роман - электронная библиотека
Переход на главную
Жанр: роман

Леклер Дэй  -  Карьера? Нет, лучше любовь


Переход на страницу: [1] [2]

Страница:  [2]



   К тому времени, когда они  получили  свой  багаж  и  взяли  такси,  время
близилось к полудню. Открыв дверь, Делла,  как  всегда,  радостно  заключила
Иона в объятия.
   - Я счастлива, что вы здесь. Обед будет готов в половине первого, так что
у вас есть время освежиться. - Она улыбнулась Никки и протянула ей  руку.  -
Вы, должно быть, миссис Эштон. Добро пожаловать...
   - Это Никки, - перебил ее Ион. - Точнее сказать, Никки Алексавдер, а  еще
точнее - миссис Ион. Алексавдер.
   - Ох, ну нельзя же так сразу! - возмутилась Никки, метнув яростный взгляд
в сторону безмятежного мужа.
   Как он и рассчитывал, холодность и сдержанность деловой женщины мгновенно
сменились гневом разъяренной фурии. Кстати сказать, такой она нравилась  ему
еще больше! И, насколько он знал  своих  родителей,  им  должна  понравиться
тоже.
   - Что-нибудь не так? - кротко поинтересовался он.
   - И ты еще спрашиваешь? Ты не  мог  подготовить  свою  мать,  прежде  чем
обрушивать на нее подобное известие?
   - А разве я ее не подготовил?
   Тут наконец до Деллы дошел смысл их бурной перепалки, и  она  ошеломленно
открыла рот.
   - Так вы поженились?
   Никки обхватила себя руками, тщетно пытаясь  успокоиться,  а  Ион  быстро
взглянул  на  мать  и  с  облегчением  констатировал,  что  она  не  столько
шокирована, сколько сбита с толку.
   - У тебя что, такая  манера  -  сразу  ставить  всех  перед  свершившимся
фактом? - продолжала Никки.
   Ион невозмутимо пожал плечами.
   - Не преувеличивай. Ты  забываешь,  что  "все"  -  это  моя  мать,  а  ей
прекрасно известно, что быстроту я предпочитаю деликатности.
   - Да уж, это точно. Хотя я надеялась, что работа хоть немного должна была
научить тебя дипломатии.
   - Немного научила, - подтвердил Ион. - Но я абсолютно уверен в  том,  что
для зарабатывания денег необходимы талант и ум, а вовсе не тактичность.
   Делла, молча слушавшая их разговор, оглянулась через плечо.
   - Лорен, - позвала она, - мне кажется, тебе лучше подойти к нам.
   - Кстати, ты же уверял меня, что позвонишь своим родителям, -  продолжала
Никки.
   - Но я действительно им звонил, пока ты спала, -  заверил  ее  Ион.  Жена
явно пребывала в скверном расположении духа. Надо было заказать  ей  не  две
чашки кофе, а три! - И я сказал, что мы приедем к обеду.
   - И только-то? А ты не мог сказать: "Кстати,  я  только  что  женился  на
Никки Эштон"? Это я должна им все объяснять?
   - Ну и что все это значит? - мягко поинтересовался Лорен, подходя сзади.
   - Они поженились, - объяснила Делла.
   - Кто - они? - не сразу понял Лорен.
   - Ион и Никки.
   - То есть как это? Ведь она уже замужем за неким Эштоном!
   - Вот видишь! - торжествующе заметил  Ион.  -  Именно  этого  я  и  ждал.
Сообщение о женитьбе - настолько приятная новость для родителей,  что  лучше
сообщать ее лично, а не по телефону.
   - И в прихожей?
   - А какая разница? Они будут счастливы разделить с нами нашу радость  где
угодно.
   - Однако они выглядят не столько счастливыми, сколько ошеломленными.
   - Я не столько ошеломлен, сколько ничего не понимаю,  -  покачал  головой
Лорен, обращаясь к жене. - Но ведь у Никки что-то наклевывалось с Эриком?
   - Возможно, но теперь она вышла замуж за Иона, - пожала плечами Делла.
   - Ты бы хоть дождался, пока нас пригласят войти! -  Никки  все  никак  не
могла успокоиться.
   Ион состроил непередаваемую мину.
   - Видимо, я так разволновался, что забыл обо всем на свете.
   - Ты  -  разволновался?  Да  ты  же  никогда  не  теряешь  головы  и  все
предварительно обдумываешь!
   Лорен переводил взгляд с Никки на Иона и хмурил брови.
   - Я так и не понял, что случилось с мистером Эштоном, - сказал он.  -  Он
что - оставил свою жену вдовой?
   - Не было никакого мистера Эштона, - одновременно произнесли Никки и Ион.
   - Не было? - Озадаченный Лорен запустил пятерню в свои седые волосы. -  В
таком случае я  ни  черта  не  понимаю  Может,  кто-нибудь  из  вас  наконец
объяснит, что здесь происходит?
   -  А  может,  мы  наконец  войдем  в  дом,  пока  к  нашей  дискуссии  не
присоединились соседи? - предложила Делла.
   - Превосходная идея, мать, - тут же подтвердил Ион.
   Самое ужасное, пожалуй, уже позади, подумала Никки, пока  они  переходили
из холла в гостиную, а вслух заметила:
   - Какой у вас великолепный вид из окна!
   - Видели бы вы, как здесь чудесно зимой, когда лежит снег,  -  напряженно
улыбнулась Делла.
   - Да-да, вид чудесный, снег чудесный, и весь мир,  черт  бы  его  побрал,
тоже чудесный? - бормотал Лорен. - Так вы наконец расскажете,  что  все  это
значит? Или от вас так и не дождешься вразумительных объяснений?
   - Это все моя вина, - первой начала Никки.
   - Кажется, я говорил тебе, что сам все объясню, - с легким нетерпением  в
голосе перебил ее Ион.
   - Прекрасно. Так  объясняй!  -  заявила  она,  вскидывая  подбородок,  и,
повернувшись к мужу спиной, устремила взгляд на озеро Мичиган. В каком свете
он собирается представить всю их историю? Его родители и  так  уже  порядком
шокированы...
   - В сущности, - начал Ион, - все очень просто Никакого мистера Эштона  не
существует, а Никки никогда не была замужем.  Она  всего  лишь  притворилась
замужней  женщиной,  чтобы  избавиться  от  приставаний  Эрика   -   Услышав
восклицание Деллы, он покачал головой: - Нет, мать, тут совсем не то, что ты
подумала. Он позволил себе влюбиться в красивую женщину, но  у  него  с  ней
ничего не получилось.
   К немалому изумлению Иона, обе женщины покраснели.
   - Проясни-ка мне одну вещь, - попросил Лорен, сводя брови к переносице. -
Выходит, Никки придумала свое замужество, чтобы избавиться от Эрика?
   - Боюсь, что так, - подтвердил Ион. - Ну а потом ситуация начала выходить
у нее из-под контроля.
   - В таком случае я бы сказал, что она и раньше ее  не  контролировала,  -
сухо заметил Лорен
   - Может быть, ты и прав, - отозвался Ион.
   - Поехали дальше! - умоляющим тоном попросила Никки. - Я сполна  осознала
свою главную ошибку, и теперь это уже ни для кого не секрет.
   - Когда Эрик стал интересоваться, чем вызвано  длительное  отсутствие  ее
мужа, - продолжал Ион, - она решила исправить ситуацию.  Прошлой  ночью  она
приехала на бал в Неваду, чтобы найти там себе  подходящего  мужа,  а  потом
представить его у себя на работе.
   Делла ошеломленно опустилась на кушетку.
   - О, бедная девочка! Как же ты могла?
   - В тот момент  мне  показалось  это  неплохой  идеей,  -  тихо  ответила
смущенная Никки.
   - И этим подходящим мужем оказался я! - спокойно  заявил  Ион,  глядя  на
своих родителей. - До тех пор пока Эрик не избавится от своей влюбленности и
пока не удастся исправить ситуацию в нашем нью-йоркском филиале, мы с  Никки
останемся мужем и женой. И все мы будем относиться к нашему браку  так,  как
если бы он был заключен по-настоящему - и на века!
   - Мне кажется, вы оба сошли с ума, -  заявил  Лорен,  подходя  к  бару  и
наливая себе шотландского виски. - И я не хочу в этом участвовать.
   - Позвольте мне поговорить с Лореном наедине, - обратился Ион к женщинам.
   Делла поднялась на ноги, а затем улыбнулась Никки.
   - А не пойти ли нам взглянуть, готов ли обед?
   - Разве у нас есть выбор?
   - Боюсь, что нет.
   Когда обе женщины покинули комнату, Ион повернулся к отчиму:
   - Вне зависимости от того,  согласен  ты  с  моим  решением  или  нет,  я
рассчитываю на  твою  поддержку.  Кроме  того,  я  надеюсь,  что  ты  будешь
обращаться с Никки, как если бы она была моей настоящей женой. Если для тебя
это окажется слишком сложно, скажи - и мы тут же уедем.
   - Ты это серьезно? -
   -  Очень  серьезно.  Ты  вызвал  меня  домой,  чтобы  я  нашел  выход  из
сложившейся ситуации, и" все, что сделал, я сделал именно ради этого.
   - Но если раньше меня  беспокоила  ситуация  с  Эриком,  то  теперь  меня
беспокоит то, что натворил ты.
   - Тут уж ничего не поделаешь.
   - Но зачем ты женился? - поинтересовался Лорен, делая  глоток  из  своего
бокала. - Неужели  ты  рассчитывал,  что  я  могу  одобрить  такое  безумное
решение?
   - Послушай,  Лорен,  мы  должны  всеми  возможными  средствами  оберегать
репутацию "Международных инвестиций".
   - Ну и что ты предлагаешь?
   - А вот что... - Ион тоже плеснул себе виски. -  Награждение  победителей
премией ЛДБ состоится сразу после Рождества,  так  что  до  тех  пор  у  нас
связаны руки. У меня в Лондоне превосходный помощник, которому я  доверяю  и
который сумеет за время  моего  отсутствия  взять  все  дела  на  себя.  Тем
временем я проведу шесть недель в НьюЙорке, играя роль заботливого мужа.
   - Что именно ты собираешься делать?
   - Посмотрю все дела, которые вела Никки, чтобы лично убедиться в том, что
они с Эриком не потеряли никаких других счетов. Когда мне  удастся  во  всем
разобраться, я вернусь в Лондон. Затем мы выждем полгода,  после  чего  либо
убедим очаровательную миссис Эштон перевестись в какой-нибудь другой филиал,
подальше от Эрика, либо поискать себе работу в какой-нибудь другой фирме.
   - А тебе не кажется, что это несколько жестоко по отношению к собственной
жене?
   - Моя так  называемая  жена  несет  всю  ответ"  ственвюсть  за  то,  что
произошло! - гневно парировал Ион. - Если бы она сразу сказала  Эрику  "нет"
или вошла в контакт с кем-нибудь из нас, то все было бы в порядке.
   - А когда весь этот конфликт будет улажен?..
   - Мы с Никки разведемся.
   - Разведетесь?
   - А что тебя так удивляет? К тому же, мне кажется,  это  не  должно  тебя
волновать.
   - Ну, в конце концов, она моя сотрудница, а теперь еще и невестка,  пусть
даже на какое-то не слишком продолжительное время...
   - Это дело решенное. - Ион допил свое виски и осторожно поставил стакан в
бар. - Когда все будет закончено, мы разведемся.
   - На этот раз я хочу поговорить с тобой всерьез, - твердо заявила  Никки,
в глубине души надеясь на успех. Впрочем, имея дело с таким  человеком,  как
ее временный муж, никогда нельзя знать заранее, чем оно обернется.
   - Посмотрим, - безразличным тоном откликнулся Ион, глядя в окошко.  Такси
притормозило у бровки тротуара. - Это твой дом?
   - Да. Я сдаю первый этаж, а сами мы живем на втором.
   - Мы?
   - Мы - это я, моя сестра Криста и ее дочь Келли. Они живут со мной.
   - Так это их фотографию я видел в твоем офисе?
   - Что? Ты обшаривал мой стол? Впрочем, теперь это неважно... Да, это они.
Фото было сделано год назад, когда Келли было пять.
   Ион выгрузил багаж и расплатился с таксистом.
   - И как долго вы здесь живете? - спросил  он,  пока  они  поднимались  по
ступенькам крыльца.
   - Мы всегда здесь жили. Криста и я выросли в этом доме, - не очень охотно
пояснила  Никки,  которой  не  слишком  хотелось  посвящать  мужа   во   все
подробности своей прошлой жизни.
   - Я полагаю, ты ничего еще не говорила своей сестре?
   - Нет. И, честно тебя предупреждаю, она может воспринять эту новость  без
энтузиазма.
   - Нет проблем, - заметил Ион сухо. - Я, кажется, уже начинаю привыкать  к
такого рода реакции на нашу женитьбу.  Так  это  и  есть  та  самая,  вторая
причина, по которой ты хотела выйти замуж?
   - Да, - глубоко вздохнув, призналась Никки. -  Наверное,  мне  надо  было
рассказать тебе об этом раньше.
   - Конечно. А Криста знает о том, что твое первое замужество - фикция?
   - Разумеется, но она не знает, что и второе - тоже. Кстати, не говори ей,
что вы с Эриком родственники, а то она обо всем догадается.
   - Но мы должны и перед ней разыгрывать влюбленных супругов?
   - Обязательно, и не просто влюбленных, а  страстно,  безумно  влюбленных.
Надеюсь, тебе эта роль еще не слишком наскучила?
   - Напротив, я только начинаю входить во вкус. Но почему именно безумно?
   - Тебе нет необходимости об этом знать, просто веди себя  как  влюбленный
муж - только и всего. Ты сможешь это сделать?
   - Еще бы! - И Ион без предупреждения схватил ее за талию, привлек к  себе
и поцеловал именно так: "безумно" и "страстно"
   Никки следовало бы вырываться, лягаться и даже кусаться, а  вместо  этого
она обеими руками обхватила мужа за шею и на какое-то мгновение  забылась  в
его властных объятиях. Впрочем, почувствовав, как он что-то нашаривает за ее
спиной, Никки тут же встрепенулась. Оказалось, он пытался  нащупать  дверной
звонок.
   - Ой, тетя Никки, - раздался детский голосок. - А я тебя так  ждала,  так
ждала...
   - Отпусти меня, и давай войдем, - прошипела Никки, поворачиваясь лицом  к
племяннице и улыбаясь: - Привет, Келли!
   Девочка засмеялась, а затем закричала в глубину дома:
   - Мама, иди скорей сюда! Здесь какой-то странный дядя Целует тетю Никки.
   - О Боже! - только и сказала Криста, появляясь  в  дверном  проеме  и  не
слишком приветливо оглядывая Иона.
   - А где же твой сюрприз? - капризно поинтересовалась Келли, хватая  Никки
за кончики пальцев.
   - Мне кажется, что это я. -  Ион  наклонился  к  девочке:  -  Здравствуй,
Келли, меня зовут дядя Ион.
   Келли - рядом с ним она выглядела совсем крошечной - несколько  мгновений
внимательно изучала его своими лукавыми глазенками,  даже  головку  склонила
набок, свесив белокурые кудряшки. Она словно бы  колебалась,  не  зная,  как
отнестись к этому высоченному незнакомцу, но затем радостно ему улыбнулась.
   - Привет, - сказала она. - А я и не знала, что у меня есть дядя.
   - И я тоже этого не знала, - каким-то  замороженным  голосом  заявила  ее
мать и церемонно протянула Иону руку. - Меня зовут Криста Барретт, я  сестра
Никки. А кто вы, позвольте узнать?
   - Ион Александер, - отвечал он, пожимая протянутую руку. - Ваш зять.
   - О небо!
   - Мы что, всегда теперь будем выяснять отношения на пороге? - нетерпеливо
поинтересовалась Никки.
   - Так получается, - усмехнулся Ион.
   - Давай же наконец войдем.
   Ион подхватил багаж и шагнул в дом. Келли, не сводя с него глаз, семенила
следом.
   Криста схватила Никки за руку:
   - Что все это значит?
   - Я вышла замуж.
   - Так быстро? - изумилась сестра. - Ты что, осуществила свою затею, чтобы
отвязаться от Эрика?
   - Нет, наш брак - самый  настоящий,  -  заверила  ее  Никки,  старательно
отводя глаза. - И, скажу тебе правду, я люблю своего мужа. Мы просто без ума
друг от друга. И будем вместе до самой смерти!
   - Ну-ну, - покачала головой Криста.
   - По  крайней  мере  я  на  это  надеюсь,  -  поправилась  Никки,  бросая
задумчивый  взгляд  на  Иона.  Тот  стоял   рядом   с   Келли,   внимательно
прислушиваясь к ее болтовне.
   - Вот это комната для тети Никки, - возбужденно объясняла девочка. -  Там
мы все приготовили к ее приезду. Она очень много  работает,  домой  приходит
поздно и иногда сердится, если я оставляю в ее комнате свои игрушки...
   - А в другой комнате живете вы с мамой?
   - Да, а как ты догадался?
   - Случайно.
   Никки понравилась лукавая улыбка Иона и то, как он  говорил  с  ребенком.
Наверное, ему быстро удастся найти с девочкой общий язык.
   - Ну, теперь самое время вас поздравить, - решительно заявила Криста. - В
этом доме наверняка найдется для такого случая бутылка шампанского.  Кстати,
- она вскинула глаза на Иона, - ваше имя кажется мне знакомым. Я  вас  знаю?
Вы живете где-то поблизости?
   - Ни то и ни другое, - поспешила  с  ответом  Никки.  -  Ион  только  что
прилетел из Англии. Ему негде жить, и потому я привела его к нам.
   - Боюсь, у нас будет тесновато, -  заметила  Криста.  -  А  что,  если  я
позвоню друзьям? Уверена, что мне удастся найти что-нибудь получше.
   - Только не сейчас, - сердито возразила Никки, найдя  предложение  сестры
не слишком уместным. - Не надо с этим торопиться.
   - Да и вообще это не понадобится, - холодно заявил Ион. - Мы просто зашли
вас проведать и сейчас же едем ко мне на квартиру.
   Никки удивленно открыла рот:
   - Но...
   - Я решил  сделать  тебе  свадебный  сюрприз,  любовь  моя.  Так  что  не
волнуйся, Криста. Мы просто хотели сообщить тебе радостную новость и забрать
кое-что из одежды Никки. Разве не так? - И он положил руку на плечо жены.
   - Слава Богу, что ты все  же  поинтересовался  моим  мнением,  -  не  без
ехидства заметила она, сознавая, что ее собственные планы растаяли, как  дым
в небе. И, почувствовав на себе озабоченный взгляд Кристы, не слишком охотно
добавила: - Дорогой...
   - Я рад, что ты со мной согласна, родная. - И Ион лучезарно улыбнулся.


   ГЛАВА ШЕСТАЯ

   - Как ты мог? - накинулась на него Никки.
   - Что именно?
   - Ах, ты еще и не понимаешь?
   - Представь себе, действительно не понимаю! - огрызнулся Ион,  занося  их
багаж в лифт. Он нажал на "пентхаус" - самую верхнюю  кнопку  небоскреба.  -
Криста - член твоей семьи. Для тебя это что-нибудь значит?
   - Разумеется.
   - И при этом ты была готова выбросить собственную сестру и племянницу  из
своего дома?
   Он  повернулся  к  ней,  и  она  сразу  ощутила,  насколько   уменьшилось
пространство лифта. Она словно бы очутилась в клетке со  львом  -  яростным,
огромным, готовым сожрать ее всю  целиком,  да  еще  плотоядно  облизнуться.
Ощущение не из приятных!
   - О чем ты говоришь? Я неспособна на такое!
   - Мы причинили бы ей столько неудобств, что она сама бы  решила  съехать.
Неужели ты этого не понимаешь? - с издевкой в голосе  осведомился  он.  -  А
ведь они обе всю жизнь прожили в этом доме, не так ли?
   Никки не желала отвечать, тем более что Ион был, в сущности, прав, однако
все же попыталась это сделать:
   - Кристе хотелось  перебраться  к  своему  другу,  но  она  боялась  меня
обидеть. Вот я и решила дать ей шанс...
   - Ну, разумеется, я именно так и подумал.  "Дать  ей  шанс"!  Указать  на
дверь и выкинуть на улицу!
   - Это неправда! Кристе не нравилось, что я буду жить одна. Она вбила себе
в голову дурацкую идею, что слишком многим мне обязана.
   Он скрестил руки на  груди,  расправив  широкие  плечи.  В  его  позе  ей
почудилось что-то угрожающее.
   - А кому она обязана этой идеей? Тебе?
   Да какое он право имеет требовать от нее объяснений?
   - Мне все равно, что ты думаешь, - сухо  сказала  Никки.  -  Я  с  самого
начала говорила тебе, что  мне  нужен  муж  для  решения  двух  моих  старых
проблем, а не для создания новых!
   - Да, помню. Одна из  проблем  называлась  Эриком,  вторая  была  слишком
личной. Если бы я знал, что это за личная проблема и как ты  собираешься  ее
решать, ни за что бы на тебе не женился.
   - А если бы я знала, что ты начнешь вмешиваться не в свое  дело,  никогда
бы не вышла за тебя замуж! - мгновенно вспыхнула Никки. -  Дороже  Кристы  и
Келли у меня никого нет...
   - Однако ты выбрала самый занятный способ, чтобы продемонстрировать  это!
- фыркнул Ион.
   - Проблему со своим братом ты можешь решать как тебе вздумается. А в дела
с моими родными тебе лучше не вмешиваться!
   - Возможно, но здесь есть одно принципиальное отличие.  Я  принимаю  дела
Эрика близко к сердцу.
   - Точно так же, как я - дела Кристы! Если бы ты не вмешался, а дал бы мне
возможность самой все объяснить, мы бы  обо  всем  договорились.  Однако  ты
очень быстро ухитрился  разрушить  все,  чего  я  с  таким  трудом  пыталась
достичь. Я потратила столько денег и нервов - и что же  получила  от  своего
замужества? Да ничего! И это твоя вина!
   Он повернулся к дверям лифта, небрежно бросив через плечо:
   - Если тебе нравится  так  считать,  то  пусть  это  будет  моя  вина.  Я
переживу.
   Никки призвала на помощь  все  свое  благоразумие,  едва  удерживаясь  от
желания взорваться и устроить скандал.
   - Ты не имел права вмешиваться! Я так тщательно все спланировала, а из-за
тебя мои планы рухнули.
   - Ты думаешь, я об этом сожалею? - резко поворачиваясь к ней, осведомился
Ион. - И не жди от меня извинений за то, что я избавил  Кристу  и  Келли  от
твоих махинаций. Я очень рад, что вмешался.
   - Ты просто многого не понимаешь. - Никки устало  прикрыла  веки.  Теперь
совершенно очевидно, что Криста еще долгое  время  не  решится  на  переезд.
Зачем покидать насиженное гнездо, если оно вполне удобно и безопасно?  Зачем
подвергать себя риску столкнуться с опасностями реального мира,  если  Никки
дала ей замечательный  повод  остаться  на  прежнем  месте?  "Никки  во  мне
нуждается, а я многим обязана Никки, которая спасла мне  жизнь"  -  вот  как
будет рассуждать Криста. - Теперь она никогда не уедет.
   - Грубо!
   - Грубо? - Никки недоверчиво посмотрела на Иона. - А  что,  по-твоему,  я
буду делать, когда мы разведемся? Я не смогу вернуться в  свой  дом  и  жить
там, как ни в чем не бывало. Если  я  это  сделаю,  она  никогда  не  сможет
устроить свою личную жизнь.
   - Я всего лишь помешал тебе выкинуть твою сестру и племянницу на улицу. -
Двери лифта раздвинулись" и Ион вынес багаж, поставив  его  у  дверей  своей
квартиры. - Почему не позволить сестре жить на прежнем  месте?  Дети  должны
иметь дом, который могут называть своим. А когда мы разведемся,  ты  сможешь
найти себе новую квартиру, где племянница не будет раздражать тебя тем,  что
оставляет в твоей комнате игрушки.
   - Ты по-прежнему ничего не понимаешь!
   - Ты права, я не понимаю. - Открыв дверь, он вдруг приблизился к Никки  и
подхватил ее на руки.
   - Что ты делаешь? - изумилась она.
   - Хочу перенести свою жену через порог. Добро  пожаловать  домой,  миссис
Александер. - С этими словами он внес ее в квартиру и поставил  на  ноги.  -
Надеюсь, вам здесь понравится.
   Никки заморгала, пытаясь сдержать неожиданно подступившие слезы. Поспешно
отвернувшись, чтобы он не успел заметить ее чувств, она пересекла прихожую и
вошла  в  гостиную.  Через  огромные,  во  всю   стену,   окна   открывалась
великолепная панорама Манхэттена.  Мебель  была  искусно  расставлена  таким
образом, чтобы не загораживать эту панораму и вместе с тем создать атмосферу
уюта и комфорта. Все было красивым, дорогим - и удивительно холодным!
   - Интересно, кто здесь жил, пока  ты  находился  в  Лондоне?  -  спросила
Никки, не оборачиваясь к Иону. Он вошел за ней следом.
   - Не знаю. Это не моя квартира. "Международные инвестиции" используют  ее
для приемов. Иногда мы предоставляем ее нашим клиентам, когда  они  проездом
оказываются в городе.
   - А Лорен с Деллой не станут возражать, если мы поселимся здесь?
   - С какой стати?
   - А разве не Лорен является боссом?
   - Нет, с недавних пор босс - я.
   - Да? - Она задумалась, а затем решительно встряхнула головой. - Ну и что
мы будем теперь делать?
   - Я полагаю, позавтракаем и отправимся на работу. Эрик, вероятно,  уже  с
самого раннего утра торчит  там,  рассказывая  всем  о  нашей  женитьбе.  Мы
подтвердим это сообщение,  представив  тебя  как  миссис  Александер,  затем
примем всеобщие поздравления, проигнорируем шепот  за  нашими  спинами  и  с
головой углубимся в дела.
   - А что будет после того, как мы устроим все это представление? Я имею  в
виду, когда ты вернешься в Англию?
   - Я не собираюсь торопиться с возвращением, так что у нас еще будет масса
времени, чтобы обсудить эту проблему.
   - Да? А на балу у Монтегю ты  заявил,  что  приехал  всего  на  несколько
недель.
   - После женитьбы мои планы изменились.
   - Почему?
   - Да потому, что было бы странно, если бы твой муж  не  присутствовал  на
церемонии награждения тебя премией ЛДБ.
   Никки изумленно воззрилась на Иона - за суетой последних дней она  совсем
позабыла о премии. И тут вдруг поняла, какую значительную роль  сыграла  эта
премия в том, что Ион внезапно решил жениться на ней.
   - Ах, ну как же... разве могут "Международные инвестиции" упустить  такую
премию.
   - Честно говоря, я бы предпочел ее не упускать.
   - Но если номинант так и не станет победителем - что тогда?
   - Не знаю, - честно признался Ион. - Прежде  мне  надо  оценить  качество
твоей работы.
   - И ты не будешь разочарован, - твердо заверила его Никки. - Все,  что  я
делаю, я делаю хорошо.
   - Не уверен, но посмотрим.
   Оказавшись перед стойкой  секретарши  фонда  "Международные  инвестиции",
Криста заколебалась: стоит ли сперва спросить, здесь  ли  Никки,  или  сразу
отправиться на  ее  поиски?  Однако  ее  сомнения  разрешились  сами  собой:
секретарши на месте не оказалось, спрашивать было не у кого.
   Криста никогда прежде не беспокоила сестру в разгар рабочего дня,  однако
за последние три недели многое изменилось. Что-то было  не  так...  Она  уже
несколько раз побывала в  новой  квартире  сестры,  но  там  ей  не  удалось
побеседовать с ней один на один, поэтому она и решилась заехать  к  Никки  в
офис. Заметив в дальнем конце холла небольшую группу людей,  стоявших  перед
двойными дверьми в ожидании лифта, Криста устремилась туда.
   -  Извините,  -  произнесла  она,  касаясь  плеча  высокого   мужчины   с
золотисто-каштановыми волосами.
   - Мне пока еще не за что вас извинять, - улыбнулся он.
   - Я бы хотела узнать... - Криста не договорила, потому что из-за  дальней
двери послышался знакомый голос. Никки!
   - Зачем ты перепоручил счет Стамберга? - вопрошала сестра. - Этим  счетом
занималась я!
   - А теперь им будет заниматься Мейерсон, -  пророкотал  в  ответ  мужской
голос, в котором Криста узнала голос зятя. Вот так дела - она  и  не  знала,
что они работают вместе!
   - Мейерсон? Этот идиот? Да я бы не поручила ему и  менее  сложные  счета,
тем более счет  Стамберга.  А  я-то  думала,  ты  стремишься  улучшить  дела
компании!
   - Ты правильно думала.
   - Неужели?
   - Мне кажется, ты забыла, кто на кого тут работает.
   - А мне кажется, что скоро все разъяснится само собой.
   - Что, черт подери, ты имеешь в виду?
   - А то, что еще несколько таких ослиных решений - и тебе уже не  придется
заботиться  о  работодателях,  делах,  счетах  или   сотрудниках   компании,
поскольку мы все окажемся без работы!
   - Ты даже не представляешь себе, какую чушь несешь!
   - Зато я очень хорошо представляю  себе,  какую  колоссальную  ошибку  ты
совершаешь с этим Мейерсоном!
   - Да он удвоит прибыли Стамберга!
   - Не смеши меня! Он не способен удвоить даже содержимое своего кошелька.
   - Может, заключим пари? Или ты способна только на пустые разговоры?
   - Ах, тебе хочется действий? Что ж, ты их получишь! Мейерсон не только не
удвоит прибыли Стамберга, но потеряет и те деньги, которые тот уже вложил  в
некоторые проекты.
   - А если ты ошибешься?
   - Тогда я... тогда я...
   - Ну что, что?
   - Тогда я станцую голой на твоем столе!  Зато,  если  ты  проиграешь,  ты
сделаешь то же самое, но уже на моем столе!
   Люди, стоявшие перед дверями лифта и вместе с Кристой слышавшие весь этот
разговор, засмеялись. Однако сама Криста была удивлена и шокирована - она не
ожидала от Никки ничего подобного.
   - Да, я бы не отказался посмотреть  на  эту  сцену!  -  заметил  один  из
мужчин.
   - Заткнись, Бентли, - сказал ему второй, тот  самый,  к  кому  обращалась
Христа.
   - О Боже, что мне теперь делать! - неожиданно запричитал третий.
   - А тебе, Мейерсон, лучше бы выиграть  это  пари,  иначе  Ион  Александер
оторвет тебе голову! - заявил Бентли.
   На какое-то время воцарилось молчание.
   - Ты сама поставила это  условие,  -  снова  заговорил  Ион.  -  Так  что
готовься к проигрышу, дорогая.
   - Ха! Да у тебя нет ни малейших шансов выиграть наше пари!
   Голос Никки стал громче - вероятно, она подошла к двери. Поняв  это,  все
бросились  врассыпную.  Мужчина,  предложивший  Бентли  заткнуться,  схватил
Кристу за руку.
   - Вам лучше уйти отсюда, -  пояснил  он,  распахивая  ближайшую  дверь  и
буквально втаскивая в комнату изумленную женщину. - Никки разозлится  не  на
шутку, если узнает, что мы ее подслушивали.
   Мужчина так тесно сжал ее в объятиях, что  Кристе  стало  трудно  дышать.
Однако  она  даже  не  попуталась  отстраниться  -  настолько  приятно  было
чувствовать мощь и теплоту его большого  и  сильного  тела.  Семь  долгих  и
безнадежных лет она жила одна - и это не замедлило сказаться. -
   - Пожалуйста... - начала Криста.
   - Секундочку, - прошептал он, обжигая  ее  ухо  своим  горячим  дыханием.
Слегка приоткрыв дверь, мужчина выглянул в коридор. - Кажется, она идет.
   - В самом деле? - раздался в коридоре яростный голос Никки. - Ну  что  ж,
мы еще посмотрим.
   Приподнявшись на цыпочки, Криста глянула через плечо незнакомца и увидела
раскрасневшуюся сестру. Никогда прежде Никки не казалась ей такой красивой.
   - Да, посмотрим, - парировал Ион. - А пока учись  стриптизу.  -  И  он  с
треском захлопнул дверь.
   - Если вы не возражаете... - пробормотала Криста, извиваясь всем телом  и
пытаясь высвободиться.
   - Ах, извините. - Мужчина отступил на  шаг  и  опустил  руки.  Глянув  на
Кристу в упор, он нахмурился: - Ваше лицо кажется мне знакомым. Я вас знаю?
   - Не думаю. - Она виновато улыбнулась. - Меня зовут Криста Барретт, и я -
сестра Никки.
   - Забавно, - усмехнулся мужчина, - а я - Эрик Сандерс, брат Иона.
   Криста удивилась  не  на  шутку.  Так  это  тот  самый  человек,  который
преследовал ее сестру и сделал  ее  жизнь  настолько  невыносимой,  что  она
сначала придумала себе мужа, а потом вышла замуж за  его  брата?  Бывают  же
такие удивительные совпадения! Впрочем, вряд ли это совпадение, а брак Никки
-  не  просто  любовная  игра,  как  пыталась  уверить  ее  сестра.   Криста
внимательно посмотрела на Эрика. Возможно, он что-нибудь знает об этом и  не
откажется ее просветить?
   - Послушайте, я понимаю, что мое предложение  довольно  неожиданное...  -
заговорил Эрик. - Но... быть может, вы согласитесь пойти со мной на ланч?
   - Право, не знаю. Я пришла, чтобы повидать Никки.
   Эрик широко улыбнулся - дружелюбной мальчишеской улыбкой.
   - А вам не кажется, что вы выбрали для этого не самое подходящее время?
   - Наверное, вы правы. - Криста уже поняла, что не сможет не  принять  его
приглашение. К тому же не исключено, что беседа за ланчем многое прояснит. -
Хорошо, я согласна.
   - Великолепно, тогда пошли.
   Криста кивнула головой и словно завороженная двинулась следом. Когда Эрик
взялся за дверную ручку, какая-то тень пробежала по его лицу.
   - Полагаю, следует сказать вам, что мне очень нравилась ваша  сестра.  Но
между нами ничего не было, - поспешно добавил он.
   - Понимаю, - скрывая свое удивление, кивнула Криста.
   - Кроме того, я, кажется, кое-что понял...
   - Что именно?
   - Никки прекрасно подходит Иону, но она слишком хороша для  меня.  Она  -
женщина, мечтающая сделать  карьеру,  в  то  время  как  я  мечтаю  о  жене,
приверженной более традиционным ценностям. - Улыбаясь,  он  распахнул  перед
Кристой дверь и вдруг спросил: - Кстати, а у вас есть дети?
   - Забавно, что вы меня об этом спрашиваете, - засмеялась Криста.
   Никки вошла в офис и с силой захлопнула за собой дверь.  Никогда  еще  за
двадцать  восемь  лет  своей  жизни  она  не  чувствовала   себя   настолько
раздраженной.  И  все  из-за  этого  невозможного  человека,  который   имел
несчастье стать ее мужем!
   Пытаясь успокоиться и взять себя в руки,  она  принялась  расхаживать  по
кабинету, но это не помогало. Тогда она  попробовала  прибегнуть  к  другому
способу - глядя в окно, считать проезжавшие мимо  машины.  Когда  и  это  не
помогло, она начала убираться у себя на столе, где и  так  царил  образцовый
порядок. Все было идеально. И тут она вспомнила, что всегда  действовало  на
нее успокаивающе. Никки достала  из  туалета  большую  картонную  коробку  и
вывалила ее содержимое на пол - специальная земля в целлофановых  пакетиках,
удобрения, перчатки, пульверизатор, ножницы, керамическая плитка и фартук.
   Надев перчатки и фартук, она подошла к окну и занялась чахлыми комнатными
растениями, расставленными на подоконнике. Эти  пораженные  болезнями  цветы
принадлежали сотрудникам компании, увлекающимся садоводством. Никки получала
истинное удовольствие,  выхаживая  эти  растения,  чтобы  потом  вернуть  их
хозяевам; ярость исчезала, душевные  силы  восстанавливались,  и  она  вновь
обретала контроль над собой. Все время ланча Никки провозилась с цветами.
   Чувствуя себя вполне умиротворенной, она  снова  переоделась,  убрав  все
садовые принадлежности обратно в коробку.  Затем,  полюбовавшись  делом  рук
своих, стала думать о  приближающемся  Рождестве.  В  этот  момент  зазвонил
телефон.
   -  Никки  Эштон  слушает,  -  машинально  произнесла  она,  но   тут   же
поправилась: - Точнее сказать, Никки Александер.
   - Никки, дорогая, это тетя Сельма.
   - Привет, тетушка. - Никки улыбнулась. - Как ты поживаешь?
   - Прекрасно. Однако мне срочно нужен твой совет.
   - Ты знаешь, что я всегда готова тебе помочь.
   - Знаю, дорогая, именно поэтому мы всегда тебе и звоним.
   - Так что случилось?
   - Мы с Эрни получили замечательное предложение,  -  возбужденно  сообщила
тетушка. - Разумеется, прежде чем его принять, мы бы хотели обсудить  это  с
тобой.
   Никки слегка нахмурилась. Идеи, возникавшие у дяди Эрни  и  тети  Сельмы,
редко бывали удачными.
   - В таком случае вы не могли бы подъехать ко мне завтра в офис? В полдень
вас устроит?
   - Нет-нет, нам надо встретиться сегодня вечером. Мы не в силах  ждать  до
завтра. К тому же чем быстрее это произойдет, тем  лучше.  Нам  бы  хотелось
заехать к тебе домой.
   - Мне кажется, это не совсем удобно...
   - Но почему?  Криста  говорила,  что  ты  теперь  занимаешь  великолепные
апартаменты, и, кроме того, нам бы  очень  хотелось  познакомиться  с  твоим
мужем. Почему ты его до сих пор скрываешь и даже не пригласила нас  на  свою
свадьбу? - Сельма сделала деликатную паузу, после чего вежливо осведомилась:
- Так в котором часу удобнее заехать?
   - Как насчет шести? - быстро предложила  Никки,  будучи  не  в  состоянии
придумать подходящего предлога, чтобы отказать тетке.
   - Прекрасно, тогда и увидимся.
   Повесив трубку, Никки села на стул. Ничего страшного, попыталась  уверить
она саму себя. К счастью. Ион должен сегодня  -  как  и  всю  эту  неделю  -
задержаться  допоздна,  так  что  она  вполне   успеет   выпроводить   своих
родственников до его прихода. Нельзя и дальше позволять ему вмешиваться в ее
дела.
   Прикрыв  глаза,  Никки  снова  ощутила  нарастающее  напряжение.   Может,
вернуться к цветам?
   - Нам нужно всего-то вложить пятьдесят тысяч, и мы получаем все права  на
эксклюзивную продажу, - сказала Сельма, энергично потирая руки.
   - Причем решаться надо как можно скорее, - добавил Эрни.  -  Если  мы  не
внесем деньги в среду, то есть послезавтра, поезд уже уйдет.
   - Мне кажется, что это тот  самый  поезд,  который  лучше  пропустить,  -
заметила Никки.
   - Почему ты так думаешь, дорогая? - встревоженно спросила Сельма.
   - Почему я так думаю? -  переспросила  Никки,  отмечая  в  своем  рабочем
блокноте среду. - Кстати, как зовут того человека, который предложил вам эту
сделку?
   - Тимоти Т. Таккер. Очень обаятельный мужчина, не правда ли, Эрни?
   - Да,  и  при  этом  такой  знающий,  компетентный!  У  нас  даже  головы
закружились от нарисованных им перспектив. По его словам, в течение года  мы
сможем утроить свой первоначальный капитал.
   - Знаешь, дядя Эрни, даже я бы не смогла этого сделать, - заявила  Никки,
откладывая ручку.
   - Да, детка, знаю, - Эрни ласково похлопал ее по руке, - но все равно  мы
гордимся тобой, не так ли, Сельма?
   - Разумеется. Мы очень гордимся тобой, Никки.
   - Спасибо. А как вы нашли этого Таккера и что вы о нем знаете?
   - Он сам однажды зашел в наш кофейный магазин, - пояснил Эрни, добродушно
улыбаясь. - И этот день стал для нас настоящим  праздником.  Оглядевшись  по
сторонам, мистер Таккер сразу понял, что наш бизнес вполне процветает, после
чего сделал нам свое предложение.
   - Понятно, - вздохнула Никки. Этот таинственный Тимоти Таккер  внушал  ей
подозрение. Явился, увидел, что дела идут хорошо, задал несколько  наводящих
вопросов, а затем сделал ее наивным родственникам свое  "головокружительное"
предложение. - А вы говорили ему о закладной?
   - Но у нас нет закладной, - удивилась Сельма.
   - Я это знаю, но разве мистер Таккер не интересовался подобными вещами?
   - Нет, - покачала головой тетушка. - Да  и  вообще  все  выглядело  очень
невинно. Он  сказал,  что  сам  хочет  открыть  в  нашем  районе  магазин  и
интересуется размерами ренты.
   - А мы, разумеется, сказали, что  не  знаем,  -  вмешался  дядя  Эрни,  -
поскольку сами являемся собственниками.
   - Но если он  продает  эксклюзивные  права,  то  с  какой  стати  вздумал
интересоваться размерами ренты?
   - Чтобы заинтересовать людей в покупке "Волшебной коробки", разумеется.
   - Однако это не имеет ни малейшего смысла! - решительно заявила Никки.  К
несчастью,  ее  милейшие  родственники  мало  доверяли  разуму   и   логике,
предпочитая довольствоваться тем, что считали здравым смыслом. - Если у него
есть эксклюзивное право на продажу этой "коробки", то почему бы  ему  самому
не открыть...
   - Не беспокойся, дорогая. - заметив  возбуждение  племянницы,  попыталась
успокоить ее Сельма. - Поначалу мы тоже были сбиты с  толку,  однако  мистер
Таккер оказался очень любезен и терпелив и все нам разъяснил. Разве не  так,
Эрни?
   -  Да,  причем  он  ответил  на  все  наши  вопросы,  используя   деловую
терминологию,  и  это  выглядело  очень  убедительно.  -  Дядя  Эрни   гордо
улыбнулся.
   Никки снова взялась за ручку и принялась записывать:
   - Так,  Тимоти  Таккер,  "Волшебная  коробка",  пятьдесят  тысяч,  среда.
Кстати, вы случайно не попросили у него визитку?
   - Разумеется, попросили. - Дядя Эрни  полез  в  карман  жилета  и  достал
оттуда карточку. - Мы с Седьмой сделали все как полагается. Обрати внимание,
что визитки подобного типа стоят очень дорого.
   - Интересно, откуда он взял деньги на них? - пробормотала Никки,  уже  не
пытаясь скрывать свой сарказм.
   - Наверное, он уже немало заработал на проектах типа "Волшебной коробки",
- на полном серьезе предположил дядя Эрни.
   - Но как вы сами собираетесь продавать эти "коробки" и при этом содержать
кофейный магазин?
   - Нам помогут Горди и Кэл.
   Никки закрыла глаза и вздохнула - час от часу не легче!  Так,  значит,  в
эту идиотскую затею будут вовлечены ее кузены.  Именно  они-то  и  разорятся
первыми, после чего такая же участь ожидает Сельму и Эрни.
   - Так что ты обо всем этом думаешь? - спросил дядя. - Сможем мы  на  этом
заработать?
   - У вас нет на это ни малейшего шанса! - твердо заявила Никки.
   - О, детка, зачем ты нас  разочаровываешь?  Мы  сейчас  так  нуждаемся  в
деньгах! - жалобно запричитала Сельма, и ее  глаза  наполнились  слезами.  -
Если не хочешь думать  о  нас,  подумай  хотя  бы  о  своих  кузенах.  Такой
возможности им может больше не представиться!
   - Оно и к лучшему!
   - Но на следующей неделе у нас подходит срок платежей, - напомнил Эрни. -
А вдруг нам придется влезать в долги?
   - У вас есть деньги.
   - Ты имеешь в виду наш сберегательный счет? - переспросила  Сельма.  -  А
там разве достаточно денег?
   - Вам хватит на то, чтобы открыть второй магазин, - заверила ее Никки.
   - Прекрасно, но тогда, может быть, мы могли бы...
   - Нет.
   - Но почему? - дрожащим от слез голосом спросила Сельма. -  Ведь  это  же
наши деньги!
   - Ваши, - в очередной раз вздохнула Никки.
   - Разве мы не можем потратить их по своему усмотрению?
   - Можете, - заверил Ион, входя в комнату. - Разве не так, Никки?


   ГЛАВА СЕДЬМАЯ

   - Нет, не могут, - возразила она. - И не вмешивайся в это дело.  Ион,  ты
же не понимаешь, о чем идет речь.
   - А мне кажется, что в этом деле нет ничего загадочного, - мягко  заметил
он, бросая свой плащ на спинку кресла и ставя на  пол  "дипломат".  -  Да  и
вообще, я человек довольно понятливый.
   Никки вспыхнула от  гнева  и,  щурясь,  устремила  взгляд  на  безмятежно
улыбающегося мужа. Судя по всему, он прекрасно  сознавал,  что  делает.  Еще
немного - и она вновь выйдет из  себя,  как  это  уже  было  сегодня  утром.
Последние несколько недель он словно бы  наслаждался  их  почти  ежедневными
перепалками.  Ему  явно  нравилось  наблюдать  за   тем,   как   строгая   и
хладнокровная деловая женщина  превращается  на  его  глазах  в  разъяренную
фурию.
   - Если  ты  не  возражаешь,  я  хотела  бы  продолжить  нашу  беседу  без
посторонних...
   - Возражаю, любовь моя, возражаю. Кстати, ты забыла познакомить  меня  со
своими  гостями.   -   И   Ион   первым   протянул   руку   Эрни,   искренне
заинтересовавшись тем, кто эти люди и с какой стати они  вздумали  обсуждать
свои финансовые дела с его женой. - Я - Ион Александер, муж этой милой дамы.
   - Я - Эрни Крэнделл, а это моя жена Сельма.  Вы,  судя  по  всему,  очень
занятой человек. Мы давно уже хотели устроить маленький семейный праздник  в
честь  вашей  свадьбы,  однако,  по  словам  Никки,  вы  беспрерывно  с  ней
конфликтуете...
   - В самом деле? А я и не знал. -  Ион  глянул  в  сторону  жены  и  мягко
добавил: - Наверное, радость моя, тебе пора перестать  ко  мне  придираться.
Если я правильно понял, то это твои... - Он осекся и вопросительно посмотрел
на Никки.
   - Дядя и тетя
   - Прекрасно. Итак, твои дядя и тетя пришли пригласить нас  на  вечеринку,
как только у меня будет на это время?
   - Да, действительно, - всполошилась Сельма. - Поскольку мы уже пропустили
День Благодарения, то, может быть, соберемся вместе на Рождество? Или у  вас
с Никки уже есть какие-то другие варианты?
   Ион мысленно выругался. Знала бы тетушка Сельма, что до сего дня он  даже
не подозревал об их с дядей Эрни существовании. Заметив выражение его  лица,
дядя Эрни заторопился:
   - Кажется, мы выбрали не самое удачное время... Не хотелось бы навязывать
свое общество...
   - Нет-нет, все в порядке, - заверил  его  Ион,  укоризненно  взглянув  на
жену, которая сделала вид, будто не замечает его взгляда, но при  этом  щеки
ее заметно порозовели. - Я постараюсь освободиться и даже специально  помечу
ваше приглашение в своем рабочем календаре.
   - Прекрасно, - оживился Эрни. - Поскольку мы теперь  одна  семья,  у  нас
получится великолепное Рождество. Вы, разумеется, знаете,  что  моя  жена  и
мать Кристы и Никки были сестрами?
   - Были?
   Эрни с удивлением взглянул на племянницу.
   - Разве ты не сказала мужу?
   - Да, она явно забыла мне об этом сказать, - сухо подтвердил Ион.
   - Дело в том, что родители  Никки  погибли  восемь  лет  назад  во  время
кораблекрушения, - объяснил Эрни. - Она тогда была еще совсем  юной,  бедная
детка.
   - Не такой уж юной и уж тем более не деткой, - резко вмешалась в разговор
Никки. - Мне  было  двадцать,  я  училась  в  колледже  и  была  уже  вполне
независима.
   - Значит, это было восемь лет назад? - задумчиво пробормотал  Ион,  глядя
на свою жену, застывшую на стуле в напряженной позе. Румянец исчез, и теперь
она была бледна, как зимняя луна. Впервые он ощутил потребность защитить  ее
от душевной боли, столь  явно  отразившейся  на  ее  красивом  лице,  и  эта
потребность сделала его очень серьезным. - А Кристе в то время было...
   - Семнадцать, - подсказала Сельма, качая головой. - Тот  год  и  половина
следующего были очень тяжелым периодом в жизни девочек.  Возможно,  если  бы
Эдвард и Анжелина были живы, все могло бы пойти иначе.  Но  в  итоге  Христа
очень рано вышла замуж, а с Никки произошел этот ужасный инцидент...
   - Довольно! - резко прервала ее Никки. -  Иону,  я  думаю,  не  интересно
слушать утомительные подробности всей этой давней истории.
   И вновь Ион уколол ее взглядом. Казалось, они вели безмолвную,  но  очень
напряженную дуэль.
   - Я не хотел тебя расстраивать,  -  сказал  он.  -  Наверное,  нам  лучше
отложить этот разговор.
   - В нем,  по-моему,  вообще  нет  необходимости,  -  с  плохо  скрываемой
тревогой поторопилась возразить она.
   Если Никки надеялась его обескуражить, то  явно  просчиталась.  Напротив,
ему страстно захотелось узнать о ней как можно больше.  Мало  того,  у  него
появились серьезные основания предполагать, что  именно  события  семилетней
давности могут пролить свет на некоторые особенности характера  его  жены  -
например, на ее способность контролировать свои эмоции. Кроме того, все  это
могло прояснить и ее отношение к собственной семье.
   - Никки права,  -  сказал  Ион  с  легкой  улыбкой.  -  Сейчас  не  самое
подходящее время вспоминать прошлое. Кстати, когда  я  вошел,  вы,  кажется,
обсуждали какие-то важные финансовые проблемы. -  Он  присел  на  кушетку  и
жестом предложил: - Пожалуйста, продолжайте и не обращайте на меня внимания.
   - Я полагаю, мы обо всем уже переговорили, - заявила  Никки,  откидываясь
на спинку стула.
   - Да, но как насчет денег? - Сельма вопросительно взглянула  на  Иона.  -
Ведь крайний срок - среда.
   - Я уверен, что Никки не разочарует вас своими советами, - сказал Ион.  -
Не так ли, дорогая?
   - Я еще подумаю, - пообещала  она,  делая  вид,  что  просматривает  свои
рабочие записи.
   Ее родственники нехотя поднялись со своих мест.
   - Мы на тебя рассчитываем, - напомнила Сельма, - ведь все, что нам нужно,
- это дельный совет.
   - Я тоже подумаю, что смогу для вас сделать, - пообещал Ион, вскакивая на
ноги и помогая женщине одеться.
   - Благодарю вас, - признательно улыбнулась Сельма. -  Вы  кажетесь  очень
разумным человеком. Добро пожаловать в нашу семью.
   - Спасибо. - Ион обменялся рукопожатием с Эрни. -  Я  уверен,  что  Никки
скоро вам позвонит.
   - Превосходно, будем ждать, - пробормотал Эрни, натягивая перчатки.  -  С
первого взгляда ясно, что ей нужен именно такой муж, как вы.
   - Дядя Эрни... - укоризненно начала Никки.
   - Все-все, мы уходим. -  И  он  неуклюже  обнял  племянницу.  -  Главное,
побольше думай о себе. Кстати, твой муж явно разбирается в финансах, так что
неплохо было бы рассказать ему о деле, которое нам предложил мистер Таккер.
   Наконец родственники ушли, оставив их  вдвоем.  Ион  взглянул  "а  Никки,
которая стояла к нему спиной.  Ее  распущенные  по  плечам  волосы  отливали
темным золотом. Она уже успела переодеться, сменив серый деловой  костюм  на
серые слаксы и просторный свитер салатового  цвета.  Ион  почувствовал,  что
жена буквально излучает напряжение,  и  замер,  ожидая  неминуемого  взрыва.
Ждать пришлось недолго!
   - Как ты посмел? - требовательно спросила она, поворачиваясь к нему.
   - Что именно?
   - Как ты посмел вмешиваться в наши семейные дела? - повторила она,  делая
шаг вперед и обжигая его взглядом.
   - Ты забываешь о том, что твоя семья теперь - это я.
   - Да, я бы очень хотела об этом забыть,  -  страстно  проговорила  Никки,
бросая свою ручку и блокнот на кофейный столик, - но ты  не  позволяешь  мне
этого сделать.
   - Именно это и входит в мои планы. - И он с любопытством принялся следить
за тем, как меняется выражение ее лица, когда она пытается  овладеть  собой,
не давая своему бурному темпераменту вырваться наружу.
   - Почему ты постоянно лезешь туда, куда тебя не просят?
   - А почему ты забываешь о том, что брачное  свидетельство,  которое  тебе
так  не   терпелось   получить,   накладывает   на   супругов   определенные
обязательства? Я являюсь твоей семьей, нравится тебе это или нет,  и  именно
на этом основании имею право вмешиваться в наши дела. -  Он  подошел  ближе,
глядя на нес сверху вниз. Это может ее насторожить, но сейчас  его  заботило
другое - как навсегда освободить жену от всех ее страхов? - Пока я твой муж,
ты обязана относиться ко мне с подобающим уважением, неужели это неясно?
   - А если я этого не стану делать?
   - Мне кажется, ты сама вряд ли хочешь узнать  ответ  на  свой  вопрос,  -
заметил Ион, запуская руку в свои густые каштановые волосы и гневно глядя на
жену. - Ты не считаешь,  что  сегодня  вечером  поставила  меня  в  дурацкое
положение? Не только не сказала, что пригласила родственников в наш дом,  но
даже не сообщила о том, что они вообще у тебя имеются.
   Никки выдержала его взгляд.
   - Я не думала, что тебя это заинтересует.
   - Не лги мне, - потребовал Ион, - я этого не выношу. Дело, разумеется,  в
другом. Тебе просто не хотелось знакомить меня со своими родственниками.
   - У меня были на то причины.
   - Да? И что же это за причины?
   - - Все очень просто... наш брак не настоящий, только и всего.
   - А в данном случае это имеет значение?
   - Конечно, имеет. Я не хочу, чтобы они привыкли к мысли о том, что у меня
есть муж, тем более что - и мы оба это знаем - брак наш продлится не слишком
долго. Они люди весьма чувствительные, если ты успел заметить,  поэтому  мне
не хотелось их волновать.
   - Гм! Да, я это заметил.
   - В таком случае ты мог заметить и то, что они очень доверчивы.
   - И именно мне они доверять не должны?
   К удивлению Иона, Никки уклонилась от прямого ответа.
   - Это не столь важно, - пробормотала она, смотря  куда-то  в  сторону.  -
Главное, что скоро ты возвращаешься в Лондон. И я  не  хочу,  чтобы  за  это
время они успели к тебе привязаться. Кроме того, не  надо  давать  им  повод
думать, что ты меня бросил, а то они начнут переживать из-за этого.
   - А ты? - с самым серьезным видом спросил Ион. -  Сама-то  ты  не  будешь
из-за этого переживать?
   - Нисколько, - не слишком уверенным тоном отозвалась Никки. - Твой отъезд
принесет мне облегчение, поскольку после этого жизнь моя  наконец  войдет  в
обычную колею.
   - Это означает, что ты снова вернешься к Кристе и Келли, не так ли?
   - Нет, конечно. Я все еще надеюсь  исправить  ситуацию,  которую  вызвало
твое бесцеремонное вмешательство. Потому-то я и не хотела знакомить  тебя  с
Седьмой и Эрни, чтобы не повторилась ситуация с Кристой.
   - Я уже объяснял тебе,  чем  было  вызвано  мое  вмешательство  в  первом
случае.
   - Но при этом ты не знал  всех  обстоятельств  жизни  нашей  семьи,  как,
впрочем, не знал, по какому делу пришли ко мне Эрни и Сельма. А  значит,  не
имел права вмешиваться.
   - Здесь я согласен.
   - Что? - Она удивленно моргнула. - Что ты сказал?
   - Ты прекрасно слышала. Я вмешался в ваш разговор, не подумав.
   - Ну, уж если ты начал соглашаться, то, может, объяснишь  мне,  зачем  ты
это сделал!
   - Опасался, что ты окажешься неблагоразумной.
   - Неблагоразумной? Хорошо же ты меня знаешь!
   - Никки... -  Ион  с  усмешкой  покачал  головой,  видя,  что  она  опять
распаляется. - Ведь они же твои родственники, а не клиенты.  Возможно,  если
бы ты вспомнила о том, что перед тобой родные дядя и тетя...
   - Я отвечаю за их финансовую стабильность.
   - Может быть, как раз этого тебе и не стоит делать.
   - Ты меня не понял.
   - А ты меня уже изрядно утомила, слишком часто повторяя эту фразу. -  Ион
пристально взглянул на Никки. - И как я могу что-либо понять,  если  ты  мне
ничего не объясняешь? Только не говори, пожалуйста, что  это  не  мое  дело,
поскольку с этого момента я намерен заняться этим вплотную.
   - А если я откажусь тебе что-либо объяснять? - вскинув  голову,  спросила
она.
   -  Надеюсь,  что  твои  родственники   окажутся   более   благоразумными.
Разумеется, если я начну их расспрашивать, ты можешь оказаться в  щекотливом
положении...
   - Это шантаж! - На щеках Никки вновь вспыхнул румянец гнева.
   - Ты абсолютно права, - самым невозмутимым тоном согласился Ион.
   - Но почему, почему?! С какой стати тебе о них заботиться,  ведь  это  не
твои родственники, а мои!
   - Черт меня побери, если я и  сам  это  знаю,  -  пожал  плечами  Ион.  -
Наверное, потому, что я слишком серьезно отношусь к семейным обязанностям.
   - Но тогда...
   - Хватит, Никки. Ты будешь отвечать  на  мои  вопросы  или  мне  придется
переговорить с глазу на глаз с дядей Эрни?
   Однако она не желала успокаиваться, напротив, продолжала  намеренно  себя
взвинчивать. Понимая, что  новый  взрыв  неизбежен.  Ион  хладнокровно  ждал
продолжения и, готовясь к этому, достал из бара бутылку каберне  "совиньон".
К тому времени, когда он разлил вино  по  бокалам,  Никки  уже  решилась.  В
сущности. Ион понимал сомнения жены. Начать обсуждать с  ним  свои  семейные
дела значило  для  нее  довериться  ему,  однако  по  некоторым  причинам  -
возможно, из-за того самого инцидента, который произошел семь лет  назад,  -
она всячески старалась все брать на себя, никому не передоверяя свои дела.
   - Итак? - вопросительно произнес он, передавая Никки ее бокал.
   - Что ты хочешь от меня узнать? - с вызовом спросила она.
   - Сколько лет было Кристе, когда она вышла замуж?
   - Семнадцать, - ответила Никки, садясь на кушетку.
   - Она уже была беременна Келли? - уточнил несколько шокированный Ион.
   - Да, но не думай, что это был вынужденный брак,  они  с  Бенджи  безумно
любили друг друга. Криста родила за два дня  до  того,  как  ей  исполнилось
восемнадцать.
   - А что случилось с Бенджи?
   - Он погиб в автомобильной  катастрофе  спустя  четыре  месяца  после  их
свадьбы.
   - Сожалею. Извини, Никки.
   - Мы все очень тяжело это переживали. Не самый легкий был период жизни...
   - Разумеется. И чем потом занялась Криста?
   Никки пожала плечами, заглянув в рубиновую глубину своего бокала.
   - Семья Бенджи была не в состоянии помогать ей, а наши родители  оставили
нам страховку. Поэтому Криста переехала ко мне.
   - И с тех пор вы живете вместе... А ты оказывала ей поддержку?
   - У Кристы была работа,  хотя  я  предлагала  ей  сидеть  дома  с  Келли,
поскольку зарабатывала достаточно, чтобы содержать, их обеих.
   - Но почему - ты решила все изменить? Надоело жить  в  тесной  квартирке?
Или наличие племянницы не вписывалось в твой образ жизни?
   Никки осторожно поставила бокал на кофейный столик, а затем яростно,  как
тигрица, защищающая своих детенышей, повернулась к Иону.
   - Не смей говорить ничего подобного! - потребовала она. - Я люблю  Кристу
и обожаю Келли с момента ее рождения. Если бы это зависело только  от  меня,
мы бы всегда жили вместе.
   - Тогда какого черта ты пыталась их выгнать?
   Подвижное лицо Никки попеременно выразило  целую  гамму  чувств  -  боль,
печаль, негодование.
   - В конце концов я поняла, что Криста пользуется мной как  ширмой,  чтобы
скрываться от реальной жизни. Она очень редко ходила на свидания,  почти  не
встречалась с подругами. Вся ее жизнь вращалась вокруг  Келли  и-в  какой-то
мере - вокруг меня. Незадолго до бала "Золушка" я подслушала  ее  телефонный
разговор. Она объясняла своему приятелю, что многим мне обязана, поэтому  не
покинет меня до тех пор, пока я буду в ней нуждаться. И тогда я поняла,  что
все эти годы... - Никки порывисто  поднесла  к  губам  свой  бокал  и  одним
глотком осушила его содержимое.
   Ион тут же снова наполнил бокал.
   - Все эти годы ты как бы защищала ее  от  действительности,  вместо  того
чтобы заставить оказаться с ней лицом к лицу.
   - Да.
   - И теперь ты решила освободить ее от своего присутствия?  Фактически  ты
собираешься выбросить ее из гнезда независимо от того, хочет она или нет.
   Никки кивнула, и на ее ресницах повисли слезы.
   - Последние шесть лет я так привыкла... прихожу домой, обнимаю Келли, - а
вот теперь... - Ее голос дрогнул, и она поспешно закрыла лицо руками.
   Ион тут же оказался рядом и заключил ее в объятия.
   - Не надо, - пробормотал он, - извини меня. Ты была  права  -  я  слишком
многого не понимал.
   - Келли нужен отец, а Кристе - муж. - Как Никки ни пыталась  совладать  с
собой, непрошеные слезы медленно струились по ее щекам. - Однако  пока  я  с
ними, ничего подобного не произойдет.
   - Ну а ты-то сама? - спросил Ион, медленно и осторожно поглаживая  ее  по
голове. - Ты сказала, что Криста бессознательно использует тебя  в  качестве
щита от возможных разочарований, но не кажется ли тебе, что ты делаешь то же
самое?
   - О чем ты?
   - Криста, по-видимому, была не единственной жертвой инцидента  семилетней
давности. Сельма упоминала...
   - Моя тетя слишком болтлива.
   - Короче, у тебя был какой-то мужчина.
   - Ты не...
   Утомившись слушать ее бесконечные возражения, Ион заткнул ей рот властным
поцелуем. От нее пахло вином - и это был такой теплый, чудесный и опьяняющий
запах! От этого поцелуя Ион испытал  такое  удовольствие,  что  на  какое-то
время  забыл  обо  всем.  Однако  обстоятельства   вынуждали   вернуться   к
расспросам.
   - Только не лги мне опять. Был у тебя мужчина или нет?
   - Был.
   Ион взял ее за подбородок и заставил посмотреть ему  прямо  в  глаза.  Ее
розовые губы заметно покраснели от его поцелуя.
   - И что случилось? Он бросил тебя из-за Кристы?
   - Не угадал, - со сдавленным смешком сказала она.
   - Но ведь ты любила его, а он тебя оставил?
   - Да, он меня оставил.
   - И в последующие шесть-семь лет ты была так же одинока, как Криста?
   - Но я не жила в монастыре, а делала карьеру, - упрямо возразила Никки.
   Он опустил руку чуть ниже и нащупал хрупкие позвонки на ее  не  прикрытой
свитером шее.
   - В самом деле? И сколько же мужчин у тебя было после того парня?  -  Она
попыталась освободиться, но он не  позволил  ей  этого  сделать.  -  Сколько
мужчин, Никки? Один? Два? Или вообще никого не было?
   - Никого, - прошептала она.
   - Наверное, потому, что они хотели от тебя того,  чего  ты  не  могла  им
дать?
   - Но ведь это же не любовь, не так ли? - цинично усмехнулась она.
   - А чем отличается любовь к мужчине от любни к Кристе и Келли?
   - Неужели ты сам этого не понимаешь? Криста и Келли - это моя семья. - На
глазах Никки снова появились слезы. - Они давали мне не меньше, чем получали
от меня.
   Ион был несогласен с этим утверждением, однако возражать вслух  не  стал.
Вместо этого он еще сильнее обнял жену и вновь приник губами  к  ее  теплым,
мокрым и соленым от слез губам.
   Каким же идиотом был тот парень, который когда-то бросил такую женщину! -
подумал  он  про  себя.  Иметь  власть  над  этими  упоительными  губами   и
добровольно от нее отказаться - что может быть глупее? Наверное,  он  просто
не любил Никки, иначе это не объяснишь.
   Ион снял заколку  с  волос  Никки  и  осторожно  уложил  ее  на  подушки,
устилавшие кушетку. Сколько раз он мечтал о том, чтобы  запустить  пальцы  в
эти изумительные шелковистые пряди, - и когда они сидели напротив друг друга
за обеденным столом, и когда ругались в  офисе,  и  когда  ехали  в  машине!
Насколько же велико было искушение и каких сил стоило его сдерживать! И  вот
наконец он решил себе это позволить...
   Ее рыжевато-золотистые волосы, разметавшиеся по белому  полотну  подушки,
напоминали огонь на снегу. Да, Никки была самой красивой  женщиной  из  тех,
кого он когда-либо знал прежде. И  вот  он  держит  ее  в  объятиях,  а  она
страстно отвечает на его  поцелуи,  становясь  при  этом  еще  прекраснее  и
желаннее...
   - Ион, - прошептала она, расстегивая пуговицы на его рубашке,  -  позволь
мне коснуться тебя.
   И он охотно высвободил рубашку из-за пояса брюк, а  затем  проник  обеими
руками под ее свитер, дрожа от прикосновения к  ее  восхитительной,  нежной,
как  у  ребенка,  коже.  Через  мгновение  он  осознал,  что  на   ней   нет
бюстгальтера, а еще через мгновение уже ласкал ее великолепные груди,  нежно
касаясь большими пальцами рук упругих розовых сосков. Никки тяжело дышала, и
Ион буквально упивался ее дыханием, возбужденным его ласками.
   Однако ему все сильнее хотелось продолжения...
   Нехотя оторвавшись от ее губ, он стянул с нее свитер  и  отбросил  его  в
сторону. Задрожав, она всем  телом  прильнула  к  нему  и  на  какой-то  миг
замерла. Ион заколебался,  ожидая  хотя  бы  малейшего  сопротивления  с  ее
стороны. Но его не последовало - более того, она  выгнула  спину,  подаваясь
навстречу его ласкам.
   - Они даже нежнее, чем я помню по нашей первой ночи,  -  пробормотал  он,
продолжая обеими руками ласкать ее груди.
   И тут - что немало изумило Иона - его двадцативосьмилетняя жена вспыхнула
от смущения.
   - А я думала, ты ничего не помнишь...
   - Точнее сказать - не все. К сожалению,  я  тогда  слишком  устал,  чтобы
воспользоваться правами новоиспеченного мужа. - И он пристально посмотрел ей
в глаза. - Однако сегодня я бодр и полон сил.
   Иону показалось, что глаза Никки стали яркофиолетовыми. Да, он хотел  ее,
как никогда прежде не хотел ни одну женщину, а она хотела его.  И  осознание
этого повергло его в настоящий шок. Разумеется, на протяжении всех недель их
совместной жизни  его  неоднократно  обуревало  желание,  как  он  считал  -
естественное, инстинктивное, которое можно удовлетворить  самым  тривиальным
способом. В конце  концов,  его  жена  была  красивой  женщиной,  с  ней  не
отказался бы переспать ни один нормальный мужчина.
   Однако теперь все было гораздо глубже и значительнее.
   Иона снедало любопытство - действительно ли ее грудь  столь  нежна,  кожа
столь бела, а ноги столь длинны, как он предполагал?  Ему  нужно  немедленно
убедиться в этом, в противном случае он просто с ума сойдет от вожделения!
   При этом Ион хотел не просто овладеть ее телом, а овладеть ею целиком, да
и самому отдаться ей полностью - всем своим телом, всей душой, всеми мыслями
и чувствами.
   Именно поэтому Ион уговорил ее сегодня откровенно поделиться с ним своими
проблемами, которыми до сих  она  отгораживалась  от  него  как  щитом.  Ему
удалось заставить ее раскрыться, и теперь он был немало изумлен и  обрадован
тем, что перед ним оказалась не холодная, привыкшая тщательно взвешивать все
свои слова и поступки деловая особа, а истинная женщина - теплая,  нежная  и
обаятельная, готовая принести себя в жертву ради тех, кого она любит.
   Да и сама Никки вдруг испытала прилив нежности к мужу.  Он  так  старался
согреть ее своими ласками и поцелуями, разжечь тот огонь, который должен был
озарить жизнь им обоим. Когда она начала благодарно отвечать на  его  ласки,
он порывисто приподнялся и стянул с нее брюки, внимательно изучая глазами  и
руками все упоительные изгибы ее прекрасного тела.  По  мере  того  как  его
умелые пальцы поднимались все выше вдоль ее обнаженных  бедер,  глаза  Никки
начинали пламенеть под стыдливо опущенными веками, а горячее дыхание опаляло
ей губы. Да и Ион дышал все тяжелее.
   Все, больше он не в силах себя сдерживать! - решил  Ион,  бросая  быстрый
взгляд на жену. В глазах ее светилось желание и вместе с тем такая  тревога,
что это мгновенно лишило его мужества. Он вдруг отчетливо осознал, что  если
не сумеет сейчас остановиться, то совершит роковую ошибку. Ион нехотя  убрал
руки и приподнялся.
   - Я бы не  хотел  использовать  свое  преимущество  подобным  образом.  Я
все-таки не тот парень, о котором мы говорили.
   - Знаю, - прошептала она.
   - И я не хочу никаких сожалений по  утрам,  а  ты  уже  сейчас,  как  мне
кажется, преисполнена сомнений.
   - Нет, это не так, - поспешно возразила она, облизывая губы.
   Однако беспокойство не покидало ее - и он это видел.
   Ион попытался дотянуться до ее свитера и, когда это не получилось, поднял
с пола свою рубашку и плотно закутал ею Никки. Затем заглянул ей в глаза.
   - Не знаю, как для тебя, моя сладкая женушка,  но  для  меня  предаваться
любви - это совсем не то, что предаваться  сексу,  поскольку  только  первое
подразумевает отказ от всякого контроля над своими чувствами. При этом отказ
этот должен быть взаимным.
   - Я это знаю.
   - Нет, ты не знаешь. Мне кажется, что ты только отдавала, в то время  как
твой партнер только получал. Многие мужчины предпочитают вести себя подобным
образом, но я не из их числа. И я не хочу брать того, чего не смогу  отдать.
До тех пор пока ты этого не поймешь и не  доверишься  мне,  у  нас  с  тобой
ничего не выйдет.
   - Довериться тебе? - медленно повторила она. - А не слишком ли многого ты
просишь?
   Он не ответил, продолжая внимательно разглядывать ее. Никки выпрямилась и
села, поджав под себя голые ноги. Ей вдруг захотелось все ему рассказать - и
о "Волшебной коробке", и о смерти родителей, и обо всем, что было в ее жизни
после этого. Особенно сильно ей хотелось рассказать о том  инциденте,  таком
для нее унизительном... Но сделать это она не посмела.
   В конце концов, он был ее "временным" мужем,  а  она  -  его  "случайной"
женой, так к чему откровенничать, не зная, чем это обернется в будущем?  Она
ни в коей мере не хотела зависеть от Иона! Ни от него, ни от  кого  другого.
Никки слишком хорошо усвоила свой горький урок и потратила целых семь лет на
то, чтобы никогда больше не повторять прежних ошибок. А чего ей это стоило -
никто не знает.
   И - все же впервые  за  долгое  время  она  вновь  захотела  принадлежать
мужчине. Эта потребность буквально  распирала  ее  изнутри,  подобно  птице,
пытающейся вырваться на волю.
   - Ион...
   - Не надо, сердце мое, - мягко сказал он. - Я - никуда не ухожу.
   - Пока еще не уходишь, - с горечью заметила она.
   - Совершенно верно, - с  готовностью  подтвердил  он.  -  Однако  пора  в
постель, иначе мы проболтаем с тобой до утра.
   - Возможно, именно к тому времени я бы успела прийти в себя.
   - Для этого надо лишь одно - хорошенько выспаться, - невесело  усмехнулся
Ион.


   ГЛАВА ВОСЬМАЯ

   Проснувшись на следующее утро, Никки обнаружила, что Ион  ожидает  ее  за
столом. Это было что-то новенькое, поскольку прошедшие несколько недель  они
тщательно выбирали время своего прихода и ухода,  стараясь  как  можно  реже
сталкиваться друг с другом. По-видимому, причиной этих перемен стала прошлая
ночь.
   Ион наполнил две чашки кофе, положил сахар  и  придвинул  их  Никки.  При
этом, к ее немалому облегчению, он не сказал ни слова до тех пор,  пока  она
не выпила первую чашку. Затем он налил  кофе  себе,  а  перед  ней  поставил
тарелку со свежеиспеченными оладьями.
   - Не хочу показаться неблагодарной, однако скажи на милость:  чем  вызван
этот неожиданный всплеск домовитости? - осторожно спросила она.  -  Или  мне
этого знать не стоит?
   - Да, пожалуй, тебе этого знать не стоит.
   - Однако ты мне все же скажешь это, не так ли?
   - Скажу. - Он откинулся на спинку стула и скрестил  руки  на  груди.  При
этом движении его белая майка натянулась, отчетливо обрисовав могучие  плечи
и налитые силой бицепсы. -  Вчера  мы  так  и  не  выяснили,  зачем  к  тебе
приходили Сельма и Эрни.
   - По-моему, мы эту тему уже обсуждали, -  пробормотала  она,  наслаждаясь
ароматом кофе и прожевывая оладью.
   - А мне кажется, еще нет.
   - Но что же ты хочешь узнать? - слегка  насторожившись,  поинтересовалась
Никки, которой очень не хотелось, чтобы разговор снова свернул в  неприятном
для нее направлении. Все, что касалось ее семьи, было  для  нее  болезненной
темой - никакой иронией тут не поможешь.
   Ион понимающе усмехнулся.
   - Я хочу знать все, любовь моя. Впрочем, мы можем  начать  с  твоей  роли
финансового советника. Как ты им стала?
   - Я получила эту роль по наследству, - пояснила Никки. - Мой отец отвечал
за семейную бухгалтерию. Когда он погиб, все обратились ко мне, поскольку  в
то время я уже слыла специалистом по финансам.
   Ион сделал глоток и испытующе посмотрел на жену.
   - Однако ты была слишком молода для подобной роли, разве не так?
   - Да, разумеется, однако все мои родственники доверяли только мне.
   - Ага. Так вот откуда взялась эта застарелая проблема доверия...
   - Мы можем поговорить о чем-нибудь другом? - поинтересовалась Никки, беря
с тарелки еще одну оладью.
   Ей совсем не хотелось ворошить прошлое, да еще делать это с самого  утра.
Но поскольку будущее представлялось туманным, оставалось только настоящее. К
ее удивлению, ей  вновь  захотелось  посоветоваться  с  Ионом  насчет  дела,
касающегося тети Сельмы и дяди Эрни. Да, в ее муже явно присутствовало нечто
такое, что внушало доверие и желание поделиться самым  сокровенным,  и  если
она не будет себя сдерживать, то и в самом деле начнет ему доверять.
   - Я хотел бы еще кое о чем тебя спросить, -  сказал  Ион.  -  Твоя  тетка
упомянула об инциденте, который случился шесть или семь лет тому назад  и  в
который ты оказалась замешана. Что это было?
   - Тебе будет неинтересно, - самым спокойным тоном ответила Никки. - Да  и
вообще, в чем проблема? Я не думаю, что стоит рассказывать в подробностях  о
том, как я, будучи страшной скрягой,  отказалась  дать  своим  родственникам
денег. Да и зачем  ворошить  те  страницы  моей  жизни,  которые  уже  давно
перевернуты и забыты?
   - Перевернуты - может быть, но не забыты. - Ион сделал  многозначительную
паузу, после чего продолжил: - Но тебе не удастся без конца скрывать от меня
свое прошлое. Надеюсь, ты и сама это понимаешь.
   - Не понимаю и  не  хочу  понимать!  -  сердито  заявила  Никки.  -  Могу
рассказать тебе о своих нынешних планах и намерениях, если уж тебя  это  так
интересует. Но мое прошлое и будущее не должно никого волновать.
   - Ты удивишься, если я скажу, что меня  интересует  и  то,  и  другое?  -
улыбнулся Ион.
   Взволнованная, Никки зачем-то положила  в  кофе  лишнюю  ложку  сахара  и
принялась тщательно размешивать.
   - Это никого не касается, и тем более тебя, - задумчиво заметила  она.  -
Неужели ты забыл, что наш брак - дело временное?
   - То же самое можно сказать обо всем на свете. - Ион наклонился и  поймал
ее руку: она машинально чуть не положила себе еще одну  ложку  сахара.  -  Я
предлагаю тебе сделку. Ты будешь держаться подальше от  сахара,  а  я  -  от
твоего прошлого.
   - Согласна, - кивнула Никки.
   - В таком случае сегодня мы больше не  будем  трогать  твое  прошлое.  Но
расскажи мне об этих пресловутых инвестициях.
   - Хорошо, только отпусти мою руку. - Никки встала и, подойдя к кофейнику,
наполнила свою чашку до краев,  чтобы  хоть  как-то  компенсировать  избыток
сахара. - Моим дорогим родственникам предложили  сногсшибательную  сделку  -
купить эксклюзивные права на  распространение  прибора,  который  называется
"Волшебная коробка".
   - Никогда ни о чем подобном не слышал.
   - В самом деле? - преувеличенно удивилась Никки. -  А  ведь  это  страшно
выгодная инвестиция, о ней мечтает каждый.
   - Так что это за чертова "Волшебная коробка"? - нетерпеливо перебил Ион.
   - Сейчас, дай вспомнить. - Никки отхлебнула  из  чашки,  подавив  гримасу
отвращения.  Сахару  попрежнему  было  слишком  много.  -   Это   телефонный
автоответчик, телеприемник кабельного телевидения и что-то там еще - в одном
корпусе.
   - Могу поклясться, что его можно использовать и в качестве  посудомоечной
машины и проигрывателя, - невесело усмехнулся Ион.
   - Возможно, если изобретатель предусмотрел и эти функции,  -  нахмурилась
Никки. - Проблема состоит в том, что само название - "Волшебная  коробка"  -
весьма похоже на названия тех приборов, которые уже имеются на рынке, а  это
внушает таким людям, как Сельма и Эрни, безграничное доверие.
   - Интересное наблюдение.
   - Но я не сказала тебе самого главного.
   - Так говори, не томи!
   - Мои тетя и дядя смогут получить эти права за смешную сумму в  пятьдесят
тысяч долларов.
   - Ты шутишь?
   - Абсолютно серьезно. Более того, Сельма и Эрни хотят втянуть в это  дело
моих кузенов и тем самым разорить не только себя, но и их. А  поскольку  все
семейство будет заниматься продажей этих чертовых коробок, их магазин придет
в упадок.
   - Да, все это выглядит достаточно скверно, - согласился Ион.
   - Словом, как видишь, мои  родственники  готовы  вложить  свои  деньги  в
очевидную авантюру. И если магазин не разорится сам собой,  то  его  разорят
гонорары будущим адвокатам. Ты, вероятно, и сам успел заметить, что  дядя  и
тетя буквально горят желанием отдать эти пятьдесят тысяч долларов и  довести
себя до банкротства.
   - Извини меня, Никки. Мне следовало...
   - Доверять мне, не так ли?
   - Да, нечто в этом роде.
   - Тогда все правильно, а то я немного беспокоилась на этот  счет.  -  Она
допила остатки кофе. - Ну так вот, я скажу, что  ты  можешь  сделать,  чтобы
помочь мне...
   - Ну, это и так ясно, - перебил Ион. - Ты хочешь, чтобы  я  убедил  твоих
родственников не вкладывать деньги в эту авантюру.
   - Разумеется, - улыбнулась она. - Так что теперь - мы  вместе  поедем  на
работу или мне стоит отвезти тебя в их магазин?
   - Ты так говоришь, словно у меня есть выбор.
   - Прекрасно, значит, я везу тебя к ним  в  магазин.  -  Она  торжествующе
улыбнулась и добавила: - На этот раз я предоставляю  тебе  право  вести  все
необходимые переговоры...
   Дженни приоткрыла дверь офиса и просунула голову в кабинет.
   - Извини, что побеспокоила.
   Никки оторвалась от папок с бумагами и вскинула глаза на свою секретаршу.
   - Что случилось?
   - Там, на линии, человек, который хочет поговорить с тобой. Он звонит уже
третий раз, но не называет своего имени и не оставляет номера. Ты  будешь  с
ним разговаривать или мне лучше попытаться узнать, кто это?
   - Нет, не беспокойся, я поговорю с ним. - Никки  сняла  трубку  и  нажала
кнопку пульта.  -  Никки  Александер  слушает,  -  самым  официальным  тоном
произнесла она. Как же быстро она привыкла к своему новому имени! - отметила
Никки про себя с невольной усмешкой. Остается надеяться, что сумеет  так  же
быстро отвыкнуть...
   - Наконец-то, миссис Александер. Судя по всему, вы очень занятая женщина.
   - Простите, с кем я говорю?
   - Тимоти Т. Таккер, Уверен, что вы обо мне слышали.
   - Не может быть! -  Никки  выпрямилась  в  кресле.  -  Мистер  "Волшебная
коробка" собственной персоной!
   - Да-да, он самый. Сегодня утром я разговаривал с вашими тетей и дядей, и
мне показалось, что у них возникла небольшая проблема.
   - И что же это за проблема?
   - Эрни беспокоится по поводу того, что не сможет  получить  свои  деньги,
чтобы вложить их в предложенное мною дело.
   - И он дал вам-мой номер?
   - И не один, - после небольшой паузы сообщил собеседник.
   Что это значит? - задумалась Никки. Неужели дядя Эрни оказался  настолько
глуп, что дал этому проходимцу  еще  и  номер  ее  домашнего  телефона?  Она
беспокойно заерзала в кресле. А если этот Таккер получил еще и номер Кристы?
   - Чего вы хотите? - спросила она.
   - Я хочу получить те деньги, которые мне обещали Эрни и Сельма. Пятьдесят
штук, если быть точным.
   - Извините, мистер Таккер, но, возможно, мои родственники забыли сообщить
вам о том, что они передумали.  Они  решили  не  делать  инвестиций  в  ваше
предприятие.
   - Мне кажется, вы чего-то недопонимаете...
   - Нет, это вы чего-то недопонимаете! - резко оборвала  его  Никки.  -  Вы
смогли одурачить моих родственников, но со мной этот  номер  не  пройдет.  Я
изучила ваш проспект и собираюсь передать его в руки властей.
   - Зачем, черт бы вас побрал?
   - Затем, что все это - мошенничество, - заявила  Никки,  поворачиваясь  к
окну. - Подобного устройства не существует в природе.
   - Но моя "коробка"...
   - Ваша "коробка" - это самое настоящее жульничество. До свидания,  мистер
Таккер.
   - На вашем месте я бы не стал вешать трубку! Лучше  отдайте  своему  дяде
его деньги, иначе пожалеете.
   - Я так не думаю.
   - Ах, вот как? А вы знаете, что ваши родственники не только доверчивы, но
и очень болтливы? А я умею слушать. В  результате  моих  бесед  с  ними  они
многое поведали  о  своей  замечательной  племяннице.  -  Он  сделал  паузу,
дожидаясь реакции своей собеседницы.
   - Уточните, что вы имеете в виду, - холодно потребовала Никки.
   - Семь лет назад у вас были некоторые проблемы, не так ли? Я  думаю,  что
комитет, который занимается присуждением номинаций ЛДБ, очень заинтересуется
некоторыми подробностями вашей личной жизни.
   - Вы мне угрожаете? - Никки с силой стиснула телефонную трубку.
   - О нет. Я даю вам стопроцентную гарантию, что именно так все и будет. Вы
собираетесь разрушить мои планы в отношении ваших родственников, а я  сделаю
ответный ход, только и всего. Пятьдесят тысяч в обмен на мои  гарантии,  что
все останется в тайне, идет? - И он залился хриплым, неприятным смехом.
   Никки прикрыла глаза. Итак, все, что она предприняла  за  эти  семь  лет,
чтобы избавиться от последствий того  ужасного  случая,  пошло  прахом.  Она
прекрасно  представляла  себе,  какую  интерпретацию  получит   тот   давний
инцидент. Комитет ЛДБ снимет  ее  с  номинации,  после  чего  она  наверняка
лишится работы. Но заплатить этому негодяю пятьдесят тысяч в надежде на  то,
что он будет хранить молчание?.. -
   - Я не собираюсь поддаваться на ваш шантаж, мистер Таккер,  -  прошептала
она. - Делайте свое черное дело...
   - Я именно так и поступлю, - пообещал он, давая отбой.
   Никки осторожно опустила трубку на рычаг и невидящим взором посмотрела  в
окно. Что же ей теперь делать? Не имея ни одной мысли по этому  поводу,  она
прошла в туалет и вновь достала коробку с садовыми  принадлежностями.  Целый
час она занималась лечением  комнатных  растений,  взвешивая  все  возможные
последствия состоявшегося разговора. И в конце концов пришла к  выводу,  что
надо обратиться за помощью к Иону. Возможно, он все поймет  правильно,  ведь
понял же он ситуацию с Кристой! К тому же Ион съездил к  дяде  Эрни  и  тете
Сельме и объяснил им, что Таккер - ловкий  мошенник.  В  итоге  ему  удалось
уладить все наилучшим образом, так что Никки не пожалела  о  своем  согласии
принять его помощь.
   Он сделал даже больше -  поддержал  ее  совет  вложить  сбережения  не  в
авантюру Таккера, а в открытие второго магазина, заниматься  которым  должны
будут кузены Никки. К  тому  времени,  когда  он  покидал  магазин,  все  ее
родственники были буквально влюблены в ее мужа - как и она сама!
   У Никки перехватило горло, и она  закрыла  глаза,  пытаясь  справиться  с
внезапно подступившим волнением. Нет, верхом неразумности было бы влюбляться
в этого невозможного человека.  Любовь  -  удел  глупцов,  поскольку  лишает
человека контроля над собой.  Она  не  может,  не  должна,  не  имеет  права
влюбляться! Однако, поглубже заглянув в себя, Никки окончательно убедилась в
том, что это свершилось: она влюблена в собственного мужа!
   Но когда и как это произошло? Скорее всего,  постепенно  и  незаметно,  и
теперь ей оставалось только одно - признать этот факт.  Когда-то  давно  она
решила, что ее сердце навсегда разбито, и смирилась с этим, но  вот  нашелся
человек, который сумел ее вылечить, - и этим человеком был Ион.
   И все-таки как глупо с ее стороны было влюбляться в него! Ведь, если  она
его любит, значит, доверяет, а если доверяет, то должна рассказать обо всем,
иначе за нее это сделает негодяй Таккер.
   От этой мысли Никки передернула плечами. Нет, она не  посмеет  рассказать
обо всем мужу из опасения вновь увидеть его холодный  и  осуждающий  взгляд.
Возможно, если бы он тоже любил ее, она бы решилась...  однако  это  слишком
маловероятно. Да, конечно, как мужчина он ее хочет, но  это  совсем  не  то.
Рано или поздно они расстанутся, и она вновь останется  одна.  Впрочем,  все
это не снимало ответа на главный вопрос: что ей теперь делать?
   А ничего, отважно решила она. В конце концов, почему она  так  уверена  в
том, что Таккер осуществит свою угрозу? Во-первых, он и сам немало  рискует,
поскольку может засветиться, а  При  его  делах  лучше  оставаться  в  тени;
во-вторых, какие выгоды он из всего этого сможет извлечь? Неужели он  пойдет
на это только из желания отомстить?
   В дверь офиса властно постучали.
   - Никки? Я бы хотел поговорить с тобой о... - Ион переступил порог  нг  в
недоумении остановился. - Какого черта ты делаешь?
   - Ухаживаю за растениями, - пояснила она, виновато пожимая плечами.  -  Я
занимаюсь этим, когда мне необходимо подумать.
   - Мне кажется, ты не столько ухаживаешь  за  этими  несчастными  цветами,
сколько приканчиваешь их, - заметил Ион, бросив взгляд на подоконник.
   - Ты действительно так думаешь? - зло огрызнулась Никки, снимая  перчатки
и бросая их в коробку.
   - Впрочем, прости мне мое невежество, - мягко поправился Ион. - Возможно,
мне это просто показалось. Теперь  я  вижу,  что  ты  окружаешь  их  истинно
материнской заботой.
   Последнее замечание было не совсем уместно.  Она  никогда  не  испытывала
материнских чувств, полагая, что ее удел - карьера.  Мысли  о  детях  всегда
отступали на задний план, главное было - дальнейшее продвижение  по  службе.
Да и зачем заводить собственных детей, когда у нее была Келли? Была? И Никки
прикусила губу, вспомнив, что теперь племянница не живет с нею.
   - Что же ты обдумывала? - продолжал расспрашивать Ион.
   - Да так, ничего  особенного,  -  избегая  встречаться  с  ним  взглядом,
ответила Никки, снимая фартук и аккуратно укладывая его в коробку.
   - Ты подумала о Келли, не так ли?
   - Да, - нехотя кивнула она, злясь на его проницательность.
   - А ты никогда не хотела по-настоящему выйти замуж  и  иметь  собственных
детей? - присаживаясь на край стола, спросил Ион.
   - Хотела.
   - Ах, ну да. Это было семь лет назад, не так ли? Ты должна рассказать мне
о том периоде своей жизни.
   - Мне кажется, в этом нет особой необходимости, -  нехотя  ответила  она,
беря коробку и направляясь с нею к туалету. - Я полагаю, ты пришел  сюда  не
для того, чтобы в очередной раз вывести меня из себя?
   - Разумеется, нет. - И Ион обнял ее за талию,  заставив  остановиться.  -
Позволь мне. - Он забрал коробку у Никки и сам отнес ее на место.
   - Спасибо.
   - Пожалуйста. - Снова повернувшись к Никки, Ион  стал  изучать  ее  лицо.
Затем каким-то нерешительным жестом поправил ей  прядь  волос  на  виске.  -
Искусительница, - пробормотал он, привлекая ее в объятия.
   - Ион...
   Однако он не дал ей договорить, приникнув  к  ее  губам  поцелуем.  Через
мгновение она уже забыла обо всем, тем более что его  невысказанное  желание
как нельзя более  кстати  отвечало  ее  собственному,  рвущемуся  наружу  из
глубины души. Никки обхватила голову мужа обеими руками, и это позволило ему
так крепко прижать ее к себе, что она ощутила стук его сердца.
   - Я не помешал? - послышался голос со стороны входной двери.
   Они мгновенно отпрянули друг от друга. На пороге, прислонившись плечом  к
косяку, стоял Эрик.
   - Ты так долго занимаешься счетами Дирфилда, - обратился он к Иону, - что
я отправился тебя искать.
   - Все правильно, - глубоко вздохнул тот, - сейчас мы все этим займемся.
   Щеки Никки вспыхнули горячим румянцем.
   - Эти счета есть в моей картотеке, - сказала она.  -  Давайте  я  вам  их
найду.
   - Я  вижу,  медовый  месяц  еще  не  закончен?  -  самым  невинным  тоном
поинтересовался Эрик.
   - Что ты имеешь в виду, черт  возьми?  -  грозно  зарычал  Ион,  а  Никки
замерла, не в силах вымолвить ни слова. - При чем тут медовый  месяц,  когда
мы на работе?
   - Да нет, просто мне так показалось, - пожал плечами Эрик,
   - Ошибаешься, - наконец выдавила из себя Никки.
   - Да, теперь я и сам это вижу, - смиренно признал Эрик, -  хотя  все-таки
хорошо, что сюда вошел именно я, а не какой-нибудь клиент.  Кстати  сказать,
предаваться любви  на  полу  в  офисе  не  слишком  удобно.  Или  вы  хотели
использовать для этого стол?
   - Пошел к черту, братец, - огрызнулся Ион. - Когда мне  потребуется  твое
мнение по этому поводу, я сам тебя спрошу!
   - О'кей, о'кей, - и Эрик примирительно поднял руки. - И все же  позвольте
посоветовать вам в другой раз запираться на ключ.
   - Как ты осмеливаешься... - начал Ион, сжимая кулаки и подступая к брату,
однако Никки сочла нужным вмешаться.
   - Прекратите! - потребовала она со слезами  на  глазах.  Помимо  всех  ее
проблем, ей не хватало только драки в собственном офисе! - Вот то,  что  вам
нужно, - поспешно добавила она и, достав папку с документами, кинула  ее  на
стол. - Надеюсь, вы меня извините, если я вас  оставлю.  -  И  она  поспешно
выбежала из кабинета.
   Ион двинулся было следом, но Эрик схватил его за руку.
   -  Ей  это  не  понравится,  поверь  мне.  Такие  женщины,   как   Никки,
предпочитают плакать в одиночестве, когда никто их не видит.
   - А с чего ты взял, что она собирается плакать?
   - Мне показалось, что я видел слезы у нее на глазах.
   - Черт побери! - По лицу Иона пробежала тень.  -  Может,  ты  расскажешь,
каким образом ухитрился стать экспертом по такого рода ситуациям?
   - Здесь нужен лишь здравый смысл, только и всего.  Если  ты  не  считаешь
меня полным кретином,  то  позволь  Предложить  тебе  совет:  дай  ей  время
успокоиться. И еще учти, - и Эрик  сделал  небольшую  паузу,  -  первый  год
супружества самый трудный.
   - Но это не так...
   - Это так, поверь  мне.  И  то,  что  сейчас  произошло,  -  лучшее  тому
доказательство. У твоей жены явный стресс.
   - Да? - Ион с сомнением покачал головой.
   - Причем именно стресс, а не  сексуальное  напряжение,  -  заверил  Эрик,
выходя из кабинета и прикрывая за собой дверь.
   Именно стресс, а не сексуальное напряжение.
   Три дня после той сцены Ион обдумывал наблюдение брата. Даже  сейчас,  за
обедом, он не мог избавиться  от  мысли,  что  Эрик  прав.  Да,  это  именно
напряжение, и оно растет с каждой минутой.  И,  отложив  вилку.  Ион  бросил
взгляд через обеденный стол на свою жену.
   Никки смотрела в  свою  тарелку,  не  испытывая  ни  малейшего  аппетита.
Последние три дня она непрерывно думала о муже  и  о  негодяе  Таккере,  чьи
угрозы страшили ее не на  шутку.  Что  можно  сделать,  чтобы  предотвратить
надвигающуюся опасность? Стоит ли довериться любимому ею  человеку,  который
ее не любит? И она украдкой бросила взгляд на сидевшего напротив мужа.
   Ион решительно отодвинул тарелку.
   - Что ты сказал? - переспросила Никки.
   - Я сказал - довольно.
   - Извини, если у меня получилось не слишком  вкусно.  -  И  она  виновато
посмотрела на мужа. - Я еще плохо умею готовить.
   - Я не о том говорю, - заявил Ион, откидываясь на  спинку  стула.  -  Нам
надо кое-что изменить в нашей жизни, причем лучше сделать это прямо сейчас.
   - Может быть, подать второе?
   - Подожди со вторым, давай сначала разберемся с первым.
   - Не понимаю.
   - Сейчас поймешь. - Он поднялся с места, обошел вокруг стола и поднял  ее
на руки. - Еще не поняла?
   - Что ты делаешь?
   - То, что мне следовало сделать в нашу первую ночь,  если  бы  я  не  был
таким усталым. То, что мне следовало сделать три дня назад, если бы я не был
так увлечен ролью благородного мужа. - И  он  пинком  ноги  распахнул  дверь
спальни. - То, что я сделаю прямо сейчас, мы оба мечтали сделать  с  момента
нашей встречи.
   Он опустил Никки на постель и на мгновение замер, ожидая возражений с  ее
стороны. Она не сказала ни слова.
   Он ожидал увидеть в ее глазах хотя бы тень  беспокойства,  однако  в  них
была только страсть. Он думал, что она спрыгнет на пол, а  она  отодвинулась
на середину постели, словно приглашая его занять место рядом.
   Ион зачарованно любовался  своей  женой,  соблазнительно  разметавшей  по
подушке свои золотисто-рыжие волосы, а затем  медленно,  не  отводя  от  нее
глаз, расстегнул и снял свою  рубашку.  Скидывая  ботинки,  он  одновременно
расстегивал пояс брюк. Взявшись за  молнию,  Ион  заметил,  как  расширились
зрачки ее глаз, а кончик  розового  языка  медленно  облизнул  нижнюю  губу,
оставляя влажный след.
   Сейчас он поцелует эти губы, решил он про себя, - что  может  быть  лучше
для разжигания сексуального аппетита? Затем, вволю насладившись  покорностью
ее рта, двинется вниз, изучая своими губами каждый сантиметр ее  кожи  цвета
слоновой кости... Затем вновь вернется к ее губам, после чего начнется самое
необыкновенное...
   - К черту обед, - пробормотал Ион, опускаясь на постель,  -  то,  чем  мы
сейчас займемся, - самое прекрасное, что есть в жизни.
   Никки смотрела на мужа с немалым изумлением. После трех дней  бесконечных
сомнений и тревог все происходит столь стремительно и неожиданно. Да, теперь
она полностью и безоговорочно  доверяет  своему  любимому  мужу!  Она  вдруг
почувствовала полную, ничем не ограниченную  свободу,  а  затем  и  радость.
Теперь она  может  рассказать  ему  обо  всем,  и  он  все  поймет.  И  она,
разумеется, расскажет, но позже...
   Ион запустил правую руку в ее волосы.
   - Говори именно сейчас, - тихо произнес он, целуя ее,  -  или  не  говори
потом никогда.
   - Я лучше обниму тебя  покрепче,  -  прошептала  она,  обхватывая  обеими
руками его сильную шею и возвращая  ему  страстный  поцелуй.  Они  поговорят
завтра, а сейчас у них есть дела поважнее...
   Процесс раздевания сопровождался какофонией звуков. Взвизгнула молния  ее
юбки, зашуршала блузка, освобождая пуговицы из своих гнезд, тихо прошелестел
расстегиваемый бюстгальтер... Ион проделывал все это терпеливо  и  нежно,  а
Никки улыбалась, испытывая наслаждение.
   И вот она лежит в его  теплых  и  надежных  объятиях,  возбуждаясь  сама,
возбуждая его. Акт любви всегда  подразумевает  партнерство.  Все,  что  она
отдавала ему, он немедленно возвращал ей обратно. Они  без  слов  интуитивно
угадывали желания друг друга, торопясь с наибольшей  полнотой  удовлетворить
их. Стоило ей провести ладонями по его  широкой  груди,  как  он  немедленно
принимался ласкать ее груди, упругие розовые соски. А  когда  она  позволила
своей руке совершить самую интимную ласку, он доставил ей никогда  ранее  не
испытанное удовольствие.
   - Ты мне доверяешь? - требовательно спросил он.
   - Да, - кивнула она.
   - Ты в этом уверена?
   - Да, абсолютно.
   А потом они слились воедино, словно скрепляя взаимное доверие этим нежным
и сладострастным актом. И Никки отдалась Иону  без  страха  и  сомнений,  не
думая о том, что наступит завтра, и лишь испытывая неведомую прежде  полноту
любви и самое безоглядное счастье.
   Когда первые восторги утихли,  она  продолжала  лежать  в  его  объятиях,
чувствуя, что теперь надежно защищена  от  всех  житейских  бурь  человеком,
который любит ее и будет любить до скончания времен.
   Проснулась она лишь на рассвете, проснулась - и впервые за  долгое  время
обрадовалась новому дню. Никаких внутренних сомнений и опасений -  полнейшая
умиротворенность и безмятежность. Если и  существовал  на  свете  хоть  один
человек, достойный ее доверия, то теперь она твердо знала, что этот  человек
ее законный муж.
   Повернувшись  на  бок,  Никки  обнаружила,  что  Ион  уже   проснулся   и
внимательно наблюдает за ней.
   - Доброе утро, - прошептала она.
   - Как прекрасно просыпаться с тобой в одной постели, -  отвечал  он  чуть
хрипловатым спросонья голосом. - А еще лучше -  просыпаться,  держа  тебя  в
объятиях.
   Никки улыбнулась и придвинулась ближе, положив голову ему на плечо.  Пока
она легко пробегала пальцами по его груди, он целовал ее волосы  и,  опустив
руку под одеяло, осторожно поглаживал бедра.
   А потом, заставив ее поднять лицо, он нежно провел по щеке  ладонью.  Она
поняла, что настало время для самых сокровенных признаний.
   - Ион?
   - Да, любовь моя?
   - Мне нужна твоя помощь. - Она глубоко вздохнула.
   Его рука замерла
   - Чем я могу тебе помочь? - заботливо спросил он.


   ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

   - Никки, ты дома? - Ион смял в кулаке листок  бумаги  и  гневно  сверкнул
глазами.
   - Да, я здесь, - отвечала она, выходя из спальни в пеньюаре.
   Жена выглядела настолько соблазнительно, что  в  любое  другое  время  он
немедленно подхватил бы ее на руки и отнес обратно в спальню. И они бы вновь
до полного изнеможения предавались любви, а затем лежали  бы  на  постели  и
тихо переговаривались. Но сейчас ему было не до этого.
   - Оденься, - сказал он сухо, - нам надо поговорить.
   Она томно улыбнулась и, кутаясь в халат, кокетливо спросила:
   - А разве мы сможем говорить, если я буду надевать юбку?
   - Это зависит от темы разговора,  -  отвечал  Ион,  откладывая  газету  и
подходя ближе. Обняв жену, он жадно нащупал ее полные груди  и  задрожал  от
желания. Черт, как жаль, что именно сейчас  он  должен  сообщить  ей  плохие
новости.  Сколько  ни  откладывай  этот   момент,   настало   время   что-то
предпринять, чтобы избежать катастрофы.
   Поправив ее волосы, примятые воротником халата, Ион зажал одну из  прядей
в кулаке и поднес к губам. Каждый раз,  когда  он  прикасался  к  Никки,  ее
ресницы начинали трепетать от возбуждения, а глаза дарили обещание все новых
радостей. И никогда еще эти обещания его не обманывали!
   Он нехотя выпустил ее из объятий, и она  устремила  на  него  недоуменный
взгляд. Черт! - мысленно выругался Ион. Когда она смотрит на  него  с  такой
нежностью и доверчивостью, у него начинают пугаться мысли. Он уже знал,  что
Никки ничего не делает наполовину, и раз уж она  однажды  ему  поверила,  то
полностью и беззаветно.
   - Пойдем-ка выпьем кофе, - сказал он, подталкивая ее в сторону кухни.
   - Кофе или чего-нибудь покрепче? - переспросила она, вскидывая бровь.
   - Я бы предпочел покрепче,  но  мы  ограничимся  кофе.  -  Ион  всыпал  в
кофеварку молотые зерна, добавил воды и нажал кнопку. - Даже можем  добавить
сахара...
   - Итак, самое худшее случилось? - перебила его Никки.
   - Да, случилось. - И он вернулся в комнату за газетой. Это была  одна  из
самых низкопробных бульварных газетенок, заголовок одной из  статей  гласил:
"Номинант премии ЛДБ обманул семью ради наследства!"
   - Меня теперь уволят? - спокойно поинтересовалась Никки.
   - Как ты можешь задавать такие вопросы? - возмутился Ион.
   - А что? Ты обязан защитить репутацию "Международных инвестиций".  Я  все
понимаю.
   Она рассуждала так хладнокровно и логично, что ему захотелось схватить ее
в объятия и - яростно поцеловать. Может, хоть это приведет ее в чувство?
   Но он только сунул руки в карманы и несколько раз прошелся взад и вперед,
пытаясь справиться с закипающим раздражением.
   - "Международные инвестиции"  прекрасно  переживут  этот  скандал  и  без
благородных жестов с твоей стороны, - сказал он глухо.
   - Но почему? Ведь мое увольнение немедленно всех успокоит. -  Она  упрямо
вскинула подбородок. - Сейчас я оденусь и отправлюсь сдавать дела.
   - Остановись, Никки.
   - Нет-нет, я именно так и сделаю. Я понимала, чем все это кончится, когда
отвергла грязный шантаж Таккера.
   - Со дня нашей встречи это было самое разумное  из  всех  твоих  решений.
Второе такое решение - довериться мне.
   - Но это не твоя проблема, - продолжала настаивать Никки. - Я сама с  ней
справлюсь.
   - Но ты же сама просила меня о помощи, разве не так? И  я  пообещал  тебе
заняться Таккером.
   - Да, я знаю, что ты все сможешь сделать наилучшим образом.
   Пораженный ее агрессивным тоном. Ион вскинул голову. С  какой  стати  она
устраивает трагедию?
   - Что произошло после всех наших разговоров о  доверии?  -  требовательно
спросил он. - Или это были пустые разговоры?
   Как он и надеялся, она мгновенно вспыхнула.
   - Вовсе не пустые!
   - Тогда доверься мне, черт бы тебя подрал! Я  остановлю  этого  слизняка,
даже если мне ничего больше не удастся сделать в жизни.
   - Но ведь, пока  ты  будешь  меня  защищать,  "Международные  инвестиции"
станут терять своих вкладчиков! И что ты скажешь своим клиентам? "Не  верьте
написанному, она, знаете ли, вовсе не обманывала своих родственников"?
   - Разумеется, ты никого не  обманывала!  -  загремел  он,  после  чего  в
комнате повисло молчание. Наконец кофейная машина глухо громыхнула.
   - Благодарю за поддержку. - Никки сухо рассмеялась.
   - Не за что. - Ион наполнил три чашки и две из  них  машинально  поставил
перед Никки. Затем пристально взглянул на  нее  и  задумался  над  тем,  как
подать ей следующую порцию новостей. - Послушай, любовь моя...
   Но она даже не подняла головы, медленно размешивая сахар.
   - Что-нибудь еще?
   - Боюсь, что да. - вздохнул Ион.
   - Рассказывай, - равнодушно сказала она, быстро глотнув кофе.
   - Комитет по присуждению премии ЛДБ потребовал, чтобы ты предстала  перед
ним и объяснилась. После чего они решат, стоит ли  оставлять  тебя  в  числе
номинантов.
   - Когда?
   - В девять утра, в понедельник.
   - То есть через три дня. - Она закусила нижнюю губу. -  Скажи,  зачем  им
это? Или я задаю глупый вопрос?
   - Они отказались объяснять... Впрочем, мы же с тобой знаем, кто  во  всем
виноват.
   - Я не смогу этого сделать. Ион, - поразмыслив, сказала  Никки.  -  Я  не
могу подвергать свое прошлое публичному обсуждению. Ты же сам знаешь,  каких
душевных сил мне стоило рассказать обо всем тебе, - Ион уловил в  ее  голосе
панические нотки, - к тому же ведь я их не знаю, и они все равно  ничего  не
поймут.
   - А мы заставим их понять!
   - Мы?
   - Я буду там рядом с тобой.
   - Ты это серьезно?  -  нерешительно  переспросила  она,  и  в  глазах  ее
вспыхнул огонек надежды.
   - Разумеется, ведь ты моя жена. Более того,  я  просто  не  разрешу  тебе
заниматься этим делом в одиночку.
   Никки уронила ложечку и закрыла лицо руками. Ион поставил чашку  на  стол
и, заставив жену подняться, заключил ее в нежные объятия.
   - Ну, вот, - заговорил он с мягкой усмешкой, - а  один  знающий  господин
уверял меня, что такие женщины, как ты, предпочитают плакать в  одиночестве.
Однако я ни за что не  оставлю  тебя  одну  -  ни  сейчас  ни  после.  Если,
разумеется, ты сама меня не прогонишь.
   - Я никогда этого не сделаю, потому что  теперь  больше  всего  на  свете
боюсь остаться одна, - тихо призналась  Никки.  -  Пожалуйста,  обними  меня
покрепче.
   - Любовь моя! - Он поцеловал ее, и оба они  замерли,  на  какое-то  время
позабыв обо всем. - Я никуда от  тебя  не  уйду,  -  наконец  повторил  Ион,
отрываясь от ее губ.
   - Но я все равно боюсь.
   Тогда он принялся нежно укачивать жену в своих объятиях, целуя ее волосы,
лоб, нос, щеки... Она опустила  голову  на  его  плечо  -  такая  хрупкая  и
уязвимая. Только в его объятиях она  могла  обрести  чувство  уверенности  и
защищенности. А потом он поднял ее на  руки  и  понес  в  спальнюПонедельник
наступил очень скоро. Никки  долго  мучилась,  выбирая,  что  ей  надеть  на
заседание комиссии "инквизиторов", как называл их  Ион.  Когда  она  наконец
вышла из спальни, муж отрицательно покачал головой.
   - Слишком мрачный, - заявил он, глядя на ее строгий черный  костюм.  -  К
тому же это может создать впечатление, что ты чувствуешь себя виноватой.
   - А что, по-твоему, я должна надеть - свадебное,  платье?  -  возбужденно
возразила Никки. - Я смогла выбрать только это.
   - В таком случае позволь мне. - С этими словами Ион скрылся в  спальне  и
через несколько минут  вернулся,  держа  в  руках  элегантный  костюм  цвета
слоновой кости и шелковую блузку. - Надень это, и не забудь украшения.
   - Ты серьезно? - изумилась Никки. - Но ведь это совсем не деловая одежда.
Последний раз я надевала его на Пасху.
   - Прекрасно, значит, при первом же взгляде на тебя  они  сразу  подумают:
"Невиновна". И это мигом решит все дело.
   - Но ты забываешь, что я и в самом деле ни в чем не виновата.
   - Я ничего не забываю, - самым серьезным тоном заявил Ион,  поворачиваясь
к жене. - И как только члены комиссии увидят  тебя  и  услышат,  что  ты  им
скажешь, у них не останется никаких сомнений. Надевай костюм и оставь волосы
распущенными.
   - Что-нибудь еще?
   - Да. - И он пристально осмотрел Никки с головы до пят - Не забудь надеть
шелковое кружевное белье, а также  сексуальные  чулочки  со  швами  сзади  и
подвязками.
   - Чтобы члены комиссии сразу решили,  что  я  невиновна?  -  подбоченясь,
спросила Никки.
   - Нет. - Ион поцеловал жену. - Это все для меня. Они лишь  будут  гадать,
что на тебе надето под костюмом, а я буду знать наверняка.
   - Ты невозможен, - не в силах  подавить  улыбку,  сказала  она.  Все-таки
замечательно иметь мужем человека, который даже в самый тяжелый момент может
заставить тебя улыбнуться. Наверное, он никогда не перестанет ее удивлять.
   - Пусть это останется нашим маленьким секретом, - продолжал  Ион.  -  Как
только я начну терять сомообладание, мне будет достаточно вспомнить о  твоих
чудесных подвязках. Это направит мои  мысли  в  другую  сторону  и  позволит
сдержать раздражение.
   - С тобой все  ясно,  а  о  чем  думать  мне,  если  я  начну  утрачивать
самообладание?
   - А ты думай о том, во что одет я, - шепнул Ион, наклоняясь к  ее  уху  и
целуя Никки.
   - А у тебя еще есть что-то, чего я не видела? - озорно улыбаясь, спросила
она.
   - Вполне возможно... - И он сладострастно усмехнулся. - Но я ничего  тебе
не скажу - все поймешь после этой встречи.
   -  Ага,  ты  хочешь  заставить  меня  мучиться  догадками?  Нечестно!   -
запротестовала Никки.
   - Это мой любимый метод, - признался  Ион.  -  Как  только  тебя  охватит
паника, ты сможешь отвлечься,  подумав  о  том,  что  ожидает  тебя  сегодня
вечером.
   - И ты полагаешь, это меня успокоит? - Если бы Ион только знал, как он ее
возбуждает! Глядя на него, касаясь его, слыша его  хрипловатый  мужественный
голос, она начинала испытывать неистовое желание.
   - Во всяком случае, это позволит тебе отвлечься. - И он ласково  похлопал
ее пониже спины. - А теперь иди одевайся, я приготовлю завтрак.
   - Сегодня утром мне, пожалуй,  потребуется  только  одна  чашка  кофе,  -
сказала Никки и, за - метив удивленный взгляд, мужа, пояснила:  -  Я  и  так
достаточно взвинченна, чтобы еще прибегать к помощи кофеина.
   - Ты не просто Красивая, но еще и  умная  женщина.  Исключено,  чтобы  мы
проиграли.
   Эти слова заметно ее успокоили.  Она  переоделась,  они  позавтракали,  а
затем спустились вниз, где их,  уже  ждало  такси.  Через  пятнадцать  минут
машина домчала их до комплекса зданий, в одном из которых заседала  комиссия
по присуждению премий ЛДБ. И лишь  когда  они  вошли  в  лифт,  Никки  вновь
заволновалась. К  ее  удивлению,  судя  по  лицу  Иона,  он  тоже  испытывал
волнение. Не обращая внимания на других пассажиров  лифта,  он  взял  ее  за
руку.
   - Белые? - спросил он.
   - Что?
   - Ты надела белые подвязки?
   Она вспыхнула и, смущенно оглядевшись по сторонам, прошептала:
   - Цвета слоновой кости, с розовыми кружевами.
   - Как это прекрасно, - заметил он, мечтательно закрывая глаза.
   - Боксерские? - в свою очередь поинтересовалась Никки.
   - Не скажу.
   Представив  себе  Иона,  который  направляется   к   постели   в   плотно
обтягивающих боксерских трусах, она так развеселилась, что нервно хихикнула.
   Двери лифта распахнулись, и Ион повел жену по коридору, держа ее за руку.
   - Сохраняй уверенность и самообладание, - на ходу напомнил он.
   - О'кей, - согласилась она. - И все-таки я никак не могу догадаться -  ты
в узких плавках, что ли?
   - Нет.
   - Чем могу быть вам полезна? - приветливо улыбаясь, спросила сидевшая  за
стойкой секретарша.
   - Мистер и миссис Александер прибыли на заседание комитета по номинациям.
   - Прекрасно, вас  уже  ждут.  Пожалуйста,  следуйте  за  мной,  -  И  она
проводила их до двойных дверей.
   И тут Никки внезапно осенило. Она удержала Иона за руку и, округлив глаза
от ужаса, тихо спросила:
   - Неужели ты сегодня вообще ничего не надел?
   - Ты так  думаешь?  -  подмигнул  он,  раскрывая  двери  и  входя  в  зал
заседаний. - Будь внимательна, представление начинается...
   В зале находилось пять человек - трое мужчин и две женщины. Когда Никки и
Ион вошли, все члены комиссии обернулись в их сторону. Высокий,  грубоватого
вида человек, чем-то похожий на Иона, приблизился к ним.
   - Председатель комиссии Билл Уэст, - представился он, пожимая им руки.  -
Мы не ожидали, что вы будете сопровождать свою жену, мистер Александер.
   - Да, я понимаю,  но,  как  видите,  я  здесь.  Надеюсь,  вы  не  станете
возражать против моего присутствия?
   - А если бы я вздумал возражать, вы бы удалились?
   - Нет.
   - В таком случае нет смысла поднимать этот вопрос, - сухо заметил Билл. -
Оставайтесь, пожалуйста, однако помните: обвинения предъявлены  вашей  жене,
поэтому на все вопросы должна отвечать только она.
   - Мы  явились  сюда  по  вашему  требованию,  чтобы  отвести  голословные
обвинения в адрес моей жены. Я не буду вмешиваться до тех пор, пока ситуация
не потребует моего вмешательства,  -  холодно  заявил  Ион,  глядя  в  глаза
собеседнику. - Надеюсь, мы с вами понимаем друг друга. Вы со мной согласны?
   -  Да,  мы  прекрасно  понимаем  друг  друга.  -  И  председатель  сделал
приглашающий жест в сторону длинного стола, за которым уже сидели  остальные
члены комиссии. - Устраивайтесь поудобнее. Хотите кофе?
   - Если можно, три чашки: две с сахаром, одну - без, - попросил Ион, после
чего подвел Никки к дальнему концу стола и помог ей сесть.
   - Я не хочу кофе, - прошептала она, опускаясь на стул.
   - Знаю, - тихо отвечал Ион. - Но я сделал  это  специально,  чтобы  сразу
поставить этого типа на место.
   - Благодарю. Будем надеяться, что это подействует и они не станут ко  мне
придираться. - Она скрестила руки на коленях. - Кстати, я  говорила  тебе  о
том, что надела пять предметов нижнего белья?
   Быстро взглянув на мужа,  Никки  поняла,  что  он,  как  она  и  ожидала,
принялся мысленно  перебирать  предметы  ее  туалета,  гадая,  чего  там  не
хватает. Прекрасно, а она пока что сможет поговорить с членами комиссии.
   - Ваш кофе, - сказал  Билл.  Секретарша  поставила  перед  ними  чашки  и
сахарницу. - Ну что, мы можем начать?
   - Ты готова, Никки? - спросил Ион.
   - Да.
   Билл отошел к другому краю  стола,  присоединившись  к  остальным  членам
комиссии.
   - Сразу хочу принести наши извинения, миссис Александер,  за  причиненное
беспокойство, - официальным тоном заявил он. - Но, к сожалению, мы вынуждены
прояснить все обстоятельства вашего  дела,  поскольку  номинанты  на  премию
Лоуренса Д. Баумана должны быть выше всяких  подозрений.  Таково  требование
тех компаний, которые берут на работу  наших  кандидатов.  А  вы,  вероятно,
знаете,  что  даже  быть  кандидатом  -  это  прекрасная  рекомендация   для
трудоустройства.
   - У меня уже есть прекрасная работа, которой я очень горжусь, -  ответила
Никки, краем глаза заметив улыбку мужа.
   - И компания, где работает миссис Александер, полностью удовлетворена  ее
работой, - заверил он.
   - Я понимаю, мистер Александер, - вздохнул Билл. - Мы хорошо знаем, какое
положение занимают в деловом мире "Международные инвестиции", и  ценим  вашу
поддержку. Тем не менее,  ввиду  серьезности  обвинений,  выдвинутых  против
вашей жены, мы вынуждены провести самую тщательную проверку, хотя нам это  и
не слишком нравится. Мы находимся под пристальным вниманием  общества,  и  у
нас нет иного выхода.
   - Что вы хотите узнать? - утомленная этим долгим  предисловием,  спросила
Никки, делая глоток и морщась оттого, что забыла подсластить  кофе.  Заметив
ее гримасу. Ион тут же восполнил это упущение.
   - У меня есть информация от одного человека...
   - Тимоти Т. Таккера, - перебила Никки.
   - Вы его знаете?
   - Да.  Он  пытался  продать  моим  дяде  и  тете  свое...  мягко  говоря,
изобретение. Когда я отсоветовала им иметь с ним дело, он стал угрожать, что
придаст публичной огласке некоторые факты из моего прошлого.
   - Расскажи им подробнее, - предложил Ион.
   - Таккер также заявил о том, что не станет этого делать, если получит  те
пятьдесят тысяч долларов, на которые рассчитывал с самого начала.
   Члены комиссии вполголоса посовещались, после чего Билл кивнул головой:
   - Да,  мы  согласны  с  тем,  что  мистер  Таккер  мог  руководствоваться
предосудительными намерениями, однако мы должны выяснить, насколько правдива
предоставленная им информация.
   - Точнее сказать, вам нужны детали, - сухо заметил Ион.
   - Именно. - Билл заглянул в свои записи и  снова  обратился  к  Никки:  -
Брали ли вы деньги своих родственников, чтобы вложить их в ничего не стоящую
недвижимость?
   - Минуточку, - снова вмешался Ион, наклоняясь к жене и  беря  ее  руки  в
свои. - Скажи им  всю  правду,  -  ласково  предложил  он.  -  Им  нужны  не
объяснения, а признание.
   - Ты хочешь, чтобы я им во всем призналась? - спросила  она,  сжимая  его
руку.
   - Да, хочу. - И он ободряюще посмотрел ей в глаза, одним  своим  взглядом
высушив ее слезы. Как она раньше могла думать, что от взгляда этих глаз веет
холодной осенью? Какой же слепой она была! В зеленых глазах мужа - теплота и
нежность ясного весеннего дня. - Доверься мне, - добавил он.
   - Ты знаешь, как я  тебе  доверяю.  -  Никки  взглянула  на  председателя
комиссии и вспыхнула: - Извините, но вы не могли бы повторить свой вопрос?
   - Брали ли вы деньги своих родственников, чтобы вложить их  в  ничего  не
стоящую недвижимость? - нетерпеливо спросил Билл.
   - Да.
   Билл заметно удивился и вновь заглянул в свои записи.
   - А брали ли вы ссуду в банке, чтобы совершить дополнительную покупку?
   - Да.
   После второго признания вопросы посыпались один за другим:
   - И вы лишились этих денег?
   - Да.
   - И банк лишил вас права пользования этой собственностью, после того  как
вы просрочили очередной месячный взнос?
   - И это было.
   - А кредиторы выяснили, что оценка имущества была  явно  мошеннической  и
что оно отнюдь не стоит тех денег, которые вы взяли под его залог?
   - Если быть точной, это имущество стоило примерно половину моего займа, -
уточнила Никки.
   Билл отложил ручку и раздраженно посмотрел на Никки.
   - Ну, миссис Александер, у меня просто нет слов. Это все очень  серьезные
обвинения, а вы не отвергли ни одно из них!
   - Да, мистер Уэст, я это прекрасно сознаю. Однако ваши вопросы вырваны из
контекста. Вы позволите мне рассказать обо всех обстоятельствах этого дела?
   - Прошу вас.
   Никки взглянула на одобрительно кивнувшего ей мужа,  тяжело  вздохнула  и
начала рассказывать:
   - Восемь лет назад мои родители погибли...
   Женщина, сидевшая слева от Билла, нетерпеливо пошевелилась.
   - Смерть ваших родителей вряд  ли  имеет  отношение  к  этому  делу...  -
сказала она резким тоном.
   - Послушайте, - возмутился Ион, - моя жена вежливо выслушала ваши вопросы
и ответила на них; я полагаю,  она  имеет  право  рассчитывать  на  ответную
любезность?
   - Он прав, Клара, - согласился Билл. - Пусть расскажет  нам  свою  версию
событий. Извините нас, миссис Александер. Продолжайте, пожалуйста.
   - Их смерть имеет самое непосредственное отношение ко всей этой  истории.
Я уверена, вы понимаете, в каком положении оказалась наша семья. И  дело  не
только в переживаниях.  Мои  родители  ведали  финансами  нашего  семейства.
Поскольку в то время я изучала бизнес, то, естественно, после их смерти  эта
обязанность перешла ко мне. - Никки слабо усмехнулась: - Я была  молода,  яо
очень самоуверенна и решила, что прекрасно со всем справлюсь.
   - Я полагаю, мы все прошли через нечто подобное, - пробормотал Билл.
   - Спасибо. В моем колледже преподавал  профессор,  к  которому  я  всегда
обращалась за советами. К тому времени, когда мне исполнился  двадцать  один
год, он ушел с работы и занялся бизнесом.
   - Инвестициями в недвижимость? - уточнил Билл.
   - Да, причем именно теми инвестициями, из-за которых я  вынуждена  сидеть
сейчас перед вами и отвечать на ваши вопросы.
   - Позвольте внести некоторую ясность, - не выдержал Ион, - поскольку  моя
жена вряд ли захочет это сделать. В то время она была вынуждена  материально
поддерживать свою беременную младшую сестру, которая внезапно овдовела. Хотя
родители Никки оставили им обеим страховку, этого было явно недостаточно.
   - Да, это так, - кивнула Никки, - и именно поэтому я приняла  предложение
профессора Уаймана.
   - Профессор Уайман? - переспросила Клара. - Уилберт Уайман?
   - Да, хотя он предпочитал, чтобы его называли Берт. А вы его знали?
   - Его знала моя дочь, - ответила Клара. - Продолжайте, прошу вас.
   - Берт  указал  мне  на  недвижимость,  которая,  по  его  мнению,  могла
приносить гарантированный доход. Это был "Санрайз-центр". И при этом заявил,
что дело настолько выгодное, что, если я откажусь, он сам купит его.
   - И тогда вы обратились к своим родственникам за деньгами?
   - Да, именно так я и сделала, - кивнула Никки. - Мы вложили  в  это  дело
все наши сбережения и даже те деньги, которые  предназначались  на  обучение
моих кузенов.
   - Неужели вы не понимали всю степень риска?
   Повисла долгая пауза.
   - С тех пор не проходило и дня, чтобы я не пожалела о том, что  пошла  на
этот риск, - откровенно призналась Никки. - Однако нельзя делать деньги,  не
рискуя деньгами. Именно так мне и сказал Берт.
   - А что было потом?
   - Уже после того, как я приобрела это имущество, он явился ко мне с новым
предложением. Берт убеждал меня взять ссуду в банке под залог приобретенного
имущества.
   - А что, по его мнению, вы должны были сделать с этими деньгами?
   - Вложить их в то, что он называл краткосрочной сделкой. По его словам, в
течение всего нескольких месяцев мы смогли бы получить  большую  прибыль.  -
Вспоминая о глупостях, совершенных в молодости, Никки  задумчиво  вертела  в
руках кофейную чашку. Она хотела было поднести ее к  губам,  но  у  нее  так
сильно задрожала рука, что  она  поспешила  поставить  чашку  на  поднос.  -
Конечно, мне бы следовало сообразить, что все это слишком хорошо, чтобы быть
правдой. Позднее я узнала, что Берт дал взятку оценщику имущества, чтобы тот
завысил стоимость "Санрайз-центра".  В  итоге  банк  дал  мне  ссуду,  вдвое
превышавшую стоимость этого центра.
   - И что было с этими деньгами?
   - Я выписала чек на имя Берта. - Никки попыталась улыбнуться: - Чему меня
только учили в колледже, не так ли?
   - А затем Берт просто исчез с вашими деньгами?  -  вкрадчиво  предположил
Билл.
   - Да.
   - И что же вы тогда сделали?
   Собравшись с силами, Никки постаралась ответить как можно спокойнее:
   - Следующие семь лет я много и тяжело  работала,  научившись  всему,  что
только возможно, чтобы никогда больше  не  попадать  в  подобные  переделки.
Постепенно я рассчиталась с долгами. В прошлом  году,  благодаря  нескольким
вполне законным инвестициям, мне удалось оплатить все счета.
   - А что случилось с профессором Уайманом?
   - Понятия не имею. Полагаю, что он продолжал  охмурять  других  столь  же
доверчивых студентов.
   - В самом деле, - подтвердила Клара. - Однако это  продолжалось  недолго.
Пять лет назад он угодил в тюрьму.
   Никки удивленно воззрилась на нее.
   - Благодарю вас, миссис Александер,  -  в  очередной  раз  сверившись  со
своими записями, сказал Билл. - Это все.
   - Нет, черт подери, это еще не все, - повысил  голос  Ион.  -  Мы  должны
узнать результаты собеседования здесь и сейчас. Вы оставляете  ее  в  списке
номинантов или мне пора звонить своему адвокату?
   - Не надо, Ион, - тихо сказала Никки. Пытаясь отвлечь его  внимание,  она
шепнула: - На мне пара чулок, две подвязки и еще кое-что...
   - А как ты снимаешь это "кое-что"? - так же шепотом спросил он.  -  Через
верх или через низ?
   - Догадайся, - ответила она, а затем повысила голос, обращаясь  к  членам
комиссии: - Я не собираюсь оспаривать ваше решение. Но, честно  говоря,  мне
кажется, я заслужила право узнать его прямо сейчас.
   - Минуточку, пожалуйста. - И члены  комиссии  принялись  перешептываться.
Спустя  несколько  мгновений,  показавшихся  Никки  вечностью,  Билл   снова
обратился к ней: - Поскольку мы не сомневаемся в правдивости ваших слов,  вы
остаетесь в числе номинантов.
   - А когда... - начал было Ион.
   - Церемония состоится в субботу.  Если  вдруг  откроются  какие-то  новые
обстоятельства, миссис Александер будет извещена об этом в пятницу.
   Опасаясь того, что еще может наговорить ее муж, Никки поднялась с места.
   - Спасибо за предоставленную возможность  ответить  на  ваши  вопросы,  -
произнесла она, беря мужа под руку и начиная тянуть его к выходу.  -  Хватит
упираться как мул, - вполголоса добавила она.
   Он обнял ее за талию, скользнув вниз рукой, после чего  вдруг  решительно
кивнул головой:
   - Ладно, идем домой.
   - А что это ты так резко заторопился?  -  подозрительно  поинтересовалась
Никки, когда они покинули зал и направились к лифту.
   - Мне кажется, я понял, какого предмета на тебе не хватает.
   - Ну и?..
   - Если моя догадка правильна, - усмехнулся  он,  вталкивая  ее  в  пустую
кабину лифта, - то того же самого, какой  отсутствует  на  мне...  Вот  я  и
решил, что лучше побыстрее проверить свое предположение, чем спорить с этими
идиотами из комиссии.
   - Я того же мнения, - произнесла она, испытующе проводя рукой  вдоль  его
брюк. - Боже праведный, Ион! А ведь ты действительно...
   Двери лифта закрылись.


   ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

   - Ты нервничаешь? - спросила Сельма.
   - Ну, я...
   - А с какой стати ей  нервничать?  -  заметила  Криста.  -  Все  будет  в
порядке.
   - Сомневаюсь, хотя... - передернула плечами Никки.
   - В любом случае будь проклят этот Таккер, - сказал Эрни. - Никки, почему
ты не рассказала нам о его звонке?
   - Но я...
   - Спасибо Иону. - Сельма взглянула на  него  с  благодарностью.  -  Я  не
представляю себе, что бы мы без него делали.
   - Да, спасибо мне, - самодовольно согласился Ион, обнимая жену за  плечи.
- Впрочем, в обязанности мужа входит защищать жену.
   - А также ее родственников, не так ли? - добавила Никки.
   - Разумеется. Ну, сегодня ты себя лучше чувствуешь?
   - Намного, - кивнула она.
   - Вот и прекрасно. Кстати, я  говорил  вам,  миссис  Александер,  что  вы
сейчас просто неотразимы? - прошептал он, целуя ее левое ухо.
   - Ну так что, мы будем праздновать сегодняшнюю победу? - спросил Эрни.
   - Если она состоится, - поспешила добавить Никки. - Сомневаюсь, что после
всего происшедшего я стану обладателем премии ЛДБ.  Надеюсь,  вы  не  будете
слишком разочарованы, если этого не случится?
   - Конечно, не будем, - заметил Ион, когда лимузин остановился у  входа  в
отель. - Ну вот, они уже здесь.
   - Кто - здесь? - спросила Никки, выглядывая в окно.
   - Наши мать и отец, - пояснил Эрик.
   - А почему вы не предупредили меня об их приезде? - запротестовала Никки.
   - Они здесь, чтобы поддержать тебя. - Ион взял руку жены и  поцеловал  ее
пальцы. - Как и все мы... Цвета слоновой кости? - спросил  он,  переходя  на
шепот.
   - Черные. Боксерские?
   - Набедренная повязка.
   - Не дразнись.
   - А кто дразнится?
   Они взглянули друг на друга и засмеялись.
   Дверца лимузина распахнулась, и к машине подошли Лорен и Делла, мгновенно
расцеловавшие Никки в обе щеки. Неужели они действительно признали ее  своей
невесткой? - подумала она.
   Затем  вся  компания  вошла  в  отель  и  направилась  в  огромный,  ярко
освещенный  бальный  зал,  где  были  расставлены  столы  для  номинантов  и
приглашенных   участников   церемонии   награждения.   Вечер    начался    с
торжественного обеда и официальных речей. К тому времени,  когда  Билл  Уэст
поднялся  на  сцену  для  вручения  премии   ЛДБ,   Никки   успела   изрядно
понервничать.
   - Прежде чем я объявлю имя победителя премии Лоуренса Д. Баумана, - начал
Уэст, - мне бы хотелось сказать несколько слов о том, каким человеком должен
быть победитель. Эта личность должна отвечать всем  нашим  стандартам  -  то
есть быть яркой, образованной, преуспевающей в бизнесе и, что важнее  всего,
честной. Тот индивид, который стал  победителем,  с  лихвой  обладает  всеми
этими качествами, благодаря чему  он  заслужил  единодушное  одобрение  всех
членов нашей комиссии.
   - Это ты, дорогая, это все о тебе, - прошептала Сельма.
   На глаза Никки навернулись слезы, и она отрицательно покачала головой.  В
тот момент, когда Билл употребил слово "честный", она сразу подумала о  том,
что к ней это не относится.
   - Этот человек прошел через трудное испытание, - продолжал Билл, - но при
этом не только извлек урок из своих прошлых ошибок, но и сумел обернуть их в
свою пользу. Нет горы, которая была бы слишком  высока,  нет  проблемы,  для
которой бы не существовало честного решения, нет моральной дилеммы,  которая
бы исключала правильный выбор, вне зависимости от того, насколько трудным он
может быть. Итак, я с большим удовольствием  объявляю  вам  лауреата  премии
Лоуренса Д. Баумана за этот год. Это... миссис Никки Эштон Александер.
   Никки замерла на месте, не в силах пошевелиться. Хорошо хоть Ион  вовремя
пришел к ней на помощь, оторвав ее от стула и поцеловав.
   - Ты заслужила это, любовь моя, - произнес он, подводя ее к сцене.  -  Ну
иди, получи свою награду.
   Она поднялась по ступенькам, и Билл Уэст сердечно пожал ей  руку,  вручая
статуэтку из золота и хрусталя. Приняв награду, Никки  слабо  улыбнулась  и,
ослепленная слезами радости, поклонилась залу. После того скандала она  была
счастлива остаться в числе номинантов,  но  уж  никак  не  ожидала,  что  ее
выберут лауреатом. И тут вдруг ее охватил ужас: ведь надо произнести речь! А
она совершенно не готова!
   - Я... я... - Никки не могла выдавить из  себя  ни  одной  фразы  и,  уже
начиная паниковать, посмотрела на Иона. Его спокойное, мужественное и  такое
любимое лицо мгновенно внушило ей уверенность. Какое счастье, что Он есть на
свете!
   Глубоко вздохнув, Никки начала говорить;
   - Я хочу выразить благодарность членам комитета за то, что они сочли меня
достойной этой высокой награды, а также за то, что они помогли  установлению
истины. - Никки взглянула на Деллу и Лорена. - Кроме того, я  хочу  выразить
признательность компании "Международные  инвестиции",  которая  оказала  мне
неоценимую поддержку. Эта поддержка оказалась больше того, что я ожидала,  и
много больше того, чего я заслуживала.
   У нее дрожали руки, однако она сознавала, что  не  имеет  права  уйти  со
сцены, прежде чем не выскажет все, что накопилось у  нее  в  душе.  Подобная
возможность бывает раз в жизни.
   - Еще я хочу поблагодарить членов своей семьи за их бесконечную любовь  и
веру в мои способности. Они заслужили эту награду даже больше, чем я.
   Сельма и Эрни сияли от счастья, а Криста, Явно несогласная с этим, качала
головой?. Никки вновь поймала на себе взгляд мужа.
   - Наконец, я хочу выразить любовь и признательность своему мужу Иону. - У
нее перехватило горло, и последняя фраза прозвучала хрипловато. Но  она  уже
нашла нужные слова и позволила своим эмоциям выплеснуться наружу. -  Ты  дал
мне нечто, что я считала утраченным навеки. Благодаря тебе я вновь научилась
доверять людям. А ведь без доверия...
   Ее голос осекся, после чего наступила тишина.
   Все присутствующие ждали продолжения, и Никки лихорадочно облизала  губы.
Никогда прежде она не испытывала такого сильного желания сорваться с места и
убежать куда-нибудь подальше. Однако ради одного  только  Иона  она  обязана
закончить свою речь!  Крепко  прижимая  к  себе  награду,  словно  боясь  ее
выронить, Никки заговорила снова, и ее голос зазвенел предельно искренне.
   - Благодаря тебе я вновь научилась доверять людям. А ведь без доверия  не
бывает любви!
   После этого она уже с трудом  осознавала  происходящее.  Двигаясь  как  в
тумане, Никки спустилась со сцены и направилась к своему столику, отвечая по
дороге на поцелуи и пожимая  протянутые  руки.  Больше  всего  на  свете  ей
хотелось броситься в надежные объятия Иона  и  никогда  их  не  покидать.  К
несчастью, толпа поздравляющих не давала ей возможности приблизиться к мужу.
А он стоял и, хладнокровно улыбаясь, наблюдал за ней.
   - Полагаю, нам пора уединиться, - заметила Криста, когда  зал  постепенно
начал пустеть. - Настало время для шампанского, икры и всего прочего.
   - Совершенно верно,  -  кивнул  Эрик.  -  Тем  более  что  нам  предстоит
отпраздновать сразу два события - награду Никки и... - он  усмехнулся,  беря
Кристу за левую руку, на безымянном пальце которой сияло кольцо  с  огромным
бриллиантом, - и наше обручение.
   Никки, которой  наконец  удалось  добраться  до  своей  семьи,  удивленно
вскинула брови.
   - Твое удивление дорогого стоит, - засмеялась Криста, прижимаясь к Эрику.
- Видела бы ты сейчас свое лицо!
   - Теперь вы должны оставаться супругами, - добавил Эрик, переводя  взгляд
с брата на Никки. - Хотя бы ради нас.
   - Что? - изумленно спросила она.
   - Бал "Золушка", - пояснила сестра. - Мы с Эриком догадались о  том,  что
произошло той ночью. Почему вы с Ионом должны были пожениться.
   Эрик кивнул и запечатлел поцелуй на ее щеке.
   - И мы тоже поженимся.  Готов  держать  пари,  что  для  вас  это  полная
неожиданность.
   Никки быстро оглянулась на Иона. Однако на лице мужа ничего  нельзя  было
прочесть.
   - Не понимаю, - пробормотала она. - Но как вы познакомились?
   - Я пришла к тебе в офис, чтобы повидаться, - охотно объяснила сестра,  -
однако ты была очень занята. Тут я наткнулась на Эрика, и он пригласил  меня
на ланч.
   - Одно событие влечет за собой другое... - заметил тот.
   - Довольно, Эрик, -  прервал  его  Ион  и  протянул  руку.  -  Прими  мои
поздравления. Я с тобой согласен: такая  новость  достойна  того,  чтобы  ее
отпраздновать. - Он обернулся к Никки: - Не так ли, дорогая? В конце концов,
ты получила все, что хотела, или я не прав?
   Никки осторожно поставила свою награду на кофейный столик, сняла  плащ  и
бросила его на кушетку.
   - Что ты собираешься делать? - спросила она, поворачиваясь к мужу.
   Она избегала смотреть ему в  лицо,  опасаясь  прочитать  в  его  холодных
глазах то, чего страшилась сильнее всего на свете.
   - Не знаю, как ты, а я хочу собрать чемодан, - отвечал он. - Если хочешь,
можешь мне помочь.
   - Я не то имела в виду.
   - Если ты имела в виду наше будущее, то, мне  кажется,  сейчас  не  самое
удачное время для его обсуждения.
   - Но почему бы и нет? - холодея от дурного предчувствия, спросила она.
   - Потому что завтра утром я улетаю в Лондон.
   - В Лондон? - Никки бессильно опустилась на кушетку, недоверчиво глядя на
мужа. - Но ты никогда не упоминал...
   - Я не упоминал об этом раньше потому, что у  тебя  и  без  того  хватало
забот, - спокойно пояснил он.
   Она переплела трепещущие пальцы рук.
   - Значит, ты возвращаешься в Лондон? Надолго?
   - И ты это спрашиваешь?
   - Ах, ну да, верно. Ты же обещал Эрни и  Сельме,  что  встретишь  с  нами
Рождество. Я полагаю, ты не намерен отказываться от своего обещания?
   - Какого черта? - ответил он резко. - Разве я  когда-нибудь  не  выполнял
своих обещаний?
   - Нет, никогда, - прошептала она. - В этом тебя не упрекнешь.  Ты  всегда
выполнял их полностью - и великолепно. Спасибо тебе за это.
   -  Мне  не  нужна  твоя  чертова  благодарность,  -  с  плохо  скрываемым
раздражением заявил Ион, бросая свой плащ на ближайшее кресло.
   - Тогда чего же ты хочешь?
   - Одну-единственную вещь, которую ты, по всей видимости,  не  можешь  мне
дать, несмотря на прекрасную речь, произнесенную сегодня вечером.
   - Тебе нужно мое доверие? - смутилась она. - Но ведь оно у тебя уже есть.
   - В самом деле? - освобождаясь от шарфа, иронично  спросил  он.  -  Тогда
докажи это.
   - Но как? Твоя семья и твоя репутация  -  в  безопасности.  То  же  можно
сказать и о твоей работе.  Каким  же  образом  я  могу  доказать  тебе  свое
доверие?
   Задавая этот  вопрос,  она  уже  знала  ответ  на  него.  Ей  нужно  было
произнести всего три слова, выразив то, что таилось в глубине ее души.  Надо
было окончательно довериться своему мужу, однако какой-то непонятный для нее
самой страх сковывал горло, мешая сказать эти слова.
   Ион стоял молча и мрачно смотрел на  жену,  на  лице  которой  отражалась
нелегкая внутренняя борьба с самой собой.
   Отчаявшись произнести нужные слова, она тоже встала и, расстегнув  молнию
своего черного шелкового платья, спустила его  к  ногам.  Затем  перешагнула
через него и вопросительно  посмотрела  на  мужа.  Тот  продолжал  сохранять
абсолютную неподвижность.
   - Ион, пожалуйста... - Она провела ладонями по его груди, а затем  обняла
за шею.
   Он медленно положил руки на ее обнаженные плечи, и на какой-то миг  Никки
показалось, что сейчас он ее оттолкнет. Однако Ион прижал ее к себе,  и  они
замерли, не в силах произнести ни слова.  Затем  он  запустил  пальцы  в  ее
распущенные волосы, погладил по голове и пристально посмотрел в лицо, словно
пытаясь навсегда запечатлеть в памяти ее черты.
   - Прощальный поцелуй, Никки, - прошептал он.
   - Никакого прощания, - отвечала она сквозь слезы. - Ты забыл, что  должен
вернуться к Рождеству?
   - Нет смысла оттягивать. Поцелуй меня, любовь моя.
   - Но ты же улетишь завтра утром, так что впереди у нас целая ночь.
   - Я должен вылететь на рассвете, поэтому сейчас поеду в отель аэропорта и
проведу там остаток ночи.
   - Но тебе же надо упаковать чемодан! - отчаянно  пытаясь  задержать  его,
напомнила она.
   - У меня уже все готово.
   - Так что же, - жалобно пролепетала Никки,  и  голос  ее  дрогнул,  -  ты
собрался меня покинуть?
   Он наклонил голову и поцеловал ее долгим и нежным поцелуем.
   - А что меня может удержать?
   Ион не стал дожидаться ответа. Выпустив жену из Объятий, он взял с кресла
свой плащ и через мгновение хлопнул входной дверью.
   Никки  проснулась  утром  в  холодной  и  пустой  постели.  Поднявшись  и
развернув утреннюю газету, она обнаружила, что Ион  сдержал  свое  последнее
обещание: Тимоти  Т.  Таккер  был  арестован  за  мошенничество.  Сообщение,
послужившее  поводом  для   ареста,   поступило   от   одного   "безымянного
гражданина".  Однако  Никки  моментально  поняла,   что   этот   "безымянный
гражданин" - ее муж Ион.
   Последующие несколько дней стали для  нее  невыносимо  тяжелыми.  А  ведь
раньше Никки искренне верила, что самой большой  ошибкой  в  ее  жизни  была
выдача чека на имя Берта Уаймана! Теперь оказалось, что все это -  чепуха  в
сравнении с той ошибкой, какую она допустила с Ионом.
   Единственное  объяснение,  которое  Никки  смогла  придумать  для  своего
идиотизма, состояло в том, что она была застигнута врасплох.  Все  свалилось
на ее бедную голову внезапно и сразу - победа на конкурсе, помолвка Эрика  и
Кристы, отъезд Иона. Будь у нее время  успокоиться  и  прийти  в  себя,  она
сумела бы найти верное решение, осознать ту единственную причину, по которой
они с Ионом должны были оставаться мужем и женой.
   Этой причиной была любовь.
   Да, она безумно любила Иона, хотя была не  в  состоянии  сказать  ему  об
этом! Бесконечно анализируя свои чувства, она поняла, чего же так  опасалась
в ту последнюю ночь. Того, что он не любит ее так же сильно, как  любит  его
она!
   А ведь Ион много раз демонстрировал ей свою  заботливость.  Он  помог  ей
решить проблему с Эриком и Кристой, спас ее  родственников  от  мошенника  и
окончательно урегулировал все их финансовые дела. Более  того,  он  спас  ее
репутацию, придя на помощь в самую нужную минуту.
   И каждым своим прикосновением  и  поцелуем  он  постоянно  проявлял  свои
чувства к ней!
   Докажи это, просил он. Докажи, что ты мне доверяешь. Но при этом  имел  в
виду другое: докажи, что ты меня любишь!
   Внезапно Никки поняла, что нужно делать.  Она  сняла  телефонную  трубку,
досадуя на себя за то, что так долго не могла принять нужное решение. Только
бы хватило времени на то, чтобы осуществить ее план!
   Сочельник наконец закончился, показавшись Никки самым долгим  днем  в  ее
жизни. Она явилась в офис, чувствуя, что ее нервы напряжены до предела. Если
Ион получил ее факс и подарок - а она послала  ему  одно  из  выхоженных  ею
растений, - то почему так долго не отвечает?
   Примерно в середине дня  служащие  стали  расходиться  на  рождественские
каникулы. Вскоре в офисе воцарилась тишина, и сразу стало холодно  и  пусто.
Не желая  возвращаться  в  свою  квартиру,  где  отсутствие  Иона  ощущалось
особенно остро, Никки стояла у окна в полутемном кабинете и  смотрела  вниз,
на снующих по улице людей. Горькие складки пролегли возле ее  губ.  Все  эти
люди торопились домой, чтобы радостно  встретить  Рождество  в  кругу  своих
близких и родных, - и как бы она хотела быть на их месте!
   Вскоре совсем стемнело и начался снегопад. Келли,  наверное,  радуется  -
она так любит снежное Рождество... Никки прикрыла глаза,  стараясь  сдержать
слезы. А может, этот чудесный снегопад и задержал Иона?
   Как же она хотела его! О Боже, помоги ей! Сейчас ей, как никогда  прежде,
нужны любовь и нежность. И почему, почему она не сказала Иону того,  что  он
хотел от нее услышать? Как могла она рисковать  утратой  самого  близкого  и
дорогого ей человека?
   Только бы он благополучно добрался домой! - мысленно молила она. И  пусть
даже опоздает. Теперь уже ничто не имеет значения, кроме одного -  чтобы  он
вернулся к ней в целости и сохранности.
   И тут вдруг она услышала, как что-то мягкое  шлепнулось  на  стол.  Никки
мгновенно обернулась и замерла: прямо посреди стола лежала папка, которой за
секунду до того там не было. Не смея дышать, она подошла ближе  и  с  трудом
прочитала название. Это был счет Стамберга.
   Откуда-то из темноты вылетела мужская рубашка, за которой последовал пояс
брюк.
   - Ион! - воскликнула она, смеясь и плача одновременно. - Что ты делаешь?
   - Проиграв пари, выполняю свое обещание.
   Она закрыла рот рукой. Даже  ангельское  пение  не  могло  сравниться  со
звуками этого мужественного, хрипловатого голоса.
   - Ты что, намерен танцевать обнаженным на моем столе?
   - Да, поскольку у тебя нет более подходящего места для подобного занятия.
   - Но у меня есть намного более подходящее  место,  -  проворно  возразила
она, вскакивая ногами на кресло и перебираясь оттуда на стол. -  Ты  получил
мой факс?
   - Должен сказать, что он вызвал в моем офисе настоящий переполох.
   - Ион, пожалуйста, давай немедленно отправимся домой.  Я  забыла  сказать
тебе одну вещь.
   - Все подумали, что ты беременна, - заявил он, поглаживая ее по  щеке.  -
Но ведь это не так?
   - Нет.
   - А жаль! Это значительно упростило бы все дело.
   Никки взяла его руку и поцеловала ладонь.
   - Я не очень люблю все упрощать, - призналась она. - Напротив,  иногда  я
выбираю самый трудный путь.
   - Это я уже заметил. Так что ты забыла мне сказать?
   - Что я люблю тебя! - отважно выдохнула она.  -  И  не  просто  люблю,  а
ужасно сильно, почти безумно.
   Он медленно, слегка яедоверчиво улыбнулся, и глаза его заметно потеплели.
   - Это правда?
   - Да. А еще... - она застенчиво взглянула на  него  сквозь  полуприкрытые
ресницы, - я думаю, что и ты меня любишь.
   - Думаешь?
   - Нет, - торопливо поправилась она,  -  знаю  наверняка.  И  я  придумала
способ доказать тебе свои чувства.
   - И что же это за способ, миссис Александер? - с любопытством спросил он.
   - Ну... - и она обхватила мужа обеими руками, с наслаждением  вдыхая  его
запах и радуясь уютной теплоте его сильного тела, - чтобы это  узнать,  тебе
придется подождать до завтра. А чтобы  до  того  времени  ты  не  скучал,  я
придумала еще кое-что.
   - А среди  этого  "кое-что"  нет  идеи  о  том,  чтобы  нам  окончательно
раздеться?
   - Есть, - со смехом призналась Никки. - Но может быть,  сначала  вернемся
домой?
   - А разве в моих объятиях ты не чувствуешь себя дома?  -  спросил  он,  и
голос его дрогнул. - Я люблю тебя,  моя  дорогая  жена,  и  люблю  не  менее
сильно, чем ты!
   И он поцеловал ее, лишний раз доказывая тот очевидный факт, что Рождество
- это время чудес.
   На следующее утро Никки почувствовала себя абсолютно счастливой. Да и что
могло быть прекраснее  пробуждения  в  объятиях  Иона?  А  разве  отдаваться
любимому - это не самое великолепное начало дня?
   Когда они нехотя покинули спальню, Никки с  гордостью  продемонстрировала
мужу, какие изменения она произвела в их апартаментах. В каждом уголке и  на
каждой стене стояли и висели горшки с растениями. А в одном углу красовалась
самая настоящая елка, щедро украшенная огнями и игрушками.
   - Да, теперь наша квартира обрела домашний уют, - признал Ион.
   Вскоре начали прибывать с подарками веселые и оживленные родственники.  С
того момента когда в первый раз зазвонил дверной звонок,  Никки  чувствовала
себя как на иголках, поминутно выскакивая в холл.
   - Ты еще кого-нибудь ждешь? - спросила Криста. - По-моему, мы все  уже  в
сборе.
   - Нет, ты не...
   В дверь снова позвонили, и Никки мгновенно сорвалась с  места.  Распахнув
дверь, она тут же позвала Иона:
   - Это для тебя!
   Ион вышел в холл, а за ним потянулись  заинтригованные  родственники.  На
пороге стоял посыльный, одетый в точно такую же бело-золотую униформу, как у
швейцара на балу "Золушка".
   - Я торопился, поскольку понимал, что это срочно, - улыбнулся  посыльный,
вручая Иону красиво упакованный сверток. - Счастливого Рождества.
   - Открой, - нетерпеливо сказала Никки, не успел посыльный  захлопнуть  за
собой дверь.
   Ион,   усмехаясь,   разорвал   золотистую   бумагу,   достал    небольшую
прямоугольную коробочку  и,  открыв  ее,  заглянул  внутрь.  Никки,  заметно
волнуясь, ждала реакции. И он поднял голову, посмотрел на нее,  и  выражение
его лица обеспокоило  ее  не  на  шутку.  Не  обращая  внимания  на  вопросы
родственников, Ион закрыл коробочку, взял Никки  за  руку  и  провел  ее  на
балкон.
   Там было холодно, но Никки этого почти не чувствовала.
   - Тебе не понравилось? - с тревогой спросила она.
   Вместо ответа он опустил руку в карман пиджака и достал оттуда  небольшой
сверток.
   - Ну-ка взгляни.
   Никки мгновенно  сорвала  ленточку,  развернула  бумагу  и  дрожащими  от
нетерпения пальцами открыла футляр из  красного  бархата.  Внутри  покоилась
пара весьма необычных обручальных колец.
   - О, Ион! - прошептала она, и слезы брызнули  из  ее  глаз.  -  Благодарю
тебя. Какая прелесть!
   - Я решил, что  настало  время  заказать  настоящие  кольца,  и  не  смог
придумать ничего более подходящего, - не слишком  уверенным  тоном  произнес
Ион. - Я больше не хочу, чтобы у когонибудь  возникали  сомнения  по  поводу
моих чувств к тебе.
   - Но тогда почему... - И она указала ему  на  свой  подарок,  который  он
продолжал держать в руках.
   Большие,  пушистые  снежинки  стали  оседать  на  ее  волосах  и  длинных
ресницах. Ион стряхнул их и привлек Никки к себе.
   - Ты даришь мне билеты  на  Ежегодный  бал,  устраиваемый  для  тех,  кто
поженился той ночью!..
   - Мне так хотелось вернуться с тобой туда, где все  началось,  -  кивнула
она - И где я впервые поняла, что люблю тебя и могу тебе доверять.
   Он поцеловал ее мокрые от слез и растаявших снежинок глаза.
   - Я больше никогда не буду сомневаться в твоем доверии, Никки, клянусь.
   - Я верю тебе, - благодарно прошептала она, улыбаясь и вскидывая глаза.
   Обнявшись, они открыли стеклянную дверь балкона и вернулись  в  гостиную,
где их уже нетерпеливо дожидались родственники.

Пер. с англ. О. Суворова
Издательство "Радуга", 1999 г


 

<< НАЗАД  ¨¨ КОНЕЦ...

Другие книги жанра: романы

Оставить комментарий по этой книге

Переход на страницу: [1] [2]

Страница:  [2]

Рейтинг@Mail.ru








Реклама