религиозные издания - электронная библиотека
Переход на главную
Жанр: религиозные издания

Крывелев Иосиф Аронович  -  Книга о Библии


Переход на страницу:  [1] [2] [3] [4] [5]

Страница:  [1]




                      (научно-популярные очерки)

                             издательство
                  социально-экономической литературы
                             Москва 1958


     ГЛАВА ПЕРВАЯ

     ЧТО ТАКОЕ БИБЛИЯ 

     Слово "Библия" - древнегреческого происхождения. На языке древних
греков оно означало "книги". В наше время мы обозначаем этим словом не
всякие книги,  а одну  определенную  книгу,  состоящую  из  нескольких
десятков отдельных религиозных произведений.  Слово "Библия" мы потому
и пишем с  прописной  буквы,  что  оно  является  собственным  именем,
названием одной определенной книги. Это - книга, которую верующие люди
христианской и иудейской религии считают своим Священным писанием.
     Иудейская и  христианская  Библии  совпадают  не полностью.  Одни
книги  Библии  признаются  христианской  церковью  но  не   признаются
иудейской синагогой,  другие,  наоборот,  признаются синагогой,  но не
признаются церковью.  Большая часть книг в одинаковой мере принимается
и иудаистами и христианами.
     Внешне Библия  представляет  собой  толстую  книгу  (свыше тысячи
страниц) большого формата.  В нее входят две  части:  Ветхий  Завет  и
Новый Завет.
     Книги Ветхого Завета появились  еще  в  древнееврейской  религии,
Новый же  Завет  был  создан христианской религией,  появившейся позже
еврейской. Христианская религия  признает  священной,  за  исключением
отдельных книг,  всю Библию, т.е. и Новый и Ветхий Завет. Еврейская же
религия приемлет в качестве священной только первую часть Библии, т.е.
Ветхий Завет.
     В данной главе мы рассмотрим содержание Ветхого и Нового Заветов,
останавливаясь при этом только на канонических книгах, т.е. на книгах,
которые церковь  признает  священными  и  включает в список,  комплект
священных книг - в канон.  Так  как  между  еврейской  и  христианской
религиями и   даже  между  отдельными  вероисповеданиями  христианской
религии (католицизмом,   протестантизмом,   православием)   существуют
расхождения в  отношении  каноничности некоторых библейских книг,  нам
придется исходить из канона, принимаемого одним из вероисповеданий. Мы
будем исходить из канона, принятого православной церковью.

     1. ВЕТХИЙ ЗАВЕТ

     *Общая характеристика*      Православная     церковь     признает
каноническими 38 книг Ветхого Завета,  но это число является условным,
и  иногда  у  православных же богословов можно прочесть,  что в Ветхом
Завете 22 книги.  В этом случае несколько книг группируется  вместе  и
считается за одну, например, две книги Царств, книга пророка Иеремии и
книга Плач Иеремии, все 12 "малых пророков" и другие.
     Начинается Ветхий Завет "с самого начала" - с возникновения мира.
Первые главы содержат легенды  о  сотворении  богом[В  древнееврейском
подлиннике Ветхого Завета бог имеет,  наподобие человека,  собственное
имя и даже несколько имен:  в одних,  например,  случаях он  именуется
Яхве, в  других  -  Элохим.] вселенной,  земли,  растений,  животных и
человека. Доведя изложение  до  появления  еврейского  народа,  Ветхий
Завет в дальнейшем излагает историю этого народа, начиная с пребывания
евреев в египетском плену и "исхода" из него до организации еврейского
государства и его гибели.
     Было бы,  однако,  ошибкой  думать,  что  перед   нами   собрание
летописей. Правда,  исторические сведения, которые мы находим в Ветхом
Завете, представляют собой в некоторой своей части известную  ценность
для науки,  но  в основном его содержание является не историческим,  а
религиозно-назидательным. Сама история еврейского народа  представлена
в Ветхом  Завете  не  как  описание самих событий этой истории,  а как
история взаимоотношений еврейского народа с богом.
     Взаимоотношения же эти,  по Ветхому Завету,  - очень сложные; они
регулируются специальными   договорами,   "заветами",   которые    бог
заключает с  теми  или  иными группами людей.  Через весь Ветхий Завет
проходит одна линия:  как заключаются договоры между богом и людьми  и
как они выполняются обеими договаривающимися сторонами.
     Основанием Ветхого  Завета  является  Пятикнижие,  первая   книга
которого называется "Бытие".
     *Бытие* Рассказав о том, как бог в течение шести дней сотворил из
ничего небо и землю,  населил землю растениями и животными,  создал из
"праха земного" человека Адама и из ребра его - первую женщину  Еву  и
как потом  он отдыхал от своих шестидневных трудов,  Библия сообщает о
первом договоре,  заключенном  богом  с  созданными  им   людьми.   Он
предоставил им райскую жизнь и требовал взамен того,  чтобы они не ели
плодов с "древа познания добра и зла".  Первый же опыт договора бога с
людьми оказался  неудачным.  Почему-то  в  раю  вместе с ними оказался
некий змей,  который уговорил  Еву  нарушить  божий  запрет  и  съесть
запрещенное яблоко. Ева уговорила сделать то же Адама - и грехопадение
свершилось. По смыслу библейского рассказа,  это было  большим  ударом
для бога  и  вызвало  его  сильный гнев против созданных им людей.  Он
проклял их, изгнал из рая и осудил: Адам должен был трудиться весь век
в поте лица своего, а Ева - в муках рожать детей.
     Не только в свете разума,  но и с точки зрения самой религии  все
это кажется  весьма  странным.  Всеведущий  бог,  каким изображает его
богословие, должен был заранее знать,  что Адам и Ева согрешат. Будучи
всемогущим, он  мог  бы  сделать  так,  чтобы они не поддавались ни на
какие уловки змея,  сатаны или кого бы то ни было;  но  почему-то  бог
создал людей слабыми и падкими на соблазн! Заранее зная, что это плохо
кончится, он поместил вместе с ними в раю и змея-провокатора...
     Так же   невозможно   понять   смысл  запрещения  есть  яблоки  с
определенного дерева и смысл того страшного гнева,  который был вызван
нарушением этого  по  существу  маловажного  запрещения.  В  общем эта
легенда выглядит очень наивно. Тем не менее она играет большую роль во
всем религиозном учении иудаизма и в особенности христианства. Поэтому
мы и остановились на ней так подробно;  в дальнейшем нам еще  придется
вернутся к ней.
     Потомство Адама и Евы  вело  себя,  как  повествует  далее  книга
Бытия, еще  хуже  своих  прародителей.  Каин  убил  Авеля и был за это
изгнан. А потом люди так распустились,  что с  ними  вообще  сладу  не
стало. Дошло до того, что бог признал сотворение человека своей грубой
ошибкой, требующей исправления.  "И раскаялся господь,  - говорится  в
Бытии, - что создал человека на земле,  и восскорбел в сердце своем. И
сказал господь:  истреблю с лица земли человеков,  которых я сотворил,
от человека  до  скотов,  и  гадов  и  птиц  небесных истреблю:  ибо я
раскаялся, что создал их"[Бытие,  гл.VI,  ст.6-7.]. Бог решил устроить
всемирный потоп  и  утопить всех людей,  кроме Ноя,  о праведных делах
которого в Ветхом Завете ничего не рассказано,  но который аттестуется
там, как праведник.
     Из рассказа о потопе следует вывод,  что уцелевшие  после  потопа
люди и их потомки больше уже не будут грешить. Иначе какой смысл имела
такая расправа с человечеством?  Составители Ветхого  Завета  примерно
так и изображают дело. Больше того, они создают впечатление, что и бог
надеялся в дальнейшем на хорошее поведение людей.  Во  всяком  случае,
когда после  потопа  Ной принес богу в знак благодарности жертву,  то,
"обоняя приятное благоухание" этой жертвы,  "сказал  господь  (бог)  в
сердце своем: не буду больше проклинать землю за человека... и не буду
больше поражать  всего  живущего,  как  я  сделал"[Там  же,   гл.VIII,
ст.21.]. Исходя  из  такого  решения,  бог заключил с Ноем специальный
"завет" и в знак этого "воздвиг" на небе радугу.  Однако после  потопа
люди затеяли дело, совершенно неслыханное по дерзости.
     Они вздумали строить башню высотой до самого неба  с  тем,  чтобы
добраться до  него.  Бог  не  мог допустить этого и принял решительные
меры: он смешал языки работавших людей, что вызвало полную неразбериху
во всем  строительстве  и в конце концов сорвало его.  Отношения между
богом и людьми снова испортились настолько,  что надо  было  заключать
еще один  завет.  На этот раз бог избирает своим партнером по договору
праотца Авраама.
     Судя по тому,  что рассказывается об Аврааме в Ветхом Завете,  он
не блистал особыми добродетелями и  был  обычным  для  своего  времени
скотоводом-рабовладельцем со         всеми        типичными        для
скотовода-рабовладельца чертами характера. Но из всех людей бог выбрал
почему-то именно  его  и  заключил  с  ним двухсторонний договор.  Его
потомство - будущий  еврейский  народ  -  бог  избрал  из  среды  всех
остальных народов, хотя все, что о нем рассказывается в Библии, совсем
не свидетельствует о том,  чтоб он  был  чем-нибудь  лучше  других.  К
выполнению же  своего  договора  с  богом он с самого начала относился
весьма несерьезно.
     Люди продолжали  грешить.  Жители  Содома  и  Гоморры предавались
гнусному пороку мужеложства,  и бог истребил их,  оставив в  живых  по
просьбе Авраама  только его племянника Лота с двумя дочерьми.  Нельзя,
правда, и  Лота  признать  особенно  праведным.  Библия   рассказывает
довольно неприглядную   историю   того,   как  он,  напившись  пьяным,
сожительствовал с собственными дочерьми  и  как  они  забеременели  от
него.
     Авраам стал,   как   рассказывает  книга  Бытия,  родоначальником
еврейского народа.  Бог продолжал покровительствовать его потомкам,  в
особенности внуку  Иакову.  С  божьей  помощью  и помощью своей матери
Иаков обманывает отца и таким образом отнимает у  своего  брата  Исава
право первородства,  а  тем  самым  и право на наследство.  Двенадцать
сыновей Иакова   становятся   родоначальниками    двенадцати    "колен
Израилевых", т.е.    двенадцати   племен.   После   длительного   ряда
приключений все двенадцать колен оказываются в египетском рабстве.
     *Исход* Вторая   книга   Пятикнижия   называется   Исход.  В  ней
рассказывается об  "исходе"  евреев  из  египетского  плена.  Для   их
освобождения бог   предпринимает,   как   говорится  в  книге  Исхода,
специальную операцию или даже серию операций.  Эта история уже связана
с деятельностью  Моисея,  которого  бог  избрал своим уполномоченным в
руководстве еврейским народом.  Через Моисея-то  он  и  заключил  свой
главный "завет" с евреями.
     Бог приказал Моисею  потребовать  у  египетского  царя  (фараона)
отпустить евреев  из  плена.  Заставить  фараона сделать это оказалось
очень трудным, потому что сам же бог по непонятным причинам "ожесточил
сердце" его. В результате настойчивого давления, оказанного на фараона
богом через посредство Моисея,  тот, наконец, отпустил евреев, которые
под руководством Моисея направились в "страну обетованную",  обещанную
им богом.  В  начале  этого  путешествия  бог дал им через Моисея свой
"закон". Этот закон должен был стать окончательной нормой, уставом, на
основе которого  складывались  взаимоотношения между договаривающимися
сторонами - богом и  людьми.  Основное  условие  договора  выражено  в
словах, с которыми бог,  согласно Библии, обратился к евреям: "Если вы
будете слушаться гласа моего и соблюдать завет  мой,  то  будете  моим
уделом из всех народов, ибо моя вся земля; а вы будете у меня царством
священников и  народом  святым"[Исход,  гл.XIX,   ст.   5-6.].   Народ
согласился на это предложение бога. После этого бог и дал ему "закон",
соблюдение которого становилось отныне условием покровительства евреям
со стороны бога.
     Требования этого закона весьма многочисленны  и  в  ряде  случаев
касаются очень  мелких  вопросов.  Основные  из  них  сформулированы в
"десяти заповедях",  но,  помимо  того,  в  разных  местах  Пятикнижия
содержится большое  количество  всевозможных наставлений,  которые бог
будто бы преподал Моисею и через него - евреям. Семь глав книги Исхода
(XXV-XXXI) заполнены   подробнейшими   указаниями   бога  о  том,  как
построить ему святилище,  какие жертвы приносить в этом святилище, как
совершать богослужение. Бог входит в самые тонкие детали. "Скажи сынам
израилевым, - говорит он Моисею, - чтобы они сделали мне приношения...
Вот приношения,  которые вы должны принимать от них: золото и серебро,
и медь,  и {шерсть} голубую, пурпуровую и червленую, и виссон, и козью
(шерсть), и кожи бараньи красные,  и кожи синие, и дерева ситтим, елей
для светильника,  ароматы  для  елея  помазания  и  для   благовонного
курения, камень оникс и камни вставные для ефода и для наперсника"[Там
же, гл.XXV,  ст.2-7.].  Потом идет самая точная и подробная инструкция
по сооружению святилища - скинии (шатра) и ковчега (ящика для хранения
закона, а по другому толкованию - для проживания в нем  самого  Яхве).
Чтобы дать   читателю   представление  о  характере  этих  инструкций,
занимающих в Библии десятки страниц,  приведем несколько  выдержек  из
них: "Сделайте  ковчег  из  дерева  ситтим;  длина  ему  два  локтя  с
половиною, и ширина ему полтора локтя, и высота ему полтора локтя... И
вылей для  него  четыре  кольца  золотых,  и утверди на четырех нижних
углах его:  два кольца на одной стороне  его,  два  кольца  на  другой
стороне его"[Исход,  гл.XXV,  ст.10-12.]. Потом говорится о шестах для
ношения ковчега,  о крышке для него, о столе для "хлебов предложения",
о светильнике, о лампадах к нему, щипцах, лотках. Предусмотрены точные
размеры скинии-шатра,  количество  крючков  и  петель,  количество   и
характер покрывал  и  покрышек,  количество и размеры брусьев,  завес,
подножий. Так же подробно спроектирован жертвенник, распланирован двор
скинии. Потом  на  ряде  страниц даются наставления о том,  как должны
быть одеты  жрецы-священнослужители,   как   нужно   совершать   обряд
жертвоприношения, как   составлять   рецепты   для  курений  во  время
богослужения. Все это,  вместе взятое,  тоже входит в условия договора
между богом и людьми.  И в заключение этой обстоятельной инструктивной
беседы, которую вел бог с Моисеем на  горе  Синай,  он  "дал  ему  две
скрижали откровения,  скрижали  каменные,  на  которых  написано  было
перстом божиим"[Там же,  гл.XXXI,  ст.18.].  Однако,  пока шла  беседа
Моисея с богом, евреи умудрились впасть в тяжкий грех. Они поклонились
золотому тельцу и были за это жестоко наказаны.  После этого  в  книге
Исхода идет  точнейшее  описание процесса построения скинии и ковчега,
инструкция в отношении отправления богослужений и жертвоприношений.
     *Левит* Книга  Левит  целиком  посвящена  всевозможным  обрядовым
инструкциям и наставлениям. Многообразие и детальность этих инструкций
удивительны. Главное место среди них занимают наставления, относящиеся
к богослужению и культу:  каких животных приносить в жертву и в  каких
случаях жизни - когда необходимо жертвовать козу,  когда козла,  когда
барана, овцу,  голубей,  быка (тельца) и т.д.  На  большем  количестве
страниц даются  точные  указания  по поводу того,  как совершать самый
обряд жертвоприношения,  причем это говорится  по  поводу  каждого  из
видов жертвы.  Например,  по  поводу  "мирной"  жертвы,  т.е.  жертвы,
приносимой не во искупление совершенного греха,  а  просто  для  того,
чтобы ладить с богом,  говорится так:  "И возложит руку свою на голову
жертвы своей,  и заколет ее пред скиниею  собрания,  и  сыны  Аароновы
(т.е. жрецы.  - И.К.) покропят кровью ее на жертвенник со всех сторон.
И пусть принесет из мирной  жертвы  в  жертву  господу  тук  ее,  весь
курдюк, отрезав  его  по  самую  хребтовую кость,  и тук,  покрывающий
внутренности, и весь тук, который на внутренностях, и обе почки и тук,
который на них,  который на стегнах,  и сальник,  который на печени; с
почками он отделит это"[Левит,  гл.III,  ст.8-10.].  В данном случае в
"мирную" жертву  приносится  овца.  Если  в  жертву приносят козу,  то
процедура другая,  и она тоже расписывается  со  всеми  подробностями.
Признаться, мы  не испытываем большого удовольствия,  воспроизводя эти
инструкции, но делаем это для того,  чтобы дать людям, которые никогда
не читали Библии, представление о ее действительном содержании.
     В книге Левит излагаются и причины,  по каким надо приносить богу
жертвы. Для  современного верующего это может показаться странным,  но
бог, оказывается,  любит нюхать запах  паленого  мяса  и  сала.  После
описания очередной  процедуры жертвоприношения в Библии,  как правило,
добавляется, что соответствующие части мяса жертвы и сало ее священник
должен сжечь   на   огне  жертвенника,  в  результате  чего  получится
"благоухание, приятное господу"[Там же,  гл.I,  ст.17;  гл.III, ст.16;
гл.IV, ст.31  и др.].  Даже если в жертву приносится пшеница,  надо ее
сжигать, полив при этом елеем,  чтобы и в этом случае получился  смрад
горелого жира, "приятный господу".
     Дальше идут многочисленные предписания, относящиеся к пище людей:
что можно  есть и чего нельзя,  в каких именно случаях можно и в каких
нельзя. Разрешается  употреблять  в  пищу  только   мясо   жвачных   и
парнокопытных животных. Кстати сказать, при разборе отдельных примеров
заяц причисляется к жвачным животным,  но есть его запрещается на  том
основании, что у него копыта (!) не раздвоены.  Как известно,  заяц не
относится к жвачным,  а копыт у него вообще нет.  Огромное  количество
видов животных объявляются Библией нечистыми, и употребление их в пищу
признается для еврея  тяжким  грехом,  грубым  нарушением  договора  с
богом.
     Далее следуют  подробные  гигиенические  предписания:  как должна
вести себя   женщина   после   родов,   в   случае   непрекращающегося
кровотечения; как распознавать и лечит проказу,  лишаи, паршу и прочие
кожные болезни.  Многие из  этих  предписаний  отражают  накоплявшуюся
веками народную  мудрость  и  сами  по  себе  довольно  целесообразны.
Таково, например,  предписание  изолировать  прокаженных  и  некоторые
другие. Но на всех этих санитарно-гигиенических предписаниях, конечно,
лежит печать того отдаленного времени,  когда  они  возникали,  в  них
много наивного  и  совершенно  неправильного;  например,  появление на
стене жилища  так  называемого  стенного  грибка  рассматривается  как
"заболевание" дома  проказой.  Соблюдение  же  санитарных  предписаний
Библии рассматривает как условие сохранения хороших отношений с богом,
как условие "завета" с ним.
     Рассказав о событиях из истории евреев в книге  Левит,  как  и  в
других книгах   Пятикнижия,   все  время  перемежается  с  назиданиями
относительно того,  как  вести  себя,  чтобы  завоевать  и   сохранить
благосклонность бога.   Повествование   в  таких  случаях  прерывается
словами: "И сказал господь Моисею",  после чего начинается поучение на
темы хозяйственные,        санитарно-гигиенические,       юридические,
богослужебные, военные,  на  темы  семейной  морали   и   т.д.   Жизнь
верующего, вступившего  в  завет с богом,  до мелочей регламентирована
установлениями и  условиями  этого  завета.  Человек  не  может   шагу
ступить, не  подумав,  не нарушает ли он этим какое-нибудь предписание
божьего закона.
     В книге  Левит  сообщается  о  тех наградах и карах,  которые бог
посулил евреям за выполнение и невыполнение завета.  "Если  вы  будете
поступать по  уставам моим,  и заповеди мои будете хранить и исполнять
их, то...", и дальше идут самые щедрые обещания всевозможных жизненных
благ: и   дожди  в  свое  время,  и  исключительные  урожаи  хлебов  и
винограда, и полная безопасность от внешних врагов  и  даже  от  диких
зверей ("сгною  лютых  зверей  с  земли вашей"),  и абсолютная военная
непобедимость ("пятеро из вас прогонят сто,  и  сто  из  вас  прогонят
тьму, и  падут  враги  ваши  пред  вами  от  меча"),  и плодовитость в
семейной жизни.  "Если же не послушаете меня,  и не  будете  исполнять
всех заповедей сих...", и здесь начинается серия самых страшных угроз:
"ужас, чахлость и  горячка",  военные  поражения,  засухи  и  неурожаи
(небо, как  железо,  и  земля,  как  медь"),  нападения  диких зверей,
одичание и  людоедство  вплоть  до   поедания   собственных   детей...
Отношения между  людьми и богом,  таким образом,  вполне ясны:  будете
меня слушаться,  дам вам счастливую жизнь,  ослушаетесь -  пеняйте  на
себя, буду   наказывать  самым  жестоким  образом.  Остается,  правда,
непонятным, почему  такое  исключительное  внимание  уделяется   богом
именно евреям.  Судьба остальных народов складывается в зависимости от
самых различных причин,  прежде всего от того,  как  они  сами  сумеют
создать себе  подходящие жизненные условия;  еврейский же народ должен
лишь слушаться своего бога,  а уж  бог  сам  все  сделает  для  своего
народа. Повторяем,   это  исключительное  положение  евреев  ничем  не
объясняется и не мотивируется в Библии,  но  все  изложение  подчинено
именно этому исходному принципу.
     Фактически весь Ветхий Завет построен на примерах,  показывающих,
как бог  награждает  евреев  за  верность завету и как он карает их за
нарушение его.  А карать приходится постоянно,  ибо люди  обнаруживают
удивительную строптивость  в  отношении бога и непрестанно только то и
делают, что нарушают его требования.
     *Числа* Выйдя  из  египетского  плена,  евреи по каждому удобному
поводу, при малейшей трудности начинают роптать на  бога,  критиковать
действия божьего  уполномоченного - Моисея,  поклоняться другим богам,
нарушать божьи запреты в отношении браков с женщинами других народов и
т.д. Особенно много таких историй рассказывается в книге Числ.
     Довольно картинно  описывается  в   Библии,   как   движется   по
североаравийской пустыне огромная орда переселенцев из Египта - только
мужчин свыше шестисот тысяч человек!  Идут они с женщинами,  с детьми,
со скотом, со всем своим имуществом, с разобранными шатрами, с вещами,
наворованными у египтян...  Их ведет личный доверенный самого  бога  -
Моисей, которому  даны  инструкции,  как достигнуть земли обетованной,
земли Ханаанской,  отданной богом в вечное владение еврейскому народу.
Земля же  эта  сказочно  богата:  молоко  и  мед текут там,  как вода.
Впереди колонны следует священный ковчег,  в котором обитает сам  бог.
Днем над ковчегом непрестанно возвышается облачный столб,  указывающий
всем правильное направление,  ночью  эту  функцию  выполняет  огненный
столб. О  питании заботиться не приходится,  ибо каждое утро к услугам
переселенцев вполне достаточные количества манны  небесной,  по  вкусу
напоминающей лепешку  с  медом,  как гласит Библия в одном месте,  или
лепешку с елеем,  как говорится в  другом.  По  любому  поводу  Моисей
обращается за советом к богу, и бог консультирует его самым конкретным
образом, а все евреи каждодневно видят убедительнейшие  доказательства
того, что  ведет  их  в  Ханаан  могущественнейший  бог,  во  всем  им
покровительствующий. Чего   еще   можно   желать?   Но   народ    этот
жестоковыйный и  упрямый,  он  легко  находит  поводы  к  тому,  чтобы
восстать против своего бога.
     Вдруг, например,   людям   надоело   питаться   манной,   и   они
взбунтовались, требуя мяса.  Бог дал им мяса - нагнал  ветром  с  моря
огромную массу   перепелов,   но   в  то  же  время  так  обиделся  на
привередливых сынов своих,  что даже не дал им вдоволь наесться: "Мясо
еще было  в  зубах  их  и  не  было  еще  съедено,  как гнев господень
возгорелся на  народ,  и  поразил   господь   народ   весьма   великою
язвою"[Числа, гл.XI, ст.33.].
     Следующим предлогом  для  бунта  против  бога  явились  донесения
разведчиков о Ханаане, той стране, куда направлялись евреи. Разведчики
подтверждали сведения о стране как богатой и плодородной, но сообщали,
что она  населена  сильными и храбрыми народами,  которых трудно будет
одолеть. И  здесь  избранный  богом  народ  струсил  самым   постыдным
образом, несмотря  на то что ему была гарантирована помощь сильнейшего
из богов.  Евреи  собрались  уже  возвращаться  в   Египет,   а   двух
разведчиков, которые   сообщали   благоприятные   сведения   о   земле
обетованной, чуть не побили камнями.
     Такая дерзость   совершенно  возмутила  бога.  Он  хотел  сначала
истребить поголовно весь  еврейский  народ,  оставив  в  живых  одного
Моисея, чтобы от него "произвести" новый народ,  но Моисей упросил его
не делать  этого.  Все  же  преступление  нельзя  было  оставлять  без
наказания, и бог решил:  не вводить народ сразу в землю обетованную, а
заставить его сорок лет бродить по пустыне,  чтобы только потомки всех
согрешивших увидели  обещанную  богом  плодоносную  землю.  И началось
сорокалетнее странствование евреев по пустыне,  богатое  приключениями
того же рода:  отпадение от бога,  страшное наказание,  раскаяние и...
опять отпадение!  Даже сам Моисей испытал на себе божье наказание:  он
был обречен умереть до момента достижения Ханаана...
     *Второзаконие* Последняя  книга  Пятикнижия  -   Второзаконие   -
представляет собой  своеобразный итог всех предшествовавших ей.  Почти
всю книгу занимает речь Моисея  к  израильтянам,  сказанная  им  якобы
накануне перехода через Иордан и вступления в землю обетованную.
     Через сорок лет после  начала  странствования  в  пустыне  Моисей
опять напоминает  людям о завете с богом,  опять перечисляет условия и
требования этого завета, напоминает о наградах, которые ждут покорных,
и о страшных карах,  которые понесут строптивые. Много раз повторяются
одни и те же наставления.  До каких  мелочей  доходит  дело  в  Ветхом
Завете, можно  понять  из  того,  что  одно из наставлений касается...
порядка опорожнения желудка.  Есть, конечно, во Второзаконии и другого
рода предписания,     отразившие     социальную     обстановку    того
времени. Отметим в этой связи хотя  бы  предписание  о  седьмом  годе:
через каждые  шесть  лет  Библия приказывает прощать долги и отпускать
рабов на волю. Это относится, однако, только к единоверцам.
     Характерное нововведение   по  сравнению  с  предыдущими  книгами
Ветхого Завета мы находим во Второзаконии по вопросам культа.  Впервые
устанавливается, что   служение  богу  производится  только  в  одном,
центральном месте  и  что  все  местные  святилища:  алтари,   столбы,
священные рощи, жертвенники - должны быть решительно ликвидированы. Из
этого вытекало, между прочим, и то, что все бесчисленные жертвы скотом
и другими   ценностями,   которые   предписаны   Пятикнижием,   должны
приносится центральной  группе  левитов  -  жрецов,  концентрирующихся
вокруг скинии.    Вопрос   о   централизации   культа,   установленной
Второзаконием, имеет большое значение для выяснения истории Библии. Мы
еще вернемся к нему в дальнейшем.
     Во Второзаконии еще и еще раз формулируется завет между  богом  и
людьми. Есть  даже попытка объяснить,  почему бог избрал именно евреев
для заключения  с  ними  договора:   "Не   потому,   чтобы   вы   были
многочисленнее всех народов,  принял вас господь и избрал вас;  ибо вы
малочисленнее всех народов,  но потому,  что любит вас господь,  и для
того, чтобы    сохранить    клятву,    которую    он    клялся   отцам
вашим..."[Второзаконие, гл.VII,  ст.7-8.] Из этого объяснения  главное
все же понять невозможно: почему именно их любит бог и именно их отцам
дал клятву, - тем более, что тут же, во Второзаконии, он устами Моисея
перечисляет все   обиды,   причиненные   ему   евреями,   все   случаи
неповиновения, ропота и бунта.
     Как уже говорилось,  Моисей умирает до вступления евреев на землю
обетованную. Моисея сменяет Иисус Навин.  Евреи готовятся  форсировать
реку и  вступить  в  Ханаан.  Этим  заканчивается книга Второзакония и
вместе с ней Пятикнижие.
     *Книга Иисуса   Навина*  Здесь  рассказывается  история  перехода
евреев через  Иордан  и  последовавшего  затем   завоевания   Ханаана.
Важнейшие моменты    этой    истории    связаны   с   непосредственным
вмешательством бога в ход событий. Через Иордан евреи якобы переходят,
как по  суху,  потому  что  бог остановил его течение и вся вода стала
стеной, обнажив дно реки. Неприступные стены Иерихонской крепости сами
падают от  трубных звуков и громких криков осаждающих.  Победа следует
за победой,  пока, наконец, весь Ханаан не оказывается в руках евреев.
Казалось бы,  со  стороны бога все условия завета выполнены:  он отдал
евреям не только самую страну  обетованную  ("обещанную"),  но  и  все
имущество ее жителей,  дочиста ограбив их.  Люди,  однако,  продолжают
нарушать завет.  После смерти Иисуса  Навина  евреи  были  верны  богу
только до тех пор,  пока были живы люди,  помнившие историю завоевания
Ханаана.
     *Книга Судей  Израилевых*  За  то,  что  евреи изменили богу Яхве
после смерти Иисуса Навина и стали служить языческим богам - Астарте и
ваалам, Яхве   предал  их  в  руки  месопотамского  царя  Хусарсафема.
Спаситель в  лице  Гофониила  с  помощью  бога  одолел  Хусарафема   и
освободил евреев.  Но как только умер Гофониил,  "сыны израилевы опять
стали делать злое пред очами господа".  За это бог  отдал  их  в  руки
моавитского царя Еглона.  Тогда явился спаситель Аод, убивший Еглона и
освободивший евреев.  Но,  "когда умер Аод, сыны израилевы стали опять
делать злое  пред  очами  господа".  Наказание  было  осуществлено при
помощи Иавина,  "царя  Ханаанского,  который  царствовал  в  Асоре"  и
"жестоко угнетал  сынов  израилевых двадцать лет".  На этот раз евреев
спасла пророчица  Девора.  Затем  последовало  очередное  отпадение  и
рабство у мадианитян,  которых через некоторое время победил посланный
богом Гедеон.  Но,  конечно,  "когда умер Гедеон, сыны израилевы опять
стали блудно   ходить   вслед   ваалов,   и   поставили   себе   богом
Ваалверифа"[Книга Судей Израилевых, гл.VIII, ст.33.].
     Это продолжалось  долго  и однообразно,  на протяжении всей эпохи
судей, т.е.  вождей,  выбиравшихся на время войны, а в мирное время не
имевших других функций, кроме разбора споров между соотечественниками.
В книге Судей и рассказывается о деятельности этих вождей в военное  и
мирное время,    причем   опять-таки   каждое   историческое   событие
описывается не само по себе,  а как один из эпизодов в истории сложных
и запутанных взаимоотношений между богом и людьми.  Понятно, что таким
образом каждое   вполне   естественное   событие    принимает    облик
сверхъестественный и фантастический.
     В таком духе выдержаны и четыре книги Царств.
     *Книги Царств*  В  фантастической форме истории договора евреев с
богом - как он покровительствовал им, как они изменяли ему и как он их
за это    наказывал    -   в   книгах   Царств   описывается   история
древнееврейского государства с момента его  возникновения  до  падения
под ударами Ассирии и Вавилона.
     Шла борьба с враждебными племенами  филистимлян,  которые  сумели
даже овладеть  главной  святыней евреев - "ковчегом завета" и увезти в
свой город Азот,  где поставили его в храме бога Дагона,  рядом с  его
статуей. Боги  не  ладят  между собой,  по ночам между ними происходят
стычки, которые кончаются,  конечно, победой еврейского Яхве. В первое
же утро Дагон оказывается поверженным на землю,  его ставят обратно на
место, но на следующее утро он опять лежит на земле,  причем  осталось
лишь одно туловище, а голова, руки и ноги отсечены[См. I книгу Царств,
гл.V, ст.4.].  Заботясь о своем  боге,  которого  так  жестоко  обижал
еврейский бог Яхве, филистимляне были вынуждены убрать ковчег из храма
Дагона. Но пребывание его на филистимской территории вообще  приносило
филистимлянам большие    страдания:    Яхве    поразил   их   тяжелыми
заболеваниями (наростами на теле) и мышами,  которые опустошали  поля.
Стараясь избавится  от  напасти,  филистимляне  переправляли ковчег из
города в город,  но жители нигде  не  хотели  его  держать  из  боязни
наростов и  мышей.  Принесли  жертву  Яхве  (пять  золотых  наростов и
столько же  золотых  мышей),  после  чего  с  почетом,  на  колеснице,
запряженной двумя  первородившими  коровами,  отправили ковчег обратно
евреям.
     В дальнейшем  идет  рассказ о событиях,  которые,  видимо,  имели
место в истории.  Появляются первые у  древних  евреев  цари,  сначала
Саул, потом Давид и Соломон.
     Уполномоченный Яхве пророк Самуил "помазывает" на царство  Саула.
Тот первое время "ходит пред лицем" бога,  и все обстоит благополучно.
Потом царь совершает страшный грех:  не дождавшись Самуила, который не
пришел в  условленный  срок  совершить  жертвоприношение,  сам  принес
жертву богу.  Это оказывается роковым для  всего  царствования  Саула.
Пришел Самуил и объявил ему,  что теперь,  в виду такого грехопадения,
"не устоять его царствованию".  Царь  продолжает  совершать  поступки,
которые в  глазах  современного человека не выглядят как преступления,
но, по мнению авторов Библии,  заслуживают самых страшных наказаний. И
здесь появляется на исторической арене будущий царь - Давид.
     В освещении  Библией  фактической  стороны  жизни  Давида   много
противоречивого. В   дальнейшем   изложении  мы  остановимся  на  этих
противоречиях, а   сейчас   попытаемся   выяснить    основную    линию
развертывания событий, как повествует о них Библия.
     Популярность Давида в народе все  растет,  а  популярность  Саула
падает. Царь  пытается  убить  Давида,  но  его  спасает  царский  сын
Ионафан. Ряд лет скрывается Давид от  Саула  вместе  с  отрядом  своих
приверженцев в горах и пустынях Южной Палестины. Наконец, он поступает
на службу к филистимскому царю Анхусу.  Правда,  он обманывает его  и,
отправляясь в  поход  якобы  против  евреев,  на самом деле истребляет
другие народы,  причем "не оставлял  Давид  в  живых  ни  мужчины,  ни
женщины"[I книга Царств, гл.XXVII, ст.11.]. По ходу изложения вытекает
вывод, что такая жестокость Давида весьма угодна богу.
     Накануне решающего сражения с филистимлянами Саул консультируется
у старой ведьмы в Аэндоре ("аэндорская волшебница")  о  своей  судьбе.
Волшебница вызывает  ему  тень  умершего уже пророка Самуила,  которая
сообщает Саулу,  что завтра он будет убит.  Предсказание сбывается,  а
освободившийся трон вскоре занимает Давид.
     В общем Давид изображается Библией как верный последователь Яхве,
"ходящий пред   лицем   его"  и  потому  имеющий  большие  успехи.  Он
истребляет всех,  кого пророки именем Яхве приказывают ему  истребить.
Он ведет  победоносные  войны со всеми внешними и внутренними врагами,
завоевывает у  иевусеев  город  Иерусалим  и   делает   его   столицей
еврейского государства.  Он демонстрирует перед народом высшую степень
преданности культу Яхве:  жертвуя своим достоинством царя  и  пожилого
человека, "пляшет и скачет" перед ковчегом завета.  Он слагает гимны и
оды в честь Яхве и сам же поет  их,  аккомпанируя  себе  на  различных
музыкальных инструментах.
     После смерти Давида царем с санкции Яхве  и  пророков  становится
его сын  Соломон.  Царствование  Соломона изображается Библией в самых
пышных и ярких красках.  Сам Соломон - мудрейший из людей. Он возводит
великолепные сооружения, прежде всего знаменитый храм в Иерусалиме. Со
всеми подробностями описывается в Библии Соломонов храм - с притвором,
с окнами  "решетчатыми  с  откосами",  с  тремя  ярусами постройки,  с
обшивкой из кедровых досок  внутри  здания,  с  полом  из  кипарисовых
досок, с херувимами из масличного дерева.  Так же подробно описывается
построенный Соломоном царский дворец.  В Библии есть указания  на  то,
что эти  сооружения дорого обошлись народу,  на который были возложены
чрезвычайно тяжелые повинности и налоги.  Собиравшиеся  ценности  шли,
видимо, не только на сооружения,  но и просто для обогащения царя, так
как наряду с мудростью в Библии подчеркивается и  богатство  Соломона.
Царь приобретает   массу   ценнейших   золотых   и  серебряных  вещей,
драгоценных камней.  Особую слабость он питает  к  коням,  привозя  их
тысячами из разных стран. Но еще больше, чем коней, он любит женщин. В
гареме его содержится ни больше,  ни меньше,  как семьсот жен и триста
наложниц. Здесь-то и таится источник его прегрешений против Яхве.
     Библия не осуждает  баснословного  женолюбия  Соломона,  об  этом
говорится как о нормальном явлении.  Единственно в чем она видит беду,
это что  женщины,  с  которыми  живет  Соломон,   -   чужеземки,   они
поклоняются чужим богам,  и Соломон вместе с ними впадает в грех,  так
как служит не только Яхве,  но  и  "Астарте,  божеству  Сидонскому,  и
Милхому, мерзости  Аммонитской".  За это бог решил отнять у наследника
Соломона часть  царства,  и,  когда  Соломон  умер,  его   государство
распалось на  две  части:  Иудею  и Израиль.  Первое из них объединяло
только два колена (племени) - Иуду и  Вениамина,  второе  -  остальные
десять колен.  Царем первого стал сын Соломона Ровоам, царем второго -
некто Иеровоам, основавший династию царей израильских.
     Раскол древнееврейского  государства  на  Иудейское и Израильское
представляет собой реальный исторический факт,  как и некоторые другие
освещенные в книгах Царств события,  связанные с деятельностью Давида,
Соломона и их преемников.  Но, конечно, и в описании этих исторических
событий Библией  не  обходится  без  большой  примеси  легендарного  и
фантастического элементов.
     В дальнейшем  тексте в Библии занимают все большее место рассказы
о деятельности пророков,  роль которых в  политической  и  религиозной
жизни евреев  этого периода,  как известно из исторических источников,
действительно, сильно возросла.  Однако,  здесь-то и сказался с особой
силой религиозно-фантастический характер библейского повествования.
     Подробно рассказывается о жизни и  чудесах  пророка  Илии  и  его
преемника Елисея.  Илия состязается с целой толпой пророков бога Ваала
(четыреста пятьдесят человек) и  посрамляет  их:  он  легко  совершает
чудо, которое  им никак не удается совершить.  Тогда ему больше ничего
не остается,  как  отвести  своих  незадачливых  соперников  к  потоку
Киссону и там заколоть все четыреста пятьдесят человек.  Правда, когда
нечестивая царица Иезавель хочет за это убить его самого, он спасается
бегством, а не совершает почему-то чудес, которые могли бы обезвредить
Иезавель. В остальном же Илия почти всесилен:  он исцеляет  смертельно
больных, вызывает дождь, переходит Иордан по воде, как по суху, и т.д.
Наконец, его живым забирает бог на небо. Тогда начинается деятельность
Елисея. Елисей  творит  еще  более поразительные чудеса;  в частности,
воскрешает мертвых,  двадцатью  маленькими  лепешками   насыщает   сто
человек, исцеляет  от  проказы и,  наоборот,  насылает проказу на тех,
кого решает наказать.
     Один за  другим  сменяли  друг  друга цари Иудеи и Израиля.  Одни
умирали естественной  смертью,  других  убивали   соперники,   третьих
свергали с трона и оставляли в живых;  во всех, однако, случаях Библия
усматривает руку  Яхве  и  его  прямое  распоряжение,  передаваемое  и
осуществляемое через пророков. И всегда оказывается, что тот царь, чья
судьба сложилась печально,  особенно много грешил перед Яхве и  прежде
всего тем,  что поклонялся чужим богам, а также не истреблял с должной
кровожадностью людей других народов,  служивших иным богам; за все это
он и   наказан.  Во  всей  массе  сообщаемых  Библией  фактов,  частью
исторических, частью явно баснословных,  мы  выделим  одно  сообщение,
имеющее важное значение для выяснения всей истории библейского текста.
     При царе иудейском Иосии,  как рассказывается в IV книге Царств и
II книге  Паралипоменон[См.  IV  книгу  Царств,  гл.XXII  и  II  книгу
Паралипоменон, гл.XXXIV.], первосвященник Хелкия нашел в иерусалимском
храме книгу Закона, которую все, прежде всего сам царь Иосия, признали
священной книгой,  записанной Моисеем со слов бога Яхве. Ее немедленно
прочитали вслух  при  огромном  стечении  народа,  и  отныне она стала
почитаться евреями   как   непосредственное   божье   наставление    к
благочестивой жизни,  к  выполнению  договора с Яхве.  Просим читателя
запомнить это обстоятельство, ибо в дальнейшем изложении, рассматривая
историю библейского текста, мы к нему вернемся.
     Повествование IV,  последней,  книги Царств доводится до моментов
гибели обоих   еврейских   государств.   Израиль  падает  под  ударами
Ассирийской державы,  а несколько позже,  побежденная и  разгромленная
Вавилоном, гибнет  и Иудея.  В обоих случаях завоеватели уводят в плен
верхушку населения, "сильных земли".
     *Паралипоменон* После  четырех  книг  Царств в Ветхом Завете идут
две книги Паралипоменон - летописей,  хроник.  В  них  сызнова  дается
освещение истории  еврейского  народа  под  тем  же углом зрения - его
взаимоотношений с богом.
     Паралипоменон дает  краткое  изложение  этой  истории,  начиная с
Адама, вплоть до вавилонского плена  и  даже  до  выхода  из  него  по
приказу персидского  царя  Кира.  Изложение  книг Паралипоменон и книг
Царств ведется параллельно,  но имеются довольно серьезные  отличия  и
расхождения между  этими  двумя  источниками.  Основное различие между
ними состоит  в  особо  враждебном  отношении  книги  Паралипоменон  к
Израильскому царству  -  автор  старается  о  нем  даже  не  говорить.
Рассказав в главе XIII книги II о войне между иудейским царем Авией  и
израильским царем  Иеровоамом,  Паралипоменон  кончается  сообщением о
том, что в решающем сражении Израиль потерял ни больше ни  меньше  как
"пятьсот тысяч   человек   отборных".   И  после  этого  сообщения  об
Израильском государстве больше ничего не говорится.
     *Ездра и   Неемия*   В   этих   книгах  библейское  повествование
переносится уже  в  ту  эпоху,  когда  пало  и  Вавилонское   царство,
побежденное Персией.
     Персидский царь Кир разрешает евреям,  находящимся в  вавилонском
плену, вернуться  на родину.  Через некоторое время возвращаются новые
группы изгнанников,  которые  во  главе  с  Зоровавелем  приступают  к
восстановлению храма  Яхве.  Преодолев  всевозможные препятствия,  они
доводят постройку до конца.  Через некоторое  время  новый  персидский
царь Артаксеркс  послал  в Иудею своих уполномоченных - сначала Ездру,
потом Неемию,  поручив им взять управление в свои  руки.  В  Палестине
Ездра и  Неемия застают такую картину:  оставшиеся на месте евреи и их
потомки не сохранили свою национальную и  религиозную  обособленность,
большинство их   женато   на  иноплеменных  женщинах,  культ  Яхве  не
соблюдается, даже язык стал смешиваться с другими языками. Именем бога
и персидского  царя  Кира  Ездра  и  Неемия начинают наводить порядок.
Браки с иноплеменными  женщинами  объявляются  расторгнутыми,  жены  и
родившиеся от  них  дети  изгоняются;  восстанавливается культ Яхве со
всеми его церемониями: жертвами, "всесожжениями" и т.д. Высокая стена,
окружавшая Иерусалим,  была  отремонтирована и достроена,  и иноземцам
был категорически запрещен доступ  в  город,  дабы  не  было  соблазна
евреям вступать  в  общение с поклонниками чужих богов.  "И отделилось
семя израилево от всех инородных"[Книга Неемии, гл.IX, ст.2.].
     И в  завершение  всего  Ездра  и  Неемия  огласили  народу "закон
Моисеев". Судя по тому, что чтение продолжалось семь дней "от рассвета
до полудня",  это было основной частью Пятикнижия. Потом все порядки в
Иудее были приведены в соответствие с требованиями "закона  Моисеева".
Обращаем внимание  читателя  на  то,  что именно с деятельностью Ездры
Библия связывает такой факт,  как оглашение "Моисеева закона".  К нему
мы в   дальнейшем,   когда   будем  рассматривать  вопрос  об  истории
библейского текста, должны будем вернуться.
     *Книги Исаии,  Иеремии,  Иезекииля*  Эти книги считаются церковью
наиболее важными из пророческих книг.  Хотя в христианском каноне  они
помещены значительно дальше книг Ездры и Неемии,  в них рассказывается
о событиях,  происходивших раньше,  чем события,  освещаемые у Ездры и
Неемии. В  книге  Исаии  сначала  еще  только предвещается вавилонское
пленение, книга  Иеремии  как  раз  приходится  на  период   войны   с
Вавилоном, а  автор книги Иезекииля сам находился в вавилонском плену.
Правда, и в книге Исаии мы находим прямые указания на персидского царя
Кира, жившего  много  времени  спустя  после  событий,  описываемых  в
основных главах книги Исаии.  О  чем  это  свидетельствует,  мы  будем
говорить в дальнейшем, в связи с разбором истории библейских книг.
     Каждая из трех пророческих книг  имеет  свои  характерные  черты.
Книга Исаии  выдается своим высоким литературным мастерством,  в книге
Иеремии обращают на себя внимание исступленные проклятия и, можно даже
сказать, своеобразная религиозная истеричность тона. В книге Иезекииля
больше, чем  в  других  пророческих  книгах,  туманных  и   бессвязных
видений, темных иносказаний. По существу, однако, содержание всех трех
книг в основном совпадает, поэтому мы и рассматриваем их вместе.
     Основное место  в  них  занимают  обличения и обвинительные речи.
Пророки обвиняют евреев во всевозможных грехах и преступлениях, прежде
всего в  отпадении  от  Яхве  и в поклонении чужим богам.  Чрезвычайно
многословно, с массой повторений пророки твердят один и тот же  мотив:
Яхве вывел евреев из Египта,  отдал им страну, текущую млеком и медом,
всем, чем только можно,  облагодетельствовал  их,  а  они  непрестанно
изменяли ему и продолжают изменять.  Отношения между богом и еврейским
народом пророки  сравнивают  с  отношениями  между  любящим  мужем   и
развратной женой, на каждом шагу изменяющей своему мужу.
     Страшные угрозы  извергают  пророки   на   своих   слушателей   и
читателей. Яхве,  утверждают они, отомстит евреям так, что содрогнутся
все народы мира. Четыре рода казней сулит Иеремия "избранному народу":
"меч, чтобы убивать,  и псов,  чтобы терзать, и птиц небесных и зверей
полевых, чтобы пожирать и истреблять"[Книга  пророка  Иеремии,  гл.XV,
ст.3.]. Как  главную же из этих казней все пророки выдвигают меч.  Они
усматривают карающую руку Яхве в Ассирийской и Вавилонской державах.
     В книге  Исаии  ярко  изображается  картина неизбежного грядущего
нападения Ассирии,  которое явится только осуществлением воли Яхве.  А
Иеремия в  столь  же устрашающих красках расписывает мощь вавилонского
оружия, призывая  народ  не  помышлять  о  сопротивлении   и   покорно
сдаваться завоевателям, ибо через них действует сам бог.
     Если внешние враги являются лишь орудием  в  руках  Яхве,  то  не
только бесполезно,  но даже грешно оказывать им сопротивление. И Исаия
и в  особенности  Иеремия  требуют   от   евреев   полной   покорности
завоевателям. Когда  вавилонское  войско  осадило  Иерусалим,  Иеремия
убеждал осажденных перейти на  сторону  неприятеля[См.  книгу  пророка
Иеремии, гл.XXI,  ст.8-9.].  Он  попытался  сам  сделать  это,  но был
арестован. Неудивительно,  что  когда  вавилоняне  взяли  город,   они
немедленно освободили Иеремию и обошлись с ним самым любезным образом.
     Во всяком случае,  все три пророка призывали евреев к тому, чтобы
покорно и   безропотно  выносить  все  беды,  поскольку  они  являются
наказаниями, ниспосланными  Яхве.  И  тогда,  если  к  тому  же  евреи
перестанут грешить, "блудить" с чужими богами, начнут беспрекословно и
точно выполнять  все  требования  яхвистского  культа,  тогда   придет
спасение. Яхве грозен, но он и милостив. Он не забудет своего народа и
раньше или позже придет ему на помощь.  Израиль  будет  спасен,  евреи
будут вознесены   над   всеми  другими  народами,  и  вообще  наступит
счастливая эра.  Исаия описывает ее самыми соблазнительными  красками,
как эру всеобщего мира и благоденствия.
     Из текста не совсем ясно,  что имеется в  виду:  благоденствие  и
счастье еврейского  народа или всех людей.  До сих пор в Ветхом Завете
еврейский народ рассматривался как единственный избранный богом.  Но у
Исаии уже  изредка  звучат  другие  ноты.  После  всевозможных  кар  и
бедствий которые он сулит Египту,  Исаия пророчествует ему обращение в
истинную веру. То же будет с Ефиопией и Ассирией.
     В день,  когда  наступит  избавление,  говорит  тот   же   Исаия,
объединятся Израиль   и   Иудея  и  совместными  силами  обрушатся  на
остальные народы.  "И полетят на плеча филистимлян к западу, и ограбят
всех детей Востока;  на Едома и Моава наложат руку свою, и дети Аммона
будут подданными им"[Книга пророка Исаии,  гл.XI,  ст.14.]. Говорится,
правда, о  том,  что к евреям "присоединятся иноземцы,  и прилепятся к
дому Иакова",  но тут же дается объяснение, что "дом Израиля усвоит их
себе на земле господней рабами и рабынями,  и возьмет в плен пленивших
его, и будет господствовать  над  угнетателями  своими"[Книга  пророка
Исаии, гл.XIV,  ст.2.].  И  вот  тогда-то наступит на земле абсолютная
благодать, тогда-то и начнется господство всеобщего мира:  "волк будет
жить вместе  с  ягненком,  и  барс будет лежать вместе с козленком;  и
теленок, и молодой лев,  и вол будут вместе, и малое дитя будет водить
их..."[Там же,  гл.XI,  ст.6-7.]  Кто же проведет человечество к этому
вожделенному состоянию?  Конечно,  бог Яхве,  но не собственноручно, а
через посредство своего посланца, своего помазанника.
     Исаия говорит о ветви,  которая "произойдет  от  корня  Иесеева",
т.е. из  рода  царя  Давида,  и  станет вождем,  спасителем еврейского
народа, мессией. Ветвь по-древнееврейски называется "нецер". Это слово
впоследствии подверглось всевозможным переделкам и приобрело вид слова
"назорей", которым в Новом Завете именовался Христос.  В другом случае
Исаия предсказывает рождение спасителя,  которого назовут Еммануил. На
это место тоже будут в дальнейшем ссылаться авторы Нового Завета.
     Чтобы ускорить пришествие мессии, пророки рекомендуют евреям быть
верными Яхве.  Но в чем должна заключаться  эта  верность,  не  совсем
ясно. В  разбираемых  трех  книгах  пророков  мы находим две различных
линии в этом вопросе.  С одной стороны,  у Исаии говорится о том,  что
самое важное не жертвоприношения и не выполнение формальных требований
культа, а нравственная жизнь:  "К чему мне множество  жертв  ваших?  -
говорит господь.   -   Я   пресыщен   всесожжениями   овнов   и  туком
откормленного скота;  и крови тельцов и агнцев  и  козлов  не  хочу...
Курение (имеется  в  виду  богослужебное  курение  ладаном  и  другими
ароматическими веществами.   -   И.К.)   отвратительно    для    меня;
новомесячный и  суббот,  праздничных собраний не могу терпеть"[Там же,
гл.I, ст.11, 13.]. Вместо этого бог устами Исаии требует: "Перестаньте
делать зло;   научитесь   делать   добро;   ищите   правды;   спасайте
угнетенного; защищайте  сироту;   заступайтесь   за   вдову"[Там   же,
ст.16-17.]. Однако,  как  было  уже выше сказано,  это не единственная
линия в проповеди пророков и даже не основная.  В книге  Иезекииля  мы
находим подробнейшим       образом       разработанный      церемониал
жертвоприношений, курений и  прочих  элементов  обычного  для  Ветхого
Завета служения Яхве.
     *Книга пророка Даниила* Эта книга стоит  несколько  особняком.  В
других пророческих   книгах   главное   место   занимают  предсказания
неизбежной гибели еврейского государства.  У Даниила об этом говорится
как об уже свершившемся факте:  евреи находятся в вавилонском плену, и
Даниил пророчествует о грядущей гибели  Вавилонского  царства.  Широко
известно легенда о том, как на пиру у царя Валтасара таинственная рука
начертала на стене чертога непонятные письмена и  один  только  Даниил
сумел их  расшифровать.  Смысл  их  он  истолковал таким образом,  что
царству Валтасарову пришел конец, и оно будет поделено между персами и
мидянами. Пророчество  Даниила исполняется в ту же ночь,  и сам Даниил
становится крупным сановником у нового повелителя  -  Дария  Мидянина.
Потом он пророчествует и о конце Персидского царства, предсказывая его
завоевание греками.  Однако раньше или позже владычеству  Греции  тоже
придет конец, ибо все кончится спасением еврейского народа. Но кто его
спасет?
     Несколько раз  в  книге Даниила упоминается имя князя Михаила как
кандидата в  спасители.  Однако,  читая  русский  перевод  Библии,  мы
находим несравненно  более  конкретное  указание  на фигуру спасителя:
здесь прямо говорится о "Христе владыке".  Смысл текста  очень  темен.
Говорится о том,  что "предан будет смерти Христос,  и не будет" и что
"город и святилище разрушены будут народом вождя,  который придет",  а
дальше "прекратится жертва и приношение,  и на крыле {святилища} будет
мерзость запустения, и окончательная предопределенная гибель постигнет
опустошителя"[Книга пророка Даниила,  гл.IX,  ст.25-27.]. Казалось бы,
мы здесь имеем прямое пророчество о появлении и  деятельности  Христа.
Это, однако,  не  так.  В  древнееврейском  тексте  книги  Даниила  не
упоминается имя  Христа,  там  говорится  о  мессии  (мошиах)   и   не
указывается его    имя.    Мошиах    по-древнееврейски    (и   Христос
по-древнегречески) переводится на русский язык словом "помазанник". Во
всех остальных  случаях  переводчики  Библии  на  русский  язык  слово
"мессия" правильно переводили - как  помазанник.  Здесь  же  они  дали
двусмысленный перевод,   который  может  быть  легко  использован  для
доказательства неправильного  положения,   будто   в   Ветхом   Завете
предсказано рождение  Иисуса  Христа.  На  самом  деле  нигде в Ветхом
Завете нет ни малейшего намека на Иисуса Христа и его деятельность.
     *Двенадцать малых пророков* Помимо пророческих книг, о которых мы
выше говорили,  в Библии имеются еще книги, названные именами пророков
Осии, Иоиля,   Амоса,   Аввакума   и  других.  Двенадцать  таких  книг
сравнительно небольшого  размера  включены  в  православный  канон   и
считаются в общем книгами "малых пророков".
     Содержание этих книг по существу мало  отличается  от  содержания
остальных пророческих  книг:  те  же  сетования  по поводу греховности
еврейского народа,  те же яростные разоблачения,  свирепые  угрозы  со
стороны Яхве,   предсказания   тяжелых   и   страшных  переживаний.  В
заключение каждый из  пророков  обязательно  сулит  еврейскому  народу
избавление от  всех страданий при помощи мессии.  У некоторых из малых
пророков суть дела изложена конкретно  и  коротко.  В  этом  отношении
выделяется маленькая книга пророка Малахии.
     У Малахии  обиды  бога  в  отношении  людей   изложены   довольно
определенно. Богу не оказывают достаточного уважения:  "Если я - отец,
то где почтение ко мне?  и если я господь,  то где благоговение  предо
мною?"[Книга пророка   Малахии,   гл.I,  ст.6.]  Дальше  бог  выражает
претензию по поводу того,  что ему приносят в жертву слепых,  хромых и
больных животных,  недоброкачественный  хлеб.  "Вы,  -  говорит он,  -
обкрадываете меня.  Скажите:  "чем обкрадываем мы тебя?"  десятиною  и
приношениями"[Там же,  гл.III, ст.8.]. Ответ достаточно ясный. Из него
вытекает и наставление к тому,  как  нужно  жить,  чтобы  пользоваться
благорасположением бога.  "Принесите, - требует Яхве, - все десятины в
дом хранилища, чтобы в доме моем была пища"[Там же, ст.10.]. Напомним,
что речь  идет о десятой части всех доходов,  которую еврей должен был
всегда отдавать в пользу храма и его жрецов. Стало быть, чтобы угодить
богу, надо   исправно   платить   десять   процентов   своего   дохода
духовенству, и все будет в порядке.  Но чтобы без обмана! Самую лучшую
продукцию животноводства  и  земледелия  отдавайте храму Яхве,  притом
только Яхве,  ни в коем случае не чужим богам. И в конце концов придет
день, когда явится мессия. У Малахии таким мессией должен выступить не
кто иной, как пророк Илия.
     Другие малые  пророки  несравненно  более  туманны  и  загадочны,
некоторые из них не уступают в этом отношении самому Иезекиилю. Но то,
что имеет какой-то смысл, сводится примерно к сказанному нами выше.
     *Иудейская и христианская религии о значении Ветхого Завета*  Для
иудейской религии Ветхим Заветом исчерпывается Священное Писание.  Для
христианства же  он  есть  только  первая  ступень.  С  точки   зрения
христианской религии,  книги  Ветхого  Завета  предвещали в свое время
появление книг Нового Завета.  Предсказания книг пророков  о  грядущем
пришествии мессии  христианская церковь толкует как прямое пророчество
о рождестве Иисуса Христа.  Расхождение между иудейской и христианской
религиями по  этому вопросу заключается в том,  что первая рекомендует
верующим ждать пришествия помазанника,  вторая же утверждает,  что  он
уже приходил  на  землю  и  совершил  дело  спасения  людей,  о  чем и
рассказывается в книгах Нового Завета. Теперь надо ждать не первого, а
второго его пришествия.
     Правда, здесь есть  еще  одно  серьезное  обстоятельство,  сильно
осложняющее всю картину.  По Ветхому Завету,  мессия должен был прийти
для того,  чтобы спасти евреев от их  врагов,  восстановить  еврейское
государство и   поставить   его   над   всеми  остальными  народами  и
государствами. По Новому же Завету оказывается,  что он пришел  спасти
не еврейский народ, а все человечество, вернее ту его часть, которая в
него уверует.  В  некоторых  книгах  Нового  Завета  еще   чувствуется
ветхозаветная точка  зрения  в  этом вопросе,  во многих случаях прямо
говорится о спасении Христом "заблудших овец дома израилева".  В  этом
отразился тот  период  формирования  христианства,  когда  оно  еще не
отделилось от  иудаизма.  Но  в  общем  в  Новом  Завете   преобладает
сформулированный нами   выше   взгляд   относительно  общечеловеческой
наднациональной миссии Христа.
     Таким образом,  в  общем  христианская  религия  принимает Ветхий
Завет как священную книгу.  И католические  и  православные  богословы
говорят о  его  "богодухновенности"  и прилагают всевозможные усилия к
тому, чтобы найти членораздельное  объяснение  для  тех  мест  Ветхого
Завета, которые  обращают  на  себя  внимание своим сходством с самыми
наивными мифами первобытных религий.  Тем не менее в некоторых случаях
наблюдаются попытки  в  какой-то  мере отмежеваться от Ветхого Завета,
изобразить его как пройденную христианством ступень. В особенности эти
попытки имеют место у протестантских богословов.
     В качестве  примера  такого  отношения  к  Ветхому  Завету  можно
привести высказывания на этот счет немецкого богослова Отто Эйсфельдта
в книге,  которая  представляет  собой  лекции,  читанные  саксонскому
протестантскому духовенству.  У Эйсфельдта уже нет речи о божественном
откровении, которое раз навсегда дало людям всю доступную  им  истину.
Он говорит  о  различных  ступенях  развития  религии:  сначала  в ней
фигурирует "бог отцов",  потом - Яхве и,  наконец,  новозаветный  бог.
Надо ли  считать  священными ветхозаветные сказания о "боге отцов" и о
Яхве? На  это  Эйсфельдт дает такой ответ:  "Безусловно,  прошлое,  из
которого черпаются исторические  воспоминания,  во  многих  отношениях
преодолено  и,  возможно,  в  нем  нет  недостатка и в таких явлениях,
которых  можно  стыдиться.  Но,  с  другой  стороны,  оно  приобретает
постоянно  все новые силы и ценности,  которые могут стать нужными для
организма (имеется в виду "религиозный организм".  - И.К.)  и  никаким
другим  образом  не  могут  быть найдены,  как в его предыстории.  Так
образует,  я полагаю,  Ветхий  Завет  предысторию  нашей  христианской
веры"[O.  Eissfeldt,  Geschichtliches und Ubergeschichtliches im alten
Testament, Berlin 1947, S.54.]. Итак, в Ветхом Завете нет недостатка в
"явлениях,  вызывающих  стыд"  у современного христианского богослова.
Именно поэтому приходится его признать относящимся не к истории,  а  к
предыстории христианства.
     Однако эту  точку  зрения  никак  нельзя  считать  общепринятой в
основных вероисповеданиях   христианства.   Поскольку   Ветхий   Завет
признается столь   же   "богодухновенным",   как  и  Новый  Завет,  он
составляет одну из самых главных  основ  христианского  вероучения.  И
если в нем оказывается много таких мест, которых "можно стыдиться", то
здесь уж, как говорится, ничего не поделаешь...
     Есть у  защитников  религии еще один путь преодоления трудностей,
вытекающих из наличия "стыдных" мест в Ветхом Завете. Он заключается в
том, что  хотя  весь  Ветхий и приемлется полностью,  но толкуется так
иносказательно, что  может  иметь  любой  смысл,   который   кому-либо
понадобится ему  придать.  Именно  на  этот путь становится английский
богослов Додд в своей книге "Библия сегодня"[См.  C.H. Dodd, The Bible
to-day, Cambridge  1946.].  Это  дает  ему  возможность  провозглашать
единство Библии, преемственность Ветхого и Нового Заветов.
     Додд рассматривает  Библию как целое и усматривает в основе этого
целого общину и ее жизнь. Он проводит единую линию развития от родовой
общины древних  евреев  через  "группу  родов,  кочующих  между  двумя
великими цивилизациями,  - на Евфрате и на  Ниле",  через  "нацию  под
национальным именем  "Израиль""  и через ряд других ступеней вплоть до
христианской церкви,  которую  он  называет  вселенской  общиной.   Он
аргументирует свою  точку  зрения  тем,  что сами авторы Нового Завета
всюду говорят о связи с Ветхим Заветом и с  Израилем  как  почвой,  на
которой Ветхий Завет вырос.  "Когда в Новом Завете старое историческое
имя "Израиль" применяется к этой непрерывной общине, имеется в виду не
расовая или  национальная группа,  но просто "народ господень"...  Вот
концепция, которая,  наконец,  сообщает Библии  ее  единство"[Там  же,
стр.4-5.]. С  этой  точки зрения Ветхий Завет безоговорочно признается
священной книгой христианства на одинаковых по существу  основаниях  с
Новым Заветом.  "Церковь,  - говорит Додд, - предлагает Библию в обоих
Заветах как авторитетный документ  божественного  откровения"[Там  же,
стр.15.]. Другое дело - как толковать это откровение. О взглядах Додда
на этот счет мы еще будем говорить в дальнейшем.
     Были, правда,   отдельные   попытки   со   стороны   христианских
богословов и  вообще  церковных  деятелей  полностью  отмежеваться  от
Ветхого Завета, признав его чисто иудейским произведением, от которого
христианство ничего существенного не заимствовало.  Такую точку зрения
защищал, например,  в  начале  нашего века немецкий историк-ассириолог
Делич (1850-1922).  Она  не  была,  однако,  поддержана   церковниками
основных вероисповеданий христианства.
     Перейдем теперь к освещению того,  что собой  представляет  Новый
Завет.

     2. НОВЫЙ ЗАВЕТ

     *Состав Нового  Завета*  В новозаветный канон все вероисповедания
христианской религии включают:  1) четыре  евангелия:  от  Матфея,  от
Марка, от  Луки  и  от  Иоанна;  2) книгу Деяний святых Апостолов;  3)
двадцать одно послание апостолов  Иакова,  Петра,  Иоанна,  Павла;  4)
Апокалипсис, или Откровение Иоанна Богослова.
     *Евангелие от Матфея* Матфея церковь считает одним  из  апостолов
Иисуса, следовательно,   очевидцем   и   непосредственным   участником
событий, описанных в евангелиях.  Изложение начинается  с  родословной
Иисуса Христа,  которая ведется от Авраама и доводится до Иосифа, мужа
Марии. Сразу после их женитьбы оказалось,  что  Мария  уже  беременна,
притом не от человека,  а от духа святого.  Ангел,  сообщивший об этом
Иосифу, ссылается на  пророчество  Исаии  об  Еммануиле.  Но  все-таки
родившегося младенца  почему-то  называют  не  Еммануилом,  а Иисусом.
Сразу после рождения он подвергся опасности погибнуть  из-за  происков
царя Ирода.  Родители бегут вместе с ним в Египет, где и скрываются до
тех пор,  пока не получают от ангела сообщение о смерти  Ирода.  Тогда
святое семейство переселяется в Галилею (северная часть Палестины),  в
город Назарет.  Сообщая  об  этом,  евангелист  добавляет,  что  таким
образом сбывается   "реченное   через   пророков,   что   он  Назореем
наречется"[Евангелие от Матфея, гл.II, ст.23.]. Мы уже говорили выше о
том, что  это  -  неправильное толкование,  ибо у Исаии говорится не о
Назорее, а о Нецере, ветви от "корня Иессеева".
     Рассказ о  деятельности самого Иисуса начинается с описания того,
как он принял крещение от Иоанна Крестителя и был после этого  отведен
"духом в пустыню,  для искушения от диавола". Сорок дней и сорок ночей
провел там Иисус, после чего началось само искушение. Дьявол предлагал
Иисусу совершать различные чудеса,  но тот отказывался. Он "показывает
ему все царства мира и славу их",  предлагая это все Иисусу,  если он,
"пав,  поклонится" ему, но опять получает отказ. В конце концов дьявол
отступает,  и  служить Иисусу принимаются ангелы.  Иисус "призывает" к
себе  несколько  человек,   которые   становятся   его   учениками   и
"апостолами".  Вместе  с  ними он ходит по всей Галилее,  проповедуя в
синагогах,  исцеляя  больных  и  совершая  всяческие  чудеса.  К  нему
стекаются   люди  со  всех  концов  Палестины  и  Сирии,  слушают  его
проповеди, следуют за ним во время его путешествий.
     В дальнейшем  изложении  у  Матфея  чередуется  описание  событий
биографии Христа с изложением его проповедей и тех бесед, которые, как
рассказывает евангелист,  Иисусу  приходилось  вести  как  со   своими
учениками и последователями, так и с противниками.
     Из чудес, описанных в евангелии от Матфея, отметим насыщение пяти
тысяч человек,  "кроме женщин и детей", пятью хлебами и двумя рыбками:
"и ели все,  и насытились;  и  набрали  оставшихся  кусков  двенадцать
коробов полных"[Евангелие от Матфея,  гл.XIV, ст.20.]. Через несколько
страниц это чудо описывается вторично,  но на  этот  раз  участвует  в
трапезе только  четыре тысячи человек,  съедают семь хлебов и "немного
рыбок", а  остатков  набирают  "семь  корзин  полных".  Вообще   чудес
оказывается не  меньше,  и они не менее поразительны,  чем описанные в
Ветхом Завете чудеса Моисея, Иисуса Навина, Илии и прочих пророков.
     Что касается  проповедей  и бесед Христа,  как о них рассказано в
евангелии от  Матфея,  то  их  содержания  нам  придется  касаться   в
последующих главах.  Здесь мы укажем только на то,  как в них решается
вопрос об отношении  к  Ветхому  Завету.  С  одной  стороны,  очевидно
стремление сохранить  преемственность  с  Ветхим  Заветом  и иудейской
религией: имеются ссылки на отдельные тексты  Пятикнижия  и  пророков,
подчеркивается происхождение  Иисуса из рода Давидова и т.д.  С другой
стороны, неоднократно  говорится  о  том  новом,  чему  учил  Христос:
"сказано так, а я говорю..."
     Важное звено всего христианского  учения  впоследствии  составили
содержащиеся в   евангелии   заявления  Христа  о  том,  что  это  его
"пришествие" является не окончательным, а только предварительным и что
раньше или  позже он явится второй раз,  притом "во всей славе своей".
Тогда-то будут,  наконец,  наведены  на  земле  и  на  небе  настоящие
порядки. Старое учение ветхозаветных пророков,  в особенности Даниила,
о грядущем  конце  света  находит  в  этих  заявлениях  Иисуса   новое
выражение. С  прямой  ссылкой  на  Даниила Иисус в евангелии от Матфея
предсказывает "кончину века" и свое пришествие во  второй  раз.  После
всевозможных страшных бедствий,  которые надо вытерпеть ("претерпевший
до конца спасется"),  "явится знамение сына человеческого на  небе;  и
тогда восплачутся  все  племена  земные,  и увидят сына человеческого,
грядущего на облаках небесных с  силою  и  славою  великою.  И  пошлет
ангелов своих  с  трубою  громогласною;  и  соберут  избранных  его от
четырех ветров,  от  края  небес  до  края  их"[Евангелие  от  Матфея,
гл.XXIV, ст.30-31.].  Все  это  произойдет скоро,  уверяет Иисус,  "не
прейдет род сей,  как все сие будет"[Там же,  ст.34.]. Отсюда для всех
уверовавших в  Христа  следовал  вывод:   надо   ждать   его   второго
пришествия.
     Повествовательная часть евангелия от Матфея завершается рассказом
о "страстях  господних",  о  страданиях  и  смерти  Иисуса,  а также о
последовавшем затем его воскресении и явлении своим ученикам.
     *Евангелие от   Марка*   Второе  евангелие  приписывается  Марку,
которого церковь считает одним из учеников апостола Петра и  вероятным
очевидцем деятельности  Иисуса  на  последнем  этапе.  Это евангелие -
самое короткое,  в нем нет многого из того,  что имеется  в  остальных
трех, но   его  содержание  почти  дословно  повторяется  в  остальных
евангелиях. У Марка ничего не говорится о  рождении  и  детских  годах
Иисуса, в   частности   ничего   не   сказано  о  непорочном  зачатии.
Повествование начинается с деятельности  Иоанна  Крестителя,  и  далее
сразу рассказывается  о  том,  что к Иоанну явился для крещения Иисус;
скороговоркой сказано об искушении Иисуса в пустыне  и  о  начале  его
проповеднической деятельности.  В деталях у Марка немало расхождений с
Матфеем. Мы  в  дальнейшем  будем  говорить  о  них.  Но   общий   ход
повествования с момента начала проповеди Иисуса тот же.
     *Евангелие от Луки* Автор евангелия от Луки начинает изложение  с
обращения к  некоему  Феофилу  и  сообщает  о  том,  что именно ему он
адресует все написанное.  При этом свое намерение  написать  евангелие
автор мотивирует тем,  что "уже многие начали составлять повествования
о совершенно известных между нами событиях".  Церковники считают,  что
Лука был учеником апостола Павла,  от которого имел возможность узнать
обо всех сообщаемых фактах биографии Иисуса Христа.
     Само повествование  начинается еще более издалека,  чем у Матфея;
подробно рассказывается  о  чудесном  рождении  Иоанна  Крестителя  от
стариков-родителей и о том,  какое участие в этом деле принимал ангел,
который явился заранее сообщить о грядущем событии отцу Иоанна.  Иисус
рождается в  городе  Вифлееме,  куда Иосиф с Марией приходят якобы для
того, чтобы пройти перепись,  проводимую римскими властями Иудеи.  Так
как в  гостинице  не  оказывается  свободных  мест,  роды происходят в
яслях. Пастухи,  которых  предупредил  ангел,  явившийся   к   ним   в
сопровождении "многочисленного воинства небесного",  пришли посмотреть
на Иисуса и поклониться ему.  Иисуса обрезали,  как всякого еврейского
младенца, принесли  богу Яхве все почитавшиеся жертвы,  потом родители
вернулись вместе с младенцем в Назарет. Рассказывается, как Иисус рос,
удивлял всех  своей  ученостью  и  как он готовился к выполнению своей
миссии. Начал  он  ее  в  возрасте  около  тридцати  лет.   Дальнейшее
изложение в общих чертах повторяет предыдущие евангелия.
     В тему второго пришествия Христа и наступления царства  небесного
на земле евангелие от Луки вносит новую ноту.  На вопрос "когда придет
царствие божие?" Христос отвечает: "Не придет царствие божие приметным
образом; и не скажут:  "вот,  оно здесь",  или:  "вот,  там". Ибо вот,
царствие божие   внутрь   вас   есть"  [Евангелие  от  Луки,  гл.XVII,
ст.20-21.].   Речь   идет    как    будто    только    о    внутреннем
самосовершенствовании  человека  и  о  царстве божием в душе,  каковое
должно заменить царствие божие в реальном внешнем мире.  Но тут  же  в
евангелии  от  Луки  говорится  и  о  "приметном"  наступлении второго
пришествия:  "Как молния, сверкнувшая от одного края неба, блистает до
другого края  неба,  так  будет  сын человеческий в день свой"[Там же,
ст.24.]. И дальше идет подробное, хотя и достаточно туманное, описание
того дня, когда "сын человеческий явится". Таким образом, евангелие от
Луки  тоже  внушает  верующим  ожидание  светопреставления  и  второго
пришествия Христа.
     *Евангелие от  Иоанна*  Это  евангелие  сильно отличается от всех
предшествовавших. Три предыдущих евангелия  в  основном  совпадают  по
содержанию и  ходу  изложения,  так  что  они именуются синоптическими
(синопсис - свод,  согласование).  В евангелии от Иоанна  богословы  и
исследователи-текстологи насчитывают   92   процента   материала,   не
встречающегося ни   в   одном   другом   евангелии.   В   нем   меньше
повествовательного элемента, больше проповедей, поучений и абстрактных
рассуждений. Автором  этого  евангелия  церковь  считает   одного   из
апостолов Иисуса.
     Евангелие от Иоанна начинается туманным  заявлением  о  том,  что
"вначале было  слово,  и слово было у бога,  и слово было бог".  Потом
рассказывается об Иоанне Крестителе,  но  и  здесь  не  обходится  без
мистически невнятных рассуждений о "слове, ставшем плотью" и о "славе"
этого слова.  И сразу идет переход к Иисусу,  уже взрослому,  ведущему
свою проповедь.  Опять  следует  описание чудес и пересказ проповедей.
Среди них приводится чудо,  о котором ничего  не  говорится  в  других
евангелиях: на  свадьбе  в  Кане Галилейской,  когда не хватает гостям
вина, Иисус превращает воду в вино.  Рассказы о других  чудесах  имеют
еще более диковинный вид,  чем в остальных евангелиях.  Так, например,
рассказ о воскрешении Лазаря уснащен такими колоритными подробностями,
долженствующими усилить  впечатление:  умерший  четыре  дня тому назад
Лазарь похоронен в гробу,  как заявляет  сестра  его  Марфа,  он  "уже
смердит", но  Иисус  все равно воскрешает его,  и он выходит из гроба,
"обвитый по  рукам  и  ногам  погребальными   пеленами".   В   мрачном
мистическом тоне описываются и все дальнейшие перипетии жизни,  смерти
и воскресения Христа.
     В вопросе  о  конце  света  евангелие  от  Иоанна занимает особую
позицию. В  нем  не  говорится  о  том,  что  следует  ждать   второго
пришествия Христа  на  землю.  Изредка  проскальзывает  намек на некий
"последний день",  но нет никаких указаний на то,  что имеется в  виду
время, когда второй раз на землю придет Христос.
     *Деяния апостолов* Вслед  за  евангелиями  идет  в  Новом  Завете
книга, в    которой    описывается   деятельность   учеников   Христа,
пропагандировавших его  учение  после  его   "вознесения"   на   небо.
Авторство этой книги церковь приписывает евангелисту Луке. В начале ее
автор обращается  к  тому  же  Феофилу,  к  которому   адресует   свое
произведение автор евангелия от Луки. Потом следует рассказ о том, как
ученики Христа собрались в Иерусалиме для празднования Пятидесятницы и
как они  "исполнились  все  духа  святого"  и начали "говорить на иных
языках". В  дальнейшем  изложении,  как  и   в   Посланиях,   не   раз
изображается типичная  картина  молитвенного  исступления,  когда  все
участники в страшном возбуждении одновременно  выкрикивают  бессвязные
восклицания, плачут и смеются, громко каются в грехах, - одним словом,
"пророчествуют". Сцена этого массового исступления наводит  свидетелей
со стороны на мысль о том,  что его участники просто пьяны[См.  Деяния
святых Апостолов, гл.II, ст.13.]. Апостолу Петру пришлось в своей речи
специально опровергать такое объяснение происходящего:  "Они не пьяны,
как вы думаете,  ибо теперь третий час дня;  но это есть  предреченное
пророком Иоилем"[Там  же,  ст.15-16.].  Дальше  идет описание вербовки
апостолами новых приверженцев христианского учения, причем определенно
говорится, что  первые христиане жили общинами:  "все же верующие были
вместе и имели все общее. И продавали имения и всякую собственность, и
разделяли всем, смотря по нужде каждого"[Там же, ст.44-45.].
     Апостолы совершают чудеса почти  такие  же  поразительные,  какие
совершал Иисус.  Несмотря на это, власти подвергают их преследованиям,
иногда даже заключают в тюрьмы.  Из тюрем они обычно  освобождаются  с
помощью чудодейственной  силы,  но  и это почему-то не убеждает власть
имущих, и преследования  продолжаются.  Особенно  неистовствует  некий
юноша Савл,  который  принимает  участие во всех гонениях на христиан.
Савл решил  искоренить  христиан  в  Дамаске  и  отправился   туда   с
полномочиями от первосвященника.  По дороге,  однако, ему является сам
Христос, и Савл убеждается в правоте христианства. Он, правда, слепнет
от созерцания  Иисуса,  но этому горю,  оказывается,  нетрудно помочь:
Иисус инструктирует некоего старца Ананию,  как вылечить Савла,  и тот
прикосновением рук  возвращает  ослепшему зрение.  Непонятно,  правда,
почему сам Иисус не может вылечить пострадавшего,  а должен обращаться
к помощи  Анании,  но  это,  конечно,  не единственное место в Библии,
вызывающее недоумение.
     Обращение Савла в христианство имеет,  по учению церкви, огромные
последствия для  всей  дальнейшей  истории.  Под   именем   Павла   он
становится наиболее  активным  из  апостолов  и играет потом важнейшую
роль в распространении христианства.  Он  проповедует  преимущественно
среди нееврейского населения ("язычников"),  за что получает прозвание
"апостола язычников".  Павел  основывает  большое   количество   новых
христианских общин   не   только  в  Иудее,  но  и  в  других  странах
Средиземноморья. В Деяниях  подробно  описываются  его  многочисленные
сухопутные и  морские  путешествия  по  разным  странам,  причем такую
быстроту передвижения в то время следовало бы считать,  вообще говоря,
невозможной, если не прибегнуть для объяснения ее к помощи чуда.
     Особенно важная  роль  приписывается  Павлу  в  формулировании  и
обосновании самого  христианского учения.  Некоторые богословы считают
даже, что Павел явился вторым после Иисуса  основателем  христианства.
Основывается это мнение на приписываемых ему посланиях. В Новом Завете
имеется специальный  раздел  Посланий  апостольских,   среди   которых
главное место занимают Послания Павла.
     *Послания апостолов* Всего в  Новом  Завете  содержится  двадцать
одно послание  -  каждое из них приписывается тому или иному апостолу.
Четырнадцать посланий церковь  считает  принадлежащими  Павлу.  Мы  не
будем пока  касаться вопроса,  действительно ли Павел был их автором и
существовал ли он как историческая личность.  Укажем только на то, что
даже историки,   весьма   положительно   относящиеся  к  христианству,
считают, что по  меньшей  мере  пять  из  Павловых  посланий  являются
подложными. Помимо   Посланий   Павла,  в  Новом  Завете  имеются  еще
послания, приписываемые Иакову, Петру, Иоанну, Иуде.
     Каждое из  посланий по форме является чем-то вроде инструктивного
письма, адресованного апостолом той или иной христианской  общине  или
отдельному ее  представителю.  Некоторые  из  них  напоминают  обычные
письма: начинаются с обращения,  кончаются  приветами,  пожеланиями  и
просьбами передать поклон кому-либо из знакомых.
     В посланиях христианство впервые  выступает  как  новая  религия,
порывающая свои связи с иудейством.
     В Послании  к  Римлянам  автор  говорит  о  иудейской  религии  в
довольно дружественном тоне,  но делает важный шаг в сторону признания
равноправия иудеев  и  язычников.  Иудейство  он   признает   истинной
религией, но  главное  усматривает  не  во внешних его признаках,  а в
вере. В Первом Послании к Коринфянам иудеи и язычники уже  уравнены  в
правах -  и те и другие оказываются стоящими на неправильных позициях:
"Иудеи требуют чудес,  и Еллины ищут мудрости, а мы проповедуем Христа
распятого"[Первое Послание к Коринфянам,  гл.I,  ст.22-23.].  А уже во
Втором Послании к Коринфянам прямо говорится  о  превосходстве  Нового
Завета над  Ветхим:  на  сердце  сынов  израилевых  при чтении Ветхого
Завета "лежит покрывало",  и это покрывало снимается только при чтении
Нового Завета, при "обращении к господу"[Второе Послание к Коринфянам,
гл.III, ст.14-16.].  Наибольшую ясность в  вопрос  о  взаимоотношениях
иудаизма и   христианства   вносит   Послание  к  Галатам,  где  автор
отчитывает "неразумных",  отпавших  снова  в  иудейство.  Христианство
оформляется таким  образом,  как  самостоятельная  религия и перестает
быть сектой или ответвлением иудейства,  перестает быть  религией  тех
евреев, которые считают, что мессия уже пришел и им был именно Иисус.
     В посланиях последовательно  выражена  рабская  идеология  полной
покорности эксплуататорским  порядкам.  Приведем  получившее  всеобщую
известность место из  Послания  к  Римлянам:  "Всякая  душа  да  будет
покорна высшим  властям,  ибо  нет власти не от бога;  существующие же
власти от бога  установлены.  Посему  противящийся  власти  противится
божию установлению.  А противящиеся сами навлекут на себя осуждение...
Ибо {начальник}  есть божий слуга, тебе на добро. Если же делаешь зло,
бойся,  ибо он не напрасно носит меч:  он божий  слуга,  отмститель  в
наказание  делающему злое.  И потому надобно повиноваться не только из
{страха}  наказания,  но и по совести"[Послание к  Римлянам,  гл.XIII,
ст.1-5.]. В евангелиях мы тоже находим подобные высказывания, но здесь
они выражены с особой категоричностью.
     Последнее место в Новом Завете занимает книга, и по содержанию, и
по форме  резко  отличающаяся  от  предшествующих  ей.  Это Откровение
Иоанна Богослова, или Апокалипсис.
     *Откровение Иоанна*  Содержание  этой  книги  весьма  запутанно и
бессвязно, но поддается  расшифровке  таким  образом,  что  вся  книга
оказывается, как  говорит Энгельс,  самой простой и ясной из всех книг
Нового Завета.
     Основной мотив  Апокалипсиса заключается в пророчестве о грядущем
в ближайшее время конце света  и  наступлении  сначала  антихриста,  а
потом - царства небесного на земле. Это пророчество излагается в форме
ряда фантастических видений, которые явились якобы автору Апокалипсиса
на острове  Патмос,  куда он был сослан за исповедование христианства.
Видения эти,  страшные и запутанные, наполнены таинственными символами
и загадочными образами, чередующимися непонятно и беспорядочно. Пророк
видит само  царство  небесное  с  восседающим   на   престоле   богом,
окруженным двадцатью  четырьмя старцами.  В мрачно фантастическом духе
описывается божье  окружение  -  семь  огненных  светильников,  четыре
чудовищных животных,  имеющих  по  шесть  крыльев  и  множество  очей,
которыми покрыто все их тело;  здесь же и  тьмы  тем  ангелов.  Кругом
непрестанный грохот  грома  и  вечный шум от непрерывного прославления
бога и его святости. Потом начинается описание самого действия.
     Главную роль  в  нем играет таинственная книга за семью печатями,
которую принимается раскрывать "агнец божий" с семью  рогами  и  семью
очами. Снятие   семи  печатей  сопровождается  знамениями,  каждое  из
которых имеет символический характер  и  представляет  собой  страшное
бедствие для  человечества.  Появляется всадник на белом коне - символ
Римской империи и гнета, который она несет всему миру; на рыжем коне -
символ войны; на черном коне - символ голода; на коне "бледном" символ
смерти; потом идут гонения за веру - землетрясение.
     После снятия  седьмой печати в Откровении описывается новая серия
фантастических сцен  с  огнем,  градом,  бурями,   кровью,   молниями,
землетрясениями и  трубными  звуками.  Падают  звезды и пылающие горы,
затмеваются солнце  и  луна,  под  звуки   трубы   "седьмого   ангела"
появляется величественная женщина - "жена,  облеченная в солнце",  она
рождает младенца Иисуса.  Тут же находится сатана с семью  головами  и
десятью рогами,  он поджидает,  когда родится младенец,  чтобы сожрать
его. Архангел Михаил во главе своей  армии  ангелов  выступает  против
сатаны и  после  ожесточенного сражения повергает его на землю.  Тогда
сатана обращает свои козни  против  людей,  он  действует  при  помощи
вышедшего из  моря  зверя,  также  с  семью головами и десятью рогами.
Этому зверю он отдает власть над землей,  и все люди ему  поклоняются.
Из земли  выходит  второй  зверь,  помогающий первому и,  в частности,
накладывающий каждому человеку  на  правую  руку  печать,  на  которой
изображено имя  зверя  или числовое начертание этого имени.  По поводу
этого числа  в  Апокалипсисе   многозначительно   изрекается:   "Здесь
мудрость. Кто   имеет  ум,  тот  сочти  число  зверя,  ибо  это  число
человеческое. Число его шестьсот шестьдесят  шесть"[Откровение  Иоанна
Богослова, гл.XIII, ст.18.].
     Наконец, среди нагромождения кошмаров начинает  просвечивать  луч
спасения. Появляется  зеленеющий островок и на нем идиллическая группа
праведников, спасенных от грехов мира.  Их сто сорок четыре  тысячи  -
счастливцев, живущих в мире и благоденствии.  Но это только мимолетная
прогулка фантазии  пророка  в  область  спокойствия.  Тут   же   опять
начинаются всякие   ужасы   -   дым,   смрад,   огонь,   кровь,  жабы,
землетрясения... Наконец,  наступает  суд  над  великою  блудницею   -
женщиной, сидящей на звере из бездны.  Апокалипсис поясняет,  что семь
голов зверя "суть семь гор,  на которых сидит жена", и семь царей, "из
которых пять пали, один есть, а другой еще не пришел, и, когда придет,
не долго ему быть.  И зверь, который был и которого нет, есть восьмой,
и из  числа  семи,  и  пойдет в погибель"[Откровение Иоанна Богослова,
гл.XVII, ст.9-11.].  Блудница осуждена и появляется  агнец,  на  бедре
которого написано,  что  он "царь царей и господь господствующих",  за
ним на белых конях следуют воинства небесные.  Зверь побежден и брошен
в огненное озеро, истреблено все его воинство, а сатана закован в цепи
сроком на тысячу лет.
     Начинается судилище,  и  наиболее  отборные  праведники в течение
этого тысячелетия царства живут в  царствии  небесном.  По  прошествии
тысячи лет  сатана  опять  освобождается,  снова  начинается  страшная
война, в которой участвуют Гог и Магог.  Кончается дело, как и следует
ожидать, победой  бога  и  его агнца,  который и сам - бог.  Наступает
последний и окончательный Страшный Суд.  Воскресают все умершие,  даже
море отдает  всех утопленников.  Приносят большие книги,  где записаны
все дела людские.  Впрочем, нужна только одна - Книга жизни, в которой
записаны имена   избранных  для  вечного  блаженства.  Остальные  люди
сбрасываются в огненное озеро на вечные мучения.
     Что можно  сказать  по поводу пересказанной выше серии пророчеств
Апокалипсиса? Прежде всего то, что они представляют собой безвкусное и
грубое нагромождение  ужасов.  Мы  изложили  так  подробно  содержание
Апокалипсиса только потому,  что среди верующих до сих пор  существует
представление о  нем как о книге,  которая мудро пророчествует чуть ли
не о сегодняшнем дне.  Никаких пророчеств, которые сбывались бы в наши
дни, Апокалипсис не содержит.
     Апокалипсис завершает  серию  ветхозаветных   пророческих   книг,
предсказывавших неизбежные страшные бедствия, за которыми якобы должно
последовать искупление  и  освобождение.  В  новозаветном  каноне   он
находится на  последнем месте,  как наиболее позднее произведение.  На
самом же деле по своему характеру он должен быть  отнесен  к  периоду,
когда христианство и иудейство представляли еще собой одно целое.

     3. ОТДЕЛЬНО О НЕКОТОРЫХ БИБЛЕЙСКИХ КНИГАХ

     Мы дали беглый обзор Ветхого и Нового Заветов,  причем попытались
проследить общую нить,  связывающую библейские книги.  Однако в библии
есть некоторые  книги,  которые  не  связаны  с  этой общей нитью,  не
понятно даже,  какое отношение они имеют к иудейской или  христианской
религиям.
     *Руфь и Есфирь* Первая из этих книг представляет собой  небольшую
повесть о  том,  как некая моавитянка Руфь,  оставшись вдовой,  сумела
женить на себе своего дальнего родственника, богатого старика Вооза. В
ней описывается, как Руфь сначала подбирала колосья на его поле, потом
ночью пришла и легла у него в ногах и как умиленный таким ее таким  ее
поведением Вооз  решил  осчастливить  ее,  взяв  в  жены.  Почему  эта
незамысловатая история  включена  в  канон  священных   книг,   понять
невозможно.
     Красивая еврейка Есфирь стала женой персидского царя Артаксеркса.
Ее поведением  руководил мудрый и добродетельный родственник Мардохей,
удочеривший ее.  Мардохей оказал несколько важных услуг царю, проведав
и донеся  ему  о  замышлявшихся  против  него  кознях.  Артаксеркс был
доволен как  Есфирью,  так  и  ее  приемным  отцом.  Но  это   вызвало
недовольство одного  из  главных  царедворцев Артаксеркса,  Амана.  Он
решил расправиться с Мардохеем и Есфирью и нашел путь, как добиться их
гибели: для  этого  он  уговорил  царя  Артаксеркса  отдать  приказ об
истреблении всех евреев в персидском государстве. Есфирь сумела спасти
еврейский народ  от грозившей ему лютой участи.  Она пригласила царя и
Амана к себе на пир и во время  пира  разоблачила  перед  Артаксерксом
злодеяния его царедворца.  Аман был повешен, а евреям было специальным
приказом царя разрешено убивать в персидском  государстве  всех,  кого
они сочтут нужным убить.
     Оба эти рассказа  не  имеют  ни  исторического,  ни  религиозного
значения. Это     просто     литературные    произведения,    продукты
художественной фантазии,   правда,   слегка   сдобренной   религиозной
фразеологией. Есть  и другие такие же произведения в Библии.  Особенно
любопытна в этом отношении книга, именуемая Песнью Песней.
     *Песнь Песней* Это очень яркая,  по-восточному цветистая любовная
поэма, весьма откровенно,  вплоть до почти неприличного натурализма  и
эротизма, воспевающая  роман  между Соломоном и Суламифью.  Влюбленные
ведут между собой такой разговор:  "О, ты прекрасна, возлюбленная моя,
ты прекрасна! Глаза твои голубиные. О, ты прекрасен, возлюбленный мой,
и любезен!  И ложе у нас - зелень"[Книга Песни Песней Соломона,  гл.I,
ст.14-15.]. Соломон  так изображает прелести своей любовницы:  "Волосы
твои - как стадо коз,  сходящих с горы Галаадской;  зубы  твои  -  как
стадо выстриженных  овец...  Как  лента алая - губы твои,  и уста твои
любезны; как половинки гранатового яблока - ланиты  твои  под  кудрями
твоими; шея  твоя  - как столп Давидов...  Два сосца твои - как двойни
молодой серны"[Там же,  гл.IV,  ст.1-5.]. Она не остается в долгу и не
менее образно    аттестует    своего    любовника    перед    "дщерьми
иерусалимскими"...
     Абсолютно ничего  религиозного  Песнь  Песней в себе не содержит.
Нельзя не  признать,  что,  несмотря  на  характерный  для  нее  налет
примитивной грубости и натуралистичности, эта поэма представляет собой
выдающееся художественное  произведение.  Но  ни  к  иудейской,  ни  к
христианской религиям она не имеет никакого отношения.
     Имеются в Библии и произведения довольно глубокой мысли,  но либо
не связанные   с   общей   библейской   религиозной  концепцией,  либо
противоречащие ей. Рассмотрим в этой связи такие две библейские книги,
как Екклесиаст и книга Иова.
     *Книга Екклесиаста,  или  Проповедника*  Екклесиаст  означает   в
переводе с   греческого   церковник,   член  церковной  общины.  Книга
является, таким образом, анонимной, хотя церковь и приписывает ее царю
Соломону.
     Основной мотив книги - рассуждения на тему о смысле жизни.  Автор
рассказывает, как  он искал этот смысл в различных формах деятельности
и различных жизненных благах,  как он в конце концов пришел к выводу о
том, что  жизнь  по  существу  бессмысленна.  "Суета  сует,  -  сказал
Екклесиаст, -  суета  сует,  -  все  суета!"[Книга  Екклесиаста,   или
Проповедника, гл.I,   ст.2.]   Такими   словами  начинается  книга,  а
дальнейшее изложение призвано обосновать этот пессимистический вывод.
     Автор сначала  усмотрел  смысл  жизни в приобретении знаний;  это
оказалось пустым "томлением  духа",  ибо  "во  многой  мудрости  много
печали; и  кто умножает познания,  умножает скорбь"[Книга Екклесиаста,
или Проповедника,  гл.I,  ст.18.]. Попытался он найти усладу в веселой
жизни, в  пьянстве,  "но  и  это  -  суета!"  Занялся стяжательством -
построил дома,  насадил виноградники и сады,  завел большое количество
слуг и  домочадцев,  домашних  певцов  и певиц,  собрал много серебра,
золота и драгоценностей, а потом оглянулся на дела рук своих и увидел,
что это  тоже  суета  и  томление  духа:  умрешь  -  и наследник будет
распоряжаться нажитым тобой добром; но неизвестно, мудрый он будет или
глупый. Да   и  сама  мудрость  не  имеет  никаких  преимуществ  перед
глупостью, ибо  "мудрый  умирает  наравне  с  глупым"[Там  же,  гл.II,
ст.16.].
     В книге утверждается,  что у человека нет никаких преимуществ  по
сравнению со   скотом;   здесь  слышится  мотив,  вообще  чуждый  всей
библейской идеологии,  с  точки  зрения  которой  человек  есть  венец
творения, а животные созданы для него. Люди, говорит Екклесиаст, "сами
по себе животные,  потому  что  участь  сынов  человеческих  и  участь
животных -  участь  одна;  как те умирают,  так умирают и эти,  и одно
дыхание у всех, и нет у человека преимущества перед скотом; потому что
все -  суета!  Все  идет в одно место;  все произошло из праха,  и все
возвратится в прах.  Кто знает:  дух сынов  человеческих  восходит  ли
вверх, и  дух  животных  сходит  ли  вниз,  в землю?"[Там же,  гл.III,
ст.18-21.]
     Все, на   что  только  падает  взор  Екклесиаста,  он  подвергает
беспощадному суду,  все  он  развенчивает  и  подводит  под  категорию
"суеты" и "томления духа". Ничего хорошего нет на свете, нет и хороших
людей. Среди мужчин еще можно найти одного из тысячи, а среди женщин и
этого нет. Вообще женщина - "горче смерти", "она - сеть, и сердце ее -
силки, руки ее - оковы"[Там  же,  гл.VII,  ст.26.].  Нет  на  свете  и
справедливости: "одна  участь  праведнику  и  нечестивому,  доброму  и
(злому), чистому и нечистому"[Там же, гл.IX, ст.2.]. Пытаться что-либо
изменить бесполезно,  потому  что  в  мире  нет и не может быть ничего
нового: "что было,  то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и
нет ничего  нового  под солнцем"[Книга Екклесиаста,  или Проповедника,
гл.I, ст.9.].  И единственный логичный вывод, который делается автором
из всех   этих   беспросветно-мрачных   рассуждений,   заключается   в
никчемности и ненужности жизни.  "И возненавидел  я,  -  пишет  он,  -
жизнь; потому  что  противны  стали  мне  дела,  которые  делаются под
солнцем; ибо все - суета и томление духа!"[Там же, гл.II, ст.17.]
     Ссылки на   бога,  на  его  мудрость  и  благость  у  Екклесиаста
механически пришиты к тексту,  не имеющему по существу  никаких  точек
соприкосновения с религией. Основной же дух книги - дух атеистического
философствования, противоречащий всему  содержанию  как  христианской,
так и иудейской религий.
     Разберем еще одну ветхозаветную книгу,  направленную, как и книга
Екклесиаста, в  сущности  против  иудейско-христианского  религиозного
учения.
     *Книга Иова*  Это  высокохудожественная   повесть   о   бедствиях
праведника   и  о  несправедливости  бога,  обрушившего  на  него  эти
бедствия.
     Честный и  богобоязненный  человек  по  имени  Иов был счастлив и
удачлив в жизни.  У него было крепкое здоровье,  много хороших  детей,
много скота и всякого имущества.  Но однажды бог поспорил с сатаной по
поводу Иова:  будет ли он так  же  богобоязнен,  если  отнять  у  него
благополучие. Бог  предоставил  сатане возможность делать с Иовом все,
что он захочет,  только не отнимать у него жизнь.  И сатана начал свои
опыты.
     Он лишил Иова всех его стад и прочего имущества, он умертвил всех
его детей. Иов не поколебался в своей вере. Когда бог похвалился перед
сатаной верностью Иова, тот предложил лишить Иова здоровья, на что бог
ответил сатане:  "вот, он в руке твоей, только душу его сбереги"[Книга
Иова,  гл.II,  ст.6.].  Тогда  сатана  поразил Иова проказой "лютою от
подошвы ноги его по самое темя его"[Там же, ст.7.]. Иов взял черепицу,
"чтобы скоблить себя ею", и сел на кучу пепла вне селения. Отчаявшаяся
жена его дошла до того,  что посоветовала мужу: "похули бога, и умри".
Но Иов остался непреклонным в своей верности терзающему его богу.
     И все  же  постепенно  червь  сомнения разъедал его душу.  Пришли
проведать его трое  друзей.  Вид  Иова  произвел  на  них  потрясающее
впечатление, "они не узнали его; и возвысили голос свой, и зарыдали; и
разодрал каждый верхнюю одежду  свою,  и  бросали  пыль  над  головами
своими к небу. И сидели с ним на земле семь дней и семь ночей; и никто
не говорил  ему  ни  слова,  ибо  видели,  что  страдание  его  весьма
велико"[Книга Иова,  гл.II, ст.12-13.]. Потом заговорил Иов "и проклял
день свой".  Начался долгий спор  между  Иовом  и  пришедшими  к  нему
друзьями. Темой  спора  явился вопрос о том,  справедливо ли поступает
бог, обрушивая на невинного человека всевозможные страдания, правильно
ли вообще устроены в мире.
     Спор оказывается   чрезвычайно   поучительным.   Иов    выдвигает
неопровержимые претензии  к  богу,  а  ответы  его собеседников весьма
неубедительны. Вспоминая прожитую им жизнь,  Иов не находит в  ней  ни
одного преступления или греха,  за которое заслуживал бы наказания.  В
чем же смысл, спрашивает он, тех ударов, которые посылались на него от
бога? А если бы,  рассуждает он, я даже согрешил в чем-нибудь, неужели
меня следует так жестоко наказывать? "Если я согрешил, то что я сделаю
тебе, страж человеков!.. И зачем бы не простить мне греха и не снять с
меня беззакония моего?"[Книга Иова,  гл.VII,  ст.20-21.] Иов  признает
свою ничтожность  перед всемогуществом бога,  но именно это заставляет
его протестовать против божьего произвола.  Почему ты, спрашивает он у
бога, всемогущий и неприступный,  ополчился против меня, бессильного и
жалкого; "не  сорванный  ли  листок  ты  сокрушаешь,  и  не  сухую  ли
соломинку преследуешь?"[Там же,  гл.XIII, ст.25.] Не может быть и речи
о борьбе Иова с богом,  и страдалец  это  прекрасно  понимает,  но  он
понимает зато  и  свою  моральною  правоту  в  тяжбе  с безжалостной и
непонятной слепой  силой,  воплощенной  в  боге.  Где  справедливость,
спрашивает он   у   владыки   вселенной.  "Почему  беззаконные  живут,
достигают старости,  да и силами крепки?  Дети их с ними  перед  лицем
их..."
     И дальше  Иов  рисует  подробную  картину   благополучной   жизни
грешников и  "беззаконников".  Больше того,  он по существу требует от
бога ответа на  вопрос  о  причинах  социального  зла.  Он  говорит  о
господствующей в обществе несправедливости: "Межи передвигают, угоняют
стада, и пасут {у себя}.  У сирот уводят осла,  у вдовы берут в  залог
вола. Бедных  сталкивают  с  дороги,  все уничиженные земли принуждены
скрываться. Вот они, {как} дикие ослы в пустыне, выходят на дело свое,
вставая рано на добычу; степь {дает} хлеб для них и для детей их. Жнут
они на поле не своем,  и собирают виноград у нечестивца;  нагие ночуют
без покрова,  и без одеяния на стуже;  мокнут от горных дождей,  и, не
имея убежища,  жмутся к скале.  Отторгают от сосцов сироту, и с нищего
берут залог;  заставляют ходить ногами, без одеяния, и голодных кормят
колосьями; между стенами выжимают масло оливковое, топчут в точилах, и
жаждут. В  городе  люди  стонут,  и  душа  убиваемых вопиет,  и бог не
воспрещает того"[Книга Иова, гл.XXIV, ст.2-12.].
     Благочестивые собеседники   Иова   произносят   длинные   речи  в
опровержение его  разоблачений.  Но  какие  это  жалкие  опровержения!
Собеседники взывают   к   набожности   Иова,   они  расписывают  божие
могущество, еще и еще раз повторяя,  что тот,  если захочет, может все
сделать. Но  Иову  этого  доказывать  не  нужно.  Он  уверен  в божием
могуществе, он требует ответа именно на вопрос о том,  почему  бог  не
применяет это  могущество  в  интересах справедливости.  И убедительно
звучат его  слова:  "Слышал  я  много  такого;  жалкие  утешители  все
вы!"[Там же,  гл.XVI,  ст.2.].  Он  требует  от  них  прямого  ответа:
"Укажите, в  чем  я  погрешил...  Пересмотрите,  есть   ли   неправда?
пересмотрите, - правда моя"[Там же, гл.VI, ст.24, 29.]. Но собеседники
"перестали отвечать Иову, потому что он был прав в глазах своих".
     Спасти положение   берется   новый   спорщик,  неизвестно  откуда
взявшийся и молчавший до сих пор. Он обрушивается на старых оппонентов
Иова за  то,  что они не сумели ответить ему,  и на самого Иова за его
богохульство. Но по существу и новый адвокат не может  сказать  ничего
убедительного. В  конце  концов автор книги предоставляет слово самому
богу. Бог "из бури" произносит длинную речь,  обращенную к Иову.  Надо
сказать, что  речь  бога производит не более убедительное впечатление,
чем речи его земных защитников. Основной смысл речи бога заключается в
том, что ты,  мол,  Иов, ничтожен и бессилен передо мной, богом; ты не
можешь сделать того,  что могу сделать я,  бог.  Но Иов и  не  пытался
утверждать, что  он  так  же силен,  как бог.  Наоборот,  он все время
твердит, что  сила  бога  безмерна,  но  неправильно  и  несправедливо
употребляется им,  так  что  в сущности восхвалением своей силы бог не
отвечает Иову,  а только запугивает его.  Иову  ничего  другого  и  не
остается, как  "замять  вопрос",  им  поднятый,  и смиренно покаяться.
"Вот, - говорит он,  - я ничтожен;  что буду я отвечать тебе? Руку мою
полагаю на уста мои"[Книга Иова,  гл.XXXIX, ст.34.]; "знаю, что ты все
можешь, и что намерение твое не может быть остановлено...  отрекаюсь и
раскаиваюсь в прахе и пепле"[Там же,  гл.XLII,  ст.2, 6.]. И в награду
за покаяние бог возвращает Иову его прежнее благополучие.
     От книги   остается   впечатление   полной  правоты  Иова  в  его
выступлениях против  бога  и  полной  несостоятельности  всех  попыток
оправдать зло на земле. Любопытно, что бог остается недоволен тем, как
его защищали собеседники Иова,  он говорит одному из них:  "горит гнев
мой на тебя и на двух друзей твоих за то, что вы говорили о мне не так
верно, как  раб  мой  Иов"[Там  же,  ст.7.].  Таким   образом,   автор
вкладывает в уста бога неожиданное признание правоты Иова. Это наводит
на мысль о полном сочувствии самого  автора  Иову  в  его  богохульных
речах и мыслях.
     Таким образом,  в Библии есть  целые  книги,  которые  по  своему
содержанию не являются религиозными. Есть в библейских произведениях в
общем религиозного характера значительные по размерам отдельные куски,
которые выглядят,  как  "вставные  номера",  не  связанные с остальным
текстом и чуждые  религиозного  духа.  Некоторые  из  них  могут  быть
выделены как отдельные новеллы.  Таков,  например,  рассказ о богатыре
Самсоне[См. книгу  Судей  Израилевых,  гл.XIII-XVI.].   Приведем   его
содержание.
     *Новелла о Самсоне* Когда богатырь Самсон вырос,  он  влюбился  в
филистимскую девушку и захотел на ней жениться.  Родители уступили его
настояниям и пошли вместе с ним свататься.  По дороге  на  него  напал
молодой лев,  и Самсон растерзал его голыми руками. На брачном пире он
загадал загадку тридцати "брачным друзьям", - они должны были отгадать
ее в  течение  семи дней пира.  Это не удалось бы им,  если бы молодая
жена Самсона не совершила предательства:  она выпытала у мужа разгадку
и передала  им  ее.  Так как Самсон должен был по условию заплатить за
разгадку тридцать перемен платья,  то "пошел он в Аскалон, и, убив там
тридцать человек,  снял  с  них одежды,  и отдал перемены {платья}  их
разгадавшим загадку".
     Но с женой-предательницей богатырь не примирился и ушел от нее, а
она вышла замуж за другого.  Все же  через  несколько  дней  он  опять
пришел, но  его не допустили к ней и предложили в жены младшую сестру.
Самсон рассердился и  отомстил  филистимлянам:  поймал  триста  лисиц,
привязал к их хвостам горящие факелы и пустил их на жатвы филистимлян.
Когда урожай был таким образом сожжен,  филистимляне отомстили за свой
ущерб не  Самсону,  но  его  жене  и ее отцу,  которые были косвенными
виновниками гибели урожая;  они  убили  их.  Самсон  продолжал  мстить
филистимлянам. Завязалась длительная борьба,  в течение которой Самсон
совершает ряд  неслыханных  подвигов,  в  частности  убивает   ослиной
челюстью тысячу врагов.  Его выбирают в судьи израильские,  и двадцать
лет Самсон исполняет эту должность,  пока,  наконец, любовь к женщинам
не приводит его к гибели.
     Роковой оказалась любовь Самсона к  некоей  Далиде.  Филистимляне
подкупили эту  женщину,  чтобы  она  выведала  у  Самсона  секрет  его
необычайной силы.  Несколько раз Самсон  обманывал  ее,  давая  ложные
объяснения, пока, наконец ей не удалось выманить у него действительный
секрет: сила Самсона заключается в  его  длинных  волосах.  И  однажды
"усыпила его (Далида) на коленях своих",  сонного остригла и  призвала
филистимлян,  которые связали Самсона,  пока он еще спал.  Остриженный
богатырь не мог оказать серьезного сопротивления,  филистимляне  взяли
его  в  плен  и  ослепили,  после  чего заставляли выполнять тяжелую и
унизительную работу "в доме узников".
     Заключительный эпизод   жизни   Самсона   описывается    довольно
драматично. Филистимляне  привели  его  в храм на праздник своего бога
Дагона и заставили "забавлять их". Но у него к этому времени уже стали
отрастать волосы  и  прибавляться  сила.  Он  решил погибнуть сам,  но
уничтожить при  этом  возможно  большее  количество   врагов.   Слепой
богатырь попросил своего поводыря подвести его к столбам,  подпирающим
все сооружение...  "И сдвинул Самсон с места два средних  столба...  И
сказал Самсон:  умри,  душа  моя,  с  филистимлянами!  И уперся {всею}
силою, и обрушился дом на владельцев и на весь народ,  бывший в нем. И
было умерших,  которых  умертвил  (Самсон)  при  смерти своей,  более,
нежели сколько умертвил он  в  жизни  своей"[Книга  Судей  Израилевых,
гл.XVI, ст.29-30.].
     Подобных легенд много в мифологии  всех  народов  мира.  Сказания
древних греков о Геракле не только не уступают легенде о Самсоне, а по
богатству фантазии  превосходят  ее.  Но  иудейские   и   христианские
церковники претендуют  на  то,  что  Библия  содержит в себе священную
и непререкаемую истину. А откуда известно, что эта "истина" содержится
в легенде  о  Самсоне,  а  не  в легенде о Геракле или в сотнях других
легенд других  народов  и  времен?  К   тому   же   что,   собственно,
поучительного для   иудейской  или  христианской  религии  может  быть
извлечено из таких "священных" текстов, как легенда о Самсоне?
     Мы подошли к концу нашего общего обзора содержания Библии.
     *О чем свидетельствует общий обзор библейских  книг*  Помимо  тех
библейских книг,  которые  мы  разобрали,  в Ветхом Завете имеется еще
несколько книг,  не упоминавшихся нами.  Это Псалтирь,  книга  Притчей
Соломоновых, книга  Плача  Иеремии  и несколько книг "малых пророков",
как Иоиль,  Авдий,  Иона,  Аввакум и др.  Псалтирь представляет  собой
сборник молитвенных  песнопений и гимнов.  В Притчах Соломоновых много
раз повторяются одни и те  же  нравоучения  относительно  того,  чтобы
дорожить мудростью,  бояться  бога,  довольствоваться своей женой и не
искать других и т.д.  В книге Ионы привлекает внимание довольно широко
известная легенда о том, как этот пророк во время морского путешествия
был проглочен китом и как бог приказал киту выплюнуть  Иону  на  сушу,
что тот и сделал.
     В общем свод библейских книг,  вместе взятых,  представляет собой
весьма пеструю  картину  большого  разнообразия  литературных  форм  и
жанров: историческая хроника,  своего  рода  кодекс  законов,  бытовая
повесть, новелла,   огромное   количество   отдельных   мифов,   поэма
лирическая или   нравоучительная,   лирическое   или   нравоучительное
стихотворение, песня  похоронная,  победная  или  походная,  хвалебный
гимн, наконец,  сатира.  В подавляющем  большинстве  случаев  все  эти
литературные формы   насыщены   в   Библии   религиозным  содержанием.
Подчеркиваем - в подавляющем большинстве случаев, ибо, как мы уже выше
показали, в  Библии  есть  целые  произведения,  в которых религиозное
мировоззрение по существу не чувствуется,  а ссылки на  бога  выглядят
каким-то внешним и формальным привеском.
     К тому же и сама  религиозная  идеология,  пронизывающая  Библию,
отнюдь не  едина.  В различных библейских произведениях обнаруживаются
следы самых многообразных  форм  и  видов  религиозных  верований.  Ни
иудейская ни   христианская  религии  не  могут  целиком  принять  все
содержание Библии как оно есть,  от книги Бытия до  Откровения  Иоанна
Богослова. Многие  места  Библии  должны подвергаться богословами этих
религий самым  хитроумным  истолкованиям,   чтобы   каким-то   образом
сохранить видимость   их  соответствия  христианскому  или  иудейскому
вероучению. Это  происходит  потому,  что  на  самом  деле  в   Библии
содержится большое  количество  следов не только дохристианских,  но и
доиудейских религий,  вплоть до самых первобытных,  самых  примитивных
культов. В  ней  можно  найти обоснование любого религиозного культа и
вероучения, начиная  с  первобытной   магии   и   кончая   абстрактным
философско-идеалистическим учением о боге-слове ("логосе").
     Разнообразие форм    и    содержания,   наблюдаемое   в   Библии,
свидетельствует о том,  что это  не  единое  произведение,  насыщенное
одним   "божественным   духом,   а  совокупность  большого  количества
отдельных произведений, создававшихся разными людьми, притом не в одно
время,  а  на  протяжении  огромного исторического периода.  В течение
этого времени менялись условия общественного  бытия  людей.  В  Библии
отразились  условия  жизни людей разных эпох и даже разных народов,  -
как материальные условия,  так и идеология,  в  частности  религиозные
верования. Менялись условия жизни, менялись соответственно и верования
людей,  непрестанно  появлялись  новые  напластования  в   религиозной
идеологии,  которые  оседали в произведениях,  вошедших впоследствии в
библейский  канон.  Как  это  происходило  в  конкретной  исторической
действительности, мы рассмотрим в главе, посвященной истории Библии.
     Прежде чем  заняться освещением самой истории Библии,  мы считаем
целесообразным ознакомить  читателя  с   тем,   каким   образом   была
исследована эта  история,  иначе сказать,  с основными моментами самой
истории научного исследования библейских книг.

     ГЛАВА ВТОРАЯ

     ИЗ ИСТОРИИ НАУЧНОГО ИССЛЕДОВАНИЯ БИБЛЕЙСКИХ КНИГ

     1. БИБЛЕЙСКАЯ КРИТИКА КАК НАУЧНАЯ ДИСЦИПЛИНА

     Как христианская,  так и иудейская религии  учат  тому,  что  все
библейские книги являются "богодухновенными" произведениями,  т.е. что
их содержание внушено богом некоторым людям,  которые и записали  его.
Кто же были эти люди?
     Для большинства библейских книг  церковь  указывает  определенных
авторов. Пятикнижие она приписывает Моисею,  указывая при этом,  когда
он якобы жил - XV век до н.э.  Книгу Иисуса Навина написал  якобы  сам
Иисус Навин, занявший после смерти Моисея пост вождя евреев. Остальные
книги Ветхого Завета также приписываются  различным  ветхозаветным  же
персонажам, причем  если  книга  названа  чьим-либо  именем,  то  он и
считается ее автором. Так, все книги пророков считаются принадлежащими
соответствующим пророкам: книга Исаии - Исаие, Иезекииля - Иезекиилю и
т.д. Что касается Нового Завета,  то церковь утверждает, что евангелия
написаны четырьмя  евангелистами:  Матфеем,  Марком,  Лукой и Иоанном;
Деяния - евангелистом Лукой,  послания - теми лицами,  именем  которых
они названы;  и,  наконец, Апокалипсис приписывается Иоанну Богослову.
Однако по существу,  с религиозной точки зрения, этот вопрос не должен
иметь абсолютно никакого значения, ибо автор Библии - один, это - бог,
а люди, которые производили соответствующие записи, играли только роль
переписчиков. Потому библейские книги и считаются "священными", потому
в них и не должно быть ни ошибок, ни противоречий.
     Что касается   времени   написания   библейских   книг,   то   по
религиозному учению основные из них писались в том  порядке,  в  каком
они расположены  в  библейском каноне.  Сначала будто бы были написаны
Моисеем все книги Пятикнижия,  потом на протяжении нескольких столетий
писались остальные    книги   Ветхого   Завета,   причем   подавляющее
большинство их было якобы написано до вавилонского плена. Евангелия же
и остальные   книги   Нового   Завета   были   написаны,  как  считает
христианская церковь, в середине I века н.э.
     Эта схема происхождения библейских книг уже давно начала вызывать
сомнения у многих,  даже верующих людей, пытавшихся подойти к Библии с
точки зрения здравого смысла. В отношении Моисея как автора Пятикнижия
некий персидский еврей Хиви Габалки еще  в  IX  веке  н.э.  высказался
весьма скептически;  он указывал,  в частности,  на то, что в одной из
этих книг описана смерть Моисея;  не мог же человек рассказывать,  как
он   умирал   и   как  его  хоронили!  Через  двести  лет  после  Хиви
исследованием Ветхого Завета занимался еврейский писатель  и  богослов
Ибн-Эзра (XI век).  Он оставил после себя очень туманные высказывания,
которые не были  поняты  его  современниками.  Лишь  в  XVII  веке  их
расшифровал    знаменитый   голландский   философ   Бенедикт   Спиноза
(1632-1677),  который  вообще  положил  начало  научному  исследованию
Библии.  Существует научная дисциплина,  которая специально занимается
исследованием  Библии;  она   носит   название   библейской   критики.
Библейская  критика  означает  всесторонний разбор библейского текста;
при этом делается особый упор на исследование  истории  этого  текста.
Библейской  критикой  занимаются  не только неверующие,  но и верующие
люди,  в том числе и  богословы  как  иудейской,  так  и  христианской
религий.  Особенно  большую  роль в истории библейской критики сыграли
богословы   протестантского   вероисповедания.   Много   сделали   для
библейской критики философы, историки, специалисты по древним языкам -
семитским, древнегреческому, латинскому.
     Научное исследование   Библии   велось   различными   группами  и
направлениями ученых  с  разных  позиций.  Одни  ученые  исходили   из
стремления раскрыть   действительную   историческую   истину,   другие
руководствовались желанием  "спасти"  из   Библии   то,   что   можно,
пожертвовав наиболее  очевидными несообразностями.  Большое влияние на
ход исследований оказывала  идеологическая  борьба  между  защитниками
интересов разных  классовых группировок,  между представителями разных
мировоззрений. Например, буржуазные ученые последовательно выступали с
научных позиций  в  критике  Библии  в то время,  когда буржуазия была
заинтересована в  преодолении  феодальной   церковной   идеологии.   В
настоящее же   время   буржуазная   библейская   критика   все  больше
скатывается на антинаучные позиции,  стремясь приукрасить Библию и  ее
историю. Что же касается церковников,  то они, в особенности католики,
занимаются фальсификацией  истории  Библии.  В   Ватикане   существует
специальный так  называемый  Библейский  институт,  формальной задачей
которого является "научное" исследование  Библии.  На  самом  деле  он
занимается не чем иным, как фальсификацией науки о Библии.
     Библейская критика  изучает  главным  образом   историю   Библии,
являясь, таким образом,  в основном наукой исторической.  Вместе с тем
критика Библии может  вестись  и  по  другим  направлениям.  Например,
французские материалисты   и   просветители   XVIII   века  показывали
несостоятельность библейских сказаний с точки зрения здравого смысла и
логики. В данной главе мы сосредоточим внимание только на исторической
критике, т.е.  на раскрытии  истории  библейских  книг  и  библейского
текста.
     Попытки критического  анализа  Библии   предпринимались   еще   в
древности, систематическое  же  научное исследование ее началось около
трехсот лет тому назад.  В этой небольшой по размеру главе мы не можем
подробно осветить   всю   историю   библейской   критики,  поэтому  мы
остановимся только на некоторых важнейших ее моментах.  Мы  рассмотрим
работы некоторых   классиков   библейской  критики  -  тех  крупнейших
представителей этой  научной   дисциплины,   которые   оказали   особо
серьезное положительное  влияние  на всю историю научного исследования
библейских текстов.

     2. ИССЛЕДОВАНИЕ ВЕТХОГО ЗАВЕТА

     *Бенедикт Спиноза* Впервые систематический и обстоятельный разбор
ряда библейских  книг  с целью выяснения их происхождения мы находим у
великого философа-материалиста XVII  века  Бенедикта  Спинозы,  в  его
книге "Богословско-политический трактат", вышедшей в 1670 г.
     Спиноза натолкнулся на одно очень туманное высказывание  Ибн-Эзры
в его комментариях к Второзаконию:  "За Иорданом и проч.,  лишь только
уразумеешь тайну  двенадцати  -  и  Моисей  написал  также  закон.   И
ханаанеин тогда  был  на земле;  на горе божией будет открыто;  потому
также вот постель его - постель железная;  тогда узнаешь  истину".  На
первый взгляд  кажется,  что здесь какая-то бессмыслица,  пустой набор
слов. Но ведь Ибн-Эзра  сулил  истину  тому,  кто  разгадает  загадку!
Спиноза хотел  найти истину и дал свое решение этой загадки.  Разберем
его и посмотрим, в какой мере оно правдоподобно.
     1. "За  Иорданом..."  Второзаконие начинается словами о том,  что
Моисей говорил "всем  израильтянам  за  Иорданом"[Второзаконие,  гл.I,
ст.1.]. Имеется,  конечно,  в  виду  восточный берег Иордана,  тот,  с
которого израильтяне пришли и с  которого  переправились  на  западный
берег, в Ханаан, а не внутренний, ханаанский берег, так как Моисей, по
Библии, не переходил Иордана,  а умер на его восточном берегу. Но если
написано, что Моисей говорил "за Иорданом", значит, сам писавший в это
время находился по  эту  сторону  Иордана,  на  западном  его  берегу.
Значит,  рассуждал Спиноза, Моисей никак не мог написать Второзаконие.
Вот почему Ибн-Эзра многозначительно указывает на слова "за Иорданом".
     2. "Тайна двенадцати..."  Эту  тайну  Спиноза  толкует  следующим
образом. В Библии несколько раз говориться, что весь закон Моисеев был
написан  по  окружности  алтаря,  а  алтарь этот состоял,  как принято
считать в раввинской литературе,  из двенадцати камней. Много ли можно
написать,  вернее начертать,  выбить,  на двенадцати камнях? Во всяком
случае текст пяти библейских книг, которые считаются Моисеевыми, никак
не  уместиться  на  этих  двенадцати  камнях.  Следовательно,  говорит
Спиноза, Моисеев закон был несравненно меньше, чем Пятикнижие. Значит,
Пятикнижие в целом не должно приписываться Моисею.
     3. "И  написал Моисей закон..." Это слова из Второзакония[Там же,
гл.XXXI, ст.9.].  Зачем бы стал Моисей писать о себе в  третьем  лице?
Казалось бы,  он должен был сказать о себе: "я написал закон!" Значит,
не он писал эти слова, а кто-то другой.
     4. "Ханаанеин  тогда  был  на земле..." Эти слова из первой книги
Пятикнижия, из книги Бытия[Бытие,  гл.XII,  ст.6.].  Если сказано, что
{тогда был}  ханаанеин  в  этой стране,  значит,  имеется в виду,  что
теперь его там нет.  А ханаанеи были изгнаны из своей страны  евреями,
как говорится в Библии, после смерти Моисея. Следовательно, рассуждает
Спиноза, эти слова были написаны не Моисеем,  а кем-то другим и  после
смерти Моисея,  когда "ханаанеина" в Ханаане уже не было. Значит, даже
книга Бытия не может вся приписываться Моисею.
     5. "Гора  божия..."  Это  тоже  из  книги Бытия[Там же,  гл.XXII,
ст.14.]. Речь идет  о  горе  Мория.  Но  название  божией  гора  Мория
получила только после того,  как было решено построить на ней храм,  а
это было сделано,  как рассказывается  в  Библии,  много  позже  после
смерти Моисея.  Значит,  Моисей  не мог называть ее божией и это место
книги Бытия тоже написано не Моисеем.
     6. "Постель   его   -   постель   железная..."   Это   из   книги
Второзакония[Второзаконие, гл.III, ст.11.], в которой рассказывается о
том, как евреи, предводительствуемые Моисеем, победили царя Васанского
Ога. После рассказа об этом событии  следует  ссылка  на  "одр",  т.е.
кровать побежденного царя:  "вот,  одр его,  одр железный,  и теперь в
Равве, у сынов Аммоновых"[Там же].
     Спиноза указывает   на  то,  что  так  можно  говорить  только  о
событиях, происходивших давно.  В подтверждение он  еще  ссылается  на
другую библейскую  книгу - II книгу Самуила (в русских изданиях Библии
книги Смауила называются I и II книгами Царств).  Там  рассказывается,
что царь  Давид  взял  с  боем  город  Рабат  (Равва),  принадлежавший
аммонитянам. Найти одр царя Ога евреи могли в  Рабате  (Равве)  только
после завоевания этого города.  Значит, ссылка Второзакония на то, что
{одр} находится в Рабате (Равве),  может  относиться  не  ко  временам
Моисея, а к значительно более поздним временам царя Давида. Значит, не
Моисеем написано и это место Пятикнижия.
     Так разгадал Спиноза загадочное место у Ибн-Эзры.  Надо признать,
что это  сделано  им  достаточно  логично.  В  одном  пункте,  правда,
содержится ошибка.  Когда  Спиноза  говорит  о горе Мория,  он,  как и
Ибн-Эзра, неправильно толкует библейский текст:  в Библии говорится не
"на горе  божией",  а  "на  горе бог является".  Но поскольку Ибн-Эзра
переводил это место так же неправильно, как и Спиноза, то ошибка здесь
роли не играет.  Очевидно,  Спиноза правильно разгадал мысль Ибн-Эзры:
она заключается  в  том,  что   {не   Моисею   принадлежит   авторство
Пятикнижия.}
     Почему же Ибн-Эзра прямо не сказал этого,  а облек свою  мысль  в
форму темной  и  причудливой  загадки?  Он  боялся обвинений в ереси и
преследований со  стороны  раввинов.  Так  объясняет  дело  Спиноза  и
добавляет к  этому,  что  сам он не побоится открыто высказать истину.
Спиноза убежден в  том,  что  Пятикнижие  написано  не  Моисеем.  И  в
доказательство этого   он  дополняет  соображения  Ибн-Эзры  по  этому
вопросу рядом своих собственных доказательств.
     Много раз  в  Пятикнижии  говорится о Моисее в третьем лице:  бог
говорил с Моисеем,  Моисей вышел к народу,  Моисей сделал то-то и т.д.
Может быть,  это  просто  условная  манера  изложения?  Может быть,  в
древнееврейской литературе вообще была  принята  такая  форма  письма?
Есть ведь и теперь некоторые литературные условности,  например, автор
нередко говорит о себе "мы считаем" или "мы писали об этом" вместо  "я
считаю", "я  писал"...  Но  в  других местах того же Пятикнижия Моисей
говорит о себе в первом лице!  Например,  во II главе Второзакония  мы
находим несколько  таких  фраз:  "И  сказал  мне  господь".  Эти слова
содержатся в ст.2,9,17. Значит, не было такого правила или обыкновения
писать о себе в третьем лице.  Поэтому можно заключить, что написанное
о Моисее в третьем лице принадлежит не ему, а кому-то другому.
     Больше того,  подчеркивает  Спиноза,  Моисею  даются в Пятикнижии
такие характеристики,  которых он сам себе не мог давать.  Например, в
книге Числ говорится:  "Моисей же был человек кротчайший из всех людей
на земле"[Числа,  гл.XII, ст.3.]. Во Второзаконии сказано, что "Моисей
человек божий"[Второзаконие,  гл.XXXIII, ст.1.] и что "не было более у
Израиля пророка такого,  как Моисей"[Там же, гл.XXXIV, ст.10.]. Трудно
представить себе, чтобы человек сам так расхваливал себя.
     Некоторые местности  именуются  в  Пятикнижии  не  теми  именами,
которые они  носили  во времена Моисея,  а теми,  которые они получили
значительно позднее.  Например,  в  книге  Бытия[См.  Бытие,   гл.XIV,
ст.14.] говорится  о том,  что Авраам преследовал врагов до Дана.  А в
книге Судей мы находим упоминание о городе Дане в такой связи: одно из
"колен Израилевых",  а  именно  Даново,  устроило  набег на город Лаис
"против народа спокойного и беспечного", перебило население, разрушило
город. "И  построили {снова}  город и поселились в нем.  И нарекли имя
городу: Дан,  по  имени  отца  своего  Дана"[Книга  Судей  Израилевых,
гл.XVIII, ст.27-29.].  Это рассказывается о событиях,  которые были не
только после  смерти  Моисея,  но  и  значительно  позже  смерти   его
преемника Иисуса Навина.  Мог ли Моисей в книге Бытия писать о городе,
который был построен через столетия после его смерти?!
     Много и других доводов привел Спиноза в доказательство того,  что
Пятикнижие написано не Моисеем.  Мы не будем все их излагать.  Если же
читателя заинтересует    этот    вопрос,   он   может   обратиться   к
"Богословско-политическому трактату".    Укажем    только    на     то
обстоятельство, отмеченное   Спинозой,   что   в  Пятикнижии  подробно
описывается смерть Моисея.  Мы приведем  это  описание:  "И  умер  там
Моисей, раб  господень,  в  земле  Моавитской,  по  слову господню.  И
погребен на долине в земле Моавитской против Беф-Фегора,  и  никто  не
знает {места}  погребения  его  даже  до  сего  дня.  Моисею  было сто
двадцать лет,  когда он умер; но зрение его не притупилось, и крепость
в нем  не  истощилась.  И оплакивали Моисея сыны израилевы на равнинах
Моавтиских (у Иордана близ Иерихона) тридцать дней. И прошли дни плача
и сетования о Моисее"[Второзаконие,  гл.XXXIV,  ст.5-8.]. Как же может
человек так описывать свою собственную смерть и  те  события,  которые
после нее происходили?
     Общий вывод  Спиноза  делает  такой:  "...Из  всего  этого  яснее
дневного света  видно,  что  Пятикнижие  было написано не Моисеем,  но
другим, кто жил  много  веков  спустя  после  него"[Бенедикт  Спиноза,
Избранные произведения,  т.II, Госполитиздат, М. 1957, стр. 130-131.].
Историческое существование Моисея как личности Спиноза не отрицал.  Он
считал, что  Моисей  действительно  когда-то  жил,  руководил древними
евреями и даже написал какие-то книги.  Но это были,  полагал Спиноза,
не те книги, которые составили Пятикнижие, а какие-то другие. Часть их
текста, видимо,  не дошла до  нас,  а  некоторые  отрывки  могли  быть
включены в  Пятикнижие.  Но  в целом считать автором Пятикнижия Моисея
Спиноза решительно отказывался.
     Так кто  же этот автор?  И был ли он один или Пятикнижие является
коллективным произведением?  На этот вопрос Спиноза также пытался дать
обоснованный ответ,  соответствующий историческим фактам и требованиям
здравого размышления.
     Рассматривая ряд книг Ветхого Завета, следующих после Пятикнижия,
Спиноза заметил,  что у них много общего с Пятикнижием.  Прежде  всего
они все  написаны не теми людьми,  которым приписывается их авторство.
Не Иисус Навин был автором книги Иисуса Навина,  не  сами  судьи  были
авторами книги  Судей  Израилевых,  не  пророк  Самуил  написал книгу,
которая называется его именем. Чем это можно доказать?
     В книге Иисуса Навина рассказывается о его смерти и о последующих
событиях. Но сообщать о том,  как евреи похоронили его,  как после его
смерти они  почитали  бога  Яхве,  только  пока  были живы старейшины,
знавшие Иисуса,  сам Иисус,  конечно,  не мог.  В  книге  Судей  часто
упоминается, что в те времена,  о которых там говорится,  у евреев еще
не было царей.  Очевидно,  это писали тогда,  когда цари у евреев  уже
были. Между  тем  эпоха царей была в истории еврейского народа {после}
эпохи судей.  Значит,  книга Судей была написана  не  судьями.  То  же
относится и к книге Самуила,  и к подавляющему большинству других книг
Ветхого Завета.
     Для решения  вопроса  о  том,  кто был действительным автором или
авторами основных  книг   Ветхого   Завета,   Спиноза   считал   очень
существенным следующее наблюдение:  во всех книгах Пятикнижия, а также
в книгах Иисуса Навина,  Судей,  Руфи,  Самуила  (в  русских  изданиях
Библии книги  Самуила  называются  I  и  II книгами Царств) и Царей (в
русских изданиях - III и IV  книги  Царств)  чувствуется  определенная
преемственная связь  -  каждая  последующая  начинается  с  того,  чем
кончается предшествовавшая.  Через все  книги  проходит  единая  нить:
"...Все эти  книги  клонят  к  одному,  именно:  научить  изречениям и
постановлениям Моисея и доказать их посредством хода событий"[Бенедикт
Спиноза, Избранные  произведения,  т.II,  стр.135.].  Из этого Спиноза
делает вывод о том,  что все  они  были  составлены  одним  и  тем  же
человеком, "желавшим  написать  об  иудейских древностях от первого их
начала до первого разрушения города"[Там же,  стр.134.] (Иерусалима. -
И.К.). И этим человеком,  полагал Спиноза, был не кто иной, как пророк
Ездра, именем которого в Ветхом Завете названы три небольшие книги. (В
православный канон включена только одна.)
     Высказывая это  предположение,  Спиноза  ссылается  на  некоторые
"солидные данные",  на которых основано его предположение.  Что это за
данные?
     В книге  Неемии рассказывается о том,  что первосвященник Ездра в
Иерусалиме при огромном стечении народа "от рассвета до полудня" читал
вслух закон Моисея. Спиноза считает, что это было не все Пятикнижие, а
только Второзаконие,  в  котором  устанавливаются  правила   поведения
верующих иудеев,  ибо  Ездра  в обстановке разброда после вавилонского
плена был больше всего заинтересован в наведении общественного порядка
и, возможно,  пытался  сделать это при помощи внушения народу правил и
заповедей Второзакония.  Спиноза считает возможным,  что  Ездра  же  и
написал текст  оглашенного  им  закона.  А  после того,  как он пустил
Второзаконие в ход,  возникла необходимость в его обосновании.  Тогда,
говорит Спиноза,  Ездра "приложил старание к тому,  чтобы написать всю
историю еврейской нации,  т.е.  от сотворения мира  до  окончательного
разорения города (Иерусалима.  - И.К.). В нее он вставил в своем месте
и эту книгу Второзакония"[Там же,  стр.137.].  Таким образом, согласно
Спинозе, иудейский  первосвященник  Ездра  написал сначала своего рода
свод законов  -  Второзаконие,  а  потом  освятил   его   при   помощи
дополнительно составленных остальных книг.
     Это не значит,  по мнению Спинозы,  что Ездра сам сочинил все эти
книги. До  него  многое  было  написано  другими авторами,  но не было
соединено вместе,  не было расположено в определенной  системе.  Ездра
"собрал истории из разных авторов, а иногда просто списал и оставил их
потомкам еще не проверенными и  не  приведенными  в  порядок"[Бенедикт
Спиноза, Избранные    произведения,   т.II,   стр.138.].   Сопоставляя
отдельные места   текста,   Спиноза   находит   огромное    количество
несогласованных между     собой     всевозможных     противоречий    и
несообразностей. Мы не можем дать здесь подробное изложение этой части
книги Спинозы, но вот несколько примеров.
     В XXXVIII главе книги Бытия рассказывается история о том, как сын
праотца Иакова  Иуда  согрешил со свей снохой Фамарью.  По времени это
событие относится  к  промежутку  между  отводом  Иосифа  в  Египет  и
отправлением туда Иакова со всем семейством. Этот промежуток, согласно
Библии, не может считаться большим,  чем 22 года.  А за это время,  по
Библии же,  произошли такие события: Иуда женился, у него родился сын,
вырос, женился на Фамари, умер; после этого на ней женился его младший
брат, который тоже умер;  Иуда сошелся со снохой, она родила ему двоих
сыновей, из которых один тоже успел стать отцом; и все это за 22 года!
Сопоставляя различные даты книги Бытия, Спиноза приходит к выводу, что
Иакову должно было быть 84 года,  когда он женился на Лиии,  что  Дине
было едва 7 лет, когда она претерпела насилие от Сихема, что Симеону и
Левию было 11-12 лет,  когда они перебили всех жителей этого города  и
разграбили их достояние.
     Спиноза находит в тексте Ветхого Завета много пропусков, разрывов
в изложении,  много повторений и параллельных мест. Если прибавить еще
ко  всему  этому наличие мест,  прямо противоречащих одно другому,  то
получится чрезвычайно беспорядочная картина.  Раввины  и  комментаторы
Библии  много  раз  пытались  согласовать  ветхозаветные противоречия,
объяснить беспорядок в библейском изложении, но так как это невозможно
сделать,  сохранив учение о божественности Библии, то подобные попытки
ни к чему не привели.  "...Раввины,  -  писал  Спиноза,  -  совершенно
безумствуют;  комментаторы же, которых я прочел, бредят, выдумывают и,
наконец,  совершенно искажают самый язык"[Там же,  стр.143-144.].  Они
толкуют  библейские  тексты  самым произвольным образом,  чтобы только
придать им смысл.  Спиноза бросает вызов  всем  комментаторам  Библии:
пусть они объяснят ветхозаветные несуразности без насилия над языком и
здравым смыслом, и, если найдется такой, говорит он, "я тотчас протяну
ему  руки,  и  будет  он  для меня великим оракулом"[Бенедикт Спиноза,
Избранные произведения,  т.II,  стр.144.].  Но такого не нашлось и  не
найдется!
     Как же  сам  Спиноза  объяснял противоречия и несогласованности в
основных книгах Ветхого Завета?  Ведь,  казалось бы,  если их составил
один автор  (Ездра),  то противоречий не должно быть.  Спиноза считал,
что Ездра просто по каким-то причинам не сумел или не  успел  провести
соответствующую редакционную  работу,  чтобы свести концы с концами во
всех отдельных сочинениях,  включенных им в  один  свод.  Может  быть,
говорит он,  ему  помешала преждевременная смерть,  может быть,  здесь
действовали какие-то  другие,  оставшиеся  неизвестными,  причины.  Во
всяком случае, Ездра не довел до конца свою редакционную работу, а так
как книги были признаны священными и подвергать  их  переработке  было
нельзя, то все противоречия и несуразности так в них и остались.
     Что касается самих трех книг, которые формально именуются книгами
Ездры, то  Спиноза  считал,  что  они  Ездре не принадлежат,  ибо были
написаны через много лет после его смерти.  Мы не будем  вдаваться  во
все подробности рассуждений Спинозы по этому вопросу, укажем только на
вывод, к которому он пришел:  "Мы утверждаем,  - писал Спиноза,  - что
эти четыре  книги,  именно:  Даниила,  Ездры  (три книги Ездры Спиноза
рассматривает как одну.  - И.К.), Есфири и Неемии, были написаны одним
и тем  же  историком"[Там  же,  стр.156.].  За отсутствием достаточных
данных Спиноза не решает вопрос о том,  кем они были написаны; он лишь
предполагает, что  материалом  для  составления  этих книг должны были
служить летописи,   или    "временники",    ведшиеся    писцами    или
историографами, которых  содержали  иудейские  цари  при иерусалимском
храме.
     Ряд подобных  соображений  высказал Спиноза и по поводу остальных
книг Ветхого Завета,  включая все книги пророков и псалмы. В отношении
же всего  канона ветхозаветных книг философ сделал предположение,  что
он был составлен поздно - во времена Маккавеев, т.е не раньше середины
II века  до н.э.  Таким образом,  не только по поводу авторства и даты
написания отдельных книг Ветхого Завета,  но и по  поводу  составления
всего ветхозаветного канона Спиноза опроверг утверждения как еврейских
раввинов, так  и  христианских  богословов,   призывающих   верить   в
древность ветхозаветных  книг  и  в  их принадлежность Моисею,  Иисусу
Навину и другим почитаемым церковью личностям.
     Не все  утверждения  Спинозы  полностью подтвердились позднейшими
исследованиями. Но  самый  метод  исследования   Библии,   примененный
великим философом,  имел  огромное значение.  Спиноза тщательно изучал
текст каждой библейской  книги,  сопоставлял  между  собой  содержание
отдельных книг  и  всех  ветхозаветных  книг  в  целом с историческими
материалами и  в  конце  концов  делал  выводы,  основываясь   не   на
авторитете Писания,  считавшегося  священным,  а  на  здравом смысле и
логике.
     *От Спинозы  до  Велльгаузена*  Следующим  крупнейшим  библейским
критиком, выводы  которого  мы  будем  здесь   излагать,   был   Юлиус
Велльгаузен. В  своих  исследованиях  он  опирался  на достижения ряда
своих предшественников:  за двести с лишним  лет,  отделявших  его  от
Спинозы, библейская критика обогатилась многими достижениями.
     В начале XVIII века немецкий лютеранский пастор из г.Гильдесгейма
Г.Б. Виттер,  составляя комментарии к Библии,  заметил,  что,  как уже
отмечалось, в первых книгах древнееврейского подлинника Ветхого Завета
бог далеко  не  всегда  именуется  одним  и  тем же именем:  иногда он
называется Яхве,  в других  случаях  -  Элохим[Не  только  во  времена
Виттера, но  и  долго  после  него  имя  Яхве  неправильно  писалось и
произносилось как  Иегова.  Сравнительно  недавно   было   установлено
правильное написание  этого имени - Яхве.].  Он обратил внимание также
на то, что в Ветхом Завете есть много повторений, причем каждое из них
представляет собой  новый вариант,  в деталях отличающийся от прежнего
изложения. Обо  всем  этом  он  написал  в  изданном  им  в  1711   г.
комментарии к Библии.  Однако работа Виттера прошла незамеченной и его
современниками и последующими поколениями;  к тому же Виттер не сделал

полвека известный  французский  врач  Жан  Астрюк,  занимавшийся   как
любитель исследованием  библейского  текста,  сделал  важное открытие,
которое и опубликовал в 1753 г.  в своей книге  "Предположения  о  тех
самостоятельных источниках,  какими,  по-видимому,  пользовался Моисей
для составления книги Бытия".
     Так же,  как  и  Виттер,  Астрюк  заметил чередование имен Яхве и
Элохим. Оказалось,  что в главе I книги Бытия  бог  называется  только
Элохим, с  главы  II  до  главы V он именуется Яхве или двойным именем
Яхве-Элохим. В главе V  имя  Яхве  исчезает,  потом  опять  появляется
только в  первой половине VI главы.  Это обстоятельство навело Астрюка
на серьезные размышления.
     Можно было  бы  еще предположить,  что бога одновременно называли
двумя именами.  Называют  же  его  господом  или  еще  как-нибудь!  Но
оказалось,  что  двум именам в Библии соответствуют различные варианты
сказаний и что,  если разделить те части книги Бытия,  в  которых  бог
называется Яхве, и те части, в которых он называется Элохим, получатся
два  самостоятельных  изложения.  Очевидно,  рассудил  Астрюк,   здесь
соединены два разных источника:  один принадлежит автору,  называвшему
бога Элохим, другой написан человеком, употреблявшим имя Яхве. Первого
автора он назвал элохистом,  второго - яхвистом.  Помимо того,  Астрюк
находил в книге Бытия еще ряд мелких источников, играющих сравнительно
второстепенную роль; таких он насчитывал около десяти.
     Вывод Астрюка относительно двух основных источников  книги  Бытия
явился очень  важным  и плодотворным открытием,  легшим в основу всего
дальнейшего развития библейской критики.
     В начале   XIX   века  немецкий  исследователь  де  Ветте  сделал
открытие, относящееся    к    последней     части     Пятикнижия     -
Второзаконию[Книге де  Ветте  вышла в 1805 г.].  В IV книге Царств[См.
главы XXII-XXIII.],  как  известно,  рассказывается  о  том,   что   в
царствование Иосии  первосвященник Хелкия нашел в храме книгу Закона и
что эта книга  была  немедленно  принята  к  руководству  в  иудейском
религиозном культе.  Царь  Иосия  на  основании  требований этой книги
централизовал культ  Яхве  в  иерусалимском  храме  и  уничтожил   все
святилища на горах, все священные рощи и все жертвенники, находившиеся
не в иерусалимском храме.  Де Ветте обратил внимание на то, что именно
книга Второзакония  предписывает  такую  централизацию  культа и такие
мероприятия в отношении языческих  культов.  Он  сделал  на  основании
этого вывод  о  том,  что книга Второзакония и была той книгой Закона,
которую первосвященник Хелкия принес царю Иосии как найденную якобы  в
храме. Совершенно  резонно  де Ветте предположил,  что никакой находки
здесь не   было   и   что   храмовые   служители   под    руководством
первосвященника сами написали эту книгу. Оказалось нетрудно установить
и дату обнародования книги Второзакония - 621 год до н.э. Это открытие
явилось отправной  точкой  для  установления  времени написания других
книг Пятикнижия.
     Следующим важным шагом в этом отношении было установление времени
написания всех элементов Пятикнижия, содержащих "закон".
     Уже в  30-х  годах  прошлого  века два ученых - Фатке в Берлине и
Рейсс в Страсбурге - независимо друг от друга пришли к выводу  о  том,
что церковная  точка  зрения  относительно  времени появления "закона"
неправильна.
     Как известно,  эта  точка  зрения  заключается в том,  что прежде
всего бог дал Моисею закон  -  десять  заповедей,  а  за  ними  и  все
остальные предписания,  содержащиеся в Пятикнижии;  только потом будто
бы были написаны книги Иисуса Навина,  Судей,  Царств, книги пророков.
Фатке и   Рейсс   обратили   внимание  на  то  обстоятельство,  что  в
подавляющем большинстве этих книг,  появившихся якобы после  "закона",
на самом деле нет ничего,  свидетельствующего о том, что авторы их уже
знали "закон".  Жизнь израильтян описана в этих книгах так,  как будто
они совершенно не руководствуются предписаниями "закона" и даже ничего
о нем не знают.  Впервые о нем упоминается  только  в  книге  Иеремии,
написанной в  начале VI века.  Из этого с полной очевидностью следует,
что до этого времени "закона" еще не было и что он, следовательно, был
написан после  "исторических" книг и книг пророков.  Фатке опубликовал
свой вывод в книге "Религия Ветхого Завета" (1835 г.),  а Рейс даже не
решился напечатать   свою   книгу,   боясь  преследований  со  стороны
блюстителей интересов  религии.  Выступление  Фатке  тоже  осталось  в
значительной мере незамеченным,  тем более что сам автор,  опасаясь за
свою безопасность и ученую карьеру,  не настаивал  особенно  на  своих
выводах и вообще больше к этому вопросу не возвращался.
     Только через тридцать с лишним лет,  в 60-х годах, ученики Рейсса
- Граф   и   Кайзер  обнародовали  результаты  работ  своего  учителя.
Одновременно с ними выступил  и  голландский  ученый  Кюэнен,  который
поддержал вывод  о  позднем  происхождении  "закона"  и,  помимо того,
обосновал положение  о  том,  что  многие  исторические  повествования
Ветхого Завета   тоже  были  написаны  значительно  позднее,  чем  это
утверждает церковь.
     Это было новым серьезным ударом по церковной версии происхождения
книг Ветхого Завета. Оказалось, что Моисеева закона, который был якобы
вначале дан евреям, не существовало до самого вавилонского плена, т.е.
до начала VI века. Это значит, что и автором основной части Пятикнижия
никак нельзя   считать   Моисея,   если   он   даже  и  существовал  в
действительности, а не является плодом религиозной фантазии.
     Вопрос о   книгах  Пятикнижия,  содержащих  Моисеев  закон,  стал
привлекать особо пристальное внимание исследователей.  Как явствует из
предыдущего, в составе Пятикнижия было выделено три элемента:  Яхвист,
Элохист и Второзаконие.  В научной литературе эти три  элемента  стали
обозначатся условными буквами:  Яхвист - латинской буквой J, Элохист -
буквой E,  Второзаконие - буквой  D  (первая  буква  греческого  слова
"девтерономиум", означающего  "второзаконие").  Так  как  Элохист  (E)
составлял большую часть Пятикнижия,  то он называется еще и  основным,
или первоначальным,   источником.  Яхвист  (J)  носит  преимущественно
повествовательный характер,  а в остальных двух источниках  содержится
главным образом законодательный материал.  В 1853 г. немецкий богослов
Гупфельд выделил  из  текста  Библии  (частично   из   первоначального
источника, частично  из  Яхвиста)  новый  элемент,  который  он назвал
Младшим элохистом.  Следующий крупный исследователь - Граф в  1869  г.
высказал предположение,  что Старший элохист оказывается на самом деле
по времени младшим,  так как он был создан и включен  в  Библию  после
вавилонского плена и является,  таким образом, самым поздним элементом
Пятикнижия.
     Опираясь на  все  эти достижения библейской критики,  особенно на
предположение Графа о позднем происхождении Старшего элохиста,  в 1878
г. выступил  с  книгой  "Введение  в  историю Израиля" немецкий ученый
Велльгаузен (1844-1918).
     *Юлиус Велльгаузен*  В  научном  исследовании  Библии Велльгаузен
сыграл исключительную роль. До сих пор его выводы о последовательности
и времени  написания  главных  книг  Ветхого  Завета  лежат  в  основе
исследования Библии.  Как и большинство библейских критиков буржуазных
стран, Велльгаузен не был атеистом;  он был протестантским богословом.
Когда вышло в свет его "Введение в  историю  Израиля",  он  был  лишен
профессорской кафедры богословия и стал преподавателем древневосточных
языков. Разберем основные выводы, сделанные Велльгаузеном в результате
его исследований.
     Излагаемые в Ветхом Завете повествования о патриархах,  об исходе
евреев из Египта,  странствовании их по пустыне и т.д.  завершаются не
приходом их  к  Иордану,  чем  кончается  Пятикнижие,  а   завоеванием
Палестины и  оседанием в ней,  о чем рассказано в книге Иисуса Навина.
На этом  основании  Велльгаузен  стал  рассматривать  как   целое   не
Пятикнижие, а  Шестикнижие,  т.е.  Пятикнижие  вместе  с книгой Иисуса
Навина. Этот подход имел не только  формальный,  но  и  принципиальный
характер, ибо  он означал,  что для научного анализа не имеет никакого
значения церковное  учение  о  Пятикнижии  как  цельном  произведении,
принадлежащем одному   автору:   речь   должна  идти  не  о  Моисеевом
Пятикнижии, а о безымянном Шестикнижии.


 

ДАЛЕЕ >>

Переход на страницу:  [1] [2] [3] [4] [5]

Страница:  [1]

Рейтинг@Mail.ru








Реклама