стихи, поэзия - электронная библиотека
Переход на главную
Жанр: стихи, поэзия

Устинов Юрий  -  Зеленые острова


Переход на страницу: [1] [2]

Страница:  [2]



ст. А.Крестинского
    Зеленая гора
                М.М.

Зеленая гора-
Она не за горами.
Пусть- дождь как из ведра,
Пусть молнии над нами, -
Подняться бы с утра,
И с песней за плечами -
К тебе, моя гора!

Зеленая гора
Меня все манит, манит,
Зовет к себе: пора!-
А я все занят, занят,-
Сегодня, и вчера,
И завтра тоже занят
Я с самого утра...

Зеленая гора
Ждала меня, ждала,
И на зеленых лапах
Ушла она, ушла.
Остался тихий запах,
Гуденье комара,
И дождевая капля
На кончике пера.
Зеленая гора!..

                     1975 г.

       * * *
             В.О.

Там, на пригорке, человек.
Он, не мигая, смотрит в небо
На быстро падающий снег.

Ему, наверно, хорошо:
Лежит, совсем не шелохнется,
Так неуклюже и смешно.

Он ничего не говорит.
Шурша, поземка налетает
На неглубокий след копыт.

   Цепочкой далеко- далеко
   Уходит след за горизонт
   Без ожидания, без срока.

Вот так кончается дорога,
Не в середине, не в конце,
И снег не тает на лице,
И снег не тает на лице,
И снег не тает на лице...

                         1975 г.

        * * *

Это лето было да прошло.
Это               света.
Где та ночь- волшебное стекло?
Ты была и нету, была и нету.
Бос, как пес, потерянный мотив -
Это лето.
Разве можно так уйти,
Просто так.
По серебряной струне
Паучок играет вдох.
Это лето-
Без него бы я не смог.

                       1975 г.

ст. В. Орлова
       Осень

Стоят леса полупустые,
Грустя по птичьим голосам.
Слова роняя золотые,
Проходит осень по лесам.

Уже позванивают льдинки,
Уже прохладна синева,
Уже висят на паутинке
Ее последние слова.

                           1975 г.

      * * *
           А.У.,В.О.
           и другим

А хочешь, я сегодня
Приду.
Спит щенок
Под неумелый менуэт скрипичный.
Густеет ночь,
Но пятна света не сдаются,
В них снежинки кружат,
За полночь кружат -
До утра,
До весны...

Ты много сказок знаешь,
Скажи -
Куда уходит этот свет скрипичный -
в завтрашний ветер,
Или просто во сне
Все дальше, дальше берег,
Мой уходящий свет?...
Так- тик- так - будильник,
Синим- синим,
Спать...

                           1976 г.

        * * *
             В.О.,А.У.,В.У.,Л.С.

Когда б тебе хоть раз еще
Присниться довелось...
Не прячься за стволами,
Не гляди на муравьев.
Коснись хотя бы краешком
Дуги моих волос,
Чтоб вечер сном наполнился
До самых до краев.

И мне не надо большего.
Представить не смогу,
Как ты спокойно спишь,
Когда стучатся в дверь ветра.
Рожок играет песенку
На дальнем берегу.
Я отыскал туда пути,
Проснись- и мне пора!..

                     декабрь 1976 г.


         * * *
              Виталию Шиманову

Землю лихорадит и хороводит,
Кто-то там на небе опять в бегах.
Самолеты маленькие уходят,
Чайки возвращаются к берегам,
К берегам...

Снег под тридцать градусов бьет и кружит,
И не попадает в ступень нога.
Самолетик маленький весь из ртути,
Расплескался, канул...

   А чайки возвращаются
      качать причалов эхо,
   Дальний поезд догоняет сон.
   . . . . . . . . . . .
   Пусто над посадочной полосой.

                               1976 г.

     * * *
          С.С.

Это я нарисовал.
  Это- лес,
А в лесу твоих следов
  полно.
Я пройду его насквозь
  весь,
Я рассказ свой назову
  сном.


И пускай он будет вкривь,
  вскочь
Дальней свежестью лесов
  смят.
Рассказать вам, как молчит
  ночь
Не хватает голосов
  дня.


Темно-синим выгнут лес
  вдаль.
До конца моих живых
  дней
Ты мне ягодку еще
  дай,
Ничего не объясняй
  мне.

              начало 1977 г.

          * * *
               В.Ланцбергу

А радость размножается деленьем,
Ее осколки прячутся в траве,
И птица- помесь облака с оленем -
Летит в высокий свод сомкнутых век!

Но беды остаются неделимы,
И в стон сквозной сливается весна,
И солнце опускается в долины,
Желанное, в отличие от нас.

И в этот век депрессии и стресса,
Где каждый третий что-нибудь поет,
Как хорошо быть сотканным из леса
И верить в удивление твое.

                         январь 1977 г.

         Тропинка
                 В.К.,В.О.

Твоя тропинка через жизнь мою
Позаросла- чего по ней плутать!
Давай я лучше песенку спою
О том, какая может быть беда,
И горе, по сравнению с которым
Тропинка наша просто ерунда.

Я про нее не стал бы говорить.
Бреду в свое родное бездорожье.
Листва осенним пламенем горит.

Но снова попадаю на тропу.
Как долго остается подорожник!
Я по нему угадываю путь.

                       начало 1977 г.

ст. М.Карема
пер. В.Берестова

       Снеговик

Снеговик, снеговик,
Жить на холоде привык...
   Вы не бойтесь за него
   И во мгле морозной
   Оставляйте одного,
   Оставляйте одного
   Зимней ночью звездной.

В трубке у снеговика
Льдинка вместо табака...
   И, метлой вооружен,
   Он стоит, не дышит
   И часов домашних звон
   И часов домашних звон
 Он сквозь стены слышит.

                        1977 г.

ст. М.Карема
пер. В.Берестова

         Ослик
                Г.Ч.
           и еще некоторым мамам

Ослик шел по тропинке,
И в спину вцепился репей.
И спросил этот ослик у мамы своей:
- Мама, мама, скажи, неужели и мне
Нужно будет носить за поклажей поклажу
И, гремя бубенцами катать по пляжу
Тех, кто носит один лишь загар на спине?

- Что ты, милый! - ответила мама- ослица.
- Ты сначала поедешь учиться.
А потом ты отыщешь такие луга,
Где еще ни одна не ступала нога,
И утонешь в росе от ушей до подков
Средь ромашек, и клевера, и васильков...
И дозволено будет лишь солнцу и полной луне
К драгоценной твоей прикасаться спине.

Все мамы похожи,
Все мамы похожи,
Даже мамы в ослиной коже!
У которых длинные уши,
И такие добрые души...

                                   1977 г.

            * * *
                 С.Ж.,А.В.

Лесные куранты пробили заснуть,
И листья ложатся на дно родника.
Лесные зверьки отправляются в путь
Туда, где гуляет река.

Качают фонарики гномы в траве.
Спускается луч незнакомой звезды.
За полный порядок в зеленой стране
Теперь отвечаешь ты.

                            февраль 1977 г.

ст.Берестова

       Козявка
              А.В.

На меня ползет козявка,
Будто я какая травка,
И садится мотылек,
Будто я какой цветок.

И кузнечики по майке
Скачут, будто по лужайке,
И шмели ко мне летят,
Будто мед найти хотят.

                           1977 г.

ст. В.Берестова

           * * *

Здесь ветки лип чернеют строго,
Морозный блеск и тишина.
И облетают понемногу,
И облетают понемногу
С продрогших веток семена.

Летят над снежною поляной
И падают, оцепенев.
И странно видеть бездыханный,
И странно видеть бездыханный
На снег ложащийся посев.

Для невнимательного взора
Природа севера бедна.
Но разве беден лес, который,
Но разве беден лес, который
Доверил снегу семена?

Весна идет, весна растопит
Невозмутимо белый наст,
И все, что в нем зима накопит,
И все, что в нем зима накопит-
Земле разбуженной отдаст.

                           1977 г.

ст. И.Сташевского

        * * *

Повисли струны проводов.
Давно не слышно поездов.
И безмятежна синева.
Меж рельс высокая трава...

Ветров свободное дыханье,
Далеких башен очертанья.
Людьми давно забытый край.
И сам я будто невзначай.

                           1977 г.

ст. И.Станшевского

         * * *

У кораблей учусь молчанью.
Готовы молча утонуть,
Они свой продолжают путь,
Они свой продолжают путь!
И машут флаги на прощанье.

К тугой волне не привыкать.
Отдать концы! Конец началам.
И тучи парусам подстать,
И тучи парусам подстать
Плывут к неведомым причалам.

                           1977 г.

ст. И.Сташевского

         * * *

Спокоен дремлющий рассвет
И нет следа былых нашествий.
Замкнулся круг и свел на нет,
Замкнулся круг и свел на нет
Усталость дальних происшествий.

И пусть неясно, чем возволнует
Путь, мне известный наперед,
Но день придет и бриз подует
И в гавань парусник войдет.

                          1977 г.

сл. Н.Разговорова

    Что собирает Какаду?

У совы спросили звери:
- Что, скажи, в твоем кляссере?
- Я, - ответила сова, -
Собираю острова!

И у льва спросили звери:
- Что, скажи, в твоем кляссере?
- Я, - ответил гордо лев, -
Собираю королев!

Воробья спросили звери:
- Что, скажи, в твоем кляссере?
- Я, - ответил воробей, -
Собираю вратарей!

Какаду спросили звери:
- Что, скажи, в твоем кляссере?
- Я, - ответил какаду, -
Собираю ...
           (Что найду!)

                       1977 г., весна

ст. В.Ланцберга

          Весенщина

Расцвелипы, проросливы все лесучьи
Залистважничалали, высунулиству.
Медвежадины, волчайники, лисучьи
Просыпадали  в балдень хмельнаяву.
   Стрекозавры, черепащерицы
   По дубовникам своим
   Босикомые летащатся -
   Все порхаханьки бы им!

Я сгонянчу за бутыковкой ежабу
Развгодушу наизнафиг выдверну,
Для жратвытащу веснулую рыбабу,
О колесницу ее сутразомну!
   Стрекозавры, черепащерицы
   По дубовникам своим
   Босикомые летащатся -
   Все порхаханьки бы им!

                               1977 г.

                * * *
                     Ребятам

В солнечный лес, смеясь, уводила дорожка,
С клеверной летней развилки дорог обрученных.
Долго руками махали мне Машка, Сережка -
Все не могли потеряться в стволах золоченых.

Поле и поле до лесу и нету начала.
Только итог у дорог - бездорожье и старость.
Помните, сколько друзей мы надежных встречали?
Видите, сколько теперь их со мною осталось?

Все в этом мире спокойно и в полном порядке.
В солнечный лес, смеясь, уводила дорожка.
И уходили по ней, не спеша, без оглядки
Машка, Андрюшка, Маринка, Данилка, Сережка.

                                        1977 г.

          * * *
                В.Панюшкину

Далеко уходят люди,
И роса, взлетая мимо наших глаз,
Опускается в цветы
И в подземные ладони,
Убегает по кореньям...
Ничего тут нет такого.

   В каждой капле - два начала:
   Вверх и вниз - туда, где люди,
   Далеко - туда, где люди
   Спят подземными глазами.

февраль 1978 г.

             * * *
                 И.Сташевскому

Руки опустив, стоишь на перекрестке -
Странный постовой с поникшей головой.
И глаза пусты, и встречные повозки
Мчат без седоков, без цели, без пути.

Странная заря тихонько спину лижет,
Тает на щеках и утопленных щенках...
Как они горят - подойди поближе,
Да не оступись который раз подряд.

Свет на их телах страшный и подводный,
Рек привычный путь перекрест их рук,
И повозок нет, и все щенки - подростки,
Мне за них дышать,
                  Мне за них дышать,
                                 Тебе за них тонуть!

                                 январь- февраль 1978 г.

ст. Л.Чеботарева
          * * *
               Л.Чеботареву

Неси, ручеек, касаясь ноги,
Волнам океана дань.
Не шире твоих мои будут шаги,
Отсюда - навеки вдаль.

Твой путь по равнинам, лугам и полям,
Где ты, колыхаясь рекой,
Украдкой вздыхая, минуешь меня,
Которому жребий иной.

Коснувшись воды, затрепещет ольха,
Осины качнут в тишине,
И пчел подголоски наполнят меха
Сонаты, неведомой мне.

И тысячи солнц побегут по воде,
И луны заснут, дрожа.
Я помню долины - всегда и везде,
Где тихие реки лежат.

                      Февраль 1978 г.

ст.И.Сташевского
      * * *

Тихо и без боли.
Перемена мест.
Лес, река и поле.
У дороги крест.
   А дорога- в дали...
   Ты один на ней.
   Что вам нагадали,
   За чертой видней.

Церковь на пригорке,
Зелена трава,
Чаша доли горькой,
Буйна голова.
   Не забыты боли,
   А в душе светло.
   Лес, река и поле,
   За рекой - село.

март 1978 г.

       * * *
            А.Д.

Берега выходят в синь,
А на них горят костры
Перед временем росы
До сиреневой поры...
   Поднимаю наугад
   Желтый камешек со дна.
   Месяц выставил рога,
   Рядом звездочка видна.

На зеленом островке
Нет ни птицы, ни зверька.
Отражаются в реке
Золотые облака.
   Да усталый черный конь,
   Догоняющий закат.
   Видно, очень далеко
   Он оставил седока.

                    март 1978 г.

        Колыбельная
                   С.У.

Спи!
    Наш кораблик покачивается
На волне, как на хвостике беличьем,
Видишь, лето над нами пока еще,
Беспокоиться не о чем.

Спи!
    Видишь, утро прицеливается
По глазам через все расстояния.
В темноте наши лица сливаются,
Как растения странные.

Спи!
    Наше утро не выстрелит.
Лодка ждет и по берегу бродит конь.
Только спи.
           Я приду через триста лет.
Я уже далеко.

апрель 1978 г.

          * * *
                С.Ж.

- Ты куда бежишь, кораблик?
Ты куда спешишь, кораблик?
Водосточная канава не впадает в океан.
До решетки водостока -
Вот и вся твоя дорога.
Кто же был способен только на такой обман?

 - Я на берег утренний, где нет причала,
   Чтобы песню новую начать сначала,
   К островам бежать зеленым
   И ветрам кричать соленым:
   "Хей! Паруса мои крепки!"

Я возьму тебя в ладошку,
На просохшую дорожку,
Прогуляю завтра школу - пусть от завуча влетит!
Все неведомые страны,
Все моря и океаны
Пробежит с тобой за сутки.
Кто нам запретит?

 - И на берег утренний, где нет причала,
   Мы придем, чтоб жизнь свою начать сначала,
   К островам бежать зеленым
   И ветрам кричать соленым:
   "Хей! Паруса мои легки!"

                                  май 1978 г.

ст. В.Крапивина

    Первая песня о ветре

Ночью опять провода засвистят
Песню позднего лета.
Свежие ветры августа
В город придут с рассветом.
Ты подружить со змеем сумей
Звонкий тревожный ветер,
Только учти: если поднял змей,
Ты за него в ответе!

   Стартовые площадки -
   Солнцем согретые крыши.
   Ниткою змея измерена
   Первая высота.
   Это такое счастье-
   В небо лететь все выше!
   Пусть он летит уверенно
   С ветрами августа.

Небо в натянутой нитке поет,
Словно в упругом нерве.
Я научился слушать ее
Только с тобою первым.
Накрепко связаны мы с тобой
Тонкою ниткой змея.
То, что связало меня с тобой,
В тысячу раз прочнее!

   Стартовые площадки -
   Солнцем согретые крыши.
   Ниткою змея измерена
   Первая высота.
   Это такое счастье-
   В небо лететь все выше!
   Пусть он летит уверенно
   С ветрами августа!

Я этот миг сберегу навсегда -
Песню под облаками.
Как трепетала моя высота,
Взятая прямо руками!
Как мы стояли вдвоем на ветру -
Нам на двоих один ветер!
Я тогда понял: раз рядом друг,
Я за него в ответе.

   Стартовая площадка -
   Солнцем согретые крыши.
   Ниткою змея измерена
   Первая высота.
   Это такое счастье-
   В небо лететь все выше!
   Пусть он летит уверенно
   С ветрами августа!

                       май 1978 г.

ст. В.Крапивина

   Вторая песня о ветре

Тихие города...
Близкое - близкое небо...
тихо дрожат провода -
Это ветер ходит по кругу,
Вот они и дрожат...
Тихие города...
Я не хочу уезжать!
Я не хочу уезжать навсегда,
Никуда
      не хочу
             уезжать
                    от друга.

Капает влага с листа...
Капают звонкие капли,
Шариками вода: вода -
Это дождик прошел под вечер -
Вот они и звенят
В сумерках августа...
Солнце толкает меня!
Станет сном улетевшим беда.
И тогда
       я тебе
             побегу
                   навстречу...

Я не могу уснуть.
В тонких бумажных крыльях
Трепет живет всегда...
Теплый ветер ударил туго -
Вот они и спешат
В синюю вышину.
Я не хочу уезжать !
Не хочу уезжать навсегда.
Никуда
      не хочу
             уезжать
                    от друга.

                         май 1978 г.

ст. В.Крапивина
    Третья песня о ветре

Над городом ливневых туч разворот,
На улицах стало темно
И ветер у парковых старых ворот
Рвет с досок афиши кино.
А в фильме герои идут сквозь буран,
И штормы гудят в парусах.
Но рвется кино, и слепящий экран
Бьет белою вспышкой в глаза.
   Рвется кино-
   И вспышка в глаза...

А если однажды порвался не фильм,
И вспышка у глаз- наяву,
И ветер над маленьким следом твоим
Качнул молодую траву?..
А может быть, даже следа не найти,
Где ты, как от выстрела, лег...
Как мало порой удается пройти,
Хоть путь и казался далек!
   Мало пройти,
   Хоть путь и далек...

От битвы с бедой нам нельзя убежать.
Ты плакал, но сделал, что мог.
Спасибо тебе за твои два шага
По трудной дороге дорог!
Когда кораблям на пути нелегко
И звезд не видать среди туч,
В медлительном свете больших маяков
И твой загорается луч.
   Среди маяков-
   Твой ясный луч!

                            май 1978 г.

ст. В.Крапивина
   Четвертая песня о ветре

Вы слышите пружинный перезвон там.
В барометре качнуло стрелку с места.
Дрожат от нетерпения норд-весты
Над стартовой чертою горизонта.
Сейчас они, сейчас они рвануться.
Вы слышите, качнулся старый флюгер?
А ну-ка, поднимайте парус, люди-
Пора ему, как надо, развернуться.
   Пора развернуться сполна,
   И пусть нас волною встретит
   Заманчивая страна,
   Заманчивая страна -
   Та сторона, где ветер.

Случалось, нас волна сшибала с палуб,
Бывало, что мы плакали от боли,
Но главное, чтоб быть самим собою,
А человек всегда сильнее шквалов!
И хлесткие удары бейдевинда -
Не самые тяжелые удары.
И главное- чтоб спорили недаром,
Чтоб не было потом за все обидно.
   Чтоб ясно смотрели в глаза
   Друг другу и всем на свете,
   Когда вернемся назад,
   Когда вернемся назад.
   Сквозь неспокойный ветер,
   Вечный невстречный ветер.

Страшней, чем бури, серые туманы.
Страшнее всех глубин седые мели.
И если это вы понять сумели,
Плывите смело к самым дальним странам.
Но дальних стран и всех морей дороже
Два слова, тихо сказанные другу,
Когда, держа в ладони твою руку,
Сказал, что без тебя он жить не может.
   Ты тоже не можешь один,
   И пусть вам обоим светит
   Синей зарей впереди,
   Та сторона, где ветер!

                              май 1978 г.

            * * *

Когда рассвет за окнами встает,
Когда луна и солнце - пополам,
Не важно, кто кого перепоет,
А нужно, чтоб мелодия была.

Все жду, ищу, смотрю. А что ж я сам?
Гитара засыпает на груди,
Редеют гладкоствольные леса,
А песен кучерявых пруд пруди.

На дне озерном тихие ключи.
Их не увидеть, сколько ни смотри.
Не важно, кто кого перекричит,
Важней понять, откуда взялся крик.

Опять придет шуршание стрекоз
И уталенье нежности в ручьях.
И солнце отвечает на вопрос
И терпеливо дремлет на плечах.

                     июнь 1978 г.

       * * *
           Андрею Смирнову

И на сопках ночь была,
И в столице спали все.
Мы закончили дела,
Улетели насовсем.

   Убывает, успокоясь,
   Бесполезная звезда,
   И стерильна наша совесть,
   И мечта, как снег, чиста.

Оказались все проблемы -
Не орехи, шелуха.
Как мы? Кто мы? Что мы? Где мы?
Лишь бы не было греха.

   И потом нам пригодится
   Лозунг твой и лозунг мой:
   Будем думать ягодицей,
   Слишком трудно- головой!

                   июнь 1978 г.

      Церковь

Ах, эта церковь -
В спящем золоте купола...
Ах, эта церковь
Плыла...
Ах, эта свечка-
Ночь не в полночь никак!
Ах, эта вечность -
А вам пустяк.

Дон-диги-дон-диги-дон-диги-дон
По булыжной мостовой!
Что у вас- праздник?
Или кто дразнит ?
Дразнит?.. Дразнит...

Были б целы руки-ноги -
Разживемся головой.
Не темно ли на дороге?
Не темно ли на дороге?
Не хотите ли чего?

Эх, поземка низко кружит,
На одной струне поет.
Кто работает, кто служит,
Кто подарки раздает.

Бросим петь, пойдем в монахи,
Душу вынем из судьбы.
Вдоль дороги плахи, плахи,
И позорные столбы.

Вдоль дороги Казни! Казни!
- А что у вас?
- Праздник. А у нас праздник.
И никто не дразнит.
И никто не дразнит...

         1967 - ноябрь 1978 г.

        * * *
             Друзьям

Сегодня нету книг,
А завтра музыки не будет.
Но все равно горят огни:
Впотьмах друг друга ищут люди
И находят.

Стают огоньки,
На смену новые возникнут
И мычанье вместо музыки,
Ладони вместо книги,
И не вспомнить...

А вот они, спички,
А вот береста,
И в черных кустах -
Забытье и прощенье.
Но вспыхнет огонь -
Я сыграю "с листа"
Забытую песнь возвращенья
(Вращенья сухого листа).

Пока горит костер,
Узнаем лица и запомним.
Не беда, что голос стерт.
Зато наш круг уже заполнен
И надолго.

               февраль 1979 г.

                * * *

Пробейся, мой поезд,
                   в чуму этой ночи, пробейся!
Не думай, что поздно,
                     к чему эта подлость - надейся!
Назвался летящим - не думай
                           про стуки на стыках.
Лети шелестящим, беспомощным,
                             только не хныкай!


И кончится ночь,
                переезд зазвенит, просыхая,
И скорчится очередь,
                     в кассу рванувшсь нахально,
И станция вся под колеса -
                          не больно, не больно!
И только снее за спиною -
                         вагоны, вагоны...

                    март 1979 г.

      * * *

Вот обученье лету:
Бери затылок в руки
И, голову закинув,
На потолок гляди.

   За этажами - небо,
   Метель по крышам крутит
   И долгая улыбка
   Не хочет уходить.

Теперь начнем сначала.
На кончике причала
Глухая ночь качала
Тепло от огоньков

   И звездная шарманка
   Кружилась и молчала,
   Дельфины улыбались
   И плыли далеко...

                  март 1979 г.

     * * *
          А.В.

Качели озера
И лестница зеленая
До неба.
Мы будем странными чуть-чуть:
Вода, пол хлеба,
Ты да я - и в путь!

Качели озера,
Туманный глаз земли.
Среди зарниц -
Семь белых бед навстречу нам,
Семь перелетных птиц.

Качели о...
Заря кровится -
Край земли жесток.
Не души жечь нам, а тела,
Не зря же песенка была,
Что жив щенок...

              март 1979 г.

         * * *
              Е.Э.,Ю.М.

Где-то дудочка играет,
Смерти нет.
Ветка тонкая сгорает
На огне,
И присмотришься - не ветка,
А рука,
Головешка и головушки
Внакат.

Как приснился черный ворон,
Расскажи.
Ничего, что голос сорван,-
Не дрожит.
Кто над миром, там, над миром,
В тишине?
Ты что ль, дудочка, зелено
Вторишь мне?

Подошли ко мне девчонка
И пацан.
Может, песня допоется
До конца.
Ничего не остается
От лица
Может, песня допоется
До конца.

                  10 мая 1979 г.

       * * *
            С.С.,С.К.,Г.Б.

Где глубже, там лучше.
Плыви, не робей,
Коль целая вечность до дна.
Все благополучье
Больших кораблей
Несет на себе глубина.

А лодок не счесть
На равнинах морей.
Над каждой склонилась звезда.
И ловится счастье
На крюк якорей,
Становится песня проста.

Плыву день и ночь
По упрямой воде.
Гребу на спине, на боку.
Три добрых акулы
Всегда и везде
Движенье мое стерегут.

                10 мая 1979 г.

       У Озера

Я повторил весенний зов
У озера на середине,
И в лето укатил на льдине
В туманных линиях цветов.

Я написал три тыщи строк
О том, как ветер одинок.
. . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . .

. . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . .

Не знаю я, в пути со мной,
Не будет песенки одной,
Не хватит песенки одной,
Песенки одной...

                   июнь 1981 г.

      Под Холмами
                В.Панюшкину

Ты скажи, скажи, зачем
Так придумала природа:
Я дошел до поворота,
Стал беспечней и звончей.
   Жаль, для будущих времен
   Не хватает мрачных мыслей.
   Небо серое - и фиг с ним,
   Был бы год без похорон.

Вижу берег.
Там шмели в траве дрожат.
Там друзья мои лежат
Под холмами.
             Под холмами.
                         Под холмами.

Вдоль по берегу пешком
Мы уходим друг за другом,
Распаленные недугом,
Окрыленные тоской.
   Очень хочется дойти
   До последнего ночлега.
   Вечный поиск человека
   На коротеньком пути.

Знаю, где он.
Там шмели в траве дрожат,
Там друзья мои лежат
Под холмами.
             Под холмами.
                         Под холмами.


                        7 мая 1981 г.

                               От автора

     Если  ножницами  из  бумаги   вырезать   снежинку,   то
останутся фигурные отходы - побочный продукт главного дела.
     От событий внешних и внутренних остаются песни  -  след
участия в этих событиях. У меня это так. Отсюда следует, что
я никогда не заказывал себе песен и никогда  специально  над
ними не работал.
     Но каждый собирает, что  хочет,  и  здесь  собрали  мои
песенки и попросили сказать о них что- нибудь.
     А что я могу о них сказать?
     Помните,  мы  в  Детсятве  таскали  в  карманах  всякие
железки, цветные стекляшки и другие  вещи,  полные  значения
для их владельцев, но совсем не нужные в хозяйстве?  И  вот,
выходит, я выворачиваю карманы для всеобщего обозрения.
     Мне не жалко. Вдруг кому-нибудь что- нибудь пригодится.
Все ведь разные.
     К тому же бывают чужие хорошие стихи,  которые  хочется
спеть.
     Вот, пожалуй и все.

         Юрий Устинов



                          П Р И М Е Ч А Н И Я


Дворняга -
          "... Джубга, ул.Портовая, д.4.  Бугристый  дворик,
          солнце,  отчаянно  красные  помидоры   с   жареной
          ставридой. Оно, это солнце, было то как желток, то
          как  собачий  язык.  Песенка  была  полусказочной,
          рассказанной самому себе.  Я  не  знал,  что  это-
          песенка,  оно  разумелось  само  собой  и  никаких
          дополнительных эмоций  не  вызывало.  Были  и  еще
          такие  же  -  про  Бухтинскую  гору,  про  штаб  в
          зарослях ежевики, но я их не помню..."

"Нас ждет небритая гора..."-
          Бухта Ин ал  в  окрестностях  города  Туапсе,  где
          автор провел детство.

"В котелке уха остынет..."
          Начало второго куплета не сохранилось.

Песня маленького художника -
          Нинель Ворональ - профессиональная поэтесса, стихи
          публиковались  в   периодической   печати.   Песня
          написана для школьного спектакля.

Светлячок -
          "В сущности,  именно  Бахревский  открыл  мне  мир
          Детства в  Литературе..." Стихотворение  из  книги
          Владислава    Бахревского    "Лошадиная    поляна"
          (М.,"Дет.лит".,1970, с.40).
             У Бахревского: с.1  - по шушукам, по волчью...
                            с.7 - Лес как  вдруг  захохочет,
                                  как вздрогнут испуги!
                            с.11- Светлячок, светлячок!
               Ты приди в мою
                            с.12- А все страхи - гони!

"Ты слышишь печальный напев кабестана..." -
          стихи из  повести  бр.  Стругацких  "Сто  багровых
          туч". Существует вариант мелодии В.Турьянского,  и
          др. авторов.

Зверек -
          К тому же периоду относится  песня  без  названия,
          текст  которой  был  наден  уже  после  завершения
          сборника.

            Желудок собачий нетрудно насытить,
            Но душу собачью непросто понять.
            Щенок лопоухий на старом корыте
            Отправился остров Колбасный искать.

            Что дальше? Не знаю. Наверное, просто
            Он остров Колбасный сожрал целиком.
            Заснул он щенком, а проснулся подростком,
            А я каждый день просыпаюсь щенком.

Колыбельная -
          "Первое  знакомство  с  Крапивиным.  Я  работал  в
          школе, где классы собирали макулатуру. Кузя принес
          больше всех, и мы в ней  рылись.  Я  нашел  листок
          журнала  с  текстом.  Кто,   что,   для   чего   -
          неизвестно, но все  слова  на  листке  -  близкие,
          хорошие.   Притащили   листок   в    "Пионерскую",
          поставили на фортепиано, на нотную подставку, и  я
          спел,  сразу  добавив  несуществующую   строчку...
          Через месяц- полтора, роясь  в  подшивках  журнала
          "Пионер", вдруг обнаружил тот же  листок.  Лезу  в
          начало. Владислав  Крапивин,  "Оруженосец  Кашка".
          Повесть.
             Читаю тут же, мучаюсь. Где  был  раньше,  Целый
          такой же мир. Кто вы, Владислав? Скучный,  пузатый
          очкарик,  умный  писатель?  Непохоже.  Вы  молоды,
          понятливы, и тоже не знаете,  что  делать  с  этим
          ничейным богатством; пониманием Их.
             Пишу робкое письмо, на которое не  жду  ответа,
          но знаю,  что  не  ответить  на  него  невозможно.
          Ответа   нет.   Рождается   "Было   озеро,   плыло
          озеро...". Как потом оказалось, письмо до него  не
          дошло вообще. Не тот адрес..."
             Вл. Крапивин - свердловский  детский  писатель,
          на  его  стихи  Юрием  Устиновым  написаны  многие
          песни. Повесть "Оруженосец Кашка" публиковалась  в
          ж. "Пионер", 1966  г.,N  5.  Устинову  принадлежит
          стр. 4, отсутствующая в повести.

Умирают бойцы -
          Вл.Смолдырев  (1940-1971)   -   ростовский   поэт,
          инженер.   Стихи   публиковались    в    анталогии
          "Молодогвардейцы", М.,Мол.гв.,1974,с.318.
          У В.Смолдырева с.1.-Умирают бойцы на траве...

Прощание с "Истрой" -
          Истра - турбаза,  где  некоторое  время  проходили
          занятия туристской группы Ю.Устинова.

"Утром, босой и сонный..." -
          стихотв. Олега Чухонцева, опубликовано в 60-х гг.
          в журнале "Семья и школа".
          У О.Чухонцева с.1.- Что  там?  Босой  и  сонный...

Бронзовый фрегат-
          Стихотворение магаданского поэта Павла  Халова  из
          сб,"Бессмертник".  В  песне  использована   только
          часть стихотв.

О том, как исчезли паруса -
          Драган Лукич - югославский поэт. Песня исполнялась
          по Саратовскому телевидению.

Дульцинея -
          стихотв. Ивана Бурсова из сб.  "Лобжанка-  речка",
          Минск, Беларусь, 1967, с.36.

Увертюра -
          "Это уже не песенка, а песня. Впервые пришло ясное
          понимание, что всего сделать на  Земле  не  успею,
          кого ищешь- не найдешь; несбывшегося  в  триллионы
          раз больше, чем меня. Главная песенка не  впереди,
          это  уже  есть...  Появилась  без   сопровождения,
          внутренним контрастом к  суете,  беготне,  работе.
          Она как  бы  "за  кадром",  кроме  нее  весь  звук
          выключен.   Орут,   ругаются,   плачут,   беготня,
          транспорт, все беззвучно. Всегда представлял здесь
          флейту  и  контрабас  пиццекато.  Теперь  -  голая
          виолончель. Не обнаженная, а голая. Для  меня  эта
          песня - посвящение многим по  отдельности,  многих
          она коснулась, но  никого  -  конкретно.  Отчаянье
          многолетней усталости и предчувствие."

Звездный конь -
          И.Сташевский -  воспитанник  Ю.Устинова  из  клуба
          "Солнечная сторона".

Трубач-
          Стихотворение  Валентины  Твороговой,   взято   из
          периодической печати.

"А по Москве горят костры..." -
          Ранние варианты:
                          с.10  Родился светлый месяц
                          с.11  С высот на улицу глядит
                          с.21 И летний запах костровой.

Синий краб -
          Стихи опубликованы в журнале "Пионер" в 1975 г.

Да здравствует остров сокровищ -
          Стихи вошли в повесть  "Море  в  конце  переулка",
          М.,Мол.гв., 1976.
            У В.Крапивина: с.7.- И крик попугая в чаще!

"У горниста Алешки Снежкова" -
          стихотв. из повести "Всадники  на  станции  Роса",
          опубл. в ж."Пионер",1973, N5, с.14.

"Как далекий сон..." -
          "В 4 утра на пристани  регулярно  сидел  я  сам  в
          10-12 лет. Помогал швартоваться. Меня знали. Не по
          имени, конечно. По сути, это песенка самому  себе,
          которого я воскресил в часте Ильки..."

Издалека -
          Стихотворение  В.Сикорского  из  сб."Контур",  М.,
          Сов.писатель,1969, с.71.

Колыбельная -
          стихи взяты из журнала. Позже опубликованы  в  сб.
          А.Крестинского "Мы живем не по часам". Л.,Дет.Лит.
          1978.
          В редакции Крестинского:
           с.2 - Здесь, на краю земли,
           с.5 - А мачты...
           с.7 - А ветры...
          Кроме  того,  у  Крестинского  есть  строфа  между
          строчками 4-5, которую Устинов не поет.

Зеленая гора -
          Там же.
          У А.Крестинского:
           с.12 - И нынче, и вчера
           с.14 - С самого утра
           с.19 - Остался только запах
           с.20 - Гуденье комара
          Кроме того, в стихах есть строфа, которую  Устинов
          не поет.

Осень-
          Стихи взяты из периодической  печати.  Исполнялись
          по Саратовскому радио.

"Землю лихорадит и хороводит..."
          Виталий Шаманов, друг автора, альпинист, погиб  на
          Кавказе.

Снеговик -
          Стихотв.  взято  из  сб.В.Берестова   "Что   всего
          милее?" Дет.лит.,1974, с.50.
          Строчки 6 и 13 добавлены Устиновым,
          У Берестова с.9 -"Иней вместо табака".

Ослик-
          Там же, с.59.
          У В.Берестова:
           с.5 - Нужно будет таскать
           с.14- И позволено будет
           с.15- Прикасаться лучами к твоей драгоценной
                 спине.
          Ю.Устиновым добавлена с.17

Что собирает Какаду? -
         Песня- экспромт,исполненная однажды в кругу друзей.
         Стихи- загадка взяты  из  ж."Пионер",  N  12  с.76.
         Последние   слова   ("Что   найду!")    требовалось
         составить из набора букв.

Далеко уходят люди -
         Владимир   Панюшкин,   воспитанник    и    помощник
         Ю.Устинова,  альпинист,  погиб  в  спелеологической
         экспедиции.

"Неси, ручеек, касаясь ноги..." -
         В.Чеботарев- сосед, младший товарищ Устинова.

Песни о ветре -
         Стихотворения из сценария к телефильму "Та сторона,
         где ветер".

"Одна струна покоя не дает..." -
         Песня посвященная конкурсам, слетам,  фестивалям  -
         духу соревнования в них.

Церковь -
         Навеяна г. Переяславль-Залесским, Плющеевым озером,
         куполами. Церковь на речке Кубрь.


       * * *

Мы по берегу пошли.
Не рыдали, не страдали,
Все ненужное отдали,
Ничего не унесли.
Ты поправил на плече
Лямку солнечного света,
Было будущее лето
В этом гаснущем луче.

Нам его не удержать,
Видно незачем, и нечем,
Говорят, еще не вечер,
Мы не станем возражать.
Только б горечь не пролить
В мир, который послезавтра
В час волшебного азарта
Вдруг научится любить.

 Жили- были, ты, да я,
 Бились душами босыми
 С заколдованной пустыней,
 И исчезли в тех боях.
 И по берегу пошли,
 Не рыдали, не страдали,
 Все ненужное отдали,
 Ничего не унесли.
             Февраль 1986 г.


   Три четверти Наташе
Одна мелодия осталась,
 В себя вглядись,
Слагает песни про усталость
 Осенний лист.
Кому достанется наследство
 Небес, дорог,
Коль в том наследстве нет посредства
 Чужих даров.

К пределу нашей комнатенки
 Зима спешит,
Гляди, как радужны потемки
 Чужой души,
И на последней гране жизни
 Не быть ли ей,
Как отражение отчизны,
 Небытие.

В краю беспамятства и света
 Блаженный путь.
И мы опять родимся где-то,
 Когда- нибудь.
Надежда верой обернется,
 Любовью страх.
Все сбудется, все приживется
 В иных мирах.

                  ноябрь 1983 г.

      Мы- души игрушек
      Заброшенных вами когда-то
      Мы очень Вас любим...

Когда наступает зима
Мы греем подушки ночами,
Мы Ваши кроватки качаем,
В чужие не ходим дома,
В чужие не ходим дома.

И знаем, сквозь времени лед,
Что все Вы- по прежднему дети,
Давай-те же плакать о лете,
В метельную ночь напролет,
В метельную ночь напролет.

Пусть все начинается вновь.
Опять мы дружок и подружка,
Опять мы Наташка, Андрюшка,
Мы Вера, Надежда, Любовь,
Мы Вера, Надежда, Любовь.

      Мы души игрушек заброшенных Вами...

                            27 сентября 1982 г.

      Приходите в Детский Дом.
      Ничего не приносите.
      Глаз веселых не просите...

Там по гулким коридорам
Беззаботно и легко
Бродит смех на грани плача,
Перед снами не о ком.

Приходите в Детский Дом!
Вон, за окнами дорога,
Говорить мы будем много,
Ни словечка о своем.

Все на свете интересно
Лишь дыханьем отогреть.
Человек впадает в песню,
Как река в разлив морей.

Но таятся наши реки
Под землей и подо льдом.
Человеки, человеки...

          *  *  *
                          ст. Ольги Седаковой

Неужели, Мария, только рамы скрипят,
Только стекла болят и трепещут.
Если это не сад, разреши мне назад
В тишину, где задуманы вещи.

Если это не сад, если рамы скрипят
От того, что темней не бывает,
Если это не тот заповеданный сад,
Где голодные дети у яблонь сидят
И надкушенный плод забывают.

Где не видно  ветвей, но дыханье темней,
И надежней лекарство ночное.
Я не знаю Мария, болезни моей,
Это сад мой стоит надо мною.

          *  *  *
                          ст. Ольги Седаковой

Здесь некому ящик открыть музыкальный
Какой еще ящик? И веки закрыть,
Когда оборвется ученой, зеркальной,
Стеклярусной музыки тонкая нить.

На дачу господскую след не протоптан,
И наст еще цел, и хозяйка сама.
Жива, временами, и к вечеру топит,
Читает плутарха и сходит с ума.

Захлопни, захлопни ларец музыкальный,
Запри его глухо и выбрось ключи.
Пускай темнота темноту окликает
И угли бормочут, и сердце молчит.


          *  *  *
                          ст. Ольги Седаковой

Помните ли раньше первого спасибо
Старших не спросивший подбежавший сад.
Сласти на запястье, вишенки под ухом,
Сбитые коленки, и нельзя назад.

 Сто садов на свете
 Слепому услышать,
 Глухому увидеть,
 Сто садов горясих.

Верите ли раньше, с глинянного края,
Позднего "прощаю" выгнувшийся сад.
Сласти на запястье, вишинки под ухом,
И нельзя назад.

 Сто садов на свете
 Слепому услышать,
 Глухому увидеть,
 Сто садов горячих.

      Трубач

Кому твой тихий плач
Над позабытой раной,
И горечью пропах
В пять линий твой листок,
Угрюмый мой трубач
Под доблестной охраной
Играет на губах
Дозволенный вальсок.

Кому такая быль
Приумножает силы,
Когда приходят звать
По утренней зиме
И старые дубы,
И свежие могилы,
И вечные друзья
За тридевять земель.

Ах, только б не упасть
Вальсируя спокойно
До ясного лица
У медленной свечи.
А там не ваша власть,
И не мои законы,
Охрана жде конца,
Пока труба молчит...
Охрана ждет конца,
Пока труба молчит...


Смотри, как нынче песенки игривы,
В них нету ни сомненья, ни нытья.
Давай душить прекрасные порывы,
Сознанье защитив от бытия. - 2р.

Давай с тобой устроим дом веселья,
Пока на нас так пристально глядят.
Пирог спечем, и справим новоселье,
И вон уйдем попутчиков найдя. -2р.

И будем жить, грустить и сомневаться,
И вновь искать заветные пути.
Чтоб разуму до прошлого добраться,
До будущего сердцу добрести. -2р.


Ах, зачем нам в школу с шести,
Ведь так-же будут пасти,
Как в детском комбинате.
Спать пора, а в антарктиде дыра,
Амонашвилли ура, но звезд на всех
Не хватит...

 Малышь, малышь,
   Ты зачем меня придумал?..
 Малышь, малышь,
   Мне же некуда теперь..
 Малышь, малышь,
   И кто нас в этот мир засунул,
   И что за дверцей потайною ?
   Ты пойди, проверь.

Жни, да куй,
Да из роддома к станку,
А от станка в колыбель,
Вперед, вперед ногами.
Телевизор.
Зря себя не трави,
Кому не хватит любви,
Тому в лицо наганом.

Дожить, добыть,
Договорить, долюбить,
И где начало судьбы,
И ты зачем на свете.
Ты хорошь,
Но ты вопрос задаешь,
И не уйдешь, не свернешь,
И ждут ответа
              Дети!
Малышь!...

Ст. В.Крапивина

        Барабанщики

Как бы крепко не спали мы,
Нам просыпаться первыми,
Лишь только рассвет забрезжет
В серой, весенней дали,
Это не правда, что маленьких
Смерть настигает реже,
Ведь пулеметы режут
Часто у самой земли.

Есть про нас песни разные
Сложенные с любовью.
Грустные есть, бодрящие,
Звонкие, как труба.

Только нигде не сказано,
Как это все-таки больно,
Пулю глотнув горячую
Падать на барабан.

Сколько легло нас, мальчики,
В травах и узких улицах,
Маленьких барабанщиков,
Рыцарей ярых атак,
Но не могли мы кланяться,
Хмурится и сутулится
Падали б как товарищи,
Шли отбивая такт.

Может-быть, все исполнится,
Травы не вытопчит конница,
И от ударов пушечных
Наша земля не сгорит.
Но про тревогу помни ты,,
Помни про шашу бессоницу
Когда барабан игрушечный
Сыну решишь подарить.

Я видел такой город, счастливый город для всех.
И не было в нем горя, а только ребячий смех,
И ничего в нем не было лишнего и память была легка,
И очень разные крыши не кутались в облака -2 раза

И мне так хотелось верить, что можно придти без слов,
И были открыты двери всяких уютных домов  - 2 раза
Город стоял под солнцем синевой окружен,
А мне теперь не здоровится, ведь я стоял под дождем.

Пусть таким городам небо всегда дается сплна,
Я в городе том не был, я видел его с холма.


По теплым следам уходящего лета,
По листьям опавшим к тебе я вернусь.
И в тихие струи вечернего света
Неслышно войду и в окно постучусь.

На черной дороге я пел и смеялся,
МенЯ убивали, а я выживал.
За старые сказки я кровью плевался,
За новые песни в атаку вставал.

Ты вспомни, пожалуйста, горные грозы,
Тревожные тропы ведущие в бой.
Костров полуночных туманные звезды,
Все так-же горят: "Я пришел за тобой".


В обнимку со смертью и жизнь, и любовь,
Водой не разлить, я четвертый у них.
Уже не успеть нам простится с тобой,
Она нас уводит на крайние дни.

А что мы оставим в стокатном дыму,
В джинсово- касетной, газетной судьбе городской
Дурацкую песенку, строчку одну,
Таинственный остров за далью морской.
За синью морской.

Снег опадает как листва,
Легко, талантливо и длинно.
Он длится, как романс старинный
Где нам знакомы все слова.

Уходит день в вечерний свет,
Как от вокзала поезд скорый,
Как из меня уходит город,
Которого на карте нет.

Ищи теперь, хоть днем с огнем,
Тот город был моим когда-то,
Но только снежная соната
Мне вдруг напомнила о нем.

Вот так и ты, уйдешь без слов,
Я не приму любви, как дара,
Останется в тетрадке старой
На память несколько стихов.

Только тронет вокзальная прядь
Золотым завитком бесполезным,
Нас по этим путям не узнать,
Разветвленным, двухлистым, железным.

И вагонных ключиц перебор
Мне волдайскую песню играет,
Как забывшись российский простор
Нелюбимых перебирает.


Смотри, как листья вертит.
Не попадут в ладонь,
А ты сыграй мне ветер,
А ты сыграй мне ветер.
На тысячу ладов.

Под ветром не остынут
На черных якорях
На тонких паутинах,
На тонких паутинах.
Созвездья сентября.

А ты к нему в освет
И наш родится свет,
Конечно было лето,
Конечно было лето.
Раз лета больше нет.

Холодными ручьями
Уходим под снега,
Как долго мы молчали,
Как долго мы молчали.
Как осень высока

        Сто пятьдесят
                  Памяти
              Мадина Камбалетовича
                 Тешева

   ... По ночам в переулках колышутся тени.
   Лица мертвых адыгов слагают растенья,
   А по лицам ночные такси колесят.
   Что мы нынче отпразднуем? - Сто пятьдесят.

Это вовсе не кровь. Это - пятна заката,
Если сверху назначена круглая дата,
Если сверху историю брать на "авось",
Если даты едины, а правда - поврозь.

   Вы пойдите, спросите, узнайте, найдите, проверьте:
   От рождения надо бы годы считать, не от смерти.
   Лучше младшим остаться в семье городов,
   Чем от горя чужого добавить годов.

Только совесть едина, и память едина
Над садами Ивана, над могилой Мадина.
И в каких кабинетах родился от праздной любви
Юбилей - на - крови, юбилей - на - крови...

9.12.87, Туапсе

        * * *

"Плывем. Куда ж нам плыть?.."
От Моцарта до Шнитке?
Какая свяжет нить
Разрозненность тонов?
Гадать ли - "быть - не быть"
На лавке у калитки,
Иль голову сложить
В анализе основ?

И, все-таки, плывем.
Кричим: "Эй, там, на мар/к/се!
Не видно ли земли?
Твердыни хоть какой?
Бушует водоем
И климат, ох, не ясен.
Кораблик наш болит
Газетной шелухой.

Но логово надежд
Пустеет понемногу
И полнится зарей
Закатная струна.
На палубе - балдеж.
На памяти - дорога.
Зареванным мальцом
Кричит в душе страна.

        *  *  *

За первой памятью вторая
Сгорела в двух шагах от рая,
Предел живучести познав.
К о м у  писать?
Какие  с т р о к и?
Литературные оброки, -
Признанье каждому из вас?

Молчание и свет едины.
Мы все немножко Алладины
По вызыванию других.
Скрестив ладони на затылке,
Легко лежать на дне бутыли
И слушать, как восходит стих.
Глядишь, окрепнет голос робкий.
Но- изнутри не выбьешь пробки.
Я это понял и постиг.
И, память третюю дырявя,
Не обещай поводыря мне
До звезд случайных поле нас.
Живем себе, и в ус не дуем,
И только память чередуем
С беспамятством продажных глаз.

29.02.87


Не сетуй на чужие голоса,
Смотри, как телевиденье устало.
Пора бродячей музыки настала,
Пойдем будить окрестные леса.

И песни, что родились в городах
Пускай звучат под шепот лап еловых,
Костры горят во имя песен новых,
На старых, микрофонных проводах.

И ночь горит на этом-же огне,
И ты, как прежде доверяешь мне.



Прощайте ребята, пора нам обратно,
Туда, где уходит тропа в перевал.
И все нам понятно, хоть песней невнятной
Я то, что хотел вам сказать не сказал.

Под крыльями леса, под сводами лестниц,
Под долгими флейтами школьных звонков
Пусть греют вам души забытые песни,
Пусть чудятся лямки больших рюкзаков.

Пути начинаются с первого шага,
С последнего взгляда на угли костра.
А гриф у гитары, как древко без флага,
Но флаг- Ваша память. Прощайте. Пора   - 2р.


В небо налегке уходят песни,
Мне б уже давно во след собраться,
Только бы успеть мне нагледеться,
Только бы суметь мне догадаться,
Как ты проживешь без меня.

Если бы мне знать, что ты сумеешь
Отыскать меня в любом, прохожем,
Я бы с этой песенкой дорожной
Улетел наверх, туда, где можно
Заново придумать тебя...

     Место работы души
     Там, где прописана совесть,
     Жить бы да жить перестроясь,
     Жаль, что не хочется жить.
        В лоб, напролом по судьбе
        Века бракованный трактор,
        И человеческий фактор
        Духом окрепший в борьбе.
     Странные нынче дела,
     Снег свежевыпавший- черен
     День уходящий беспорен,
     Старая сажа бела,
        Каин не помнящий зла
        Бруту полдыщет ли друга,
        Пухнут дела от досуга,
        Души сгорают до тла.

По золоту старого сада
Идем, как по листьям опавшим,
С холодной землей переспавшим
За буйное лето в награду.
Осенний мотив безпределен
Колышится школьный звонок,
Весь путь на уроки разделен,
И снова зовут на урок.  -2р.

Стучите, входите, садитесь,
Поближе к живому огню.
Порвались осенние нити
Но вас я ни в чем не виню.
Такая сложилась картина
Что время к итогу бежит,
Что золото наше идино,
Когда под снегами лежит. -2р.



Все произошло, ничего не случилось
Остались на свете лишь нечет и чет
Старик перевозчик согласен на милость
И лето по лету течет

Никто никогда никуда не вернется
Ни мамка, ни Вовка, ни ты, ни друзья.
Не зря этот мир белым светом зовется
Белее придумать нельзя.

Раздаст вам октябрь золотые подковки,
Чтоб небыло страхов к весне обнищать.
Дыра на штормовке, и сквер на Покровке,
Какой я неловкий. Прощай.


От чего не светл, от чего не рус,
Я ищу ответ и найти боюсь
Человечий сын доброту не прячь
Сквозь разбой грозы слышен детский плач.

От чего не смел от чего не свят
Ты же славно пел, ты же солнцу рад.
Человечий сын, доброту не прячь
Раздели на всех свой земной калач.

Трудно правым дать долг велит нечесть
Видишь волчья сыть лож родит и лесть
Человечий сын сердца не жалей
И на всей земле станет чуть теплей.


ст. Вл.Крапивин

Когда мы спрячем за пазухи
Ветрами избитые флаги
И молча сожгем у берега
Последние корабли
Наш маленький барабанщик
Уйдет за вечерним солнцем
И тонкой блестящей льдинкой
Растает в желтой дали.

От горького пепелища
Отброшенных переулков
Бьют дожди монотонно
По крышам, как по гробам
От злой измены, что рыщет
В домах опустелых и гулких
Наш маленький барабанщик
Уйдет не сдав барабан.


Но есть утешенье, как будто
Последний патрон в обойме
Последняя горькая радость
Что каждый из нас был прав
И вот потому над планетой
Шагает наш барабаншик
Идет он светло и прямо
Касаясь верхушек трав.



Однa струна покоя не дает
И сон мой- шелестящих два крыла

Когда рассвет за окнами встает
Когда луна и солнце пополам

Не важно, кто кого перепоет,
А нужно, чтоб мелодия была.
Не важно, кто кого перепоет.

Все жду, ищу, смотрю а чтож я сам
Гитара засыпает на груди
Редеют гладкоствольные леса,
А песен кусерявых пруд пруди.
Редеют гладкоствольные леса.

На дне озерном тихие ключи,
Их не увидишь, сколько не смотри,
Не важно, кто кого перекричит,
Важней понять , откуда взялся крик,
Не важно, кто кого перекричит.

Опять придет шуршание стрекоз,
И утоленье нежности в ручьях,
И солнце отвечает на вопрос,
И терпеливо дремлет на плечах,
И солнце отвечает на вопрос.


Кто родился за стеной
Токарь, пекарь, или дворник.
Все расписано давно
Демографией придворной.
Перепутались листы
Сказок, сводок и докладов
Средь нарядов и парадов
Производственной мечты.

Ref:    Где ты Андерсон? Вернись!
        Видишь, домик на картинке,
        Видишь, стоптанны ботинки,
        И к концу подходит жизнь.
        Мой утенок- дурачек
        Неузнавши позабудет,
	То, о чем не скажут люди,
	То, о чем молчит сверчок.

В жестком домике души,
Как в заигранной касете
Все на свете разрешит
Диско, Рок, Нон-стоп, спагетти,
Императору никак соловей живой не снится,
Лишь транзисторные птицы
Рвут динамики в кустах.

Укрывается земля
Разноцветными листами,
Если головы болят,
Значит лучше жить мы стали,
Глотку пряником заткни,
Вот и все образованье,
Лучше книги без названья,
Чем названия без книг.

Ref.

В переписанной судьбе
Не понять судьбы пропажу,
Забери меня к себе,
Если чувствовать прикажут.
Нарисованны дома
И размножены картинки,
Если каждому по льдинке,
Начинается зима

Где ты, Андерсон?..



Не ходите дети в школу,
Петушок попал в ощип
И не пейте пепси-колу
От нее уже тошнит.

Уходите спозаранку
За последние дома.
Лист осенний на заварку,
Вместо сахара туман.

Вместо скатерти дорога,
Вместо хлеба тишина,
Вместо первого урока
Вся огромная страна.


                   К р ы м   -    1 9 8 1
          Сборник подготовил    Юрий Черноморченко


 

<< НАЗАД  ¨¨ КОНЕЦ...

Другие книги жанра: стихи, поэзия

Оставить комментарий по этой книге

Переход на страницу: [1] [2]

Страница:  [2]

Рейтинг@Mail.ru








Реклама