на  высочайшие горы. Более того, сам Дух
Святой ведет Иисуса в  пустыню  для  "искушения  диаволом"  (во
всяком  случае, так утверждает Матфей). Сатана, искушая Иисуса,
сначала предлагает ему превратить камни в хлеб, а потом...
     5. Потом берет Его диавол в святый город и поставляет  Его
на крыло храма,
     6.  И  говорит  Ему:  если Ты Сын Божий, бросься вниз, ибо
написано: "Ангелам Своим заповедает о Тебе, и на руках  понесут
Тебя , да не преткнешься о камень ногою твоею".
     7.  Иисус  сказал ему: написано также: "не искушай Господа
Бога твоего".
     8. Опять берет  Его  диавол  на  весьма  высокую  гору,  и
показывает Ему все царства мира и славу их,
     9. И говорит Ему: все это дам Тебе, если падши поклонишься
мне (глава 4).
     У  Луки  сатана еще более всесилен, он властвует не только
на нашей Земле, но ему подчиняются и все царства вселенной!
     Глава 4
     5. И возвед Его на высокую гору, диавол  показал  Ему  все
царства вселенной во мгновение времени,
     6.  И  сказал  Ему  диавол: Тебе дам власть над всеми сими
царствами и славу их, ибо она предана мне, кому хочу, даю ее;
     7. Итак, если Ты поклонишься мне, то все будет Твое.
     Странная  получается  картина!  Всесильный  сатана   имеет
власть  над Сыном самого Господа, переносит его, как игрушку, с
места на место,  искушает  его,  да  еще  и  сопровождает  свои
искушения  словами:  "если  ты  Сын Божий"! Если Иисус на самом
деле Мессия и Сын Божий, то ни у сатаны, ни у Иисуса  не  может
быть в этом сомнений. Иисус изначально должен знать обо всем, и
вся эта игра с искушениями - комедия.
     Заканчивается эпизод еще более многозначительно:
     12.  И  окончив  все  искушения,  диавол отошел от Него до
времени.
     Отошел, оставив за собой право  прийти  еще  раз...  Итак,
только   пройдя   психологический   тест   у  "диавола",  Иисус
приступает  к  самостоятельной  проповеднической  деятельности.
Скорее  всего  для перехода в пустыню у Иисуса, как и у Иоанна,
были более веские причины. Есть все основания предположить, что
Иисус тоже воспитывался у ессеев, что оказало решающее  влияние
на   его   мировоззрение  и  в  какой-то  мере  определило  его
дальнейший путь.
     По Иоанну, Иисус  в  пустыне  не  был,  и  дьявол  его  не
искушал.  У  Иоанна  Иисус  изначально - Бог. И дела его, как и
положено, начинаются прямо с чудес. Откроем главу вторую.
     На третий день был  брак  в  Кане  Галилейской,  и  Матерь
Иисуса была там.
     2. Был также зван Иисус и ученики Его на брак.
     3.  И  как недоставало вина, то Матерь Иисуса говорит Ему:
вина нет у них.
     4.Иисус говорит Ей: что Мне и Тебе, Жено?  Еще  не  пришел
час Мой.
     Чего, мол, привязалась, женщина, не приставай к мужчине со
своими  советами,  знай  свое  место. Ну, Восток есть Восток, и
женщина, поняв, что посоветовала невпопад, отступила:
     5. Матерь Его сказала служителям: что скажет Он вам, то  и
сделайте.
     6.  Было  же  тут  шесть  каменных  водоносов, стоявших по
обычаю очищения Иудейского, вмещавших по две или по три меры.
     7. Иисус говорит им: наполните сосуды водою.  И  наполнили
их до верха.
     8.   И   говорит   им:   теперь   почерпните  и  несите  к
распорядителю пира. И понесли.
     Дальнейшее известно всем: вода превратилась в вино, да еще
какое... По поводу чуда спорить нет смысла:  надо  или  верить,
или  быть  его очевидцем. Только позвольте спросить, что это за
обычай - "очищение Иудейское"? Нет такого обычая у евреев. Если
это бассейн для ритуального очищения людей, то воду из него  не
пьют. Если это вода для питья, то никакого обычая ее очищения у
евреев  нет.  Вода либо годится для питья, и ее хранят, либо не
годится, и тогда ее не держат дома. Воду  для  питья  брали  из
источников    или    накапливали   в   стационарных   емкостях,
наполнявшихся дождевой водой по специальным водостокам. Никаких
"каменных водоносов" ни  Иудея,  ни  Галилея  не  знала.  Иоанн
спутал  еврейский  свадебный обряд с культом Диониса, в котором
менады - спутницы бога Диониса якобы имели власть обращать воду
в вино в день  открытия  каменных  сосудов  в  ходе  "священных
бракосочетаний", присущих этому культу.
     Лука  о  начале  самостоятельной деятельности Иисуса пишет
проще:
     Глава 4.
      16. И пришел в Назарет, где был  воспитан,  и  вошел,  по
обыкновению  Своему,  в  день  субботний  в  синагогу,  и встал
читать.
     17. Ему подали книгу пророка Исаии; и Он,  раскрыв  книгу,
нашел место, где было написано:
     18.   "Дух   Господень   на   Мне;  ибо  Он  помазал  Меня
благовествовать  нищим  и  послал  Меня  исцелять   сокрушенных
сердцем,  проповедывать пленным освобождение, слепым прозрение,
отпустить измученных на свободу,
     19. Проповедывать лето Господне благоприятное".
     Не мог Иисус по своей инициативе "встать читать".  К  Торе
принято  приглашать.  Вполне  возможно,  что человек прослывший
учителем и толкователем Торы,  -  ведь  он  до  этого  "учил  в
синагогах их, и от всех был прославляем", - долго отсутствующий
в  родных  краях,  был  приглашен  к чтению недельной главы. Но
именно поэтому он не мог "раскрыть книгу" и  "найти  место"  по
своему   желанию.   Во-первых,   потому  что  отрывок  Торы  не
выбирается произвольно, он привязан к одной определенной неделе
по  лунному  календарю,  определен  многовековой  традицией   и
повторяется  из  года  в  год ( к слову, исходя из этого, можно
точно определить дату события, достаточно посмотреть,  в  какую
неделю  читается  отрывок,  приведенный  евангелистом. Так вот,
произошло это в субботу 1 февраля 30 г. н. э.).  Во-вторых,  (и
это   существенно!),   в   синагогах   не  читают  книг,  книги
предназначены для домашнего чтения, а в синагогах читают свиток
(и сейчас!), и он всегда уже развернут на нужном месте. Не  мог
Иисус читать из книги пророка Исаии, потому что это "гафтара" -
приложение  из  книг  пророков  к  недельной  главе Торы, а эти
приложения  читают  по   очереди   только   семеро   специально
назначенных  для этой цели человек из числа постоянных прихожан
синагоги. Так что вряд ли эпизод мог иметь место.
     Свой комментарий прочитанного Иисус начал  словами:  "ныне
исполнилось    писание    сие,    слышанное    вами",   и   все
"засвидетельствовали Ему это". Иначе и быть не могло, ибо  все,
что  написано  в Торе и у пророков постепенно сбывается. Все бы
прошло мирно, ведь все до  этого  "дивились  словам  благодати,
исходившим из уст его", и говорили: до каких высот учения может
дойти  человек,  ведь мы его знаем: "не Иосифов ли это сын?", а
смотри как излагает! Довольно странное удивление, ведь  в  этом
же  Евангелии  Лука говорит, что Иисус "возрастал" в Назарете и
"преуспевал в премудрости и возрасте и в любви и  у  Бога  и  у
человеков",  т.е.  у  всех  на глазах (Лука, 2:39-40, 51-52). У
евангелиста Марка мы  можем  найти  и  причину  столь  сильного
изумления  собравшихся  в  синагоге  -  ведь  все знали его как
заурядного человека -  "не  плотник  ли  Он,  сын  Марии,  брат
Иакова,  Иосии,  Иуды  и  Симона?  Не  здесь  ли между нами Его
сестры?  И  соблазнились  о  Нем"  (Марк,  6:3).   Предупреждая
всеобщее  ожидание  чудес,  подобных тем, которые он совершил в
Капернауме, Иисус объявил  собравшимся:  "истинно  говорю  вам:
никакой  пророк  не  принимается  в  своем отечестве". И в этом
случае все бы окончилось  мирно,  если  бы  Иисус  не  объяснил
причины, по которым он не может совершить всех этих чудес дома.
Но он объяснил, и эти объяснения так возмутили собравшихся, что
они  "вставши  выгнали Его вон из города". Более того, в ярости
они хотели даже "свергнуть Его" с  вершины,  на  которой  стоял
город, но "Он, прошед посреди их, удалился".
     В главе 4 Матфей говорит, куда он удалился:
     13.  И  оставив  Назарет,  пришел и поселился в Капернауме
приморском, в пределах Завулоновых и Неффалимовых,
     14. Да  сбудется  реченное  чрез  пророка  Исаию,  который
говорит:   "Земля  Завулонова  и  земля  Неффалимова,  на  пути
приморском, за Иорданом, Галилея языческая,
     15. Народ, сидящий во тьме, увидел свет великий, и сидящим
в стране и тени смертной воссиял свет".
     Стало  быть,  до  прихода  Иисуса   в   приморский   город
Капернаум,  жители города и окрестностей прозябали в язычестве,
и только с приходом  "Учителя"  воссиял  там  свет  истины?  Во
всяком  случае,  таков смысл приведенной евангелистом цитаты из
книги пророка Исайи. Но сначала посмотрим перевод,  приведенный
в Библии:
     Глава 9.
     Прежнее   время   умалило   землю   Завулонову   и   землю
Неффалимову;  но  последующее   возвеличит   приморский   путь,
Заиорданскую страну, Галилею языческую.
     2. Народ, ходящий во тьме, увидит свет великий; на живущих
в стране тени смертной свет воссияет.
     А вот что на самом деле написано в книге пророка Исайи:
     Глава 9.
     Ибо нет устали в том, кто притесняет ее: первый лишь легко
(поразил)  землю  Зевулуна  и  землю Нафтали, а последний тяжко
(прошел) через море за Иордан и в Галиль
     Народ, ходящий во тьме, увидел свет великий; над  живущими
в стране тени смертной, - свет воссиял над ними.
       Сегодня  можно  понять,  почему был искажен оригинальный
текст книги пророка Исайи, но мы не  об  этом,  а  о  том,  что
пророчество  написано  по  поводу  перехода  жителей  Галилеи в
иудаизм. Именно поэтому пророк пишет: "народ ходящий  во  тьме,
увидел свет великий".
     Во  время  хождения  Иисуса  по Галилее, "следовало за ним
множество народа из Галилеи  и  Десятиградия,  и  Иерусалима  и
Иудеи  и из-за Иордана". Как же на это реагировали тетрарх Ирод
и правитель Понтий Пилат? Евангелист говорит, что никак. Ходили
за Иисусом пятитысячные толпы народа, а Ирод, казнивший за  это
же Иоанна - на всякий случай, для профилактики - смотрит на это
сквозь пальцы? Нет, не в обычае была такая снисходительность! А
поступали правители в этих случаях так:
     "Во  время  наместничества  Фада*  в  Иудее  некий  Февда,
обманщик, уговорил большую массу народа  забрать  с  собой  все
имущество  и  пойти  за ним, Февдою, к реке Иордану. Он выдавал
себя за пророка и уверял, что прикажет реке расступиться и  без
труда   пропустить   их.   Этими   словами  он  многих  ввел  в
заблуждение. Однако Фад  не  допустил  их  безумия.  Он  выслал
против  них отряд конницы, которая неожиданно нагрянула на них,
многих из них перебила и многих захватила  живьем.  Остервенев,
воины  отрубили самому Февде голову и привезли ее в Иерусалим".
(Иосиф Флавий. Иудейские древности. 20, 5:1).  Вот  так  просто
Фад  решил  не  допустить безумия народа. Не правда ли, картина
несколько отличается от идиллии, нарисованной евангелистами. Но
пока нам придется следовать версии  Евангелий  и  предположить,
что Иисус именно так начал свою проповедническую деятельность и
действительно  "ходил"  по стране, сопровождаемый многотысячной
толпой  учеников  и  почитателей.  Что  же  проповедовал  новый
учитель?
     В  Евангелии  от  Матфея,  в  главах  с  5  по  7 изложена
знаменитая нагорная проповедь Иисуса,  в  которой  христианские
богословы  усматривают  некую "новозаветную" мораль и учение, в
корне отличающееся от иудаизма. Для человека,  хорошо  знающего
Писание, такое утверждение звучит по крайней мере странно, т.к.
ни  одного  положения,  не  содержащегося в Торе, Мидрашах, или
Талмуде, в этой проповеди попросту нет! Мы еще вернемся к  этой
теме,  а  сейчас отметим, что исключение составляет только стих
43, 5 главы, где Матфей  вкладывает  в  уста  Иисуса  следующие
слова:
     43.  Вы  слышали,  что  сказано:  "люби  ближнего твоего и
ненавидь врага твоего".
     Но и это  исключение  по  сути  своей  курьезно.  Не  знал
Писания Матфей, нет такой заповеди ни в Пятикнижии Моисея, ни у
пророков!  Наоборот,  в  книге  Левит,  в главе 19 эта заповедь
изложена так:
     17. Не враждуй на брата твоего в сердце твоем;
      Есть вторая ее часть, которая раскрывается в стихе  18  и
полностью отвергает саму возможность ненависти к своему врагу:
     18.  Не  мсти  и  не имей злобы на сынов народа твоего, но
люби ближнего твоего, как самого себя. Я Господь.
     За примерами далеко ходить не нужно. В Талмуде, Тосефте  и
Сифрей,  обсуждению  этой  заповеди  уделяется  много  места. В
частности рассматривается следующий казус,  если  нужно  срочно
выполнить два действия:
     а) помочь разгрузить осла своего друга, или
     б)  помочь  нагрузить осла врага, то второе действие нужно
выполнить раньше первого.  Почему?  Для  того,  чтобы  избежать
искушения  бросить  врага  без  помощи! Все это следует сделать
именно так, а не иначе во исполнение заповеди Господа: "И  если
найдешь  вола  врага  твоего,  или  осла его, заблудившегося, -
приведи его к нему. Если увидишь осла врага твоего упавшим  под
ношею своею, то не оставляй его: развьючь вместе с ним" (Исход,
23:4 -5).
     Оплошал  евангелист...  Если  бы это было единственной его
ошибкой! К Иисусу, который  только  что  произнес  проповедь  о
буквальном  соблюдении  закона  народу  и  ученикам - с ними он
собирается  отправиться  на  другой  берег  "моря",  в   "Землю
Гергесинскую"  - обращается один из учеников: "Господи! позволь
мне прежде пойти и похоронить отца  моего."  Что  отвечает  ему
Иисус?  "Иди  за  Мною  и  предоставь  мертвым  погребать своих
мертвецов" (Матфей, 8:21-22).
     Диалог, надо сказать, фантастический. Во-первых, не  ищите
на  исторических  картах того времени "Гергесинскую землю" на
берегу моря, ибо ни моря, ни земли под таким названием попросту
не существовало! Матфей и все остальные  евангелисты,  называют
почему-то морем пресноводное Генисаретское озеро, (всего 11 км.
в ширину и 20 км. в длину), которое и в то время, и по сей день
называется  одинаково  - озеро Кинерет. А на месте евангельской
"Гергесы" в те времена  находился  город  Сусита,  входивший  в
состав  Десятиградия.  Но главное не в этом, а в ответе - в нем
полное  пренебрежение  к  сыновним  чувствам  и  к  тем   самым
заповедям, за исполнение которых сам он только что так ратовал!
В  еврейском обществе, где почитание родителей - одна из десяти
основных  заповедей,  где  долг  старшего  сына  участвовать  в
похоронах  своего  отца  возведен в закон и ритуал, такой ответ
просто невозможен. Если бы проповедник любого ранга произнес  в
данной  ситуации аналогичную фразу, от него отвернулись бы все!
И это было бы еще полбеды - могли и  камнями  забросать...  Как
трактует  этот  вопрос  иудаизм?  Тора  приравнивает  почитание
родителей к почитанию Самого Всевышнего. В главе 20 книги Исход
(Шмот) написано:
     Почитай отца твоего и мать твою, чтобы продлились дни твои
на земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе.
     Книга Левит (Ваикра), в главе 19  дополняет  эту  заповедь
следующим указанием Господа:
     2.  Объяви  всему  обществу  сынов  Израилевых и скажи им:
святы будьте, ибо свят  Я  Господь,  Бог  ваш.  Бойтесь  каждый
матери  своей  и отца своего, и субботы Мои храните. Я Господь,
Бог ваш.
     В заповедях Торы  проводится  параллель  между  почитанием
родителей  и  благоговением  перед Всевышним. Талмуд объясняет:
родители создают тело  ребенка,  а  Всевышний  дает  ему  душу;
вклады  эти  равнозначны,  так как при отсутствии любого из них
человек существовать не может.  Потому-то  почитание  родителей
приравнивается  к соблюдению субботы (ибо нельзя чтить Господа,
не соблюдая святости субботы).
     Похороны родителей очень важный момент в  жизни  верующего
человека.  Старший  сын обязан участвовать в этой церемонии. На
нем лежит обязанность прочесть над ними заупокойную  молитву  -
кадиш.   Этому  обряду  придается  большое  значение.  Традиция
говорит: даже тот,  кто  увидел  похоронную  процессию,  должен
присоединиться  к ней и пройти хотя бы четыре шага, в противном
случае он  уподобляется  насмехающемуся  над  беспомощностью
другого.  Что  уж  говорить  о  похоронах  своего  отца!  Кроме
обязательного участия в  похоронах,  сын  должен  был  соблюсти
семидневный  траур.  Так  что  после  слов  Иисуса,  не  только
скорбящий сын  покинул  бы  незадачливого  учителя,  но  и  все
слышавшие этот ответ разошлись бы по домам...
     Несуразность  описанного  события  на  этом  не кончается.
Матфей  пишет,  что  ученик  обратился  к  Иисусу  со  словами:
"Господи!  позволь  мне..." У верующего еврея даже в горячечном
бреду не могла зародиться мысль отождествить  Господа  с  живым
человеком.  Для  еврея провозгласить себя или кого-либо другого
Богом  значило  совершить  преступление,  караемое  немедленной
смертной   казнью!   Даже  за  менее  тяжкое  преступление,  за
провозглашение чего-либо от  имени  Бога,  полагалась  смертная
казнь:  "Но  пророка,  который дерзнет говорить Моим именем то,
чего Я не повелел ему говорить, и который будет говорить именем
богов иных,  такого  пророка  предайте  смерти"  (Второзаконие,
18:20).  Здесь, видимо, сыграло злую шутку плохое знание языка.
Скорее  всего,  Матфей  пользовался  какими-то  более   ранними
записями  на  иврите или арамейском, где эта фраза начиналась с
обращения "адони", что в переводе означает "господин  мой",  но
отнюдь  не "Господи". Это тем более странно, что далее, в главе
девятой,  описывая  чудо  исцеления  "расслабленного",   Матфей
говорит,  что  сам  Иисус  называет  себя  "Сыном Человеческим"
именно для того, чтобы "вы знали, что  Сын  Человеческий  имеет
власть  на  земле  прощать  грехи..." И далее: "Народ же, видев
это, удивился и прославил Бога, давшего такую власть человекам"
(Матфей, 9:6-8). Кстати, словосочетание "бен адам" не что иное,
как  просто  -  "человек",  хотя  в  подстрочном  переводе  оно
означает  "сын  человеческий".  Каждый читающий Евангелия смело
может сделать вполне  оправданную  подстановку,  т.е.  везде  в
тексте   вместо  "Сын  Человеческий",  читать  -  "человек",  и
Евангелия начнут звучать совершенно иначе.
     Далее,  в  злополучной  восьмой  главе  Матфей   описывает
следующий  эпизод:  на "Гергесинской" земле Иисус встретил двух
бесноватых и решил изгнать из них бесов.
     30. Вдали же от них паслось большое стадо свиней.
     31. И бесы просили Его: если выгонишь нас, то пошли нас  в
стадо свиней.
     32.  И  Он  сказал  им: идите. И они вышедши пошли в стадо
свиное. И вот, все стадо свиней бросилось с крутизны в  море  и
погибло в воде.
     33.  Пастухи  же  побежали и, пришедши в город, рассказали
обо всем, и о том, что было с бесноватыми.
     Ничуть не лучшее знание Израиля проявил евангелист Марк  в
прологе  главы  5.  Он  рассказывает о деяниях Иисуса на другом
берегу Кинерета: "И  пришли  на  другой  берег  моря,  в  землю
Гадаринскую".
     Можно  подумать,  что  это какая-то другая страна, но нет,
как только Иисус сошел на берег, навстречу выскочил все тот  же
бесноватый  из  "гробов",  а  неподалеку паслось уже упомянутое
Матфеем пресловутое стадо свиней.
     Евангелист в ст. 13, уточняет, что свиней  в  стаде  "было
около  двух  тысяч".  Представить  себе  пасущееся под надзором
пастухов двухтысячное стадо свиней в  Израиле,  в  стране,  где
свинья считается животным в высшей степени нечистым?! В Галилее
даже в наши дни немногочисленные свинарники строят на помостах,
чтобы   не   допустить   осквернения   святой  земли  нечистыми
животными. Если бы свиное стадо действительно бросилось в  воды
озера,  весь  Израиль остался бы без воды, так как единственный
источник водоснабжения оказался  бы  оскверненным.  Правоверные
евреи предпочли бы умереть от жажды, но не пить нечистую воду!
     Такой  миф  мог  зародиться только в эллинистическом мире,
где  действительно  существовал  подобный  обряд  очищения.   В
частности.  в  Элевсине  бросали  в море свиней, "обремененных"
всеми грехами членов общины.
     В этой же главе, евангелист Марк еще раз "блеснул знанием"
разговорного языка той эпохи. Рассказывая о воскрешении девицы,
он пишет:
     41 И взяв девицу за руку, говорит ей:  "талифа-куми",  что
значит: "девица, тебе говорю, встань" (Марк, 5).
     Не  знал  Марк  и  арамейского.  "Талифа,  куми" совсем не
означает : "девица, тебе говорю, встань", а просто  -  "девица,
встань!"
     Продолжая  тему  языка,  интересно  отметить стихи 16 и 17
главы 3 Евангелия от Марка, где говорится о назначении  Иисусом
апостолов:
     16. Поставил Симона, нарекши ему имя Петр;
     17.  Иакова  Зеведеева  и Иоанна, брата Иакова, нарекши им
имена Воанергес, то есть "сыны громовы";
     Нарек и... забыл. Нигде больше в Евангелиях эти  имена  не
упоминаются,  будто и не нарекали Иакова и Иоанна Воанергесами.
Да и вообще, лучше бы евангелисты не  баловались  переводами  с
арамейского и греческого, так как "Воанергес" вовсе не означает
"сыны громовы", а скорее "громогласные".
     Есть  один  эпизод в главе 12, мимо которого все проходят,
не замечая его несуразности. Вот как он излагается Матфеем:
     В то время проходил Иисус  в  субботу  засеянными  полями;
ученики же Его взалкали и начали срывать колосья и есть.
     2.  Фарисеи,  увидевши это, сказали Ему: вот, ученики Твои
делают, чего не должно делать в субботу.
     Путем притч и рассуждений Иисус  выводит  мораль,  которой
утверждает  основную  мысль: человек господин и субботы. Все бы
хорошо,  еврейская  традиция  отнюдь  не   противоречит   этому
утверждению,   в  некоторых  случаях  можно  нарушить  святость
субботы если есть угроза жизни, но все дело в том, что  даже  в
наши   дни,   подобный  эпизод  в  религиозной  среде  попросту
невозможен. Нет ничего удивительного в том, что Иисус со своими
учениками путешествовал в субботу.  Путешествие  было,  видимо,
довольно  длительным,  раз  "ученики  Его  взалкали".  Но как в
субботу  за  пределами  города  оказались  фарисеи?!   Фарисеи,
которые   отличались   скрупулезным  соблюдением  каждой  буквы
закона? Закон же святости Субботы категорически  запрещает  в
этот  день  передвигаться по будничным причинам, т.е. причинам,
не связанным с посещением синагоги и т.п. Ездить нельзя вообще,
а отдаляться от дома за пределы города даже в религиозных целях
можно только на расстояние не превышающее 2000 амот (одна ама -
48 см.), то есть на расстояние, не превышающее  960  метров.  И
еще:  фарисей,  точно следующий законам и традиции (а как может
быть иначе, если он фарисей?), никогда не сделает в  этот  день
замечание  человеку,  нарушащему  субботу,  так  как  учение
гласит: пусть лучше человек нарушает  субботу  по  ошибке,  чем
преднамеренно.
     В  главе  13  Матфей  договорился  до прямого абсурда - он
вложил в уста Иисуса следующую притчу:
     31. Иную притчу предложил Он им, говоря: Царство  небесное
подобно зерну горчичному, которое человек взял и посеял на поле
своем,
     32.  Которое,  хотя меньше всех семян, но, когда вырастет,
бывает  больше  всех  злаков  и  становится  деревом,   так-что
прилетают птицы небесные и укрываются в ветвях его.
     Ну  и  ну!  Ведь  речь идет о кустарнике, не достигающем в
высоту и метра! Любопытны  также  высказывания  евангелистов  о
моральной  стороне  развода.  Так, Матфей утверждает, что Иисус
говорил:
     Глава 19,
     9. Но Я говорю вам: кто разведется с  женою  своею  не  за
прелюбодеяние  и  женится  на  другой,  тот прелюбодействует: и
женившийся на разведенной прелюбодействует.
     А вот у Марка Иисус Иисус высказывается иначе:

     Глава 10
     11. Он сказал им: кто разведется с женою своею  и  женится
на другой, тот прелюбодействует от нее;
     12.  И  если  жена  разведется  с  мужем своим и выйдет за
другого, прелюбодействует.
     Опять проявилось незнание еврейских обычаев  и  еврейского
брачного законодательства! Неужели Иисус не знал, что развод по
инициативе  жены  по  еврейским  законам просто невозможен. Муж
может развестись со своей женой, а жена  такого  права  лишена.
Только   муж  имеет  право  написать  гет  (разводное  письмо),
служащий основанием для признания жены свободной  и  дающее  ей
право выйти замуж вторично.
     А  вот еще один образец полного незнания образа жизни того
времени. В  главе  22  Евангелия  от  Матфея  фарисеи,  пытаясь
"уловить"   Иисуса,  посылают  к  нему  своих  учеников,  и  те
обращаются к нему с провокационным вопросом:
     17. Итак скажи нам: как  Тебе  кажется?  позволительно  ли
давать подать кесарю, или нет?
     18.  Но  Иисус,  видя  лукавство их, сказал: что искушаете
Меня лицемеры?
     19. Покажите  мне  монету,  которою  платите  подать.  Они
принесли Ему динарий.
     20. И говорит им: чье это изображение и надпись?
     21.   Говорят   ему:  кесаревы.  Тогда  говорит  им:  итак
отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу.
     22. Услышавши это, они удивились и, оставивши Его, ушли.
     Очень остроумно, но такого просто не  могло  быть,  потому
что  иудаизм  запрещает  изображение  чего  бы  то ни было. Так
заповедано и так исполнялось  неукоснительно:  "Не  делай  себе
кумира  и  никакого изображения того, что на небе вверху, и что
на земле внизу, и что в воде ниже земли". Даже римляне учли это
и в виде исключения разрешили иудеям чеканку собственной монеты
без изображения  человека.  Эти  монеты  и  были  в  Иерусалиме
единственными,  имевшими  хождение денежными знаками. Других не
было. И фарисеям не нужно было бы искать  повод  для  осуждения
Иисуса,  достаточно  было  признания,  что такой монетой вообще
можно пользоваться. Одно это - святотатство! По этой же причине
фарисеи просто не могли принести Иисусу такую монету.  Для  них
она  была  неприкасаемой.  Если  бы такое случилось, то в грехе
были бы обвинены сами фарисеи...
     Итак,  новый   проповедник   странствует   по   стране   в
сопровождении  внимающего  ему  народа.  Что  же  действительно
нового привнес Иисус в мировую мораль, было ли его учение Новым
Заветом?

     Глава 8. "Новый завет"

     Для начала зададим  риторический  вопрос:  если  бы  Иисус
вернулся  сегодня в нашу действительность, где бы он чувствовал
себя на своем месте - в  синагоге  или  в  христианском  храме?
Вопрос  можно  поставить  и  иначе:  кем  на деле было основано
христианство:  евреем  Иисусом  или  евреем  Савлом,  известным
христианскому  миру  под  латинизированным именем Павел? Анализ
канонических  текстов  со  всей  определенностью  показывает  -
евангельский   Иисус   не  является  основателем  христианства.
Несмотря на его  же  предостережение  избегать  "фарисейской
закваски", сам он не избежал ее: в его учении явно проглядывают
пути  фарисейского  (раввинистического) направления в иудаизме.
Он часто называет себя учителем, так же называют его и ученики.
Могучий  след  в  его  учении  оставило  ессейское  направление
иудаизма,  так  что  можно  с  полным  основанием  считать  его
последователем и этого учения.
     В последний период  жизни  Иисус  полностью  переходит  на
позиции  зелотов  и  все свои силы направляет на насильственное
установление на земле "царства небесного" по ессейскому уставу.
Что же  касается  "Нового  завета",  то  этот  завет  полностью
соответствует  иудаизму  в  его ессейском понимании. Только два
новых установления противоречат еврейскому учению.
     1. Иисус  утверждает,  что:  "Сын  человеческий  (то  есть
человек)  имеет  власть  на земле прощать грехи" (Матфей, 9:6).
Иудаизм  считает,  что  только   Бог   может   простить   грех,
совершенный против Него. Что же касается греха, совершенного по
отношению к человеку, то в этом случае грех прощается Всевышним
только  после искупления его и когда обиженная сторона простила
виновника. Мишна  учит,  что  "Йом  Кипур  -  День  Искупления,
искупает грехи против Бога, но не против людей".
     Порочность  позиции Иисуса ярко иллюстрирует Мартин Лютер*
в письме Филиппу Меланхтону. Лютер наставляет: "Будь  грешником
и  греши  сильно,  но  еще  сильнее  верь и восхищайся Христом,
победителем греха... Достаточно, если мы будем признавать через
богатство славы Божьей Агнца, который  принимает  на  себя  все
грехи  мира;  поэтому  грех  не угрожает нам, даже если тысячи,
тысячи раз в  день  мы  будем  прелюбодействовать  и  убивать".
Комментарии тут излишни.
     2.  Иисус  утверждает,  что  человек  может  прийти к Богу
только через веру в него: "Всякого, кто  исповедует  Меня  пред
людьми,  того  исповедую и Я пред Отцом Моим Небесным" (Матфей,
10:32). И еще: "Отца не знает никто, кроме  сына,  и  кому  Сын
хочет  открыть  Отца"  (Матфей,  11:27).  Иными словами, только
верующий в Иисуса может приблизиться к Богу, другие лишены этой
возможности. Иудаизм же утверждает,  что  путь  к  Богу  открыт
каждому,   кто   исповедует   его:   "Близок  Господь  ко  всем
призывающим Его, ко всем призывающим Его в истине"  (  Тегилим,
145, 18 - 19. Псалтырь, 144, 18 - 19).
     Основа  христианского  учения изложена самим Иисусом в его
Нагорной проповеди. Сравним  ее  с  текстами  Танаха  (Библии).
Непредвзятый   анализ   высказываний  Иисуса  неизбежно  убедит
исследователя  в  том,  что  "Новый  завет"  ничего  нового  не
содержит  и  полностью  соответствует  учению  иудаизма.  Те же
редкие  исключения,  о  которых   упоминалось,   скорее   всего
принадлежат  не  Иисусу, а самим евангелистам. Итак, отменил ли
Иисус в "Новом завете" заповеди Господа, изложенные  в  "Ветхом
завете"?
     После  пространных  пояснений,  кому  принадлежит  Царство
Небесное,  Иисус  категорически  заявляет,  что  он  пришел  не
изменить  закон  или  пророков,  но исполнить, и что закон этот
должен быть исполнен вплоть до йоты и черты.  Это  высказывание
он  завершает словами: "Итак, кто нарушит одну из заповедей сих
малейших и научит так людей, тот малейшим наречется  в  Царстве
Небесном;  а  кто  сотворит  и  научит, тот великим наречется в
Царстве  Небесном"  (Матфей,  5:19).   Иисус   здесь   заявляет
совершенно  определенно,  что  закон  Моисея  -  это основа, на
которой  базируется  праведность  человека  и  путь  достижения
Царства  Божьего.  Притом  важно  соблюдать  все заповеди этого
закона, вплоть до йоты и черты, то есть до малейших мелочей.
     Хотелось бы напомнить христианам, что закон  содержит  613
никем  не отмененных заповедей, которые Всевышний дал Моисею на
горе Синай и которые записаны в Пятикнижии Моисеевом.  Заповеди
делятся  на  две  категории: 248 предписывающих заповедей и 365
запрещающих. Кроме этого, Всевышний дал Моисею на горе Синай  и
устную  Тору,  к  которой  относятся  Мишна,  а также множество
комментариев и толкований со всеми указаниями, необходимыми для
практического исполнения заповедей. По сей день верующие  евреи
скрупулезно исполняют эти заповеди. Невзирая на указания самого
Иисуса, христиане отнесли их к "Ветхому завету" и не считают их
обязательными  к  исполнению. Этим они вычеркнули себя из числа
приверженцев Единого Бога и скатились в лагерь язычников.
     Разъяснением  этих  законов  простому  народу   занимались
фарисеи.   На  первый  взгляд,  Иисус  более  чем  неприязненно
относился к фарисеям,  он  даже  предупреждал  своих  учеников:
"Берегитесь  закваски  фарисейской и саддукейской"! Но вместе с
тем он поучал: "на Моисеевом седалище сели книжники и  фарисеи;
итак все, что они велят вам соблюдать, соблюдайте и делайте; по
делам  же  их  не  поступайте, ибо они говорят, и не делают..."
(Матфей 23:2-3).
     В другом месте  у  Матфея,  человеку,  который  спрашивает
совета  о  пути  достижения  "жизни  вечной", Иисус рекомендует
соблюдать все те же заповеди закона Моисеева:  "Не  убивай;  не
прелюбодействуй; не кради; не лжесвидетельствуй; почитай отца и
мать;  и:  люби  ближнего  твоего,  как  самого  себя" (Матфей,
19:18-19).
     Евангелист Марк говорит, что когда Иисуса спросили, "какая
первая  из  всех  заповедей?",  он  ответил:  "Первая  из  всех
заповедей:  "слушай  ,  Израиль!  Господь  Бог наш есть Господь
единый; и возлюби Господа Бога твоего  всем  сердцем  твоим,  и
всею  душою  твоею,  и  всем разумением твоим, и всею крепостию
твоею":  вот,  первая  заповедь!"  (Марк,  12:29-30).  Переврал
евангелист  слова  учителя!  На  самом  деле  звучат  они  так:
"Слушай, Израиль! Господь - Бог наш! Господь один! Люби Господа
Бога твоего всем сердцем  твоим  и  всею  душою  твоей  и  всем
существом  твоим.  Да будут слова эти, которые Я заповедаю тебе
сегодня в сердце твоем. И тверди их детям  твоим,  и  говори  о
них,  сидя  в  доме твоем и идя дорогою, и ложась, и вставая. И
навяжи их в знак на руку твою, и  да  будут  они  повязкой  меж
глазами твоими. И напиши их на косяках дома твоего и на воротах
твоих" (Дварим, 6:4-9. Библия, Второзаконие, 6:4-9). Именно так
ответил Иисус человеку, пытавшемуся узнать путь к вечной жизни!
До   сегодняшнего  дня  евреи  свято  чтут  эту  заповедь.  Они
произносят ее дважды в день: утром и вечером.  Каждый  верующий
иудей  хотя  бы  раз  в  день  надевает на лоб и на руку тфилин
(филактерии),  содержащие  эти  слова.  Они   же   на   кусочке
пергамента   находятся   в   мезузах  на  косяке  каждой  двери
еврейского  дома.  Кто  из  христиан  следует   этой   заповеди
Господней, подтвержденной самим основателем их религии?
     Давайте  же вернемся к заповедям Иисуса и рассмотрим их по
порядку. Иисус говорил: "Вы слышали, что сказано  древним:  "не
убивай;  кто  же  убьет,  подлежит  суду".  А Я говорю вам, что
всякий гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду; кто
же  скажет  брату  своему:  "рака"  (пустой  человек)  подлежит
синедриону;  а  кто скажет "безумный", подлежит геене огненной.
Итак, если ты принесешь дар твой к жертвеннику и там вспомнишь,
что брат твой имеет что-нибудь против тебя, оставь там дар твой
пред жертвенником, и пойди прежде примирись с братом  твоим,  и
тогда  приди  и принеси дар твой" (Матфей, 5:21-24). Слова "а Я
говорю вам" не только не отменяют заповедь  "Не  убивай"  ,  но
дают  ее  в  развитии  до  логического  завершения  в следующей
заповеди Господа, приведенной в книге  Левит:  "Не  враждуй  на
брата твоего в сердце твоем... Не мсти и не имей злобы на сынов
народа  твоего,  но  люби  ближнего  твоего,  как  самого себя"
(Левит, 19:17-18). В соответствии с заповедями,  даже  гнев  на
брата своего преступен. Так и толкует это положение Торы Иисус:
"Мирись  с  соперником твоим скорее, пока ты еще на пути с ним,
чтобы соперник не отдал тебя судье, а судья не  отдал  бы  тебя
слуге, и не ввергли бы тебя в темницу" (Матфей, 5:25).
     Иисус   учил:   "Вы  слышали,  что  сказано  древним:  "не
прелюбодействуй". А Я говорю вам, что всякий,  кто  смотрит  на
женщину  с  вожделением,  уже  прелюбодействовал с нею в сердце
своем" (Матфей, 5:27-28). Опять -  не  отмена  заповеди,  а  ее
толкование.  Так  учат с древних времен и наставники еврейские.
По  Каббале*,  мысль  так  же  материальна,  как  и  физическое
действие,  ведь  в свое время мыслью и словом Божьим был создан
наш мир. Законы еврейской жизни в этом отношении столь  строги,
что  религиозный  еврей предпочитает отвести взгляд и вообще не
смотреть на незнакомую женщину, чем  нарушить  заповедь  "Святы
будьте,  ибо свят Я, Бог Всесильный ваш" (Ваикра, 19:2. Библия,
Левит, 19:2).


 

<< НАЗАД  ¨¨ ДАЛЕЕ >>

Переход на страницу:  [1] [2] [3] [4]

Страница:  [2]

Рейтинг@Mail.ru








Реклама