роман - электронная библиотека
Переход на главную
Жанр: роман

Брукс Хелен  -  Нечаянная любовь


Переход на страницу: [1] [2]

Страница:  [2]



   В голове у Рии все смешалось. Однако, поразмыслив, она признала,  что
нельзя было исключить и подобного оборота событий.
   - Это получилось случайно, - жалко промямлила Поппи. - Надо было быть
поосторожней, а Никое совсем еще ребенок.
   - Был, - сухо поправила ее Рия.
   - Но он действительно не такой, как все, - серьезно настаивала Поппи.
- С ним так легко и хорошо! Он заставил меня почувствовать... ой,  я  не
могу тебе объяснить, это просто фантастика!
   Щеки у Рии слегка порозовели. Как могла она в  чем-то  обвинять  свою
кузину, если одного легкого прикосновения  Димитриоса  было  достаточно,
чтобы заставить ее забыть обо всем на свете? А если бы он ее любил,  как
Никое Поппи, разве смогла бы она ему в чем-нибудь отказать?
   Она вздохнула с болью и тоской.
   - А почему ты сбежала от него?
   Поппи уныло облокотилась о перила.
   - Я знаю, это глупо. Но когда я поняла, что  беременна,  у  меня  был
шок, я просто с ума сошла на неделю или на две. Мне казалось, что  я  ко
всему этому не готова. Никое поторопил меня с  обручением,  и  где-то  в
глубине души я надеялась, что в любой момент смогу дать обратный ход. Но
ребенок! - Голос у нее задрожал. - Мне просто надо было обдумать  все  в
одиночестве, прежде чем кому-то что-то говорить, даже Никосу.
   - То есть ты не сказала ему о ребенке? - спросила Рия, потрясенная.
   - Нет, - медленно подтвердила Поппи. - Я просто сказала ему, что  все
кончено. Одна из моих подруг разрешила мне пожить у нее, и я там спрята-
лась. Когда же я решила сохранить ребенка, то тут же позвонила Никосу, и
он мгновенно примчался в Англию. - Лицо ее озарилось. - Он был так раст-
роган, что даже трудно в это поверить. Я его действительно люблю, Рия.
   - Ой ли? - Голос Рии звучал резко. - Ты уверена, Поппи? Нельзя играть
жизнью других людей. Через несколько месяцев тебе придется считаться  не
только с собой и Никосом, но и с очень маленьким человечком, который бу-
дет полностью от тебя зависеть. Если ты недостаточно любишь Никоса, что-
бы прожить с ним всю жизнь, никакие деньги  не  сделают  твоего  ребенка
счастливым. Уж лучше взять кого-нибудь на  воспитание.  Ты  должна  быть
уверена.
   - Я уверена, - угрюмо заявила Поппи, покраснев до корней волос.
   - Что ж, тогда вам обоим - и тебе, и Никосу -  придется  очень  много
потрудиться над вашими отношениями. Не ждите молочных  рек  в  кисельных
берегах. Их культура очень отличается от нашей, и он не готов к английс-
кому образу жизни. Вам обоим придется подстраиваться друг под друга.
   - Очень умно!
   Обе девушки вздрогнули и повернулись к  двери,  из  которой  раздался
этот строгий голос. Димитриос с непроницаемым  лицом  вошел  в  комнату.
Стоило ему сесть на один из маленьких стульчиков, вытянув вперед ноги  и
откинувшись на спинку, как балкон сразу же стал малюсеньким.  Ворот  его
рубашки был расстегнут, на лоб спадало  несколько  черных  локонов,  еще
влажных от утреннего душа.
   - Насколько я понимаю, ты настраиваешь свою кузину остаться здесь?
   Прищурившись, он быстро оглядел их обеих, и сердце Рии бешено заколо-
тилось. Он был так далек от нее, так жесток, так непохож на того челове-
ка, с которым она вчера провела целый день...
   - Ошибаешься.
   Она посмотрела ему прямо в глаза, не думая о том, что в  бледном  ут-
реннем свете ее спутанные волосы, серебристыми  каскадами  спадающие  на
худенькие плечи, и лицо без косметики делают ее похожей на привидение.
   - А то мне показалось... - Стальные глаза блеснули.
   - Ничего странного. Тот, кто подслушивает чужие разговоры,  не  может
рассчитывать на полноту повествования. - Ей самой стало жутко  от  своей
дерзости. Краем глаза она видела, как изменилось лицо Поппи - от неприк-
рытого восхищения до полного испуга.
   - Да ну?! - зло воскликнул он, поднимаясь с маленького стульчика и не
сводя с нее хищного взгляда. - Не вам давать мне уроки морали!
   Он резко обернулся к Поппи, отчего та даже подскочила на месте.
   - Вниз, сейчас же! - приказал он. - Никое уже у меня в кабинете.  Жди
меня там же.
   Поппи с облегчением вышла, даже не взглянув на Рию.
   - Что касается тебя, - продолжал он тихо, -  то  ты  дождешься  моего
возвращения. На сей раз, маленькая обманщица, готовься ответить  на  все
мои вопросы, и даже богам не дано нам помешать.
   Она с наслаждением смотрела на него, хотя обстоятельства вовсе к тому
не располагали. В его властности было что-то  настолько  притягательное,
что она просто не могла противиться. Если бы он, как обещал, отправил ее
назад, в Англию, не повидав ее, она промучилась бы целый день и еще кош-
марную ночь... От этой мысли ей стало не по себе.
   Он повернулся, но, проходя мимо нее, задержался на секунду  и  дотро-
нулся пальцем до лиловых кругов под ее глазами.
   - "Какой клубок сплетаем мы, решив солгать впервые..."
   Голос прозвучал холодно и насмешливо, но прикосновение было необычай-
но нежным, а голубые глаза - бездонными.
   Рия помыла голову и приняла ароматную ванну, смывая с  себя  напряже-
ние. Надев белое платье и слегка подкрасив глаза, распустила  волосы  по
плечам, давая им просохнуть. Солнце выкатилось на середину  неба,  точно
раскаленный белый шар, и вмиг покончило с мягкой утренней прохладой.
   Она сидела на балконе, ожидая его возвращения, но думая только о том,
как бы отыскать Кристину и все ей объяснить. Однако не тронулась с  мес-
та, боясь, что Димитриос не застанет ее. Из сада поднимался сильный  за-
пах цветов. Вдоль стены стояли горшки с геранью, и яркокрасные цветы пе-
реливались в солнечном свете.  Маленький  разноцветный  жучок  бесцельно
взбирался по керамическому горшку, а затем, раскрыв  прозрачные  крылья,
взлетел к солнцу.
   - Вот счастливчик, - пробормотала она. - Просто может  взять  и  уле-
теть.
   Через несколько минут она почувствовала, что Димитриос вошел в комна-
ту, хотя он, как всегда, двигался бесшумно, точно леопард.
   - Почему ты живешь одна в такой квартире?
   Вопрос застал ее врасплох, и она тупо уставилась на него, не в состо-
янии собраться с мыслями. Она готовилась к более серьезному разговору, к
циничным насмешкам, но этот спокойный тон выбил ее из колеи.
   - Ты смотришь на меня так, будто насмерть перепугана.  -  Он  говорил
спокойно, но в голосе его уже стали появляться нотки раздражения. -  Ну?
Ты не ответила.
   - Я думаю, мне просто хотелось чего-то, что было бы моим, -  "сказала
наконец Рия слегка дрожащим голосом. - От родителей остались деньги, так
что финансовых затруднений не было, и дядя, мой опекун, решил,  что  это
хорошее вложение капитала.
   - Поппи объяснила мне все обстоятельства, - спокойно сказал  Димитри-
ос. - Прошу прощения за поспешные выводы относительно  квартиры,  но  ты
тоже должна понять, как это выглядело в моих глазах. Насколько  я  пони-
маю, с твоим боссом у тебя просто деловые отношения? - продолжил он доп-
рос, вглядываясь в каждую черточку ее лица.
   - У нас хорошие отношения, и это все, - не  вдаваясь  в  подробности,
ответила она с прохладцей в голосе.
   - Он твой друг? - поинтересовался Димитриос.
   - Он мой работодатель, и мы давно работаем вместе. -  Она  посмотрела
на него с вызовом. - Он всегда был честен со мной.
   - Славный Джулиан, - вкрадчиво произнес Димитриос. - Но я бы не  ска-
зал, что он осыпал тебя золотом. Вся жизнь на работе,  и  никаких  соци-
альных благ. Неужели тебе действительно нравится такое существование?
   - Насколько я понимаю, ты цитируешь Поппи? - вопросом на вопрос отве-
тила Рия, впервые за все утро по-настоящему рассердившись. - Если  я  не
бросаюсь на шею первому встречному только ради того, чтобы получше жить,
то это еще не означает, что я урод. Мне  нравится  моя  работа,  как  ни
странно. Она, конечно, не ослепительна и не подошла бы девяти из  десяти
девушек, но мне она доставляет удовольствие. Я много езжу,  много  вижу,
встречаюсь с интересными людьми. А это все, что мне нужно.
   Или все, что мне было нужно, поправила она себя мысленно, глядя прямо
в его холодные глаза и безразличное лицо.
   - Тогда ты можешь считать себя удачливой. - Его задушевный тон  охла-
дил ее пыл. - Мало кто сегодня доволен своей судьбой.
   - Я думала, мы будем говорить о Никосе и  Поппи,  -  быстро  вставила
Рия, испугавшись, что не сможет скрыть своих мыслей от этого компьютери-
зированного мозга.
   - С чего ты взяла?
   - Это то, что имеет значение. - Голос ее зазвучал  устало.  -  Именно
из-за их истории и заварилась вся эта каша.
   - А, понятно. Так вот о чем речь. - В его лице появилось  что-то  но-
вое, чего она не поняла, и это напугало ее. - А что мне делать?  Поздра-
вить их? Похвалить за хорошее поведение?
   - Конечно, нет! - резко ответила Рия, задетая за живое его  издевкой.
- Они повели себя глупо. Но мне казалось, что ты  лучше,  чем  кто-либо,
сможешь понять, насколько просто ошибиться в юности.
   Она допустила серьезную ошибку. Задумчивое выражение  исчезло  с  его
лица, и он навис над ней, точно ястреб. Схватив ее за  тонкие  запястья,
он резко и грубо заставил ее встать.
   - Кто это тебе наплел? - угрожающе спросил он, и  глаза  его  яростно
заблестели. - Ты ничего в этом не смыслишь! Что может знать  о  жизни  и
любви такая неопытная девчонка? Ведь ты живешь & какой-то башне из  сло-
новой кости, где есть только белое и черное. Настоящий мир вовсе не  та-
кой!
   - Не рассказывай мне сказки про настоящий мир! - Он задел ее  за  жи-
вое, и голос ее даже сорвался. - Я достаточно хорошо знаю реальный  мир,
чтобы ненавидеть его! Мир, в котором пьяница может прикончить в один миг
троих людей и преспокойненько выйти из тюрьмы уже через три месяца! -  У
нее перехватило дыхание. - По месяцу за жизнь! - Она говорила все громче
и громче и ничего не могла с собой поделать. Она так долго молчала,  что
теперь должна была выговориться. - Но я все-таки еще верю в добро, а это
много больше, чем то, на что способен ты! Мир, может быть, болен, но лю-
ди все же могут над ним подняться, им только нужен шанс. Сколько  раз  я
могла сдаться и стать таким же циником, как и ты, но  я  не  сдалась.  Я
предпочла приспособиться к обстоятельствам по-своему. Прощать  непросто,
я знаю, но я также знаю, что если человек только и думает что о разруше-
нии, то в конце концов разрушится сам. На каждого дурного человека  есть
добрая сотня хороших...
   Она замолчала, пораженная блеском его глаз, прикованных к ее взволно-
ванному лицу и полыхающим глазам.
   - Так ты считаешь, что все знаешь?
   Слова были острыми, как нож.
   - Нет, - сказала она устало, поняв, что стена непробиваема. -  Я  уже
сказала, каждый из нас приспосабливается к обстоятельствам посвоему.
   - В таком случае сделай одолжение и занимайся своими собственными де-
лами, - холодно заметил он, - и попридержи свои  теории  при  себе.  Мои
мысли - это мое дело. Но одной из них я все-таки с тобой  поделюсь:  мне
кажется, что этот новый имидж не совсем тебе подходит. О чем вы там  до-
говорились с этой сладкой конфеткой, - он кивнул в сторону лестницы, - я
не знаю, но не думайте, что вам удастся  еще  раз  обвести  меня  вокруг
пальца.
   - Меня здесь не будет, и я не смогу водить тебя за нос, разве не так?
- упавшим голосом сказала Рия, отворачиваясь и глядя на далекие холмы. -
Я оставлю тебя в покое при первой же возможности.
   Если бы в этот момент она посмотрела на него, то  заметила  бы  тень,
скользнувшую по его лицу, и напрягшиеся губы.
   - Может, Хочешь что-то от меня на память? - задумчиво спросил  он  и,
прежде чем она догадалась о его намерениях, развернул ее к себе  и  при-
жался к ее губам в горячем, ослепляющем поцелуе. Знакомый запах его оде-
колона ударил ей в нос. Она сопротивлялась, напрягая все мышцы, но пони-
мала, что борется прежде всего с собой.
   - Ты не можешь Оттолкнуть меня, - пробормотал он, отпустив на секунду
ее губы. - Что бы ты обо мне ни думала, ты хочешь меня - не так ли?
   - Это было утверждением, а не вопросом. Он с силой прижал ее к  себе,
и она стала таять. Кровь застучала у нее в висках.
   - Не надо! Оставь меня, - возмущенно зашептала она, но,  почувствовав
его губы на шее, на мочке уха, на закрытых веках, поняла, что проиграла.
   Когда он вновь припал к ее губам, она слегка застонала, и по телу  ее
пробежала дрожь. Его нарастающее желание передалось и ей, колени  у  нее
задрожали, и, боясь потерять равновесие, она ухватилась за  его  широкую
спину. Наслаждаясь сладким вкусом ее губ, он осторожно  направлял  ее  в
спальню.
   Он перегнул ее в талии так, что она упала на мягкую кровать вместе  с
ним. Покрывая ее лицо обжигающими поцелуями, он гладил ее дрожащее тело,
обращаясь с ней, как опытный музыкант со скрипкой.
   Под его волшебными руками и губами она изгибалась, вскрикивая и зады-
хаясь от новых и новых обжигающих ощущений. Вдруг он замер, и в его при-
щуренных глазах, скользивших по ее телу в измятой одежде, появилось воп-
росительное выражение.
   - Ты все еще хочешь уехать? - прошептал он в  ее  мягкие  волосы,  не
прекращая ласкать ее. - Неужели ты думаешь, что кто-то другой может дос-
тавить тебе столько же удовольствия!
   Рия содрогнулась от страсти. Единственной реальностью были его руки и
губы. Жжение внутри все нарастало и нарастало, становилось учительным, и
она бессознательно мотала головой из стороны в сторону.
   Он опять припал к ее губам, и у нее перехватило дыхание. Ей казалось,
что разгоревшийся внутри огонь вот-вот сожжет ее дотла, и когда он  при-
жал ее к своему большому телу, она все повторяла и  повторяла  его  имя,
ища его губы.
   Он слегка приподнялся на локте, и она даже застонала, гладя  на  него
ничего не видящими глазами.
   - Рия! - нежно прошептал он. - Мне надо знать. Я  действительно  буду
первым? - Слова его с трудом пробивались сквозь поглотивший ее водоворот
чувств. - Ответь мне: я буду первым?
   Он настаивал, и она в оцепенении кивнула, чувствуя только свою  осле-
пительную любовь к нему.
   - Но разве могу я быть в этом уверен?
   Он произнес эти слова как человек, ненавидящий самого себя,  и,  чер-
тыхнувшись вполголоса, поднялся со смятой постели. Глубоко  вздохнув,  с
кошачьей грацией он вышел на балкон.
   Рия застыла, не веря, что он бросил ее,  но  когда  трезвый  рассудок
вернулся к ней, принеся с собой и отчаяние, она резко села на кровати  и
дрожащими руками поправила платье.
   Какое холодное издевательство! Она вспомнила  его  вопросы,  заданные
шепотом, и сердце у нее остановилось. Он просто хотел убедиться,  правду
ли говорила Поппи о ее образе жизни и о том, что у нее не  было  мужчин.
Но почему он не захотел получить главное доказательство? Щеки ее горели.
Она понимала, что не смогла бы вовремя остановиться, в его руках она бы-
ла как воск.
   А может, она настолько неопытна, что представляет  для  него  слишком
легкую добычу, которой и гордиться-то нельзя по-настоящему? Какие  мысли
были в его холодной голове? Она посмотрела на темный  силуэт  за  гонким
тюлем и почувствовала себя настолько униженной, что ей хотелось лишь од-
ного - чтобы земля разверзлась и поглотила ее. Он  взял  ее  безропотную
любовь и растоптал башмаками. Если он хотел наказать ее за обман, то до-
бился такого успеха, какой не снился ей даже в кошмарном сне. Она оказа-
лась настолько слабой, что сама зарядила ружье, из которого ее  расстре-
ляли.


   ГЛАВА ШЕСТАЯ

   Рии понадобилось все ее мужество, чтобы пересечь комнату  и  выйти  к
Димитриосу на балкон. Она была уверена, что  выражение  его  лица  будет
презрительным и победоносным, но когда она с высоко поднятой  головой  и
горящим лицом раздвинула занавески, то вдруг перехватила столь необычный
для него - полный замешательства - взгляд. Димитриос быстро отвернулся.
   - Извини, - пробормотал он. - Это не было запланировано...
   - Я не верю тебе, - сказала они срывающимся от боли голосом.
   Подумать только, всего пару минут назад она чуть  не  отдалась  этому
грубому, жестокому человеку, который ненавидит ее всей  душой!  Да  она,
наверное, сошла с ума! Она не узнавала себя и опасалась, что  стоит  ему
до нее дотронуться, как все повторится сначала.
   - А что, ты думаешь, это было? - Он проницательно на нее посмотрел. -
Какая-никакая месть за твою ложь.
   - Рия зашлась краской, выдав себя с головой.
   - Он нетерпеливо махнул рукой.
   - Мне остается только сожалеть о том, что ты так плохо обо мне  дума-
ешь. Но, как бы тебе это ни показалось странным, сегодня я хотел  позна-
комиться с тобой поближе. Теперь-то я понимаю, что все это бессмысленно,
- горько сказал он. - Что касается Поппи, тут у меня нет выбора, придет-
ся принимать ее в свою семью, и я подумал, что, если мы расстанемся,  не
совсем разругавшись, нам будет легче в будущем. А это... - он  кивнул  в
сторону спальни, - было злосчастной ошибкой.
   Рия судорожно сглотнула. Ошибка, просто ошибка! Она ненавидела его.
   - Мне все это представляется в другом свете, - сказала она с болью  в
голосе.
   - Черт побери! Ставки были не столь уж велики. Ничего не произошло. У
тебя наверняка были сценки и погорячее.
   Он словно чего-то ждал от нее с потухшим взглядом, но чего, она никак
не могла понять.
   - Так уж получилось, что со мной такое происходит впервые.
   Эти слова дались ей с трудом. Его черные брови удивленно  взметнулись
вверх, и ей показалось, что он просто играет с ней в какую-то только ему
известную игру.
   - Ты хочешь сказать, что дожила до двадцати одного года - а ведь тебе
двадцать один, хоть это правда? - (Она кивнула.) - Так значит, ты дожила
до двадцати одного года, - продолжал он насмешливо, - сохранив  все  это
очарование под покрывалом? Я не могу в это поверить.
   - Мне все равно, веришь ты или нет, - с трудом выдавила она. -  Я  не
обязана перед тобой оправдываться. Ты для меня - пустое место.
   Она хотела сделать ему больно, чтобы увидеть хоть  какой-то  проблеск
чувства на этом холодном, насмешливом лице, и когда смысл ее слов  дошел
до него, в глазах у него загорелись злые огоньки.
   - Мне кажется, что чем быстрее ты уедешь, тем лучше будет и для тебя,
и для меня, - сказал он с непроницаемым лицом. - Ты и  так  прошлась  по
нашим жизням, как ураган. Незачем... - Он  оборвал  себя  на  полуслове,
увидев муку в ее мягких серых глазах. И выругался, шепотом, но от  души.
- Прекрати! - Димитриос взял ее за руки и слегка встряхнул: - Не  смотри
на меня так!
   Он оттолкнул ее, будто она обжигала его, и выбежал из комнаты.
   Рия стояла совершенно неподвижно, чувствуя, что уходит в  небытие.  Я
больше этого не вынесу, горько подумала она. Он обращается со мной,  как
с игрушкой, подберет и бросит, где захочет. Надо уезжать.
   Эта мысль не покидала ее все утро, длившееся  целую  вечность.  После
разговора с Димитриосом Никое и Поппи куда-то пропали, а  Кристина  дала
Розе распоряжение не беспокоить ее. Димитриос тоже испарился, и она была
ему за это чрезвычайно признательна. Ей было бы очень трудно  посмотреть
ему в лицо после того, что произошло за последние двадцать четыре  часа.
Прогулявшись в одиночестве по пыльной, раскаленной от солнца скале,  она
вернулась около полудня. Роза подала ей ленч в  комнату,  и,  перекусив,
Рия решила немного отдохнуть. Видимо, она уснула и проснулась от легкого
стука в дверь. К ее удивлению, в углах уже собирались вечерние тени.
   - Войдите.
   Она села на кровати, моргая от света. Дверь мягко открылась, и в ком-
нату нерешительно вошла Кристина.
   - Прошу прощения, я разбудила вас, дорогая. - Рия  почувствовала  об-
легчение оттого, что сестра Димитриоса еще разговаривает с ней. Ее  даже
удивило дружеское расположение Кристины. - Я сама недавно  встала,  вче-
рашний день оказался для меня значительно труднее, чем можно  было  ожи-
дать.
   Рия вскочила и сжала в ладонях холодную руку Кристины.
   - Пожалуйста, поверьте, я никому не хотела причинить зла, - с  трево-
гой произнесла она, чувствуя, что должна убедить Кристину в своих добрых
намерениях. - Я просто хотела помочь Поппи, а в тот момент ничего лучше-
го мне на ум не пришло. Я понимаю, вы это считаете  совершеннейшей  глу-
постью, но мне действительно казалось, что так я облегчу ее положение.
   - Димитриос уже объяснил мне цель своего визита в Англию, -  медленно
сказала Кристина с явным неодобрением. - Я считаю, что, несмотря на доб-
рые побуждения, всю эту кашу заварил именно он. Он  меня  удивляет.  Он,
видимо, набросился на вас, стреляя из всех пушек сразу, простите за  вы-
ражение.
   Рия расстроено кивнула, и Кристина с явным раздражением покачала  го-
ловой.
   - Временами мне кажется, что отец наш еще жив, - еле слышно произнес-
ла она. - Вообще он не тяжелый человек, что  бы  вы  о  нем  ни  думали.
Где-то там, в глубине души, все еще живет  тот  Димитриос,  которого  мы
когда-то знали. Но он заперт очень глубоко.
   Рия безутешно на нее посмотрела.
   - К сожалению, не мне суждено открыть этот волшебный ларчик. -  Глаза
у нее заблестели. - Мне кажется, он меня просто ненавидит.
   - Не верьте этому, - живо возразила Кристина. -  А  вам  бы  хотелось
открыть тот ларчик?
   Вопрос был неожиданным, но Рия  ответила  не  задумываясь,  от  всего
сердца, не сводя глаз с изборожденного морщинами лица Кристины.
   - Больше всего на свете... Но только не говорите ему об этом! -  Раз-
волновавшись, она схватила Кристину за руку.  -  Умоляю  вас,  Кристина,
обещайте мне, что вы ему ничего не скажете!
   - Ну, Рия. - Кристина покачала головой, и тут вдруг стало видно,  что
виски у нее седые. - Почему вы так переполошились?
   - Вы должны мне это обещать, - настаивала Рия.
   - Обещаю, - с неохотой сказала Кристина, и на лице у нее было написа-
но сожаление. - Вы еще такой ребенок, дорогая... Ваша кузина лучше прис-
пособлена к жизни. Меня просто удивляет, что вы одного с  ней  возраста.
Как бы то ни было, - она мягко сменила тему разговора,  с  пониманием  и
нежностью глядя на раскрасневшиеся щеки Рии, - сегодня утром  у  меня  с
Димитриосом был долгий разговор. Я не одобряю того,  что  произошло,  но
ничего не поделаешь. Мой сын и ваша кузина должны пожениться  как  можно
быстрее, насколько я понимаю.
   Рия смотрела на нее обескуражено. Она  ожидала,  что  Кристина  будет
потрясена, возмущена, а та говорила так, будто подобное случалось с ними
каждую неделю.
   - Не могли бы вы остаться здесь до свадьбы?
   Рия растерялась. Остаться и жить бок о бок с Димитриосом?
   - Н-не могу, - заикаясь, отказалась она. - Мне надо домой.
   - Не хотелось бы нарушать ваши планы, но  мне  придется  очень  много
сделать, и за очень  короткое  время.  -  В  голосе  Кристины  слышалась
просьба. - Если бы у меня был надежный помощник, с  меня  бы  это  сняло
столько хлопот...
   Рия вдруг вспомнила, зачем  Димитриос  приезжал  в  Лондон.  Кристина
больна. Конечно, одной ей будет очень трудно, а  по  собственному  опыту
Рия знала, что на помощь Поппи рассчитывать не приходится.
   - Сколько это займет времени? - медленно спросила она, и  Кристина  с
благодарностью и облегчением ей улыбнулась.
   - Думаю, не больше месяца, - с надеждой в голосе проговорила  она.  -
Может быть, недель шесть.
   Рия смиренно кивнула. Видимо, в ближайшем будущем ей отсюда  не  выб-
раться.
   Обед прошел в натянутой обстановке. Поппи сидела с покрасневшими гла-
зами, а Никое угрюмо молчал. Димитриос, как всегда, был не очень  разго-
ворчив, лениво переводя взгляд с одного лица на другое, и, только  оста-
навливаясь на Кристине, глаза его теплели. Кристина не  дождалась  кофе,
сказав, что у нее болит голова. Рия тоже собралась встать  из-за  стола,
но Димитриос остановил ее.
   - Мне надо поговорить с тобой. - Его глаза медленно вобрали в себя ее
лицо, задержавшись на мягких полураскрытых губах. - Пойдем в сад.
   Как во сне, Рия послушно последовала за ним. Никое и  Поппи  остались
за столом. От его взгляда губы ее горели, будто он поцеловал  ее.  Собе-
рись, приказала она себе мысленно, раздраженная собственной слабостью.
   - Для Кристины все это оказалось настоящим испытанием, хотя она и пы-
тается это скрывать, - начал он без промедления, едва они уселись в бар-
хатной темноте, все еще напоенной дневными запахами. - Мне бы  не  хоте-
лось, чтобы она вконец себя извела. Ты не можешь остаться здесь на неко-
торое время и помочь ей?
   Рия удивленно смотрела на него. В сумерках ее  серые  глаза  казались
огромными.
   - Она тебе еще ничего не говорила?
   - Что именно? - коротко спросил он с надменным видом.
   - Сегодня вечером она уже просила меня помочь ей, - спокойно ответила
Рия. - Я сказала, что останусь столько, сколько будет нужно.
   На его щеке задергалась жилка, но больше ничто не выдало  его  волне-
ния.
   - Спасибо, - произнес он наконец довольно холодно. - Насколько я  по-
нимаю, на Поппи рассчитывать не приходится, - добавил он, слегка скривив
губы.
   - Что ты имеешь в виду? - осторожно спросила она, не отваживаясь  по-
казать ему, что он прав.
   - Со вчерашнего вечера очень многое прояснилось, скажем так, - холод-
но ответил он. - И теперь мне все понятно.
   Рия догадывалась, куда он клонит. Она уже  достаточно  хорошо  знала,
что означает стальной блеск его глаз, и сразу вспомнила, в каком состоя-
нии была ее кузина.
   - С Поппи все в порядке, - слабо сказала она. -  Временами  несколько
легкомысленна, но у нее доброе сердце.
   - Так оно есть у нее? - насмешливо спросил Димитриос. - А  когда  нам
будет дозволено взглянуть на этот феномен, хотя бы краешком глаза? - Она
собралась было ответить, но он заставил ее  замолчать,  приблизившись  к
ней так, что ее предательское сердце тревожно забилось. - Есть такой по-
рок - излишняя преданность, - спокойно сказал он, рассматривая ее  лицо.
- Мне казалось, что ты должна была бы уже об этом знать.
   Рия, как загипнотизированная, смотрела на смуглое лицо над ней, не  в
состоянии произнести ни слова.
   - Так ты поможешь Кристине?
   На сей раз в его голосе не было приказа, только просьба и  забота,  и
она тут же энергично закивала светловолосой головой,  с  трудом  подавив
желание дотронуться до смуглой загорелой щеки, где уже стала пробиваться
черная щетина.
   Он задумчиво погладил ее  серебристые  волосы,  пропуская  их  сквозь
пальцы. Как она ни старалась, ей не удалось сдержать дрожь - от его при-
косновения она вся загорелась.
   - Ты очень нежная.
   Голос у него был с хрипотцой, и она  не  могла  подавить  в  себе  те
странные ощущения, что он в ней вызывал. Он резко отодвинулся от  нее  и
опустил руки.
   - Как бы то ни было, на неделю я освобожу тебя от своего присутствия.
   - Что? - не поняла она.
   - Мне надо за границу по делам, - не вдаваясь в подробности, объяснил
он. - Боюсь, что последние две недели за домашними делами я забыл о биз-
несе. Больше я не могу откладывать.
   Он повернулся к ней, и на его смуглом лице была ирония.
   - Ты будешь скучать по мне? - Голос у него был язвительный, но с лег-
ким оттенком вопроса, который Рия не могла не заметить.
   - Да, - просто сказала она, опуская глаза  и  страшась,  что  сказала
слишком много.
   Он прищурился.
   - Нам надо кое-что выяснить, и мне, и тебе, - медленно произнес он  с
едва заметным блеском в глазах. - Но  придется  отложить  это  до  моего
возвращения. Пока же достаточно и этого.
   Он склонился к ней, чего она, сама не отдавая себе отчета, так  ждала
все это время, и припал к ее губам в долгом поцелуе. Губы  у  него  были
твердые и теплые, он прижал ее к себе с такой сладкой нежностью,  о  су-
ществовании которой она и не подозревала. Этот поцелуй не был страстным.
Просто обещание, вскружившее ей голову и тронувшее душу. Когда он  отор-
вался от нее, она даже покачнулась и только тут заметила, что он  держит
руки в карманах, словно не доверяя себе самому.
   - Я не хочу, чтобы ты меня боялась, - медленно произнес он, так тихо,
что ей пришлось напрячь слух, чтобы не пропустить ни единого слова.
   Жемчужными зубками она прикусила нижнюю губу, и он задумчиво  покачал
головой, словно подтрунивая над самим собой.
   - Невинность - дело серьезное, - сказал он вроде бы  невпопад.  Глаза
ее округлились от удивления, и он слегка дотронулся до ее лица  подраги-
вающими пальцами. Затем резко развернулся и, свистнув  собакам,  которые
появились как из-под земли, пошел прочь.
   Мне никогда не понять этого человека, с тоской подумала  она.  То  он
ненавидит меня, то вдруг...
   - Это просто животное желание, - прошептала она в тихую ночь,  подав-
ляя в себе зарождающуюся надежду.
   У него хороший аппетит, и он привык к тому, что любая женщина считает
за честь, если он проглотит ее на закуску.  Наверняка  то,  что  сказала
Поппи, правда,  и  ей  уготована  судьба  лишь  очередного  развлечения.
Единственное ее достоинство - некоторое сходство с его первой любовью.
   - Заруби это себе на носу, дурочка, - прошептала она,  изо  всех  сил
стараясь удержать наворачивающиеся слезы. - Ты лишь новенькая в  длинной
цепи его романов.
   На следующее утро, когда она вошла в столовую, совсем не чувствуя се-
бя отдохнувшей, Поппи, веселая и возбужденная, набросилась на нее:
   - Привет, Рия! Давай, давай, соня, мы уже почти заканчиваем.  Садись,
завтракай. Здешний морской воздух пробуждает во мне волчий аппетит.
   Рия взглянула на Никоса, снисходительно поглядывавшего на ее  кузину.
Руки их были сплетены. Сегодня Поппи совершенно не походила на ту  заби-
тую, удрученную девчонку, какой была вчера.  Причина  ее  радости  очень
скоро всплыла на поверхность.
   - Димитриос сейчас повезет нас осматривать наш дом,  -  чирикала  она
радостно. - Это недалеко. Можешь поехать с нами, если хочешь.
   Рия недоверчиво на нее посмотрела:
   - Дом?
   - Ну конечно! Не понимаешь? Четыре стены и крыша,  чтобы  можно  было
жить.
   - Ты уверена, что вы можете позволить себе дом? - осторожно  спросила
Рия. - Может, квартира или...
   - Это свадебный подарок!
   Они вздрогнули, услышав знакомый рык, раздавшийся из соседней комнаты
для отдыха. Рия перехватила взгляд Никоса.
   - Он только лает, но не кусает, - тихо пояснил тот, пожимая плечами с
некоторым недовольством.
   - Но если укушу, будет больно, поверь мне.
   Димитриос стоял в дверях, и на лице его не было и тени улыбки. В лег-
ком сером костюме и белоснежной рубашке, свежевыбритый, загорелый,  выг-
лядел он умопомрачительно.
   - Так ты поедешь, Рия? - равнодушно  спросила  Поппи,  поднимаясь  со
стула, и Рия быстро покачала головой, чувствуя себя лишней. Они ведь яв-
но собирались туда без нее.
   - Конечно, поедет. Как вы думаете, кого я жду? - Димитриос явно хотел
поставить коекого на место, и даже Поппи на этот раз все поняла. Покрас-
нев, она уселась снова, а Димитриос продолжал: - После того как она  по-
завтракает, конечно.
   Сидя на высоком сиденье "лендровера" рядом  с  Димитриосом,  Рия  все
смотрела и не могла наглядеться на поразительный здешний ландшафт и в то
же время каждой клеточкой ощущала  присутствие  большого,  спокойного  и
молчаливого человека радом. Никое и Поппи  пристроились  на  заднем  си-
денье, и Рия то и дело слышала приглушенные смешки и легкие вздохи.  Она
перехватила взгляд Димитриоса, и тот сухо улыбнулся.
   - Может, попросим Никоса сесть за руль?
   Она залилась густой краской, а когда  он  коротко  хохотнул,  оконча-
тельно смутилась. Опять! Ну почему так все время получается?
   Под палящим солнцем зеленая трава уже начинала желтеть. Мимо  неслись
квадратные домики на коричнево-зеленых холмах. То и дело глаза ее ловили
блеск спокойного, лазурного моря и белых пляжей, не обезображенных  отв-
ратительными небоскребами гостиниц. Она впитывала тепло и краски, счаст-
ливо вздыхая и потягиваясь, как маленький довольный  котенок.  Димитриос
скосил на нее глаза и понимающе улыбнулся.
   - Начинаешь радоваться жизни, - неторопливо сказал он с теплым  блес-
ком в глазах.
   Через полчаса они остановились на окраине маленького цветущего город-
ка. Через огромные деревянные арочные ворота вошли в  сказочный  дворик,
вымощенный мозаикой из камней в традиционной изысканной греческой  мане-
ре, и у Рии даже перехватило дыхание от восторга. Над двориком  нависали
виноград и бугенвиллеи, колючие груши протягивали к ним свои ветви. Ста-
рая каменная стена заросла лианами с яркими цветами, наполнявшими воздух
экзотическим ароматом.
   Димитриос открыл тяжелую деревянную дверь,  и  две  маленькие  пташки
слетели на оконную раму и с любопытством  принялись  рассматривать  при-
шельцев блестящими бусинками глаз.
   - Неразлучники, - коротко прокомментировал Димитриос, заметив ее воп-
рошающий взгляд, и с насмешкой поглядел вслед Никосу и Поппи, заходившим
в дом. - Как по заказу, да?
   - Не понимаю, когда ты говоришь серьезно, а когда смеешься, - замети-
ла Рия и пошла следом за молодой парой. Он остановил ее, осторожно  при-
коснувшись к ее руке.
   - Я с удовольствием научу тебя, - предложил он, наблюдая, как  краска
заливает ее скулы. - Мне начинает казаться, что  это  возможно,  -  тихо
прошептал он, скользя кончиком указательного пальца по ее гладкой щеке и
дальше вниз, к горлу, где от его прикосновения забилась жилка.
   - Не надо, пожалуйста.
   Ей было много труднее перенести его  нежность,  чем  его  жестокость.
Когда он бывал нежен, ей казалось, будто она что-то потеряла,  не  успев
приобрести.
   Лицо его напряглось, и он тут же отстранился.
   - Хорошенькое гнездышко, ты не находишь? - насмешливо спросил  он.  -
Здесь они смогут воевать вдали от посторонних глаз.
   Его цинизм задел ее, и ей показалось, что именно этого он и хотел.
   - Неужели тебя вообще ничего не трогает? - устало спросила  она,  жа-
лея, что корка льда вокруг его сердца непробиваема. -  Естественно,  они
будут ругаться иногда, но большую часть времени они будут счастливы. Не-
ужели тебе самому не хочется жениться и иметь  детей?  Делиться  всем  с
близким человеком?..
   Что-то вспыхнуло в глубине его глаз, но тут же погасло, и, развернув-
шись, он пропустил ее вперед себя.
   - Иди, - хрипло сказал он.
   Когда Рия подошла к Никосу и Поппи, те просто места себе не  находили
от счастья, их молодые лица светились удовольствием. Совсем недавно  дом
был полностью отремонтирован, и вся отделка была светлая и  современная.
Маленькая, компактная, не полностью оборудованная кухня - веселая ванная
в дальнем конце дома, а по двум крутым узким лестницам можно  было  под-
няться в две большие спальни, выдержанные в пастельных тонах; в одной из
них стояла кровать на традиционно высокой платформе.  Прямоугольный  зал
на первом этаже выходил в маленький садик с  цветами  и  кустарниками  в
горшках ручной росписи. Дом дышал радостью.
   - Нравится? - Димитриос посмотрел Поппи прямо в лицо. Она быстро раз-
вернулась, подняв руки, чтобы обнять его за шею,  но  внезапно  замерла.
Рия прекрасно понимала, что чувствует ее столь непосредственная  кузина.
Она и сама не знала, смогла бы приникнуть к нему без разрешения или нет.
   - Великолепно, - едва слышно произнесла Поппи. Никое тоже кивнул.
   - Тогда пойду закончу формальности.
   Димитриос вышел и по пыльной дороге направился к побеленным  домам  в
отдалении. Рии он показался очень одиноким.
   - Ты оскорбляешь его чувства, - сказал Никое неожиданно строго.
   - Не будь дурачком, - возразила Поппи, защищаясь и  гладя  на  Рию  в
ожидании поддержки. - Нет у него никаких чувств.
   - Поппи!
   Слово это прозвучало как выстрел, и на какое-то мгновение Никое  стал
похож на своего дядю. Слезы тут же навернулись у Поппи на глаза, а Никое
отошел к двери, глядя вдаль, где Димитриос разговаривал с маленькой сог-
бенной старушкой в черном.
   - Ты ничего о нем_не знаешь, - медленно произнес Никос, не  поворачи-
ваясь. Рии показалось, что говорится это не только для Поппи. -  Он  как
устрица: твердая оболочка, а внутри мякоть, в которой скрывается жемчуг.
   Поппи хихикнула.
   - Ну что ты, Никки, - презрительно и резко сказала она.  -  Какая  уж
тут мякоть после вчерашнего разговора. За всю жизнь со  мной  еще  никто
так не разговаривал.
   - Значит, давно было пора!
   Рия выпалила это, не подумав, и тут же пожалела о сказанном: глаза  у
Поппи сузились, а губы сердито поджались.
   Никое повернулся к Рии.
   - Димитриос столько сделал для деревни! - Он говорил быстро, но приг-
лушенно. - Построил аптеку и оплачивает врача,  который  приезжает  сюда
три раза в неделю из Марфоса. Во всех домах за его деньги  сделали  ван-
ные...
   - Меня незачем убеждать, - мягко остановила его Рия. - Я ему не враг.
   Никое покачал головой.
   - Нет, ты послушай, я хочу, чтобы ты поняла! - За его спиной  насмеш-
ливо фыркнула Поппи, но, бросив на свою невесту испепеляющий взгляд, Ни-
кое взял Рию за руку и вывел во двор, где  в  золотистом  воздухе  стоял
аромат тысячи летних дней. Через открытую дверь они смотрели  вслед  Ди-
митриосу, который шел за маленькой старушкой в ее дом. Никое усадил  Рию
рядом с собой на деревянную скамейку, стоявшую возле старой стены.
   - Знаешь, откуда у нас столько собак? - неожиданно спросил он, и  Рия
удивленно подняла на него глаза. Какое отношение имеют  собаки  к  тому,
что ей следует знать о Димитриосе?
   - Кроме маленьких вечно голодных дворняжек, рыскающих возле  рыбацких
лодок, других собак здесь не найдешь, - не торопясь продолжал Никое. - В
Греции мало кто держит домашних животных. Несколько лет тому назад, ког-
да я еще ходил в школу, сюда переехала француженка, старушка,  и  у  нее
был целый дом кошек и собак. Когда она умерла, явились ее родственники и
продали дом, но о животных никто не подумал. Они бегали по округе в  по-
исках пищи, и однажды самую большую собаку убили. Когда дядя об этом уз-
нал, он собрал всех оставшихся и привез их домой.
   Никое наморщил свой греческий нос.
   - Мать была вне себя, но ей пришлось смириться. Теперь она  возражает
только тогда, когда какой-нибудь кошке взбредет в голову оставить ей  на
кровати подарочек в виде дохлой мыши.
   Рию передернуло.
   - Как-то она спросила Димитриоса, зачем он это сделал, и  вы  знаете,
что он ответил?
   Голубые глаза, столь похожие на глаза его дяди, словно гипнотизирова-
ли ее.
   - Нет.
   - Он сказал, что никого нельзя лишать надежды.
   Рия смотрела на него остановившимся взглядом, и внутри у нее все  пе-
реворачивалось, когда она думала о том, что стоит за этими словами...
   - Она сейчас расплачется.
   Бас был явно недовольный, и когда они обернулись, Рия  заметила,  что
улыбка, играющая на губах Димитриоса, не освещает его глаза.
   Никое неуверенно смотрел на дядю, явно смущенный. Но лицо  Димитриоса
вдруг потеплело.
   - Иди скажи своей возлюбленной, что дело уже запущено и будет  закон-
чено через месяц. Женщина, которая присматривает за домом, говорит,  что
хозяева хотят оформить сделку как можно быстрее.
   - Спасибо, Димитриос.
   Никое говорил сдержанно, но глаза его светились от радости. Димитриос
подошел к нему и потрепал по плечу.
   - Постарайся быть счастливым, мой мальчик, -  пробормотал  он  в  его
черные волосы и слегка подтолкнул к дому, словно стесняясь своих чувств.
- Заканчивайте поскорее, - добавил он вслед уходящему Никосу. -  У  меня
мало времени.
   Он подошел к скамейке, где только что сидел Никое, и, с усталым вздо-
хом опустившись радом с Рией на теплое дерево, закрыл глаза. Все  замер-
ло. Из дома не доносилось ни единого звука, и только монотонное жужжание
насекомых в листве нарушало сонную тишину. Рия отважилась  взглянуть  на
него из-под опущенных век. Он сидел с закрытыми глазами, и его  красивое
лицо казалось уставшим, а вокруг рта и глаз белели морщинки.
   Даже в этом безупречном костюме и туфлях ручной работы он  был  похож
на разбойника. Рия без труда представила себе, точно в кино, как на  во-
роном жеребце он врывается во главе своей шайки в поселок, чтобы все пе-
ревернуть там вверх дном...
   - Ты одобряешь?
   Низкий голос ворвался в ее мысли так неожиданно, что на мгновенье  ей
показалось, будто он прочитал их, и она ужаснулась.
   - Одобряю?..
   Слава Богу, что эти проницательные глаза не видят, как она опять  за-
лилась краской.
   - Дом, - терпеливо пояснил он. - Тебе нравится?
   - Как он может не понравиться? - Голос у нее был нежный. - Прекрасное
гнездышко, Димитриос. Ты так добр к ним.
   После разговора с Никосом она уже не сомневалась, что Димитриос очень
одинок.
   - Я не совсем лишен чувств, знаешь ли. - Голос  его  был  сух,  глаза
открыты. - Счастье моего племянника для меня очень важно.
   - А твое? - отважилась она, ожидая немедленного  отпора.  -  Ты  ког-
да-нибудь думал об этом?
   - Может, даже больше, чем следовало бы, особенно в последнее время. -
Слова эти дались ему с явным трудом, и он заерзал на скамейке и случайно
задел бедро Рии, отчего у нее мурашки побежали по коже. Он повернулся  к
ней с тем самым странным блеском в глазах, который она однажды уже виде-
ла. - Ты даже не представляешь себе, как может горечь перекорежить душу,
малышка. Вчера ты была совершенно права, хотя и не подозревала об  этом.
Она может точить и точить человека изнутри до тех пор,  пока  что-то  не
исчезнет у него из души. То, что никогда уже  больше  не  восстановится.
Молодости - молодость.
   Рии показалось, что она теряет нить разговора, упускает  что-то  жиз-
ненно важное. В его голосе было столько грусти, а она не знала, как  ему
помочь.
   - Вчера мне следовало бы попросить у тебя прощения за тот вечер, ког-
да объявились Никое и Поппи, - неожиданно сказал он.  -  Я,  собственно,
затем и шел к тебе, а потом...
   Рия стала пунцовой, вспомнив свое жгучее желание и их объятия.
   - Ничего страшного, не извиняйся, - быстро пролепетала она. - Я  зас-
лужила то, что получила. Да к тому же я не поняла и  половины  из  того,
что ты говорил.
   Он внимательно на нее посмотрел, и в его взгляде  было  удивление,  а
потом тихо и с удовольствием рассмеялся.
   - Ты хочешь сказать, что все мои усилия были напрасны?
   Он опять подсмеивался над ней, но теперь это было неважно. Он повесе-
лел, и это было все, что имело значение. Ох, как же я тебя люблю! -  по-
думала Рия, опуская голову и пряча лицо за опустившимися  волосами.  Мо-
жет, все-таки есть шанс? Она могла бы любить за них обоих...
   - Не меняйся, Рия, - сказал он хриплым голосом, поцеловав ее в волосы
и поднимаясь. - Я только-только поверил, что ты настоящая. Не меняйся.
   Он встал и посмотрел на часы - золотые часы на загорелом запястье.
   - Черт побери, Никое, пошевеливайся! - громко позвал  он,  и  от  его
нежности не осталось и следа. - Я уже должен быть на заводе.
   Они забрались в "лендровер", и Димитриос не оторвал  больше  глаз  от
дороги, мчась во весь опор. Через десять минут они подъехали к массивным
заводским воротам, за которыми тянулись  длинные  ряды  строений.  Вдоль
восьмифутового забора из колючей проволоки ходили охранники с собаками.
   Солнце ослепительно блеснуло на воротах, и Димитриос остановил машину
в клубах пыли. Быстро вытащил из-под сиденья черный кожаный  портфель  и
ловко выскочил из машины.
   - Забирай, - улыбнулся он Никосу, кивая на машину. - Если все будет в
порядке, я вернусь через неделю в это же время.
   Он обошел машину, и на мгновенье Рии показалось, что он так и  уйдет,
не сказав ей ни слова на прощанье. Но он медленно открыл дверцу.
   - Выйди на минутку. - Он протянул ей бронзовую руку  и  помог  выйти.
Лицо у него было непроницаемо серьезным.
   Она нетвердо ступила на землю, едва достав ему до плеча, и  он  отвел
ее за машину, чтобы те двое не могли их видеть.
   - Я слушаю.
   Она смотрела на него широко раскрытыми глазами, и ветер слегка  тере-
бил ее серебристые волосы.
   - Меня не будет неделю, - повторил он с хрипотцой в голосе.
   Они смотрели друг на друга всего лишь мгновенье, но оно показалось ей
вечностью. Он бросил портфель на песок и обнял ее.
   - Я не имею права тебя любить, ни малейшего, - пробормотал он  нежно,
едва касаясь ее губ. Почувствовав, как ее губы раскрылись, он  припал  к
ней в поцелуе, нежно и крепко прижимая ее к себе.
   В конце концов она полностью отдалась его власти.  Она  поднялась  на
цыпочки, чтобы обнять его за шею, и неожиданно он оторвал ее  от  земли,
прижимая и прижимая к себе так, что она уже едва дышала.
   - Я хочу тебя съесть, - простонал он. - Ты понимаешь, что ты со  мной
делаешь?
   Слова эти заставили ее вздрогнуть, но тут же где-то в глубине души  в
ней заговорил осторожный голос: полегче, девушка,  полегче.  Всего  лишь
два дня назад он приказал тебе убираться из его жизни. Ну и что?  -  за-
пальчиво ответила она. Ну и что? Я приму все, что он дает мне сейчас,  а
потом будь что будет.
   Осторожный кашель напомнил им, что они не одни, и Димитриос с  неохо-
той поставил ее на землю.
   - Позаботься о Кристине.
   Наклоняясь за портфелем, он еще раз украдкой поцеловал ее  и,  уходя,
обернулся.
   Едва он вошел в ворота, как вокруг него образовалась целая толпа.  Он
стал отдавать приказания, точно военный, и его твердый  и  ровный  голос
перекрывал все остальные, как клекот орла заглушает чириканье  воробьев.
Она стояла и смотрела и улыбалась своим мыслям, пока он не исчез из  ви-
ду. Когда она в последний раз увидела его черноволосую голову, возвышав-
шуюся над остальными, к горлу ее подкатил ком, хотя она и сама не  знала
почему.
   Будущее пока еще было в тумане. Он ничего ей не  обещал,  да,  может,
никогда и не пообещает. Но  одно  она  знала  наверняка:  она  останется
здесь, в этой чужой для нее стране, рядом с  любимым  человеком  до  тех
пор, пока он не прикажет ей уйти.


   ГЛАВА СЕДЬМАЯ

   Следующие несколько дней прошли в беспрестанных хлопотах.  Через  два
дня настойчивых уговоров Рии удалось уложить Кристину в постель. Ее  на-
пугали бледное лицо и дрожащие руки пожилой женщины,  и  она  попыталась
как можно точнее исполнить обещание, которое мысленно дала Димитриосу.
   - Инструкции вы можете давать и отсюда, - сказала она Кристине,  уку-
тывая ее в одеяло, словно ребенка. - Нам нужен человек с ясной  головой,
кто бы мог все координировать.
   Позаботившись о Кристине, она целиком отдалась подготовке к  свадьбе,
так ей было проще пережить разлуку с Димитриосом. Вечерами она с  облег-
чением бросалась в кровать, слишком измученная, чтобы о чем-либо думать.
   На третий день Димитриос позвонил Кристине вечером в ту редкую  мину-
ту, когда Рия позволила себе немного расслабиться и выпить с ней  стакан
вина. Золотистые лучи предзакатного солнца окрашивали комнату в янтарные
тона.
   Брат и сестра о чем-то быстро поговорили на своем языке,  и  уже  под
конец разговора Кристина упомянула Рию. Лицо у нее вытянулось, когда она
положила трубку.
   - Что я еще натворила? - спросила Рия полушутя-полусерьезно. Кристина
едва заметно пожала плечами, явно не желая говорить.
   - Вы сказали ему, что я у вас? - настаивала Рия, и когда пожилая жен-
щина медленно кивнула, острая боль пронзила Рии грудь. Так,  значит,  он
даже не захотел с ней поговорить? С глаз долой - из сердца вон?
   - У него кто-то был,  дорогая,  -  объяснила  Кристина,  расстроенная
болью, промелькнувшей в глазах девушки. - Ему было неудобно говорить.
   Рия кивнула, пытаясь придать своему лицу обычное выражение, чтобы  не
расстраивать Кристину.
   - Он очень занятой человек, - сказала Рия просто, сама удивляясь  то-
му, как естественно звучит ее голос. Кристина с благодарностью  согласи-
лась, радуясь тому, что неприятный момент остался позади.
   Дела вновь закружили Рию, и она постаралась не вспоминать о том  слу-
чае. У нее и без того хватало забот. Тем не менее в ней все-таки зароди-
лось какое-то сомнение.
   Прошла неделя, и Поппи полностью доказала, что она только всем услож-
няет жизнь. В первые  недели  беременности  она  не  очень  хорошо  себя
чувствовала и цеплялась ко всем по любому поводу. Даже Никое начал  сер-
диться, да и Рия несколько раз едва на нее не накричала.
   Как-то перед обедом они сидели на веранде и пили аперитив, а собаки с
недовольным видом лежали вокруг стола. Они ждали хозяина, и Рия их пони-
мала. Она и сама чувствовала себя как побитая собака с опущенными  ушами
и поджатым хвостом.
   - Пойдемте к заливу, выгуляем собак, -  неожиданно  предложил  Никое,
после того как Поппи трижды тяжело вздохнула на протяжении полминуты.  -
Взбодримся.
   - Идите, - поддержала их Кристина. - До обеда еще целый час.
   Вечернее небо посерело, как олово, пока они бродили по  кромке  воды,
разговаривая и прислушиваясь к  мягкому  шелесту  волн.  Рия  потихоньку
расслаблялась. В последнее время она постоянно была на взводе. Может,  с
приездом Димитриоса все изменится? Никое и Поппи шли рука об руку, и Рия
завидовала им, все вспоминая и вспоминая большого смуглокожего  мужчину,
которого она так и не научилась понимать.
   Когда они уже подходили к вилле, потянул свежий ночной ветерок  и  на
небе высыпали сотни маленьких алмазиков. Они вошли через садовые ворота,
смеясь над какой-то шуткой Никоса.
   Неожиданно собаки навострили уши и,  вдруг  залаяв,  как  сумасшедшие
бросились вверх по саду.
   - Димитриос вернулся, - сказал Никое, и Рия  порадовалась  тому,  что
темно и никто не увидел, как она вспыхнула. Сердце рвалось у нее из гру-
ди, и она почувствовала себя  пятнадцатилетней  школьницей,  в  страшном
волнении идущей на первое свидание.
   На какой-то миг, еще до того, как Димитриос появился в открытой  две-
ри, ею овладело какое-то роковое предчувствие,  и  она  задержалась,  не
спеша за Никосом и Поппи, поднимавшимися по тропинке. Сначала она  услы-
шала его голос - он успокаивал собак, - а затем  он  и  сам  появился  в
арочной двери, придерживая за талию высокую стройную рыжеволосую девушку
в плотно облегающем черном платье, выгодно подчеркивающем все ее  досто-
инства.
   - Кристи! - воскликнул Никое так, что даже Поппи остановилась.  Когда
Рия подошла к кузине. Никое уже кружил пронзительно визжавшую девушку.
   - Кто это? - с трепетом спросила Поппи. - Посмотри на ее волосы и  на
ее ноги.
   Рия посмотрела, и ей стало зябко на теплом ветерке. Кто бы она ни бы-
ла, с Димитриосом она в отличных отношениях. Никое подхватил ее и  понес
к двери, а Димитриос смотрел на них со спокойной улыбкой.
   - Веди себя прилично, Никое, - предупредил он, смеясь. - Тебе бы сле-
довало знать, что Кристи может и врезать!
   - Ну что ты! - надула она губки, и Никое пронес  ее  мимо  Димитриоса
прямо в дом.
   - Познакомьтесь, это Кристи, - сказал Димитриос, задержав  взгляд  на
Рии.
   Поппи воспользовалась этим, чтобы прошествовать мимо  него:  губы  ее
были плотно сжаты, а плечи вызывающе  расправлены.  Из  дома  послышался
визг. Когда Рия пошла следом, Димитриос взял ее за руку и заставил  пос-
мотреть на него.
   - Спасибо за все, что ты сделала, - мягко сказал он. - Кристина гово-
рит, что ты работала до упаду.
   - Еще много осталось, - дрогнувшим голосом ответила Рия,  взволнован-
ная его взглядом и чувствуя себя карликом по сравнению с ним. Она уже  и
забыла, как он высок и мужествен.
   - Время есть, - успокоил он. Крепко держа ее за руку, он  еще  что-то
хотел сказать, но тут сочный женский голос с явным американским акцентом
произнес:
   - Димитриос... дорогой, ты так и не познакомил меня с  твоей  подруж-
кой.
   К дверям подплыла рыжеволосая красавица, ее зеленые  глаза  перелива-
лись радугой под лучами маленьких лампочек, развешанных по всему саду.
   - Кристи, познакомься, это Рия. Рия, это Кристи, - кратко  представил
их Димитриос и повел в дом.
   - Как поживаете? - устало улыбаясь, спросила Рия, встретившись с  хо-
лодным взглядом зеленых глаз.
   - Прекрасно, правда, дорогой? -  рассмеялась  Кристи,  разворачиваясь
перед Димитриосом так, что ему пришлось подхватить ее. - Видите?
   Взгляд, который она бросила на Рию, был вызовом, смысл которого могла
понять только женщина, а Димитриос, не чувствуя подвоха, шлепнул  ее  по
мягкому месту и осторожно поставил на ноги.
   - Веди себя прилично, ты, развратная женщина, - пошутил он.  -  А  то
придется тобой заняться.
   - Ой, займись, пожалуйста, - противно захныкала Кристи.
   Изогнутые брови Поппи взметнулись вверх, и, увидев брезгливое выраже-
ние на лице кузины, Рия успокоилась. Но стоило Кристи властно взять  Ди-
митриоса и Никоса под руки и повести их в столовую, оставив Поппи и  Рию
позади, как она опять встревожилась.
   - Ну и баба! - зло прошипела Поппи ей на ухо, когда они  пошли  вслед
за всеми. - Кто это?
   - Понятия не имею, - тоскливо ответила, так же шепотом, Рия, от  всей
души соглашаясь с характеристикой, данной ее кузиной, но  сознавая,  что
эта Кристи чрезвычайно хороша собой. Она, видимо,  старше,  чем  сначала
показалось Рии, - лет двадцати пяти. Но кожа у нее безупречно  белая,  а
зеленые глаза сверкают, как изумруды.  Длинные  вьющиеся  рыжие  волосы,
спускающиеся чуть ниже плеч, лежат совершенно естественно, да  и  фигура
что надо, со всеми нужными изгибами...
   За стаканом отличного старого шерри выяснилось, что  Кристи  какая-то
дальняя родственница Кутсуписов.
   - Седьмая вода на киселе, - заметила она,  не  спуская  с  Димитриоса
многозначительного взгляда. - Мы узнали о существовании друг друга всего
лишь несколько лет назад, так ведь, дорогой? - промурлыкала  она,  томно
взмахнув рукой, усаженной сверкающими камнями.
   - Я был в Америке  по  делам,  -  объяснил  Димитриос  Поппи  и  Рии,
чувствуя себя не в своей тарелке - Кристи села так близко к нему на  со-
фе, что почти прижалась к нему коленями, да еще и поглаживала  время  от
времени его руку легкими пальчиками. - Кристи тогда переживала не лучшие
времена, и тетка попросила меня отыскать ее, - сказал он уклончиво.
   Кристи же не собиралась ничего утаивать.
   - Мы ведь среди друзей, дорогой, - проворковала она сладко, настолько
явно заигрывая с ним, что Поппи не удержалась и коротко фыркнула  Рии  в
плечо. - Димитриос говорит о моем жутком разводе, а он тогда был как раз
в самом разгаре, - объяснила она специально для Рии, цепко держа ее сво-
им зеленым взглядом. - Мой бывший оказался очень  тяжелым  человеком,  и
мне нужно было плечо, на которое я могла бы опереться. Димитриос как раз
мне такое плечо и подставил.
   - Я сделал что мог, - сказал Димитриос, словно хотел  положить  конец
этой теме.
   Кристи игриво скосила глазки.
   - И так хорошо-о... - промурлыкала она со столь откровенным  подтекс-
том, что все смущенно потупились. Димитриос поторопился пригласить  всех
к столу.
   - Я больше не могу, - пробормотала Поппи на ухо  Рии.  А  Кристи  тем
временем полностью завладела разговором, умело выволакивая на свет Божий
воспоминания, которые оставляли сестер вне общего разговора. - Прямо как
вампир из старинного фильма ужасов!
   - Кем бы она ни была, они ведь не возражают, - в отчаянии  прошептала
ей Рия, глядя на двух мужчин, снисходительно улыбавшихся какой-то  шутке
Кристи.
   Было ясно, что умная и красивая американка в прошлом была для  Димит-
риоса больше чем просто другом, а может, и сейчас еще таковой  остается.
Как знать?
   Нескончаемый вечер тянулся очень медленно. Когда наконец  стали  про-
щаться у лестницы, Димитриос отвел Рию в сторону.
   - Я сказал Кристине, чтобы завтра она не вставала. - (Рия кивнула.) -
Извини, сегодняшний вечер не был очень веселым.
   - Все в порядке, - с прохладцей сказала Рия, решив не показывать ему,
насколько ее ранило то, что он весь вечер провел с Кристи. - Я  приехала
сюда не развлекаться.
   - Кристи всего на пару дней, - как бы извиняясь, сказал он, хотя гла-
за его чуть потемнели. - Она просто слишком возбуждена сегодня.  Она  не
была у нас уже несколько месяцев. Вот мы и заболтались.
   - Да? - с легкой иронией переспросила Рия, не  понимая,  как  этот  в
обычной ситуации очень проницательный человек не замечает явного  недоб-
рожелательства по отношению к ней со стороны другой женщины. -  Впрочем,
меня это не касается.
   Не в силах выдержать его взгляд, она  отвернулась,  стараясь  придать
лицу самое обыденное выражение. В это время раздался сладкий  американс-
кий голосок:
   - Спокойной ночи, Рия. Я была так рада с вами  познакомиться.  Завтра
поболтаем и познакомимся поближе.
   - Спокойной ночи, Кристи, - осторожно ответила Рия, заметив  на  себе
ее любопытствующий взгляд. - Боюсь, что завтра я буду занята  до  самого
вечера приготовлениями к свадьбе, но, если хотите, можете к нам  присое-
диниться.
   Зеленые глаза блеснули.
   - Ничего страшного. - Голос был наигранно веселым. - Я не сомневаюсь,
что мне удастся уговорить Димитриоса взять отгул и составить мне  компа-
нию. Какой смысл в деньгах, если не можешь ими воспользоваться, хотя  бы
иногда?
   Димитриос хмуро покачал головой.
   - Это невозможно, Кристи. Меня не было целую неделю, и тут накопилась
уйма дел. Рия будет тебе благодарна за помощь. К тебе это тоже  относит-
ся, Поппи. Пора и тебе немного поработать.
   Поппи молча бросилась вверх по лестнице, всем своим видом  давая  по-
нять, что она думает обо всем этом вечере. Кристи лишь с большим  трудом
удалось удержать на лице вежливую улыбку.
   - Но ведь я и видела тебя всего лишь несколько часов, да и то в само-
лете, - запротестовала она с молящими нотками в голосе. - За целую неде-
лю мог бы найти для меня пару часов.
   - Кристи, я был в Америке по делам, - терпеливо объяснил Димитриос. -
Я работал с семи утра до позднего вечера. У меня просто не было времени.
   - О'кей, дорогой, - капитулировала вдруг Кристи,  с  сияющей  улыбкой
взяла его под руку и потащила вверх по лестнице. - Я прощаю, но придется
тебе это компенсировать. Только работа и никакой жизни... - Она  бросила
на Рию хитрый, как у лисицы, взгляд. - Скажите Розе, что я буду  завтра-
кать у себя в комнате, хорошо, дорогая?
   Всего за несколько часов она низвела меня до положения служанки, сер-
дито подумала Рия, передавая просьбу Розе, которая явно не обрадовалась.
Но эта женщина знает, что делает. Так ловко манипулировать людьми!..
   Следующее утро задало тон всем последующим дням. Шокировав всех  при-
сутствующих, Кристи спустилась к завтраку в пеньюаре,  но  с  прекрасным
макияжем, а как только мужчины отправились на завод, она тоже пропала. В
полдень она вновь объявилась, посидела с Кристиной за  ленчем,  а  затем
принялась бродить по саду и по дому, листать иллюстрированные журналы  и
совсем загоняла Розу, то и дело приказывая принести охлажденный напиток.
Одета она была безупречно, ни один локон не  выбивался  из  прически,  и
всякий раз, стоило ей увидеть стройную фигурку Рии,  глаза  ее  начинали
холодно блестеть.
   Поппи и Кристи сразу пришли к молчаливому соглашению не замечать друг
друга, но по какой-то причине Кристи не хотела оставлять  в  покое  Рию.
Враждебные зеленые глаза следовали за Рией повсюду, но особенно досажда-
ли острый язык и "полезные" советы, произнесенные бархатным голоском.
   - Думаю, вы должны быть страшно благодарны Димитриосу. Ведь он позво-
лил вам отплатить ему за его щедрость, хотя бы немного, - протянула  она
в первый день, когда Рия, хмуря лоб над греческими  названиями,  ставила
галочки в списке подарков к свадьбе.
   - Что вы имеете в ВИДУ? - спокойно спросила Рия и медленно  вдохнула,
чтобы удержать себя в руках.
   Кристи перегнулась к пепельнице через спинку канапе и, стряхивая  пе-
пел с сигареты в длинном мундштуке и одновременно любуясь своими тонкими
пальцами с красными наманикюренными ногтями, произнесла злорадно:
   - Я прекрасно понимаю, как ужасно вы себя чувствуете после того,  как
ваша маленькая кузина так ловко охмурила Никоса.  Да  потом  еще  задер-
жаться здесь на бесконечный отпуск, неделя за неделей...
   Все это было так далеко от истины, что Рия смотрела в красивое  ехид-
ное лицо совершенно безучастно.
   - Совсем не так, - наконец выдавила она. - Никое и Поппи  любят  друг
друга, и Димитриос попросил меня остаться, чтобы помочь.
   - Да что вы? - Кристи уничижающе усмехнулась и опять  принялась  лис-
тать журнал, раздраженно переворачивая страницы.
   Вечера были еще более несносными. Как  только  Димитриос  возвращался
домой, Кристи прилипала к нему и не отходила ни на шаг, обвивая его, как
вьюн, и, драматично вздыхая, разыгрывала  неимоверную  усталость.  После
того первого памятного вечера Рия всячески избегала Димитриоса,  укрыва-
ясь у себя в комнате сразу после ужина и не выходя по утрам до тех  пор,
пока во дворе не раздавался звук мотора его машины. После его  возвраще-
ния она как оцепенела - срабатывал инстинкт самосохранения.  Всю  первую
ночь она проплакала, с трудом заснув, а теперь  существовала  как  бы  в
подвешенном состоянии. Она понимала, что тем самым только льет  воду  на
мельницу Кристи, но ничего не могла с собой поделать.
   Ей казалось, что он ничего не замечает, но на четвертый вечер,  когда
она уже собиралась спать, вдруг раздался легкий стук. Решив, что это Ро-
за с обычным стаканом молока на ночь, на чем  так  настаивала  Кристина,
считавшая, что она слишком похудела, Рия набросила легкий халат прямо на
голое тело и подбежала к двери. Димитриос стоял в угрожающей позе,  руки
на поясе.
   - Мне надо с тобой поговорить.
   Он прошел в комнату, и Рии почудилось, что его костюм  пахнет  духами
Кристи. Она закрыла дверь.
   - Итак? - Он стоял лицом к ней, угрюмый и угрожающий, со  скрещенными
на груди руками и прищуренными глазами. - Сама расскажешь или  мне  надо
вытягивать из тебя? Что, собственно, происходит?
   - Не понимаю, о чем ты, - вызывающе солгала  Рия,  чувствуя,  что  ее
подташнивает от тяжелого запаха духов.
   - В самом деле? - Его стальные глаза сердито смотрели на  легкую  фи-
гурку девушки, стоявшей перед ним с высоко поднятым подбородком. -  Зна-
чит, я все придумал? - Она молчала, и он нахмурился. - Послушайте, леди,
я не уйду отсюда до тех пор, пока вы мне не расскажете, почему  ретируе-
тесь, как насмерть перепуганный кролик, всякий раз, когда меня видите.
   Рия сразу обиделась от нелестного сравнения.
   - Кристи говорит, что ты слишком усердствуешь. Это правда?
   - Нет, - сердито ответила Рия. - Почему бы ей не держать свое  мнение
при себе?
   - А что ты так взбесилась? - Он провел рукой по черным волосам. - Она
просто хочет помочь.
   - Что ж, это ее первая помощь с тех пор, как она здесь объявилась!
   Произнеся эти слова, она тут же поняла, что только губит  себя  такой
сварливостью.
   - Послушай, я же вижу, что-то не дает тебе покоя, и я  должен  знать,
что именно. - Терпение его явно истощалось, и голос начал вибрировать. -
Когда я уезжал, мне казалось, что между нами  все  прекрасно,  и  вот  я
возвращаюсь и...
   Едва он вспомнил о том времени, на которое она  возлагала  так  много
надежд, как весь ее бойцовский пыл туг же испарился. Она  скорее  умрет,
чем сознается ему в том, что разрывается на части,  когда  видит  его  с
Кристи. Никогда она не доставит ему такого удовольствия.
   - Со мной все в порядке. - Голос ее звучал отчужденно. -  Если  я  не
хочу проводить каждую минуту своей жизни в твоей компании, то это еще не
значит, что со мной что-то не так. Ты, конечно, неотразим,  но  не  нас-
только.
   - Ушам своим не верю! - Он был очень сердит и слегка сбит с толку.  -
Да кто тебя заставляет проводить со мной каждую минуту?
   - Уж ты-то - никогда, - бросила Рия, не заботясь о логике. Она  пони-
мала, что говорит глупости, но уже закусила удила. - А я бы и не  согла-
силась, даже если бы ты и попросил!
   - Точно?
   Он иронично поджал губы и, прежде чем она  разгадала  его  намерения,
сгреб ее в охапку и со всей страстью припал к ее губам. На какоето время
она была парализована, но потом ею овладела дикая  ярость.  Нет!  Больше
это не повторится! Да кто дал ему право целыми днями не обращать на  нее
внимания, а потом считать, что она с благодарностью бросится  к  нему  в
объятья, стоит ему только вспомнить о ее существовании?
   Она пнула его ногой в голень, и он  поморщился  от  боли,  но  только
сильнее прижал ее к себе. Она продолжала бороться, стуча кулаками по его
железной спине. Его губы раздирали ее губы, точно наказывая, и она  даже
почувствовала привкус крови.
   Только когда он толкнул ее на мягкое покрывало кровати и встал  подле
нее на колени, неровно дыша и железной хваткой сведя ей руки  над  голо-
вой, она сообразила, что халат упал у нее с плеч. Его горящие глаза зас-
кользили по лежавшему перед ним телу, и она зажмурилась,  не  желая  ви-
деть, что произойдет дальше. По щеке ее стекла одинокая слеза, но она не
проронила ни звука, не собираясь унижаться до вымаливания пощады.
   Прошло несколько бесконечных секунд, и он мучительно застонал, отпус-
тив ее руки. Она свернулась калачиком, чтобы он не мог видеть ее наготу,
не открывая глаз, и вдруг почувствовала, как он пальцем дотронулся до ее
слезинки.
   - Что ты со мной делаешь? - хрипло пролепетал он с такой ненавистью к
себе, что она перестала понимать его.
   Он завернул ее в халат, посадил на кровати и прижал ее голову к своей
груди, и биение его сердца оглушило ее. От смущения и испуга она не соп-
ротивлялась. Он встал и хмуро на нее  посмотрел.  Она  была  бледна  как
смерть, ее дрожащие губы кровоточили.
   - Я не буду оскорблять тебя, извиняясь за такое поведение, - медленно
сказал он полным боли голосом. - Я только могу сказать тебе, что я  глу-
боко сожалею о происшедшем, и пообещать, что  ничего  подобного  никогда
больше не повторится. Если ты считаешь, что тебе лучше уехать в  Англию,
я могу заказать билет хоть на завтра.
   Не поднимая головы и не открывая глаз, она пробормотала:
   - Я сдержу слово и останусь до свадьбы.
   Он ушел, и она открыла глаза. Комната была пуста, как и ее сердце,  в
котором когда-то жила любовь к нему. Она никогда не простит его,  никог-
да.
   На следующее утро, увидев ее распухшие губы и темно-фиолетовые  круги
под глазами, проступавшие даже из-под крем-пудры, Кристина не  проронила
ни слова. Но Рия поймала на себе ее озабоченный взгляд.
   За завтраком она узнала, что рано утром Димитриос уехал на два дня на
какой-то остров и забрал Кристи с собой.
   - Неожиданное решение, - заметил Никое с явным неодобрением, а  Поппи
взяла Рию за руку, не скрывая тревоги. От этого Рии стало немного легче,
но события прошедшей ночи так живо стояли у нее перед глазами,  что  она
просто ни о чем больше не могла думать. Когда он уходил от нее, в голосе
его была безнадежная тоска, о которой она вспомнила только  теперь.  Все
ее надежды и мечты были разбиты, и осколки лежали у ее ног, а у  нее  не
было сил, чтобы об этом пожалеть. Она даже радовалась оцепенению,  овла-
девшему ею, поскольку оно, казалось, лишило ее рассудка.  Она  была  как
под наркозом.
   - Постарайтесь выговориться, и вам  станет  легче,  -  предложила  ей
Кристина с явным  беспокойством,  когда  они  заканчивали  просматривать
списки оставшихся дел.
   Рия смотрела на Кристину, не видя ее. Она не хотела говорить с  Крис-
тиной, она не хотела делать ничего, что могло бы растопить лед,  образо-
вавшийся вокруг ее сердца. Она не хотела опять чувствовать.
   - Ну, Рия, - мягко уговаривала ее Кристина. -  Да,  я  большую  часть
времени провожу в своей комнате, но я же не слепая. Вы сами не в себе  с
тех пор, как здесь появилась Кристи. Вам с ней трудно?
   Беспокойство, сквозившее в словах Кристины, доконало ее. На  глаза  у
нее стали наворачиваться предательские слезы, и она неуверенно поднялась
на ноги, намереваясь выйти, но пожилая женщина тоже встала и, успокаива-
юще обняв ее за плечи, повела на балкон, куда незадолго  до  этого  Роза
принесла кофе.
   - Правильно, давайте посмотрим в самый корень, - твердо сказала Крис-
тина, налив две чашки дымящегося кофе и заставив Рию выпить  пару  глот-
ков. - Вы не должны позволять Кристи выбивать себя  из  колеи,  дорогая.
Она ведет себя подобным образом со всеми привлекательными женщинами, ес-
ли им меньше шестидесяти. Лично вы здесь ни при чем.
   - Дело не только в ней.
   Кристина была так добра, что Рия ничего не могла от нее утаить.
   - Дело в Димитриосе? - печально спросила Кристина и, когда Рия подня-
ла на нее свой измученный взгляд, едва заметно покачала головой.  -  Бо-
юсь, он слишком вас торопит. Терпеливостью он никогда не обладал, с  са-
мого детства.
   - Торопит?
   - Ну, вы же знаете, какие чувства он к  вам  питает?  -  с  некоторым
раздражением спросила Кристина, но девушка не притворялась, для нее  это
было полной загадкой. Замешательство отразилось в  ее  широко  раскрытых
серых глазах, и Кристина не могла его не увидеть. - Неужели вы не  знае-
те, что вы для него значите! - удивленно воскликнула она. -  Неужели  не
замечаете, как он меняется в лице, едва вы появитесь?.. Хотя,  может,  и
не замечаете, - сказала она задумчиво, глядя в безучастное лицо Рии.
   - Вы все не так поняли, - с волнением начала Рия. -  С  тех  пор  как
здесь появилась Кристи, он совсем обо мне забыл, и вот теперь он  поехал
с ней вместе. Временами мне кажется, что он меня просто ненавидит.
   Губы ее задрожали, она больше не могла себя сдерживать.
   - От ненависти до любви - один шаг, - заметила Кристина. -  Их  очень
легко спутать.
   - Димитриос меня не любит, - грустно возразила Рия. - Сомневаюсь  да-
же, что я ему нравлюсь. Я его привлекаю физически, потому что очень  по-
хожа на Каролину, но всякий раз,  как  мы  остаемся  вдвоем,  начинается
борьба.
   - А вы? - Кристина внимательно на нее смотрела. - Что чувствуете вы?
   Рия покраснела, затем побледнела, глядя в  глаза,  столь  похожие  на
глаза Димитриоса. Так было бы хорошо разделить с кем-нибудь свое  бремя,
с кем-нибудь, кому можно доверять!
   - Я его очень люблю, - наконец с трудом, не своим голосом  произнесла
она, и ей стало страшно. - Но прошу вас, не говорите ему. Это только ра-
зозлит его, да и жалость его мне ни к чему.
   - Конечно, я ему ничего не скажу, - заявила Кристина, - потому что вы
сами это сделаете, как только он вернется.
   - Не смогу, - с несчастным видом прошептала Рия, и  в  глазах  у  нее
стояла боль. - Неужели вы не понимаете? Он взял с собой Кристи, они  бу-
дут путешествовать вдвоем, только вдвоем, наедине!
   - Откуда вы знаете, что они уехали вдвоем? - резонно спросила Кристи-
на. - Он сам вам об этом сказал?
   - Нет, конечно, - заикаясь, согласилась Рия. - Я  просто  предположи-
ла...
   - Слишком уж много в последнее время  было  предположений,  -  твердо
сказала Кристина, как настоящая англичанка. - Добавьте к этому небольшое
усилие со стороны Кристи, и вот вам интрига. Поверьте мне, Рия, если  бы
она была ему нужна, он мог бы получить ее давным-давно. Я не  стану  ут-
верждать, что поначалу они были просто друзьями, но он очень быстро  по-
терял к ней всякий интерес. К несчастью, Кристи цепкая, как осьминог  со
своими присосками. У нее это наследственное, - закончила она сухо.
   В темноте забрезжил луч надежды.
   - Я пыталась ненавидеть его, - с надрывом прошептала Рия,  -  но  все
бесполезно. Даже когда он... - она покачала головой. - Я все равно люблю
его.
   - Тогда скажите ему. Он очень гордый  человек,  Рия,  а  однажды  его
сильно ударили. Второй раз он не выскажет своих чувств. Вы  сами  должны
сказать ему о своих чувствах.
   - Боюсь, я не смогу, - прошептала Рия.
   Кристина задержала на ней долгий взгляд.
   - Это вам решать. Все зависит от того, насколько он вам нужен.
   День тянулся бесконечно. К вечеру Рия настолько устала от мучивших ее
мыслей, что, отказавшись от обеда, поднялась к себе и тут же уснула глу-
боким сном без сновидений.
   Проснулась она отдохнувшей, но вскоре ею овладело  какое-то  напряже-
ние. Мысли стали разбегаться, и от малейшего усилия сердце учащенно  би-
лось. Ближе к вечеру она пошла погулять к заливу, где на  легких  волнах
покачивались разноцветные рыбацкие  лодки,  поблескивая  в  предзакатном
солнце. На тихое море набегали розовато-лиловые тени.
   Назад к вилле она шла через сад. Сумерки были настояны на запахе  ши-
повника и жимолости, пробивавшихся сквозь трещины в рассохшейся от солн-
ца стене; одинокая птичка насвистывала свою песню, и ее сладкий  голосок
взвивался к темнеющему небу. Рия замерла, прислушиваясь и склонив  голо-
ву.
   - Я так и думала, что найду вас здесь, - раздался слегка  насмешливый
голосок с американским акцентом. Рия резко обернулась. - Кристи неспешно
спускалась по дорожке, и ее белая кожа светилась, как янтарь.
   - Да?
   Сама того не замечая, Рия гордо  вздернула  подбородок  и  распрямила
плечи, словно готовясь к схватке. Это, конечно же, не  осталось  незаме-
ченным, проницательные глаза Кристи источали холод, а уголки  подкрашен-
ных губ вздрагивали в усмешке.
   - Димитриос сказал мне, что вы уезжаете сразу  же  после  свадьбы.  В
Англии вас кто-то ждет?
   Рия только пожала плечами. Фальшивое дружелюбие Кристи действовало ей
на нервы.
   Кристи прикрыла накрашенными ресницами чуть раскосые глаза, и Рия  не
успела рассмотреть, что там написано. Скользнув по стене изящной  рукой,
Кристи сорвала маленький цветочек и задумчиво раздавила его пальцами.
   - Дело в том, что у меня есть для вас коекакие новости, я  знаю,  они
вас не могут не  заинтересовать.  Но  если  вы  уедете  сразу  же  после
свадьбы, то ничего не узнаете. Пока что это секрет, понимаете?
   - Зачем же тогда делиться им со мной? - жестко спросила Рия, хотя  от
неприятного предчувствия по спине у нее побежали мурашки. В лице  Кристи
было злорадство, причину которого Рия пока не понимала.
   Американка мило надула губки.
   - Я понимаю, вы сочтете меня нехорошей, но я  просто  не  могу  удер-
жаться, мне надо с кем-то поделиться. Да к тому же будет  несправедливо,
если вы узнаете об этом позже всех. Ведь когда ваша кузина выйдет  замуж
за Н икоса, вы станете родственницей этой семьи.
   Она улыбнулась, и взгляд зеленых глаз, острый, как  бритва,  полоснул
Рию по сердцу. Но уже в следующее  мгновение  Кристи  спрятала  его  под
длинными ресницами.
   - Димитриос требует, чтобы мы ничего не объявляли до свадьбы. Не  хо-
чет навредить счастливой парочке.
   - Что объявляли?
   Гордость помогла ей сказать это ровным голосом, но когда она  посмот-
рела на улыбающуюся женщину перед собой, лицо ее побледнело.
   - Вот вы уже и догадались. - Кристи весело рассмеялась, широко  раск-
рыв глаза, как невинный ребенок. - Сегодня Димитриос попросил меня стать
его женой.
   Рия, не веря, смотрела на счастливую соперницу, а Кристи не умолкала.
Она вытащила маленькую коробочку и, щелкнув, открыла крышку, под которой
оказалось великолепное кольцо.
   - Красивое, вы не находите? - мягко спросила Кристи. Увидев  огромный
изумруд в окружении алмазов, Рия окаменела. - Все уже давно ждут,  когда
мы поженимся, - шептала Кристи, - но Димитриос должен был уладить  дела,
чтобы оставить их потом на несколько лет, пока мы будем  налаживать  се-
мейную жизнь. А сегодня мы решили, что хватит ждать.
   Кристи пристально всмотрелась в белое, как снег, лицо Рии и, явно до-
вольная произведенным эффектом, медленно пошла по неровной дорожке,  по-
качиваясь на неимоверно высоких каблуках и пряча коробочку в карман шел-
кового жакета.
   - Только ни слова пока. Мне бы не хотелось омрачать счастье Поппи,  -
добавила она, обернувшись.
   Рия, как слепая, нащупала ближайшую скамейку. Значит, все-таки  Крис-
тина ошиблась. Это можно было предполагать. Все уж как-то  очень  гладко
получалось. Зачем такому мужчине, как Димитриос, такая безликая  девчон-
ка? На какое-то время ее самоуважение упало в  пропасть,  подготовленную
Кристи, но затем ощущение того, что она все-таки  что-то  значит,  вновь
вернулось к ней, и она, цепляясь изо всех сил, стала выкарабкиваться  из
мрачных глубин. Она не позволит себя растоптать. Она будет  улыбаться  и
разговаривать и будет очень общительной в эти оставшиеся несколько дней,
а потом уедет в Англию зализывать раны. Ведь жила же она  как-то  и  без
этого Димитриоса? Значит, проживет и дальше. Им ее не сломить.


   ГЛАВА ВОСЬМАЯ

   - Привет, Рия.
   Голос его, как всегда, был глубок и полон жизни,  но  небесно-голубые
глаза казались потухшими. Димитриос смотрел на нее, как  на  незнакомку.
Это был последний смертельный удар по всякой надежде,  которую  она  еще
питала.
   После разговора с Кристи она, как во сне, поднялась по темному саду и
вошла в освещенный дом. И только когда Поппи позвала ее из гостиной, где
все сидели за аперитивом, Рия пришла в себя. Глаза кузины сразу же  при-
щурились, едва она увидела бледное лицо Рии, но та смотрела лишь на  Ди-
митриоса, сидевшего рядом с Кристи на софе, - лицо его было  холодным  и
далеким.
   - Хорошо съездили? - осторожно спросила Рия,  огромным  усилием  воли
стараясь не выдать себя.
   От нее не ускользнуло, что Кристи по-свойски держит его руку, прижав-
шись к нему, как холеная откормленная кошка.
   - Продуктивно, - с готовностью ответил он, поворачивая голову к Крис-
ти, что-то шептавшей ему на ухо. Поппи и Никое заерзали  от  неловкости.
Лишь появление Кристины немного разрядило обстановку.
   - Димитриос ездил не только с ней, - начала Поппи, поднимаясь  вместе
с Рией по округлой лестнице к себе в спальню.  -  Никое  специально  его
спросил. Оказывается, он просто подвез ее, и она ходила по магазинам,  а
потом привез ее обратно. С ним все время было еще два человека. Он  даже
останавливался в другом отеле и...
   - Это не имеет никакого значения.
   Голос у Рии был потухшим, и Поппи, бросив на нее быстрый взгляд,  за-
молчала. За весь вечер он даже не взглянул на нее, если не  считать  вы-
нужденных случаев, но даже тогда его стального цвета глаза были пусты  и
ничего не выражали. Блеск желания, светившийся когдато в их глубине, те-
перь потух.
   Оказавшись у себя в комнате, она скинула босоножки и ступила на  теп-
лый пол балкона. Голова у нее раскалывалась, и она чувствовала себя  со-
вершенно разбитой. Она неплохо сыграла и вот  теперь  расплачивалась  за
усилие.
   Сидя в полном оцепенении в насыщенной ароматами темноте, она чувство-
вала, как постепенно напряжение и  усталость  оставляют  ее.  Прохладный
воздух ласкал лицо. На веранде внизу раздался какой-то шум, показавшийся
ей очень громким в тишине ночи. Это Димитриос, она знала. И замерла, ед-
ва дыша, чувствуя, что он тоже знает о ее присутствии.
   Прошла целая вечность, прежде чем он угрюмо  позвал  собак,  и  через
несколько минут
   "лендровер" умчал его в ночь. Значит, ему тоже  не  спится.  От  этой
мысли ей стало немного легче, хотя она не могла бы сказать  почему.  Она
легла, но несколько часов пролежала с открытыми глазами в настоянной  на
цветах темноте. И наконец все-таки уснула.
   На следующее утро за завтраком Кристи получила телеграмму, и лицо  ее
сложилось в безобразную гримасу.
   - Черт бы побрал!
   - Что-то случилось?
   Димитриос с отсутствующим видом посмотрел на нее из-за газеты, и  она
тут же сладко улыбнулась.
   - У матери опять приступ. Она считает, что я должна  немедленно  бро-
сить все дела, где бы я ни была, и мчаться к ней.
   В ее голосе прозвучало столько злости, что даже Димитриос  поднял  на
нее глаза. Кристи слегка покраснела и отвела взгляд.
   - А я и не знала, что у Джоан не все в порядке со здоровьем. -  Крис-
тина с беспокойством взглянула на  красивую  Кристи,  крошившую  булочку
длинными наманикюренными пальцами.
   - Вы же знаете маму. Одно за другим! - Кристи, застигнутая  врасплох,
все никак не могла успокоиться и говорила сердито. - То у нее ангина, то
вот что-то с сердечным клапаном. Ничего серьезного, как она надеется...
   - Кристи! - Голос Кристины был строгим. - За все время,  что  я  знаю
твою мать, она никогда не жаловалась на здоровье. Если ты ей нужна прямо
сейчас, ты улетишь ближайшим самолетом. Димитриос, позаботься, пожалуйс-
та, о билете.
   Димитриос по-театральному отсалютовал.
   Покраснев от гнева, Кристи сгорбилась на стуле, и на мгновенье ее ли-
цо стало страшным. Когда она вновь открыла рот,  собираясь  что-то  ска-
зать, Димитриос бросил на нее холодный взгляд.
   - Ты полетишь сегодня же, Кристи.
   Голос его не допускал возражений, и Кристи выглядела совершенно  раз-
давленной. Рии даже стало ее почти жалко... почти.
   - Ну, теперь она заткнется, хоть ненадолго, - довольно сказала Поппи,
когда ближе к полудню Никое увез американку в аэропорт. - Старая корова!
   - Поппи! - Голос у Рии был осуждающим, но глаза смеялись -  надо  же,
обозвать коровой такую элегантную красавицу!
   - Может, слова и не очень для нее подходят, но со смыслом я согласна,
- сухо заметила Кристина, заставив их вздрогнуть.
   Пожилая женщина поманила Рию за собой на веранду,  отпустив  Поппи  с
царским безразличием. Отношения между Кристиной и ее  будущей  невесткой
складываются не самым лучшим образом, грустно думала Рия, следуя за сог-
бенной фигурой. Ей оставалось только надеяться, что со временем все ула-
дится.
   - Вы уже говорили с Димитриосом? - мягко спросила Кристина, когда они
сели, и Рия удрученно покачала головой.
   - Нет. Я решила, что лучше будет ни о чем с ним не говорить.
   - Можно спросить, почему? - помолчав, спросила Кристина.
   - Мне кажется, что это бессмысленно, - монотонно сказала Рия, не под-
нимая раскрасневшегося лица под неодобрительным взглядом Кристины.
   - Понятно.
   - Кажется, все против нас. Боюсь, я не смогу построить  наши  отноше-
ния, - грустно сказала Рия. Ей очень не хотелось  лгать,  но,  с  другой
стороны, она не могла сказать правду сестре  Димитриоса.  Она  не  могла
сказать ей, что ее брат помолвлен, прежде чем он сам ей об этом объявит.
   - Я не согласна с вами, но выбор должны сделать вы сами.  -  Кристина
говорила, как никогда, холодно, и Рия подняла на нее  умоляющие,  полные
слез глаза и взяла ее за руку.
   - Прошу вас, Кристина! Ничто не изменилось, я  его  очень  люблю,  но
просто не могу...
   - Почему же? - Кристина заметила ее состояние  и  ласково  обняла  за
плечи. - Хорошо, больше не буду задавать вопросов. Извините, Рия. Просто
мне так хотелось, чтобы вы вошли в нашу семью. Вы мне очень нравитесь  и
знаете это. Вы словно созданы друг для друга. Но я не имею права  оказы-
вать на вас давление. Временами я просто забываю, что вы еще очень моло-
ды.
   Шелковым носовым платком она вытерла Рии слезы.
   - Мы больше не будем возвращаться к этой теме, дорогая, но  если  вам
понадобится друг, знайте, что я рядом.
   - Спасибо.
   Как все усложняется! - в отчаянии подумала Рия. Неужели эта мука  ни-
когда не кончится?
   После отъезда Кристи атмосфера улучшилась, но,  когда  Димитриос  был
дома, все чувствовали себя как на иголках. Он работал чуть не  по  двад-
цать часов в сутки, возвращаясь домой только к обеду, усталый и  замкну-
тый. За столом он сидел молча, и всем становилось неловко, а  затем  тут
же уходил к себе в кабинет с полным портфелем каких-то бумаг  и  работал
до рассвета. Она вздрагивала всякий раз, как ловила на себе его  угрюмый
взгляд, хотя это случалось редко. От него исходил такой холод, что кровь
стыла у нее в жилах.
   Однажды утром, когда до свадьбы осталась всего лишь неделя, Рия,  Ни-
кое и Поппи завтракали на освещенной солнцем веранде. Кристина не  очень
хорошо себя чувствовала и попросила, чтобы ей принесли завтрак в  комна-
ту, а Димитриос позавтракал раньше, как сказала им Роза, и решил  прогу-
ляться с собаками до наступления жары, от которой они просто таяли.
   Отдавая должное восхитительному блюду из маленьких фруктовых шариков,
которые всю ночь мариновались в красном вине. Никое вдруг ударил себя по
лбу и виновато посмотрел на Поппи.
   - Совсем забыл, Поппи, сегодня вернусь очень поздно. Не ждите  нас  к
обеду.
   - Почему? - заводясь, спросила Поппи. - Ты и так почти не бываешь до-
ма.
   - Что поделаешь, - миролюбиво сказал Никое. - После свадьбы Димитриос
дает мне целый месяц. А потом, когда я опять начну  работать,  тебе  все
равно придется постоянно быть одной.
   - Это совсем другое, ты прекрасно знаешь, - не сдавалась Поппи. - По-
чему ты сегодня поздно?
   - Сегодня на заводе прием, - неуверенно сказал Никое,  явно  понимая,
что его легкомысленной невесте это  вовсе  не  понравится.  -  Димитриос
очень долго работал над одной сделкой с американской стороной, и  теперь
они послали геологоразведочную экспедицию. Мы решили, что будет  неплохо
устроить коктейль для всех служащих и их семей на свежем воздухе. Амери-
канцы любят такие вещи, - закончил он тихо.
   Поппи вскочила на ноги, страшно раздраженная, и ее золотисто-каштано-
вые волосы взвились, как огонь.
   - Ну и свинья! - сказала она с горящими глазами. - А я что,  не  твоя
семья? А Рия - моя семья. Так почему же вы нас не приглашаете?
   - Вы не были приглашены потому, что я велел Никосу  не  предупреждать
вас о банкете.
   Ледяной голос заставил замереть всех троих. Димитриос только что  во-
шел в маленькие ворота в самом низу сада. Сердце у Рии  зашлось  от  его
вида - воротник рубашки был расстегнут, а  простые  брюки,  намокшие  от
морских брызг, подчеркивали каждую мышцу его длинных ног. Он подходил, и
его сверкающие глаза были прикованы к Поппи. Однако та не сдавалась.
   - Почему? - Она откинула голову, и в голосе ее слышалось задетое  са-
молюбие. - Почему мне нельзя пойти?
   - Для меня и Никоса это работа, а не просто вечеринка. У него не  бу-
дет времени на твои причуды и капризы.
   Настроение у него было явно не из лучших.
   - Я и не хочу, чтобы Никое за мной присматривал, большое  спасибо!  -
упрямо ответила Поппи. - Я и сама в состоянии за собой присмотреть.
   - В этом я ни минуты не сомневаюсь.
   Бас его стал угрожающим, и Никое поднялся.
   - Подожди секунду, Димитриос.
   - Что же касается тебя... - Димитриос резко обернулся к  своему  пле-
мяннику, - я же говорил тебе, чтобы ты ни словом не обмолвился об  этом.
Неужели ты не можешь сделать так, как тебе велят?
   Рия в ужасе вжалась в стул, пока они втроем смотрели друг  на  друга,
как борцы перед схваткой. Скандал разгорелся так быстро,  что  она  была
просто обескуражена. Но потом она стала догадываться: Димитриос, видимо,
не хотел, чтобы Поппи привела с собой и Рию.
   - Если ты боишься, что я буду мешать Никосу, то обещаю, что ни разу к
нему не подойду за весь вечер. - Поппи была уверена, что лучшая защита -
нападение. - Со мной будет Рия, и мы прекрасно обойдемся  вдвоем.  Пожа-
луйста, Никое, - она повернулась к своему  жениху  со  взглядом,  полным
мольбы, - я так давно никуда не выходила, а мне долго теперь не придется
надевать красивые платья.
   Никое повернулся к дяде, и Димитриос тихо чертыхнулся, глядя на  Поп-
пи.
   - Нечего ко мне подлизываться, - холодно сказал он. - Я  не  поддаюсь
на такие штучки. Если уж хочешь пойти, пошли. Но не думай, что там будет
весело. И тебе придется ждать до конца, даже если очень устанешь.
   Бросив еще один уничтожающий взгляд на своего  племянника,  он  пошел
прочь, а Поппи уселась на стул как ни в чем не бывало. Более того, поду-
мала Рия, глядя на довольное лицо кузины,  она  чувствует  себя  победи-
тельницей. И Поппи сама это подтвердила.
   - Что ж, мне доводилось получать более галантные приглашения, - снис-
ходительно заметила она, - но и это сойдет. - И с легкой  ухмылкой  пос-
мотрела на свою кузину, а затем с невинным лицом повернулась  к  Никосу,
который все еще как оглушенный смотрел вслед Димитриосу.
   Она обращается с Димитриосом более умело, чем  я,  тоскливо  подумала
Рия, завидуя непробиваемости Поппи.
   - Ты пойдешь, Рия? - неожиданно спросила Поппи, вспомнив, что даже не
узнала мнения своей кузины.
   - После всего, что произошло, у меня нет выбора, - сухо заметила Рия,
но в глазах у нее блестел смех.
   Она не могла скрыть восхищения простотой Поппи. Временами она жалела,
что ей этого не дано.
   Просматривая свой скудный гардероб, Рия просто не знала, что  надеть.
Конечно, ей приходилось бывать на подобных приемах, но, собираясь  сюда,
она совсем не рассчитывала на них. В конце концов  она  остановилась  на
открытом черном платье, купленном уже очень давно, в котором она до  сих
пор чувствовала себя свободно. Приталенное, с глубоким вырезом, оно  вы-
годно подчеркивало достоинства ее фигуры, а сегодня ей очень нужно  быть
уверенной в себе.
   Она до блеска расчесала длинные волосы и не стала забирать их в  при-
ческу, оставила свободно лежать на плечах. На их фоне серые глаза  каза-
лись огромными. Макияж она делать не стала - солнце придало  ее  гладкой
коже золотистый оттенок, лучше всякой косметики, - лишь слегка подкраси-
ла густые темные ресницы и коснулась помадой губ. Затем надела  открытые
черные босоножки и спустилась по лестнице, нервно постукивая пальцами по
перилам.
   - Ого!
   Поппи ждала ее внизу, молоденькая и привлекательная в лимонного цвета
платье и таких же туфлях. Она даже слегка присвистнула, восхищенно глядя
на кузину блестящими карими глазами.
   - Ты сегодня произведешь фурор, детка! Если и это не заставит  Димит-
риоса обратить на тебя внимание, то больше ничто не сможет.
   - Поппи!
   В голосе Рии слышалось предупреждение, и кузина протянула ей  руку  в
знак примирения.
   - Ладно, ладно. Я его не могу понять. Да и тебя тоже. Зачем  он  тебе
нужен? У меня просто в голове не укладывается. Он пугает меня до смерти,
он такой холодный и...
   Поппи осеклась, заметив, что Рия с каменным лицом повернулась и  соб-
ралась уйти назад в свою комнату.
   - Обещаю, обещаю! Ни одно слово о нем больше не осквернит моих  греш-
ных губ.
   Рия рассмеялась, и они пошли к такси.
   Когда они приехали, прием уже был в разгаре, и, быстро представив  их
нескольким гостям, Никое растворился в толпе, оставив их стоять в  нере-
шительности с бокалами вина в руках. Поначалу им показалось, что  здесь,
на огромной поляне за офисом, бродят сотни людей.  Но  прошло  несколько
минут, и они присмотрелись к гостям - их было человек шестьдесят-семьде-
сят, не считая детей разного возраста, прекрасно одетых и  очень  хорошо
воспитанных.
   Сумерки быстро сгущались, но на площадке было  светло  от  сотен  ма-
леньких лампочек, раскачивавшихся в прохладном вечернем  воздухе.  Поппи
завязала разговор с молодой беременной американкой, а Рия  с  задумчивым
лицом встала возле небольшой группы гостей. Мысли ее были далеко.
   - Ой-ой, да ведь это Рия! Дорогая, неужели это  ты?  -  произнес  ка-
кой-то мягкий голос с американским акцентом. Удивленно подняв глаза, она
увидела высокого блондина и даже вскрикнула от радости:
   - Фрэнк!
   Он с улыбкой обнял ее, слегка оторвав от земли, и закружил  так,  что
ее серебристые волосы закрыли им обоим лица. Она запросила пощады.
   - Ты выглядишь совершенно сногсшибательно, детка, - начал Фрэнк с ши-
рокой улыбкой на привлекательном лице. - Где ты пропадала последние  не-
дели?
   - Нигде я не пропадала, - запротестовала она, слегка краснея под  его
одобрительным взглядом, заскользившим по ней с ног до головы. - Я  здесь
вместе с Поппи. Она помолвлена с Никосом. Свадьба  уже  через  несколько
дней. Так что у меня получилось что-то вроде затянувшегося  отпуска.  Ты
знаешь Никоса?
   - Конечно. У нас контракт с его дядей, и Никое присутствует на  засе-
даниях. Прекрасный парень.
   Рия улыбнулась. Фрэнк был чуть старше Никоса, а говорил, как сам  Ма-
фусаил.
   - Почему же я не знал, что ты здесь?  -  печально  спросил  Фрэнк.  -
Завтра мы уже улетаем.
   Рия посмотрела на него - какой приятный, незакомплексованный человек!
И вдруг, неожиданно для себя самой, быстро чмокнула его в щеку. Радость,
с какой он ее встретил, оказалась настоящим бальзамом для ее измученного
сердца, к тому же Фрэнк ей всегда нравился.  Она  встретила  его  тогда,
когда в финале своей карьеры манекенщицы участвовала в серии показов ку-
пальных костюмов, и его настолько поразила ее серебристая  красота,  что
он стал появляться на всех ее выступлениях и ходил за ней, как  собачка,
до тех пор, пока она не сказала ему, что они могут быть только друзьями.
   - Когда мне удастся уговорить тебя еще на одно  свидание?  -  спросил
он, как всегда, пользуясь каждой возможностью, и она грустно улыбнулась,
укоризненно притрагиваясь пальцем к его губам.
   - Давай не будем начинать все сначала, - мягко сказала она,  сожалея,
что не может любить его, что вместо этого отдала свое  сердце  человеку,
который с удовольствием топчет его башмаками.
   - Не могу удержаться, - сказал  он  полусмеясь-полусерьезно,  ласково
глядя ей в лицо. - Так и проглотил бы тебя...
   - Лучше попробуй шашлык, Фрэнк, меньше шансов получить несварение.
   Эти колкие слова прервали излияния американца, и оба они резко повер-
нулись. Рия - с опаской, а Фрэнк - несколько  удивленный  оскорбительным
выражением на хмуром лице Димитриоса.
   - Вы знакомы?
   Он почему-то был страшно зол, хотя и  сохранял  внешнее  спокойствие.
Стоял, засунув руки в карманы серых брюк и поглядывая блестящими глазами
на их соединенные ладони.
   - Конечно, - подтвердил Фрэнк озадаченно. - Эта крошка  -  мой  друг.
Хотя последний раз, когда я тебя видел, ты была полураздета,  -  пошутил
он, обращаясь уже к Рии в попытке разрядить  обстановку.  Однако  эффект
оказался прямо противоположным.
   - Что ты хочешь этим сказать?
   Прищуренные глаза Димитриоса сердито блестели; никогда еще он не выг-
лядел так устрашающе. Ей даже показалось, что сейчас он  ударит  Фрэнка.
Фрэнк тоже это почувствовал, и они сошлись, как два боксера на ринге.
   - Димитриос! - Она втиснулась между ними, глядя снизу вверх в его по-
темневшее лицо и пытаясь удержать его за руки. - Пожалуйста,  Димитриос,
он просто пошутил.
   - Ничего он не пошутил!
   Слова эти были произнесены с такой яростью, что сразу несколько голов
повернулись к ним и разговор вокруг поутих. Рия краем глаза видела Поппи
где-то в толпе, мечтая только о том, чтобы ее кузине не пришло в  голову
вмешаться.
   - Ты права. - Фрэнк тоже нахмурил брови. - Может быть, не очень удач-
ная шутка, но я подумал, что если ты знаешь Рию, то все  правильно  пой-
мешь.
   - Однако я понял неправильно. Объясни.
   Фрэнк открыл рот, но тут же закрыл  его  в  явном  замешательстве.  И
прежде чем он нашел нужные слова, заговорила Рия: быстро и складно,  все
еще изо всех сил удерживая напряженную руку Димитриоса.
   - Мы впервые встретились, когда я участвовала в показе купальных кос-
тюмов в Англии, два года назад. А когда мы виделись в последний раз,  он
предложил, просто чтобы вспомнить старые времена, провести  день  у  его
друзей, а у них - бассейн. И нам тогда показалось смешным,  что  на  мне
был один из тех купальников, что два года назад я показывала  на  сцене.
Вот и все.
   - Все?
   Вопрос был адресован прямо Фрэнку, и он ответил в том же духе:
   - Рия все объяснила. Но если ты хочешь спросить, нравится ли мне Рия,
то мой ответ - да! Чертовски нравится! К несчастью, до настоящего момен-
та это чувство было безответным, но я не сдаюсь.
   Димитриос возвышался над ним, как башня. В сравнении с ним американец
казался карликом, но это его вовсе не пугало, и Рия поставила ему пятер-
ку за храбрость.
   Несколько секунд они стояли не двигаясь, ведя какую-то только им  по-
нятную дуэль глазами. Димитриос вдруг сообразил, что они привлекают вни-
мание, тут же взял себя в руки и, резко выдохнув, отступил на  шаг.  Рия
отпустила его руку и тоже отступила в сторону.
   - Это, естественно, твое право, - заметил Димитриос, уже с непроница-
емым лицом. - Мы с тобой давно знакомы, Фрэнк, и  мне  бы  не  хотелось,
чтобы мы расстались на такой неприятной ноте.
   - Взаимно, - сухо ответил Фрэнк, с понимающим взглядом протягивая ру-
ку Димитриосу.
   И когда Димитриос пожал ее, казалось, они о чем-то мгновенно  догово-
рились.
   - Я долго ждал этого момента, - сказал Фрэнк с намеком и вроде бы  ни
к кому не обращаясь.
   Димитриос вдруг покраснел, а Фрэнк язвительно улыбнулся и,  повернув-
шись к Рии, коротко попрощался.
   - Веди себя хорошо, ягодка, - сказал он мягко, и глаза  у  него  были
грустные.
   Когда его светловолосая голова исчезла в толпе, общий разговор возоб-
новился. Рия открыла было рот, но Димитриос взял ее за руку  и  приложил
ей палец к губам.
   - Сейчас я посажу тебя, и ты будешь сидеть тихо, как мышка, - сердито
сказал он. - Ты не двинешься с места, даже если рядом разверзнется земля
и упадут небеса. Ты больше ни с кем, я повторяю, ни с кем не будешь раз-
говаривать и будешь молчать, как рыба.
   Она сдержала запальчивый ответ, чувствуя, что находится  под  властью
такой силы, с которой ей не совладать, и малейший отпор с ее стороны мо-
жет оказаться последней каплей.
   - Ты ведешь себя совершенно неразумно, - прошипела она, пока они, как
полицейский и вор, пробирались сквозь гудящую толпу, которая, как по ма-
новению волшебной палочки, расступалась перед ними. - Ради  Бога,  я  не
сделала ничего плохого. Фрэнк просто увидел меня и подошел поболтать.  А
ты вдруг все раздул до кошмарных размеров. Я ведь не могла знать, что он
здесь будет.
   - Все? - Он крепко держал ее за руку, а голое у него  был  глухим  от
бурливших в нем чувств, на щеке опять задергался нерв. - Ты что, не  по-
нимаешь, что устроила целый спектакль у всех на виду?
   У Рии даже горло перехватило от такой несправедливости, но только она
собралась остановиться и выразить свой протест, как хватка  на  ее  руке
стала настолько жесткой, что она чуть не закричала.
   - Мне больно, - слабо сказала она, следуя за ним к старым кедрам, где
в уединении стояло несколько легких кресел.
   - Поверь мне, это ничто по сравнению с тем, что бы мне хотелось с то-
бой сделать, - грубо ответил он, держась прямо, как каланча. - Вот,  са-
дись и не двигайся до тех пор, пока я не вернусь. Ты уже поела?
   - Что? - не поняла она.
   - Я спрашиваю, ты уже поела? - произнес он по слогам, точно  разгова-
ривал с ребенком, который страшно его раздражает.
   - Нет, я еще не поела, - ответила она ему в тон, и вето сердитых  го-
лубых глазах что-то блеснуло, однако тут же погасло.
   - Не испытывай судьбу, - коротко заметил он,  отворачиваясь.  -  Сиди
смирно, я сейчас вернусь.
   Буквально через минуту он появился с подносом, на котором стояли  та-
релки с цыпленком табака, говядиной, ветчиной,  зеленым  салатом  и  ма-
ленькими вареными картофелинками, неогкупоренная бутылка вина и два  бо-
кала. Рия с облегчением отметила про себя, что лицо его смягчилось.
   - Ешь! - приказал он, разворачивая большую салфетку у нее на  коленях
и подавая ей одну из тарелок с ножом и вилкой. Поставив стакан с вином у
ее ног, он уселся на стуле рядом,  так  близко,  что  она  почувствовала
терпкий запах его одеколона. Едва они остались наедине,  появилась  теп-
лая, какая-то интимная атмосфера, и Рия даже поперхнулась ветчиной.
   Прекрати, дура! - твердо приказала она себе. Он уже помолвлен.
   Димитриос был совершенно спокоен и с удовольствием ел, не сводя  глаз
с танцоров, исполнявших традиционные греческие танцы. Их яркие костюмы и
зажигательный ритм собрали целую толпу зрителей вокруг небольшой сцены.
   - Я же сказал: ешь!
   Он не смотрел на нее, и она решила, что это намек - за последние нес-
колько недель она потеряла несколько фунтов веса. Но ведь в этом был ви-
новат он!
   - Ты как заботливый папаша, - сказала она раньше, чем подумала, и тут
же искоса глянула на него - не обиделся ли? Когда же она научится снача-
ла думать, а потом говорить?
   - Ну уж нет! - В голосе его была ирония и что-то еще. -  Поверь  мне,
Рия, чувства, которые я к тебе питаю, далеко не отеческие.
   - Да, но... - Она запуталась, и он знал это. Глаза его смеялись. - Ты
же говорил, что тебе придется здесь работать! - пролепетала она  первое,
что пришло на ум. Он поджал губы, и блеск в его глазах потух.
   - Надеюсь, мне позволено поужинать, или мое присутствие настолько для
тебя отвратительно, что ты хочешь, чтобы я немедленно  избавил  тебя  от
него?
   Она заморгала, услышав этот ледяной тон, но все-таки нашлась что ска-
зать:
   - Я вовсе не это имела в виду. Ты настаивал на том, чтобы мы с  Поппи
сами позаботились о себе. Ты просто не хотел брать нас с собой.
   - И насколько же я был прав! - сказал он  со  странным  чувством,  не
спуская с нее глаз.
   - Мне казалось, что этот вечер очень важен как деловое мероприятие, -
с трудом выдавила она, пытаясь скрыть боль, которую ей причинили его хо-
лодные слова.
   - Есть вещи и поважнее, - ответил он с намеком.  -  К  тому  же  если
целью этой вечеринки было отметить договор, то я, видимо, с ним  успешно
покончил, тебе не кажется?
   Она покраснела, и он медленно и осторожно приподнял ее лицо за подбо-
родок.
   - Не беспокойся, я больше не буду вести себя как юнец.
   От его прикосновения она сразу растаяла. Но туг же отпрянула,  боясь,
что не сможет скрыть этого от его опытного взгляда.
   - Ешь! - решительно сказал он. Он неправильно истолковал ее  реакцию,
в чем Рия убедилась уже в следующее мгновение. - Не смотри на меня  так,
словно я прямо сейчас тебя изнасилую, - прорычал он. - Здесь ты в полной
безопасности, можешь мне поверить. Я нисколько не сомневаюсь, что беспо-
добный Фрэнк туг же бросится тебе на помощь, стоит мне только посмотреть
на тебя не так. - Рия побагровела от воспоминаний, которые вызвали в ней
его слова и которые она предпочла бы навсегда забыть. Он едко  рассмеял-
ся. - По крайней мере, это я еще могу делать, - пробормотал  он,  слегка
дотрагиваясь до ее горящей щеки.
   Долго после того, как он отвел пальцы и опять принялся за ужин,  кожа
ее горела. Она все не переставала удивляться власти, которую он над  ней
имеет. Даже зная, что он помолвлен, что он играет с ней, точно  кошка  с
мышкой, она не могла ему противиться. И  от  этого  ей  стало  горько  и
страшно. Она поймала себя на мысли, что не уважала бы такого человека, в
какого постепенно превращалась сама. Надо как можно  быстрее  уехать  из
Греции и никогда, никогда больше сюда не возвращаться!


   ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

   - Ты все еще меня боишься? - спросил он, нарушая молчание,  длившееся
уже несколько минут. Рия едва притронулась к  еде.  Димитриос  налил  по
второму бокалу вина. - Я вообще-то не монстр какой-нибудь, просто  чело-
век, который иногда ошибается, такой же человек, как и ты.
   Рия посмотрела на его суровое лицо в лунном свете. Губы у него  поче-
му-то были белые, а в глазах то и дело вспыхивали какие-то огоньки, буд-
то там, в глубине, бушевал огонь, который он старательно пытался скрыть.
   - Ты меня не пугаешь, - солгала она, гордо задирая вверх  подбородок,
и он задумчиво улыбнулся, наклоняясь вперед и закидывая ногу на ногу.
   - Оч-чень впечатляет. На сей раз ты меня не убедила. Меня до сих  пор
поражает, как тебе удалось так ловко обвести меня вокруг пальца.
   - Ты даже не дал мне возможности высказаться. Мне кажется,  ты  и  не
хочешь понять мои мотивы.
   - Возможно, - самонадеянно сказал он. - Я уже знаю, что в таких  слу-
чаях лучше полагаться на собственные суждения.
   - Или на отсутствие таковых. - Рия понимала, что нарывается на  скан-
дал, но ею руководили оскорбленная гордость и злость,  и  она  не  могла
смолчать. - Временами мне кажется, что,  когда  речь  заходит  обо  мне,
сердце у тебя исчезает.
   - Понятно, - хмуро сказал он. - Только, боюсь,  тебе  не  понравится,
если я отвечу той же монетой. - Он приблизил к ней свое лицо  настолько,
что она ощутила его дыхание. В лунном свете глаза его казались двумя хо-
лодными щелками. - Я уже попросил прощения за то, что произошло у тебя в
комнате в ту ночь. Хотя я прекрасно понимаю, мне нет за это прощения.
   Его акцент стал очень заметным.
   - Я уже забыла об этом.
   Слова эти были сказаны так, что он поверил.
   - Тогда в чем же дело? У меня такое впечатление, что ты на меня  сер-
дишься. С тех пор как я вернулся из Америки, к тебе  просто  не  подсту-
питься.
   - А что, если ты мне просто не нравишься?
   Надо во что бы то ни стало заставить его замолчать, а то она  не  вы-
держит и станет говорить ему, что он разбил ее  сердце  и  растоптал  ее
хрупкие мечты, что она все знает о Кристи и об их планах совместной жиз-
ни. Он не шелохнулся, лицо его оставалось непроницаемым.
   - Возможно, - согласился он вдруг. - А как бы это проверить?
   Она зашла слишком далеко, но поняла это только тогда, когда он  резко
поставил ее на ноги и прижал спиной к стволу старого кедра, величествен-
но возвышавшегося в полумраке и укрывавшего их от посторонних глаз.
   - Так что ты говоришь? - спросил он хрипло, и она сжалась под неисто-
вым блеском его глаз.
   - Оставь меня в покое, - вяло пробормотала она. Грубая кора  царапала
ее обнаженную спину.
   - Ты снова и снова испытываешь мое терпение, - едва слышно  пробормо-
тал он. - Ты не можешь не понимать, что ты со мной делаешь...
   Она смотрела на его лицо. В голубых глазах не было  ни  мягкости,  ни
нежности. Они сцепились со взглядом ее серых глаз, не замечая испуганно-
го выражения на ее лице.
   - Прошу тебя, Димитриос, прекрати, - попросила она, слегка дотрагива-
ясь дрожащими пальцами до его щеки. Лицо у него мгновенно смягчилось,  в
глазах промелькнули странные огоньки, но он все смотрел и смотрел на  ее
легкую фигурку и прижимался к ее мягкому телу.
   - Что мы делаем друг с другом? - пробормотал он, с тоской качая  чер-
новолосой головой. - Ты у меня уже в печенках сидишь.
   Его нежность напугала ее даже больше, чем  неукротимая  страсть,  она
могла бороться с его неистовством, но эта соблазнительная нежность  была
сильнее ее хрупкой решимости.
   - Я хочу тебя, - сказал он с каплей своей обычной самонадеянности.  -
Ведь в этом нет ничего плохого?
   Он прижал ее к своему напряженному телу, жадно ища ее  губы  и  целуя
ее, не в силах сдержаться.
   Ее плоть отреагировала мгновенно, и когда его горящие губы заскользи-
ли по ее лицу и шее, тело само по себе, повинуясь  извечному  инстинкту,
стало отвечать на его ласки. Чувствуя ее податливость, он оторвал ее  от
дерева. Теперь только его руки удерживали ее. Дыхание у него  стало  не-
ровным, а пальцы скользили по ее гибкому стану.
   - Мне кажется, что я бы смог научиться жить, даже  если  бы  тебе  не
нравился, - с легкой насмешкой сказал он, и глаза у него мягко лучились.
   Она хотела отодвинуться от него, догадываясь, что он дает ей  возмож-
ность бежать, но вместо этого еще крепче к нему  прижалась,  впитывая  в
себя его дурманящий запах и наслаждаясь близостью его большого тела.
   - Ты понимаешь, что я чувствую? - неровным голосом спросил он. Утвер-
дительно кивнув, она опустила голову и спрятала за переливающейся ширмой
волос раскрасневшееся лицо.
   - Но этого ведь недостаточно? - Голос ее дрожал, и она почувствовала,
как он напрягся.
   Опять всего лишь несколько украденных мгновений. Если уж она ему себя
отдаст, то это будет на всю жизнь, а он уже обещал себя другой. Она  хо-
тела его целиком, а не только его тело.
   - Послушай, Рия, - сипло пробормотал он,  -  я  тебе  кое-что  должен
объяснить. Что-то, что ты должна понять.
   Произнося эти слова, он слегка отстранил ее от себя - и точно в  про-
рубь опустил.
   Мысли ее бешено закрутились. Сейчас он расскажет ей о Кристи.  Только
не это, она этого не перенесет.
   - Нет! - выкрикнула она и отступила с выражением ужаса на лице.  -  Я
не хочу этого слышать. Ничего из того, что ты можешь сказать,  не  имеет
для меня значения. Слишком поздно.
   - Понятно. - Он нахмурился. - Значит, я сам выставил себя дураком.
   - Нет. - Она хотела было дотронуться до его руки, но  что-то  в  гор-
до-холодном лице заставило ее остановиться. - На это ты неспособен.
   - Не надо, Рия. - В голосе его звучало холодное предостережение. -  Я
никогда не был так близок к тому, чтобы взять женщину силой. Иди.
   Сам он не шелохнулся.
   Она смотрела на него широко раскрытыми глазами, взбудораженная болью,
прозвучавшей в его голосе.
   - Димитриос, ты не понял...
   - Я сказал, иди.
   Они долго с тоской смотрели друг на друга, и шум банкета  был  где-то
очень-очень далеко.
   Она не двинулась с места, тогда он бросился мимо нее, пробормотав ка-
кое-то проклятье, и, не обернувшись, затерялся в толпе.
   На ватных ногах Рия побрела вслед за ним, оставив темную уютную тень.
Она была как в оцепенении, односложно отвечая на вопросы. Фрэнк тоже ис-
чез, и она была этому рада. Его дружеское лицо могло оказаться последней
каплей - нервы у нее и так были натянуты до предела.
   Она и не знала, что Димитриос постоянно был где-то рядом, не выпуская
из вида ее отсутствующее лицо.
   Через несколько минут к ней подошла Поппи, казавшаяся очень  усталой,
особенно в ярком свете ламп.
   - Где ты пропадала? - обеспокоено спросила кузина,  не  сводя  с  нее
глаз. - Выглядишь ты ужасно. Что случилось?
   - Ничего, - ответила Рия не своим голосом, и та недоверчиво фыркнула.
   - Ну да, ты пропадаешь больше чем на час с нашим уважаемым  хозяином,
а затем появляешься, как слегка подогретая смерть, и ничего не  произош-
ло?
   - Прошу тебя, Поппи.
   Всего три слова, но Поппи поняла, что Рия на пределе.
   - Никое заказал нам такси. Я только хотела сказать, что тебе вовсе не
обязательно ехать сейчас со мной,  но  теперь  вижу,  что,  может,  тебе
все-таки поехать? - мягко спросила она.
   - Да, пожалуйста.
   Рия стала приходить в себя, только когда такси остановилось у  виллы.
Как во сне, она услышала резкий лай собак.
   - Ну так вот, - бесцеремонно заявила Поппи, препроводив  ее  в  такую
гостиную, едва освещенную маленькой лампой. - Мы отсюда не уйдем до  тех
пор, пока ты мне не расскажешь, что происходит. И не смей отвечать  "ни-
чего"!
   Рия с легким вздохом откинулась на спинку стула, и одна из  маленьких
собачек прыгнула ей на колени, согревая ее холодные ноги. Рия в полумра-
ке смотрела на кузину.
   - Не смотри на меня так, - решительно заявила Поппи. - Я намерена до-
вести дело до конца. Я должна знать, что происходит.  Ну  и  вечерок!  -
болтала она. - Для начала Димитриос прямо-таки набрасывается  на  одного
из тех, для кого, собственно, и организовывал  весь  пир.  Никое  просто
глазам своим не поверил. Он уверен, что его дядя потерял голову.
   - Это был Фрэнк, - тихо сказала Рия, и Поппи раздраженно на нее  пос-
мотрела.
   - Что же он натворил, если получил такое?
   - Да ничего, в общем-то...
   - Если ты еще хотя бы раз произнесешь это слово, я завизжу, - предуп-
редила Поппи. - Никогда бы не поверила, что Димитриос способен на такое.
Всем было так неудобно. Затем он куда-то препровождает тебя и смотрит на
окружающих так, будто они совершили тяжкий грех. А  затем  ваша  парочка
исчезает с лица земли на битый час. И когда ты вновь появляешься... эх!
   Не находя слов, она возмущенно посмотрела на Рию.
   - Ты была похожа на смерть, а он выглядел так, будто кто-то  дал  ему
под ложечку. Так что же происходит, Рия? Только не смей говорить  "ниче-
го".
   - Все как-то страшно запутано, -  медленно  прошептала  Рия,  начиная
всхлипывать. - Все так запутано.
   - Конечно, я не очень-то хороший родственник, но я у тебя одна,  и  я
всегда на твоей стороне, права ты или нет. - На лице Поппи была написана
неподдельная озабоченность. Точно добрая фея, она с любовью взяла за ру-
ку маленькую Золушку. - Ну же, что случилось?
   - Обещаешь никому не говорить? - надтреснутым голосом  спросила  Рия.
Кузина кивнула, и Рия уставилась в пустоту. - Димитриос женится на Крис-
ти.
   Жестокие слова на несколько секунд повисли в воздухе, прежде чем Поп-
пи выпустила воздух из легких.
   - Не верю, - твердо заявила она.
   - Это правда, Поппи.
   - Кто тебе сказал? Она?
   Рия кивнула, и кузина вскочила на ноги и стала расхаживать перед  ней
взад и вперед.
   - Ну, Рия, ты такая легковерная! Это неправда! Кристи бегает  за  ним
уже очень давно, а когда появилась ты, она просто озверела. Никое  гово-
рит, что никогда не видел своего дядю таким. А уж если он  это  заметил,
то можешь быть уверена - Кристи тоже.
   - Ты не понимаешь, - устало сказала Рия. - Все совсем не так, как  ты
думаешь. Когда-то Димитриос был знаком с девушкой, которую звали Кароли-
на. Она разбила его сердце, когда он был еще совсем молод. Как я  теперь
вижу, он до сих пор не простил ее. Может, он все еще любит ее, не  знаю.
Главное, что она очень на меня похожа. Теперь понимаешь? Он  хочет  меня
только потому, что я похожа на нее, а не потому, что испытывает  ко  мне
какие-то чувства!
   - Черта с два! - с жаром воскликнула Поппи. - Димитриос не  какой-ни-
будь мальчик, чтобы бежать за тобой только из-за твоей фигуры. И если ты
так думаешь, то ты глупее, чем я тебя считала. Извини, Рия, - продолжала
она, видя ее жалкое лицо, - но я просто не могу поверить, что он женится
на Кристи. Ты его-то спрашивала?
   Рия отчаянно замотала головой.
   - Как, если Кристи рассказала мне это по секрету? Даже  Кристина  еще
ничего не знает. Они объявят об этом после вашей свадьбы.  Да  я  уже  и
кольцо видела. Оно стоит, наверное, не одну тысячу.
   В глазах у Поппи засветились первые огоньки сомнения,  но  уже  через
секунду она опять упрямо дернула головой.
   - На все должно быть какое-то объяснение. Я просто не верю,  что  эта
притвора могла обвести Димитриоса вокруг пальца... Может, она  попросила
кольцо у кого-нибудь поносить?
   - Ты что? - мягко возразила Рия. - Кто даст такую вещь? Ведь это  це-
лое состояние. Не надо обманывать себя, Поппи, она подходит ему  больше,
чем я.
   Поппи посмотрела на нее с нарастающим беспокойством.
   - Надо бороться, Рия. Ты же знаешь, что любишь его. Не позволяй всему
этому распадаться.
   - Я не так настойчива, как  ты,  -  ответила  Рия.  -  К  тому  же  и
драться-то не за что. Он уже сделал свой выбор. Может,  это  даже  лучше
для нас обоих.
   Поппи с отвращением фыркнула.
   - Рассказывай! Я никогда не видела тебя в таком ужасном состоянии.  А
если он попросил руки Кристи, то вряд ли это доставило  ему  массу  удо-
вольствия, тебе не кажется? Вы оба ходите как в воду опущенные.
   - Забудь об этом, Поппи, - попросила Рия. - Через  несколько  дней  я
уеду, и тогда все вы преспокойненько заживете каждый своей жизнью,  а  я
буду собирать то, что осталось от моей.
   - И ты думаешь, что мне от этого легче? - Поппи едва  не  плакала.  -
Позволь мне спросить у него, Рия.  Я  как-нибудь  так,  осторожненько...
Можно, а?
   - Если ты скажешь кому-нибудь хоть слово, то обещаю тебе, я забуду  о
твоем существовании. - Голос у Рии был холоднее льда, и Поппи  не  реши-
лась настаивать, обиженно поджав губы. Рия медленно поднялась  и  вышла.
Она походила на старуху, и все в ней говорило о поражении.
   На следующее утро Кристи объявилась вновь - с целой охапкой свадебных
подарков, которые Поппи приняла у нее  более  чем  угрюмо.  Это  не  ус-
кользнуло от проницательных глаз рыжеволосой красотки,  и  она  злорадно
кивнула головой с тщательно уложенными волосами.
   - Нервишки перед свадьбой? - медленно протянула она, не сводя с  сер-
дитого лица Поппи ядовито-зеленых глаз.
   - Ничего подобного! - отрезала Поппи, меча в нее искры.
   Кристи мягко рассмеялась и вытащила еще одну коробку из своих  много-
численных чемоданов, которые потный таксист поставил перед ней несколько
минут назад.
   - А это для Кристины, - сказала она безразлично, ни к кому не обраща-
ясь. - Она у себя?
   - Да. А мужчины на работе, - сказала Поппи полным ада голосом, но тут
же слегка покраснела, перехватив сердитый взгляд Рии.
   - Насколько я вижу, вы по-прежнему работаете, как пчелка, - насмешли-
во сказала Кристи, поворачиваясь к Рии.
   Рия отвела глаза и не проронила ни слова.
   - Сегодня вы чрезвычайно дружески ко  мне  расположены...  -  бросила
Кристи через плечо и грациозно направилась к лестнице. - Мы так рады вас
видеть, Кристи! Как вы долетели, Кристи?
   - Чтоб ты сдохла, Кристи! - вполголоса пробормотала Поппи, когда  ры-
жеволосая красавица, скользя рукой по полированному дереву резных перил,
поплыла по залитой солнцем веранде в комнату Кристины.
   По мере того как день подходил к концу, Рия все больше и больше нерв-
ничала. Холодные зеленые глаза, как буравчики, сверлили ее  лоб  -  так,
что она была готова закричать. Поднимая глаза от работы,  она  постоянно
ловила на себе пристальный взгляд Кристи, следившей за каждым ее  шагом.
Ее красивое лицо было холодным.
   - Вы ненавидите меня, правда? - сказала Кристи таким голосом,  словно
просила чашку кофе.
   - С чего мне вас ненавидеть?
   Рия отвернулась и стала просматривать отпечатанные на машинке листоч-
ки бумаги, с внутренней дрожью предчувствуя схватку.
   - Вы прекрасно знаете, почему, - надменно сказала Кристи, и слова  ее
падали, словно первые капли надвигающейся грозы. - Почему бы вам не отп-
равиться восвояси, пока еще не вся ваша гордость растоптана? Честно  го-
воря, я не ожидала увидеть вас здесь снова.
   - Извините, что не оправдала ваших надежд, -  сказала  Рия.  Ее  спо-
койствие и безразличный голос явно раздражали оппонентку.
   - Не думайте, что вам удастся обмануть меня  этими  вашими  невинными
штучками, - бросила Кристи, придвигаясь к ней ближе и гладя на нее злоб-
ными глазами. - Димитриоса ты еще могла бы  обвести  вокруг  пальца,  но
я-то тебя сразу раскусила. Ты охотница за чужим богатством! Поверь  мне,
зря теряешь время. Ты вылетишь отсюда пробкой, как только они поженятся,
так почему бы тебе не собрать свои чемоданчики прямо сейчас и не  отпра-
виться куда подальше?
   - Я уеду, когда все будет готово, - отчеканила Рия, поднимая голову и
твердо глядя в надменное лицо Кристи. Они несколько секунд смотрели друг
другу в глаза, и Кристи не выдержала. От ненависти лицо ее перекосилось.
   - Много я повидала таких, как ты. Но они приходили и уходили, -  про-
шипела она через плечо, отворачиваясь и меча зеленые искры. - Ну, протя-
нешь ты еще месяц или два, но он быстро потеряет к тебе всякий  интерес.
А ко мне он все время возвращается, не забывай этого.
   - У меня нет ни малейшего намерения тянуть сколько бы то ни  было,  -
холодно ответила Рия, а внутри у нее все оборвалось,  и  она  не  смогла
скрыть этого. Направляясь к дверям, она сдержанно сказала: - Мне  просто
жалко Димитриоса, если у него будет такая жена. Мне жаль  его  от  всего
сердца.
   - Оставь свои сожаления при себе! - издевательским  тоном  выкрикнула
Кристи. А когда Рия вышла из комнаты, лицо Кристи озарилось  торжествую-
щей улыбкой. - Пожалей лучше себя. Это пригодится тебе в те длинные  хо-
лодные ночи, когда ты будешь представлять его рядом с собой.
   Рия каким-то чудом добралась до своей комнаты.  Дрожа,  она  села  на
кровать. Жестокость Кристи выбила у нее почву из-под ног. Никогда еще ей
не приходилось сталкиваться с такой открытой и яростной ненавистью.  Мо-
жет, действительно лучше уехать прямо сейчас? По крайней мере,  в  одном
она могла быть уверена: Кристи сделает все, чтобы испортить ей последние
дни.
   Вечером, спускаясь к обеду, она уже все  для  себя  решила.  Гордость
заставила ее одеться очень тщательно. Она собрала  свои  блестящие,  как
расплавленное серебро, густые волосы в нетугой узел на затылке,  оставив
несколько прядей свободно висеть вокруг шеи. Большие глаза  были  слегка
подведены.
   Все уже сидели за столом, и стоило  ей  увидеть  Димитриоса,  который
мирно разговаривал с Кристи, по-хозяйски державшей его руку в своей, как
знакомая уже боль пронзила ее. Она не видела его с того самого вечера, и
сердце у нее екнуло, когда он нехотя поднял голову и с насмешливым одоб-
рением осмотрел ее с ног до головы.
   - Выпьешь чего-нибудь?
   Низкий голос был мягок, и она вздрогнула.
   - Спасибо. Сухой шерри, если можно.
   Она не могла смотреть на Кристи, но знала, что ее гибкое стройное те-
ло оторвалось от Димитриоса, когда тот поднялся, чтобы налить шерри. Да-
же Кристина заметила, как ловко Кристи опутывает Димитриоса своей паути-
ной. Она смотрела на брата с неодобрением, но когда, подав Рии бокал, он
задержался возле нее, разговаривая со всеми сразу, она немного оттаяла.
   В этот вечер Рия не смогла отдать должное кулинарному  таланту  Розы.
Во рту у нее был привкус древесных опилок. Всем своим существом она ощу-
щала с поразительной болью, что последний раз обедает за этим столом. Во
время десерта она объявила о своем намерении, и эффект был подобен  раз-
рыву бомбы. Помогла ей Поппи, сама того не подозревая. Обернувшись к ку-
зине, когда разговор немного стих, она положила руку ей на руку и  спро-
сила:
   - Ты не поедешь со мной завтра в коттедж? Я хочу повесить там шторы и
прибрать напоследок. Мне кажется, будет неплохо, если мы на денек  уедем
отсюда.
   Говоря это, она хмуро глянула на Кристи, чьи глаза презрительно  заб-
лестели.
   - Извини, Поппи. - Голос у Рии дрожал,  но  лицо  было  спокойным.  -
Завтра я уезжаю. Я и так слишком задержалась. Джулиан не  может  держать
мое место вечно.
   Если бы она вдруг скинула с себя одежду и пошла танцевать нагишом, то
эффект не был бы таким ошеломляющим.
   Она чувствовала, что Поппи смотрит на нее с ужасом, а на лице Кристи-
ны появилось озабоченное выражение, но глаза ее были прикованы к  Димит-
риосу - он так резко поднялся, что даже опрокинул стул.
   - Что ты хочешь этим сказать? - Он пристально смотрел в ее побелевшее
лицо. - Ты обещала остаться здесь до свадьбы. Не думал, что ты  нарушишь
свое слово.
   - Я обещала остаться здесь до тех пор, пока все  не  будет  готово  к
свадьбе. И вот теперь все готово, - спокойно поправила его Рия, не отво-
дя взгляда от его бешеных глаз. - Я хочу домой.
   В ее последних словах была такая мольба, что это не ускользнуло ни от
кого, даже от рыжеволосой американки, самодовольно  развалившейся  около
Димитриоса. Но когда он с побелевшим лицом наклонился  вперед,  упираясь
руками в стол, Рия потупилась.
   - Ты не уедешь! - рявкнул он, не замечая никого вокруг. - Я не отпущу
тебя.
   - Уеду, - ответила она, уже не пряча от него глаз. Он  обошел  вокруг
стола и приблизился к ней. Рия побледнела, на лице у нее  проступил  ис-
пуг.
   - Встань!
   Голос его звучал угрожающе спокойно. С легким  восклицанием  Кристина
тоже подошла к Рии.
   - Оставь девочку в покое, Димитриос. Если она хочет домой, ее следует
отпустить.
   Услышав голос сестры, Димиггриос пришел в себя и посмотрел на нее по-
тухшим взглядом.
   - Я просто хочу поговорить с ней.
   - А я не хочу с тобой говорить.
   Как только она произнесла эти слова, в его суровых глазах  проступила
та же боль, что разрывала на части ее саму.  Он  медленно  выпрямился  и
долгим взглядом посмотрел на нее, словно пытаясь проникнуть в ее мысли.
   - А Кристина? - спросил он наконец, довольный, что нашел  предлог.  -
Ты думаешь, что на свадьбе она без тебя обойдется?
   - Я бы не уехала, если бы не была в этом уверена, - с трудом вымолви-
ла Рия.
   - Ну что ж, пусть будет по-твоему, - сказал он так, словно  зачитывал
смертный приговор. - Поезжай назад в Англию,  Рия,  поезжай  и  загнивай
там.
   - Димитриос!
   Услышав протестующий возглас сестры, Димитриос резко обернулся.  Лицо
его потемнело, как туча.
   - Я не хочу ее больше видеть в моем доме. Запомни это, если ты ценишь
свою мирную жизнь.
   Кристина в ужасе уставилась на него, а он с кривой ухмылкой,  обезоб-
разившей его лицо, щелкнул пальцами собакам, дремавшим на веранде, и  не
торопясь вышел через большие стеклянные двери в сад.
   Кристи бросилась было за ним, но, услышав резкий окрик Кристины, упа-
ла на свой стул, мрачно поблескивая зелеными глазами.
   - Не понимаю, из-за чего, собственно, сырбор, - пробормотала она  еле
слышно. - Ведь она уезжает всего на несколько дней раньше, чем было зап-
ланировано, она сама так сказала. Она оставалась здесь, только чтобы по-
мочь в подготовке свадьбы.
   - Заткнись! - Поппи вскочила со своего стула и  нависла  над  Кристи,
как разъяренный домовой. Ее маленькое личико горело от злости.  -  Ты  и
так уже сделала все, что могла.
   - Поппи, - умоляюще произнесла Рия,  и  Кристи  перевела  прищуренные
глазки с одной кузины на другую.
   - Вот так так, - протянула она насмешливо. - Кровь не водица, и  весь
этот вздор...
   - Ты считаешь себя очень умной, да? - бросила ей  Поппи,  раздраженно
стряхивая руку Никоса. - Что ж, в некотором смысле ты даже очень  умная.
Драная кошка!
   - Поппи! - воскликнул теперь уже Никое, но  в  этот  момент  Кристина
опустилась на стул с посеревшим лицом, и на лбу у нее проступил пот. Все
внимание переключилось на нее. Рия бросилась растирать ей руки, а  Никое
налил стакан бренди и поднес его к побелевшим губам матери. Поппи  носи-
лась между ними с перепуганным лицом.
   Через несколько минут Кристина слабо улыбнулась.
   - Я думаю, всем нам следует пойти спать, - медленно сказала она, лас-
ково гладя на сокрушенное лицо Рии. - Могу я попросить вас  о  последней
услуге, дорогая?
   Рия неуверенно кивнула, и пожилая женщина положила руку ей на руку.
   - Я понимаю, что не имею на это права, но, может, вы все-таки съезди-
те завтра с Поппи и поможете ей закончить дела в доме? Мне будет спокой-
нее, если я буду знать, что все сделано. И мне  бы  не  хотелось,  чтобы
Поппи в ее положении вытягивалась,  как  струнка,  подвешивая  занавеси.
Обещаю, что сама закажу вам билет на первый самолет  послезавтра.  Пожа-
луйста, Рия.
   Рия опять кивнула. Ей было очень больно, и она знала, что процесс за-
живления начнется только тогда, когда она выберется отсюда и  уедет  по-
дальше от смуглокожего обитателя этого дома, но она  не  могла  отказать
Кристине еще в одном дне.
   - Только один день, - согласилась она с болью, слегка вздрогнув, ког-
да Кристи выпорхнула из комнаты с громким вздохом.
   Кристина мягко улыбнулась, задержав на мгновенье взгляд  на  Поппи  и
вновь переводя его на бледную девушку, склонившуюся над ней.
   - Только один день, - повторила она. - Обещаю.  К  тому  времени  все
прояснится.


   ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

   Маленький домик, столь же привлекательный, каким его  запомнила  Рия,
мирно дремал в утренней жаре. Никое открыл настежь все заново  покрашен-
ные окна, чтобы выветрить запах краски, и  тут  же  уехал,  предупредив,
чтобы они не особенно усердствовали.
   Рия приступила к работе немедленно, заставляя себя  думать  только  о
том, что делает.
   Димитриос уехал на завод рано утром, пока все спали. За  столом  Роза
сообщила, что он вообще не ложился. Никое быстро проглотил свой завтрак,
нещадно подгоняя Поппи и Рию, чтобы не опоздать на работу, однако  потом
его мать на целых десять минут задержала Поппи у себя в комнате: она хо-
тела сверить по списку, что осталось сделать.
   - Я думал, уже все готово, - упрекнул он Поппи, когда та  с  раскрас-
невшимися щеками присоединилась к ним в машине. - Димитриос  убьет  меня
за опоздание!
   - Сомневаюсь, - почти весело успокоила его Поппи. - Кристина позвонит
ему чуть позже - надо еще кое-что уточнить - и объяснит, что тебя задер-
жали мы.
   Повесив чудесные занавески в цветочек, Рия помогла Поппи  переставить
кое-какие мелочи на первом этаже. Димитриос был чрезвычайно щедр и  поз-
волил им покупать все, что им взбредет в голову, и Поппи потешила  себя,
выбирая самое лучшее. Часам к двум-трем домик стал точно картинка.
   - Дядюшка Джон приедет? - спросила Рия,  когда  они  уже  заканчивали
мыть маленькие окна, которые так хорошо вписывались в этот стиль.
   - Нет, да мне бы и не хотелось, - ответила Поппи, явно не  желая  об-
суждать эту тему.
   - Ну что ты, Поппи, - мягко запротестовала Рия, но ее кузина не  под-
давалась на уговоры.
   - У меня нет твоего дара подставлять другую щеку, -  угрюмо  заметила
она. - Он до сих пор обо мне и не думал, так с чего бы вдруг сейчас?
   Рия с сожалением пожала плечами - есть такие темы, которые  лучше  не
поднимать.
   К вечеру, совершенно измотанные, они уселись в шезлонгах в  маленьком
садике. Было жарко и душно, и  посеревшее  небо  предвещало  грозу.  Как
всегда, у Рии разболелась голова и нервы расходились, а сегодня было ху-
же, чем всегда, поскольку мысли ее постоянно кружили вокруг Димитриоса и
того, что с ней произошло.
   - Не может быть! У нас кончилась вода! -  вдруг  вспомнила  Поппи.  -
Продержимся до приезда Никоса?
   - Я могу сходить в городок, может, что-нибудь еще открыто, -  предло-
жила Рия. - Время сиесты уже заканчивается, думаю, что смогу купить  бу-
тылку лимонада.
   Закрывая через несколько минут за собой дверь,  она  услышала  первые
раскаты приближающейся грозы. Тяжелый влажный воздух давил, и  она  даже
поежилась.
   - Не будь ребенком, - сказала она себе громко, пытаясь  побороть  из-
вечный страх перед громом и не смотреть в быстро темнеющее небо.  В  тот
день, когда погибла вся ее семья, была очень сильная  гроза,  и  до  сих
пор, несмотря на все попытки убедить себя, что это лишь явление природы,
перед яростной силой грозы она всегда чувствовала себя перепуганной  се-
милетней девочкой, прокручивающей назад все прошедшие с  тех  пор  годы,
словно они были одним мгновеньем.
   Ей пришлось-таки побродить по дремлющему городку, прежде чем она наш-
ла открытый магазин. Быстро сделав покупку, она вышла на  улицу.  Падали
первые крупные капли дождя.
   Она была уже на полпути к коттеджу, когда мир перевернулся. Яркие бе-
лые вспышки молний разрывали небо надвое с дикой жестокостью, а гром по-
ходил на взрывы бомб и едва не поднимал ее в воздух. За  плотной  стеной
дождя улица показалась ей потусторонним миром. Струи заливали лицо, сле-
пили, гром глушил, но она шла вперед, не видя ничего перед собой.
   Она и не представляла, что гроза может быть  такой  неистовой.  Когда
гром разразился прямо над ней и словно пронзил ее насквозь, она выпусти-
ла бутылку из рук, инстинктивно заткнула уши и, не глядя под ноги,  бро-
силась бежать посередине дороги, превратившейся в настоящую реку.
   Когда она приблизилась к перекрестку недалеко от дома Поппи, ей почу-
дилось, что какойто высокий человек выкрикивает ее имя, но тут  раздался
такой оглушительный раскат грома, что Рия, до смерти перепугавшись, бро-
силась через перекресток.
   Вдруг, на одно мгновенье, застывшее в вечность, она увидела прямо пе-
ред собой огромный грузовик и раскрытый в ужасе рот водителя, а в следу-
ющее мгновенье взлетела в воздух, как тряпичная кукла.
   Земля понеслась ей навстречу, и миллион маленьких  стрел  пронзил  ее
тело, а затем все пропало, и остался только красный туман и дождь, хлес-
тавший ее по лицу.
   Какие-то бестелесные голоса все выкрикивали и выкрикивали ее  имя,  и
вернулась боль, такая острая, что она не могла даже вздохнуть.  Она  по-
чувствовала, как две сильных руки приподняли ее голову, а чей-то хриплый
обезумевший голос все звал и звал ее. Но постепенно боль и шум в  голове
стали проходить, и она начала падать в пропасть, вдруг разверзшуюся  под
ней.
   Ее везли на машине "Скорой помощи", выла сирена, и кто-то сидел рядом
и всхлипывал и гладил ее по голове, нежно повторяя ее имя. Ей было слиш-
ком больно оставаться на этой земле, и она  обрадовалась,  когда  темное
мягкое покрывало опустилось на нее и отгородило от всех.
   Вдруг она почувствовала: что-то изменилось. Огонь, пожиравший ее и не
дававший покоя, затух, и лицо ее теперь обдувал легкий ветерок. Она  по-
пыталась открыть глаза, но веки были слишком тяжелы. Они давили ее книзу
и толкали назад, в обволакивающую мягкую перину.
   Она услышала шорох, и что-то холодное легло ей на лоб.
   - Рия! - позвал глубокий мужской голос в мучительном стоне.  -  Доро-
гая, борись, не сдавайся. Я люблю тебя, мой ангел. Открой глаза, Рия!
   Она попыталась, но боль в голове была нестерпимой,  и  ей  захотелось
опять укрыться в полной темноте. Она так устала,  так  смертельно  уста-
ла...
   Рия проснулась. В комнате стоял полумрак, а над  кроватью  горел  ма-
ленький ночничок. Крайнее изнеможение, которое парализовало ее, ушло,  и
тело вновь принадлежало ей. Она осторожно осмотрелась. В голове стучало,
но она смутно вспомнила, что до этого боль была сильнее.
   В маленькой белоснежной палате стоял сильный  запах  антисептиков,  и
когда она попыталась пошевелиться, то вдруг с ужасом обнаружила, что  ее
ноги заключены в какую-то огромную металлическую штуковину,  приделанную
к узкой кровати, и в панике застонала.
   - Все в порядке, не двигайся, любовь моя, все в полном порядке.
   Димитриос вскочил с кресла, поставленного так, что она не  могла  его
видеть, и упал на колени подле нее. Его смуглое лицо было покрыто густой
черной щетиной, а голубые глаза тонули в фиолетовых кругах.
   - Где я? - удивленно прошептала она, прислушиваясь к пульсирующей бо-
ли в голове.
   - Ты в больнице, моя сладкая, - ответил он мягко, слегка дрожащим го-
лосом, и она пристально на него посмотрела, пытаясь рассмотреть  выраже-
ние его лица.
   - Ах да, гроза, - пробормотала она, опять погружаясь в сон.
   Когда она открыла глаза в следующий раз, за окном светало, а Димитри-
ос все еще стоял перед ней на коленях. Он спал, положив голову на  белое
покрывало. Впервые за все время, что она его знала, одежда на  нем  была
мятая, а на рубашке темнело пятно, похожее на засохшую кровь.
   Она слегка пошевелилась, и он мгновенно проснулся. В глазах у него не
было и тени сна.
   - Рия!
   - Извини, - прошептала она. - Мне кажется, что я причинила тебе много
хлопот.
   - Эта фраза - твое второе имя, каждый раз ты начинаешь с нее, - попы-
тался пошутить Димитриос. - Как ты себя чувствуешь?
   - Так, будто по мне проехал грузовик, - улыбнулась она. Взглянув ей в
глаза, он хмыкнул, но казалось, что вот-вот разрыдается.
   - Я боялся, что потерял тебя. - Он покрывал ее лицо нежными, как при-
косновение перышка, поцелуями, повторяя и повторяя ее  имя  и  осторожно
прижимая ее к себе. - Ох, дорогая...
   - Димитриос!
   Она попыталась отодвинуться, чтобы получшe рассмотреть его, но острая
боль пронзила ей грудь, и она чуть не задохнулась. Он тут же позвонил.
   - Не двигайся, - сказал он озабоченно, с невероятно нежным блеском  в
глазах.
   В палате появился средних лет бородатый врач в белом халате и  быстро
подошел к Рии.
   - Здравствуйте, леди.
   У него был совершеннейший английский выговор. Улыбаясь, он смотрел на
нее сверху вниз, подготавливая шприц.
   - Надо, чтобы вы еще поспали хоть немножко, а  когда  проснетесь,  то
будете как огурчик.
   Он уколол ее в руку, и Рия устало закрыла глаза. В голове у нее  кру-
жилась масса вопросов.
   - Она вне опасности, мистер Кутсупис, - спокойно продолжал  голос,  -
теперь пора и вам выполнять мои предписания. Вам надо  отдохнуть.  Разве
можно вызывать меня из Лондона и в то же время игнорировать? С меня хва-
тает и одного пациента.
   Димитриос что-то ответил сердито, она не поняла, что именно, а  затем
все пропало...
   Комната купалась в ярком солнечном свете. Проснувшись, Рия лежала, не
шевелясь, довольно долго, а потом огляделась. Рядом никого  не  было,  и
она позвонила, пытаясь  собраться  с  мыслями  и  понять,  где  действи-
тельность, а где безудержные мечты.
   - Этого не может быть, - прошептала она золотистому лучу, упавшему ей
на лицо, не веря своим воспоминаниям. - Неужели и правда он сказал,  что
любит меня?
   Маленькая темноволосая сестра появилась почти мгновенно.  Ее  круглое
личико светилось дружеским расположением, и она услужливо заполнила про-
белы в памяти Рии.
   - Мистер Кутсупис поднял на ноги всю больницу, когда вас сюда привез-
ли, - весело рассказывала она на очень хорошем английском. - Он на  всех
кричал, все ему не нравились, и он не захотел от вас отходить, даже ког-
да вас просвечивали. Ваша кузина ничего не могла с ним поделать, правда,
она и сама была в истерике.
   Рия улыбнулась своим мыслям. Очень похоже на Димитриоса.
   - Он почему-то решил, что здесь нет ни одного достаточно квалифициро-
ванного врача, и обидел всех, вызвав из Англии доктора Николса, чтобы он
лечил вас. Доктор Николс - непревзойденный авторитет в  черепно-мозговых
травмах.
   Рия осторожно дотронулась до головы.
   - Теперь уже все в порядке, - успокоила ее сестра, - сотрясение прош-
ло, но в течение какого-то времени  положение  было  критическим.  Врачи
просто не знали, что с вами происходит. - Она тепло улыбнулась Рии. -  А
теперь все, что осталось, - это сломанное ребро и ноги. Вам страшно  по-
везло. Могло быть значительно хуже.
   - Могло? - недоверчиво спросила Рия. У нее было такое  ощущение,  что
все ее тело - сплошная рана.
   - Пойду посмотрю, что там с обедом, - предложила сестра, причесав Рии
волосы. - На ленч вы опоздали, но я раздобуду вам супу и булочек.
   - Большое спасибо, мне бы не хотелось вас беспокоить, - быстро сказа-
ла Рия. - Я не очень голодна.
   - Ну что вы, мы хотим, чтобы вам было хорошо, - сказала сестра, смяг-
чив какой-то горький подтекст теплой улыбкой. - Мистер Кутсупис  напугал
нас всех до смерти.
   Рия усмехнулась, но обе улыбки тут же замерли, так как в дверях  пос-
лышался суровый бас:
   - Спасибо, сестра. Вы свободны!
   Сестра успела подмигнуть Рии, прежде чем на цыпочках вышла из палаты,
плотно прикрыв за собой дверь.
   Димитриос стоял около двери, как всегда одетый безукоризненно. Однако
морщины усталости и напряжения отчетливо виднелись на его смуглом  лице,
и в глазах стояло беспокойство.
   - Привет, - сказала Рия, опуская глаза и чувствуя сильное смущение.
   - Ты меня простила? - У него был густой, незнакомый ей голос. Он сто-
ял недвижим - высокая фигура в белой, наполненной солнцем палате. - Я не
имею на это права, но я встану перед тобой на колени, если  это  поможет
тебе понять меня.
   Она смотрела на его лицо с чувством, очень близким к ужасу.
   - Я не хочу, чтобы ты становился на колени, - мягко сказала она, и  в
ответ он только простонал.
   - Но я заставил тебя встать на колени, разве не так? Я не могу  пове-
рить, что был так слеп и так глуп! - Он сделал шаг, но  вдруг  с  трудом
сдержал себя, засунул руки в карманы. - Мне нужно  поговорить  с  тобой,
объяснить тебе, почему я вел себя именно так, а не иначе, но если  я  до
тебя дотронусь, то все пропало.
   - Я понимаю, - мягко сказала Рия. - Кристина рассказала мне все о Ка-
ролине и...
   - Ты не понимаешь! - насупив брови, процедил он сквозь стиснутые  зу-
бы. - Когда я впервые увидел тебя, тогда, у тебя в квартире, ты действи-
тельно напомнила мне Каролину, а из всего того, что рассказал  Никое,  я
сделал вывод, что судьба подбросила нам еще одну неразборчивую  серебря-
новолосую сирену, чтобы она опять причиняла мне боль, ну, и того хуже...
- Он глубоко вздохнул. Лицо его было белым. - Но ты не вписывалась в эту
схему, и я никак не мог взять в толк, как эта выдержанная, нежная девуш-
ка, которую я до смерти напугал, может быть такой испорченной, какой мне
описал ее Никое. Я знал, что Никое спал со своей подружкой,  а  когда  я
держал тебя в руках, ты отвечала мне так невинно, для тебя все это  явно
было в новинку, и ты так старалась совладать со своими чувствами, совер-
шенно новыми для тебя, что я уже не знал, во что верить.
   Он отвернулся и подошел к окну, став к ней спиной, и его черные воло-
сы отдавали синевой.
   - Там, на берегу, я наконец решил, что мне на это наплевать. Ты  была
нужна мне, какой бы ты ни была. Я решил рискнуть и поверить  сердцу,  но
сначала мне надо было посмотреть на тебя вместе с Никосом  -  убедиться,
что между вами все кончено. Когда же я понял, что все это время ты води-
ла меня за нос, что все мои страдания были напрасны... -  Он  растерянно
покачал головой. - Мне кажется, на какое-то время я сошел с ума.
   - Извини... - неуверенно начала Рия, и слезы побежали у нее по щекам,
но он, не поворачиваясь, заставил ее замолчать.
   - Нет, дай мне закончить. Я должен это высказать. - Голос его  дрожал
от полноты чувств. - Я сам во всем виноват, понимаешь? Еще до того,  как
все выяснилось, я знал, что ты не Поппи, что ты нежная и добрая,  что  я
могу любить тебя до конца своих дней. После того первого шока я и  забыл
о Каролине. Если не считать вашего внешнего сходства, вы совершенно раз-
ные. В ней никогда не было  ничего  от  твоей  мягкости  и  чистоты.  Но
что-то, засевшее во мне очень глубоко, сдерживало меня. Я должен был еще
и еще раз все проверить и перепроверить, хотя и  знал,  что  делаю  тебе
больно, что разрушаю всякую надежду, которую еще мог питать.
   Он повернулся к ней лицом, и глаза у него были полны горя.
   - Я попросил тебя остаться и помочь со свадьбой, потому что просто не
мог тебя отпустить. Я хотел, чтобы ты была рядом со мной, и все же никак
не мог поверить, что ты меня любишь, что ты мне  доверяешь  после  того,
как я с тобой обошелся. Ты так щедро отдавала мне свою нежность  раз  за
разом, а я швырял тебе ее в лицо...
   Она протянула к нему руки, не в состоянии больше видеть его боль.
   - Хватит, - прошептала она, и в глазах ее стояли слезы. - Пожалуйста,
Димитриос, хватит.
   - Как ты можешь любить меня? - Он не двигался. - Кристина  рассказала
мне, что тебе наплела Кристи. Меня не было на заводе, но когда я вернул-
ся, она позвонила мне и все объяснила, и я тут же бросился  в  город.  Я
опоздал. - Лицо его исказилось гримасой. - Когда ты упала...
   - Мне показалось, что и я тебя видела, - медленно  сказала  Рия,  все
еще протягивая к нему руки.
   - Это все ложь, Рия, все,  что  тебе  наговорила  Кристи.  Мы  с  ней
друзья... были друзьями, не больше, - угрюмо пробормотал он. - Она приз-
налась Кристине, что купила это кольцо. Деньги для нее ничего не значат,
когда у нее есть цель. После развода она немало получила.
   Димитриос неожиданно бросился к ней  и  с  приглушенным  восклицанием
нежно обнял ее, жадно целуя, так что она едва переводила дыхание.
   - Прости меня, я слишком груб, - шептал он. - Но ты даже не представ-
ляешь себе, как я об этом мечтал все последние дни.  Ты  простишь  меня?
Научишься любить меня?
   - Мне не надо учиться. - Рия всхлипывала у него на груди. - Я полюби-
ла тебя с первого взгляда, но я и не надеялась, что ты когда-нибудь тоже
меня полюбишь...
   Она вспомнила о его непредсказуемом поведении, и в глазах  ее  появи-
лись сомнения.
   Он осторожно обхватил ладонями ее лицо. В  глазах  его  было  столько
любви и надежды, что горло у нее сжало спазмом.
   - Я никогда не смогу никого так любить, как тебя, - медленно произнес
он, задыхаясь. - Ты мое солнце, ты моя луна, ты мои звезды. Я хочу, что-
бы ты была моей женой, чтобы ты родила мне детей, чтобы мы вместе соста-
рились. Если ты меня отвергнешь, у меня больше никого не будет и у  меня
ничего не останется в этой жизни.
   Его настойчивость глубоко взволновала и даже напугала ее, и она  при-
тянула его к себе. Никогда, даже в самых своих  сокровенных  мечтах,  не
ждала она таких слов от холодного, самонадеянного мужчины,  которого  ей
выпало полюбить.
   С протяжным стоном он поймал ее губы, скользя руками по ее  телу,  но
вдруг отстранился. Руки его дрожали.
   - Ты не ответила мне, - сказал он. - Ты будешь моей женой?
   - Навсегда, - прошептала она с любовью, - до тех  пор,  пока  нас  не
разлучит смерть.
   Он взял в ладони ее шелковые серебристые волосы.
   - Такие красивые, и все мои, - сказал он торжествующе. - Надеюсь,  ты
скоро поправишься, любовь моя. Я нетерпелив.
   Рия посмотрела на него, не в силах скрыть своих чувств.
   - Ты простил меня за мой обман? - мягко спросила она, и лицо ее осве-
тилось любовью.
   - А что тут прощать? - Голос его был нежен. - Все, что ты сделала, ты
сделала ради своей сестры. Я догадывался, я знал это с самого  начала  и
потому еще больше тебя любил. Я сам заварил эту кашу,  мне  и  расхлебы-
вать, - улыбнулся Димитриос. - И за это я до конца своих дней буду  бла-
годарить Всевышнего.
   Так он и сделал.



 

<< НАЗАД  ¨¨ КОНЕЦ...

Другие книги жанра: романы

Оставить комментарий по этой книге

Переход на страницу: [1] [2]

Страница:  [2]

Рейтинг@Mail.ru








Реклама