роман - электронная библиотека
Переход на главную
Жанр: роман

Бэгуэлл Стелла  -  Тайное становится явным


Переход на страницу: [1] [2]

Страница:  [2]



   Она  снова  выставляет  тебя  идиотом.  Но  возможно,  так  оно  и  есть,
раздраженно подумал Виктор.
   - С трудом представляю себе интервью, которое длится более трех часов. Да
за это время можно было прокатиться в Батон-Руж!
   Сабрина покачала головой.
   - Вы явно преувеличиваете.
   - Я лишь высказываю свою точку зрения.
   - Ну и чем вы недовольны? - подбоченившись, спросила она.
   - Вам следовало позвонить, - пробормотал Виктор  и  отвернулся.  Он  чуть
было не добавил, что волновался за нее. Но если  человек  не  понимает,  ему
бесполезно что-либо объяснять.
   - Позвонить? - переспросила она с нескрываемым возмущением.
   За три года работы с Джефом Ньюби она ни разу ему не звонила. Да это и не
требовалось. Он прекрасно понимал, что девушка уезжает из редакции только по
делу. Ну и фрукт этот Дэмиен! Так бы и разорвала его на мелкие кусочки!
   - Почему я должна вам звонить? Вы мне не муж, в конце концов!
   У Виктора перекосилось лицо.
   - И слава Богу! Только безумец может не то что жениться на  вас,  а  даже
подумать об этом!
   - Ах вот как! - вскричала Сабрина. -  А  вам,  чтобы  повести  невесту  к
алтарю, придется надеть на  нее  ошейник!  Ни  одна  нормальная  женщина  не
вынесет вашего деспотизма, этих дурацких придирок...
   Она осеклась, услышав стук в дверь. Красная как рак, девушка обернулась и
увидела, что в комнату входит Джи Пи.
   - Что тут творится? Вас слышно на другом конце коридора.
   Сабрина тяжело вздохнула. Интересно, что ответит Дэмиен? Неужели  скажет,
что она в рабочее время бездельничает?
   - Мы... просто спорили по поводу статьи, - произнес Виктор. -  Но  думаю,
что мы договоримся. Правда, Сабрина?
   Онемев от неожиданности, девушка перевела взгляд с одного  сослуживца  на
другого.
   - Да... то есть  нет.  Я  хотела  сказать,  что  все  в  порядке.  -  Она
изобразила на лице улыбку, достойную рекламы зубной пасты. - Мы  с  Виктором
вполне ладим.
   Я еще с тобой разберусь, но чуть позже, решила Сабрина.
   - Вот и хорошо, - бодро сказал Джи
   Пи, - ведь на вас держится весь отдел. Мне будет очень горько, если у вас
возникнут разногласия.
   С улыбочкой, за которую Сабрине так и захотелось его пристукнуть,  Виктор
заверил:
   - Вам не о чем беспокоиться. У нас с Сабриной полное взаимопонимание.
   - Рад это слышать, - отметил Джи Пи. - Тем более что  сегодня  вечером  я
рассчитываю увидеть вас обоих у Пикардов.
   Сабрина насторожилась. Леон Пикард был ответственным  секретарем  газеты,
она лишь мимоходом общалась с ним и никогда не бывала у него дома.
   - А что там будет?
   - У Леона день рождения. По такому случаю его жена и руководство редакции
устраивают прием. Ждут всех, я подчеркиваю, всех приглашенных. Так  что  мне
очень хочется, чтобы вы пришли. Причем вместе. Кенсингтон желает  убедиться,
что новый заведующий отделом криминальной хроники и  его  ведущий  журналист
вполне уживаются друг с другом и уже успели сработаться.
   - Не волнуйтесь, - спокойно сказал Виктор. - Мы обязательно придем.
   - Вот и отлично. До встречи. В семь часов, - уточнил Джи Пи  и  вышел  из
кабинета.
   - О Боже! - простонала Сабрина. - Вы можете представить эту картину?  Нас
на приеме... вместе?
   Она рухнула в кресло и потянулась к коробке с пиццей.
   - У нас нет выхода. В противном случае мы нанесем Леону страшную обиду.
   Сабрина отвела за спину струящиеся по плечам кудри.
   - Конечно, вы правы. Ну  что  ж,  посетим  поместье  Пикардов.  Это  даже
приятно.
   Гораздо приятнее приехать домой и оседлать Дока, подумал  Виктор.  Он  не
был любителем ходить в гости, и его бросало в жар при  мысли  о  предстоящем
столпотворении и о том, что весь вечер Сабрина будет рядом.
   - Где вы живете? - спросил он. - Я заеду за вами.
   Девушка протянула ему кусок пиццы.
   - Держите. Я решила, что вы тоже захотите есть. Даже не  знаю,  почему  я
вдруг вспомнила о вас.
   Виктор взял пиццу.
   - А уж я - тем более.
   Сабрина была слишком голодна, чтобы реагировать  на  его  колкость.  Съев
аппетитный кусок пиццы, она сказала:
   - По-моему, нам нет смысла ехать на одной машине. Встретимся в  редакции,
я тоже буду за рулем.
   - Вы поедете со мной, - отрезал Виктор.
   Сабрина сочла, что лучше подчиниться, хотя ей вовсе этого и не  хотелось.
Она стала понимать, почему ее все время тянет спорить с Виктором. Просто она
любит острые ощущения и ей доставляет удовольствие доводить  его  до  белого
каления.
   Девушка написала свой адрес на клочке бумаги и протянула его Виктору.
   - Во сколько вы заедете?
   На его лице  появилась  самодовольная  улыбка,  и  Сабрина  подумала,  не
слишком ли быстро она сдалась. Еще возомнит, что ей хочется ехать с ним!
   - В половине седьмого.
   - Хорошо. Я буду готова, - сказала она.
   Как будто можно подготовиться к пытке длиною в целый вечер!


   ГЛАВА СЕДЬМАЯ

   В четверть седьмого раздался стук в дверь.
   Сабрина заканчивала сборы и, отложив расческу, пошла открывать.
   - Что-то вы рановато, - сказала она, увидев на пороге Виктора.
   - Если я правильно понял, это значит, что можно войти?
   Девушка с улыбкой распахнула дверь.
   - Проходите. А то запаритесь в машине.
   Виктор проследовал за ней в маленькую, со вкусом обставленную гостиную.
   - Я думал, что буду искать вас гораздо дольше, - сказал Виктор. - Поэтому
прибыл не совсем вовремя.
   - Ничего страшного.
   Сабрина закрыла Дверь и вернулась в комнату.
   - Через пять минут я буду готова. Вам содовой или кофе?
   - Спасибо, - отказался Виктор, - мне и так хорошо.
   На самом деле ему было не по себе, но даже стаканчик виски не смягчил  бы
потрясения, которое он испытал при виде Сабрины.
   Она была в белом  кружевном  платье  из  мягкой  полупрозрачной  ткани  с
глубоким вырезом.  Лиф  держался  на  двух  кожаных  бретельках,  отделанных
жемчугом. Виктор обвел взглядом ее длинные ноги - от бедер до  выглядывающих
из босоножек голых пяток - и почувствовал, как все его тело отзывается на их
малейший изгиб.
   - Будьте как дома, я сейчас приду, -  пообещала  Сабрина  и  выбежала  из
комнаты.
   Виктор  был  в  таком  смятении,  что  даже  не  присел.   Он   страшился
предстоящего вечера и не представлял, как  переживет  эти  несколько  часов,
если рядом все время будет Сабрина, похожая на воздушное пирожное с  кремом,
которое так и хочется съесть!
   - Вам нравится у меня?
   Голос доносился из соседней комнаты. Видимо, там у нее  спальня,  подумал
Виктор. Чтобы хоть как-то отвлечься, он огляделся. Мебель в гостиной Сабрины
была вполне современной, и хотя кое-где валялись обрывки  бумажек  и  разные
мелочи, все же, по сравнению с рабочим кабинетом, в квартире царил  порядок.
Видимо, девушка слишком много времени проводит  в  редакции,  решил  он  про
себя, а вслух произнес:
   - Да, симпатично. Вы давно здесь живете?
   - Второй год, - ответила она. - Я привыкла к Хьюстону, но это  место  мне
нравится гораздо больше.
   Напротив  стены,  разделяющей  гостиную   и   столовую,   Виктор   увидел
проигрыватель для компакт-дисков. Из колонок доносилась песня группы  "Иглз"
о колдовской женщине. Без сомнения,  ребятам  когда-то  повстречалась  особа
вроде Сабрины Мартин, мрачно подумал он.
   - Выйдите на балкон, - голос девушки легко пробился сквозь поток  музыки,
- и вы увидите залив Галвестон.
   Виктор пересек столовую и, раздвинув стеклянные двери, ступил на  обшитый
досками маленький балкончик, огражденный железной  решеткой.  С  залива  шли
волны теплого влажного  воздуха  с  неповторимым  запахом  порта.  Виктор  с
удовольствием подставил лицо ветру и подумал: интересно, а ездит ли  Сабрина
к океану загорать на песчаных пляжах?
   Между тем девушка уже захватила расшитую бисером вечернюю сумочку и вышла
из спальни. Ее пьянило присутствие Виктора, но она изо  всех  сил  старалась
вести себя естественно.  Они  знакомы  только  три  дня,  и  он  всего  лишь
несколько раз случайно к ней  прикоснулся.  Так  почему  же  она  все  время
представляет себя в его объятиях?
   Сабрина увидела, что Виктор стоит на  балконе  лицом  к  заливу  и  ветер
ерошит  его  темные  волосы.  Он  не  замечал  ее  присутствия,  и  девушка,
воспользовавшись представившейся возможностью, стала тихонько  наблюдать  за
человеком в белой рубашке, безраздельно владевшим в  последние  три  дня  ее
воображением.
   Она никак не могла понять, что же в нем такого необыкновенного  и  почему
при виде его у нее каждый раз голова идет кругом. Конечно, Сабрину восхищали
его широкие плечи, и ей нравились непослушные каштановые волосы. И упрямство
резких черт лица ей тоже казалось привлекательным. Даже грубоватая  кожа  не
портила общего впечатления, а лишь добавляла мужественности его  облику.  Но
было в Викторе еще что-то, совсем не связанное с его внешностью, что  влекло
к нему с неудержимой силой. Возможно, это очарование тайны, ведь  она  почти
ничего о нем не знает. Не исключено, что, когда они познакомятся поближе, ее
завороженность быстро пройдет.
   - Я вижу, вы неплохо ориентируетесь в моей квартире.  Правда,  живописный
вид? - спросила Сабрина.
   Виктор не предполагал, что она стоит рядом, и, резко обернувшись,  увидел
перед собой ее лицо. Впервые за три с лишним года он с таким волнением  ждал
женщину. И это состояние было столь ужасным, сколь и замечательным.
   - Люблю смотреть на воду и на корабли. А вы?
   Великолепный пейзаж, ставший предметом их беседы, простирался  у  Виктора
за спиной, но Сабрина видела перед собой только  его  лицо  -  изгиб  рта  и
темные загадочные глаза.
   - Очень. Но от вас я этого не ожидала.
   Виктор усмехнулся:
   - Почему же? Вы решили, что я вообще ничего не люблю?
   Он дотронулся до ее плеча и легонько втолкнул в комнату. От прикосновения
грубых горячих пальцев у Сабрины перехватило дыхание.
   - Я... представляла вас человеком, равнодушным к природе.
   Сабрина слегка задвинула стеклянную дверь, и  Виктор,  глядя  на  девушку
через прозрачную преграду, спросил себя, неужели она эти дни тоже  думала  о
нем.
   - Вы еще многого обо мне не знаете.
   Сабрина искоса  посмотрела  на  него  и  снова  чуть  не  задохнулась  от
волнения. Господи, как же сделать так, чтобы он опять коснулся ее!
   - Конечно, - кротко согласилась она. - Но я исправлюсь.
   Добравшись до поместья Пикардов на  своем  старомодном  "камаро",  Виктор
припарковал автомобиль рядом с другими машинами. Прежде чем присоединиться к
гостям, он отряхнул легкий летний пиджак, а Сабрина прикрыла плечи кружевной
накидкой.
   Когда они направились к солидному старинному особняку, Виктор заметил:
   - Похоже, вся редакция уже в сборе.
   Сабрина увидела множество гостей, толпившихся на огромной  веранде  и  на
лужайке перед домом. Если бы на  женщинах  были  кринолины,  а  на  мужчинах
жилеты, то это зрелище вполне могло бы сойти за званый вечер у Скарлетт!
   - Разве можно было не прийти?.. Я не смогла бы обидеть Леона.
   - Я тоже. Семьдесят лет бывает раз в жизни. К тому  же  он  ответственный
секретарь процветающей газеты.
   Девушка посмотрела на Виктора.
   - Через тридцать лет вы тоже сможете стать ответственным секретарем.
   - Через тридцать четыре, - поправил он. - Но не уверен, что  это  так  уж
здорово.
   Сабрина тихонько засмеялась.
   - Дожить до семидесяти? Или стать ответственным секретарем?
   - Руководить газетой, - сухо ответил Виктор.
   - А что бы вы хотели делать в семьдесят лет? - полюбопытствовала она.
   Они очутились у самой веранды, и, взяв девушку за талию, Виктор  поднялся
по широким ступеням и ввел свою даму в круг гостей.
   - Вам это действительно интересно, мисс Сабрина?
   У него не хватает фантазии представить себя стариком, подумала девушка.
   - А почему вы меня так странно называете?
   Впервые за весь вечер Виктор улыбнулся.
   -  Раз  мы  попали  во  дворец,  такое  обращение  кажется  мне  наиболее
подходящим к этому случаю.
   Его улыбка показалась Сабрине  сдержанной,  но  безумно  обаятельной.  Ее
сердце забилось так  сильно,  словно  она  только  что  бегом  поднялась  по
лестнице, поэтому девушка решила,  что  поступит  очень  благоразумно,  если
затеряется в толпе и подойдет к Виктору лишь в конце вечеринки.
   - По-моему, надо сейчас же разыскать хозяина и  поприветствовать  его,  -
сказала она со строгой важностью, от души позабавившей Виктора.
   Они нашли Леона Пикарда и поздравили его, а затем проследовали в гостиную
к накрытому столу.
   Выбор блюд был огромный, и Сабрина принялась не спеша наполнять  тарелку,
как вдруг кто-то  подошел  сзади,  схватил  девушку  за  руку  и  потащил  в
сторонку.
   - Сабрина, я везде тебя ищу, - сказала Пола и умолкла,  провожая  Виктора
задумчивым  взглядом.  -  Пыталась  дозвониться  к  тебе  домой,  но   потом
догадалась, что ты уже выехала сюда.
   - Виктор заехал за  мной  раньше,  чем  мы  договаривались,  -  объяснила
Сабрина.
   - Так вы приехали вместе? - удивленно пропищала Пола.
   - А что тут странного? - Сабрина с досадой посмотрела на подругу. -  Ведь
он мой начальник.
   - Ну и ну! Моему шефу не пришло в голову  подбросить  меня.  Кстати,  как
тебе мое платье?
   Пола медленно закружилась, и Сабрина критически  осмотрела  ее  наряд  из
розово-лиловой тафты. Будь на месте подруги другая рыженькая девушка,  такое
платье  смотрелось  бы  на  ней   слишком   кричаще,   но   Пола   выглядела
очаровательно.
   - Мне нравится. Сколько ты за него выложила? Ползарплаты?
   Пола захихикала.
   - Ни за что не поверишь. Я нашла его  в  комиссионке.  Только  никому  не
говори. Пусть наши девчонки думают, что я одеваюсь в дорогом магазине.
   Сабрина рассмеялась.
   - Смотри сама не проболтайся.
   - Ну что ты! - Пола  выглянула  из-за  плеча  подруги.  -  О-о-о!  Виктор
сегодня твой кавалер, а на нем повисла дамочка из отдела  рекламы,  ну,  та,
что по прозвищу "Вроде-в-Разводе".
   Девушка  обернулась  и  увидела,  как  Виктор  выходит   из   комнаты   в
сопровождении дамы. И  хорошо,  пусть  забудет  о  ней,  Сабрине,  до  конца
вечеринки. Ей не  придется  постоянно  раздражаться,  контролировать  каждое
слово и опасаться очередной ссоры.
   - Желаю успеха, - колко заметила  Сабрина,  мысленно  убеждая  себя,  что
неожиданный спазм в животе вовсе не от ревности, а от голода. - Может, с ней
наш Айсберг немного оттает.
   - Что я слышу? - лукаво сказала Пола. -
   А разве ты не в силах заставить его мурлыкать?
   Сабрина неестественно рассмеялась.
   - Пока мне достается только лай. И притом довольно злобный.
   Пола задумчиво посмотрела в напряженное лицо подруги.
   - Слушай, тебе интересно, что я сегодня узнала о Дэмиене?
   Сабрина не смогла сдержать нетерпение:
   - Неужели! И что же?
   - Достоверный источник сообщает, что Дэмиен приехал из  Далласа.  Он  там
работал в газете "Геральд"! Представляешь?
   Это было вполне похоже на правду. Виктор был опытным журналистом.
   - Только непонятно: почему он  ушел  оттуда  и  оказался  в  Хьюстоне?  -
рассуждала вслух
   Пола.
   -  А  вот  это  мне  бы  хотелось  выяснить  без  посторонней  помощи,  -
пробормотала  Сабрина  и,  бросив  взгляд  на  дверь,  увидела,  что  Виктор
возвращается в гостиную.
   Виктор  присоединился  к  кружку   мужчин,   рассказывающих   бесконечные
журналистские байки. Он вежливо слушал чужие истории, но о своих похождениях
предпочел умолчать.
   Ему было скучно и тоскливо. По  дороге  к  Пикардам  он  спрашивал  себя,
хватит ли у него терпения на целый  вечер  в  компании  Сабрины.  Теперь  же
Виктор не знал, сможет ли он находиться здесь вдали от девушки.
   В  это  время  группа  музыкантов  заиграла  очередную   песню.   Сабрина
согласилась потанцевать с приятелем Полы. Вообще-то она любила танцевать, но
сегодня делала  это  без  всякого  удовольствия.  Ей  не  нравилась  музыка,
раздражали знакомые лица - и все из-за того, что она  непрестанно  думала  о
Викторе. Будь он неладен! Ей вовсе не хотелось, чтобы он находился рядом. Но
когда его не было поблизости, ее охватывало бешенство.
   Танец закончился, и Сабрина,  извинившись,  пошла  к  выходу,  но  кто-то
поймал ее за руку. Она испуганно обернулась и увидела, что это
   Виктор.
   - Не кажется ли вам, что настало время потанцевать с начальником?
   Девушка не успела придумать причину для отказа, да и, в общем, ничего  не
имела против.
   - Давайте. К тому же я давно мечтаю наступить вам на ногу.
   Виктор хмыкнул и обнял ее.
   - Я знал, что могу рассчитывать на вас. Хочется немного  встряхнуться,  а
то старые служаки чуть не усыпили меня.
   Прижавшись к его груди, девушка почувствовала, что задыхается, а ее  ноги
подкашиваются. Ощущение  было  довольно  гнусное,  и  она  старалась  крепко
держаться за своего партнера.
   - Между прочим, эти служаки платят вам жалованье, - заметила она.
   Виктор вспомнил, что в первый же  день  их  встречи  он  представил,  как
прижимает девушку к себе. Но теперь  это  случилось  наяву,  и  то,  что  он
испытал при этом, превзошло его воображение.
   - Да. Но с ними не потанцуешь. И никто из них не способен так выглядеть и
так разговаривать, как вы.
   - Знаете, Виктор, я ведь могу подумать, что вы делаете мне комплимент.
   - Ну, допустим.
   Сабрине  было  гораздо  легче  предположить,  что  перед  ней  знаменитый
журналист из "Даллас геральд", чем поверить в то, что  Виктор  действительно
хотел сделать ей комплимент.
   - Этого просто не может быть.
   А про себя девушка отметила, что ей слишком хорошо рядом с ним  и  нечего
забивать себе голову разными мыслями.
   Пальцы  Виктора  скользили  по  ее  обнаженной  спине,   запутывались   в
распущенных волосах. Он был настолько опьянен мягкой женственностью Сабрины,
что  ему  не   хотелось   ни   разговаривать,   ни   думать.   Его   снедало
одноединственное желание: увести ее из этой людной комнаты.  В  какое-нибудь
темное, укромное место, где можно предаться нежным  ласкам  вдали  от  чужих
глаз.
   - Виктор! Вы что, оглохли? Скажите, а куда пропала наша Вроде-в-Разводе?
   Он не сразу сообразил, о ком идет речь, потом улыбнулся.
   - Вот уж не ожидал, что вы устроите за мной слежку.
   Сабрина возмутилась:
   - Да вы что! Просто вы - человек холостой,  и  мне  следует  предупредить
вас, что эта дама активно стремится выйти замуж.
   Виктор криво усмехнулся.
   - Боитесь, что вашего начальника уведут?
   - Боюсь, но не за вас, а за себя. Если вы окажетесь в отделе рекламы,  то
к нам назначат какого-нибудь всезнайку из деловых новостей.
   Виктор рассмеялся и прижал девушку к себе еще крепче.
   - Никто не знает больше, чем я, - сказал он, наклоняясь к Сабрине. - И  я
ручаюсь, что никому не удастся переиграть меня.
   В чем переиграть? - испуганно подумала Сабрина, ощущая близость его губ.
   - П-простите меня, Виктор, я устала, и здесь очень душно.
   Прежде  чем  он  опомнился,  девушка  высвободилась  из  его  объятий   и
направилась к выходу сквозь танцующую толпу.
   Оказавшись на веранде, она вдохнула  теплого  воздуха  и  убрала  с  лица
растрепанные пряди. Надо взять себя в руки!  Виктор  ни  за  что  не  должен
догадаться, что она не может спокойно находиться рядом с ним!
   - Сабрина, что с вами?
   О Боже! Он здесь! Ну почему он преследует ее?
   Она обернулась и неуверенно улыбнулась ему. Несмотря на  густые  сумерки,
она  увидела,  что  Виктор  явно  обеспокоен.  От  удивления  Сабрииа   даже
растрогалась.
   - Ничего особенного. Просто в комнате жарко и накурено.
   Тем не менее у Виктора были большие  сомнения  в  том,  что  она  говорит
правду. Наклонясь  к  девушке  во  время  танца,  он  увидел,  как  ее  лицо
исказилось от испуга. Словно  она  боялась,  что  он  вот-вот  поцелует  ее.
Однако, довольно странное поведение для многоопытной особы, подумал он.
   - Вы меня не обманываете? Принести вам холодной воды или пунша?
   Девушка покачала головой.
   - Все хорошо, правда-правда. Но мне  хочется  немного  побыть  на  свежем
воздухе.
   Она не могла вернуться в комнату и снова танцевать с Виктором.
   - Ну ладно, - сказал он и взял Сабрину под руку. - Давайте прогуляемся по
саду и посмотрим, как живут акулы газетного бизнеса.
   И прежде чем  девушка  попыталась  вырваться,  он  увлек  ее  по  широким
кирпичным ступеням на лужайку.
   - Я слышал, что прадед Леона построил этот особняк  в  середине  прошлого
века. Поразительно, как дом уцелел во время Гражданской войны.
   Виктор на секунду отпустил девушку, чтобы взять ее за руку. Почувствовав,
как их пальцы переплетаются, Сабрина судорожно сглотнула.  Для  человека  по
кличке Айсберг его ладонь была чересчур горяча.
   - Да, удивительно. Но ведь далеко не все журналисты живут в роскоши.
   Они шли под сенью старых дубов, и Виктор украдкой наблюдал за  выражением
ее лица.
   - Вы так уверенно об этом судите.
   Сабрина пожала плечами и все же решила не скрывать от него свое прошлое.
   - Да, потому что имею право. Видите ли, у моего отца в Луизиане есть своя
газета. "БосьеСити газетт".
   Ее признание удивило и озадачило Виктора.
   - Никогда бы не подумал, что вы из журналистской семьи.
   - Просто я это не афиширую.
   Вечерний воздух был теплым и влажным. Виктор и Сабрина  гуляли  по  саду,
вдыхая аромат мальв и роз, а звуки  шумного  веселья,  казалось,  доносились
откуда-то издалека.
   Сабрина  почувствовала,  что  спокойствие  снова  вернулось  к   ней,   и
застенчиво взглянула на своего спутника.
   - Наверно, вам трудно меня понять, - сказала она.
   - Да нет. Но возникает вопрос, почему вы в Хьюстоне и пишете для  "Стар",
а не работаете в газете отца.
   Девушка горько усмехнулась.
   - Папа не хотел, чтобы я стала журналисткой, и не дал бы мне  работать  у
себя, даже если бы я на коленях умоляла его.
   - Тогда я действительно не понимаю.
   Сабрина безнадежно махнула рукой.
   - Вы просто не знаете Горди Мартина. Он считает, что назначение женщины -
быть красивой, выйти замуж и воспитывать детей.
   - Не вижу в этом ничего плохого, - заметил Виктор.
   - Я тоже. И я всегда восхищаюсь теми, кто нашел свое счастье у  домашнего
очага. Но это не для меня. А папа расценивает мой выбор как позор для  всего
семейства.
   -  А  как  относится  к  этому  ваша  мать?  -  спросил  Виктор,  пытаясь
представить себе, как Сабрина решилась пойти наперекор отцу.
   - Мама меня понимает. Ведь ее он тоже пытался приструнить.
   - И что? Не получилось?
   Они остановились под раскидистой мимозой.
   Свет из окон едва доходил до этого уголка сада, но,  вглядевшись  в  лицо
девушки, Виктор нашел его довольно печальным.
   - Нет. И слава Богу! Мама добилась своего.
   Но прежде ей пришлось долго страдать оттого, что отец был вечно занят, но
успевал контролировать каждый ее шаг. Последней каплей в чаше терпения  стал
его запрет  на  временную  работу  в  картинной  галерее.  Однажды  она  уже
пожертвовала ради папы своим  образованием  и  бросила  колледж,  так  и  не
получив диплома искусствоведа. Но когда он попытался лишить ее единственного
удовольствия и ополчился на галерею, то явно перегнул палку.
   Виктор взял хрупкую ладонь Сабрины в свои руки.
   - И что же было потом?
   Девушка тяжело вздохнула.
   - Тогда я была совсем маленькой; отец внушал мне, что мама меня больше не
любит, и я ему верила. Потом выросла и  узнала  правду.  Я  была  совершенно
убита, когда выяснилось, что мама долго и упорно боролась за свое право жить
вместе со мной.
   Ее голос задрожал, и  Виктор  почувствовал,  что  не  в  силах  успокоить
Сабрину.
   - Я думаю, что решающее значение для суда имело высокое положение  вашего
отца.
   - Еще бы! - фыркнула она. -  Во  время  выборов  судьям  была  обеспечена
поддержка газеты!
   Сабрина легонько ткнула пальцем в его грудь:
   - Вот так устроен наш мир. И вы это прекрасно знаете.
   - Видимо, вы правы, - тихо произнес Виктор. - Но... вы меня извините... я
не такой подонок, как ваш отец.
   Сабрина посмотрела на него странным испытующим взглядом. Может быть, он -
и не подлец. Но уж очень похож на Горди Мартина. Такой же  сильный  мужчина,
из тех, кто способен причинить боль.
   - Мне очень не хотелось бы думать, что вы можете поступить с женщиной так
же, как мой отец. - Сабрина  натужно  улыбнулась.  -  Впрочем,  пока  вы  не
женаты, мне не в чем вас упрекнуть.
   Не стоит уделять слишком большое внимание этому обстоятельству, с досадой
подумал Виктор.
   - Так, значит, это отец внушил вам ненависть к мужчинам?
   Девушка взглянула на него с легким недоумением.
   - Я ничего не имею против мужчин. Даже против вас,  когда  вы  любезны  и
вежливы.
   Виктор улыбнулся и увлек ее на тропинку, ведущую к дому.
   - Тогда почему вы не замужем?
   - Мой опыт подсказывает, что все мужчины - ужасные эгоисты.
   - Ну и ну! Уж если бить, так наотмашь!
   Как это чудесно - идти рядом с ним! - подумала Сабрина, Чувствовать тепло
его тела, держаться за сильную руку. И знать,  что  если  ты  споткнешься  в
темноте, то он тут же тебя подхватит. Но каково идти с ним рядом всегда, всю
жизнь?
   - Обычный инстинкт самосохранения. Приходится быть  жестокой,  -  сказала
она.
   Никакая она не жестокая, подумал Виктор.
   Просто хочет убедить в этом его, да и всех на свете.
   - А кто ваши родители? - спросила Сабрина. - Даю голову на отсечение, что
они заждались внуков.
   Виктор так долго молчал, что  девушка  решила,  будто  допустила  ужасную
бестактность.
   - Они умерли, когда мне было тринадцать.
   Сабрина замерла на месте.
   - Боже мой, Виктор, что вам пришлось пережить!
   - Мне их очень не хватает, - тихо произнес он.
   - Как... это случилось?
   Она почувствовала, как его пальцы обмякли, но затем опять крепко сжали ее
руку. Виктор давно ни с  кем  не  говорил  о  родителях,  но  почему-то  ему
захотелось рассказать о них Сабрине.
   - Наш дом загорелся. Они не смогли выбраться из огня.
   - А вы?..
   Он покачал головой.
   - Я ночевал у друзей.
   - И это вас спасло, - продолжила она, ужаснувшись при мысли, что  он  мог
погибнуть. - Но почему возник пожар?
   Виктор презрительно фыркнул.
   - До сих пор не установлено. Но  я  точно  знаю,  что  это  поджог.  Отец
работал окружным шерифом и имел предостаточно врагов. Я был тогда  еще  мал,
но вовсе не глуп. Расследование проводилось халтурно, если не сказать  хуже.
Подозреваю,  что  дело  хотели  замять.  Кажется,  тогда  я  и  решил  стать
журналистом, - добавил он. - Я хотел получить возможность  расследовать  все
самому. И рассказать людям правду.
   - Я восхищаюсь вами, Виктор. Вы не случайно  и  абсолютно  верно  выбрали
профессию.
   - А вы?
   Она грустно улыбнулась.
   - Я и сама иногда задаю себе этот вопрос.
   Виктор хотел выяснить, почему она так сказала, но в  эту  минуту  девушка
вырвала руку и устремилась по тропинке прямо через заросли сирени  к  увитой
плющом беседке.
   - Виктор, идите сюда. Да ей, наверно, лет сто!
   Он перешагнул через низенькую оградку и увидел  светившееся  от  восторга
лицо Сабрины.
   - Правда, прелесть? - спросила она и, войдя в восьмиугольное  строение  с
деревянными решетчатыми стенами, села на скамейку.
   - Клянусь, вы похожи сейчас на тех женщин, которые когда-то сидели  здесь
с книжкой в руках и бокалом джулепа!
   Она вздохнула, и ее глаза заблестели.
   - А может быть, с возлюбленным? Представьте:  красивый  повеса  с  дурной
репутацией, но ни одна женщина не в силах перед ним устоять.
   - Вам надо сочинять романы, а не репортажи, - сказал он, явно забавляясь.
   - Но Виктор! Хоть вы и долго писали о бизнесе, я все же уверена,  что  вы
можете вообразить здесь влюбленную парочку. Они целуются,  а  вокруг  пахнет
сиренью, и плющ заслоняет им лунный свет.
   Вместо ответа он взял ее за руку.
   - Я могу представить себе все, что тут когда-то происходило, - сказал  он
и привлек девушку к себе.
   Сердце Сабрины забилось с такой силой, что она испугалась, как бы  Виктор
не заметил ее смятения. Но руки уже не слушались ее  и  сами  легли  ему  на
плечи. Да и как она могла совладать с собой, если этот  мужчина  касался  ее
так, словно страстно желал ее и остро нуждался в ней, если он смотрел на нее
восхищенным и раздевающим взглядом?
   - Виктор! - выдохнула она.
   Но он тут же нашел  губами  ее  губы.  Все  вокруг  померкло,  и  Сабрина
почувствовала, что слабеет в его объятиях и отвечает на жадные поцелуи.
   Виктор хотел поцеловать девушку только один  раз  и  вернуться  в  дом  к
шумной компании. Черта с два! Мог бы догадаться,  что  она  слишком  хороша,
чтобы тут же отпустить ее.
   Сабрина вспыхнула как спичка и запылала так, будто ее  с  головы  до  ног
охватило пламенем. Не отдавая себе отчета в том,  что  она  делает,  девушка
приподнялась на цыпочки и, не прерывая поцелуя, прильнула к  Виктору,  чтобы
продлить волшебный миг счастья.
   - Я вижу влюбленную пару, - прошептал Виктор ей на ухо. - Это вы и  я.  И
они не только целуются, а жарко и нежно любят друг друга.
   Сказав это, он начал ласково покусывать ее шею. Сабрина вся  задрожала  и
вдруг почувствовала, как с плеча спадает бретелька. Когда Виктор  опустил  и
вторую и осыпал девушку градом поцелуев, она едва не потеряла сознание.
   - Боже, какое-то... безумие! - хрипло простонала она.
   Виктор и сам это понимал. Но ему  никогда  еще  не  было  так  хорошо.  И
никогда еще он не хотел женщину так страстно, как хотел сейчас Сабрину.
   - Не уходи, Сабрина... не покидай меня...
   Он шептал умоляюще и в то же время властно, а его пальцы  уже  раздвигали
кружево и складки шелкового лифа.
   Сабрина была совершенно беспомощна перед гипнотическим звуком его  голоса
и его прикосновениями. Никогда прежде она не испытывала ничего подобного.  С
ее стороны было бы полным безрассудством  отдаться  его  ласкам,  но  именно
этого ей и хотелось больше всего на свете.
   - Не надо, Виктор...
   Но  его  губы  нашли  ее  грудь,  и  слова   Сабрины   утонули   в   море
пронзительно-сладких ощущений. С покорным вздохом она обмякла в его руках.
   Осыпая друг друга ласками, Виктор и Сабрина совсем забылись, и неизбежное
вот-вот должно было произойти, как  вдруг  в  нескольких  шагах  от  беседки
послышался мужской голос и раздался женский смех.
   Неожиданное появление посторонних тут же отрезвило  Сабрину.  Выскользнув
из объятий Виктора, она отвернулась и принялась поспешно расправлять платье.
   Злой и раздраженный, Виктор взъерошил рукой волосы. Подумать только, ведь
он был почти у цели! И хотя все тело ныло от неудовлетворенного желания,  он
не мог с уверенностью сказать, что дело обернулось к  худшему.  Может  быть,
совсем наоборот.
   Пристыженная своим  недостойным  поведением,  Сабрина  прижала  ладони  к
пылающим щекам. Что теперь подумает Виктор? Что она поддалась вожделению или
что она влюбилась в него? Господи,  только  не  это!  Нет-нет,  пусть  лучше
считает, что она не устояла перед физическим влечением, чем догадается о  ее
чувствах. Он не должен о них узнать. Никогда больше  она  не  позволит  себе
влюбиться. Ни в кого. Даже в Виктора!
   - Мне кажется, пора ехать домой, - тихо сказала девушка.
   Он обнял ее за плечи.
   - Сабрина, может быть, нам пора серьезно поговорить?
   Удивленная тем, что простой  жест  тотчас  вызвал  в  ней  новый  всплеск
желания, она закрыла глаза и сжала губы.
   - Я не хочу, - произнесла она самым ледяным тоном, на какой  только  была
способна. - Тут не о чем говорить.
   Сабрина почувствовала, как напряглась  его  рука.  Что  он  собирался  ей
сказать? Неужели то, что она услышала?
   - Ну зачем же так? Неужели вы со всеми так поступаете: сначала пряник,  а
потом кнут?
   Девушка неподвижно стояла спиной к Виктору, и не успел он опомниться, как
она влепила ему звонкую пощечину.
   - Вы довольны ответом? - спросила она сквозь зубы и чуть  не  задохнулась
от бешенства, увидев, как он с невозмутимой  улыбкой  потирает  покрасневшее
лицо.
   - Мисс Сабрина, должен вам сказать, что  из  всех  возможных  ответов  вы
выбрали наилучший.


   ГЛАВА ВОСЬМАЯ

   На следующее утро Виктор пришел на работу раньше Сабрины.  Когда  девушка
вошла в кабинет, он разговаривал по телефону. Едва  удостоив  его  взглядом,
она взяла кофеварку и пошла за водой.
   Вернувшись, Сабрина обнаружила,  что  разговор  еще  не  закончен,  а  по
отдельным репликам  догадалась,  что  Виктор  беседует  с  дамой  из  отдела
рекламы. Вот и славно, подумала она. Девушке вовсе не хотелось встречаться с
ним взглядом, потому что под прицелом его синих глаз  она  чувствовала  себя
полной идиоткой. После того как прошлой ночью Виктор  отвез  ее  домой,  она
приняла  решение  демонстрировать  ему   полное   безразличие.   Она   будет
равнодушной во что бы то ни стало!
   Сабрина включила кофеварку и услышала, как на ее  столе  звонит  телефон.
Она сняла трубку, и мысли о Викторе тут же отошли на второй план, потому что
она услышала плачущий женский голос.
   - Все это дурно пахнет, - мрачно сказала
   Сабрина, повесив трубку. - Но я разберусь, кто тут виноват!
   Заметив в ее глазах хищный блеск, Виктор удивленно поднял брови.
   - Только не смотрите на меня так. Честное слово, я утром принял душ!
   Итак, сначала он держался с ней сугубо официально,  а  теперь  корчит  из
себя шута. То он Джекил, то он Хайд. С ума можно сойти!
   - Сомнительная шутка, - сурово произнесла она.
   Виктор прищурил глаза. Она все еще сердится, подумал он. Ну что ж,  пусть
выпустит пар. Не будет же она все время кипеть.
   - Кто звонил?
   Девушка пристально посмотрела ему в лицо. Ну почему он так хорош собой? И
отчего, вопреки голосу рассудка, ей хочется  отдаться  ему  прямо  сейчас  и
целоваться с ним до полного изнеможения?
   - Фермерша, миссис Гилберт. Та самая, с которой я вчера встречалась.  Она
вся в слезах и собирает вещи, чтобы уехать отсюда в Лонгвью.
   - Почему?
   Сабрина встала из-за стола, чтобы выключить кофеварку.
   - Потому что этой ночью брикеты с отходами были сброшены прямо  к  ней  в
дом. У них выбиты стекла, и ее муж сильно порезался. Не знаю, пострадала  ли
она сама, но в любом случае она потрясена случившимся. Она сказала,  что  на
некоторых брикетах были записки с угрозами. Супруги  решили  все  бросить  и
уехать к брату мистера Гилберта,  чтобы  там  переждать,  пока  ситуация  не
разрешится.
   - Они обращались в полицию?
   Сабрина покачала головой.
   - Послушайте, Виктор, Гилберты обратились  ко  мне,  потому  что  полиция
относится  к  их  сигналам  как  к  бреду  сумасшедших.  Стражи  порядка  не
удосужились проверить ни одно их  заявление.  Словно  падеж  скота  -  самая
обычная история, а в постоянном шуме ночных грузовиков нет ничего странного.
   - Но теперь у фермеров есть доказательства,  -  заметил  Виктор.  -  Надо
вызывать полицию.
   - После нынешней ночи Гилберты боятся куда-либо обращаться. К тому же  им
сказали, что их участок не относится к территории города и полиции  Хьюстона
о них ничего не известно.  Но  даже  если  бы  ферма  находилась  в  ведении
городских властей, они вряд ли смогли бы  выделить  людей  и  разобраться  в
ситуации. Гилбертам предложили обратиться в Управление по охране  окружающей
среды. Но они уже никуда не пойдут.
   Виктор нахмурился.
   - Видимо, они в полном отчаянии, раз решили обратиться за помощью к вам.
   - Большое спасибо. Вы умеете сказать даме приятное, -  сухо  откликнулась
Сабрина. -  Но  вы  будете  потрясены,  когда  узнаете,  насколько  читатели
доверяют мне и как они восхищаются моей работой.
   Популярность Сабрины вовсе не казалась Виктору чем-то удивительным. А вот
что его действительно обескураживало, так это неудержимое влечение,  которое
она в нем вызывала. И  хотя  девушка  с  блеском  утерла  ему  нос,  он  еле
удержался, чтобы не запереть дверь и не повалить ее  прямо  на  захламленный
бумагами стол.
   - Сабрина, вы меня не так поняли, - сказал он, откашлявшись.  -  Я  знаю,
что вы работаете прекрасно.
   Хотя девушка и решила не обращать на слова Виктора никакого внимания,  от
неожиданной похвалы ее бросило в жар.
   - Спасибо и на этом, - ответила она и принялась разливать кофе по чашкам.
- Что же касается Гилбертов, то после шестидесяти  лет  честного  труда  они
вовсе не заслужили, чтобы какая-то всесильная нефтяная компания вторглась  к
ним на ферму и все там испоганила.
   Забыв, что она дала себе слово держаться  от  Виктора  подальше,  девушка
протянула ему чашку.
   - Больше ждать нельзя, - продолжила она. - Надо узнать правду.  И  я  это
сделаю. Сегодня же ночью.
   Виктор настороженно взглянул на нее.
   - Что вы задумали?
   Она отхлебнула кофе.
   - Я установлю наблюдение за этим местом. А что же  еще?  Если  в  течение
месяца я  буду  по  ночам  проводить  слежку,  то  найду  мерзавца,  который
сбрасывает к Гилбертам ядовитые отходы.
   - Если я правильно понял, вы собираетесь дежурить там в одиночестве?
   - Почему бы и нет? А кто еще согласится часами сидеть  в  душной,  темной
машине?
   - Я, - сказал Виктор, не отрывая взгляда от ее груди.
   Сегодня на  Сабрине  была  розовая  прозрачная  накидка,  сквозь  которую
просвечивала открытая кружевная маечка, сильно смахивавшая на  белье.  Такой
наряд будил в Викторе самые неприличные желания.
   Не подозревавшая о его нескромных помыслах, Сабрина посмотрела на Виктора
с нескрываемым ужасом.
   - Ни за что! Вас никто не звал!
   Он улыбнулся, давая девушке понять, что спорить бесполезно.
   - Я сам себя приглашаю.
   - Но Виктор! Это мой сюжет! Уж не собираетесь  ли  вы  повторить  тот  же
приемчик, что и в истории с банком?
   - Я ваш начальник, - не задумываясь, напомнил он. - И  буду  делать  все,
что считаю нужным,  дабы  убедиться,  что  вы  соблюдаете  необходимые  меры
безопасности.
   Сабрина буквально пробуравила его своими  зелеными  глазами,  а  ее  щеки
зарделись от волнения. Она не сможет остаться  с  ним  наедине,  в  отчаянии
подумала девушка. После вчерашнего вечера - ни за  что!  Если  Виктор  будет
рядом, она за себя не ручается.
   - Я буду осторожна, -  со  вздохом  произнесла  она,  вспомнив,  как  они
целовались в беседке.
   Виктор отвернулся к компьютеру.
   - Не сомневаюсь. Потому что я буду рядом.
   У Сабрины чуть не начался нервный смех. Ведь  сейчас  на  свете  не  было
никого опаснее его. И все же признаться в этом было бы гораздо труднее,  чем
дать согласие на совместную ночную поездку.
   - Как вам будет угодно, - сказала девушка, возвращаясь за рабочий стол. -
Только мне это не по душе.
   Виктор и сам не  испытывал  восторга  от  своего  предложения.  Ему  было
неуютно  от  неотвязной  потребности  охранять  и  защищать  Сабрину.  И  от
ненасытного желания видеть ее, слышать ее голос и просто быть поблизости. Он
не находил себе места, потому что не знал, что с этим делать.
   - Мало ли что кому не по душе, - сказал Виктор.  -  Возьмите-ка  с  собой
карты. Будем играть, а то умрем от скуки.
   Вечером Виктор встретился с Сабриной у бензоколонки, и они отправились  к
Гилбертам на его машине.
   За  двадцать  минут  они  проехали  десять  миль  и  прибыли,  на  ферму.
Остановившись неподалеку от жилища Гилбертов, Виктор и Сабрина увидели,  что
в доме разбиты окна.
   - Если смотреть от двери, то ясно, что брикеты были сброшены именно с той
стороны, - мрачно сказал Виктор.
   - Какое безобразие! Но если закон молчит, то мы просто обязаны рассказать
об этом!
   Виктор взглянул на девушку: она внимательно рассматривала  дом  Гилбертов
через ветровое стекло. Сабрина успела сменить свой прозрачный розовый  наряд
на обтягивающие джинсы "Левис" и  белую  рубашку  с  короткими  рукавами,  а
волосы затянула в хвост, и лишь  на  ее  висках  и  шее  выбивались  светлые
кудрявые завитки. Будь в таком виде любая другая женщина, она  выглядела  бы
небрежно и легкомысленно. Но Сабрина все равно смотрелась весьма аппетитно.
   - Сидя здесь, мы мало что сможем сделать. Надо найти конкретные факты.
   - Днем я говорила  с  ветеринаром,  и  он  засвидетельствовал,  что  скот
пострадал от ядовитых веществ, попавших в корм или в воду. Держу  пари,  что
виновата вода.
   Виктор кивнул и завел машину.
   - Давайте проедем по участку, пока не зашло солнце.
   Примерно в четверти мили от дома они нашли  пруд,  окруженный  пастбищем.
Именно сюда скот  ходил  на  водопой.  В  сотне  ярдов  от  пруда  пролегала
грунтовая дорога.
   Виктор и Сабрина перелезли через ограду из  колючей  проволоки  и  решили
обследовать место предполагаемого происшествия.
   - Не могу  представить  себе  нефтяную  компанию,  неважно,  крупную  или
мелкую, обнаглевшую настолько, чтобы сбрасывать сюда свои отходы.
   - Я тоже, - согласилась Сабрина. - Здесь не  спрячешься.  Остановись  тут
большая цистерна, ее бы заметили. Кроме  того,  довольно  непросто  оттащить
сливной шланг на такое расстояние.
   Виктор подошел к пруду и зачерпнул в ладонь воды.
   - Чистая. И нет никакого подозрительного запаха. Хотя это еще ни о чем не
говорит, - обратился он к девушке.
   Сабрина прошла дальше, к лесистому холму.
   - Может быть, там мы что-то отыщем.
   Виктор согласился, и, побродив среди зарослей  шиповника,  Сабрина  через
полчаса нашла то, что искала: старый  заброшенный  родник,  накрытый  куском
ржавого рифленого железа. Даже  непрофессиональный  следователь  заметил  бы
свежие следы ног и другие приметы человеческого присутствия.
   - Виктор, вот они! - От возбуждения девушка схватила его за руку.  -  Что
нам теперь делать?
   Что нам  делать?  Виктору  понравилось,  как  она  спросила.  Даже  очень
понравилось.
   - Если мы найдем чем зачерпнуть воды и возьмем пробу, то сможем  провести
экспертизу на наличие химикатов.
   Сабрина рукавом вытерла пот со лба.
   - Вы правы. Но только она не подскажет, кто этим занимается.
   Он покачал головой.
   - Давайте вернемся в машину и спрячемся в укромном месте.  Если  повезет,
мы сегодня же их застукаем.
   Через полчаса начало смеркаться, а когда Виктор  и  Сабрина  отъехали  от
родника и остановились  в  дубовой  рощице,  уже  совсем  стемнело.  Девушку
нещадно кусали комары, и в борьбе с ними она расцарапала себе  все  ноги.  А
Виктору смертельно хотелось покурить, хотя он не прикасался к сигаретам  уже
лет десять. Ему нужно  было  хоть  как-то  снять  напряжение,  возникшее  от
близкого присутствия Сабрины в тесном салоне машины.
   Ночной воздух был таким жарким и тяжелым, что  девушка  чувствовала,  как
рубашка прилипает к спине, а по груди и животу струятся  капельки  пота.  Ее
щиколотки буквально горели от комариных  укусов,  поэтому  Сабрина  сбросила
летние белые туфли и положила босые ноги на кожаное сиденье.
   Но тяготы изнуряющей жары и страдания по вине назойливых насекомых не шли
ни в какое сравнение с ее душевными муками. Даже когда девушка  рассказывала
Виктору о Гилбертах или принималась  обдумывать  будущую  статью,  ее  мысли
постоянно путались оттого,  что  он  сидел  совсем  рядом.  Она  то  и  дело
вспоминала мгновения вчерашней  ночи,  проведенные  в  беседке,  и  ей  было
страшно от острой незатихающей потребности любить и быть любимой.
   - Вот бы включить музыку, - с тоской сказала она. -  Рок-н-ролл  немножко
взбодрил бы нас.
   Виктор устало поднял голову со спинки сиденья.
   - Ну да, особенно если его услышит еще кто-нибудь, - сухо заметил он.
   Сабрина не стала спорить - только вздохнула.
   - Я знаю, что нельзя. Просто высказала вслух свое желание.
   Немного помолчав, Виктор сжалился над ней:
   - По-моему, у меня где-то завалялась старая  кассета  "Битлз".  Мы  можем
поставить ее и убавить звук.
   Едва не задев девушку, он протянул руку и открыл бардачок.
   Сабрина затаила дыхание, испугавшись, что он вот-вот обнимет ее, и  в  то
же время гадала, как ей вести себя дальше, если этого не произойдет.
   - Да нет... все нормально, - сказала она сдавленным голосом. - Как-нибудь
проживу и без рок-н-ролла.
   Но как долго она сможет продержаться рядом с ним в темноте,  если  каждый
звук его низкого бархатного голоса и его земной запах будят в ней бурю самых
противоречивых переживаний?
   Не слушая девушку, Виктор вставил кассету, и через минуту из  магнитофона
чуть слышно полилась песня "Эй, Джуд". Виктор откинулся на сиденье.
   - Ну как?
   Сабрина улыбнулась.
   - А вы, оказывается, сентиментальный.
   В ответ раздался короткий смешок.
   - Это еще почему?
   - Потому что ездите на машине, выпущенной лет двадцать назад, и возите  с
собой кассету "Битлз".
   Виктор вгляделся в темноту и с трудом различил ее профиль.
   - А я думал, что я Айсберг.
   - Вы... - Девушка заерзала на месте, силясь разглядеть его лицо. - Так вы
знаете, как вас прозвали?
   - Еще бы! Но мне наплевать, как меня называют в редакции, - сказал он.
   На самом деле он слегка лукавил. Если честно, то ему было не  все  равно,
как его назвала бы Сабрина. Он даже на  секунду  представил  себе,  что  она
говорит ему "милый". Чушь, конечно.
   - А вы, мисс Сабрина, тоже считаете меня бездушной ледяной глыбой?
   Виктор задал вопрос, медленно растягивая слова, и низкий тембр его голоса
так странно подействовал на девушку,  что  ее  сердце  бешено  заколотилось.
Облизнув губы, она ответила:
   - Мы не в поместье Пикардов. Поэтому не надо больше называть  меня  "мисс
Сабрина".
   - А мне так хочется. Потому что очень нравится, - мягко возразил он.
   В устах Виктора ее имя звучало как заклинание, и сквозившая в его  голосе
нежная доброта взяла девушку за душу.
   - Ну... - она набрала побольше воздуха, - мне кажется, коллеги  придумали
вам такую кличку потому, что никто из них вас по-настоящему не знает.
   В темноте Сабрине не было видно, как Виктор улыбается.
   - А вы?.. Как вам кажется, вы знаете чтонибудь обо мне?
   Она могла бы ответить, что знает о его работе в "Даллас геральд",  но  не
стала этого делать. Девушка вдруг поняла, что у нее пропало  всякое  желание
копаться в его прошлом. Захотелось,  чтобы  он  сам  все  рассказал.  И  еще
захотелось стать для него самым близким человеком, чтобы он доверил ей  свою
тайну.
   Сабрина долго не отвечала, и Виктор, нащупав  в  потемках  руку  девушки,
взял ее и приложил ладонью к своей груди.
   - Разве ледяное сердце бывает таким горячим? - спросил он.
   Этот неожиданный жест и тихий, вкрадчивый голос предвещали  ей  погибель.
Закрыв глаза,  Сабрина  скользнула  пальцами  по  пуговицам  его  рубашки  и
дотронулась до жаркой, влажной кожи.
   - По-моему, оно уже тает, - прошептала она.
   С приглушенным стоном Виктор придвинулся к девушке и  обнял  ее  за  шею.
Сабрина почувствовала, как он привлек ее к себе, и спустя мгновенье их  губы
встретились и слились в поцелуе.
   Словно мягкое, теплое  облако  окутало  Сабрину,  и  она  потянулась  ему
навстречу. Виктор гладил ее спину, прижимая к себе девушку  все  крепче.  Их
тела сплелись так тесно, что Виктор ощущал мягкость ее груди, а пуговица  ее
джинсов холодила ему живот.
   Прошлой ночью в беседке Виктор страстно хотел Сабрину, буквально до боли,
и сейчас, когда она была в его объятиях, боль вернулась с удвоенной силой.
   Прежде чем осознать, что же он делает, Виктор  расстегнул  ее  рубашку  и
стащил с плеч.
   Едва он сильными пальцами, а потом и губами  коснулся  ее  груди,  как  у
Сабрины вырвался дрожащий вздох. Она была не в силах остановить  его  бурные
ласки и справиться с ответным желанием, поднимающимся откуда-то из глубин ее
тела.
   - Я хочу любить тебя, Сабрина, - тихо прошептал он ей на ухо.
   - Виктор...
   В подтверждение своих слов  он  принялся  гладить  ее  бедра,  и  девушку
охватило пьянящее возбуждение. Она уже не могла  ни  здраво  рассуждать,  ни
сопротивляться мягким движениям его рук, расстегивающих ремень ее джинсов.
   - Сабрина, - прошептал он, - драгоценная моя мисс Сабрина.
   Девушка застонала, и Виктор прижался щекой к ее щеке.
   - Славная моя, я снова стал живым, - сказал он и, взяв в ладони ее  лицо,
стал всматриваться сквозь темноту в невидимые черты.
   Впервые за много лет он почувствовал, как прекрасен  мир  и  как  приятно
заботиться о другом человеке. Он любил эту девушку за то,  что  она  вернула
ему вкус к жизни. С каждой минутой он любил  ее  все  сильнее,  и  это  было
поразительно, словно гром среди ясного неба.
   Но когда Виктор перестал целовать Сабрину, она будто начала  приходить  в
сознание. И чем сильнее ее сжигало желание  отдаться  ему,  тем  невозможней
казалась сама мысль об этом. Вчера он  уверял  девушку,  что  неспособен  на
подлость. А она в свою очередь неспособна на близость  с  мужчиной,  который
просто хочет ее. Сабрина могла принять его только всем  своим  существом:  и
телом, и душой.
   Опомнись, уговаривала она себя. Виктору нет дела до того, что творится  у
тебя на сердце. Он хочет утолить только жажду плоти.
   - Я... не могу быть с тобой... - произнесла она, отталкивая Виктора.
   - Почему?
   Сабрина покачала головой и снова  почувствовала  слабость  во  всем  теле
оттого, что Виктор привлек  ее  к  себе  и  медленно,  с  особо  продуманной
тщательностью поцеловал.
   - Давай выйдем из машины, - тихо сказал он.
   - Зачем? Чтобы улечься на капоте?
   Она даже не подозревала, с каким удовольствием он бы это проделал.
   - Отличная мысль, - пробормотал Виктор. - Но оставим ее на потом.
   Он вручил Сабрине рубашку и, открыв дверцу,  легонько  вытолкнул  девушку
наружу. Пока она натягивала одежду, Виктор покинул автомобиль и  приблизился
к ней.
   - Так дальше продолжаться не может, - хрипло сказал он.
   Сабрина глубоко вздохнула.
   - Ты прав. Не надо было ехать со мной.
   Ей следовало гораздо раньше самой подумать о том,  что  она  не  в  силах
устоять перед ним!
   - Не будем больше говорить об этом. - Он взял девушку за плечо и  привлек
к себе. - Я хочу знать, почему ты все время воюешь со мной.
   Сабрина взглянула ему в лицо, и ее охватила дрожь. Как все  сразу  станет
просто - стоит только прислушаться к своим желаниям! Но  ее  душа  этого  не
перенесет и будет страдать от ужасной дисгармонии.
   - Ты и вправду считаешь, что если женщина тебя  поцеловала,  значит,  она
хочет, чтобы ее немедленно затащили в постель или же... в машину?
   Тихо выругавшись в сторону, Виктор сказал:
   - Не знаю, что тебе ответить. Я тыщу лет ни с кем не целовался.
   Его признание на мгновенье  ошарашило  девушку,  а  затем  она  высказала
Виктору то, что думала:
   - Я тебе не верю.
   - Это твои сложности. Смотри сколько у тебя сегодня проблем.
   Сабрина в ярости стиснула зубы.
   - Проблема только одна: это - ты...
   Виктор схватил ее за руки и крепко сжал их.
   - Я могу долго жить без женщины, Сабрина, но я не настолько  слеп,  чтобы
не видеть, когда она меня хочет. Так что не морочь мне голову.  Просто  тебя
что-то сдерживает.
   Дрожащими руками девушка запахнула рубашку и попыталась застегнуться.
   - Я скажу вам, мистер Дэмиен, что меня сдерживает. То, что вы - мужчина!
   - Я польщен, что ты это заметила.
   Оставив в покое пуговицы, она ткнула пальцем ему в грудь.
   - Я больше никогда и никому не позволю мучить меня. Ни отцу, ни любовнику
и, уж конечно, ни тебе!
   Он вовсе не собирался мучить Сабрину. А услышав в ее голосе слезы, тут же
захотел успокоить девушку. Странно, что она превратно понимает его.
   - Кто он?
   - Ты о ком? - спросила она и  судорожно  сглотнула,  когда  Виктор  нежно
коснулся пальцами ее щеки.
   - О том, кто тебя мучил. За чьи грехи я сейчас расплачиваюсь.
   Сабрина отвернулась к лесу и уставилась в темноту.
   - Это не имеет значения. Но он преподал мне хороший урок.
   Виктор не смог удержаться и, схватив Сабрину за плечи, резко развернул ее
к себе.
   - Чему он научил тебя? Тому, что все мужчины - подонки и  хотят  с  тобой
просто переспать?
   Стиснутая кольцом его рук, девушка оказалась с Виктором лицом к лицу.
   - Но ведь и ты хочешь того же?
   Ее вопрос поразил Виктора как удар молнии. Конечно, он хотел  ее.  И  все
его тело до сих пор изнывало от неутоленного желания. Такая же  ноющая  боль
сжимала и его сердце. Но как сказать Сабрине об этом, если он только  сейчас
осознал, что же с ним происходит?
   - При чем тут я? Мы говорили о нем.
   Сабрина отвела взгляд.
   - Тебе же это неприятно слышать. Его звали Эрик, мы познакомились  вскоре
после того, как я приехала в Хьюстон. Он обещал любить  меня  всю  жизнь.  А
потом я узнала, что у него есть жена и ребенок.
   Сначала отец, потом Эрик, с горечью подумал  Виктор.  Неудивительно,  что
она всех мужчин считает свиньями.
   - Он убил в тебе любовь.
   Сабрина снова посмотрела Виктору в  глаза  и  тяжело  вздохнула.  Она  не
обнажила перед ним свое тело, но раскрывает ему тайники своей души.  Почему?
И зачем?
   - Нет, не любовь. Он убил во мне доверие.
   - Я не такой.
   Сабрина равнодушно пожала плечами,  но  ее  сердце  сжалось  от  странной
жалящей боли.
   - Конечно. Ты  совсем  не  похож  на  Эрика.  Не  раздаешь  обещаний,  не
разглагольствуешь о прелестях брака, не клянешься в вечной любви.  Ты  сразу
идешь напролом. Господи, да ты даже не утруждал себя признаниями, не сказал,
что я тебе нравлюсь. Ты увидел цель и попытался ее добиться.  Такая  прямота
просто восхитительна.
   Виктору хотелось схватить девушку и хорошенько ее потрясти. Ему  хотелось
убедить ее в том, что она ошибается. Но он понимал: что сейчас  ни  скажи  -
все прозвучит фальшиво.
   - Сабрина, это не так...
   Она оттолкнула его прежде, чем он успел закончить фразу.
   - Уже поздно, и я сомневаюсь, что кто-то здесь  сегодня  появится.  Давай
уедем отсюда.
   Не дожидаясь ответа, девушка вернулась в машину. Решив, что спорить с ней
сейчас бесполезно, Виктор сел за руль и завел мотор.
   Выехав из леса на грязную, пыльную дорогу, он подумал,  что  это  еще  не
конец. У них с Сабриной все только начинается.


   ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

   Сабрина не спала всю ночь и утром на работе выглядела  довольно  усталой.
Отправившись за водой для кофеварки, она налетела на Полу, и  та  критически
осмотрела подругу.
   - Сабрина, ты ужасно выглядишь! Тебе что, ночью было плохо?
   - Смотря что под этим подразумевать.
   - Как -  что?  Рвота,  головная  боль,  температура,  -  сказала  Пола  с
преувеличенным сочувствием в голосе.
   - Нет, я здорова. Мы с Виктором ездили на дело.
   И без того круглые глаза Полы стали величиной с блюдца.
   - Значит, с Виктором. Ну-ну. С каких это пор начальник стал участвовать в
твоих расследованиях?
   Сабрина подставила кофеварку под струю воды.
   - Пола, поверь, я тут ни при чем.
   Подруга лукаво улыбнулась.
   - Зато у тебя было время все выяснить. Он рассказывал о  своей  работе  в
"Геральд"?
   Избегая любопытного взгляда Полы, Сабрина надела крышку на кофеварку.
   - Мы не говорили об этом.
   - Так-то ты хочешь о нем узнать, - озадаченно заметила Пола.
   Сабрина закрыла кран и пошла к себе в кабинет, но Пола не отставала.
   - Я знаю достаточно, - сказала Сабрина.
   - Да? Что значит - достаточно?
   - Достаточно, чтобы представлять, насколько он опасен, - отрезала Сабрина
и намеренно ускорила шаг.
   Пола осталась стоять посреди коридора и удивленно смотрела ей вслед.
   За утро Сабрине трижды звонили по телефону с угрозами. Голос был мужской,
и каждый раз он предупреждал, что ей надо бросить дело Гилбертов.
   Нельзя сказать, что девушка испугалась. За годы работы  в  "Стар"  на  ее
долю выпало не так уж мало хамских и угрожающих звонков. Обычно ими  дело  и
ограничивалось. Но Виктор не разделял ее спокойствия.
   - Сабрина, в следующий раз, когда этот тип снова позвонит, передай трубку
мне. Договорились?
   Его властный тон заставил  девушку  обернуться.  К  ее  ужасу,  едва  она
встретилась с ним взглядом, как на глаза тут же навернулись слезы.  Как  это
ему удается? - в отчаянии спрашивала она себя. Почему в его  присутствии  ее
охватывает чувство полной безысходности и беззащитности?
   - Не стоит делать из мухи слона. Ну что особенного ты можешь ему сказать?
   Виктор мрачно ухмыльнулся.
   - Не люблю дважды повторять одно и то же. Вот когда он позвонит, тогда  и
узнаешь.
   Не сводя с него глаз, Сабрина убрала упавшие на лицо волосы.
   - Виктор, ты совершенно невыносим.
   Он скрестил руки на груди и откинулся на стуле.
   - Это почему же? Уж не потому ли, что я не забываю о том, что ты женщина,
и стараюсь помочь тебе?
   - Мой пол меня не смущает, - холодно сказала она.
   Он поднял бровь.
   - Догадываюсь, что тебя смущает только противоположный пол.
   Сабрина окинула взглядом его суровое лицо, сильную загорелую шею, широкие
плечи,  и  ее  ноздри  задрожали.  Мало  того  что  Виктор   обладал   всеми
достоинствами, так он еще надел рубашку ее любимого оливкового цвета. И в то
же время он являлся воплощением всего, что она ненавидела в мужчинах.
   - "Смущает" не совсем точное слово. -  Она  глубоко  вздохнула.  -  Я  не
выношу мужланства и грубых насмешек.  Пойми,  мне  не  нужен  телохранитель,
защитник или кто-нибудь в этом роде.
   Виктор дорого бы дал за то, чтобы не волноваться за безопасность Сабрины.
Его жизнь была бы намного проще, воспринимай он девушку только как  коллегу,
одну из многих  сотрудниц  редакции.  Но  это  уже  невозможно.  Ее  обаяние
проникло ему в самое сердце.
   - Я знаю, ты уверена, что можешь постоять за себя. Но мне кажется, что за
тринадцать лет работы в... газете я набрался чуточку большего опыта, чем ты.
Все может случиться. И не надо обманывать себя.
   Его сердитый тон озадачил Сабрину.
   - Что может случиться? Ну, например?
   Виктор выпрямил спину и перевел взгляд на экран компьютера.
   - Я не собираюсь разжевывать тебе элементарные вещи.
   Сабрина протянула руку к телефону и нетерпеливо спросила:
   - Ну что такого он может сделать, как ты думаешь? Начнет преследовать?  А
если я не отступлюсь, он что - поймает меня и убьет?
   Виктор мгновенно представил нарисованную ею картину. Вместо  монитора  он
увидел перед собой Пита, лежащего на грязном асфальте без признаков жизни. А
через секунду на этом месте уже была Сабрина, неподвижная  и  прекрасная,  с
застывшей улыбкой на лице.
   Внутри у Виктора все похолодело.
   - Такое уже случалось, - сказал он.
   Отмахнувшись от его слов, Сабрина недоверчиво засмеялась.
   - Вношу в список твоих качеств еще одно: излишне эмоциональный.  Тебе  бы
не репортажи писать, а киносценарии. Ручаюсь, тебе удались бы фильмы ужасов.
   - Шути-шути, а я не буду терять бдительность за нас обоих.
   Неужели он и впрямь беспокоится о ней? - спрашивала себя девушка.  Что-то
сомнительно. Конечно, любому свойственно волноваться за  своих  близких.  Но
Виктор вовсе не переживает за нее. Он просто хочет с ней  переспать,  вот  и
все.
   Почувствовав на себе взгляд, Виктор поднял глаза.
   - Кстати, я хочу, чтобы ты вечером заехала  ко  мне  перед  тем,  как  мы
отправимся к Гилбертам.
   От неожиданности Сабрина так и села.
   - К тебе? Зачем? Думаешь, дома тебе повезет со мной больше, чем в машине?
   Издевка, прозвучавшая в  ее  голосе,  буквально  подбросила  Виктора,  и,
вскочив со стула, он рывком  привлек  девушку  к  себе.  Не  успела  Сабрина
опомниться, как он впился в нее губами.
   Ее ошеломило не столько то, что он накинулся на нее с поцелуями  прямо  в
рабочем кабинете, сколько вспыхнувшее как пожар ответное желание.  Она  была
не в силах оторваться от Виктора и, обвив руками его шею, упивалась  нежными
ласками его губ и языка.
   -  Спорим,  что  повезет,  -  прошептал  Виктор,  когда   они   перестали
целоваться.
   Ну что она могла ответить этому самодовольному хвастуну? В конце  концов,
он ведет себя оскорбительно!
   Отпихнув Виктора, девушка схватила сумочку и направилась к двери.
   - Ты куда? - властно спросил он.
   - Тебе что за дело! - рявкнула Сабрина.
   Виктор удивленно уставился на нее.
   - И надолго?
   - Узнаешь, когда я вернусь!
   Девушка вышла в коридор, Виктор выскочил за ней с криком "Сабрина! ".
   Несколько человек обернулись на его голос, а он их сразу  и  не  заметил.
Девушка тоже оглянулась, и он увидел, каким бледным было ее лицо.
   - Будь осторожна, - сказал Виктор.
   Она ожидала услышать  все  что  угодно,  но  только  не  эти  два  слова.
Уязвленная, она резко развернулась и заспешила по  коридору,  еле  сдерживая
слезы.
   Минут через сорок Сабрина вернулась в  редакцию.  Она  сохраняла  внешнее
спокойствие, хотя и была совершенно издергана. Она не  понимала,  почему  ей
никак не удается освободиться от гипноза, исходящего  от  Виктора.  Особенно
если этот человек был средоточием всех  зол,  которых  она  с  таким  трудом
пыталась избежать. Она ненавидела, когда  ею  руководят,  указывают,  что  и
когда ей следует делать, - в общем, все то, чем отличался ее отец.  Еще  она
ненавидела, когда ее заверяют в любви и тут же обманывают, как  это  было  с
Эриком. Тогда почему рядом с Виктором она забывает суровые уроки жизни?
   Вечером они спустились вместе с  Виктором  на  подземную  стоянку,  и  он
рассказал девушке, как найти его дом.
   - Только не вздумай где-нибудь перекусить. Я буду готовить на двоих.
   Сабрина пристально посмотрела на него,  и  ее  брови  удивленно  поползли
вверх.
   - Ты собираешься угостить меня ужином?
   Он быстро сел за руль своего "камаро" и через окно насмешливо ответил ей:
   - Это входит в мой план совращения, мисс Сабрина.
   Перед глазами у девушки пронеслась картина, как он целовал ее  сегодня  в
кабинете, и, собрав всю свою решимость, она парировала:
   - Забудь о нем. Ты можешь надзирать за мной, но обольстить меня  тебе  не
удастся.
   Виктор завел мотор,  и  Сабрина  увидела,  как  дрогнула  его  ухмылка  и
перекосилось лицо. Он уже понял, что девушка  напускает  на  себя  суровость
всякий раз, когда он сам делает вид, что сердится. Посмотрим, кто кого, но у
нее-то с  выдержкой  похуже.  И  на  то  есть  одна  замечательная  причина,
благодаря которой он чувствует себя безумно счастливым.
   - Если честно, я ничего такого не планировал.
   И Виктор укатил. Сабрина забралась в свой "линкольн"  и,  сразу  сникнув,
прислонилась затылком к подголовнику. Господи, ну как ей  вынести  еще  одну
ночь с Виктором? И как ей работать с ним изо дня в день?
   Не думай сейчас об этом, сказала она себе, покидая стоянку и  выезжая  на
оживленную улицу. Сосредоточься на деле Гилбертов.
   Дома она переоделась в белые джинсы и черную майку, заплела волосы в косу
и слегка припудрила лицо. Перед самым выходом она схватила баночку  с  мазью
от комаров и запихнула ее в сумку. Сегодня ночью ни комарам, ни  Виктору  не
удастся поживиться.
   Подъехав к жилищу Виктора, Сабрина ужасно удивилась. Она  и  предположить
не могла, что он обитает на ранчо, да еще в таком старом доме. Она поставила
"линкольн" рядом с машиной Виктора и увидела, что сам хозяин и его ротвейлер
идут из хлева ей навстречу. Пес держался рядом с Виктором, а  когда  заметил
девушку, то кинулся к ней с громким  лаем.  Сабрина  добежала  до  машины  и
захлопнула за собой дверцу.
   - Не бойся, Боу  тебя  не  обидит,  -  заверил  Виктор,  приблизившись  к
"линкольну". - Он просто не привык к гостям.
   Сабрина  с  опаской  вылезла  из  машины  и  села  на   корточки,   чтобы
поприветствовать собаку. Боу поскуливал и все время  пытался  лизнуть  ее  в
лицо. Девушка со смехом заметила:
   - Я-то решила, что ты вправду не опасен, а  теперь  боюсь,  что  залижешь
меня до смерти.
   Глядя, как Сабрина и Боу знакомятся,  Виктор  испытал  необычайно  теплое
чувство, и эта нежность тут же отразилась на его лице, едва он взял  Сабрину
за руку.
   - Пойдем. Ужин уже греется.
   - Никогда бы не подумала, что ты живешь  на  ферме,  -  сказала  Сабрина,
когда они все втроем направились к дому. - Я ехала по дорожке и видела,  как
пасутся коровы. Они тоже твои?
   -  Пестрые?  Мои.  Конечно,  не  симментальские  рекордсменки,  но   тоже
неплохие. И они принадлежат мне целиком и полностью.
   Девушка услышала гордость в его голосе и  поняла,  что  видит  известного
журналиста с совершенно новой, неожиданной стороны.
   - Неужели тебе интересно быть еще и фермером? Никогда бы не приняла  тебя
за ковбоя.
   Ее неподдельное удивление развеселило Виктора.
   - Мой отец какое-то время  был  фермером.  Я  помогал  ему  и  постепенно
приучился  ухаживать  за  коровами  и  лошадьми.  Переехав  сюда,  я   решил
попробовать свои  силы  и  посмотреть,  смогу  ли  самостоятельно  применить
отцовскую науку.
   Прежде чем ступить на крыльцо, Сабрина окинула взглядом участок.
   - Похоже, ты вполне преуспел.
   Ее похвала окрылила и одновременно смутила Виктора.
   - Спасибо. Но боюсь, что  пройдет  еще  много  времени,  пока  здесь  все
наконец не станет так, как я задумал. Ранчо два года пустовало  и  пришло  в
упадок. Ограда, сарай, да и сам дом требуют ремонта.
   Он распахнул дверь и впустил Сабрину и собаку в прихожую.
   - Надеюсь, ты ничего не имеешь против Боу. Я разбаловал пса:  по  вечерам
разрешаю ему находиться в доме, чтобы он немного  остыл.  Если  я  велю  ему
сейчас остаться снаружи, он страшно расстроится.
   Сабрина засмеялась, увидев, как огромный ротвейлер опрометью  понесся  на
кухню.
   - Конечно, я не  против.  Я  вообще  люблю  животных.  К  сожалению,  наш
домовладелец не разрешает держать в квартире живность.
   После уличной  жары  в  комнатах,  занавешенных  плотными  шторами,  было
сумрачно и прохладно.
   Виктор прошел в гостиную, включил торшер и жестом пригласил туда Сабрину.
Она последовала за ним и, оглядевшись, увидела выкрашенные в  кремовый  цвет
стены, дверные проемы в форме  арок,  крепкий  деревянный  пол,  застеленный
коврами без всякой системы. Она не нашла ничего из кружева или ситца,  и,  в
отличие от ее жилища, здесь не  валялись  пузырьки  с  лаком  для  ногтей  и
журналы мод. Повсюду царили чистота и спартанский порядок.
   - Скоро совсем стемнеет, - заговорил Виктор. - Если ты проголодалась,  то
давай поужинаем и поедем к Гилбертам.
   Она кивнула.
   - Тебе помочь?
   Виктор усмехнулся,  и  девушка  почувствовала,  как  ее  сердце  забилось
сильнее. Этот  фермер  в  ковбойских  сапогах,  старых  потертых  джинсах  и
застиранной белой футболке излучал гораздо большую  опасность,  чем  лощеный
журналист.
   - Не представляю тебя на кухне. Но от помощи не откажусь.
   Сабрина  попыталась  изобразить  обиду,  но  улыбка  и  ямочки  на  щеках
выдавали, что она вовсе не сердится.
   - Если честно, я тоже не могу представить тебя на кухне. Ты  уверен,  что
твоя стряпня съедобна? Может быть, нам запастись на ночь лекарствами?
   Посмеиваясь, Виктор пригласил девушку последовать за  ним  через  арку  в
столовую, соединенную с кухней. Боу уже лежал там на  прохладном  линолеуме,
опустив морду на передние  лапы.  Пес  с  большим  интересом  наблюдал,  как
Сабрина помогает его хозяину накрывать к ужину круглый стол.
   - А какой прием вы с Боу устраиваете ворам? - спросила Сабрина, когда они
с Виктором расселись по местам и принялись за буррито и жареную фасоль. -  У
него довольно грозный вид, даже когда он улыбается.
   Виктор засмеялся.
   - Раз ты у нас уже освоилась, я кое в чем признаюсь. Он и  в  самом  деле
свирепый пес.
   Сабрина так и застыла с открытым ртом.
   - Так, значит, он все-таки кусается? Почему ты мне сразу не сказал?
   В глазах у Виктора появились озорные искорки.
   - Потому что он не кусает тех, кто мне нравится.
   - Вот оно что! И как же Боу узнает, как ты ко мне относишься?
   Сабрина вовсе не была уверена в том, что нравится Виктору. И в  том,  что
он испытывает к ней нечто большее, чем банальное половое влечение.
   - Он уже знает, потому что я ему рассказал.
   Боясь встретиться  с  Виктором  взглядом,  Сабрина  стала  сосредоточенно
поливать буррито острым соусом.
   - И часто ты обманываешь свою собаку?
   - Сабрина,  ты  единственный  человек  в  редакции,  которого  я  к  себе
пригласил. Кое-кто из коллег заезжал сюда, но они были незваными гостями.
   Выслушав его признание, Сабрина откусила кусочек буррито и,  как  это  ни
было глупо, неожиданно почувствовала себя польщенной.
   - Не сомневаюсь, что среди них оказалась и Вроде-в-Разводе.
   Виктор улыбнулся нахально и чуть насмешливо.
   - Почему ты так решила?
   Нахмурившись, девушка  воткнула  вилку  в  буррито.  Молодец,  умница!  -
мысленно ругала она себя. Выступила как ревнивая любовница!
   - Я видела, как она  смотрела  на  тебя  на  приеме  у  Пикардов,  вот  и
догадалась.
   Виктор хохотнул, и Сабрина заерзала на стуле.
   - Ну и как же? - спросил он.
   Из  всей  вечеринки  он  помнил  только  Сабрину  и  страстное   желание,
охватившее его в беседке, будь она неладна.
   - Влюбленными глазами.
   Виктор снова засмеялся, и девушке захотелось ударить его.
   - Вроде-в-Разводе, как ты ее называешь, влюбилась всего лишь в  одну  мою
идею.
   Сабрина вопросительно посмотрела на него.
   - Это имеет отношение к нашей теме, и я думал, что мы  засядем  вместе  с
тобой, - сказал Виктор.
   - Засядем? Куда же? За стол или за статью?
   Виктор захохотал, и Сабрина завороженно наблюдала за ним: таким  она  его
еще никогда не видела. До  этой  минуты  ей  казалось,  что  он  никогда  не
смеется. И не испытывает в этом ни малейшей потребности.
   Виктор взял ее руку и приложил ладонью к своей щеке.
   - Если бы ты знала, как я старался не поддаваться твоему очарованию!
   Неужто он боролся с собой так же, как и она сама?
   - У меня создалось впечатление, что  ты  из  принципа  никому  не  хочешь
симпатизировать, - сказала она, стараясь сдержать дрожь в голосе.
   - Вот именно.  Но  ты  покорила  меня  вопреки  моим  принципам.  Ты  мне
нравишься, Сабрина. Даже слишком.
   Он произнес эти слова, не глядя на девушку, и только крепче сжал ее руку.
   Сабрина испытала небывалый прилив  чувств  и  вдруг  ясно  осознала,  что
влюблена в Виктора. Ужаснувшись своему открытию, девушка поняла, что с  этим
уже ничего не поделать. Но она никогда не сможет признаться Виктору.  Он  не
похож на человека, постоянного в любви,  и  если  узнает,  как  она  к  нему
относится, то их и без того хрупкие деловые отношения вовсе пойдут насмарку.
   - Ты... тоже мне нравишься.
   Виктор с улыбкой взглянул на нее. Впервые, отметила Сабрина, в его улыбке
не было ни тени коварства.
   - Знаешь, когда я смотрю на тебя, мне хочется, чтобы родители снова  были
живы и могли увидеть тебя. По-моему, ты бы им приглянулась.
   Он и вправду так думает? Или это всего лишь игра? Верный способ вскружить
голову, чтобы потом завлечь ее в свои объятия? Ей не хотелось верить  в  то,
что Виктором  движет  простой  расчет,  но  ведь  и  Эрика  она  никогда  не
подозревала во лжи, а его семья жила тут же, в Хьюстоне.
   - Я уверена, что они бы мне тоже понравились, - сказала она и, высвободив
руку, отчаянно попыталась перевести разговор на более безопасную тему: - Так
что это за идея? Почему ты мне раньше ничего не говорил?
   Виктор потянулся к кружке с пивом.
   - Не хотел тебя отвлекать.
   Не хотел отвлекать! Хороша забота,  нечего  сказать!  Да  он  ежеминутно,
ежечасно отвлекает ее от самых необходимых дел. Всем  своим  видом,  тембром
голоса, запахом одеколона, в конце концов.  Каждый  его  поступок  и  каждое
слово становятся для нее чрезвычайно важными. Слава Богу, что Виктор об этом
не подозревает.
   - Я дал в нашей газете объявление и предложил всем, кто живет в  Хьюстоне
и его окрестностях и был когда-либо жертвой  преступления,  написать  нам  и
рассказать о том, что с ними произошло и как  это  событие  повлияло  на  их
дальнейшую судьбу. - Он замолчал, чтобы немного поесть, потом  продолжил:  -
Мы с тобой прочтем эти письма и, подготовив их к печати, дадим  пострадавшим
слово на страницах газеты. Все ждут от нас репортажей с места событий, но  я
хочу, чтобы читатели увидели: последствия совершенных преступлений,  боль  и
страдания нам тоже не безразличны. - Он посмотрел на Сабрину. -  Что  ты  об
этом думаешь?
   Неожиданно для Виктора девушка улыбнулась.
   - По-моему, это здорово!
   Она  была  в  восторге  от  такой  замечательной  идеи.  Она  восхищалась
Виктором, и даже больше: она любила его. Но как же это случилось? И  как  ей
быть дальше?
   Виктор помрачнел и покачал головой.
   - Я тебе не верю. Впервые ты соглашаешься со мной, когда надо поспорить.
   Сабрина чувствовала, как у нее пылают щеки, как горит и дрожит все тело.
   - Мне кажется, что ты прав.
   Он засмеялся словно через силу.
   - Мисс Сабрина в первый раз признала мою правоту. Этот вечер я не  забуду
никогда.
   Ну что ж, пусть не верит, это его дело. Девушка взглянула  на  Виктора  и
подумала, что она тоже сохранит в памяти этот вечер. А  впереди  у  них  еще
целая ночь!
   Уже совсем стемнело, когда Виктор и Сабрина прибыли на ферму Гилбертов  и
поставили машину в лесу, на прежнем укромном месте.
   Сегодня Виктор решил  воспользоваться  стареньким  грузовым  пикапом,  на
котором обычно возил сено и фураж. Девушку  не  смущали  треснутое  ветровое
стекло и неудобный салон, но вот кассеты с песнями "Битлз",  которую  Виктор
ставил вчера, ей явно не хватало. Без музыки  в  кабине  было  неестественно
тихо.
   - Я думаю о том, что будет завтра утром после выхода газеты.
   Они почти полтора часа  просидели  неподалеку  от  заброшенного  родника,
прислушиваясь к каждому шороху. Вокруг  ничего  не  происходило,  и  девушка
начала нервничать. Она положила ноги на сиденье, затем снова опустила их  на
пол. Потом, подперев голову рукой, принялась смотреть в  окно.  Это  занятие
было более безопасным, чем все время  созерцать  Виктора.  Потом  она  стала
убеждать себя, что их разделяет целых полметра, хотя ей все время  казалось,
что он находится совсем рядом.
   - Ты имеешь в виду объявление или свою заметку о деле Гилбертов?
   Она вздохнула.
   - И то, и другое.
   - После публикации объявления нам придется немного  подождать.  Людям  не
так-то легко рассказывать о том, что их травмировало.
   Сабрина прекрасно это  знала.  Она  сама  очень  долго  никому  не  могла
рассказать о предательстве Эрика. Интересно, а  была  ли  у  Виктора  личная
драма?
   - Скажи, ты кого-нибудь любил?
   В темноте девушка не увидела, но почувствовала, как он повернул голову  в
ее сторону.
   - А почему ты спрашиваешь?
   Сабрина и сама не знала почему. Но ей необходимо было это знать.
   - Как все женщины, я любопытна, - ответила она.
   Могла бы и не напоминать о том, что она женщина. Ведь он только об этом и
думал, сидя рядом с ней в душной кабине.
   - Однажды мне показалось, что я люблю.
   - И вы собирались пожениться?
   - Угу, - недовольно фыркнул он. - Невероятно, правда?
   Сабрина  не  могла  представить  себе  ту,  что  всерьез  завладела   его
чувствами. И с трудом верила, что он был способен поддаться женским чарам. И
все-таки это было, и девушка испытала укол ревности.
   - Ну и что же вам помешало?
   Виктор пожал плечами.
   - Ее перестали устраивать моя профессия и мое поведение.
   Сабрина чуть не засмеялась.
   - О каком поведении ты говоришь?
   Если  бы  она  только  знала,  мрачно  подумал  он,  каким  вдохновенным,
неотразимым и все на свете знающим парнем он был тогда, когда жил в Далласе!
   - Сейчас я, конечно, многое пересмотрел.
   - Ну да! Бедная она, несчастная.
   - Нет, это я бедный.
   - Почему? Потому что потерял ее?
   Не поэтому, подумал он. А потому, что  он  потерял  все.  Лучшего  друга,
любовь Элейн, вкус к жизни, радость и гордость за свою работу. Все, что было
главным в его жизни, перестало для него существовать в ту ночь, когда  убили
Пита.
   - Я не хочу больше обсуждать  эту  тему.  Давай  поговорим  о  чем-нибудь
другом.
   В его голосе Сабрине послышалось легкое раздражение, но не  только.  Быть
может, грусть? Чем бы это ни было, девушка поняла, что не  стоит  давить  на
больное место и ворошить дела давно минувших дней.
   - Я... ох... - Она снова переменила позу, чтобы сесть к Виктору лицом.  -
Я  знаю,  что  ты  работал  в  "Даллас  геральд".  Ты  ведь  занимался   там
криминальной хроникой?
   Как смешно, подумал он. Долгое время он тщательно скрывал свое прошлое. А
теперь ему совершенно неважно, почему Сабрина знает, где  и  что  он  раньше
делал. Сейчас только одна мысль  занимает  его:  заключить  девушку  в  свои
объятия и дать ей почувствовать, как сильно его влечет к ней.  И  когда  она
будет принадлежать ему, невыносимый жар тела утихнет. Его плоть  успокоится,
и он забудет обо всем, что она в нем всколыхнула.
   Он так долго молчал, что Сабрина начала гадать: то ли  ей  дали  неверную
информацию, то ли она разозлила Виктора настолько, что он не находит слов от
ярости.
   - Виктор...
   - Кто тебе сказал?
   - Один приятель обмолвился, что  ты  работал  в  "Геральд".  Остальное  я
вычислила  сама.  Ты  не  очень-то  умело  скрываешь  свою  профессиональную
осведомленность.
   - С чего ты взяла, будто я что-то скрываю?
   Сабрина не смогла справиться со своим порывом и, протянув руку, коснулась
кончиками пальцев щеки Виктора, потом подбородка и его губ.
   - Я думаю... - девушка на  мгновенье  умолкла,  чтобы  сдержать  дрожь  в
голосе от внезапно нахлынувшего желания, - ты пытаешься скрыть очень многое.
   Виктор взял Сабрину за руку и переплел ее пальцы со своими.
   - Я действительно работал в "Геральд" и писал о преступности. Но  никогда
специально это от тебя не скрывал. Я просто не говорил тебе.
   Он  придвинулся  ближе,  и  у  Сабрины  перехватило  дыхание,  когда   он
дотронулся ладонью до ее лица.
   - И ты не обвинишь меня в попытке скрыть, как я хочу тебя. Так ведь?
   Тихий шепот прошелестел у самых ее губ, и Сабрина закрыла глаза и  обвила
руками плечи Виктора.
   Он сразу забыл, где они находятся и зачем. Вкус ее губ перенес Виктора  в
другой мир, где не было ничего, кроме нежной женской  кожи,  живого  кончика
языка и волос со сладким запахом гардении.
   Скользя вниз по спинке сиденья, Сабрина застонала. Она знала, что  должна
сопротивляться, но тело  уже  не  слушало  доводов  рассудка.  Прикосновения
Виктора словно околдовали ее. Да так  сильно,  что  ей  хотелось,  чтобы  он
раздел ее и ласкал не переставая.
   - Виктор... мы так не договаривались...
   Он почувствовал ее грудь на своей груди и поцеловал девушку прямо в вырез
майки.
   - А мы и не делаем ничего неприличного... пока... -  пробормотал  Виктор,
плавно скользя губами вверх по нежному изгибу ее шеи. - Но непременно будем,
- пообещал он сдавленным шепотом.
   - Я не хочу заниматься с тобой любовью, -  простонала  она,  хотя  каждая
клеточка ее тела молила Виктора об обратном.
   Он убрал волосы с ее лица и сказал:
   - Закрой глаза и поцелуй меня.
   Затем, взяв Сабрину за запястья, положил ее ладони себе на грудь.
   - Давай, мисс Сабрина. Избавь меня от этой муки.
   Глухой  стук  его  сердца  и  хриплый  голос  окончательно   сломили   ее
сопротивление. Она привлекла Виктора к себе и пылко его поцеловала.
   Виктор ничего не хотел замечать вокруг.  Но  шум  мотора  становился  все
громче и громче. Сознавая, что нельзя не реагировать на  этот  звук,  Виктор
поднял голову и внимательно прислушался.
   - Что там? - удивленно спросила Сабрина, постепенно приходя в себя  после
страстных поцелуев.
   Шум раздавался уже примерно в ста метрах от них, и сквозь густую  листву,
скрывавшую пикап, можно было различить тусклый свет фар.
   - По-моему, грузовик. Тот, которого мы ждали, - ответил Виктор.
   Не дав Сабрине вымолвить и слова, он отпрянул от нее и схватился за ручку
дверцы.
   - Что ты делаешь? - прошептала она.
   Виктор оглянулся и увидел, как девушка расправляет помятую одежду.
   - Собираюсь узнать, кто к нам пожаловал. Ты останешься здесь. Сиди  и  не
двигайся, - приказал он, вылезая из машины.
   - Виктор! Ты же не знаешь, кто это может быть! А вдруг  тебе  понадобится
моя помощь? Я иду с тобой.
   Он захлопнул дверцу, и девушка не успела выскочить вслед за ним.
   - Сабрина, не вздумай сейчас со мной спорить. Я вернусь через пару минут.
   Девушка еле сдерживалась, чтобы не накричать на него, но она  знала,  что
тем самым может выдать их обоих.  Она  ничего  не  могла  сделать  и  только
смотрела, как он крадучись удаляется от пикапа и исчезает среди  деревьев  в
густой тьме.


   ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

   Я больше здесь не останусь,  сказала  себе  Сабрина,  когда  прошло  пять
невыносимых минут. Ей было наплевать на строгий приказ Виктора.
   Затихающий шум  мотора  заглушил  осторожные  шаги  Сабрины.  Пробравшись
сквозь мрачные заросли к дороге, девушка  перебежала  на  другую  сторону  и
припала к стволу огромного дуба, чтобы из укрытия наблюдать за  обстановкой.
С выбранной ею  точки  Сабрина  видела  часть  кабины  грузовика.  Она  была
красного цвета, но различить в темноте надпись на дверце девушке не удалось.
Виктора она тоже нигде не заметила.
   Куда же он делся? - в отчаянии подумала она. Задыхаясь от быстрого  бега,
девушка включила подсветку на часах. Шла седьмая минута. Он уже сто раз  мог
записать номер грузовика и название компании. Он  что,  черт  возьми,  берет
интервью у шофера?
   Эта абсурдная мысль заставила ее покинуть укрытие и  крадучись  двинуться
через подлесок поближе к грузовику. Она должна найти Виктора! Эти люди очень
опасны, с такими особенно не поболтаешь.
   "У меня болтовни не бывает, мисс Мартин". Ища Виктора  глазами  в  ночной
тьме, Сабрина вдруг вспомнила его резкие слова. В тот день он  не  на  шутку
разозлился и говорил с ней очень холодно и надменно.
   Он снова будет в ярости, заключила Сабрина. Но  это  уже  совсем  не  тот
человек, которого она впервые увидела в своем кабинете несколько дней назад.
Тогда он был для нее Айсбергом, журналистом, вызывающим восхищение у коллег,
но, по сути дела, остающимся для них загадкой.
   А теперь для нее он самый нежный и самый страстный мужчина  на  свете.  И
она его любит. Любит безумно. Если с ним сейчас что-то случится,  она  этого
просто не переживет.
   Странный   звук,   донесшийся   откуда-то   слева,    заставил    Сабрину
насторожиться. Около грузовика явно  что-то  происходило.  Пригнувшись,  она
приблизилась к машине и сквозь гул мотора услышала незнакомый голос:
   - Будь ты неладен, журналюга проклятый! Ну и что  ты  завтра  нацарапаешь
для своей вонючей газетенки? Все равно ничего не докажешь!
   Сабрина раздвинула заросли шиповника.  От  увиденного  ею  зрелища  кровь
застыла в жилах. В  трех  шагах  от  Виктора,  нацелив  на  него  совсем  не
игрушечный пистолет, стоял рослый детина.
   - У меня есть доказательства, - сказал  Виктор,  и  его  голос  показался
Сабрине на удивление спокойным. - Так и доложи своему шефу,  что  его  песня
спета. Он не успеет расплатиться с тобой за то, что  ты  слил  в  землю  эту
дрянь, потому что очень скоро  у  него  будет  одно-единственное  желание  -
никогда не слышать слово "нефть".
   Сабрина смотрела то на  Виктора,  то  на  вооруженного  водителя.  Виктор
сказал, что у него есть доказательства. Перед выходом из дома он  засунул  в
карман джинсов маленький фотоаппарат. Неужели ему  удалось  что-то  заснять?
Коли так, то надо ненадолго отвлечь внимание  злоумышленника,  чтобы  Виктор
мог скрыться.
   Детина снова разразился проклятиями:
   - На кой тебе нужна эта шумиха? Подумаешь, слили немножко отходов.
   - Это отрава.
   На лице бандита появилась гнусная  улыбочка.  Сабрине  так  и  захотелось
ударить его промеж ног.
   - В мире полно всякого дерьма. И от нашего никто еще не загнулся.
   - Оно губит скот Гилбертов, - сказал Виктор, - отравляет воду и землю.
   Детина фыркнул.
   - Этим божьим одуванчикам место в доме престарелых.  Если  мы  не  сможем
сливать отходы, то куча народу останется без работы, а семьи будут голодать.
   - Побереги сопли для другого случая, - отбрил  его  Виктор.  -  Твой  шеф
заварил эту кашу, чтобы не платить за легальный сброс отходов. У тебя только
один выход, если хочешь избежать встречи с полицией, -  убрать  отсюда  свой
грузовик.
   Водитель зловеще засмеялся.
   - Ну уж нет. Пора ткнуть тебя мордой в это дерьмо.  "Журналист  в  луже".
Как тебе, Дэмиен, такой заголовочек?
   И он загоготал.
   У Сабрины сердце чуть не выскочило  из  груди.  Она  не  позволит,  чтобы
Виктора убили! Она любит его! Всем своим существом. Она должна вмешаться,  и
как можно быстрее.
   - Я вижу, ты плохо учился в школе, - сказал Виктор.
   Детина пришел в ярость и ткнул дулом пистолета Виктору в грудь.
   - Шагай  к  пруду,  -  приказал  водитель.  -  И  ты  у  меня  наконец-то
заткнешься, навсегда.
   - Нет! - в ужасе вскрикнула Сабрина.
   Выскочив из кустов, она набросилась на водителя и  принялась  пинать  его
ногами, норовя попасть ему в пах.
   От неожиданности детина попятился  и,  ударившись  о  грузовик,  упал  на
землю. Пистолет выпал у него из рук, и не успел он  опомниться,  как  Виктор
схватил оружие.
   - Беги! - крикнул Виктор Сабрине. - Скорее в машину!
   Не дожидаясь, когда он последует за ней, девушка  стремительно  понеслась
через заросли кустарника назад к пикапу. Темень стояла такая, что хоть глаза
выколи. Господи, куда же ей бежать?
   Ветки и шипы царапали ей лицо и руки. Вся грудь горела от  боли,  а  тело
сотрясалось от рыданий.
   - Сюда! Быстрее! - кричал Виктор.
   Наконец-то он был рядом и, схватив девушку за руку, подтолкнул ее вперед.
Сабрина изо всех сил старалась не  упасть,  хотя  ноги  подгибались.  Вскоре
Виктор запихнул ее в кабину пикапа.
   - Ложись на пол и не двигайся! - приказал Виктор, завел мотор и дал газу.
   Сабрина  беспрекословно  подчинилась  и  легла  под  сиденье,  а   пикап,
подпрыгивая, выкатился на дорогу.
   Поскольку грузовик с цистерной находился  недалеко,  девушка  испугалась,
что бандит мог вернуться к своей машине и, выехав на дорогу,  преградить  им
путь.
   - Где он? Ты его видишь? - крикнула она Виктору.
   - Нет. Но все равно пока не вставай.
   Сабрина послушалась, потому что и впрямь спорить было некогда, к тому  же
ее всю трясло и она не могла пошевелить ни рукой, ни ногой.
   После  того  как  участок  Гилбертов  остался  позади,  Сабрина,   собрав
последние силы, поднялась на сиденье. Окна в машине были открыты, и  девушка
подставила  лицо  ветру  в  надежде   поскорее   избавиться   от   страшного
воспоминания. Виктора чуть не убили у нее на глазах!
   - Я хочу знать, черт возьми, что ты там делала, -  заявил  Виктор,  когда
они отъехали на безопасное расстояние.
   Сабрина обернулась к нему.
   - Когда?
   - Проклятье! Тебя же могли убить! - заорал он. - Нашла время для шуток!
   Вся дрожа, она закричала в ответ:
   - Какие шутки? Это тебя могли убить! Что ты там делал?
   - Работал, - процедил Виктор сквозь зубы. - Я просил  тебя  оставаться  в
машине! Разве нельзя было сделать так, как я сказал?!
   От пережитого потрясения и бессильной ярости Сабрина заплакала.
   - Радуйся, что я тебя не послушала, иначе ты бы уже лежал на дне пруда!
   Виктор не чувствовал страха, пока не увидел, как девушка  набросилась  на
водителя. Если бы тот ранил или убил ее,  то  Виктору  было  бы  сейчас  все
равно, жив он или мертв. Жизнь без Сабрины потеряла бы всякий смысл. Но если
ей сказать об этом, она вряд ли поверит.
   - Я бы справился с этим типом, - прорычал Виктор.
   - Хвастун! - Девушка всхлипнула и вытерла слезы. - Ненавижу,  когда  меня
так пугают.
   - А мне не нравится, когда тебя тянет на подвиги. Где  ты,  черт  возьми,
научилась так драться?
   - Я всегда увлекалась спортом, - ответила она  и,  взглянув  на  Виктора,
рассмеялась.
   - Иди ко мне, - сказал он.
   Сабрина не шелохнулась, и он, обняв, привлек ее  к  себе.  Она  зарыдала,
потом засмеялась сквозь слезы.
   - Все хорошо, - утешал ее Виктор, положив голову девушки к себе на плечо.
- Похоже, нас никто не преследует, и через пару минут мы будем у меня.
   Как только Сабрина почувствовала прикосновение его  руки,  она  сразу  же
успокоилась. Дрожь в ногах прошла, а истерический смех сменился икотой.
   - Слава Богу, что ты успел забрать пистолет. А номер машины записал?
   Виктор еще  крепче  прижал  к  себе  девушку,  словно  беспокоясь  за  ее
безопасность.
   - Да. Но название фирмы на дверце было замазано.
   - А что с фотоаппаратом?
   - Если он цел, то у нас будет несколько снимков, которые что-то прояснят.
   Девушка приподняла голову и убрала с лица спутанные пряди.
   - Слушай, этот тип просто ненормальный! Я знала,  что  мы  имеем  дело  с
жуликами, но он собирался застрелить тебя!
   - Я делал все возможное, чтобы ему это не удалось.
   Сабрина закрыла  глаза,  чтобы  справиться  с  новым  приступом  рыданий.
Страшная картина снова предстала перед ней. Виктора едва не убили, и ему  не
понять, что творилось с ней в ту минуту.  Она  не  только  испытала  чувство
ужаса, но и осознала, как сильно любит  Виктора.  Ну  и  что  же  теперь  ей
делать? И разве с этим можно справиться?
   Как только они добрались домой, Виктор тут же пошел к телефону и позвонил
в полицию. Сабрина поплелась в ванную. Взглянув на себя в  зеркало,  девушка
ужаснулась. Коса растрепалась, и длинные пряди беспорядочно  рассыпались  по
плечам. На майке она обнаружила большую дырку, а лицо  и  все  руки  были  в
царапинах. Она выглядела просто чудовищно.
   - Сабрина, ты в порядке?
   Она выронила мочалку и открыла Виктору дверь в ванную.
   - Все нормально, - устало сказала она. - Дозвонился до шерифа?
   После возвращения домой Виктор еще не видел девушку  при  ярком  свете  и
лишь теперь смог рассмотреть ее.
   Чертыхнувшись, он обнял Сабрину за плечи и подвел к зеркалу.
   - Ты выглядишь страшнее атомной войны. Погляди на себя.
   - Всю жизнь мечтала услышать эти слова.
   Она ожидала ответной колкости, но Виктор наклонил голову и уткнулся лицом
в ее растрепанные волосы. Сабрина закрыла глаза.
   - Знаешь, что я чувствую, когда вижу тебя такой?
   Ей показалось, что он взволнован. Девушка уговаривала себя  не  принимать
его беспокойство близко к сердцу: Виктор точно так же переживал бы за  любую
другую из своих сотрудниц.
   Она судорожно сглотнула и ответила.
   - Ничего страшного. Просто небольшие порезы и царапины.
   Виктор тяжело вздохнул и взял мочалку.
   - Иди сюда. Дай я взгляну, что можно сделать с твоими плечами.
   Он подвел девушку к ванне, усадил на краешек и принялся осматривать ее.
   - Я бежала через заросли шиповника, - начала объяснять ему Сабрина, и  от
прикосновений горячих пальцев Виктора ее голос становился все более слабым и
сонным. - По-моему, там дело не в царапинах, меня совсем заела мошкара.
   - Вряд ли. Ты так густо намазалась, что отпугнула бы даже слона.
   - Но я хотела... защититься от них.
   - "Защититься", - ворчливо передразнил Виктор. - Я очень сомневаюсь,  что
ты вообще когданибудь думаешь о собственной безопасности.
   Он подошел к раковине и сполоснул мочалку. Сабрина убрала с лица волосы и
посмотрела на Виктора.
   - Ты сообщил полиции марку и серийный номер пистолета?
   Виктор кивнул.
   - Сейчас они ищут его по компьютеру.  Но  держу  пари,  обнаружится,  что
пистолет краденый. Утром я заеду в участок и сдам его. Сержант  сказал  мне,
что они займутся этим делом.
   - Если оружие краденое, то полиция нам никак не поможет.
   - Гммм Но в любом случае этот кретин из него уже никого не пристрели г, -
заметил Виктор.
   - Пока не достанет другое, - задумчиво сказала Сабрина.
   - Так оно и будет. На то он и преступник, - мрачно поддержал ее Виктор. -
Поэтому я и не хочу, чтобы ты вмешивалась в эту историю.
   Сабрина сначала решила, что ослышалась, потом остолбенела.
   - Надеюсь, ты имел в виду совсем не то, о чем я подумала.
   Виктор  взял  Сабрину  за  подбородок  и,  продолжая  мягкими  движениями
вытирать девушке щеку, взглянул ей в глаза.
   - Ты не ослышалась. Теперь ты будешь работать только в редакции, и  я  не
хочу, чтобы твое имя где-то фигурировало. Это слишком рискованно.
   Сабрина вскочила и чуть не стукнула Виктора прямо по спине.
   - Так нечестно и несправедливо, - разъяри - лась она. - Я не позволю  так
поступать со мной!
   Стальной взгляд Виктора потемнел.
   - Ты не позволишь?  Тогда  мы  вообще  все  прекращаем!  -  Он  буквально
уничтожил девушку взглядом. - Ты что, думаешь, это игрушки? Ты считаешь, что
если сегодня тебе повезло, то так будет всегда?
   - Но, Виктор, ты подвергаешься опасности, и я...
   - Я беспокоюсь за тебя, а не за себя.
   Сабрина не верила своим ушам. Как можно так рассуждать после  всего,  что
они вместе пережили?
   - Ну вот что, - холодно сказала девушка, - мы оба прекрасно понимаем, что
ты думаешь только о себе.
   И она с каменным лицом вышла из ванной. Виктор молча последовал за ней на
кухню, дождался, когда она выпьет холодной воды, и сказал:
   - Я не заслужил такого упрека. Я забочусь только о тебе.
   - Хватит! - фыркнула Сабрина. - Ты  знаешь,  что  эта  история  сразу  же
попадет "а первую полосу, и хочешь, чтобы под статьей стояла твоя фамилия. -
Она резким движением поставила стакан на стойку шкафа, и Виктор заметил, что
у нее трясутся руки. - Ты всегда был несправедлив ко мне.  И  считаешь,  что
раз ты начальник, то можешь обращаться со  мной,  как  тебе  вздумается.  Но
такого я от тебя не ожидала,  -  презрительно  добавила  она.  -  Я  еще  не
встречала мужчины, который бы в первую очередь не думал о себе!
   Если бы Виктор услышал подобное три дня назад, он бы ужасно  рассердился.
Но сейчас усталость и заботы навалились на него. Он любил эту женщину. Хотел
защитить и спасти ее. И уберечь от всякого риска!
   Он обхватил голову руками и тяжело вздохнул.
   - Тебе кажется, что ты все знаешь лучше всех?
   - Я смотрю со своей позиции и считаю ситуацию предельно ясной.
   Но эта позиция была для нее унизительной, и  Сабрина  мысленно  поклялась
себе, что больше не будет ее терпеть.  И  все  из-за  него.  Из-за  мужчины,
которого она любит.
   - Я пойду к Джи Пи и расскажу ему...
   - Можешь не продолжать! Пропади он пропадом, твой Джи Пи! - Виктор шагнул
к девушке, потом отступил. - Я сам тебе скажу, что будет дальше. И даю  тебе
слово, что мои действия вполне оправданны. - Виктор сорвался на крик.
   Сабрина собиралась ответить ему в том  же  тоне,  но  от  нанесенного  ей
оскорбления совсем растерялась.
   Поняв, что так и не убедил ее, Виктор взял девушку за руку.
   - Иди сюда, Сабрина. Я хочу, чтобы ты взглянула на вещи с другой стороны.
   Она нехотя позволила  увести  себя  с  кухни  и  пошла  вместе  с  ним  в
полутемную гостиную. Виктор подвел  девушку  к  маленькому  столику,  где  в
световом пятне под латунной лампой лежал отобранный у водителя пистолет.
   - Это А-38, особая модель. Он полностью заряжен. Знаешь, что этот тип мог
сделать с тобой? Особенно с такого близкого расстояния?
   Сабрина взглянула на стальной ствол и похолодела. Но  там,  в  лесу,  она
совсем не боялась  за  себя.  Она,  не  задумываясь,  выскочила  из  укрытия
навстречу преступнику, потому что была готова погибнуть, лишь бы с  Виктором
ничего не случилось. А теперь он хочет, чтобы она отошла в сторону.
   - Но ведь ничего страшного не произошло.  Стычки  с  оголтелыми  шоферами
бывают  не  каждый  день,  -  попыталась  возразить  Сабрина.  -  Я  пишу  о
преступности больше трех лет. И до сегодняшнего дня ни разу  не  попадала  в
серьезные переделки, так что я сомневаюсь, чтобы...
   - Ты хочешь сказать, что журналистам  все  нипочем?  Что  их  никогда  не
убивают?
   Увидев, как лицо Виктора перекосилось словно от боли,  девушка  осеклась,
но потом вновь заговорила:
   - У тебя очень странный взгляд на вещи.  Почему?  Из-за  того,  что  твои
родители погибли при пожаре?
   - Скорее всего, их убили. Но я сейчас не об этом. - Он подвел  Сабрину  к
дивану и усадил рядом с собой. - Больше десяти  лет  я  занимался  проблемой
преступности в "Даллас геральд" и, когда наконец ушел из  газеты,  дал  себе
слово никогда больше не связываться с этой темой.
   Целых  десять  лет,  поразилась  Сабрина.  А  она  всегда   считала   его
специалистом по бизнесу. Господи, как же он в душе потешался над ней!
   - Я же этого не знала, - сказала она, удивленно вглядываясь в его лицо.
   - Ты многого еще не знаешь, - веско произнес Виктор. - Почему,  например,
я ушел из "Геральд", переехал в Хьюстон и стал писать о бизнесе для "Стар".
   - Не вижу связи между этими событиями и моим отстранением от  работы  над
статьей. Если же...
   - Связь очень простая! - Он отпустил ее руку и обнял  девушку.  -  Десять
лет назад я был таким же, как ты. Ничто меня не останавливало, я шел  искать
правду, чтобы, разобравшись, где черное,  а  где  белое,  рассказать  о  ней
людям. Я был одержимым, и для меня не было ни препятствий, ни ограничений, я
не испытывал страха за себя или... за тех, с кем вместе работал.
   Внезапно плечи Виктора обмякли, и девушка поняла, что его гнев  понемногу
проходит.
   Виктор взъерошил свои волосы.
   - Жутко вспоминать, но писал я отлично Когда я переезжал в твой  кабинет,
ты спросила про награды. Так вот, у меня их полно. В ту  пору  я  удостоился
всех мыслимых и немыслимых значков и дипломов.
   - А почему ты мне их не показал и не держишь их в  редакции?  Неужели  ты
совсем не гордишься ими?
   Его лицо посуровело.
   - Я нисколько не горжусь, кем или чем я был тогда. - Он глубоко  вздохнул
и поймал на себе внимательный взгляд Сабрины. - Мне нечем гордиться,  потому
что из-за меня убили моего коллегу. Моего лучшего друга... я работал  с  ним
много лет... и его убили, потому что я требовал с него так же, как с себя.
   Сабрина была ошеломлена и даже смутилась.
   - А ч-что случилось?
   Виктор закрыл глаза и разжал объятия.
   - Мы распутывали одну историю с  наркотиками.  Полиция  провела  плановый
рейд, но ей удалось арестовать лишь несколько мелких перекупщиков. Мы  же  с
Питом напали на след крупной рыбы. И  если  бы  мы  раздобыли  улики  раньше
полиции, то, ты только представь себе, нас бы считали настоящими героями.
   Виктор встал с дивана и подошел к книжной полке. Потом снова  вернулся  к
Сабрине с фотографией в руках.
   - Это Пит, - тихо сказал он.  -  Он  был  потрясающим  юмористом.  Просто
настоящий талант. И одному Богу известно, как бы дальше сложилась его жизнь,
будь он чуточку поосторожнее.
   Сабрина взяла у Виктора фотографию и  увидела  на  карточке  рыжеволосого
мужчину с веснушчатым лицом. Дурачась, он обхватил Виктора за плечи. Оба они
смеялись - судя по всему, снимок был сделан  на  какой-то  вечеринке.  Таким
девушка никогда Виктора не видела, это был совсем другой человек.
   - Вы смотритесь как ровесники, - задумчиво произнесла Сабрина.
   - Так оно и было, - сказал он,  садясь  рядом  с  девушкой,  и  губы  его
дрогнули. - Но по моей милости Питу всегда будет тридцать.
   Сабрина покачала головой. Как же он жил все эти годы с  такой  тяжелой  и
горькой ношей?
   - Расскажи, что произошло.
   Виктор откинулся на спинку дивана и закрыл глаза.  Сабрина  вгляделась  в
его лицо и впервые за эту ночь осознала, как сильно он устал. И хотя девушка
была все еще сердита на него, она  любила  его  всем  сердцем  и  ей  стоило
больших усилий сдержаться, чтобы не погладить его лоб, не  поцеловать  и  не
признаться Виктору в своих чувствах.
   Как же так получается? Почему она испытывает к  Виктору  такую  нежность,
спрашивала она себя, если он всего лишь хочет подавлять ее и обладать ею?
   Открыв глаза, Виктор сказал:
   - Однажды ночью я засиделся за  бумагами.  Такое  частенько  бывало.  Тут
позвонил Пит и сказал, что добыл новую информацию и что нам надо встретиться
в баре с двумя ребятами.  Предполагалось,  что  эти  парни  выведут  нас  на
крупную дичь. Я сказал Питу, что мне нужно полчаса, чтобы закончить  статью,
и попросил его пойти в бар и дождаться меня. Когда  я  подъехал  туда,  весь
район уже кишел полицейскими, а Пит лежал в переулке... они его зарезали.
   Сабрина начала задыхаться, и печальное лицо Виктора стало виноватым.
   - Мой друг умер, пока я заканчивал какуюто идиотскую статью о  подпольных
петушиных боях!
   Сабрина придвинулась к нему поближе и тронула его за колено.
   - Виктор, бессмысленно винить себя в смерти друга. Кто может  поручиться,
что, окажись ты рядом, Пит остался бы в  живых?  Вполне  возможно,  что  они
убили бы и тебя.
   Он пожал плечами и вытер рукой лицо.
   - Кто знает, - отозвался он упавшим голосом.
   От искреннего  сопереживания  у  Сабрины  заныло  сердце,  и  все  же  ей
казалось, что Виктор видит ситуацию несколько однобоко. Со своей колокольни.
   - Значит, после смерти Пита ты бросил преступность  и  свернул  на  более
безопасную  дорожку  -  недвижимость,  цены  на  нефть,  фондовая  биржа.  Я
представить себе не могу, как после десяти лет работы в криминальной хронике
ты смог заниматься этой скучищей.
   Виктор посмотрел на девушку так, будто она сошла с ума.
   - Ты и вправду считаешь, что я напрасно так поступил?
   Она покачала головой.
   - Я занимаюсь этим делом, потому что люблю его. И ты его тоже любил.
   Он забрал у девушки фотографию и встал с  дивана.  Глядя  на  нее  сверху
вниз, он сказал:
   - Ты права. Я очень люблю эту чертову  работу.  И  я...  да,  я  пробовал
продолжать, словно ничего не случилось. Но не смог. Без Пита это было уже не
то.
   - Видимо, вы были с ним очень близки, - мягко заметила Сабрина.
   Виктор кивнул и взглянул на фото.
   - Он был мне почти как брат.
   Сабрина не могла вообразить, что чувствовал Виктор, потеряв столь родного
ему человека. У нее было много друзей,  но  такого  близкого  -  ни  одного.
Наверно, она слишком много внимания уделяла работе, и, так же как и Виктору,
ей не хватало времени на личную жизнь. И чем больше  приходилось  трудиться,
тем легче было не вспоминать об ошибках, допущенных в отношениях с отцом и с
Эриком.
   Виктор поставил фотографию на книжную полку. Сабрина встала  с  дивана  и
подошла к нему.
   -  Ты  ушел  из  криминальной  хроники  из-за  Пита.   А   теперь   снова
возвращаешься к ней. Вместе со мной. Почему?
   Он пожал плечами.
   - Сам не знаю. Я спрашивал себя, почему я все-таки не ушел  из  газеты  в
тот самый день, когда Кенсингтон сообщил мне о переводе  в  ваш  отдел.  Так
вот, я согласился, потому что считал себя в долгу перед ним за то,  что  три
года назад он взял меня в "Стар". Но... - со вздохом продолжил он, - видимо,
во мне всетаки сохранилось желание писать о преступности. И в  глубине  души
мне хотелось встретиться с призраками прошлого и доказать себе, что я  живой
солдатик, а не бумажный.
   - Но, Виктор, как ты мог сомневаться в себе?
   Он строго посмотрел на девушку.
   - Ты тоже скептически отнеслась к моему назначению.
   Сабрина покачала головой.
   - Я никогда не подвергала сомнению твои профессиональные  способности.  А
вот твои рассуждения меня настораживают. Я...
   - Сабрина, - произнес он со сдавленным стоном, - да пойми ты...
   Девушка крепко сжала его руку.
   - Я понимаю, что ты потерял лучшего друга. Из-за  несчастного  случая  ты
перекроил всю свою жизнь. Но ты не обязан расплачиваться за это...
   - Только не надо говорить  мне  о  расплате!  За  те  десять  лет  я  уже
расквитался: наступило прозрение и я знаю, с  каким  риском  сопряжена  наша
работа. Но я не желаю расплачиваться еще десять или двадцать  лет,  если  ты
ввяжешься в бой и получишь пулю!
   Девушка в отчаянии повернулась к Виктору и, сжав руки в кулачки,  закрыла
ими лицо.
   Он увидел ее низко опущенную голову, и что-то у  него  внутри  как  будто
оборвалось. Виктор вдруг понял, что должен обнять Сабрину и поговорить с ней
предельно откровенно.
   - Сабрина?
   Она подняла глаза и,  ужаснувшись,  обнаружила,  что  его  лицо  искажено
болью. Виктор обнял девушку и прижал ее к своей груди.
   - Неужели ты не понимаешь? Я люблю тебя, мисс Сабрина.  И  если  с  тобой
что-то случится, я этого не перенесу.
   Он ее любит? Она посмотрела на него, не веря своим ушам.
   - Ты не путаешь желание и любовь?
   Виктор мрачно улыбнулся и погладил ее по голове.
   - По-моему, я уже не в том возрасте, чтобы не видеть между ними разницы.
   Сабрине стало и радостно, и страшно.
   - Ты думаешь? - спросила она дрожащим голосом.
   Он взял девушку за подбородок, приблизил ее губы к своим и пробормотал:
   - Я тебе сейчас покажу.
   Едва Виктор притронулся к ней, как сердце Сабрины  неистово  забилось,  а
ноги чуть не подкосились. Она и не знала,  что  поцелуи  могут  быть  такими
нежными и в то же время жаркими  и  чувственными.  Девушка  лишь  беспомощно
цеплялась за Виктора, и ее распирало от желания закричать во  весь  голос  о
том, что она любит его безраздельно и самозабвенно.
   - О чем ты сейчас думаешь? Что я играю словами? Что осуществляю свой план
совращения?
   Его лицо было так близко, что Сабрина видела на  нем  каждую  морщинку  и
каждую серую крапинку в синих  глазах,  и  еще  она  чувствовала  щекой  его
ласковое дыхание. Она любила это волевое грубоватое лицо, она обожала  этого
мужчину. Но если она скажет Виктору об этом, то в  ту  же  минуту  ее  жизнь
станет неимоверно сложной.
   - Я боюсь, - прошептала она, - что если ты еще раз меня поцелуешь, то  мы
окажемся в постели. А я не хочу.
   Виктор держал девушку за талию, потом его руки медленно поползли вверх.
   - Почему? - спросил он, наклонившись к Сабрине.
   Она высвободилась из его объятий прежде,  чем  ему  удалось  победить  те
химеры, что их разделяли.
   Девушка отошла в сторону, и Виктор нахмурился.
   - Что же неестественного в том, если женщина окажется в  постели  с  тем,
кто ее любит?
   Сабрина в отчаянии убрала с лица упавшие на него волосы.
   - Возможно, про страсть ты знаешь все, но, Виктор, я сомневаюсь, что тебе
известно, что значит любить.
   Его ноздри дрогнули от возмущения, и он так грозно надвинулся на девушку,
что она испуганно отступила.
   - А ты сама-то знаешь? - резко спросил Виктор.
   Сабрина глубоко вздохнула и почувствовала, как ноет сердце.
   - Любить не значит кем-то безраздельно завладеть или  подмять  под  себя.
Любимого человека не будешь душить или помыкать им.
   Он почесал в затылке.
   - Если речь идет о работе...
   - Но Виктор! Сначала ты орешь  на  меня  и  отстраняешь  от  дела,  потом
говоришь, что любишь меня. Это звучит неправдоподобно.
   - Проклятье! Я не  хотел  тебя  обидеть.  Но  ты  можешь  понять,  что  я
отстраняю тебя только потому, что люблю тебя?
   Сабрина печально покачала головой.
   - Вот оно что. То же самое мне сказал  отец,  когда  запретил  заниматься
криминальной хроникой в своей газете. Он был уверен, что поступает так  ради
меня. Потому что любит меня. Должно быть, у вас одна и та же болезнь. ТМП.
   - Это еще что такое? - занервничал Виктор.
   - Неужели ты не помнишь свой диагноз: Типично Мужское Поведение?
   - Ну, хватит! - зарычал он и бросился к  девушке,  но  она,  увернувшись,
направилась к двери.
   - До свидания, Виктор.  Увидимся  завтра  на  работе.  Если  ты  меня  не
уволишь.
   Еще минута, и Сабрина вышла бы из дома, но Виктор  преградил  ей  путь  и
захлопнул уже открытую дверь прямо перед ее носом.
   - Куда ты собралась?
   Она взглянула на него с плохо скрываемой яростью.
   - Как ты думаешь? Я еду домой. Тебя это устраивает, начальник?
   Виктор нежно взял девушку за подбородок и повернул ее лицо к себе.
   - Ты никуда не пойдешь, Сабрина. Ты останешься спать здесь и со мной.


   ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

   На следующее утро Сабрина проснулась в десять часов.  Открыв  глаза,  она
сначала не поняла, где находится  и  почему  лежит  на  чужой  кровати  и  в
незнакомой комнате.
   Потом девушка все постепенно вспомнила. Виктор  не  пустил  ее  домой  из
страха, что ктото начнет преследовать ее, если уже не  поджидает  у  дверей.
Сабрине нечего было ему возразить, поскольку весь город знал, что она писала
про незаконный сброс  отходов.  А  так  как  ее  имя  и  адрес  значились  в
телефонном справочнике, то любой мог запросто выследить Сабрину.
   Виктор милостиво выделил ей свою  кровать  и  чистую  рубашку.  Он  точно
ненормальный, подумала девушка, переворачиваясь на спину и оглядывая  скудно
обставленную спальню. Впрочем, мрачно подумала она, у него есть на  то  свои
причины. Но ей-то как жить под тяжестью этого  груза?  Как  ей  дальше  жить
рядом с Виктором? И сможет ли она прожить без него?
   Сбросив одеяло, Сабрина вышла в гостиную, где этой ночью спал Виктор.  Но
он уже ушел. Белье было аккуратно  сложено  на  краю  дивана.  Девушка  косо
взглянула на подушки: она-то никогда не успевала утром убрать постель.
   Прямо в рубашке Виктора, надетой на голое тело, она прошла  на  кухню.  К
холодильнику куском черной изоленты была прилеплена записка. Сабрина решила,
что он не подозревает о существовании маленьких симпатичных магнитиков.
   Сабрина, ты выглядела такой измученной, что я решил  дать  тебе  поспать.
Проведи  этот  день  по  своему  усмотрению.  Я  хочу  узнать,  что  покажут
фотопленка и пистолет. Отдыхай, потом поговорим.
   Люблю тебя.
   Виктор
   "Люблю тебя. Виктор". "Люблю тебя. Виктор".  Последние  слова  все  время
звучали у нее  в  мозгу,  а  на  глаза  наворачивались  слезы.  Сабрина  еле
сдержалась, чтобы  не  заплакать.  Ну  что  за  дурацкая  у  нас  работа?  -
спрашивала она себя. Уж лучше бы Виктор был механиком или еще  кем-нибудь  в
этом роде. Почему он обязательно должен быть газетчиком? И при этом еще ее -
начальником?
   Сорвав записку, Сабрина скомкала ее и бросила в мусорное  ведро.  Она  не
представляла, что же ей теперь делать. Но одно девушка знала  наверняка:  ее
сердце лишилось покоя.
   - Сабрина? В кои-то веки вижу тебя в нашем буфете.
   Оторвавшись от холодного сэндвича, девушка подняла глаза и увидела Полу.
   - А что тут странного?
   Пола обошла маленький круглый столик и села напротив.
   - Насколько я помню, раньше, если уж оказывалась в  редакции,  ты  всегда
предпочитала обедать у себя.
   Сабрина уткнулась взглядом в недоеденный сэндвич.
   - Сегодня я не хочу есть в кабинете.
   - Почему?
   - Потому что там Виктор, - угрюмо ответила она.
   Пола удивленно вскинула брови.
   - А что так? Он же тебя не укусит? А хоть бы и  укусил:  я  бы  на  твоем
месте была не против.
   Сабрина холодно посмотрела на подругу.
   - Дорогуша, - поспешила успокоить ее та, - я просто хотела тебя  немножко
подразнить. Да что с тобой, в конце-то концов? На этой неделе  мы  почти  не
виделись и ты мне совсем не звонила.
   Сабрина почувствовала, что находится в совершенно идиотском положении.
   - Я была занята... работала над одной статьей.
   Но теперь все уже кончено, с тоской подумала она.
   - А я вот знаю, что вы  с  Виктором  вместе  проводили  расследование,  -
сказала Пола, подозрительно прищурившись. - Господи, ну у тебя и видок!  Как
будто тебя отхлестали по щекам.
   Прежде чем появиться на работе, Сабрина заехала  домой  и  переоделась  в
юбку и шелковую блузку. Шею и руки удалось прикрыть,  но  царапины  на  лице
никак не спрячешь.
   - Это долгая история.
   - Ну и что? Сейчас перерыв, успеем. Так что же случилось?
   Сабрина нервно вертела в руках пластмассовую соломинку.
   - Много всего. Прошлой ночью Виктора чуть не убили, и он не разрешил  мне
закончить материал и отстранил меня от расследования. - Она  гневно  бросила
соломинку в бокал с соком. - Оказывается, не надо было помогать  ему!  Нужно
было уехать и бросить его на произвол судьбы!
   Пола покачала головой.
   - Я ничего не поняла. Но скажу тебе одну вещь. Впервые я  слышу,  что  ты
говоришь о мужчине прямо-таки со страстью.
   Сабрина замерла и закрыла лицо руками.
   - Ты что, влюбилась?
   - Безумно, - призналась Сабрина.
   - Ну а Виктор? Он смотрит на тебя только как на свою подчиненную?
   Сабрина застонала.
   - Как на подчиненную, как на собственность, как на женщину - все вместе!
   Пола бегло окинула взглядом буфет и, обнаружив, что стало довольно людно,
перегнулась через стол и прошептала:
   - Ты переспала с ним?
   На лице у Сабрины появилось страдальческое выражение.
   - Я еще не сошла с ума. Пока.
   Пола взяла руку Сабрины и легонько похлопала ее.
   - Милая моя подружка, похоже, ты только об этом и думаешь.
   Чертыхаясь, Виктор бросил трубку телефона.
   Куда же она подевалась? - думал он. Сначала он  позвонил  к  себе,  потом
набрал домашний номер Сабрины. Ни в том, ни в другом месте никто не отвечал.
   Часы показывали половину второго. Неужели она  все  еще  спит?  Вряд  ли.
Сабрина не тот человек, который будет долго нежиться  в  постели,  какой  бы
усталой она ни была. Скорее всего, уехала куда-то по делу. Может быть,  даже
отправилась на участок Гилбертов к старому роднику. Не дай  Бог,  если  так.
Тогда он придушит ее собственными руками.
   Виктор решил снова позвонить Сабрине домой, но тут она появилась в дверях
кабинета. Виктор облегченно вздохнул и положил трубку.
   - Привет, - сказал он.
   Девушка взглянула на Виктора и бросила на стол сумочку.
   - Привет, - ответила она и уселась в кресло.
   Ее голос был холоден, как январское утро. Виктор не удивился  бы,  узнав,
что она все еще на него сердится. Но даже  если  и  так,  то  его  это  мало
волнует. Он хочет, чтобы у них все было хорошо. Он убедит ее, что у него нет
ничего общего с ее отцом. И еще он хочет, чтобы Сабрина поняла,  как  горячо
он ее любит и как сильна в нем потребность соединить с ней свою жизнь.
   - Прости, что я так  задержалась,  -  продолжала  она,  не  глядя  в  его
сторону. - Ты получил сводки происшествий? Я бы хотела ими заняться. Или  ты
уже поручил их нашим редакторам?
   После  ночных  приключений,  которые,  как  казалось  Виктору,  очень  их
сблизили, чрезмерная деловитость девушки озадачила его.  Выглядела  Сабрина,
как всегда, прекрасно: на ней была зеленая шелковая блузка, волосы заплетены
в косу, в ушах жемчужные серьги. Но вместо веселой улыбки и блеска в  глазах
Виктор обнаружил холодную маску вежливости, и ему отчаянно захотелось  снова
увидеть прежнюю Сабрину, свою любимую.
   - А почему ты не спросишь про пистолет? И  про  фотографии,  которые  мне
удалось сделать этой ночью? - поинтересовался он.
   Сабрина со вздохом включила компьютер.
   - Я и так все узнаю из твоего материала в завтрашнем номере.
   - Сабрина...
   - Ты сварил кофе? - спросила она с притворным оживлением в голосе  и,  не
дожидаясь ответа, вышла из-за стола.
   Виктор нахмурился.
   - Да. Но он получился не такой вкусный, как у тебя.
   - Ничего. Не каждому суждено быть хорошей прислугой. -  Она  налила  себе
кофе и оглянулась на Виктора. - Я думаю, папа  был  убежден,  что  раболепие
заложено у меня в генах. Налить тебе чашечку?
   - Нет! И прекрати это! Сейчас же!
   Сабрина через силу улыбнулась.
   - Что именно? - невинно спросила она.
   Виктор вскочил со стула и выхватил чашку у нее из рук.
   - Отдай! - потребовала Сабрина, но он поставил чашку так,  чтобы  девушка
ее не достала.
   - Сейчас ты у меня получишь, - строго сказал он и обхватил Сабрину обеими
руками. - Ах, какие мы холодные и неприступные. А я вот возьму да и проверю.
   Она попыталась вырваться, но Виктор крепко держал ее.
   - Виктор...
   Договорить ей так и не удалось. Сначала  она  противилась  его  поцелуям,
боролась с его объятиями, и они с Виктором едва не подрались.  Но  жаркая  и
сладкая музыка уже струилась по ее  жилам,  и,  постепенно  слабея,  девушка
обвила руками его плечи.
   - Почему ты все время стремишься унизить меня? -  прошептала  она,  когда
они перестали целоваться.
   Он покачал головой и нежно погладил ее по щеке.
   - А почему ты пытаешься вести себя так, словно  тебе  наплевать  на  нашу
статью, да и на меня тоже?
   - С чего ты взял, что меня это должно волновать? - устало спросила она. -
И вообще, какая разница, как я к чему отношусь?
   - Сабрина, вчера я сказал, что люблю тебя. Неужели это ничего для тебя не
значит?
   Она закрыла глаза.
   - Значит, - произнесла она, еле сдерживая слезы.
   - Тогда ответь... - вырвалось у Виктора, - ответь мне, что ты чувствуешь.
   Девушка взглянула на него, и все переживания отразились на ее лице.
   - Я люблю тебя.
   Виктор так и просиял от радости.
   - Итак, мы любим друг друга.  Это  самое  главное.  А  все  остальное  мы
как-нибудь преодолеем.
   - Ты имеешь в виду мою работу?
   Он кивнул.
   Сабрина ощутила, как ее сердце наполняет свинцовая тяжесть. Она  тихонько
высвободилась из его объятий.
   - Ну и как ты себе это мыслишь?  Определишь  меня  на  детскую  площадку,
позволишь резвиться как щенку, хвататься за разные  мелочи  и,  может  быть,
иногда позволишь заняться чем-то рискованным, вроде кражи козырька от кепки?
   Только что она призналась ему в любви, и вот теперь в  ее  голосе  звучит
такая горечь... У Виктора все внутри похолодело.
   - Ты несправедлива ко мне.
   Сабрина отвернулась, ее глаза метали молнии.
   - Это ты несправедлив. Ты ставишь условия, диктуешь, как нам любить  друг
друга. Для меня это неприемлемо.
   - Сабрина, я хочу на тебе  жениться.  Я  хочу  быть  твоим  мужем,  а  не
начальником.
   Она печально покачала головой.
   - Для тебя это одно и то же. Моя мать пыталась ужиться с таким человеком,
как ты, и всегда ужасно страдала. Постепенно он отнял у нее все,  подавил  в
ней личность и превратил ее в куклу, которая не могла  и  шага  ступить  без
него.
   - Не сравнивай меня со  своим  отцом!  Я  совсем  не  похож  на  него,  -
простонал Виктор.
   - Тогда позволь мне идти рядом, а не прятаться за твоей спиной.
   Он обнял ее, и девушка не стала противиться.
   - Я люблю тебя  по-настоящему,  и  если,  как  тебе  кажется,  я  пытаюсь
заслонить тебя, то только потому, что люблю тебя и хочу защитить  от  разных
мерзостей.
   У Сабрины перехватило дыхание, и она опустила голову.
   - Ты знаешь, что однажды я это уже слышала.
   Виктор взглянул ей в лицо.
   - Прошлой ночью ты думала, что в меня будут стрелять и, может быть,  даже
убьют. Я знаю, что ты испугалась. И я полагал, что после этого  ты  поймешь,
почему я не хочу, чтобы ты участвовала в расследованиях, которые сопряжены с
риском.
   - Я не просто испугалась. Я была в ужасе. И собиралась  просить  тебя  не
ввязываться в эту историю, да и в любую другую тоже, если это  будет  опасно
для жизни. Но промолчала. Потому что я знаю, как ты дорожишь своей  работой.
И я бы ни за что не стала пытаться оторвать тебя от нее.  Любящий  поступает
именно так, Виктор. Но, кажется, ты до сих пор этого не знаешь.
   Чувствуя, что она вот-вот разрыдается,  Сабрина  отвернулась  и  нащупала
рукой сумочку.
   Ничего не видя вокруг, она пошла к двери, но Виктор поймал ее за  локоть.
Девушка остановилась и подняла на него глаза, полные слез.
   - Ты куда?
   - Домой. Мне нечего тут делать, - холодно сказала Сабрина.
   Виктор разжал пальцы, и она быстро выбежала из кабинета. Он остался  один
в пустой комнате и долго не мог прийти в себя.  А  он-то  думал,  что  давно
научился справляться с подобными переживаниями. Но увы. Такой всепоглощающей
боли он не испытывал никогда в жизни.
   Сабрина сказала, что он ничего не  понимает  в  любви.  Быть  может,  она
права. Но им ни за что нельзя расставаться. И он этого не допустит.
   Джи Пи был явно раздосадован.
   - Сабрина, мне кажется, ты совершаешь большую ошибку. Но я вижу, тебя  не
переубедить.
   Девушка крепко стиснула  трубку  телефона  и  обвела  гостиную  невидящим
взглядом. Она ушла из  редакции  несколько  часов  назад  и  все  это  время
слонялась по квартире, обдумывая, как ей быть дальше. Но одно ей  было  ясно
как день: работать с Виктором  она  не  сможет.  Она  любила  его  и  потому
чувствовала себя абсолютно беспомощной.
   - Да, Джи Пи, я не изменю своего решения. Работать с  Виктором  для  меня
невозможно.
   - Переходи в отдел спорта, если хочешь. Там надо навести  порядок.  Я  не
сомневаюсь, что ты справишься.
   Старый  добрый  Джи  Пи,  подумала  девушка  с  чувством   благодарности.
Единственный, кто верит в нее. Но даже если бы она и любила спорт, все равно
это уже совсем другое. А приходить каждый день на работу и знать, что Виктор
сидит в их маленьком кабинете, - нет, это невыносимо.  Возможно,  надо  было
принять его условия и на все согласиться. Но она не могла.  В  конце  концов
она все равно бы потом пожалела об этом.
   - Спасибо вам. Но я думаю, что мне лучше всего покинуть Хьюстон.
   - Лапуля, куда ты поедешь? Здесь же твой дом.
   - Дом может быть в любом другом месте, и  я  ни  за  что  не  останусь  в
Хьюстоне.
   - Ты можешь вернуться в Босье-Сити. Не исключено, что отец  передумает  и
возьмет тебя в свою газету.
   Сабрина чуть не расхохоталась.
   - Вы что, не знаете, что настоящий южанин,  я  говорю  о  Горди  Мартине,
всегда прав и потому никогда не меняет своих решений? Нет,  -  уже  серьезно
продолжила она, - в Босье-Сити я не вернусь. Я думаю поехать в Новый Орлеан.
Мама будет счастлива, если я буду жить рядом с ней.
   - Ну ладно, поступай как знаешь. В любом случае я желаю тебе удачи. Когда
соберешься устраиваться на работу, я дам тебе блестящие рекомендации.
   - Еще раз спасибо. Заявление об  увольнении  я  пришлю  вам  по  почте  в
ближайшие дни. Я... люблю вас, и вы это знаете, - сказала Сабрина и повесила
трубку, чтобы не разрыдаться.
   За три года редакция "Хьюстон стар" стала ей родным домом. И лучшего дома
у нее в жизни не было. С горестным чувством  покидала  она  газету.  Но  еще
горше расставаться с Виктором.
   Тяжело вздохнув, девушка встала  с  дивана  и  пошла  в  кладовку,  чтобы
вытащить чемоданы.
   На следующее утро Виктор пришел  на  работу  и  сразу  почувствовал,  что
происходит что-то неладное. Он несколько раз звонил Сабрине домой, но та  не
подходила к телефону. Было уже десять часов, а она все еще  не  появилась  в
редакции.
   Куда  же  она  запропастилась?  Вчера  Сабрина  покинула   кабинет   явно
разгневанная. Но работа есть работа. От нее не убежишь, даже если девушка не
хочет с ним видеться. Или же?..
   Она умная, но очень упрямая и убеждена, что  может  делать  все,  что  ей
вздумается. С его стороны было бы наивно попытаться предугадать ее мысли или
действия.
   Надо признаться, что именно это ему и нравилось. Ее  непредсказуемость  и
сильный характер. С ней не заскучаешь. Если Бог даст и он  сумеет  уговорить
ее выйти за него замуж, то их жизнь, Виктор точно это знал, будет похожа  на
долгое и увлекательное путешествие.
   Виктора снова охватило беспокойство, и он решил в последний раз позвонить
Сабрине. Если она не ответит, то он поедет ее искать.
   Виктор собрался уже поднять трубку, как вдруг раздался звонок. Может, это
она?
   - Дэмиен слушает.
   - Виктор, это Джи Ни. Нам надо кое  о  чем  поговорить.  У  вас  найдется
минутка?
   Его ранний звонок несколько удивил Виктора. Обычно они обсуждали  рабочие
вопросы по вечерам, после сдачи всех материалов в набор.
   - Конечно. Но если вас интересует дело Гилбертов, то  сегодня  я  еще  не
смогу показать ничего нового.
   - Гилберты тут ни при чем. Я хочу поговорить о Сабрине. Вы  можете  зайти
ко мне?
   - Иду прямо сейчас, - сказал Виктор.
   Дурное предчувствие закралось ему в душу.  Он  положил  трубку  и  спешно
покинул кабинет.
   Войдя в комнату, где сидел Джи Пи, Виктор увидел, что  редактор  стоит  у
окна и смотрит на шумную городскую улицу.
   - Что с Сабриной? - спросил Виктор без всяких предисловий.
   Джи Пи жестом предложил ему сесть.
   - Я полагал, что услышу это от вас.
   - От меня? Да я даже не знаю, где она сейчас.
   Виктор сел и, дождавшись, когда Джи Пи последовал его примеру, произнес:
   - Я не  знаю,  где  Сабрина,  но  могу  сказать  наверняка,  что  она  не
собирается возвращаться в редакцию.
   Виктор сполз на краешек стула. Он был потрясен.
   - Что? Как прикажете это понимать?
   Вздохнув, Джи Пи хотел было закурить, но, не найдя сигарет, положил в рот
мятный леденец.
   - Так она ничего вам не сказала? Она уволилась. Ушла.
   -  Ушла?!  -  У  Виктора  потемнело  в  глазах.  Вчера  она  была  сильно
разгневана, но он и предположить не мог, что она выкинет такой фортель. - Но
ведь она обязана предупредить руководство за две недели!
   - Я дал ей две недели на размышление. Даже если она согласится  выдержать
срок, то уже вряд ли напишет что-нибудь стоящее. Уж я-то знаю ее настроение.
   - Настроение? Что она вам сказала?
   - Она не может работать с вами.
   Виктор машинально потер ладонью лицо.
   - Она объяснила вам причину?
   Джи Пи сложил руки на животе и задумчиво поглядел на Виктора.
   - Она говорит, что вы хотите задвинуть ее в угол ради ее же  безопасности
и не пускать в большую игру. Это правда?
   - Я не хочу подвергать ее излишнему  риску.  Вот  и  все,  -  со  вздохом
ответил он. - Дело Гилбертов продвигается довольно тяжело и...
   - Она говорит, что дело Гилбертов - это частный случай. По ее мнению,  вы
начали проводить эту линию с первого же дня.
   Виктор стукнул ладонью по столу.
   - Раз она считает, что соблюдать  осторожность  -  это  преступление,  то
пусть уходит! Я думаю, что вы меня понимаете.
   Джи Пи мрачно кивнул.
   - Да уж. Я знаю, что у вас погиб напарник. И прекрасно понимаю, что,  как
и почему. Но вы должны понять и ее. Для Сабрины... - он указал на исписанные
листки бумаги, - вся жизнь в этом.
   - Так не бывает, - отчеканил Виктор.
   - Откуда вы знаете, что ей нужно?
   Виктор склонился над столом.
   - Я хочу на ней жениться. Об этом она вам рассказала?
   - Нет. Но, признаться, я задавал себе вопрос, а не  случилось  ли  у  нее
что-нибудь еще. Я рассудил так: если бы все дело было только в  работе,  она
осталась бы в редакции и повоевала бы с вами.
   Виктор подошел к окну и взглянул на небо, затянутое тучами.
   - Но она же не осталась у отца и не стала с ним бороться, - возразил он.
   - Она любила его. Ей было бы очень больно конфликтовать  с  ним,  поэтому
она просто уехала. Похоже, история повторяется. Ей больно оставаться здесь.
   Виктор взъерошил волосы.
   - Господи, я вовсе не хотел обидеть Сабрину. Я люблю ее.
   Джи Пи постучал по столу карандашом.
   - Могу себе представить. Но вы слушали голос своего сердца, а не разума.
   Виктор хмуро поглядел на редактора.
   - Что вы имеете в виду?
   - Будь у  вас  голова  на  плечах,  вы  бы  поняли,  что  Сабрине  просто
необходима настоящая работа. Это часть ее, и без нее жизнь теряет  смысл.  А
вы хотели лишить ее самого главного.
   - Черт возьми! Я не собирался отнимать у нее работу. Я всего лишь  хотел,
чтобы она занималась такими историями, где ее не убьют!  Разве  я  не  прав?
Неужели надо объяснять, что я не хочу потерять ее?
   Джи Пи недоверчиво покачал головой.
   - Оглянитесь вокруг, Виктор, и вы увидите,  что  потерять  любимых  можно
самыми разными путями.
   "Потерять любимых можно  самыми  разными  путями".  Эти  слова  неотвязно
вертелись у Виктора в мозгу, пока он гнал машину по загородному шоссе к дому
Сабрины.
   Джи Пи прав, в отчаянии думал он. Он так волновался за  ее  безопасность,
что и не заметил, как оттолкнул от  себя  девушку.  Неужели  он  опоздал?  -
спрашивал себя Виктор. А вдруг она уже уехала из  города  и  он  потерял  ее
навсегда?
   Сабрина оглядела голые стены своей квартиры.  Вещи  полностью  собраны  и
погружены в машину. Все готово к отъезду, не готова только она сама.
   Ну что за глупости! - ругала она себя. Ее ничто здесь  не  держит.  Из-за
Виктора работа потеряла всякий смысл, а сердце превратилось в сгусток ноющей
боли. Он может сколько угодно твердить о своей любви. Но он  не  любит.  Или
любит по-своему - как отец когда-то любил маму.
   Нет,  подумала  Сабрина,  печально  вздохнув,  надо  расстаться  сразу  и
по-хорошему, а потом на новом месте начать жизнь с чистого листа.
   Девушка вышла на балкончик и бросила прощальный взгляд на залив, но лучше
бы она этого не делала: воспоминания о Викторе тут же нахлынули на нее. Ведь
совсем недавно он тоже стоял здесь. Он показался ей  тогда  очень  красивым,
сильным и немножко беззащитным. Его волосы развевались на ветру, а лицо было
таким задумчивым... В тот вечер она узнала о гибели его родителей и  о  том,
как он еще в детстве решил стать журналистом.
   Наверно, тогда Сабрина и влюбилась в него, хотя и не признавалась себе  в
этом. А теперь? Ей была ненавистна сама  мысль  о  том,  что  она  позволила
заморочить себе голову. Это какой-то рок, решила она. Ее все время  тянет  к
властным мужчинам.
   Неожиданный стук в дверь испугал девушку. Она заглянула в комнату. Кто же
это мог быть? Неужели Виктор?
   Нет. Вряд ли. Они вчера уже все сказали друг другу. Скорее всего, хозяйка
квартиры пришла попрощаться.
   Сабрина торопливо ушла с балкона и нерешительно приблизилась к двери.
   - Кто там? - осторожно спросила она и взялась за ручку.
   - Это я, Виктор. Открой мне.
   Ее первая мысль была прогнать его. Но девушка почувствовала,  что  он  не
успокоится и будет беспрерывно колотить в дверь.
   Трясущимися руками Сабрина с трудом  справилась  с  замком.  Когда  дверь
наконец открылась, Виктор стремительно влетел в квартиру.
   - Что ты здесь делаешь? В Хьюстоне так много преступлений, что ты  должен
быть занят по горло.
   Не обращая внимания на ее  иронию,  он  стоял  посреди  комнаты  и  молча
дожидался, когда девушка закроет дверь.
   - Это я хочу спросить, что ты здесь делаешь.
   Сабрина оглянулась и почувствовала, что  ее  сердечная  рана  заныла  еще
сильнее.
   - Ты мне больше не начальник. И не твоя забота, где и чем я занимаюсь.
   Тяжело дыша, он начал наступать на  девушку,  и  ноздри  его  дрожали  от
негодования.
   - Ты в этом уверена?
   - Абсолютно!
   Внезапно Виктор остановился.
   - Я пришел сюда не затем, чтобы ругаться с тобой, - серьезно сказал он.
   Сабрина вскинула брови, и ее неестественная улыбка выдала тайное  желание
дать ему оплеуху.
   - Очень мило. Но верится с трудом, особенно если учесть, что мы  с  тобой
спорим с первого дня нашей встречи.
   По пути к Сабрине Виктор долго придумывал, что  он  скажет  девушке.  Все
слова, которые он мысленно перебрал, сводились к одному: как много  она  для
него значит. Но сейчас, когда он  стоял  рядом  с  ней,  ничего  путного  не
приходило ему в голову. Он думал только о том, что он ее любит.
   - Мы не всегда спорили, - возразил он, засовывая руки в карманы джинсов.
   Сабрина вздохнула и отвела взгляд. Надо расстаться сразу  и  по-хорошему,
мысленно повторила она. Пора садиться в машину и уноситься без оглядки.
   - Тебе удалось задурить мне голову. Но я не припомню,  чтобы  мы  хоть  в
чем-то пришли к согласию, - пробормотала она.
   Виктор сделал шаг навстречу Сабрине.
   - Мы договорились, что будем сидеть в одном кабинете.
   - Это было вынужденное решение, - возразила она.
   Виктор подошел еще ближе.
   - Мы сошлись на том, что напишем о жертвах преступлений.
   Девушка пожала плечами и снова взглянула ему в глаза.
   - Да, это правда.
   В ту ночь она поняла, что любит Виктора. Но теперь ей надо уезжать.
   - И еще нам обоим нравится мое ранчо, - продолжал он.
   - Да, действительно, - согласилась Сабрина.
   Она даже представляла, как они будут жить там вместе,  а  может  быть,  и
растить ребенка. Но это была только мечта. На самом деле она  не  собиралась
связывать себя с кем-то навсегда.  Потому  что  никогда  не  умела  выбирать
подходящего спутника.
   - Только тебе не нравится его хозяин, - закончил он  за  девушку  упавшим
голосом.
   Боль в груди стала совершенно невыносимой, и  Сабрина  мысленно  спросила
себя, может ли человек и впрямь умереть от несчастной любви.
   - Виктор, зачем ты пришел?
   - Убедиться, что ты собираешься уехать, не предупредив меня.
   Впрочем, она умерла задолго до встречи с Виктором. Но быть мертвой не так
больно, как оживать заново.
   - Это Джи Пи тебе все рассказал?
   Виктор кивнул.  Он  сделал  последний  шаг,  преодолевая  разделявшее  их
расстояние, и обнял девушку за плечи.
   - И куда же... куда ты собралась, даже не попрощавшись со мной?
   Сабрина опустила голову, потому что ее душили слезы.
   - Это совсем не важно. У тебя своя жизнь, а у меня... у меня своя.
   Виктору было невероятно больно слушать ее. Он  крепче  прижал  девушку  к
себе и хриплым голосом проговорил:
   - Без тебя мне нет жизни, Сабрина.
   Она  выскользнула  из  его  объятий  и  выбежала  на  балкон.  Только  не
поддавайся, не позволяй ему увлечь тебя на опасную стезю, думала она,  глядя
на потемневшее грозовое небо над заливом.
   Виктор вышел за ней и встал рядом.
   - Если я  останусь,  то  очень  скоро  мне  тоже  не  захочется  жить,  -
произнесла Сабрина.
   - Откуда ты знаешь? - спросил Виктор, склоняясь над ней.
   Девушка чуть было не поддалась слабости. Но  потом  мрачные  мысли  взяли
верх, и она обернулась к Виктору.
   - Не стоит возвращаться к сказанному. Вчера мы объяснились и...
   Виктор взял ее лицо в свои большие ладони, и, взглянув на  него,  Сабрина
была поражена, каким покорным он выглядел.
   - Я невнимательно слушал тебя.
   - Это еще  один  признак  ТМП  -  пропускать  мимо  ушей  все,  что  тебе
неприятно, - сухо заметила девушка.
   Виктор устало усмехнулся.
   - Я выслушал тебя, Сабрина. Но я не сразу вник в суть того, о чем  ты  со
мной говорила.
   В душе у девушки  проснулась  надежда,  но  она  всеми  силами  старалась
успокоить радостный стук сердца.
   - И теперь я должна поверить, что ты все понял?
   Он кивнул и погладил ее по щеке.
   - Когда я узнал от Джи Пи,  что  ты  уезжаешь,  меня  словно  ударили  по
голове. Я как будто проснулся и прозрел. Я понял, что все  попытки  защитить
тебя только отдаляют нас и я могу  потерять  тебя.  -  Виктор  наклонился  к
девушке и притронулся губами к ее лбу. - Джи Пи  сказал  мне,  что  лишиться
любви можно разными путями, и он тысячу раз прав. Я не  хочу  разлучаться  с
тобой. Ни на секунду.
   Сабрина верила и не верила ему.
   - Ты же ужасно страдал, потеряв Пита...
   - Еще как. Но ты доказала мне, что жить будущим важнее, чем убиваться  по
прошлому. Ты невиновна в смерти Пита и не должна расплачиваться за нее.
   - Виктор... - нерешительно произнесла она.
   - Я люблю тебя, Сабрина. Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж и  чтобы  у
нас были дети. И еще я хочу, чтобы мы работали вместе.
   Она положила руку ему на грудь и переспросила:
   - Вместе работали?
   Виктор кивнул, и его губы тронула улыбка.
   - Да. И только  в  "Стар".  Дело  Гилбертов  еще  не  закончено.  И  пока
неизвестно,  кто  же  дал  шоферу  приказ  сливать  отходы.  У   меня   есть
предположение, куда ведут следы. Но чтобы его проверить,  придется  еще  раз
провести трудную ночную слежку. Ты поедешь со мной?
   - Ты вправду хочешь, чтобы я была рядом? - с сомнением спросила она.
   Виктор улыбнулся во весь рот.
   - Мне нужна женщина, которая умеет так здорово драться. Я буду  предельно
осторожен, но кто-то должен мне все время напоминать, чтобы я  не  перегибал
палку. И рано или поздно я научусь.
   Сабрина вдруг всем сердцем  поверила,  что  все  у  них  сложится,  и  ее
охватила такая радость, как будто яркие солнечные лучи пробили завесу черных
туч.
   Она станет его женой, подарит ему детей и будет спутницей Виктора на  всю
жизнь!
   - А если ночь будет слишком жаркой, то где прикажешь  мне  находиться?  -
лукаво спросила девушка и погладила его шею. -  На  заднем  сиденье  или  на
капоте?
   Виктор засмеялся и коснулся губами ее губ.
   - Мне кажется, ты питаешь слабость к капотам.
   - А еще я питаю слабость к тебе, Виктор Дэмиен. Причем самую постыдную. И
мне не преодолеть ее до конца жизни. Так как же ты поступишь?
   Виктор заключил девушку в объятия.
   - Ночью ты все узнаешь, мисс Сабрина, - пообещал он. - Но, -  добавил  он
игриво, - если боишься, что будет скучно, возьми с собой колоду карт.
   - Не тот случай, голубчик, - прошептала она  и,  засмеявшись,  встала  на
цыпочки и поцеловала Виктора со всей пылкостью окрыленной души.
   В темном небе за их спинами вспыхнула молния,  но  Виктор  и  Сабрина  не
заметили ее, ибо жар их любви и страсти был ярче всех молний на свете.

Пер с англ. Е. Милютенко
Издательство "Радуга", 1997 г.


 

<< НАЗАД  ¨¨ КОНЕЦ...

Другие книги жанра: романы

Оставить комментарий по этой книге

Переход на страницу: [1] [2]

Страница:  [2]

Рейтинг@Mail.ru








Реклама