роман - электронная библиотека
Переход на главную
Жанр: роман

Дейл Рут Джин  -  Фейерверк


Переход на страницу:  [1] [2]

Страница:  [1]



   Анонс

   Чтобы помирить знаменитого ковбоя, чемпиона мира по родео Джесси Таггарта
с его гордячкой женой, родные заставили  их  прожить  вместе  две  недели  в
старинном домике, где они когда-то провели  свой  медовый  месяц.  "И  пусть
ругаются, пока искры из глаз не полетят!"
   Однако настоящим фейерверком стала для героев  новая  вспышка  сильной  и
яркой страсти, не угасшей за годы разлуки.


   ПРОЛОГ

   Сент-Луис, штат Миссури первая неделя июня
   Два старика настороженно смотрели друг на друга, стоя по  разные  стороны
мраморного стола в отдельном кабинете роскошного ресторана. Том Т.  Таггарт,
восьмидесятичетырехлетний владелец  ранчо  "Рбкинг  Т."  в  Техасе,  и  Джон
Хейслип Рэндал IV, семидесяти одного года, из банкирского  дома  Рэндалов  в
Бостоне,  встретились,  чтобы  обсудить  проблему,  решение  которой  никоим
образом от них не зависело. Друзьями они никогда не были, но отношения у них
были ровные.
   Они пожали друг другу руки.
   - Как поживает наш знаменитый  ДжиДжи?  -  поинтересовался  банкир,  чуть
скривив в усмешке красиво очерченные губы. Он пододвинул поближе антикварной
работы стул, сдул воображаемую пылинку и сел.
   Том Ти бросил на стол свой дорогой  "стетсон"  с  необыкновенно  широкими
полями и взъерошил пятерней копну седых волос. Его черные глаза сверкнули.
   - Никак не можете успокоиться? Сколько раз вам уже говорили, что мой внук
назван в честь своего дяди Джесса и прапрадедушки Джеймса. -  Старый  ковбой
сердито опустился в кресло. - А по сути вашего вопроса могу сказать,  что  с
моим внуком все в полном порядке. Или могло бы быть в порядке, если бы  ваша
внучка...
   - Я не потерплю никакой критики в адрес моей внучки,  -  свирепо  перебил
его Джон. - Мэг делает все, что в ее силах. Это не  так-то  просто  -  одной
воспитывать ребенка... - Он вдруг  замолчал,  поняв,  что  невольно  признал
наличие каких-то проблем у своей внучки, и закашлялся, хлопая себя по груди,
облаченной в темный жилет безупречного костюма-тройки.
   - Она воспитывает моего правнука  одна  изза  собственного  упрямства,  -
возразил Том Ти, - и делает это не лучшим образом.
   Рэндал густо покраснел.
   - Может, мальчик не такой уж... дисциплинированный,  но  ему  всего  семь
лет.
   Том Ти сердито фыркнул.
   - Я не о дисциплине. Мне нравится  бойцовский  дух  -  постоять  за  себя
неплохо в любом возрасте. Но этот мальчик... -  Старик  вздохнул  и  покачал
головой. - Мне больно говорить такое о своей плоти и крови, но этот  мальчик
очень легко может превратиться в неженку, в маменькина сынка.
   - Вы заходите слишком далеко, сэр! - Джон так грохнул кулаком  по  столу,
что Том Ти даже вздрогнул. - Рэнди - зеница моего ока. Я не  потерплю  таких
слов, ни от кого!
   - А я не кто-то. Стоит только взглянуть на мальчишку  -  сразу  ясно:  он
больше Таггарт, чем Рэндал. А уж что касается любви, так я люблю его больше,
чем... - Том Ти замолк, пытаясь отыскать слова посильнее для выражения своей
любви. - Я люблю его больше, чем весь штат Техас!
   Джон от удивления открыл рот.
   - В таком случае, - начал он, придя в себя, - я полагаю, что  вы  явились
на эту встречу на высшем уровне, учитывая прежде всего интересы ребенка. Так
же как и я.
   Том Ти энергично кивнул.
   - Можете поставить в заклад свои последние ботинки", Джонни. И еще  я  бы
не возражал, если бы от нашей встречи была какая-то польза и для отца Рэнди.
А то он по милости вашей внучки слишком долго простоял между сеном и травой.
   - Прошу прощения, это как - между сеном и травой?
   Вот пижон! - ясно читалось на лице Тома Ти.
   - Это значит - ни то ни се. Он и не женатый, и не холостой.  Ваша  внучка
оставила его сколько - четыре, пять лет назад?
   Джон кивнул.
   - Вы же знаете, я никогда не одобрял этого брака...
   Том Ти только фыркнул, подтверждая, что он - тоже.
   Джон поджал губы.
   - ...но я согласен, место жены - рядом с мужем.
   - Справедливости ради должен сказать: как трудно уследить за  ковбоем  во
время родео, так же трудно жить рядом с ним. - Том Ти, видимо, не  собирался
уступать Джону в великодушии. - Но сейчас Джесси  уже  тридцать  два,  и,  я
думаю, он бросил бы родео, если б его ктото ждал дома.
   - Мэгги никогда не нравилось его занятие.
   - Не многим женщинам это нравится, я  хочу  сказать,  женам.  Одиноким-то
нравится, да еще как.
   Двое стариков понимающе переглянулись. В комнате воцарилось молчание.
   - Наверно, уже слишком поздно спасать их брак, - осторожно начал Джон.
   - Наверно, - согласился Том Ти. - Я вообще-то не сторонник  разводов,  но
иногда это единственный выход.
   - Развод! - В голосе Джона звучало явное отвращение.  -  В  семье  Рэндал
много поколений не было ни одного развода, а возможно, и вообще никогда.
   - Это точно? А предки ваши приплыли на "Мэйфлауэр" и все такое прочее?  -
с наигранным простодушием вопросил Том Ти.
   Джон свирепо посмотрел на собеседника.
   - Для Рэнди развод лучше, чем  это...  эта  полусемья.  Его  родители  ни
женаты по-настоящему,  ни  разведены,  и,  похоже,  обоих  устраивает  такая
ситуация. Но мальчику нужен отец...
   - А я что говорю? - вспыхнул Том Ти.
   - Отец - это не обязательно тот человек, который произвел тебя  на  свет.
Если Джесси и Мэг не могут создать ребенку  нормальные  условия,  тогда  Мэг
нужно поискать кого-то, кто сможет это сделать!
   Том Ти шумно вздохнул. Казалось, он  готов  был  ответить  резкостью,  но
вдруг лицо его болезненно исказилось.
   - Мальчик страдает, - грустно согласился он. - Ему нужны папа и  мама,  и
причем каждый день.
   - К сожалению, его родители не могут даже находиться в одной комнате, они
сразу начинают гражданскую войну.
   Оба старика откинулись на спинки кресел, переживая  общую  боль.  Немного
погодя Том Ти первым поднял голову.
   - Жаль, что мы не можем просто запереть их вдвоем - и пусть у  них  искры
из глаз летят, пока не разберутся между собой.
   Джон медленно выпрямился.
   - Возможно, вы случайно наткнулись на верное решение.  Конечно,  если  вы
сможете убедить вашего внука пойти на это.
   - Ха, убедить! Ведь это шантаж!
   - Назовем это лучше давлением. Шантаж - слишком грубое слово.
   - Да называйте как хотите. С Джесси-то я справлюсь,  а  вот  вы  с  вашей
внучкой ничего не сможете сделать.
   - Смогу, если пригрожу, что перестану выплачивать ей содержание.
   - Неужели вы это сделаете?
   - И не только это. Но у вас-то нет таких рычагов  воздействия  на  Джесси
Джеймса.
   Том Ти с уверенным видом перегнулся через стол.
   - Действительно, материально он от меня независим. После смерти родителей
они с Буном  получили  вполне  достаточно.  Конечно,  это  грязные  нефтяные
деньги, но  тратятся  они  совсем  как  настоящие.  -  Старый  ковбой  хитро
ухмыльнулся. - Но у меня тоже есть туз в рукаве.
   - Какой? Ну выкладывайте же!
   Том Ти не торопился, явно наслаждаясь нетерпением собеседника.
   - Я пригрожу ему продать "Рокинг Ти".
   Джон был разочарован.
   - Вы считаете, этого будет достаточно?
   - Еще бы! Джесси просто с ума сходит по этому ранчо, и  он  его  получит,
когда я отдам концы, хотя пока, в  обозримом  будущем,  я  этого  делать  не
собираюсь. Во всем семействе ранчо никому, кроме Джесси,  больше  не  нужно,
даже его собственному брату.
   - А ведь может подействовать, - немного подумав, медленно произнес Джон.
   - Представляю, как они сцепятся. - Том Ти покачал головой.  -  Вот  будет
фейерверк!
   - В отчаянные моменты требуются отчаянные средства, - пожал плечами Джон.
- А где?
   - Там же, где прошел их медовый месяц, где же еще? Это далеко в горах,  и
на много миль вокруг нет ничего, кроме этого городишки.
   - Насколько я помню, они больше никогда там не бывали.
   - Угу. Там для них все битком набито хорошими воспоминаниями.  -  Том  Ти
подмигнул. - Жена из вашей внучки  не  ахти,  зато  в  Техасе  есть  на  что
посмотреть!
   Джон хотел было ответить, но потом, видимо, передумал.
   - Может, закажем обед и поедим, пока обговариваем детали? - предложил он.
- Мне бы хотелось сегодня же вечером вернуться в Бостон.
   - Неплохая мысль. Позвоните мэтру.
   - Здесь подают великолепные бифштексы, - важно объявил Джон,  дотягиваясь
до телефона.
   - А, - небрежно отозвался Том Ти, - бифштексов мне и в Техасе хватает.  Я
буду есть то, что ем всегда, когда приезжаю в СентЛуис.
   - Что же это?
   - Гамбургер! - хихикнул скотопромышленник.
   Сан-фелипе, Калифорния вторая неделя июня Джесси  Джеймс  Таггарт  крепко
держался за верхнюю ступеньку ската и смотрел вниз  на  бешено  брыкающегося
жеребца, не без основания получившего  кличку  Видоумейкер.  Столбом  стояла
пыль, шумели многочисленные зрители родео, но мысли Джесси были далеко.
   Да, нервы у этой женщины железные, надо отдать ей должное: обвинить  меня
в том, что она не справляется с Рэчди! Джесси машинально похлопал  рукой  по
письму, прожигавшему дыру в кармане его клетчатой рубашки.  Она  нянчится  с
мальчишкой, как с младенцем, думал он с мрачной убежденностью.  А  на  самом
деле ему нужна твердая рука, да еще немного хорошей старомодной  дисциплины.
Но главное - ребенку нужен отец.
   - Удачи, дорогуша!
   Джесси  рассеянно  глянул  через  плечо.  Рыжеволосая  девица,  неутомимо
преследовавшая его последнее время, стояла рядом и улыбалась. Джесси буркнул
что-то неопределенное и заставил  себя  не  смотреть  на  ее  пышную  грудь,
выпиравшую из глубокого выреза.
   Она вздохнула, телеса чуть не перекатились через край, и стойкость Джесси
была поколеблена.
   - Милый, -  лениво  растягивая  слова,  замурлыкала  рыжая,  -  от  твоих
взглядов я таю, как воск. Зачем ты делаешь это  со  мной  прямо  здесь,  при
всех... - Она подмигнула, давая понять, что позволяет растопить ее в  другом
месте.
   Джесси нервно сглотнул и  снова  переключил  внимание  на  ожидавшую  его
работу. В этом тоже Мэг виновата! Легче почесать  локтем  ухо,  чем  убедить
этих хищных баб, что мое обручальное кольцо все еще что-то значит...
   - Осторожней, Джи-Джи!
   В этот момент Видоумейкер  присел  на  задние  ноги  и  откинул  огромную
голову. На мгновение его глаза встретились с глазами Джесси. Взгляд коня  не
предвещал ничего хорошего тому сумасшедшему ковбою, который решится сесть на
него.
   Джесси крепко ухватился за ручку-петлю на - кожаном ремне  и,  съехав  по
наклонной доске, крепко обхватил ногами разъяренное животное. Он  глянул  на
стоящего рядом, для страховки, ковбоя.
   - Я становлюсь слишком стар для таких глупостей.
   - Нашел время для исповеди, - ухмыльнулся тот.
   Это точно, я никогда не умел правильно выбрать время И  сейчас  чертовски
неподходящий момент размышлять о том, почему Мэг не может справиться с нашим
сыном. У мальчишки сильный характер. Ему нужна твердая, но любящая  рука.  А
вовсе не какая-то дорогая частная школа, где из него сделают неженку...
   - Джи-Джи Таггарт, Сан-Антонио, штат Техас, бывший чемпион мира, выезжает
из пятого ската на Видоумейкере. Этот жеребец заслужил  свое  имя  тем,  что
покалечил уже нескольких наездников и ни одному не покорился!
   Да, пора мне вмешаться и дать ей понять, что я - тоже что-то значу. Он  и
мой сын, и...
   Ворота с грохотом распахнулись, и из них  вылетел  Видоумейкер,  едва  не
изрыгая огонь. Джесси, задумавшийся на спине самого  бешеного  из  жеребцов,
продержался лишь два прыжка. Со всего маху ударившись о покрытую пылью арену
родео, он лежал не шевелясь. Потом перевел дух и мало-помалу  начал  ощущать
боль, пронизавшую его тридцатидвухлетнее тело.
   Черт, я действительно становлюсь стар для такой жизни. Когда туман  перед
глазами наконец рассеялся, Джесси моргнул, стараясь сконцентрировать  взгляд
на фигуре человека, усевшегося, словно ястреб, на верхушке ската.
   Интересно, что это Том Ти Таггарт, больше  известный  мне  как  мой  дед,
делает в Калифорнии? Старый чудак терпеть не может самолеты и летает  только
при чрезвычайных обстоятельствах...
   Джесси перекатился на живот, встал на колени и  потряс  головой,  пытаясь
прийти в себя. Он подозревал, что очень скоро ему понадобятся все его мозги.
   К нему подскочил клоун родео и участливо спросил.
   - Все в порядке, Джи-Джи?
   Джесси,  все  еще  слегка  ошарашенный  падением,  кивнул.  Клоун  быстро
потрепал его по плечу, повернулся и изобразил  падение,  приведя  в  восторг
зрителей. Джесси снова посмотрел на скаты.
   Точно, это был Том Ти, призывно махавший  ему  рукой.  Еще  не  разглядев
сердитого  выражения  лица  деда,  Джесси  уже   понял,   что   ему   грозят
неприятности.
   В то же самое время, на другом конце
   Соединенных Штатов - в Бостоне, штат Массачусетс Маргарет Рэндал  Таггарт
- Мэг - пыталась заставить себя  не  отвлекаться  и  слушать,  как  Фелисити
Холивелл что-то монотонно рассказывает о новом корпусе детской больницы. Мэг
предложила провести заседание комитета в  бостонском  доме  своего  деда,  и
теперь  здесь  собралось   полдюжины   женщин,   склонных   к   общественной
деятельности.
   Это был широкий жест, о котором она теперь  жалела.  Нет,  цель  собрания
была очень достойная. Но в  данный  момент  мысли  Мэг  были  заняты  совсем
другим.
   Например, телефонный звонок Джесси на  прошлой  неделе.  Он  меня  еще  и
критикует! Этот человек нахальнее бостонского таксиста!
   Фелисити поймала взгляд Мэг, и та машинально улыбнулась, продолжая думать
о своем.
   Легко сидеть на другом конце страны и критиковать. Да, Рэнди не  идеален,
а какой ребенок идеален? Но он вовсе не маменькин - сынок, что бы там Джесси
ни думал. Вот уж нет!
   - Ты согласна, Маргарет?
   Слова Фелисити резко вернули, Мэг  к  действительности.  Она  понятия  не
имела, о чем идет речь,  но  на  всякий  случай  кивнула.  В  конце  концов,
Фелисити можно доверять, в отличие от некоторых.
   Фелисити просияла.
   -  Я  знала,  что  ты  согласишься  возглавить  общественный  комитет,  -
одобрительно сказала она. - Джоффри будет очень доволен. Он обещал  работать
в тесном контакте с тобой.
   Джоффри! Мэг  едва  сдержала  стон.  С  этим  человеком,  руководившим  в
больнице отделом по связям с общественностью, она  меньше  всего  хотела  бы
работать в контакте. Сначала она решила, что это лишь игра  ее  воображения,
но когда на прошлой неделе они оказались одни в бельевой четвертого этажа...
Нет, это не было игрой воображения.
   Я замужняя женщина! - возмущенно думала Мэг. Интересно, он что,  считает,
что мое обручальное кольцо - просто украшение?
   - А теперь нам нужен доброволец, чтобы возглавить комиссию  по  украшению
здания, - объявила Фелисити. - Мэг в прошлом году так  хорошо  справилась  с
этой работой, что "превзойти ее будет нелегко.
   В этот момент в комнату ворвался Рэнди и резко затормозил, увидев сидящих
здесь  женщин.  На  его  личике  было  так  хорошо  знакомое  Мэг   упрямое,
недовольное  выражение.  Она  быстро   заговорила,   пытаясь   предотвратить
катастрофу:
   - Поздоровайся с моими гостями, дорогой,  а  потом  ступай,  поиграй  еще
немножко.
   - Здрасьте, - угрюмо пробормотал Рэнди, даже не  глядя  на  тех,  к  кому
обращался. - Мне уже надоело ждать. Я хочу поговорить с тобой сейчас.
   - Как только закончится собрание, ладно? Сходи пока на кухню. Скажи Тэсс,
что я позволила дать тебе чего-нибудь вкусненького.
   И совсем не надо повторять тот скандал, который ты устроил за  завтраком,
мысленно добавила она.  Здесь,  на  глазах  у  всех,  это  было  бы  слишком
унизительно.
   Фелисити недовольно покашляла.
   - Так вот, я говорила...
   - Нет! Не хочу я никакого  дурацкого  "вкусненького"!  Не  хочу  дурацкой
старой Тэсс! Я хочу поговорить с тобой сейчас! - Веснушчатое лицо  Рэнди  со
светлой прямой челкой стало  темно-красным.  Серые  глаза,  так  похожие  на
отцовские, сверкали.
   Сгорая со стыда, Мэг повернулась к собравшимся. Конфликты с детьми бывают
во всех семьях, но чтобы мальчишка устроил сцену  при  посторонних?..  Этого
допускать нелйя.
   - Прошу меня извинить, - спокойно произнесла она. - У нас  тут  небольшой
кризис. Пожалуйста, продолжайте пока без меня.
   Она подошла к Рэнди и крепко взяла его за плечо.
   - Идем к дедушке в кабинет. Там и поговорим.
   - Я передумал. Я больше не хочу с тобой говорить.  -  Рэнди  стряхнул  ее
руку с плеча. - Только скажи, получу я новый велосипед или нет?
   Эту тему они обсуждали уже несколько раз, он прекрасно знал, что  ответом
будет "нет".  Возможно,  он  полагал,  что  в  присутствии  посторонних  она
согласится,  чтобы  избежать  неловкости.  Стараясь  сохранять  невозмутимое
выражение лица, Мэг шагнула к сыну. Он отступил на шаг.
   - Сейчас не время и не место...
   - Я ненавижу этот  дурацкий  велосипед,  который  мне  подарили  на  день
рождения! Он для малышей!
   - Так не веди себя как малыш, - резко ответила она.
   "Он испорченный", - сказал Джесси. "Ты слишком  его  балуешь",  -  сказал
Джесси. Ну что же, я докажу этому Джесси!
   Прищурясь, она пристально посмотрела на Рэнди.
   - Молодой  человек,  немедленно  выйдите  отсюда  и  дожидайтесь  меня  в
кабинете у дедушки.
   Мгновение Рэнди колебался, и она подумала, что новый метод сработал.
   Но не тут-то было.
   - Нет! Я тебя ненавижу! - закричал мальчишка, сжав кулаки. -  Ты  жадная!
Ты меня не любишь!
   Мэг отшатнулась, охваченная чувством беспомощности. Вот они  -  блестящие
идеи Джесси о твердой дисциплине.  Рэнди  никогда  так  открыто  не  выражал
неповиновения.
   Она снова протянула руку к сыну, но тот увернулся, потерял  равновесие  и
налетел на мраморную подставку со стеклянной витриной. Подставка зашаталась,
витрина медленно сколь - знула к краю...
   Стоявшая в витрине ваза династии Мин,  сокровище  ее  деда,  качнулась...
зашаталась... и упала. Кошмарный звук бьющегося фарфора и стекла смешался  с
испуганными возгласами женщин. В это самое мгновение на пороге появился Джон
Хейслип Рэндал IV.
   Он вежливо поздоровался, потом  перевел  взгляд  на  лежащие  у  его  ног
осколки, и лицо его заметно помрачнело.
   - Дедушка! - Мэг облизнула пересохшие губы. - Я... я, не  знала,  что  ты
уже вернулся. У нас тут... маленькое происшествие... Рэнди...
   Она смущенно оглянулась. Рэнди исчез - выскользнул в другую дверь.
   Старый господин натянуто улыбнулся и незаметно поманил Мэг пальцем.
   Поклонившись дамам, он вышел из комнаты.  Мэг  почувствовала  себя  очень
униженной, но последовала за ним с высоко поднятой головой.


   ГЛАВА ПЕРВАЯ

   ХЕЛЛС-БЕЛЛС, ТЕХАС, 2506 СИМПАТИЧНЫХ ЛЮДЕЙ И НЕСКОЛЬКО СТАРЫХ ВОРЧУНОВ, -
было написано при въезде в город.
   Взятая напрокат машина Мэг двигалась со скоростью пешехода.  Впервые  Мэг
увидела эту забавную надпись вскоре после свадьбы - совсем юной новобрачной,
очарованной своим мужем и новой жизнью.
   Ох, как же давно  это  было.  Она  остановилась  перед  бензозаправкой  и
магазинчиком в конце главной улицы городка. Немного дальше находились  салун
"Тихая жизнь" и закусочная "Одинокая  звезда",  откуда  водителям  приносили
"техасбургеры". Стараясь отогнать воспоминания, Мэг выбралась  из  машины  и
быстро зашагала к магазинчику.
   Почти добравшись до места, она вдруг почувствовала ужасную жажду. Войдя в
магазин, дрожащими руками открыла холодильник,  вытащила  банку  лимонада  -
даже не посмотрев, какого, - и подошла к прилавку.
   Из подсобки к ней вышла веснушчатая женщина лет сорока пяти и,  широко  и
радостно улыбнувшись, поздоровалась.
   Но Мэг, отвыкшая от техасского выговора, не сразу поняла ее.
   - У вас не найдется каких-нибудь не местных  газет?  Я  хотела  купить  в
аэропорту "Бостон глоб", но...
   - Думаю, нет, -  ответила  женщина  с  такой  радостью,  словно  сообщала
приятную новость. Пробивая чек, она с интересом рассматривал? кремовые брюки
и льняной пиджак Мэг. - Прилетели из Сан-Антонио, да?
   - Да, - ответила Мэг, отсчитывая мелочь.
   - Вы ищете "Пижонский притон"?
   Мэг открыла банку лимонада, удивляясь, что ее приняли за пижонку.
   - Я и не знала, что здесь есть такое место, - сказала она.
   - Ну конечно! Его недавно открыл Джо Боб Брукс. Как  я  слышала,  дела  у
него идут неплохо. Это на Хэндбаскет-Крик, раньше это ранчо называлось "Бокс
Би".
   - Я знаю, где ранчо Брукса.  -  Мэг  пожалела,  что  это  прозвучало  так
натянуто, но упоминание о Джо Бобе еще больше испортило ее и так  далеко  не
радужное настроение. Прощальным жестом она подняла банку.
   Женщина слегка нахмурилась и  прикусила  губу.  Мучившее  ее  любопытство
ощущалось почти физически.
   - Меня зовут Лорел Андерсон. Если вы приехали в гости... Подождите-ка! Да
я же вас знаю! - Она едва не подпрыгивала от радости. - Вы жена Джи-Джи!
   Мэг нервно сглотнула. Уже много лет ее имя не связывали с именем  Джесси,
и теперь это немного пугало.
   - Да, но...
   - Пару дней назад старый Том Ти открыл дом и набил его едой. Даже  привел
нескольких лошадей - наверно, иначе Джи-Джи просто  не  поехал  бы  сюда.  -
Лорел засмеялась и следом за Мэг вышла под  лучи  палящего  солнца.  -  Могу
поспорить, что вы с вашим красавчиком мужем хотите устроить  второй  медовый
месяц. - Она подмигнула. - Ох и романтично!
   Мэг постаралась улыбнуться как можно естественней, но поняла, что это  ей
не удалось. Она-то рассчитывала остаться незамеченной, но, похоже, здесь это
невозможно.
   Лорел вернулась под навес, прячась от жгучего солнца.
   - Увидимся на празднике Четвертого июля?
   - Может быть. - Мэг неопределенно махнула рукой  и  натянуто  улыбнулась.
Она быстро подошла к машине, села и только тогда пере - вела дух.
   Ей с самого начала не хотелось ехать сюда, а теперь, когда она  уже  была
совсем рядом, хотелось этого еще меньше. Так что же держало  ее  здесь?  Она
могла уехать обратно в Сан-Антонио и успеть на последний самолет домой.
   Не перестанет же в самом деле дедушка выплачивать мне  содержание...  или
все-таки перестанет?
   Этот вопрос был неясен, зато совершенно очевидно было  другое.  Например,
она уже просто не знала, что делать с Рэнди. Одной  ее  любни  для  мальчика
явно  было  недостаточно,  и  ей  срочно  требовалась   помощь.   Постоянная
ответственность изматывала ее, но она боялась дать  какие-то  дополнительные
права отцу ребенка.
   Джесси... Она сердито сжала губы. Они разговаривали по  телефону,  но  не
виделись уже больше двух лет. Интересно, изменился ли он? Сохранил  ли  свою
способность  очаровывать?   Или   теперь   он   покажется   мне   не   более
привлекательным, чем... Джоффри?
   Мэг включила зажигание,  помедлила  и  выехала  на  обсаженную  деревьями
улицу. Нет, в этот раз она не станет убегать.
   Коттедж Таггартов стоял  в  излучине  Хэндбаскет-Крик,  в  семи  милях  к
юго-западу от городка. Чтобы добраться  туда,  Мэг  пришлось  проехать  мимо
висящей над воротами вывески: РАНЧО "ПРИТОН-НА-ХЭНДБАСКЕТ", ВЛАДЕЛЕЦ ДЖО БОБ
БРУКС.
   Когда она в последний раз видела Джо Боба, он занимался  родео  вместе  с
Джесси и был его лучшим другом. Джесси тратил уйму времени,  вытаскивая  Джо
Боба то из одной переделки, то из другой  и  стараясь  сгладить  последствия
отвратительных шуток этого человека.
   Сначала Мэг не испытывала неприязни к Джо  Бобу.  Зато  испытывал  он,  и
действовал так хитро, что Джесси ничего не замечал. Когда  она  заговаривала
об этом с мужем, тот просто пожимал плечами и отвечал, что ей показалось.
   Вспомнив обо всем этом, Мэг снова  расстроилась.  Ну  что  же,  так  даже
лучше, когда мы встретимся с Джесси, надо помнить о  старых  обидах,  думала
Мэг, подъезжая  к  лужайке  перед  домиком  Таггартов.  Если  только  он  не
изменился полностью, устоять перед этим человеком будет  непросто.  Придется
быть все время начеку.
   Она сразу же увидела его. Обнаженный по пояс, он ставил в свежевыкопанную
яму столб для ограды  корраля.  Когда  Джесси  выровнял  столб,  на  гладкой
загорелой спине напряглись сильные мускулы. Мэг пробрала дрожь.
   Джесси Джеймс Таггарт был шести с лишним футов, а в  ковбойских  сапогах,
даже старых, со стоптанными каблуками, еще выше. Рядом с  ним  Мэг  казалась
совсем крошкой.
   Вылинявшие от бесконечных  стирок  джинсы  обтекали  его  узкие  бедра  и
мускулистые ноги, как кленовый сироп - оладьи. Мэг облизнула пересохшие губы
и заставила себя отвести глаза. Заглушив мотор, она еще раз напомнила  себе,
что подобные мысли доставляют девочкам серьезные  неприятности,  и  взрослым
девочкам - тоже. Нужно думать только о деле.
   Ее дед выразил свое пожелание, точнее, требование, предельно ясно.
   "Вы с Джесси слишком упрямы, чтобы снова сойтись, и слишком упрямы, чтобы
развестись, - заявил Джон  Рэндал  с  необычной  для  него  прямотой.  -  Вы
устроили войну нервов: кто кого, и от этого страдает ваш сын.  Ты  и  Джесси
Таггарт обязаны прийти к какому-то соглашению, прежде  чем  ты  вернешься  в
Бостон, а это означает,  что  вы  решите  раз  и  навсегда:  ваш  брак  либо
продолжается, либо прекращается".
   От этого страдает ваш  сын.  Чувство  вины  окружало  ее,  как  уродливое
облако. Неужели я плохая мать? Сомнение,  порожденное  угрызениями  совести,
заставило ее подчиниться шантажу деда. Она не побоялась бы никаких угроз, но
ради Рэнди готова была на что угодно.
   Все равно ей пришлось бы воевать с Джесси из-за той  школы,  которую  она
выбрала. Чтобы заставить его согласиться, могли понадобиться месяцы, но  она
была уверена: Джесси поймет, что эта школа действительно необходима их сыну.
При всех его недостатках Джесси любит своего  ребенка  и  хочет  ему  только
добра.
   Это было единственным достоинством, которое она соглашалась  признать  за
мужем. Мэг вздохнула. Если бы только Джесси не был  таким  волком-одиночкой.
Если бы он не заблуждался так сильно!
   Если бы Джесси не был так великолепен, мысленно поправила она себя, когда
он выпрямилея, отпустил столб и вытер руки  о  джинсы.  Только  после  этого
Джесси, оглянулся, словно не торопясь возобновить старое знакомство.
   От первого же взгляда на него у Мэг перехватило дыхание,  точно  так  же,
как восемь лет назад. Тогда, на заснеженном склоне в Эспене, он был явно  не
на месте. Сейчас же он снова оказался в  своей  стихии,  а  вот  ее  ожидали
немалые трудности.
   Джесси снял со столба свой  поношенный  "стетсон"  и  нахлобучил  его  на
голову. Потом сдернул с забора рубашку и двинулся к Мэг так хорошо  знакомой
ей легкой, быстрой походкой. Он не улыбался, она тоже.
   Она просто замерла рядом с машиной, точно мышка, ожидающая решения  кота:
схватить ее сразу или сначала поиграть с ней.
   Джесси остановился футах  в  десяти  от  нее,  наклонил  голову  набок  и
прищурился. Рассеянно приподнял шляпу  и  заправил  под  нее  влажные  пряди
темных волос. Потом натянул рубашку. И все это - не сводя с нее глаз.
   Жаль прятать под одеждой такое  тело,  подумала  Мэг,  наблюдая  за  ним.
Гладкая, покрытая мощными мускулами грудь, подтянутый живот. Она помнила  на
ощупь его Кожу, упругость его...
   - Тебе бы надо было постричься, - вдруг  произнесла  она  и  отвернулась,
чтобы не видеть его больше. И не вспоминать.
   - А вот тебе не надо было.
   От его голоса, который она вот уже два  года  слышала  только  искаженным
телефоном, по спине у нее побежали мурашки. Этот  низкий  хрипловатый  голос
всегда казался ей необыкновенно сексуальным.
   Немедленно прекрати! - приказала она себе. Не позволяй  заманить  себя  в
эту ловушку.
   - О чем это ты? - поинтересовалась она вслух.
   Он подошел к ее "хонде".
   - Ты постриглась. А мне нравились длинные волосы. - Он словно обвинял  ее
в неверности.
   Мэг виновато коснулась светлых кудрей,  поймала  себя  на  этом  жесте  и
отдернула руку.
   - Я обрезала волосы уже больше года назад. Всем нравится.
   Он открыл багажник.
   - Раньше было так красиво - длинные, шелковые...
   Он умолк, но слишком поздно. Их взгляды встретились, и она поняла, что он
тоже помнит, как раскладывал ее волосы по подушке шелковым веером.
   - Хорошо хоть ты не перекрасилась.
   - А почему это я должна перекрашиваться? -  вспыхнула  Мэг,  доставая  из
машины маленький кожаный чемодан. - Меня вполне устраивают мои волосы,  даже
если ты предпочитаешь обесцвеченных блондинок.
   - Черт побери, я  вовсе  не...  -  Джесеи  выпрямился.  На  щеках  играли
желваки, глаза были полуприкрыты, а голос стал похож на шипение разъяренного
кота. - А может, это блондинки предпочитают меня?
   Мэг мысленно сосчитала до пяти.
   - Меня это не удивляет, - ласково сообщила она и подняла чемодан. Обогнув
машину, она поставила чемодан на землю и глубоко вздохнула: - Домик выглядит
совсем как прежде.
   - Угу,  -  согласился  Джесси.  -  Он  совсем  не  изменился.  Только  мы
изменились.
   С этим  трудно  было  спорить,  и  она  снова  окинула  взглядом  длинный
деревянный  дом.  Он  стоял  в  окружении  дубов,  позади   него   протекала
Хэндбаскет-Крик. Кирпичная труба на крыше говорила о том, что  в  доме  есть
камин, единственный  источник  тепла.  Боковую  сторону  и  половину  фасада
занимала открытая веранда.
   Мэг знала, что дом построен еще прапрапрадедушкой  Джесси  в  пятидесятые
годы - восемьсот пятидесятые. Вскоре после  этого  Таггарты  перебрались  на
двести миль севернее и построили ранчо "Рокинг Т. ". Но сохранили и  дом  на
берегу Хэндбаскет-Крик - как воспоминание о предках.
   Сначала  в  нем  была  всего  одна  спальня,  и   последующие   поколения
достраивали и расширяли его. Когда Мэг приехала сюда восемь лет назад, чтобы
провести медовый месяц, в доме было три спальни, кухня, столовая и гостиная.
   Мой медовый месяц!.. Но нет, я не буду думать  о  нем  -  ни  сейчас,  ни
потом. Схватив чемодан, она  решительно  поднялась  на  крыльцо  и  толкнула
дверь. На пороге она  так  резко  остановилась,  что  шедший  следом  Джесси
налетел на нее. Не слушая его извинений, Мэг коротко бросила:
   - Я займу переднюю спальню.
   - Там я. Ты можешь спать в большой.
   - В хозяйской? - удивленно подняла она бровь. - Бери  ее  себе.  В  конце
концов, хозяин здесь ты.
   Но он не клюнул на эту удочку.
   - Я приехал первым и выбрал переднюю спальню. Ты бери себе большую.
   Мэг свернула налево по короткому коридору.
   - В таком случае я предпочитаю дальнюю спальню.
   - Да она размером со шкаф, - возразил Джесси, следуя за ней с чемоданами.
- И кроме того...
   - Я же сказала: буду спать в дальней комнате. -  Мэг  остановилась  перед
закрытой дверью и вызывающе посмотрела на него.
   - Но...
   - Я хочу спать здесь, и я буду спать здесь, так что говорить больше не  о
чем. - На самом же деле ей просто не хотелось  спать  в  хозяйской  спальне,
там, где она провела свой медовый месяц.
   - Не в моих правилах отказывать даме, - чуть насмешливо улыбнулся Джесси.
   Он потянулся, чтобы открыть  дверь,  и  слегка  задел  ее  -  плечо.  Мэг
вздрогнула, но тут же взяла себя в руки, надеясь, что он ничего не заметил.
   Джесси распахнул дверь и обернулся к  жене,  расплывшись  в  улыбке.  Той
самой заразительной улыбке, которая всегда так привлекала ее...
   Он был прав, отговаривая Мэг от этой комнаты.
   Кровать исчезла. На ее месте стояла гора банок с красками, рулоны обоев и
какие-то строительные материалы.
   - Господи!
   - Значит, большая спальня? Либо... либо вместе.
   Она почувствовала, что краснеет.
   - Джесси, ну пожалуйста, поменяйся со мной, - умоляюще попросила она.
   - Ни за что.
   - Но я не хочу...
   Что-то сверкнуло в его ясных серых глазах.
   - А ты думаешь, я хочу? Не одна ты сражаешься с воспоминаниями.
   Она с достоинством выпрямилась.
   - Кто говорит о...
   - Пожалуйста, можешь отрицать хоть до посинения, мне-то что?  Я  тоже  не
хотел приезжать сюда. - Он покачал головой с явным отвращением.  -  На  этот
раз два старых козла превзошли самих себя.
   - Не  смей  называть  моего  дедушку  старым  козлом!  -  Мэг  решительно
пересекла коридор  и  вошла  в  хозяйскую  спальню  -  целых  двенадцать  на
четырнадцать футов. У дальней стены  стояла  красивая  резная  кровать.  Мэг
швырнула чемодан на покрывало.
   Джесси  с  грохотом  опустил   остальные   чемоданы   на   коврик   возле
кресла-качалки.
   - Я знаю, ты здесь тоже не по своей воле.
   - Разумеется! - Чтобы не смотреть на  него,  она  расстегнула  чемодан  и
стала раскладывать косметику. -
   - И как же Джон заставил тебя приехать? - Джесси  осторожно  опустился  в
старинное кресло, словно боясь, что оно вот-вот развалится.
   - Пригрозил, что перестанет выплачивать мне содержание.  А  что  пообещал
сделать Том Ти?
   - Сказал, что продаст "Рокинг Ти" и купит дом для престарелых  где-то  во
Флориде.
   Она расхохоталась, увидев мрачное выражение его лица.
   - Неужели ты поверил?
   - Не верил, пока не вмешался Бун. Он уже тыщу  лет  уговаривает  Тома  Ти
продать ранчо. Считает, что дед уже слишком стар,  чтобы  играть  в  ковбоя,
именно так он и выразился.
   - Твой брат не так уж неправ, - заметила Мэг.
   Ответом ей был ледяной взгляд.
   - Мой брат живет в Лондоне и не имеет представления о том, что происходит
здесь. Пусть лучше занимается своим делом, я ему так и сказал.
   - До или после того, как сдался ради "Рокинг Ти"?
   - После. - Джесси снял шляпу и швырнул ее на кровать. Она  зацепилась  за
резной столбик кровати и закрутилась на нем, как будто...
   Как будто он сделал это не в первый раз.
   Мэг сжала кулаки.
   - Пожалуйста, - с трудом выдавила  она,  -  если  это  моя  комната,  мне
хотелось бы остаться одной.
   На мгновение ей показалось, что он откажется уйти, но Джесси вскочил и  в
два шага оказался у двери. Немного постояв, он оглянулся и  хмуро  посмотрел
на нее.
   - Я обманул тебя, - произнес он ровным голосом.  -  Я  приехал  не  из-за
"Рокинг Ти". Я приехал потому, что люблю Рэнди. Неужели ты думаешь, я сделал
бы это ради чего-нибудь, кроме любви?
   Он приехал по той же причине, что и я.
   Джесси вышел, а она все сидела и  смотрела  на  закрытую  дверь,  пытаясь
подавить в себе чувство пустоты.
   А, собственно, чего ты ожидала?
   Мэг заставила себя разобрать вещи, отнести косметику в  ванную,  повесить
одежду в небольшой, отделанный  кедром  шкаф.  Каждое  движение  давалось  с
трудом, но она справилась.
   С мыслями справиться было невозможно.  Уже  много  лет  ей  удавалось  не
думать о том, во что они превратили свой брак. Теперь  ей  стало  совершенно
ясно, что, пока она здесь, она не сможет думать ни о чем другом.
   Правда, которой она так долго избегала, теперь встала перед ней  со  всей
очевидностью: когда они с Джесси поженились, у них не  было  ничего  общего,
кроме любви.
   Подойдя к кровати, она машинально сняла "стетсон" с  резного  столбика  и
прижала к груди белый фетр с пятнами пота. У нее дрогнуло сердце, будто  она
коснулась не шляпы, а его самого.
   Испугавшись, Мэг отшвырнула  как  можно  дальше  от  себя  это  осязаемое
воспоминание. Шляпа заскользила по стоявшему возле стены небольшому комоду и
упала на пол. Раздавшийся звон говорил о том, что она свалила что-то еще.
   Мэг наклонилась и подняла шляпу. Под ней лицом вниз лежала  фотография  в
рамке,  окруженная  осколками  стекла.  Осторожно  стряхнув   осколки,   она
перевернула снимок.
   Моя свадебная фотография! Мэг помнила  этот  день,  как  будто  все  было
только вчера. Фотограф цоймал момент, когда они смотрели в глаза друг  другу
словно в немом изумлении.
   До свадьбы они были знакомы две недели, и Мэг утещала себя тем, что это и
так чудо, что им удалось прожить вместе довольно долго.
   Она крепко держалась за восточный стиль жизни, а он продолжал  жить  так,
как принято на Западе, и ни один из них не попытался  найти  какое-то  общее
решение.
   Она долго не хотела верить, что не нужна  ему,  но  в  конце  концов  все
происходившее заставило ее признать это, и она уехала. Он не бросился за ней
следом. Все было ясно. И очень больно.
   Минута шла за минутой, а  Мэг  по-прежнему  стояла  на  коленях,  пытаясь
разобраться в ситуации, в которую попала, и понять, почему  Джесси  все  еще
носит обручальное кольцо.
   В шесть часов Джесси постучал в дверь ее комнаты.
   - Ужин готов.
   Она прислушалась к звукам  удаляющихся  шагов,  отложила  книгу,  которую
читала, вернее, которую держала в руках, и неохотно пошла в столовую.
   Джесси стоял у стойки бара,  отделявшей  кухню  от  столовой,  с  большим
кувшином в руках. Перед ним были два стакана. Мэг подошла к обеденному столу
и отодвинула стул.
   - И что же у нас сегодня в меню? - поинтересовалась  она,  усаживаясь.  -
Заливной фазан? Цыпленок по-королевски? Болонские сэндвичи?
   Джесси принес стаканы и поставил один перед ней.
   - Ничего похожего. Мы будем есть настоящую еду. - Он повернулся к бару  и
забрал стоявшие там две глубокие тарелки.
   - Страшно даже смотреть. - Мэг подняла стакан и сделала большой глоток. -
Это же сладкий чай! - Она скривилась и возмущенно поставила стакан на стол.
   - Ну и что? Я такой люблю. - Он поставил перед  ней  тарелки.  -  Бобы  с
копчеными сосисками, - довольно сообщил он. - Налегай.
   Этого и следовало ожидать. Джесси никогда не был хорошим поваром. Но будь
же справедлива, напомнила она себе. И ты была не лучше. Разница лишь в  том,
что ты это понимала, а он - нет. Вместо того чтобы готовить то,  что  любит,
он любит то, что готовит.
   Открыть,  разморозить,  сунуть  в  микроволновую  печь.  Все,  что  можно
намазать на крекер или засунуть между двух ломтиков хлеба, его устраивало.
   Вот и сегодня он открыл банку бобов,  разрезал  упаковку  сосисок  и  все
перемешал. Иногда он подогревал свое любимое блюдо, а порой, как  сейчас,  и
того не делал.
   Джесси ел с аппетитом, но, увидев, что  она  не  притрагивается  к  своей
порции, поднял голову и нахмурился.
   - Слушай, когда ты будешь готовить,  выбирай  какое  хочешь  меню.  -  Он
отложил вилку.
   Мэг вдруг почувствовала себя виноватой в том, что испортила ему ужин. Она
наколола на вилку два боба и принялась их рассматривать.
   - Думаю, так будет по-честному, - согласилась она.  -  Просто  ты  застал
меня врасплох. Я не пробовала этого с тех пор,  как...  -  Она  замолчала  и
принялась за еду. Оба знали, с каких пор. С тех самых, когда он в  последний
раз угощал ее. - Неплохо, - заметила она минуту спустя.
   - Может, со временем ты их полюбишь?
   - Никогда в жизни!
   Их взгляды встретились, и оба не смогли сдержать улыбки.
   Мэг вылила сладкий чай из своего стакана в раковину и налила воды.
   - По крайней мере теперь я спокойнее переношу твои странности - в еде,  -
заметила она, снова садясь к столу.  -  И  в  доказательство  своих  честных
намерений утром приготовлю завтрак.
   Джесси откинулся на спинку стула с удивлением, показавшимся ей притворным
лишь отчасти.
   - Не могу дождаться. Том Ти завез сюда целых три  сорта  консервированных
каш, так что с голоду мы не умрем.
   Мэг могла бы рассердиться на эту насмешку, но почему-то не  рассердилась.
Она лишь презрительно наморщила нос и снова взялась за  вилку,  почувствовав
вдруг волчий аппетит.
   - Ну, и чем же мы будем здесь заниматься, чтобы не сойти с ума от  скуки?
- поинтересовалась она между двумя кусками сосиски.
   - Уж наверняка не тем, чем в прошлый раз, - бросил в ответ Джесси.
   У Мэг тотчас вспыхнули щеки. Он во всем ищет  двойной  смысл...  Черт  бы
побрал двух старых заговорщиков! Аппетит  снова  пропал,  и  она  отодвинула
тарелку.
   - Мне что, нужно контролировать каждое свое  слово?  -  сердито  спросила
она.
   - Думаешь, получится? - Джесси потянулся за ее тарелкой.
   - Я и стараться не хочу, - ответила она, наблюдая, как он ест  ее  вилкой
из ее же тарелки. - Со  стороны  моего  деда  и  Тома  Ти  это  было  просто
свинство.
   - А с их точки зрения, они поступили правильно.
   - Ты их защищаешь?
   - Вот уж нет! Но я понимаю, почему они так сделали.  Они  беспокоятся  за
Рэнди. Не меньше, чем ты и я. Ребенок превращается в...
   - Не смей! Не смей называть его маменькиным сынком!
   - Мне и называть не надо, ты сама назвала. А он уже совсем не  маленький.
Просто его до сих пор водят за ручку.
   Мэг привстала, опершись на стол.
   - Главное, что мама любит его и никогда не бросит.
   Ужасное обвинение повисло между ними в воздухе. Мэг со страхом наблюдала,
как Джесси медленно отложил вилку и встал.  Его  серые  глаза  потемнели  от
гнева.
   - Эх, зря я передумал, надо было поехать в Бостон и приволочь тебя домой,
даже за волосы, если бы другие средства не подействовали, - прорычал он.
   Мэг удивленно ахнула.
   - Почему же ты этого не сделал?
   - Я подумал и решил, что в этом нет никакого смысла. Ты  ничегошеньки  не
поняла ни обо мне, ни о моей жизни.  Уж  не  знаю,  за  кого  ты  собиралась
выходить замуж, но только не за меня.
   - Нет, вы только послушайте! - Ее голос дрожал. - Если  тебе  нужна  была
ковбойская девушка, вряд ли стоило искать в Эспене.
   - А я и не искал. Ты оказалась для меня полной  неожиданностью  -  словно
подарок небес, оставленный под моей личной рождественской елкой.
   - Ну да, подарок, который ты развернул, попользовался и бросил!
   Джесси поморщился.
   - Если ты так на это смотришь, значит, я  был  прав,  что  не  поехал  за
тобой.
   Он резко отодвинул стул и вышел из комнаты. Потрясенная, Мэг смотрела ему
вслед. Потом закрыла лицо руками, едва сдерживаясь, чтобы не разреветься.
   Как все это выдержать? Он снова будет причинять мне боль. Я-то знаю. Меня
тянет к нему ничуть не меньше, а даже еще больше, чем раньше.  Может,  сразу
же предложить ему развод? Тогда мы разъедемся по домам и оставим эту боль  в
прошлом.
   Нет! Она сжала зубы. Если он хочет свободы, пусть попросит.
   Несмотря на их отношения, Мэг по-прежнему верила, что в брак вступают  на
всю жизнь. Для нее после Джесси не существовало мужчин, и она знала, что  не
будет существовать.
   А если он найдет какую-нибудь другую женщину... Она судорожно сглотнула и
заставила себя представить такую возможность. Даже если  он  и  найдет  себе
другую, я все равно никогда больше не выйду замуж Поэтому говорить о разводе
бессмысленно... если, конечно, он не хочет этого.  Тогда  я  буду  вынуждена
согласиться. Но у нас остается общий ребенок,  значит,  отношения  не  могут
быть порваны окончательно.
   Мэг вымыла посуду и навела порядок на кухне, размышляя о том, что сегодня
вечером они с Джесси наверняка больше не увидятся: он не вернется,  пока  не
остынет, а потом откажется обсуждать что-либо. Этот человек упрям как  осел.
Даже непонятно, как можно быть таким безрассудным!
   Ну нет, на этот раз я такого не потерплю. Похоже,  он  обвиняет  во  всем
случившемся меня, а я тоже имею право знать...
   Дверь распахнулась, и Мэг вздрогнула от неожиданности. Стоявший на пороге
Джесси раздраженно произнес
   - Раз уж нам придется торчать здесь  Бог  знает  сколько  времени,  нужно
сразу кое-что выяснить.
   Мэг заколебалась.
   - Согласна, - сказала она. И с опаской добавила: - А что именно?


   ГЛАВА ВТОРАЯ

   - Прежде всего мы должны помнить, зачем приехали сюда. Мы никогда  ни  до
чего  не  договоримся,  если  будем  все   время   цапаться.   Едва   успели
поздороваться - сразу принялись за свое.
   - А почему, как ты думаешь? - Она хотела сказать  это  с  иронией,  но  в
голосе отчетливо прозвучала растерянность.
   - Кто знает? - Джесси пожал плечами. -
   Мы уже стали почти чужими, не виделись больше двух лет.
   - Два года, один месяц и семь дней, но кто считает?
   - Спасибо за пинок. Он был мне очень необходим.
   - А чего ты ожидал? - Она беспомощно всплеснула руками. -  Ты  все  время
говоришь, что я плохо воспитываю своего сына...
   - Нашего сына! И я не говорил ничего такого.
   - ...нашего сына, и после этого ждешь, что я...
   - Мэг!
   - ...буду милой, послушной...
   - Маргарет!
   - ...а потом ты разозлился, бросил меня и...
   Он быстро пересек комнату, и, прежде чем она успела  воспротивиться,  его
руки, словно стальные клещи, обхватили ее плечи. Джесси поднял ее со стула и
встряхнул с такой легкостью, словно она была сделана из сахарной ваты.
   Мэг задохнулась и потеряла дар речи. Он свирепо смотрел ей прямо в  лицо,
а она не могла оторваться от его серых, с длинными ресницами глаз.
   - Почему мы здесь? - Он встряхнул ее еще раз. - Отвечай, почему мы здесь?
   - Потому, что нас заставили, заставили шантажом! Никаким другим  способом
меня сюда не загнали бы... Пусти, Джесси!
   Он покачал головой и только крепче сжал пальцы.
   - Не поэтому. Мы здесь, потому что у  Рэнди  неприятности,  и  мы  должны
решить, что делать.
   - Да. - Ее боевой пыл угас. Он был прав, и это почему-то унижало ее.  Она
так зациклилась на прошлом и настоящем, что  совсем  забыла  о  будущем.  Но
именно оно и было главным.
   Джесси снова усадил ее и отпустил.  Мэг  откинулась  на  спинку  стула  и
смотрела на него широко  открытыми  глазами,  думая,  что  лучше  бы  он  не
прикасался к ней. Она машинально провела по тем местам, где он  касался  ее,
но, осознав, что делает, поспешно отдернула руки.
   Он опустился возле нее на  пол,  накрыл  ладонями  ее  руки,  касаясь  ее
коленей,  словно  имел  на  это  полное  право.  Мэг  попыталась   придумать
какое-нибудь язвительное замечание, но в голову ничего не приходило.
   - От всего этого можно спятить, - шумно вздохнул Джесси.
   - Спятить?
   - У меня такое ощущение, что я наелся ядовитого астрагала.  -  Он  устало
покачал головой. - Мэгги, и как мы только дошли до жизни такой?
   - Я... я не понимаю, о чем ты.
   - Не понимаешь! Послушай, мы не живем вместе уже пять лет. Да,  я  помню,
сколько. Давай дадим друг другу несколько дней,  чтобы  привыкнуть,  хорошо?
Тогда, может быть, мы сможем поговорить о том, ради чего приехали сюда.
   Он оперся ладонями о ее колени, собираясь встать, и вдруг убрал руки. Она
прикусила губу и замерла.
   - Мэгги...
   - Не смей меня так называть! - взорвалась она.
   На мгновение ей показалось, что он сейчас ответит  резкостью,  но  Джесси
лишь пожал плечами.
   -  Как  скажешь,  Маргарет.  Так  ты  согласна  заключить  перемирие   на
день-другой? Нам нужно посоветоваться о многих важных вещах. Нельзя  же  все
время цапаться по пустякам.
   - Цапаться по пустякам... - медленно повторила она. - Так вот как ты  это
воспринимаешь?
   - Да. Впрочем, не имеет значения, как  это  называть.  Нам  надо  принять
действительно важные решения, но мы не сможем этого сделать, если  не  будем
честны и открыты друг перед другом.
   Обсудить важные вещи... принять решения... честны и открыты... - мысленно
передразнила его Мэг.
   Как я могу быть честной и открытой с ним? Я и  с  собой-то  не  бываю,  с
грустью вдруг поняла она. Иначе уже давным-давно признала бы, что он  разбил
ей сердце, когда отпустил ее без единого слова. Вот что потрясло  ее  больше
всего. Слава Богу, эти мучения были уже позади.
   Джесси засунул руки глубоко в карманы.
   - Не смотри на меня так, будто  я  пристрелил  твою  собаку.  Я  прошу  о
перемирии, а не о капитуляции. Просто временное прекращение огня, понятно?
   Она выпрямилась и кивнула.
   - Ты прав. Нам нужно время, чтобы разобраться. Мне кажется, ты не  больше
готов к этому, чем я.
   - Может, даже и меньше, - угрюмо отозвался Джесси.
   - Не хитри. - Мэг высоко подняла брови. - Во всяком случае, мы  на  твоей
территории. Согласись, Техас дает тебе дополнительную поддержку.
   - Какая разница, в чьем мы штате?
   - Спроси Тома Ти и дедушку - они встретились на полпути, в Сент-Луисе.
   - Ты хочешь в Сент-Луис? Прекрасно! Завтра же садимся в мою машину и едем
в СентЛуис.
   - А почему не в мою? Почему мы должны ехать в твоей машине?
   - Да потому, черт побери, что твоя машина - не твоя, она взята  напрокат!
Мы поедем в моей машине, и точка!
   - Джесси...
   Он обреченно вздохнул:
   - Ну что еще?
   Она улыбнулась.
   - Мне кажется, перемирие - просто чудесная мысль.
   Почему в разговоре  с  ним  я  стараюсь,  чтобы  последнее  слово  всегда
оставалось за мной? Я ведь не была такой раньше, удивлялась Мэг, готовясь ко
сну.
   Выдавливая зубную пасту  на  щетку,  она  вспомнила,  что  Джесси  всегда
выдавливал пасту из середины тюбика и почти никогда не завинчивал  колпачок.
Теперь все ее тюбики аккуратно закручены с конца и все колпачки завернуты.
   И еще ей больше не надо есть  бобы  с  копчеными  сосисками,  выливать  в
раковину сладкий чай... и с нетерпением ждать ночи.
   Выйдя из ванной, она остановилась перед двухспальной кроватью,  не  самой
большой из всех, какие она видела, но очень удобной для двоих.  Это  уж  она
знала точно.
   Мэг с грустью опустилась на  кровать  и  обняла  полированный  деревянный
столбик. Придется спать здесь. Выбора  нет.  Но  при  виде  того  же  самого
покрывала с узором из обручальных колец ей захотелось плакать.
   Нет, наши деды поступили очень жестоко, уже в который раз  подумала  Мэг.
Где угодно - только не здесь. Уж лучше бы на извергающемся вулкане.
   Не говори глупости! - остановила она себя.
   Вскочила, выключила лампу и нырнула под одеяло.
   Сегодня мне не удастся даже глаз сомкнуть.
   Ну и вид у меня будет завтра...
   Но она уснула. И видела сны.
   Вот Джесси переносит ее через порог старого дома...  они  оба  смеются...
руки Джесси скользят по ее телу, и он ставит ее на ноги перед  ярко  горящим
камином.
   - Я люблю тебя, Мэгги. Никогда не думал, что могу кого-то любить так, как
тебя.
   - А я люблю тебя, Джесси Джеймс Таггарт.
   И буду любить до самой смерти.
   С удивленными восклицаниями она рассматривала старый дом, опьянев  не  от
вина, а от возбуждения. Они переходили из комнаты в комнату, пока не подошли
к последней двери.
   - Ох, Джесси, я никогда не видела такой кровати!
   - Это брачное ложе, Мэгги. Кровать сделал мой прапрапрадедушка, а  перину
сшила и набила моя прапрапрабабушка. Том Ти привез  сюда  на  медовый  месяц
бабушку Эгги, мой отец - мою мать, а теперь я привез тебя.
   "Стетсон" пролетел через всю комнату и  точно  приземлился  на  одном  из
столбиков... Горячие, нетерпеливые пальцы  Джесси  расстегнули  пуговицы  ее
красного дорожного костюма, а потом запутались в ее густых, до пояса волосах
и разложили их по всей подушке, словно шелковый веер.
   - У тебя самые красивые на свете волосы, самые красивые глаза, самый...
   - Самый чудесный муж. Джесси, пообещай  мне,  что  мы  всегда  будем  так
счастливы... как сейчас. Пообещай!
   - Обещаю, любовь моя. Все, что хочешь! Да, все, что хочешь!
   Мэг  резко  села  на  кровати,  задыхаясь,  с  бешено  бьющимся  сердцем.
Несколько мгновений она пыталась сообразить  в  темноте,  где  находится,  а
потом поняла, что это всего лишь сон. Нет, даже не сон, а воспоминание.  Она
снова упала на подушку и крепко зажмурилась. Боль, которую  он  причинил  ей
потом, заглушила радость первых дней.
   Прижав к груди подушку, Мэг усилием воли заставила себя успокоиться. Если
я не могу контролировать свое подсознание, то  уж  жизнь-то  свою  смогу.  И
сделаю это непременно.
   Я буду вежлива, но холодна. Не буду цапаться. Не буду  спорить.  Не  буду
обижаться. Я постараюсь вести себя так, как принято в культурном обществе.
   С удовольствием обдумывая свой новый сценарий, Мэг решила  доказать  ему,
что перед ним женщина, которая не потерпит никакого вздора. Женщина, умеющая
управлять своей жизнью, серьезная и  ответственная,  которая  может  принять
правильное решение, когда дело касается ее сына. Включая и то, в какую школу
ему ходить. Ведь это лишь  первый  из  многих  важных  вопросов,  касающихся
Рэнди. Если им с Джесси не удастся договориться сейчас,  то  впереди  у  них
долгие годы споров и ссор.
   А если мы уладим свои отношения, то я не буду тосковать по нему, даже  во
сне.
   А может, и буду...
   Маргарет подняла глаза от  шипящей  на  сковородке  колбасы  и  сдержанно
улыбнулась Джесси.
   - Доброе утро, - произнесла она спокойным, деловитым тоном.
   Он выдавил из себя всего одно слово:
   - Кофе!
   Джесси выглядел  ужасно.  Так  ужасно,  что  Мэг  побоялась,  как  бы  ее
сочувствие не испортило хорошо продуманного образа небрежного превосходства.
   Он  не  побрился,  и  на  подбородке  торчала  щетина.  Отросшие,  волосы
закручивались вокруг ушей и падали на лоб, а глаза потемнели  от  усталости.
Джесси был босой, в потертых джинсах и  клетчатой  рубашке  нараспашку.  Она
молча смотрела, как он налил себе кофе, сделал большой глоток...
   И обжегся.
   - А, ч... - Он бросил на нее быстрый взгляд и закончил: - Горячо!
   Мэг достала из буфета стакан, налила воды и протянула ему.
   - Спасибо! - обрадовался Джесси.
   Ну зачем ты это сделала! - мысленно отругала она  себя.  Если  мы  начнем
оказывать друг другу любезности, то держаться на расстоянии окажется гораздо
труднее.
   Она с удивлением обнаружила, что взяла в  руки  банку  варенья  и  теперь
тщетно пытается открыть крышку. Когда Джесси встал  у  нее  за  спиной,  Мэг
почувствовала безотчетную дрожь, хотя он даже не коснулся ее.
   - Дай мне, - произнес он возле самого ее уха.
   В растерянности она позволила ему забрать банку Быстрым движением  Джесси
открыл ее и с фустной улыбкой протянул жене.
   Она  взяла  банку,  чувствуя,  как  от  его  близости  в  ней   нарастает
напряжение, и, чтобы немного разрядить обстановку, вдруг произнесла:
   - Ты похож на... - и умолкла.
   - Знаю, - мрачно отозвался Джесси. Он взял кружку и отнес ее на стол. - Я
выгляжу так, словно на мне хорошенько поездили, а потом поставили  в  стойло
прямо в мыле.
   - Нет-нет, - поспешно возразила она, хотя суть  он  передал  верно.  -  Я
просто хотела сказать, что ты выглядишь... усталым.
   - Мой матрас, похоже, набит камнями. - Он внимательно посмотрел на нее. -
Зато ты...
   Под его взглядом она пожалела, что надела  такие  узкие  джинсы.  И  хотя
бледно-розовая футболка была даже слишком просторна, Мэг почувствовала,  как
напряглась ее грудь. Пытаясь скрыть свою реакцию, она поспешно отвернулась.
   Джесси одобрительно хмыкнул.
   - Судя по твоему виду, ты спала как младенец.
   - Точно, - солгала она, радуясь, что так удачно наложила косметику. -  Ты
же знаешь, какая это удобная кровать... - Слишком  поздно  она  поняла,  что
язык еще раз подвел ее. Мэг почувствовала, как  кровь  прилила  к  щекам,  и
скорчила гримасу.
   - Да, - мягко согласился он, - эта кровать всегда была очень  удобной.  -
Он улыбнулся, словно просыпаясь. - Перемирие, не забыла?  Я  вовсе  не  хочу
смущать  тебя,  Мэгги..  прости...  Мэг.  Лучше  сменю  тему.  Чем  это  так
потрясающе пахнет?
   Улыбка, которую она сдерживала с самого его появления на  кухне,  наконец
прорвалась наружу.
   - Колбаса, соус, бисквиты и яичница, - гордо объявила Мэг. -  Ты  готовил
мне ужин, а я тебе - завтрак.
   Он с удивлением посмотрел на нее.
   - Но ведь кто готовит, тот и выбирает меню.
   - Совершенно верно. - Она открыла дверцу плиты - проверить,  зарумянились
ли бисквиты, и, прихватив полотенцем, вытащила противень.
   - Так это же мой любимый завтрак! Ты, насколько  я  помню,  предпочитаешь
что-то вроде сока кумквата и язычков колибри на вафлях.
   Это прозвучало скорее ласковой шуткой, чем насмешкой. Мэг наморщила нос.
   - А может, я пытаюсь исправить вчерашнее неудачное начало. Такое  тебе  в
голову не пришло?
   Джесси задумался.
   - Нет, - признался он наконец. - Главным образом потому, что ты никогда в
жизни не готовила для меня завтрак.
   - Нет, готовила!
   - Я говорил о готовке. Высыпать хлопья из коробки  -  это  не  считается.
Правда, один раз было дело...
   - Никак не меньше трех раз. - Мэг сняла с плиты соус. Честно говоря,  она
выучилась готовить уже после того, как ушла от него. Нужно  же  было  чем-то
заняться, дожидаясь,  пока  он  приедет  и  заберет  ее  домой.  Она  любила
представлять, как он удивится и обрадуется, узнав, что она не тратила  время
зря, пока они были в разлуке.
   Оказалось, за пять лет можно научиться неплохо готовить.
   - Знаешь, это просто чудо, что мы не умерли с голоду,  -  раздался  сзади
его голос. - Я не хотел готовить, а ты не умела.
   - Да, Джесси. - Она мило улыбнулась и поставила перед ним тарелку. - Я не
умела готовить, и знала это. А ты не умел готовить,  но  этого  не  знал.  Я
поняла это гораздо позже. Теперь я  умею  готовить,  а  вот  ты  по-прежнему
тешишь себя иллюзией. Признайся в этом, и я дам тебе сладкого.
   Шестью  бисквитами  позже  он  с  удовлетворением  вздохнул  и  отодвинул
тарелку.
   - Никогда в жизни не ел такого вкусного печева, - признался  он,  помогая
ей убирать со стола. - Даже в Техасе!
   Мэг засмеялась от удовольствия и удивления. Он никогда  не  был  щедр  на
похвалу. Когда она делала что-то  хорошо  -  да,  это  случалось  редко,  но
все-таки случалось, - он просто не обращал внимания, словно хвалить ее можно
было только за какие-то героические усилия.
   Он никак не мог понять, что все ее усилия были героическими.  Выросшая  в
доме,  полном  слуг,  воспитанная  дедом,  который  превыше   всего   ставил
благопристойность, она совершенно не владела искусством стирки и уборки.  До
такой степени, что уже после первого курса университета ей пришлось покинуть
студенческое общежитие. Она сняла квартиру с  прислугой,  которая  приходила
ежедневно и выполняла всю тяжелую работу, в том числе мыла посуду и вешала в
шкаф ее одежду.
   Но она учла свои недостатки и старалась доказать, что  может  измениться.
Означала ли его похвала, что и он кое-чему научился, пока они жили врозь?
   Позавтракав и  вымыв  посуду,  Джесси  вежливо  пригласил  ее  покататься
верхом. Мэг так же вежливо отказалась. Пока все  идет  прекрасно.  Не  стоит
искушать судьбу и проводить вместе слишком много времени.
   Она слышала, как он уехал. Когда же он вернулся  через  несколько  часов,
Мэг сидела на полу перед остывшим камином, а рядом с ней  на  коврике  стоял
маленький потрепанный чемодан. Вокруг  на  полу  лежало  множество  семейных
фотографий.
   - Смотри, -  приветливо  сказала  она,  -  я  нашла  фамильное  сокровище
Таггартов!
   Джесси мало рассказывал ей о своей семье, но  теперь  Мэг  понимала,  что
это, скорей всего, из-за того, что она особенно и не интересовалась.  Первый
год супружеской жизни они были заняты исключительно друг другом;  во  второй
год все их интересы сосредоточились на ребенке.
   Весь третий год они выясняли отношения, которые  так  и  не  выяснили.  А
после этого пять лет жили врозь.
   Конечно, она знала, что Таггарты были среди первых поселенцев Техаса,  но
это, пожалуй, и все. Ей даже не приходило в голову,  что  история  их  семьи
может  быть  не  менее  интересной,  чем  история  ее  собственных  предков,
приплывших в Новую Англию на "Мэйфлауэр".  Теперь  она  краснела  при  одной
мысли о своем снобизме.
   Джесси с улыбкой оглядел найденные  ею  сокровища,  наклонился  и  поднял
фотографию.
   - Это бабушка Тома Ти, Диана, - сказал он, подтверждая то, что Мэг смогла
прочесть на обороте снимка. - Она вышла замуж за  Джеймса  Таггарта,  отсюда
мое второе имя. Ее семья перебралась на Юг после войны.
   - После гражданской войны.
   Он ухмыльнулся.
   - Войны за права Юга, против агрессии северян.
   - А, я поняла, ты имеешь в виду бунт южан, - радостно закивала она.
   В ответ он лишь скептически поднял брови, потом опустился на пол рядом  с
ней.
   -  Где  ты  отыскала  чемодан?  -  спросил  Джесси,  поглаживая   старую,
облупившуюся кожу.
   - На полу в кладовке. Ничего, что я в нем роюсь?
   - Ну конечно! Мы же здесь все Таггарты.
   Во  всяком  случае  -  пока.  Мэг  взяла  в  руки  следующую  фотографию,
изображавшую серьезную молодую женщину. Она  была  одета  в  простое  темное
платье с великолепной брошью-камеей, и даже  спустя  многие  десятилетия  на
снимке было видно, что глаза ее светятся необыкновенной волей и умом.
   - А это моя двоюродная прабабушка, Роза,  -  пояснил  Джесси.  -  Ее  имя
связывают с тем знаменитым воякой, который похоронен на маленьком кладбище в
Шоудауне. Тогда это был тихий городок Джонс, штат Техас, пока его не оживили
прабабушка Роза и ее поклонники. Об этом есть целая легенда.
   Гладя на женщину с  фотографии,  вполне  можно  было  поверить,  что  она
способна встряхнуть целый город. Во  взгляде,  которым  она,  чуть  улыбаясь
полными губами, смотрела в объектив, не было ни робости, ни застенчивости.
   - Что же с ней случилось? - поинтересовалась Мэг, довольная, что  женщины
из рода Таггарт могут быть такими же буйными и непокорными, как и мужчины.
   - Точно никто не знает, - серьезно ответил Джесси. Ему, похоже,  нравился
ее интерес. -  Говорят,  после  большой  стрельбы  она  отдала  свое  сердце
победителю, которым оказался шериф. Жители Джонса тут же  изменили  название
городка на Шоудаун, чтобы увековечить память  о  самом  интересном  из  всех
происходивших здесь событий.
   Улыбнувшись, Мэг положила фотографию обратно в коробку и  стала  собирать
остальные
   - А твоя прапрабабушка Диана? Что стало с ней?
   - Она прожила счастливую жизнь, - ответил Джесси. Его голос звучал  почти
нежно, словно разговор о предках доставлял ему большое удовольствие.  -  Она
любила своего мужа, и они прожили вместе почти пятьдесят  лет.  У  нее  было
трое сыновей, и один, по имени Бун, стал отцом Тома Ти и моим прадедушкой.
   Джесси поднял  несколько  пачек  старых  писем,  перевязанных  выцветшими
голубыми ленточками.
   - Можешь прочитать их, если хочешь.
   - Потом, - с трудом выдавила Мэг. Пятьдесят лет! Наверное,  прапрадедушка
Джеймс был необыкновенным мужчиной, не то  что  его  независимый  и  упрямый
потомок.
   А потомок тем временем вытащил большой конверт, который она  спрятала  на
самое дно чемодана.
   - Что это?
   - Ничего, - поспешно ответила она, пытаясь забрать конверт.
   Он отвел ее руку в сторону.
   - Если ничего, то почему я не могу посмотреть?
   - Потому что... - Прикусив губу, она наблюдала, как он открыл  конверт  и
вытряхнул на пол содержимое. - Я же тебя  предупреждала,  -  угрюмо  сказала
Мэг.
   Джесси смотрел на россыпь фотографий, сделанных в те счастливые дни:  вот
Мэг стоит рядом с Джесси на  горной  лыжне,  вот  Джесси  учит  Мэг  седлать
лошадь, а вот крошечный плачущий Рэнди в тот день,  когда  его  принесли  из
больницы.
   - Ты их смотрела? - пристально глядя на нее, спросил Джесси.
   - Нет. То есть я посмотрела, что это такое, и отложила в сторону.
   - Почему? Неужели у тебя такие тяжелые воспоминания?
   Нет, не тяжелые, просто слишком болезненные. И не надо напоминать  мне  о
том времени, когда я наивно верила, что тебе нужна жена, нужна семья.  Зачем
жалеть о том, чего не может быть?
   Она уже была  готова  сказать  все  это  вслух,  но  резко  обернулась  и
оказалась лицом к лицу с Джесси. Совсем рядом! Едва Мэг взглянула  на  него,
как почувствовала, что ее захватывает вихрь эмоций.
   Точно так же они встретились впервые: словно искали друг друга всю жизнь.
Это была любовь с первого взгляда. Брат Джесси, Бун, тоже был в тот  день  с
ними, но Мэг его почти не заметила.
   Но тогда они были молодые, глупые, а  теперь  стали  совсем  другими,  по
крайней мере она. Она не подпадет снова под обаяние  его  гладкой  загорелой
кожи, пышных темных волос,  сильного  чувственного  рта  и  ресниц  -  таких
длинных, что, когда он закрывал глаза, на щеки падала тень...
   Губы Джесси растянулись в улыбке.
   - Наверно, твои воспоминания хуже моих. - Он повернулся  и  сунул  снимки
обратно в конверт. - Что ты еще нашла?
   - Ничего, - ответила она. - Больше ничего.
   Мэг принялась поспешно складывать  все  обратно  в  чемодан:  фотографии,
старые приглашения, рецепты, бумажный веер, украшенный пухлыми купидонами...
   Он молча наблюдал за ней  и  не  сделал  попытки  остановить,  когда  она
схватила чемодан и унесла его.
   Но когда Мэг ушла, Джесси осторожно вытащил конверт с фотографиями из-под
коврика, куда его спрятал. Вскочив, он отнес конверт  к  себе  в  спальню  и
высыпал его содержимое на кровать.
   Он долго перебирал фотографии, иногда останавливаясь,  чтобы  рассмотреть
какую-то деталь. В конце концов все фотографии были возвращены в  конверт  -
все, кроме одной. Он взял в руки снимок  и  стал  внимательно  рассматривать
его.
   Никогда в жизни Джесси не встречал такой красивой девушки,  как  Маргарет
Рэндал. У него перехватило дыхание, когда  он  увидел  впервые  эту  длинную
гриву медово-золотых волос и бархатно-карие глаза. Однако с ног его сбила не
внешность, Джесси видел немало красавиц, но ему  и  в  голову  не  приходило
жениться на одной из них.
   Нет, что-то другое влекло его к ней так сильно, что он позабыл обо  всем:
то, как она склоняла голову набок, когда смеялась, как широко открывались ее
глаза, если она бывала смущена и растерянна, как старалась сурово сжать свои
нежные губы, когда сердилась...
   Все в ней притягивало его с непонятной силой.
   И теперь она казалась ему прежней, но другой.
   Он уже почти привык к ее новой прическе, и, кажется,  она  ей  даже  шла,
делая мягче выражение ее лица. Во всяком случае,  он  предполагал,  что  это
из-за новой прически она теперь выглядит - более мягкой и  женственной,  чем
раньше.
   Но она не стала мягче, а стала еще жестче и упрямее, чем была,  когда  он
женился на ней.
   А чего он мог ожидать после пяти лет разлуки?  Он  бросил  фотографию  на
тумбочку и лег на кровать, задрав повыше ноги в сапогах, чтобы не  испачкать
покрывало ручной вышивки. Заложив руки за голову, Джесси  мрачно  смотрел  в
потолок.
   Не получается. Я знаю, на что рассчитывали два этих старых  дурня.  Но  в
одном они правы: так дальше продолжаться не может. Пора или  подсекать,  или
снимать наживку.
   Через три дня за ужином он предложил ей развод.


   ГЛАВА ТРЕТЬЯ

   Мэг попер, хнулась красным вином и закашлялась так, что  слезы  выступили
на глазах. Отдышавшись, она нервно скомкала салфетку и возмущенно посмотрела
на Джесси.
   - Что ты сказал?
   -  Ты  же  слышала.  -  Он  нехотя  поковырял  в   тарелке   спагетти   с
фрикадельками. - Если хочешь подать на развод, я не буду возражать.
   - Как ты смеешь предлагать мне такое! - Мэг резко  отодвинула  тарелку  и
яростно повернулась к нему. - Если тебе нужен развод, подавай сам. Я тебе  в
этом помогать не собираюсь.
   Джесси растерянно смотрел на нее.
   - Я думал, ты этого хочешь. Ты же  сама  сказала,  что  у  тебя  остались
только тяжелые воспоминания.
   - Ничего подобного! Если хочешь  знать,  у  меня  есть  и  очень  хорошие
воспоминания.
   - Например?
   - Сам приводи свои примеры. Мои хорошие воспоминания тебя не касаются.
   - А почему? В плохих-то уж точно виноват я. - Он выпрямился и  пристально
посмотрел на нее. - Я просто хочу найти какое-то разумное решение.
   - И считаешь, что разумен только развод?
   - Я так не говорил. Просто это один из вариантов.
   - Непонятно, почему ты заговорил об этом именно сейчас? Если только...  -
Мэг побледнела, ее била дрожь.
   - Если только - что?
   - ...у тебя не появилась другая женщина.
   Он ответил не сразу, но на лице промелькнула целая вереница  чувств.  Это
было чувство вины или удивление, а может быть, и разочарование...
   Наконец он заговорил, тихо и ледяным тоном:
   - Я не собираюсь отвечать на подобные вопросы.
   - Ну что же, этого вполне  достаточно.  Ты  всегда  так  отвечал  на  мои
вопросы. Даже когда я хотела узнать, как губная  помада  попала  к  тебе  на
воротник.
   - Ты не спрашивала, ты обвиняла. Мне не нравится, когда на меня давят.
   - А мне не нравится... - Она внезапно остановилась. Ей не  хотелось  даже
думать, что у него может быть другая женщина, но  сказать  об  этом  Мэг  не
могла. - Мне многое не нравится, - не очень убедительно закончила она.
   - И поэтому ты подаешь на развод?
   - Ни в коем случае. Это значило бы признать свою вину в том, что наш брак
оказался неудачным. Я отказываюсь даже обсуждать этот  вопрос.  Если  хочешь
развода, сам этим и занимайся.
   - Но предоставить право женщине было бы только по-джентльменски.
   - Ах, посмотрите! Мы хотим быть джентльменом! -  Она  встала  и  схватила
полную тарелку, уронив на пол несколько спагетти. В груди стоял  такой  ком,
что она едва могла дышать, но глаза оставались сухими.
   Он сидел сгорбившись, пока она убирала со  стола.  Хотя,  за  исключением
первого вечера, обычно они делали это  вдвоем.  Когда  мы  жили  вместе,  он
никогда  не  помогал  мне  по  дому,  думала  Мэг,  громыхая  посудой.  Я-то
надеялась, что за эти годы мы оба повзрослели, но ничего подобного - он  все
такой же упрямый, тупоголовый, эгоистичный. Одно слово - мужлан.
   Он встал так неожиданно, что Мэг уронила  тарелку.  Зацепившись  за  край
стола, тарелка упала на деревянный пол, и осколки брызнули во все стороны.
   - Мой ответ - нет, - произнес он.
   - Ответ на что? - удивленно подняла глаза Мэг.
   - На все. - Он повернулся и, не говоря ни слова, вышел из дома.
   Ее ярость и разочарование не имели границ. Ей хотелось кричать,  плакать.
Хотелось... узнать, что он имел в виду. Нет - он не хочет развода? Нет  -  у
него нет другой женщины?
   Или же просто нет - он  не  снизойдет  до  того,  чтобы  отвечать  на  ее
вопросы?
   Их отношения стали такими натянутыми, что двумя  днями  позже  она  почти
обрадовалась, увидев, что во  двор  въехал  Джо  Боб  Брукс.  Он  погудел  и
высунулся из окна своего грузовичка.
   - Всем привет! - Он открыл дверцу и выбрался из кабины.  На  боку  кузова
была надпись: "РАНЧО ДЖО БОБА БРУКСА  "ПРИТОН-НА-ХЭНДБАСКЕТ".  А  под  этим:
"Паси коров вместе с Джо Бобом".
   Или подальше от него, подумала Мэг, медленно  спускаясь  с  крыльца.  Она
заметила промелькнувшее на лице Джо Боба удивление.
   - Давненько не виделись, - осторожно начала Мэг.
   - Это точно! - Джо Боб затрусил к ней. Он сильно  смахивал  на  огромного
щенка. С их последней встречи он набрал фунтов сорок, и  его  живот  нависал
над ремнем с вычурной пряжкой. Он снял свой черный  "стетсон",  вытер  рукой
лицо и улыбнулся. - А где Джи-Джи?
   - Катается верхом, - Мэг неопределенно махнула рукой.
   - Не слишком-то красиво так вести себя во время второго медового  месяца.
- Он хитро подмигнул. - У вас ведь медовый месяц, правда?
   Мэг изобразила на лице улыбку.
   - Вроде того.
   - Ну что же... - Он вдруг поскучнел и неловко переступил с ноги на  ногу.
- Можно я войду в дом и подожду его?
   Не успев ответить, Мэг услышала стук копыт и увидела въезжающего во  двор
Джесси. Его норовистый жеребец был в мыле, но  Джесси  держался  в  седле  с
непринужденной грацией, притягивавшей  к  себе  взгляды.  О  его  мастерстве
наездника ходили легенды, даже здесь, в Техасе, где дети подчас умеют ездить
верхом, еще не научившись ходить.
   При виде старого друга лицо Джесси  расплылось  в  улыбке  и  он  замахал
рукой. Конь резко попятился, но всадник по-прежнему прочно сидел в седле.
   - Привет, старый конокрад! Почему ты не сказал мне, что приедешь?
   - А что такое, неужели местная система оповещения не сработала?
   Мэг недовольно отвернулась, чувствуя себя лишней. Краем глаза она видела,
как Джесси легко соскочил с седла, мужчины пожали друг другу руки  и  весело
хлопнули друг друга по спине.
   Это просто нечестно! У Джесси здесь есть друг, а у меня -  ни  одного.  В
Массачусетсе было бы совсем наоборот. В  своем  штате  мне  бы  не  пришлось
сидеть одной.
   Может, он нарушает наш договор? Разве мы не должны быть вместе?  Если  он
уедет с Джо Бобом...
   По крыльцу застучали сапоги, и следом за ней в дом вошли мужчины:  Джесси
впереди, а Джо Боб следом. Гость выглядел расстроенным.
   - Не понимаю, почему ты не хочешь поехать? - спросил Джо Боб.
   - Я тебе уже объяснил, - терпеливо повторил Джесси, наливая  себе  стакан
воды, -  я  провожу  здесь  время  со  своей  женой.  -  Он  бросил  на  Мэг
непроницаемый взгляд.
   - Так что же ты катаешься один, а она сидит дома? -  поинтересовался  Джо
Боб, бросив Мэг небрежное "извини".
   Она и не думала обижаться, ей было интересно наблюдать за происходящим.
   Джесси насмешливо приподнял бровь.
   - И ты не можешь придумать никакого подходящего объяснения?
   Джо Боб наморщил пухлое лицо, изображая работу мысли.
   - Ты хочешь сказать, что вы, - он ткнул в их сторону пальцем, -  немножко
поссорились?
   - Мы с Джесси не ссоримся, - с милой  улыбкой  вмешалась  Мэг.  -  Иногда
громко спорим, но никогда не ссоримся.
   Джесси тоже улыбнулся и помотал головой.
   Джо Боб смотрел на них недоверчиво и недовольно,  но  сделать  ничего  не
мог.
   - Ладно, намеки я понимаю не хуже любого другого, - проворчал он. -  Если
передумаешь, знаешь, где меня найти. - Он повернулся к двери. - Ну  что  же,
оставляю вас, голубки, одних.
   - Извини, дружище.
   - А Четвертого июля? Ты же будешь, правда? Конечно, у нас здесь празднуют
не так пышно, как в Шоудауне, но  и  Хеллс-Беллс  не  собирается  отставать.
Фейерверк, игры, угощение... Хочешь, бери с собой Мэгги.
   - Мэг. Ее зовут Мэг.
   - Все равно, - небрежно отозвался Джо Боб, и они вместе пошли к дверям. -
У нас будет "чили", мясо на вертеле и мороженое...
   - Ты хочешь устроить своим пижонам настоящее празднование Четвертого июля
по-техасски?
   - Гостям, Джи-Джи, гостям. Им больше не нравится называться пижонами.
   Они ушли, а Мэг с мрачным видом села за стол  и  взялась  за  книгу.  Она
прочитала двадцать третью страницу раз пять, но так и  не  поняла,  что  там
написано. Ей было скучно,  она  устала  от  одиночества.  Если  бы  Джо  Боб
пригласил  ее  посмотреть,  как  режут  свинью,  она  и  то  с  радостью  бы
согласилась, только бы выбраться отсюда хоть ненадолго.
   Джесси просунул голову в дверь.
   - У тебя пятнадцать минут, - объявил он.
   - Для чего?
   - Чтобы собраться и ехать со мной в город.
   - Зачем?
   Он улыбнулся, и от этой улыбки его и без того  красивое  лицо  стало  еще
красивее.
   - А не все ли равно?
   - Пожалуй, что так, - согласилась Мэг.
   - Вот-вот, и мне так кажется. Сейчас только поставлю  коня  на  место,  и
можем ехать. Встретимся на крыльце?
   - Да, да, да, да, да!
   Они выехали в полдень, в самую жару.
   - Надо бы заглянуть в  овощной  магазин,  -  заметила  Мэг,  перекрикивая
музыку из радиоприемника и шум мотора.
   Джесси  сосредоточенно  вел  машину  по   изрытой   глубокими   выбоинами
проселочной дороге. Но вот он выехал на шоссе, и в машине стало  значительно
тише. Мэг откинулась на спинку сиденья.
   - Хорошая мысль. Мне кажется, мы слишком много времени проводим  наедине,
хотя последние два дня почти не общались.
   - Разве что за едой. Хотя вряд  ли  можно  назвать  это  общением,  когда
сидишь за одним столом и не обращаешь друг на друга внимания.
   Он бросил на нее быстрый взгляд.
   - Если мы хотим, чтобы нам смягчили приговор, нужно начать разговаривать.
Ты ведь это понимаешь?
   - Да. - Она сжала губы и посмотрела на лежащие на коленях руки. - Но  это
так трудно! - вырвалось у нее. - В  этом  доме  так  много  воспоминаний,  и
большинство из них, надо признать, приятные Мне очень трудно забыть...  все,
что было.
   - Мне тоже. - Он внимательно смотрел на дорогу", и Мэг был  виден  только
его мужественный  профиль.  -  Но  та  вода  уже  утекла.  Теперь  нам  надо
сосредоточиться на том, что делать дальше.
   - Я понимаю, ты прав Ради Рэнди...
   - Да. Ради Рэнди. Ты, конечно, знаешь, на что они надеются, - добавил он,
помолчав, повернулся к Мэг и перехватил  устремленный  на  него  пристальный
взгляд.
   Она виновато отвела глаза.
   - Кто?
   - Наши деды.
   - А! Ну, это же ясно. Они... они надеются, что  мы  перестанем  ссориться
из-за нашего сына.
   Джесси затормозил перед  поворотом.  Справа  по  обе  стороны  обсаженной
деревьями дороги тянулся городок Хеллс-Беллс.
   - Вот именно. И они считают, что лучший способ для этого  -  восстановить
наш брак. Снова жить вместе, Мэг.
   Его слова глубоко потрясли ее.
   - Они сошли с ума!
   - Два старых лиса. А иначе зачем они загнали  нас  в  этот  дом,  где  мы
провели медовый месяц? Зачем везде оставили  напоминания  о  тех  счастливых
днях? У тебя в спальне есть одна из наших свадебных фотографий?
   Мэг судорожно сглотнула.
   - Да. И у тебя тоже?
   Джесси возмущенно кивнул.
   - Том Ти сказал, что пора наконец во всем разобраться и принять  решение:
либо мы снова станем семьей, либо нет. Если нет...
   - И что же ты ему ответил? - спросила Мэг, чувствуя, как в душе  закипает
гнев.
   - Что это не его дело, а мы можем поступать как нам заблагорассудится.
   - Молодец!
   Джесси поставил машину на стоянку возле
   "Одинокой звезды" и выключил мотор.
   - Я думал, что ты хочешь развода. Поэтому и завел об  этом  разговор,  на
тот случай, если ты... ну... стесняешься заговорить об этом сама.
   Мэг  не  знала,   поблагодарить   его   за   заботу   или   обругать   за
самонадеянность. Решила выбрать нечто среднее.
   - Если бы я хотела развода, то, конечно, сказала бы.
   - Привет! - квакнуло переговорное устройство  рядом  с  открытым  окошком
закусочной. - Эй, там, в машине! Это ты, Джи-Джи Таггарт?  Добро  пожаловать
домой, малыш!
   Джесси повернулся к окошку.
   - Ида Мэй Татл, столько лет прошло, а ты все еще жаришь здесь гамбургеры?
   Микрофон исказил смешок женщины.
   - "Техасбургеры", детка, а не те малюсенькие  штучки,  которые  подают  в
других краях. Слушай, а кто это с тобой  в  машине?  Старшая  дочка  Картера
Доббинса?
   Мэг, с улыбкой слушавшая  их  разговор,  почувствовала,  как  ее  хорошее
настроение улетучивается. Она понятия не  имела,  кто  такая  старшая  дочка
Картера Доббинса, но Джесси явно был с ней знаком.
   Он смущенно покосился  на  Мэг  и  вернулся  к  прерванному  разговору  с
бестелесным голосом Иды Мэй Татл:
   - Не говори глупостей, Ида, я с женой.
   -  Ох!  Ну,  извини.  Я  принесу  тебе  обычную  порцию   для   двоих   -
"техасбургеры" и жареный картофель. Одну минуту.
   Переговорное устройство замолчало.
   - Извини, - произнес Джесси с виноватым видом.  -  Ты  и  правда  немного
похожа на старшую дочку Картера, во всяком случае издалека.
   - Мне это льстит, - холодно отозвалась Мэг.
   - Вполне возможно. Донна Доббинс  считалась  самой  красивой  девушкой  в
городе, пока не появилась ты... -  Он  остановился  и  глубоко  вздохнул.  -
Забудь про Донну Доббинс, Мэг. Я не хотел тебя обидеть.
   - Вряд ли я могу обидеться на то, что меня перепутали с Донной Доббинс, -
поджав губы, ответила Мэг.
   - Ты же знаешь, я не об этом. - Он снял шляпу и бросил на  сиденье  между
ними, словно поставил барьер. - Я имел в виду, что никогда не обижал тебя со
злости. Может, по незнанию или по глупости... но не со злости
   Мэг осторожно провела пальцами по полям шляпы и убрала руку.
   - Я тоже никогда не хотела обижать тебя, - тихо сказала она. - То есть  я
это делала, когда ты обижал меня первый, но для самозащиты. Ты понимаешь?
   - Нет, - серьезно ответил он.
   -  Неужели?  Ты  не  понял  и  что  я  чувствовала,  когда  рассматривала
содержимое старого чемодана? - И не понял, почему я тогда забрала ребенка  и
уехала от тебя, добавила она мысленно, поскольку не была готова говорить  об
этом.
   - А тебе никогда не приходило в голову...
   - Эй, приоткройте-ка окно, чтобы прошел поднос!
   Они вздрогнули  от  неожиданности  и  повернулись  к  улыбающейся  полной
пожилой женщине. Джесси открыл окно, и Ида Мэй просунула поднос  так  ловко,
словно делала это миллион первый раз. Впрочем, возможно, так оно и было.
   Она посмотрела на Мэг и приветливо поздоровалась.
   - Я знала этого парня еще совсем малышом, - добавила она.
   Мэг улыбнулась в ответ, тронутая откровенным дружелюбием Иды.
   - Рада с вами познакомиться.
   - Все в городе знают про красивую женушку Джи-Джи. Я просто  пошутила,  -
прервала ее Ида Мэй. - Вы остановились у себя на ранчо, да?
   - Совершенно верно. - Джесси взял картонную коробочку с картофелем фри  и
положил бы прямо на шляпу, если б Мэг не успела отдернуть ее в сторону.  Его
мысли явно были заняты чем-то другим.
   - Хорошее местечко для второго медового месяца, - подмигнула Ида  Мэй.  -
Увидимся на празднике Четвертого июля. - И она вразвалочку пошла назад.
   Мэг вытащила из коробки палочку картофеля, обожгла пальцы  и  уронила  ее
назад.
   - Что это за второй медовый месяц,  о  котором  все  говорят?  -  сердито
поинтересовалась она.
   Джесси взял два огромных гамбургера и протянул один ей.
   - Видимо, этот слух - дело рук Тома Ти. Наверно, он хотел как лучше.
   - В самом деле?
   - Ну перестань! А что ему было еще говорить? Что нашел для нас место, где
мы можем драться и убивать друг друга? По крайней мере слова "медовый месяц"
держат людей на расстоянии.
   - Всех, кроме Джо Боба. - Немного успокоившись,  Мэг  осторожно  откусила
кусок от своего  "техасбургера"  В  нем  оказался  майонез,  зеленый  салат,
помидоры и несколько маринованных огурчиков размером  с  мизинец.  Необычно,
подумала она, очень необычно. Но совсем неплохо.
   Джесси взял с подноса пакетик кетчупа и полил картофель.
   - Джо Боб знает нас лучше всех в этом городе. Мне кажется, он не  поверил
в историю со вторым медовым месяцем.
   - А если и поверил, то не обратил внимания.
   - Ты к нему несправедлива. Его собственный брак только что распался, и он
работает по тридцать шесть часов в день, чтобы его  ранчо  давало  доход.  У
него свои проблемы.
   - Мне очень стыдно, - послушно произнесла Мэг, на самом деле не испытывая
ничего  подобного.  Конечно,  жаль,  что  он  теперь   одинок,   но   трудно
представить, чтобы какая-то  женщина  согласилась  терпеть  его  бесконечные
идиотские шутки и мужской шовинизм.
   Они ели и дружелюбно беседовали о погоде, о городе и его жителях - только
не о себе самих. Но вот Джесси вернул  поднос  Иде  Мэй,  и  они  поехали  в
овощной магазин, который держала пожилая супружеская пара. На ранчо еды было
больше чем достаточно, но они купили свежего молока и фруктов.
   - Я слышала, у вас второй медовый месяц, -  заметила  кассирша,  пробивая
чеки. - Господи, как время летит!
   - Это уж точно, - согласился Джесси, и
   Мэг заметила, что уголки его рта дрогнули в улыбке.
   - Хорошо прогулялись, - сказала Мэг, когда они внесли в дом три пакета  с
продуктами. - Я чувствую себя гораздо лучше. По правде говоря,  мне  изрядно
надоело сидеть дома.
   - Мне очень жаль, - откликнулся он, стоя у кухонного  стола  и  наблюдая,
как она убирает продукты.
   - Чего жаль?
   - Что я оставлял тебя одну последние дни. Я... мне нужно было  хорошенько
кое о чем подумать.
   - И у тебя получилось? - Она не  смогла  скрыть  беспокойства,  явственно
прозвучавшего в голосе.
   - Думаю, да. Я решил: нам надо забыть об обидах, обвинениях, не нянчиться
со своими оскорбленными чувствами. Стереть все, как  со  школьной  доски,  и
начать заново.
   Мэг задумалась. Возможно, он в чем-то и прав. Пожалуй, можно игнорировать
возникающие между нами разногласия. Но если мы попытаемся все начать заново,
создать что-то прочное и долговременное, из этого ничего не получится.
   Но ведь он наверняка и не имел этого в виду! Так почему бы  не  облегчить
себе жизнь? Если я спрячу подальше свои настоящие мысли и чувства, то  смогу
привыкнуть к нему до такой степени, чтобы спокойно обсудить  будущее  нашего
сына.
   Правда, начало оказалось неудачным, но мы сумели это  преодолеть.  Ставки
были слишком велики, и ни один из нас не вышел из игры. Что будет  с  сыном,
если родители не научатся находить общий язык?
   - Ну хорошо, - согласилась она. - Сотрем. Начнем сначала.  -  Она  нервно
хихикнула. - По правде говоря, мне не  слишком-то  это  нравится,  но  может
быть... ради Рэнди...
   - Да, Мэгги.
   Услышав необычные грустные нотки в его голосе, она резко подняла  голову.
Джесси  шагнул  вперед  и  мягко  положил  руки  ей  на  плечи.  Это  легкое
прикосновение  произвело  на  нее  ошеломляющее  впечатление.  Время  словно
остановилось. Она лишь молча смотрела на него, ощущая, как гулко  бьется  ее
сердце, чувствуя обжигающий жар его ладоней.
   Улыбка тронула уголки его выразительного рта.
   - Мы оба делаем это ради  Рэнди.  Мы  заставим  себя  вернуться  и  будем
возвращаться до тех пор, пока не решим, что будет для него  лучше  всего.  К
этому  времени  мы  можем  истечь  кровью,  можем   пожалеть,   что   вообще
встретились. Но мы сделаем то, что должны.
   Он обнял ее, и она подчинилась,  слишком  потрясенная,  чтобы  возражать.
Этого так давно не случалось, так  давно!  Мэг  стояла,  ощущая  биение  его
сердца, вдыхая запах его тела. Опьяненная смесью страха и предвкушения,  она
с трудом сдерживалась, чтобы не обнять его.
   Он прижал ее голову к  своей  груди,  и  она  скорее  почувствовала,  чем
услышала,  его  вздох  -  такой  горький  и  одновременно  счастливый,   что
затрепетала.
   От его дыхания колыхнулись волосы у нее на виске.
   - Ты же знаешь, что мы должны  сделать  это  вместе.  Мы  вместе  сделали
ребенка, и эту связь разорвать невозможно.
   - Джесси... - Ее голос предательски дрогнул.
   - Я знаю, знаю.
   Он так неожиданно сжал  кольцо  своих  рук,  что  она  ахнула.  Его  губы
коснулись ее головы - и он вдруг отпустил ее, убрал руки.  Она  покачнулась,
лишившись поддержки.
   - Я оказался слишком самонадеян, - криво улыбнулся Джесси. - Как  всегда.
Но я подумал, что, если  коснусь  тебя,  ты  почувствуешь  мою  искренность.
Поверь мне, Мэг. Поверь, прошу. Я ни за что больше не причиню тебе горя.
   Рискну ли я поверить? Он стоял перед ней -  большой,  настоящий  и  такой
притягательный! Она внимательно всматривалась в лицо Джесси,  пытаясь  найти
какие-то признаки лукавства, и не находила.
   - Видно, мне действительно надо поверить тебе, - медленно произнесла она.
- Если мы хотим найти какой-то выход, другого пути нет.
   Но я делаю это только ради Рэнди.
   Мэг сидела на берегу Хэндбаскет-Крик, прислонившись спиной  к  узловатому
стволу старого дерева и прислушиваясь к позвякиванию уздечек и поскрипыванию
кожаных седел. Наверно, не стоило поддаваться  искушению  и  соглашаться  на
прогулку  верхом  вместе  с  Джесси.  Лучше  было  бы  вежливо,  но   твердо
отказаться.
   Но она не отказалась.
   - Спокойно, спокойно...
   Голос Джесси успокаивал лошадей так же легко, как успокаивал  и  ее.  Мэг
закинула  руки  за  голову  и  закрыла  глаза.  Она   наслаждалась   теплом,
прислушиваясь к жужжанию пчел и пению птиц.
   Очнувшись от приятной дремы, она вздохнула. Дни стали лучше, а ночи - еще
тяжелее. Она думала, что привыкнет спать в этой комнате и на  этой  кровати.
Но она ошибалась.
   Вместо прежнего возникло новое напряжение, оно росло, и справляться с ним
было  еще  труднее.  Казалось,  все  вокруг  сговорилось  напоминать  ей   о
потерянном счастье.
   Это воспоминания, и не более того,  убеждала  она  себя  снова  и  снова.
Действительно, Джесси был единственным мужчиной, которого она любила, но все
давно кончилось. Они слишком долго жили врозь, и причины, разлучившие их, за
это время не исчезли.
   Она в который раз мысленно перечислила все его грехи:  не  умеет  жить  в
семье; никогда ничего не объясняет; не считается с моими чувствами...
   Хватит, прекрати! - одернула она себя. Ты никогда по-настоящему  не  была
нужна Джесси, не нужна и сейчас. Вот в чем все дело.
   А мне необходимо быть нужной. Вот поэтому-то я и  упрекала  его,  поэтому
сердила и мучила. Если бы он хоть раз сказал, что не может жить без меня...
   - Тес!
   Раздался тихий шорох, и чья-то рука закрыла ей рот. Мэг широко распахнула
глаза, сердце испуганно застучало. Рядом на корточках сидел Джесси, его лицо
придвинулось совсем близко. Увидев его  серые  глаза  и  темные  брови,  Мэг
ощутила какую-то странную истому, удивленно и радостно улыбнулась.
   - Тише! Осторожно посмотри на реку.
   Джесси ласково повернул ее голову. Она не сопротивлялась, в  этот  момент
она была неспособна ни думать, ни действовать.
   Оттого что он дышал ей в ухо, по всему телу прошла  дрожь.  Она  пыталась
сосредоточиться, собраться с мыслями, но Джесси был слишком близко, и ей это
никак не удавалось. Он наклонился и прижался  грудью  к  ее  спине,  а  рука
скользнула вокруг ее талии.
   - Ты видишь? - Он медленно поднял другую руку и показал.
   Сначала она ничего не  заметила.  Она  увидела  лениво  текущую  речку  и
деревья, спускающиеся почти к самой кромке берега...
   И оленя, склонившего голову к воде.  Мэг  затаила  дыхание  и  осмелилась
бросить взгляд через плечо.
   - Бемби! - беззвучно произнесла она, и он кивнул в ответ.
   Зрелище завораживало,  и  во  всем  было  чтото  сказочное:  лес,  изящно
склонившийся олень и мужское обаяние, пленившее ее.
   Тут олень резко вскинул  голову,  словно  почувствовав  напряженность  их
эмоций. Он стоял так близко, что Мэг  рассмотрела  падающие  с  морды  капли
воды,  беспокойно   раздувающиеся   ноздри.   Огромные   темно-карие   глаза
встретились с ее глазами, и в  них  вспыхнуло  беспокойство.  Развернувшись,
олень прыгнул в гущу деревьев и исчез.
   Переведя дыхание, Мэг откинулась на грудь Джесси.
   - Это был белохвостый олень, - прошептал Джесси, едва касаясь  губами  ее
уха. - Их много в здешних горах. Дальше, к западу, водится еще  чернохвостый
олень.
   Она уронила голову ему на плечо, потому что не было сил отстраниться. Так
он держал ее несколько мгновений, потом осторожно прислонил к стволу дерева.
Широко открыв глаза, Мэг ждала, что же будет  дальше.  Все  вокруг  казалось
нереальным, и поэтому  она  могла  позволить  себе  плыть  на  облаке  своих
фантазий.
   - Один раз, - сказал он хрипло. - Только раз. Но я должен знать: я  схожу
с ума или твои губы действительно такие сладкие, как мне помнится.
   - Джесси,  не  надо...  -  Он  наклонился,  и  она  подняла  руки,  чтобы
оттолкнуть его. Но вместо этого схватила его за рубашку и притянула к себе.
   Их губы встретились, и ее ощущения оказались настолько острыми,  что  она
покорилась опьяняющей власти  его  поцелуя.  Все  тело  налилось  истомой  и
затрепетало от желания.
   Джесси отстранился и посмотрел прямо ей в глаза. Похоже, он был ошеломлен
не меньше ее. Необычным для него порывистым движением он взъерошил волосы  и
заговорил каким-то странным, неуверенным голосом:
   - Послушай, мы подошли к чему-то серьезному. Нужен тайм-аут, нужно чем-то
отвлечься, пока разберемся, что к чему.  Хочешь  поехать  в  Хеллс-Беллс  на
празднование Четвертого июля?
   Сегодня же Четвертое июля! - вспомнила Мэг. Потрясающе. Едва не сдалась в
День независимости!


   ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

   К тому времени, когда Джесси нашел  место  для  их  машины,  похоже,  все
жители ХеллсБеллс и его окрестностей вышли на улицы.
   - До арены нам придется прогуляться, - сказал Джесси. - Боюсь, что  ближе
подъехать не удастся.
   Это были первые слова с той минуты, как они сели в машину.
   - Все в порядке, - немного натянуто отозвалась Мэг. - Я  с  удовольствием
пройдусь пешком.
   Джесси открыл дверцу и выскочил из машины. Поняв, что он хочет помочь ей,
Мэг поспешила вылезти раньше, чем он успеет подойти.
   - А что теперь? - осторожно поинтересовалась она.
   - Пойдем следом за всеми.
   Это было нетрудно.  Весь  город  и  его  окрестности  двигались  в  одном
направлении. Под ногами сновали  дети  и  собаки,  люди  махали  друг  другу
руками, окликали знакомых, пытались найти своих  детей,  всадники  осторожно
пробирались сквозь это людское море. Однако  шум  и  неразбериха  никого  не
волновали. Наоборот, казалось, всем это очень нравится.
   - Сегодня в городе сапог и джинсов не меньше чем на миллион  долларов,  -
заметила Мэг, когда  они  присоединились  к  толпе,  двигавшейся  в  сторону
небольшой арены для родео на юго-востоке от городка.
   Несколько женщин были, как и  она,  в  сарафанах  и  босоножках,  молодые
девушки щеголяли в шортах, но большинство и мужчин, и женщин были в джинсах,
сапогах, ярких рубашках и ковбойских шляпах.
   И никто не выглядел в этом наряде лучше Джесси Украдкой  Мэг  бросила  на
него взгляд, и он тоже в этот самый момент поглядел на нее.
   - Ну что - друзья? - осторожно спросил он.
   - Хотелось бы, - печально отозвалась Мэг. Если бы он был другом,  она  не
чувствовала бы к нему  такого  сильного  физического  влечения.  Да,  здесь,
находясь в безопасности среди толпы, она могла в этом признаться  физическое
влечение. Как можно было отрицать это после поцелуя на берегу  реки?  Дружба
была бы прекрасным  выходом  из  положения,  ведь  друга  можно  любить,  не
подвергая опасности собственное существование.
   - Ну, тогда притворимся. - Он взял ее за  локоть.  -  Эй,  расслабься!  -
Джесси слегка тряхнул ее руку. - Мы же  приехали  сюда  отвлечься  от  своих
неприятностей и повеселиться.
   - Да уж, это нам не помешает.
   - Вот тут ты права.
   Она остановилась и, подбоченясь, повернулась к нему.
   - Это твоя территория. С чего начнем?
   - С этого. - Он подвел ее к киоску, где  городские  пожарники-добровольцы
продавали наполненные водородом воздушные шарики.
   - Привет,  Джи-Джи,  -  поздоровался  стоявший  за  прилавком  толстяк  и
улыбнулся Мэг. - Как поживает твой дед?
   Джесси сообщил, что  дед  поживает  отлично,  и  купил  Мэг  три  шарика:
красный, белый и синий. Не пройдя и квартала, они  заметили  мальчугана  лет
четырех. Он держался за юбку матери и жадно смотрел  на  разноцветные  шары.
Это  был  очаровательный  малыш  в  крошечных  джинсах  и  сапожках,  чем-то
неуловимо напомнивший Мэг ее собственного сына.
   Она улыбнулась, и ребенок тоже  застенчиво  улыбнулся  ей  в  ответ.  Мэг
схватила Джесси за руку.
   - Давай подарим? - спросила она, показывая на шары и на малыша.
   Джесси проследил за ее взглядом и улыбнулся.
   - Привет, Донна, - поздоровался он. - Не возражаешь, если мы дадим твоему
карапузу шарики?
   Мать обернулась и увидела Джесси.
   - Джесси Джеймс  Таггарт!  -  воскликнула  она,  кокетливо  открывая  ему
объятия. - Я слышала, что ты вернулся в город. Обними же меня, чужестранец!
   Джесси бросил на Мэг взгляд, говоривший: "Ну что  же  мне  делать?"  -  и
шагнул навстречу бурным приветствиям женщины, которая не  могла  быть  никем
иным, кроме как старшей дочкой Картера Доббинса. И совсем мы  не  похожи!  -
думала Мэг, наблюдая за игривым поведением Донны. Она такая развязная...
   - Вы, наверно, не знакомы  с  моим  другом.  Билли  Рей  Рисли.  -  Донна
представила стоявшего  рядом  с  ней  долговязого  ковбоя.  Тот,  хотя  и  с
недовольным видом, протянул руку.
   - Билли Рей из Вако.
   Джесси пожал ему руку.
   - Джесси Таггарт. А это моя жена Мэг. - И обнял ее за талию.
   Недовольство Билли Рея тут же исчезло.
   - Рад познакомиться, - сказал он Джесси. - Видел вас недавно в  Хьюстоне.
И как вы только, ребята, такое  выдерживаете?  -  Он  в  восхищении  покачал
головой.
   - Кто поумнее,  те  бросают,  -  ответил  Джесси.  -  Ну,  не  будем  вас
задерживать... - Толпа становилась все гуще, кто-то налетел на Мэг, чуть  не
сбив ее с ног, и Джесси прижал ее к себе. - Надо  поторопиться,  если  хотим
что-то увидеть. Мэгги просто хотела отдать мальчугану свои шарики, если  ты,
конечно, не возражаешь.
   Донна улыбнулась Мэг.
   - Это очень мило. - Она положила руку на плечо сына. -  Шейн,  ты  хочешь
шарики? Скажи: "Пожалуйста, миссис Таггарт".
   - Пожалуйста, - пробормотал Шейн и уткнулся носом в ноги матери. Мэг села
возле него на корточки, почувствовав, что Джесси  встал  у  нее  за  спиной,
защищая от толпы, и протянула свой подарок.
   - У меня тоже есть маленький сын, который любит шарики, - ласково сказала
она.
   - А где он? - спросил ребенок, протягивая руки к подарку.
   - Гостит у дедушки. - Мэг проглотила комок в горле и аккуратно переложила
в пухлую ручку нитки от воздушных шаров. - Держи крепче, чтобы не улетели. -
Она поцеловала нежную детскую щечку и поспешно встала.
   Улыбнувшись на прощанье, они с  Джесси  снова  окунулись  в  человеческий
водоворот и, уже уходя, услышали, как мальчик позвал:
   - Эй, леди, спасибо!
   - Ее зовут миссис Таггарт, - поправила мать.
   Эта встреча заметно  подняла  настроение  Мэг,  она  впервые  с  радостью
подумала о предстоящем  празднике  и,  теснее  прижавшись  к  Джесси,  легко
зашагала дальше. Он бросил на нее удивленный взгляд, но ничего не сказал.
   Когда они  пришли  на  площадку  для  пикника,  кто-то  позвал  Мэг.  Это
оказалась Лорел Андерсон, продавщица из магазина.
   - Привет, Джи-Джи! - дружески бросила она и улыбнулась  Мэг.  -  Ну,  как
дела?
   Мэг ответила ей улыбкой. Не улыбнуться Лорел было просто невозможно.
   - Спасибо, очень  хорошо.  Мне  совершенно  ясно,  что  праздновать  День
независимости  нужно  именно  здесь,  в  Хеллс-Беллс.  -  Она  показала   на
оживленную толпу и красно-белосиние флаги, украсившие каждое строение, столб
или дерево.
   - Это, конечно, не то что в Шоудауне, но тоже неплохо. А где  вы  сидите?
Если еще не нашли места, пойдем с нами - мы там все рядом: и деды, и  внуки.
Наше одеяло вон  там,  около  оркестра.  Скоро  начнутся  речи,  не  хочется
пропустить. - Лорел подмигнула и засмеялась.
   Мэг вопросительно посмотрела на мужа.
   - Она шутит, - улыбнулся тот. - Местным  политикам  чуть  ли  не  платить
приходится за то, чтобы их слушали. - Он обнял Мэг за плечи и  повернулся  к
Лорел. - Мы подойдем к вам попозже, если ты обещаешь оставить для меня кусок
твоего знаменитого орехового пирога.
   - Я делаю это каждый год, но ты что-то за ним все не являешься. У меня на
кухне скопилось уже три, нет - четыре  таких  окаменелых  куска!  -  Она  со
смехом замахала им вслед рукой.
   - Она мне нравится, - заметила Мэг, пока Джесси вел  ее  через  толпу.  -
Славная женщина.
   - Техасцы почти все такие, если с ними поближе познакомиться.
   Мэг украдкой взглянула на мужа. Выражение его лица  было  невинным,  даже
слишком невинным.
   - И большинство бостонцев тоже, - небрежно отозвалась она.
   Их внимание привлекли звуки музыки, и  они  остановились  послушать.  Мэг
удивилась, сколько шума могут производить двое пожилых мужчин с  гитарами  и
паренек с банджо. Большинство исполняемых ими мелодий она  слышала  впервые,
хотя несколько народных песен показались знакомыми.
   Но почему-то эта музыка проникала прямо в  сердце.  И  очень  скоро  она,
воспитанная на классике, притопывала и хлопала в ладоши вместе с остальными.
Энтузиазм толпы в свою очередь подхлестывал исполнителей,  и  они  старались
изо всех сил. А закончили свое выступление таким  виртуозным  пассажем,  что
слушатели горячо им зааплодировали.
   - Просто превосходно! - воскликнула Мэг.  Она  прислонилась  к  Джесси  и
радостно посмотрела на него. Ей почему-то было очень важно поделиться с  ним
своими впечатлениями.
   - Да, неплохо, - согласился он.
   - Это профессиональные музыканты? - Ей и в  голову  не  пришло  отпустить
руку Джесси, когда они пошли к киоскам с едой.
   - Нет. Они играют  просто  потому,  что  им  нравится.  Один  работает  в
страховой компании, другой - местный аптекарь, а мальчик собирается  учиться
в университете.
   - Надеюсь, он будет заниматься музыкой.
   Джесси помотал головой.
   - Он будет инженером. Я слышал, его  девушка  не  хочет,  чтобы  он  стал
музыкантом. Ведь тогда придется  отгонять  поклонниц  палкой.  А  вдруг  она
сломается?
   - Губить такой талант только потому,  что...  Но  это  же  глупо!  -  Она
заметила смешинки в глазах Джесси и вдруг смущенно умолкла.
   - Ковбоев девушки тоже любят.
   - Эй, давайте сюда!
   Джо Боб стоял возле киоска, на котором  было  написано:  "ЛУЧШЕЕ  В  МИРЕ
"ЧИЛИ"!!!" Его когда-то белый передник выглядел так, словно пережил взрыв  в
харчевне, но на голове лихо сидел белоснежный поварской колпак.
   Джо Боб склонился  над  огромным  котлом,  подвешенным  над  жаровней,  и
энергично помешивал в нем большой деревянной ложкой. Вокруг собралось больше
десятка мужчин и женщин, с интересом наблюдавших за его действиями.
   Я не позволю Джо Бобу испортить мне праздник! - думала Мэг, идя к  киоску
следом за Джесси. Только не сегодня!
   - Понюхайте, - предложил Джо Боб,  изо  всех  сил  размешивая  содержимое
котла. - Никто, никогда не готовил "чили" лучше меня.
   Мэг и Джесси послушно втянули пряный запах. Втянули - и  отшатнулись,  во
всяком случае - Мэг. Если уж запах настолько острый, что  у  нее  на  глазах
выступили слезы, то что же будет, если проглотить это варево?
   Джесси оказался покрепче.
   - Ну, не знаю, - покачал он головой, - нужно еще попробовать.
   - Само собой. - Джо Боб повернулся к киоску и позвал:  -  Сьюзи!  Нашелся
доброволец. Принеси-ка стаканы, лапочка! Сьюзи мне помогает, -  пояснил  Джо
Боб, подмигнув Джесси. - Она отдыхает у  меня  на  ранчо  и  любит  общество
ковбоев.
   Увидев Сьюзи, пробирающуюся сквозь толпу со стопкой картонных стаканчиков
в одной наманикюренной руке и пластиковыми ложечками в другой,  Мэг  поняла,
почему так любезен Джо Боб. Как и  большинство  присутствующих,  Сьюзи  была
одета в ковбойскую одежду. Но, в отличие от других, ее костюм  был  удушающе
тесен.   Джинсы   обтягивали   ее,   точно   колготки,   жемчужные   пуговки
полупрозрачной рубашки были расстегнуты ниже всяких границ приличия.
   Сьюзи встряхнула белокурой гривой голливудской старлетки и одарила Джесси
страстным взглядом.
   - Привет, малыш, - протянула она на техасский манер. - Я готовлюсь к роли
в голливудском фильме и практикуюсь здесь в техасском произношении. И как  у
меня получается?
   Джо Боб выхватил у нее стаканчики и ответил за Джесси:
   - Не так чтобы уж  очень,  детка.  -  Он  налил  в  один  из  стаканчиков
смертельную дозу похлебки и протянул  ее  Джесси,  демонстративно  игнорируя
присутствие Мэг.
   Сьюзи надула губы и топнула ножкой, привлекая внимание  к  своим  длинным
ногам, обутым в сапоги на высоких каблуках.
   - Вот еще, - сердито заявила она. - Я же тренировалась! Я думала,  что  у
меня уже получается.
   - Это труднее, чем кажется, - вежливо заметил Джесси, переводя взгляд  со
стаканчика в своей руке на ложки, которые все еще держала Сьюзи.
   - Конечно! - Сьюзи обрадовалась, что нашла человека, который понимает  ее
проблемы. - Мужчины здесь такие жесткие. -  Она  хихикнула,  широко  раскрыв
голубые глаза. -  Я  хочу  сказать,  акцент  такой  жесткий,  но  ничего,  я
профессионалка.
   - Это точно, - ухмыльнулся Джо Боб, забирая  у  нее  ложки.  -  А  теперь
чеши-ка ты обратно за прилавок. "Чили" готово. Что скажешь, Джи-Джи?
   Джесси строго поглядел на Джо Боба, потом бросил извиняющийся  взгляд  на
обеих женщин. Зачерпнув ложкой дымящееся варево, он предложил Мэг:
   - Хочешь?
   Мэг улыбнулась мужу.
   - Нет уж, я лучше воздержусь. Честно признаюсь: я трусиха.
   Ей показалось, что в толпе послышался одобрительный шепот.
   - Ну ладно, тогда вперед.
   Джесси  поднес  ложку  к  глазам,  внимательно  изучил  ее  содержимое  и
осторожно положил себе  в  рот.  Потом  принялся  картинно  дегустировать  -
наклонял голову то в одну сторону, то в другую, кивал, хмурился,  прищуривал
глаза. Мэг едва не расхохоталась, наблюдая, как Джо Боб  ожидает  приговора,
беспокойно переминаясь с ноги на ногу.
   - Ну что? - наконец не выдержал толстяк.
   Джесси не торопился.
   - Знаешь, Джо Боб... Я  могу  сказать...  не  боясь  возражений,  я  могу
сказать, что это "чили"... самое лучшее из всех, что ты когда-либо делал.
   Джо Боб с облегчением перевел дух.
   - Слышали? - воскликнул он. - Черт побери!
   - Только...
   Одно-единственное слово подействовало на  Джо  Боба  как  ведро  холодной
воды.
   - Только... - повторил он. - Что ты хочешь этим сказать?
   - Джо Боб, ты визжишь, как недорезанная свинья,  -  невозмутимо  произнес
Джесси, проглотив еще ложечку "чили". - Самое лучшее из всех, что ты  делал,
только помидоров многовато.
   - Что? - Лицо Джо Боба побагровело, и он замахнулся на Джесси  деревянной
ложкой.
   Джесси легко избежал нападения своего разгневанного друга, схватил Мэг за
руку и потащил сквозь толпу прямо туда, где торговали пивом. Он залпом выпил
полстакана, прежде чем остановился перевести дух.
   - Это "чили" может спалить горло, - отдуваясь, сообщил он. - На  сей  раз
Джо Боб действительно перестарался. Какой-нибудь пижон  хватанет  порцию,  а
потом ему придется делать пересадку рта.
   Он предложил Мэг хлебнуть из его стаканчика, и, чуть  поколебавшись,  она
согласилась. Она никогда не была любительницей пива  и  сделала  всего  один
глоток, скорее в знак дружелюбия.
   - Почему же ты не сказал ему, что  "чили"  слишком  острое,  вместо  того
чтобы рассказывать о каких-то там помидорах? - спросила она.
   Джесси сдвинул шляпу на затылок. Взяв с прилавка бумажную салфетку, вытер
вспотевший лоб.
   - По двум причинам. Номер один: он хотел, чтобы я это сказал, и тогда  он
бы заявил, что я слабак.
   Мэг покачала головой с притворным неодобрением.
   - Ох уж эти мужчины! А другая причина? - Она позволила взять себя за руку
и вести к арене.
   -  Джо  Боб  много  лет  рассказывает,  что  его  "чили"  получается  так
замечательно потому, что он кладет туда особые помидоры, которые  выписывает
из-за границы. Он готов рассказывать об этом любому, кто согласен слушать. А
на самом деле он вообще не кладет туда никаких помидоров. И  никакой  другой
дребедени, про которую он рассказывает, вроде мяса  гремучей  змеи  или  шеи
опоссума...
   - Шеи опоссума?,
   - Ну, это так, к слову. - Джесси уютно прижал ее к своему боку, пропуская
группку  хихикающих  девочек-подростков.  -  Настоящий  пижон  поверит  чему
угодно. Как, впрочем, и техасец.
   Они подошли к высокой проволочной ограде  вокруг  арены  и  остановились.
Далеко справа виднелись ворота, из которых  появлялись  ковбои  на  лошадях.
Слева стояли конюшни. Народ крутился возле трибуны для болельщиков, глядя на
мужчин и подростков, валявших дурака на арене.
   - Родео будет позже? - поинтересовалась Мэг, недоумевая, почему Джесси не
подготовился к выступлению.
   Джесси покачал головой, внимательно наблюдая за  тем,  что  происходит  у
ворот.
   - В Хеллс-Беллс уже давно не бывает родео. Ребята  просто  приходят  сюда
подурачиться.
   В этот  момент  из  ворот  галопом  вылетел  гнедой  жеребец.  Даже  мало
разбирающейся в таких  вещах  Мэг  показалось,  что  здесь  что-то  не  так.
Всадник, паренек лет пятнадцати, изо всех сил натягивал поводья и лупил коня
пятками, пытаясь остановить его. Но тот  все  быстрее  и  быстрее  мчался  к
закрытым воротам возле трибуны.
   - Сукин сын! - Джесси вскочил  и  схватился  за  ограду.  -  Этот  чертов
упрямец... - Он бросил взгляд на Мэг. - Он закусил удила. Черт побери!
   Все вокруг испуганно вскрикнули, когда  в  последний  момент  конь  резко
свернул влево, только оцарапав ногу всадника об ограду.
   Мотнув головой, он развернулся и помчался назад, отказываясь повиноваться
человеку.  Перед  Мэг  промелькнуло  побелевшее  лицо  мальчишки,   он   был
смертельно напуган. Но помимо  этого,  он  испытывал  еще  чувство  стыда  и
унижения. С морды коня летели клочья пены, Мэг видела его обезумевшие глаза.
   - Билли Воун сошел с  ума!  Позволить  Малышу  Билли  садиться  на  этого
необъезженного жеребца! - сердито сказал Джесси. - Этот  конь  чокнутый,  но
все равно у него больше ума, чем у Малыша Билли. - Он взял  ее  за  руку.  -
Идем.
   И быстро зашагал к воротам, но тут же перешел на бег. Радуясь, что на ней
босоножки без каблуков, Мэг едва поспевала следом. Они обогнули  трибуну,  и
Джесси остановился так неожиданно, что Мэг налетела на него.
   Сначала Мэг не поняла, что именно привело сюда Джесси,  но  тут  услышала
резкий, как выстрел, звук и увидела Малыша Билли,  выезжающего  на  коне  из
ворот. Он высоко поднял плетеный кожаный хлыст, пытаясь повернуть назад.
   Гнедой яростно заржал и встал  на  дыбы.  Уворачиваясь  от  взлетевших  в
воздух копыт, народ разбегался в разные стороны, как опавшие листья в  бурю.
От неожиданности Малыш Билли свалился на землю, а конь без всадника поскакал
прочь - прямо на вывернувшуюся из-за  угла  стайку  ребятишек,  которые  шли
впереди своих матерей.
   Мэг вскрикнула и бросилась к детям. Она узнала среди них Шейна  Доббинса.
Его пухлая мордашка оцепенела от ужаса.  Мэг  повернулась  и  закрыла  детей
спиной, широко раскинув руки, словно могла защитить их.
   Тут она увидела, что Джесси уже нет рядом с ней, и ее охватил  панический
страх. Но вот он - бросился наперерез обезумевшему жеребцу.
   Ей показалось, что он попадет  под  копыта,  однако  в  последний  момент
Джесси метнулся к голове коня. Одной рукой закрыл ему глаза и пригнул голову
к земле, а другой схватил поводья и повис на  них,  изо  всех  сил  упираясь
каблуками в мягкую землю.
   Конь по инерции описал круг. Ослепленный рукой Джесси,  он  споткнулся  и
упал на колено. В этот момент Джесси ухватился за гриву и вскочил в седло.
   Радостные крики толпы вывели Мэг из оцепенения.  Она  увидела,  что  дети
успели спрятаться за угол, подальше от опасности. Теперь она думала  лишь  о
Джесси - мужчине, которого любила, мужчине, которого любит до сих  пор.  Она
крепко зажала рот рукой, чтобы не расплакаться от страха за него.
   Страха за Джесси, прирожденного ковбоя, который чувствует  себя  в  седле
как дома! Конь попытался было сбросить нового наездника,  но  без  малейшего
шанса на успех.
   Кто-то, сумевший сохранить хладнокровие, широко открыл ведущие  на  арену
ворота, и Джесси развернул коня. Еще несколько прыжков и взбрыкиваний, и они
оказались внутри.
   Все   закончилось   благополучно.   Когда   Джесси   остановился,   толпа
приветствовала его радостными криками. Юношеский голос запел:
   - Вперед, ковбой!
   И остальные дружно подхватили песню.
   Джесси вскинул голову и сверкнул  белозубой  улыбкой.  Сдернув  с  головы
шляпу, он замахал ею.
   Толпа ответила ревом.
   У Мэг так стучало сердце, что трудно было дышать. Она никогда не  ощущала
такого волнения толпы, даже во  время  родео.  Впервые  она  поняла,  почему
многих женщин так притягивают ковбои, и поспешила на трибуну.
   Джесси  был  неотразим.  Мэг  поняла,  что  ему  было  совсем  не  трудно
справиться с этим жеребцом и теперь он решил дать  людям  то,  чего  им  так
хотелось, - зрелище. Когда гнедой перестал взбрыкивать, Джесси послал его  в
галоп. Проскакав От одного  конца  арены  до  другого,  он  остановил  коня,
заставив его буквально замереть на месте. И вскоре животное  стало  послушно
выполнять прыжки вправо,  влево,  чуть  ли  не  назад  -  словом,  все,  что
вздумается всаднику.
   Еще  раз  взмахнув  на  прощание  шляпой,  Джесси   удалился   под   гром
аплодисментов. Он остановил гнедого прямо перед Мэг, его серые глаза  сияли.
От тела исходили возбуждение и  сила.  Казалось,  он,  словно  средневековый
рыцарь, ожидает знака ее благоволения.
   Повинуясь внезапно проснувшемуся инстинкту,  она  развязала  ярко-голубую
ленту, служившую поясом ее сарафану, и взмахнула ею.
   - Ты был великолепен! - воскликнула Мэг, хотя вряд ли он расслышал  ее  в
этом шуме. - Не знаю, что бы случилось, не окажись ты здесь.
   Джесси привстал в стременах и взял у нее ленту.  Ей  показалось,  что  он
ответил:
   - Я всегда буду здесь.
   Потом пришпорил коня и снова вылетел на середину арены, держа в вытянутой
руке развевающуюся ленту.
   Шумное одобрение толпы никак не соответствовало ее сравнительно небольшим
размерам. И все это в честь Джесси! - с гордостью подумала Мэг.
   На этот раз, подъехав к загону, он  соскочил  и  бросил  поводья  на  шею
лошади. Животное тяжело дышало, раздувая бока, но белки глаз все еще безумно
сверкали. В этот момент к ним подбежал краснолицый человек с усами, похожими
на руль велосипеда, и схватил поводья.
   Джесси, прищурившись, шагнул к нему.
   - Билли Воун, если ты еще раз позволишь своему парню сесть на этого  коня
прежде, чем его объездят, я начищу тебе физиономию. Могли же люди погибнуть!
   - Да, Джи-Джи, - понурился Билли. - Это  было  просто  ужасно.  Я  продаю
этого жеребца, решено. И мальчишку тоже продал бы,  если  б  только  нашелся
дурак, который его купит.
   Джесси тяжело вздохнул.
   - Мальчишка мне не нужен, но коня беру.  Приведи  его  завтра  ко  мне  и
захвати счет, я выпишу тебе чек.
   У Билли загорелись глаза, а усы приподнялись в улыбке.
   - Когда дело доходит до покупки лошадей, ты, Таггарт, всем дашь сто очков
вперед! - воскликнул он, хлопнув себя по ляжке.  -  Это  отличное  животное,
просто отличное. Ну, может, немножко норовистое. Но ты  же  местный  парень,
справишься! Ты не пожалеешь, Джи-Джи.
   - Я уже жалею, но дело сделано.
   Мужчины пожали друг другу руки. Еще раз  рассыпавшись  в  благодарностях.
Билли увел ставшего теперь послушным жеребца.
   - Мэг, - Джесси повернулся и протянул ей руку.
   Что-то в отношениях между ними изменилось, и  она  видела,  что  он  тоже
понял это. Страх сорвал защитный панцирь, обнажил истинные чувства,  скрытые
за искусственно возведенными заслонами.  Она  вложила  руку  в  его  широкую
ладонь...
   - Вперед, ковбой! - Между ними протиснулось огромное тело Джо Боба, а его
похожие на бифштексы ладони дружески-грубовато хлопнули Джесси по плечам.
   Бесцеремонно отодвинутая в сторону Мэг смотрела  на  него  с  нараставшим
возмущением. Она чувствовала себя лишней и ненужной. Джесси с  беспокойством
глянул на нее, но Мэг лишь пожала плечами,  делая  вид,  что  это  не  имеет
никакого значения.
   Позади Джо  Боба  маячила  Сьюзи.  Когда  он  отпустил  Джесси,  та  ужом
скользнула вперед и бросилась на шею героя.
   - Оооооооо! Ты великолепен! Обожаю мужчин, которые умеют подчинять  себе!
- Она попыталась поцеловать его, но Джесси увернулся, и ее  губы,  скользнув
мимо, оставили яркое пятно на воротнике голубой рубашки.
   Сьюзи со смехом отпустила его.
   - Хорошо, что твоя жена здесь, - игриво заметила она,  бросая  взгляд  на
Мэг. -  Иначе  пришлось  бы  объяснять,  откуда  взялась  губная  помада  на
воротнике.
   Кто ей рассказал? У Мэг все сжалось внутри. Она посмотрела на Джесси.  Он
ответил ей таким же ошарашенным взглядом. Не был удивлен лишь Джо Боб -  Мэг
показалось, что она заметила его хитрую усмешку. Но он поймал  ее  взгляд  и
тут же принял самый невинный вид.
   Ей захотелось спросить обо всем этом  у  Джесси,  но  пришлось  стоять  в
очереди, поскольку его со всех сторон обступили восхищенные поклонники. Нет,
она никак не могла в чем-то винить горожан, Джесси  принадлежал  им  еще  до
того, как стал принадлежать ей. Донна Доббинс  обняла  Джесси,  а  маленький
Шейн, запинаясь, поблагодарил его.
   Наконец заиграл городской оркестр, и народ мало-помалу начал перебираться
к эстраде. Неожиданно Джесси и Мэг остались одни.
   Он раскрыл объятия, и Мэг, не задумываясь, шагнула к нему.  Это  казалось
самым естественным, потому что было совершенно ясно -  именно  ее  он  хотел
видеть рядом с собой. Вспыхнув, она прижалась щекой к его груди,  а  руки  с
пугающей легкостью обвились вокруг его узкой талии.
   - Ты так рисковал, - шепнула она. - Нет, не тогда,  когда  ехал  на  этом
сумасшедшем жеребце, а когда бросился наперерез.
   - Я увидел выходящих из-за угла малышей и подумал о Рэнди, - тихо ответил
он. - И увидел тебя. Эта безмозглая скотина летела прямо на  тебя.  Господи,
Мэгги! Если бы с тобой что-нибудь случилось...
   Он поцеловал ее в макушку  и  еще  сильнее  обнял,  прижав  к  груди.  Ее
переполнило  чувство  защищенности,  и  она  услышала   собственные   слова,
удивившие ее саму не меньше, чем Джесси:
   - Когда эта белокурая  красотка,  Сьюзи,  попыталась  тебя  поцеловать  и
измазала помадой воротник, это... в тот раз тоже так было?
   Он глубоко, со стоном вздохнул. Ему не нужно было спрашивать:  когда  это
"в тот раз"?
   - Да, - произнес он наконец, - очень похоже.
   Мэг вцепилась в его рубашку.
   - Так почему же ты ничего не объяснил? Ну почему, Джесси?
   - Понимаешь, - он  был  явно  расстроен,  -  какой  смысл  объяснять?  Ты
смотришь на доказательства, обдумываешь и делаешь  вывод.  Вот  если  бы  ты
нашла у меня в кармане женские трусики, это было бы совсем  другое  дело.  Я
мог бы понять, почему ты так разозлилась. Но губная помада...
   - Джесси, - прошептала она, - если бы ты сразу сказал, эти пять лет могли
бы быть совсем другими.
   - Мэгги, - его рука крепко обхватила ее, - едем домой.
   Нет! Она понимала, что он имеет в виду, но была еще не готова.  Ей  нужно
было привыкнуть к тому, что происходит между ними. Она положила руку ему  на
грудь.
   - Ты слишком спешишь. Вечером будет фейерверк, нельзя же его пропустить.
   Джесси схватил ее руки и поднес к губам, не отрывая взгляда от ее глаз.
   - Ни в коем случае, - сказал он с уверенностью в голосе.


   ГЛАВА ПЯТАЯ

   Джесси принес Мэг жаркое - большие куски настоящей-грудинки  по-техасски,
вместе с молодыми кукурузными початками и спелыми  помидорами.  Они  ели  на
скамейке трибуны и смотрели вниз, на арену, где ребятишки устраивали веселые
соревнования.
   Мэг казалось, что она никогда в жизни столько не смеялась.  Все  барьеры,
которые она воздвигла, чтобы защитить  себя  от  своих  собственных  чувств,
рухнули, словно стены Иерихона. У  нее  кружилась  голова  от  радости...  и
предчувствия.
   - Лимонаду налить? - спросил Джесси.
   Она оторвалась от своих мыслей и кивнула. Джесси достал бутылку, наполнил
картонный стаканчик, и Мэг с жадностью выпила кисловатый прохладный напиток.
   - Ну, и что же дальше? - поинтересовалась  она,  имея  в  виду  программу
праздника.
   Улыбка тронула губы Джесси и, постепенно ширясь, преобразила его лицо.
   - А чего бы тебе хотелось? - спросил  он  грубым  и  одновременно  нежным
голосом.
   Мэг нервно сглотнула, прокашлялась и сумела выдавить лишь одно слово:
   - Ф-фейерверк.
   - Люблю настойчивых женщин, - засмеялся он. - Леди желает фейерверк, леди
его получит.
   Но не раньше темноты, а  до  нее  еще  часа  два.  Масса  времени,  чтобы
побродить по городу, держась за руки. Джесси здоровался почти с каждым и  не
раз  останавливался  поболтать.  Впервые  в  жизни  она  почувствовала  себя
частицей его мира.
   В одном из  конкурсов  Джесси  выиграл  уродливого  плюшевого  медведя  и
широким жестом вручил его Мэг.
   - Твоим талантам, похоже, нет конца, - поддразнила она  его,  прижимая  к
груди игрушку, словно это было прекраснейшее из творений Господних.
   - Нет, - серьезно подтвердил он, и глаза его вызывающе блеснули. - Нет  и
не будет.
   Когда они снова подошли к киоску с "чили", сам шеф-повар призывно замахал
руками.
   - Скажи им, - потребовал Джо Боб, указывая на стоящую у прилавка  пожилую
пару. - Это лучшее в мире "чили" или нет?
   - Или нет, - быстро ответила Мэг, хотя Джо Боб по-прежнему игнорировал ее
и обращался только к Джесси. В ответ она получила лишь неприязненный взгляд.
   Джесси немного подумал и сказал:
   - За весь мир ручаться не могу, но должен  признать,  что  в  Хеллс-Беллс
"чили" Джо Боба не имеет равных.
   Джо Боб просиял.
   - Вот видите, - торжествующе обратился он к пожилой  паре,  -  я  же  вам
говорил! Попробуйте.
   Он помешал ложечкой в картонном стакане.
   - Только не, я, - ответил мужчина. Акцент явно выдавал в нем  северянина.
- Ни за что. Идем, Дороти, я хочу пива.
   Женщина покачала головой.
   - Ты иди, Ларри. А я, пожалуй, рискну попробовать техасское "чили"  этого
джентльмена.
   - Как хочешь, - отозвался Ларри. - Твое дело.
   - Это точно, - тихо бросил Джо Боб, повернувшись к Джесси.
   Дороти услышала его слова и в свою очередь повернулась к Джо Бобу.
   - Простите, это вы мне?
   - Я просто пригласил своих друзей посмотреть фейерверк, - солгал Джо Боб.
- А что касается "чили"...
   Дороти мучили сомнения.
   - Никогда не ела гремучих змей, - призналась она, с  интересом  наблюдая,
как Джо Боб размешивает содержимое стаканчика.
   - О,  это  мало  кому  доводилось.  Именно  изза  них  мое  "чили"  такое
необычное. И еще изза особого сорта помидоров.
   Дороти по-прежнему сомневалась.
   - А оно не  слишком  обжигает?  Мне  бы  не  хотелось  потерять  вкусовые
ощущения.
   - Обжигает?! - насмешливо фыркнул Джо Боб. - Да вы хоть кого спросите.  -
Он повернулся к Джесси: - Скажи этой леди, ДжиДжи.
   Мэг смущенно переступила с ноги на ногу, но Джесси крепко сжал  ее  руку.
Лицо его оставалось бесстрастным.
   - Оно не горячее, - ответил Джесси. - Это уж точно.
   И Джо Боба, и Дороти этот ответ, похоже, удовлетворил. Но только не  Мэг.
Отвернувшись в сторону, она шепнула на ухо Джесси:
   - Помнишь, что ты говорил о трансплантации рта? Что плохого сделала  тебе
эта женщина?
   Он рассмеялся.
   - Ничего, решительно ничего. Просто Джо Боб хочет немного развлечься.
   - Меня вовсе не забавляют дурацкие шутки, особенно  такие.  Она  запросто
может лишиться вкусовых ощущений. Или, по меньшей мере, у нее будет испорчен
праздник.
   Джесси пожал плечами.
   - Это не мое дело. Я не соврал, эта штука не  горячая.  Естественно,  она
обжигает, потому что туда всыпали галлон-другой  свежего  перцачили.  Но  об
этом меня никто не спрашивал.
   Он потянул ее за руку.
   - Пойдем, поищем место, откуда лучше виден фейерверк.
   - Ну, не знаю...
   Мэг колебалась. Она кинула  взгляд  через  плечо.  Дороти  в  одной  руке
держала стаканчик, а в  другой  -  ложку.  Не  маленькую,  пластмассовую,  а
большую, деревянную, доверху наполненную похлебкой.
   - Вот так, - уговаривал ее Джо Боб, словно  строптивую  кобылу.  -  Чтобы
лучше почувствовать вкус "чили", надо сделать большой глоток.
   Словно завороженная, Дороти медленно поднесла ложку ко рту.  Мэг  затаила
дыхание.
   Дороти, не делайте этого! - мысленно умоляла она.
   Дороти открыла рот, и Мэг испуганно вскрикнула;
   - Нет!
   Ложка со стуком упала на прилавок, забрызгав  его  -  похлебкой.  Женщина
испуганно посмотрела на Мэг.
   Краска залила лицо Джо Боба.
   - Черт побери, Мэгги, вечно ты все испортишь! - И он грохнул  кулаком  по
прилавку.


 

ДАЛЕЕ >>

Переход на страницу:  [1] [2]

Страница:  [1]

Рейтинг@Mail.ru








Реклама