ужасы, мистика - электронная библиотека
Переход на главную
Жанр: ужасы, мистика

Слэйд Майкл  -  Головорез


Переход на страницу:  [1] [2] [3] [4] [5] [6]

Страница:  [5]



     - Ненавижу эту работу, - сказал Хоксворт. - Все время нужно кланяться
до земли. Деньги, деньги, деньги - это  единственное,  что  они  понимают.
Сегодня Ванкувер. А завтра Гонкувер. Дети косоглазых рождаются со  счетами
в руке.
     - Так как насчет того дела? - сказал  Цинк,  увлекая  его  дальше  по
коридору.
     - Робсонштрассе, - сказал Хоксворт. - Это такая миленькая улица.  Она
была занята европейскими лавками,  пока  туда  не  втиснулись  косоглазые.
Миллиард долларов наличными проглатывались там за  ночь.  Сорок  три  года
тяжкого труда, а они заплатили моему  отцу  тем,  что  вышвырнули  его  из
квартала.  Теперь  Робсонштрассе  такая  скользкая,  что   впору   одевать
присоски, чтобы не поскользнуться и не проехать на заднице всю улицу.
     Когда они вошли в  помещение  архива,  из-за  рядов  полок  появилась
женщина из племени хайда. С волосами, заплетенными в косички, в спортивном
свитере и голубых джинсах. На свитере были черные и белые  знаки,  как  на
тотемном столбе Скидгэйт.
     - Шевели ногами, Вильма. Нам нужно досье. Ясно? - спросил Хоксворт.
     - 1979-й.
     - Кван, да?
     - Эван. 17 ноября.
     - Слышала, Вильма? Эван Кван.
     Аборигенка  исчезла  в  лабиринте  полок  с   делами.   Осушая   свою
четвертинку, чиновник скрючился возле конторки. Чувственный тип,  подумала
Кэрол, наблюдая за ним.
     Вильма вернулась с папкой досье,  которую  она  протянула  Хоксворту.
Взяв его, он пробежал глазами содержание на титульном листе. Нашел  нужный
документ и сказал:
     - Пункт 27(2) на основании пункта 19. Кван прибыл в мае того  года  с
визой 1208.
     - Двенадцать-ноль-восемь? - переспросила Тэйт.
     -  Студенческая  виза.  Виза,  дающая  право  учиться   в   указанном
институте.
     - УБК? - спросил Чандлер.
     - Где же еще? - Он фыркнул. - Университет Биллиона Китайцев.
     - Где он получил визу?
     - В высшей комиссии, в Гонконге.
     - Дата?
     - 15 мая. Действительна на год.
     - К визе приложена его фотография?
     - Нет, это было в 78-м. Сегодня она была бы.
     - Почему он был депортирован? - спросила Кэрол.
     - За недостойное поведение после прибытия.
     Папка  с  черным  кольцом  была  прикована   цепочкой   к   конторке.
"Иммиграционный акт", "Избранные положения" и "Законы, регулирующие подачу
на  апелляцию  иммиграционных  дел"  было  написано   на   ее   переплете.
Перелистывая страницы, Хоксворт сказал:
     - Семьдесят восьмой был первым годом действия нового акта.  Посмотрим
пункты 19(1)(а) и (д).
     Кэрол и Цинк внимательно прочли законодательство:

     "Нежелательные категории.
     19(1) Ни одно лицо не может получить разрешение на  въезд,  если  оно
относится к одной из следующих категорий:
     (а) лица, страдающие любыми болезнями, расстройствами,  инвалидностью
или другими  нарушениями  здоровья,  явившимися  результатом  естественных
причин, серьезность или возможное течение которых, по мнению  медицинского
должностного лица, совпадающему по  меньшей  мере  с  мнением  еще  одного
медицинского должностного лица,
         (i) представляют или, вероятно,  могут  представлять  угрозу  для
общественного здоровья или общественной безопасности...

     (д) лица, дающие основания полагать, что они могут (i) совершить одно
или более преступлений, подлежащих наказанию в
соответствии с каким-либо актом парламента..."

     - Пункт 19 перечисляет лиц, которые не  могут  въехать  в  страну,  -
сказал Хоксворт.  -  Чтобы  получить  визу,  Кван  прошел  тестирование  в
Гонконге. Он прибыл в Канаду с чистым  личным  делом.  Никаких  записей  о
преступлениях или умственных расстройствах.
     Перевернув три страницы, он нашел другой пункт:

     "Выдворение после выдачи разрешения.
     27(2)  Если  иммиграционный  офицер   или   офицер,   отвечающий   за
общественное  спокойствие,  получает  в  свое   распоряжение   информацию,
указывающую на  то,  что  лицо,  проживающее  в  Канаде  и  не  являющееся
канадским гражданином или не  имеющее  бессрочной  визы,  является  лицом,
которое
     (а) обратившись за разрешением на въезд, не получило бы или могло  бы
не  получить  разрешения  на  въезд  по  причинам  принадлежности  его   к
нежелательным категориям...
     ...он должен подать письменный  рапорт  министру  с  изложением  всех
деталей, содержащихся в такой информации..."

     Тэйт сказала:
     - Кто-то пожаловался, что Кван нарушил положения пункта 19?
     Хоксворт взмахнул бумагой из дела.
     - Это утверждает в своем рапорте Дон Войс. Кван был твердым орешком и
преступником.
     - Кто это - Дон Войс?
     - П3ДО. Он обычно работал в нашем офисе.
     - П3ДО? Это что, персонаж "Звездных войн"? - сказала Тэйт.
     - На самом деле  ПДО.  Представляющий  дела  офицер,  надзирающий  за
чужестранцами. Я называю их  "П3ДО"  потому,  что  они  действуют,  словно
роботы.
     - Где этот Войс теперь?
     - Отчебучил  смертельную  шутку.  Дон  избавился  от  этой  проклятой
работы, эмигрировав на небеса.
     Цинк прочел рапорт чиновника министру.
     - Здесь просто повторяются  положения  акта,  потом  идет  ссылка  на
"прилагающиеся рапорты психиатра, подтверждающие  факты".  Но  я  не  вижу
никаких докладов психиатра.
     - Документы вырваны, - сказал Хоксворт. -  Остались  только  корешки.
Исчезло все - включая паспорт - что могло рассказать о том, кто такой Кван
или как он выглядел.
     - Имеются дубликаты документов?
     - По всей вероятности, нет. Только имя и входящий номер в нашем банке
данных.
     Конверт, пропавший со стола Максвелла, подумал Цинк.
     - У кого есть доступ к этим документам?
     - У любого, кто здесь работает.
     - Включая бывших работников?
     - Если им это требуется, чтобы связать концы с концами.
     Кэрол повернулась к Вильме.
     - В книге имеется отметка?
     Индианка протянула ей толстый переплет.  Просмотрев  его,  начиная  с
настоящего момента, особый агент добралась до полудня понедельника. Как  и
можно было ожидать, Трент Максвелл был записан в тот день, когда был убит.
     - Что происходит, когда министр получает  такой  доклад?  -  спросила
Тэйт.
     - Если он достаточно  убедителен,  министр  назначает  депортационное
слушание.
     - Куда доклад поступает после этого?
     - Он возвращается назад с указанием о расследовании.
     - Кто принимал меры против Квана?
     - Дон Войс, ПДО, который надзирал за ним.
     - Кто выносил судебное решение?
     - Трент Максвелл, упокой Господи его душу. Он работал здесь, пока  не
преставился, как вы знаете.
     - Что, если кто-либо, депортированный в соответствии  с  пунктом  19,
позже захочет обратно?
     -  Значит,  этому  парню  чертовски  не  повезет  из-за  пункта   19.
Депортационный закон относит его к нежелательной категории.
     - Максвелл депортировал Квана?
     - Ничего подобного. Не было никакой депортации.
     - Почему?
     - Потому что в день слушания дело было  отсрочено.  Согласно  пометке
Дона на деле, той же ночью Кван добровольно отбыл в Гонконг.
     - И что же это значит? Обвинение автоматически было снято?
     Хоксворт кивнул.
     - В 78-м требовалось  физическое  присутствие  депортируемого.  Когда
Кван покинул Канаду, дело было закрыто.
     - А почему отсрочка? - спросила Тэйт. - Вместо депортации?
     - Вероятно, такова была тактика  адвоката  Квана.  В  соответствии  с
пунктом 32 депортационные слушания  могут  иметь  один  из  трех  исходов.
Подсудимый может быть депортирован, он  может  получить  предупреждение  о
депортации или он может отозвать свое заявление. Если необходимо, он может
время от времени получать отсрочку. Адвокат Квана, должно быть,  посчитал,
что лучше держать ситуацию в своих руках.
     - Я правильно поняла? - сказала Тэйт, поднимая вверх  три  пальца.  -
Во-первых, если бы Кван был депортирован, пункт  19  не  позволил  бы  ему
въехать снова. Во-вторых, предупреждение о депортации...
     - По существу дало бы тот же самый эффект.
     - Почему?
     - Потому что заявление уже подано.
     - И в-третьих, отсрочка и возвращение создают впечатление,  что  дело
закончено? Значит ли это, что Кван мог вернуться в любое время?
     - Технически, да. Практически - нет. Ссылка на дело хранится в  нашем
компьютере. Если бы Кван попытался въехать в страну, мы бы  проверили  его
дело. Обвинение 78-го года привело бы в действие пункт 19.
     - А что, если дело было уничтожено?  Тогда  не  осталось  бы  никаких
свидетельств против него.
     - Тогда мы бы связались с теми, кто имел к нему  отношение.  Слушание
ведь затрагивает кого-то  лично,  верно?  Судью,  ПДО,  иностранца  и  его
адвоката. Отсутствие здесь упоминания о каком-либо  переводчике  означает,
что Кван говорил по-английски. Если бы любой из них подтвердил, что он вел
себя недостойно  или  проявлял  склонность  к  преступлению,  ему  был  бы
запрещен въезд в страну в соответствии с пунктом 19.
     - А что, если все участники теперь мертвы?
     - За исключением его самого, вы имеете в виду?
     - За исключением Квана.
     - Тогда он показывается на границе, и у нас нет никаких оснований его
задерживать. Кван бьет систему по всем статьям.  Дьявольщина,  он  мог  бы
иммигрировать.
     Пока Тэйт расспрашивала Хоксворта, Чандлер просматривал дело.
     - Это имя на обратной стороне. Кто это написал?
     Чиновник глянул на надпись.
     - Обвинитель, - сказал он.
     - Кто такая Николь Даниельс?
     - Не имею ни малейшего представления.
     - И даже не можете высказать предположение?
     Хоксворт пожал плечами.
     - Та, кто выдвинула обвинение?



                              В ЛАБОРАТОРИИ

                                11:35 утра

     На обороте дела Квана рядом с именем Николь  Дэниэльс  был  нацарапан
телефонный номер. Пока Хоксворт покупал шоколадный батончик в автомате  и,
вероятно, еще раз хлебнул из каких-то своих тайных  запасов,  Цинк  набрал
номер по телефону, стоящему в архиве.
     - Факультет зоологии.
     - Николь Дэниэльс, пожалуйста.
     - Профессор читает лекцию и не вернется до полудня.
     Цинк глянул на часы.
     - Дайте, пожалуйста ваш адрес.


                                  12:12

     Они запарковали машину поблизости  от  Фратернити-Роу,  когда  порывы
ветра на некоторое время прекратили свои атаки.
     На одной из лужаек возле дома скакала красотка в купальнике.
     - Я сожалею, - сказала им секретарь в приемной, - но доктор  Дэниэльс
отсутствует. Она не вернулась после своей лекции в Ванкуверский Институт.
     - Куда она пошла?
     - Не могу сказать. Вчера она прилетела из Африки, так что,  вероятно,
она отсыпается.
     - Доктор работает на факультете?
     - Она в продолжительном отпуске. Минувший год она провела в Танзании,
изучая озеро Танганьика. Вчера она взяла отпуск еще на год  для  работы  в
Дэвисовском Центре по изучению приматов.
     - Где это?
     - В Калифорнии.
     - Снова для проведения исследований?
     - Здесь находится доктор Ян. Может, он знает, куда она пошла.
     Ян, мужчина лет под тридцать, был одет в лабораторный халат и  держал
под мышкой стопку бумаг. Пока копы представлялись ему, он изучал их сквозь
толстые стекла очков.
     - Ничего серьезного, надеюсь?
     - Обычная рутина, - ответил Цинк. Это был стандартный ответ  в  таких
случаях.
     - Потрясающая лекция. Очень  жаль,  что  вы  ее  пропустили.  "Почему
Человек вызывает войну: шимпанзе развиваются по тому же пути, что и мы".
     - Дэниэльс преподает зоологию?
     - Как сказать... Она  читает  лекции  по  психологии  на  медицинском
факультете,  занимается  антропологией,  участвует  в  работе   факультета
искусств, связана с зоологией, с исследовательским факультетом. В наши дни
мы все работаем на пересечении различных дисциплин.
     - Где профессор находится сейчас?
     - "Посещает старых друзей". Она сказала, что в пять позвонит  узнать,
не было ли для нее сообщений.
     - Почему человек вызывает войну?
     - Вы слышали о колонии шимпанзе Джейн Гудэл? Колония Гомб в Танзании?
     - Это не та, которая была убита?
     - То была Диана Фоссей. Все считали, что шимпанзе Гудэл, обитавшие на
различных территориях, мирно сосуществовали. Затем, неожиданно, обезьяны с
Казакелы  вторглись  во  владения  Кахамы.  Они  поубивали  самцов,  самок
изнасиловали  и  захватили  территорию.  Это  нападение   явилось   первым
известным  случаем  запланированной  агрессии  приматов  по  отношению   к
представителям их  собственного  вида.  В  течение  года  доктор  Дэниэльс
изучала колонию и пришла к заключению, что поведение  шимпанзе  аналогично
нашему.  Они  являются  зеркалом  человеческой  эволюции.  Они   развились
настолько, что развязали войну.
     - Это является прогрессом?
     - Объективно - да, - сказал Ян. - За последние 3400  лет  только  268
были относительно мирными. Во всем мире в настоящий момент  каждую  минуту
тратится два миллиона долларов на вооружения. Наш мозг развился для  того,
чтобы совершенствовать оружие  и  таким  образом  обеспечить  выживание  и
воспроизведение наших  генов.  Дарвин  считал  сопротивление  генетической
конкуренции самой мощной движущей силой в человеке.  Исследования  доктора
Дэниэльс подтверждают это.
     Deja vu, подумала Кэрол. Чувственная теория русского.
     Цинк оставил телефон секретаря спецотдела "Х".
     - Попросите профессора позвонить мне. Это очень важно, - сказал он.


                     Западный Ванкувер. 1:36 пополудни

     Они подъехали к дому Хаттона Мэрдока на Холибэрн-Маунтин. Когда капли
дождя упали на дребезжащие листы,  покрывающие  крышу,  и  заструились  по
водосточным трубам, они уже проверяли имена в делах судьи.
     - Никакого Эвана Квана, - сказала Кэрол. - И никакого Квана Кок-су.
     - Так же как и Мартина Квана или Лотос Кван.
     - Потому что дело было сожжено в камине.


                              Ванкувер. 5:39

     Кэрол вместе  с  Цинком  поглощали  пиццу  в  спецотделе  "Х",  когда
раздался телефонный звонок.
     - Инспектор Чандлер?
     - Профессор Дэниэльс?
     - Вы просили, чтобы я позвонила?
     Четкое произношение. Ударение в конце фразы. Цинку представилось, что
ей около пятидесяти лет.
     - ФБР проверяет обстоятельства, связанные с Эваном  Кваном.  Его  имя
всплыло в связи с одним из дел в Калифорнии. Полагаю, вы его знаете?
     - Знала его, инспектор. Кван делал у  меня  курсовую  работу  в  1978
году. Я не видела его в течение десяти лет.
     - Кван прибыл из Гонконга?
     - Да, в качестве иностранного студента.
     - Для изучения чего?
     - Молекулярной биологии.
     - Не могли бы вы уточнить?
     - Он надеялся довести до конца работу Сарича и  Вильсона,  касающуюся
Евы.
     - Евы? - переспросил Цинк.
     - Вашей более чем тысяча раз "пра-" бабушки. И моей тоже, -  ответила
Дэниэльс. - И всех живущих ныне человеческих существ.
     - Как мне кажется, ее звали Люси.
     - Ошибаетесь, инспектор. Но я сомневаюсь,  что  вы  хотите  выслушать
лекцию по эволюции.
     - Напротив, - сказал Цинк. -  Область,  которую  изучал  Кван,  может
оказаться важной.
     Дэниэльс  прикрыла  микрофон  и  обратилась  к  кому-то  приглушенным
голосом, Цинк расслышал слова: "СРВ-образцы". Через  мгновение  она  снова
была на линии.
     - Эван что-то сделал?
     - Нет, насколько нам известно.  Обычное  для  ФБР  расследование.  Мы
проверяем несколько линий.
     Большинство людей  обычно  весьма  сдержанны,  когда  их  допрашивает
полиция. Обычно лучше подходить  к  сути  постепенно.  Заставить  человека
говорить свободно - чуть ли не самое сложное дело.
     - Говорит вам что-нибудь слово "австралопитек"?
     - Это вид гоминидов, который эволюционировал в нас.
     - Люси была австралопитеком три  миллиона  лет  назад.  Она  является
представителем вида,  эволюционировавшего  в  нас.  Но  она  не  была  тем
индивидуумом, от которого мы произошли.
     - А Ева была?
     - Ева была хомо сапиенсом архаического типа. Она  жила  двести  тысяч
лет назад, а может, и много позже. Ева не была  единственным  человеческим
существом на Земле в то время, но она была самой плодовитой из всех в  том
смысле, что все живущие сегодня носят в себе ее гены. Она была  тем  самым
индивидуумом, от которого мы все произошли.
     - Значит, Эван искал нашу буквальную праматерь? - сказал  Чандлер.  -
Почему я ничего не слышал о Еве раньше?
     - Еще услышите, когда  пресса  вникнет  в  то,  что  происходит.  Ева
разрешает самый старый человеческий спор: откуда мы появились? Кто породил
человечество?
     - И Ева действительно отвечает на эти вопросы?
     - В двух отношениях. Мы не только унаследовали ее  генетический  код,
но эволюция от архаичного до современного человека произошла в ее семье.
     - Это произошло в Африке?
     - Возможно. Хотя некоторые полагают, что дом Евы был в Южном Китае.
     Дэниэльс снова прикрыла микрофон. На этот раз Цинк подслушал:  "Тесты
на ретровирус".
     - Я чему-то мешаю? - спросил он.
     - Мы  почти  закончили,  -  сказала  профессор.  -  Я  специалист  по
приматам, как вы, несомненно, знаете. В течение года я изучала  обезьян  в
местном  зоопарке.  Куратор  попросил  меня,  чтобы  я  проверила  зеленых
мартышек на вирус СПИДа. Это был хороший повод проведать старых друзей.
     - Мы говорили об Эване и Еве.
     - Эван интересовался  ДНК  митохондрий.  ДНК,  как  вам,  я  уверена,
известно, это те молекулы, которые  передают  наследуемые  характеристики.
Гены выстраиваются в ядрах наших клеток в цепочки ДНК,  и,  следовательно,
молекулы ДНК  являются  как  бы  строительными  блоками  наследственности.
Цепочки ДНК являются смесью генов, унаследованных от обоих родителей. Но в
наших клетках есть и другой тип ДНК, хранящийся вне ядер, в  митохондриях.
ДНК митохондрий попадают к нам непосредственно от  нашей  матери,  поэтому
они не меняются в каждом поколении в зависимости от  пола.  Поскольку  они
меняются  только  из-за  мутаций  -  случайных  ошибок   при   копировании
генетического кода - ученые  используют  их  для  того,  чтобы  проследить
генеалогическое древо.
     Мутации ДНК весьма незначительны. Законы вероятности говорят нам, что
ДНК подвергается мутации на два -  четыре  процента  каждый  миллион  лет.
Сравнивая образцы митохондрий со всего мира,  мы  проследили  генетический
код вплоть до единственной женщины. Вот почему ее называют Евой.
     Цинк сказал:
     - Люси была дочеловеком три миллиона лет назад.  Она  была  одним  из
представителей вида, который эволюционировал в нас. Одно из более  поздних
человеческих  существ  было  этой  Евой.  Двести  тысяч  лет   назад   она
эволюционировала в нас. И поэтому Эван изучал ее?
     - Точно, - сказала Дэниэльс.
     -  А  что  случилось  с  современниками  Евы?  С  другими  архаичными
гуманоидами?
     -  Они  вымерли,  согласно  учению  Дарвина.   Ева   снабдила   своих
наследников генетическими преимуществами, которые  дали  им  превосходство
над остальными людьми. За 20.000 лет, прошедших между ее жизнью и смертью,
ее наследники распространились по всему миру. Они вытеснили других людей.
     - Почему Эван интересовался Евой?
     - Супергены - гены, которые контролируют остальные гены.  Он  считал,
что был суперген, управляющий возрастом. Средняя продолжительность жизни в
Северной Америке составляет 74,7 года. Это - тот отрезок времени,  который
вы, возможно, проживете. Но ваша  ППЖ  -  потенциальная  продолжительность
жизненный, запрограммированная в  вашей  ДНК  -  приблизительно  110  лет.
Что-то лишает нас 35,3 лет, не давая нам прожить  еще  треть  жизни.  Эван
считал, что это происходит потому, что мы унаследовали от Евы  дефективный
суперген.
     - Это нелогично. Тогда бы мы были менее приспособленными.
     - Нет, если дефект проявлялся после репродуктивного возраста. Обладая
преимуществом, унаследованным от Евы, мы все  равно  оставались  бы  самым
жизнеспособным видом.
     - Вы разделяете эту теорию? - спросил Цинк.
     - Эван изучил работу Сэчера и Катлера. Сэчер заметил, что среди видов
приматов продолжительность  жизни  увеличивается  с  увеличением  размеров
мозга по отношению к размерам тела. Чем больше мозг в сравнении  с  телом,
тем  более  долгий  век  у  вида.  Он   заключил,   что   мозг   управляет
продолжительностью жизни.
     Катлер применил теорию Сэчера и к вымершим видам. Сравнивая черепа  и
скелеты предков человека с нашими,  он  обнаружил,  что  продолжительность
жизни увеличивается тем больше, чем  ближе  он  стоит  к  нам.  Затем,  по
какой-то причине, это увеличение прекратилось.
     - Продолжительность жизни перестала эволюционировать вместе с нами?
     - Нет, неандерталец...
     Дэниэльс снова прикрыла микрофон и сказала: "Спасибо, я уберу".
     И снова в трубку:
     - Еще минуту, инспектор, а затем мне  нужно  вызвать  такси.  Снаружи
холодно и сыро, а я привыкла к африканской жаре.
     - Вы говорили, что неандерталец жил дольше, чем мы?
     - Мозг неандертальца был больше нашего - 1470 куб. см по сравнению  с
нашими 1370. В полном соответствии с теорией Сэчера, продолжительность его
жизни также  была  больше.  Катлер  выдвинул  постулат,  что  существовали
гоминиды с супермозгом в сравнении с размерами их тела. Если это так,  то,
возможно, в них скрыт ключ к загадке долголетия. Эван думал, что этот ключ
связан с их неущербным супергеном.
     - Как долго Эван учился у вас?
     - Около четырех месяцев. Он  помогал  мне  с  исследованиями  в  моей
личной лаборатории. У нас произошла ссора, и он вернулся в Гонконг.
     - Вы пожаловались на него в иммиграционную службу?
     - Вы знаете об этом?
     - Эван не был депортирован?
     - Нет, он уехал сам.
     - Что послужило причиной вашей жалобы, доктор Дэниэльс?
     Профессор заколебалась, взвешивая свой ответ. Затем она сказала:
     - Я люблю  животных.  Поэтому  и  занимаюсь  исследованиями.  В  моей
лаборатории  имеется  оборудование  для  хирургических  операций.   Но   я
использую его только в необходимых случаях. Вивисекция мне отвратительна.
     В конце 1978 года меня попросили выступить на симпозиуме в Нью-Йорке.
Пока меня не было, Кван присматривал  за  лабораторией  и  продолжал  наши
исследования. Мой рейс до Нью-Йорка должен  был  вылететь  в  шесть  утра.
Упаковывая свой багаж, я обнаружила, что потеряла кое-какие заметки. В два
часа ночи я приехала в лабораторию.
     Когда я приехала, внутри горел свет. У меня мелькнула мысль, что Эван
забыл его  выключить.  Воспользовавшись  своим  ключом,  я  вошла  и  была
поражена тем,  что  он  проводил  возмутительный  опыт.  Я  приказала  ему
убраться прочь. Он стал мне угрожать. Тогда я  из  Нью-Йорка  позвонила  в
иммиграционную службу и никогда больше его не видела.
     - Вы появлялись на слушании дела о депортации?
     - Нет, она была отложена. Его адвокат посоветовал ему  уехать,  и  он
так и сделал.
     - Что это был за эксперимент? Достаточно будет сути.
     - Моим любимым подопытным животным был  шимпанзе  по  кличке  Тарзан.
Эван отрезал ему голову и установил  ее  на  подставке.  От  нее  тянулись
пластиковые трубки к шее второй  обездвиженной  обезьяны,  снабжающей  все
необходимое для поддержания головы в живом состоянии.  Поскольку  действие
наркоза кончилось, Тарзан оглядывался по сторонам. Я вошла как раз  тогда,
когда Эван насиловал тело обезглавленного шимпанзе.
     - Это звучит как научная фантастика, - скептически сказал Цинк.
     - Первые такие эксперименты были  проделаны  два  десятилетия  назад.
Голова в Университете Кэйс-Вестерн прожила тридцать шесть часов. С тех пор
наука шагнула далеко вперед.
     - Зачем Эван сделал это?
     - Он был психопатом. Я  делала  психиатрическое  заключение  для  его
депортации. К тому же он употреблял наркотики и одевался самым причудливым
образом. Прибыв сюда, он перенес  культурный  шок.  Этот  эксперимент  мог
покрыть его нехватку денег.
     - Как это?
     - Его мотивом послужила криогенная техника.
     - Замораживание человеческих тел до того, как наступит смерть,  чтобы
их можно было разморозить,  когда  появится  способ  лечения,  исключающий
фатальный исход?
     - Поддерживать голову в живом состоянии - это только первый шаг. Если
процесс разрушения тела зашел слишком далеко, то можно было  бы  сохранить
хотя бы голову. Если тело даже  и  сохранено,  то  имеет  значение  только
голова. Таким образом, мы получим заменяемых роботов.
     - Значит, долгожительство было навязчивой идеей Эвана?
     - Это навязчивая идея любого, кто начинает стареть. Эван  намеревался
основать рынок Фонтана Вечной Молодости.
     - Где именно в зоопарке вы находитесь, профессор?
     - С зелеными мартышками, рядом с тюленями.
     - Подождите двадцать минут, я подхвачу вас.



                                 ЛЮДОЕДЫ

                             6:17 пополудни

     Лорд Стэнли, генерал-губернатор Канады и человек, благодаря  которому
появился хоккейный "Кубок Стэнли", приложил свои руки и к основанию  парка
Стэнли в 1889 году "...для нужд и  развлечений  людей  всех  цветов  кожи,
социального положения и обычаев на все времена". Годом  раньше,  во  время
расследования  дела  Вурдалака,  один  псих  пытался  лишить  Цинка  жизни
поблизости от тотемных столбов на мысе Броктон, поэтому теперь,  когда  бы
он ни входил в парк, он всегда задумывался над тем, была ли  это  одна  из
тех самых нужд, которые имел в виду лорд Стэнли.
     Мимо "Ванкуверского клуба лучников",  поместья  в  стиле  Тюдоров  на
холме, спускавшемся к разбушевавшемуся океану; мимо статуи  Робби  Бернса,
покрытой пометом  голубей;  мимо  памятника  королеве  Виктории,  ставшего
розовым от цветов, облетевшего с веток над ним; мимо "Театра под звездами"
и фонтана президента Хардинга полицейский автомобиль  без  опознавательных
знаков кружил по парку.
     - Зоопарк там, - сказал Чандлер, сворачивая к зарослям. Зонт хлопнул,
когда они неохотно вылезли наружу, под порывы ветра и струи дождя.
     - Единственное, что мы так и не обсудили, - сказала Тэйт, -  это  то,
где мы собираемся жить.
     - Не давай дождю настроить тебя против  Ванкувера.  Прогноз  говорит,
что солнце должно снова появиться к июню.
     Кэрол усмехнулась.
     - Бедные животные. Готова побиться об заклад, что  они  предпочли  бы
быть пойманы калифорнийцами.
     - Зная калифорнийцев, сомневаюсь в этом, - сказал Цинк.
     Поднимая волны на водах залива, холодный ветер завывал среди кедров и
кленов, нависающих над тропинкой. Дождь обрушивался на их  зонт,  барабаня
по материи. Каждый раз, когда порыв ветра  поднимал  рябь  на  поверхности
пруда справа от них, впереди раздавался рев голодного медведя,  требующего
свой ужин.
     - Канада обладает тремя плюсами по сравнению со  Штатами,  -  сказала
Кэрол. - Здесь гораздо меньше оружия, и следовательно, меньше шансов  быть
подстреленным. Здесь меньше уровень преступности, следовательно, это более
подходящее место для воспитания детей. И еще - бесспорный факт, что я буду
великолепно смотреться в красном.
     - Тебе придется сменить гражданство, если ты собираешься  вступить  в
конную полицию.
     - Почему это?
     - Потому что американцам это запрещено законом.
     Цинк давно примирился с тем фактом, что он никогда не понимал женщин,
но  реакция  Кэрол  его  удивила.  С   головой,   скрытой   за   зонтиком,
отбрасывающим тень на ее лицо,  она  повернулась,  чтобы  что-то  сказать,
когда порыв ветра вывернул зонт наизнанку. Порыв был  таким  сильным,  что
вырвал зонт у нее из руки. В ту же секунду она вытянула  руку  и  толкнула
его. Потеряв равновесие, он упал на землю.
     - Откатись! - закричала она, и одновременно с этим две пули вонзились
в покрытие возле его лица.
     Копы были посредине пешеходного мостика, который слева примыкал к яме
с полярным медведем.
     - Ты! - выкрикнула Кэрол,  выхватывая  свой  "Кольт".  -  Полиция!  -
прибавила она и бросилась  в  струи  дождя.  Прищурившись,  вглядываясь  в
ливень, Цинк вскочил на ноги. Яма с медведями была впереди  в  шестидесяти
футах. Литая чугунная ограда  в  китайском  стиле,  идущая  вокруг  грота,
удерживала зрителей на расстоянии, но теперь зоопарк был пуст и закрывался
с  наступлением  сумерек.  Круговая  стена  вокруг   ямы   была   увенчана
металлическими зубьями,  позади  которых  бетон  образовывал  стенку  рва,
спускающуюся ниже уровня земли. Ров окружал холм  из  наваленных  друг  на
друга  валунов,  его  вершину   венчали   зеленоватый   пруд   и   фонтан,
разбрызгивающий мелкие капельки воды, образуя туман. От пруда к холму,  от
холма к рву - склон был пуст, в  то  время  как  что-то  внизу  привлекало
внимание медведей. Фигура в маске на краю ямы стреляла в Тэйт.
     Уворачиваясь от пуль, ныряя за импровизированные укрытия,  пригибаясь
на бегу, Кэрол не смогла бы сказать, какого пола был стрелок. С головы  до
ног он был закрыт полиэтиленом, с пузырящейся паркой,  наброшенной  поверх
него. Черная маска, закрывающая все лицо, имела прорези для глаз. Пистолет
в его руке был "Глок-17".
     Головорез выбрался из  ямы  по  узенькой  тропинке.  Воспользовавшись
уголками и кустиками, он устремился к  павильону  с  тюленями  и  зелеными
мартышками.
     Пока Кэрол преследовала стрелка,  Цинк  перепрыгнул  чугунную  ограду
вокруг грота. Звук ломающейся кости донесся из его  глубины.  Табличка  на
уровне плеча Цинка гласила:

                           МЕДВЕДЕЙ НЕ КОРМИТЬ.
                   ЛИЦА, ПРОСОВЫВАЮЩИЕ ЧТО-ЛИБО В ГРОТ,
                        ПОДВЕРГАЮТ СЕБЯ ОПАСНОСТИ

     Рыжевато-коричневые звери весом в тысячу фунтов  разрывали  на  части
женщину. Один из них держал  в  своей  пасти  раздавленный  череп  доктора
Дэниэльс. Другой глодал ее ногу, в то время как третий пожирал руку.  Если
бы и когда бы убийца был пойман, ему пришлось бы  отвечать  перед  охраной
парка.
     Приблизившись к дальнему концу дорожки, Головорез резко  обернулся  и
разрядил в сторону Кэрол свой "Глок-17". Припав к земле, она засучила  оба
рукава своего жакета. Когда пули разогнали дождь вблизи от  ее  лица,  она
откатилась за ограду.
     Отшвырнув австрийский пистолет, Головорез бросился вправо. Он скрылся
под заржавевшей крышей и свисающим навесом  хозяйственного  здания.  Кэрол
последовала за ним. Вернувшись из грота, Цинк присоединился к  погоне.  Он
перепрыгнул ограду в тот момент, когда в яму с криком спикировала  морская
чайка. Он добрался до дорожки мгновением  раньше,  чем  Кэрол  исчезла  за
стенкой здания.
     Впереди, за ее силуэтом, был  виден  освещенный  павильон  тюленей  и
обезьян.  Он  выходил  на  открытую  площадку  в  конце  дорожки.   Тюлени
чувствовали себя спокойно в напоминающем по форме седло  бассейне,  а  вот
обезьяны, вздрагивая от выстрелов,  бешено  носились  по  своим  вольерам.
Когда раздалась автоматная очередь, сердце Цинка замерло.
     Тэйт обогнула здание и наткнулась на Головореза, подкарауливавшего ее
в кустах. Напав на Дэниэльс возле клетки с зелеными мартышками, он оставил
свою сумку с оружием рядом со зданием. Отшвырнув прочь "Глок", он  устроил
ловушку Кэрол, которая, думая, что убийца безоружен,  торопилась  обогнуть
угол, чтобы удержать преследуемого в поле зрения. И тут  же  ее  встретили
пули "Мини-узи".
     При весе всего в шесть фунтов и длине пятнадцать дюймов, "узи" -  это
оружие коммандос израильской армии. При эффективном  радиусе  поражения  в
500 ярдов они выплевывают 950 9-мм патронов  от  "парабеллума"  в  минуту.
Пистолетная рукоятка в руке Головореза имела обойму на 32  патрона.  Когда
он нажал на спусковой крючок "Узи", раскаленный ствол стал испарять  капли
дождя, образовав настоящий шотландский туман. Пули угодили в Кэрол раньше,
чем она смогла среагировать.
     Похожие на хлопки по коже блэп!  блэп!  блэп!  блэп!  подняли  панику
среди обезьян.
     Первая пуля пробила ей ладонь, задев боковую поверхность бедра.
     Следующая вызвала фонтанчик крови из тыльной стороны предплечья.
     Третья ударила ей в плечо, крутанув вокруг оси. Попав  в  кость,  она
свалила Кэрол на землю.
     Кэрол сильно ударилась об асфальт и не сдержала вскрика.
     Лужи окрасились в темно-красный цвет.
     Зная,  что  она  умрет,  если  не  заставит  себя  двигаться,   Кэрол
перевернулась раз, другой, и встала на ноги. Павильон  тюленей  и  обезьян
состоял из трех частей: плавательного  бассейна,  расположенного  в  конце
дорожки; огороженной проволокой площадки, где обезьяны могли резвиться  на
открытом воздухе, и дома  с  распахивающимися  дверями,  чтобы  они  могли
укрыться от дождя. Окна вдоль правой  стороны  давали  возможность  видеть
внутреннюю часть с площадкой для  зрителей,  огороженной  низкой  каменной
стеной. Вперед головой, она нырнула за стену как раз в тот  момент,  когда
"Узи" застрочил снова.
     Блэп! блэп! блэп!... пиннг! пиннг! пиннг!... пули  ударяли  в  камни,
рикошетируя по стеклам. Окна разбивались одно за другим, под  истерические
вопли  возбужденных  обезьян.  Кэрол  свернулась,  словно  зародыш,   пока
гильотины из стекла вонзались в землю вокруг нее.
     Внезапно она была схвачена за волосы и что-то закрыло  ей  глаза.  Ее
новый противник дергал ее голову взад-вперед.  Между  ударами  ей  удалось
разглядеть  черное  лицо,  окаймленное  молочно-белым  мехом,  и  двух   с
половиной футовый хвост позади  обнажившихся  клыков.  Когда  она  подняла
руку, чтобы защититься, обезьяна укусила ее за руку, вызвав в мозгу  мысль
о СПИДе! Последнее,  что  она  видела,  была  пара  голубых  шаров,  когда
обезьяна впрыгнула на крышу.
     Тэйт потеряла сознание.
     Приостановившись возле хозяйственного здания, Цинк стащил свою летную
куртку и взмахнул ею из-за угла. Цепочка  отверстий  пробежала  по  дереву
перед его глазами. Высунув из-за угла руку, он  трижды  выстрелил.  Затем,
услышав убегающие шаги, он осторожно высунул голову.
     Убийца в черной маске исчез. "Кольт", который обронила  Кэрол,  лежал
на земле. Кровавый след вел к низкой каменной стене.
     Скрючившись,  словно  краб,  чтобы  уменьшить  размер   цели   своего
противника, выставив вперед  свой  револьвер  38-го  калибра,  Цинк  боком
шагнул к дому приматов.  Кэрол  лежала  распростертая  позади  стены,  так
сильно истекая кровью, что он посчитал ее мертвой.
     Кэрол!
             Кэрол!
                     Кэрол!
     Она открыла глаза.
     Над ней склонилось встревоженное лицо.
     - ...меньше шансов быть подстреленными... - пробормотала она.
     - Тебе нужен врач.
     - Только моя рука. Не дай этому ублюдку ускользнуть.
     - Позже.
     - Сейчас! Я вызову подмогу. Где-то здесь есть телефон.
     Увидев, что Цинк колеблется, она подогнала его:
     - Иди! Если бы я  собиралась  умереть,  я  хотела  бы  быть  в  твоих
объятьях.
     Схватив "Кольт", он продолжил преследование.
     Тэйт судорожно втянула в себя воздух и с трудом поднялась на  колени.
Ковыляя к телефону она подумала, в этом городе 911 или 999?
     С револьверами в обоих руках Цинк обыскивал зоопарк. Лебеди,  утки  и
павлины, переваливаясь, убирались с его дороги. Слева от вольера с  выдрой
снова залаял "Узи". Очередь из шести выстрелов заставила  выдр  нырнуть  в
пруд.
     Головорез стоял возле  резьбы  Билла  Рэйда,  украшающей  аквариум  с
касаткой. Он  стрелял  через  фонтан  перед  аквариумом.  Одна  из  дверей
аквариума была открыта и подперта ведром.
     Пока Цинк уклонялся от  пуль,  вылетающих  из  однодюймового  ствола,
служитель, убирающий возле входа,  вышел  наружу,  чтобы  посмотреть,  что
происходит. Он стал в дверях, удивляясь,  почему  гром  не  сопровождается
молнией. Пуля из "Узи" разворотила ему голову.
     Головорез вошел в помещение аквариума.
     Выпалив из обоих револьверов, Цинк прыгнул вперед, перекувырнувшись в
воздухе, и нырнул в  магазинчик  "Клэмшелл-Гифт".  На  середине  коридора,
ведущего к Северо-Тихоокеанской Галерее, Головорез повернулся.  Стеклянные
панели отделяли коридор от магазина подарков. Когда Цинк стал  подбираться
обратно к двери, автомат снова заговорил.  Панели  разлетелись  на  куски,
засыпав осколками сувениры.  Прижавшись  животом  к  полу,  конный  дважды
выстрелил. "Смит-Вессон" вхолостую клацнул  у  него  в  руке.  Когда  Цинк
открыл Кольт, чтобы убедиться, что в нем осталось два  патрона,  Головорез
нырнул направо, в тропическую галерею.
     Время шло.
     Ошибка могла стоить ему жизни.
     Сколько патронов израсходовал "Узи"?
     Почти тридцать два?
     Гораздо важнее знать, есть ли у убийцы запасная обойма?
     Сколько времени займет, пока прибудет ванкуверская полиция?
     Был ли в парке патруль?
     Как они узнают, где он, если не услышат выстрелов?
     Выждать минуту.
     Он огляделся.
     Вот оно. На стене. Чуть дальше по коридору.
     Он бросился от магазина подарков к двери тропической галереи.
     Достав до щита пожарной тревоги, он рванул на  нем  ручку.  Помещение
аквариума наполнилось тревожными звонками.
     Цинк  высунул  голову  из-за  косяка   двери.   Огромные   резервуары
проступали в сумраке. Справа от него снова ожил "Узи".  Очередь  заставила
резервуары задрожать, переполошив рыбу. Пули откололи  осколки  дерева  от
косяка, сорвав позади него дверь, ведущую к китовой экспозиции снаружи.
     Напуганная поднятым переполохом, серая белуга подпрыгнула  вверх  над
водой. Одна из пуль попала киту в хвостовой плавник, а другая нанесла рану
касатке, обитавшей рядом. Похожая на торпеду, черная  с  белым,  длиной  в
двадцать два фута, касатка резко нырнула  на  дно  своего  бассейна.  Вода
вздыбилась волнами; стрельба затихла.
     Инстинкт подсказал Цинку, что патроны в "Узи" закончились.
     Действительно ли он услышал торопливые шаги, или это была только игра
его воображения?
     Среди какофонии продолжающей звенеть тревоги было невозможно что-либо
разобрать, но, доверяя своей интуиции, он шагнул в дверь.
     Вытянув  перед  руки,  словно  слепец,  он  размахивал  перед   собой
"Кольтом". Разряженный "Смит и Вессон" был заткнут у него за поясом.
     Гигантская манта с булавочными глазками неподвижно зависла у него над
головой. Перед ним плавали самые красочные рыбы из тех, что ему когда-либо
доводилось видеть; это был  аквариум,  хранящий  сверкающие  драгоценности
южных морей. Вспугнутый каким-то движением справа от себя,  он  нырнул  за
стеклянный аквариум, чтобы он послужил ему защитой,  и  столкнулся  нос  к
носу с живущим там кальмаром.
     Впереди находилась дверь "Амазонской галереи Грэма", прикрытая, чтобы
там сохранялся свой  микроклимат.  То,  что  Цинк  заметил,  было  дверью,
закрывающейся за кем-то  прошедшим  в  нее,  поэтому,  обойдя  аквариум  с
кальмаром, Цинк бросился к выходу. Он  выставил  перед  собой  "Кольт",  а
китайские рыбы - пятнистый скат,  пальчиковая  рыба,  рыба-телескоп  -  не
мигая следили за ним из своих аквариумов. Стоя сбоку  от  возможной  линии
огня, он рывком распахнул дверь.
     Слева от него располагались висячие сады  и  бассейн  с  крокодилами.
Наполовину торчащий из воды  кайман  щелкнул  зубами  и  плеснул  хвостом.
Огромный  аквариум  прямо  перед  Цинком  был  забит  неонами  и   другими
экзотическими рыбками. Темно-красный  шнурок  справа  от  него  преграждал
доступ  публике,  позади  галерея  огибала   участок   "Диких   джунглей",
расположенный в глубине  здания.  Следы  ног,  отпечатавшиеся  на  недавно
вымытом полу, вели в том направлении.
     Цинк нырнул под  шнурок.  Рассекая  джунгли  на  две  части,  дорожка
петляла  среди  густых  зарослей  пальм   и   папоротников.   Единственным
освещением служил свет, идущий от аквариума  с  пираньями,  расположенного
напротив входа. Забрызганная дождем  стеклянная  крыша  была  мутно-серой.
Когда Головорез вставлял  в  "Узи"  новый  магазин,  двупалые  ленивцы  на
перечном дереве вздрогнули и очнулись от дремоты. Вблизи  от  того  места,
где убийца  затаился  в  кустарнике,  желтоклювый  кардинал  качнул  ветви
сырного дерева. Алый ибис перелетел  с  банановой  пальмы  на  земляничную
гуайяву, а осторожная игуана юркнула между ног азиата.
     Когда Цинк появился у входа - его  силуэт  четко  выделялся  на  фоне
более светлого аквариума с пираньями - "Узи" взорвался очередью. Где-то  в
глубине "Диких джунглей" огненно-желтый язычок вытянулся  в  его  сторону.
Вслед  за  ним  послышалось  блэп!  блэп!  блэп!   смерти.   Туфли   Цинка
поскользнулись на мокром полу, когда он слишком резко метнулся в  сторону,
и его ноги взлетели в воздух в неуклюжем падении; и в это  время  аквариум
позади него взорвался. Еще один поток  осколков  обрушился  на  его  тело,
затем его накрыла волна воды, наполненная несметным количеством зубов.
     Одна... две... три пираньи вцепились в его руки.
     В ту же секунду Цинк понял, что ему лучше поскорее бежать  отсюда.  С
выступающей нижней челюстью, с верхними  зубами,  торчащими  вперед,  и  с
нижними - в стороны, узкими мордами, напоминающими В.С.Филдса,  пираньи  -
всего лишь в один фут длиной - могут ободрать тело до костей за  считанные
минуты. В данный момент Цинк не только являлся следующим  блюдом  в  меню,
но, захваченный врасплох внезапным крушением аквариума, он еще  и  обронил
"Кольт".  Шаги  по  дорожке  означали,  что  убийца  приближается,   чтобы
прикончить его.
     Погребенный под потоком бьющихся,  кусающихся  плотоядных,  револьвер
Кэрол исчез. Чандлер вскочил на ноги и побежал, что было  мочи.  Адреналин
ударил в его бухающее сердце, словно деревянной палкой,  придав  ему  силы
для рывка к дверям галереи. Стряхивая на бегу прожорливых пираний со своей
руки, он проскочил в дверной проем как  раз  в  тот  момент,  когда  "Узи"
залаял снова.
     Черный карп и рисовый угорь плавали в свете китайских фонариков...
     Каракатица  невозмутимо  пялилась  на  него  из  своего   стеклянного
ящика...
     Дверь рядом с висящей в воде мантой манила его к себе...
     А Цинк несся, словно Джесс Оуэнс и Карл Льюис вместе взятые.
     Двери  позади  с  грохотом   распахнулись   от   толчка   Головореза,
охваченного пылом преследования. Цинку представилась мишень,  нарисованная
у него на  спине.  Лампы,  включенные  служителем  чтобы  вымыть  коридор,
освещали вход, словно аркаду в тире. Чувствуя, что  он  будет  покойником,
если свернет  в  ту  сторону,  Цинк  свернул  направо,  в  северное  крыло
"Тропической галереи". Спустя мгновение он понял свою ошибку.
     В  дальнем  конце  выбранного  им  коридора,   который   он   выбрал,
располагался огромный,  во  всю  стену,  массивный  аквариум  с  тигровыми
акулами. У него не оставалось другого  выбора,  кроме  как  бежать  в  эту
ловушку, наполненную холоднокровными и стеклами, по коридору,  освещенному
светом, падающим от дюжины аквариумов по  обеим  его  сторонам;  к  стенке
одного  из  них,  мимо  которого  пробегал  Цинк,  присосался  похожий  на
скользкий мешок осьминог; Цинк побежал по направлению  к  зубастой  смерти
впереди. Выдержит ли акулий аквариум выстрел "Узи"?
     Только бы он выдержал! - сверлила мысль, когда он торопливо  пролезал
под акулой-молотом, подвешенной на проволоке к потолку, подошвы его туфель
застучали по металлическим ребрам пола... Только  бы  он  выдержал!  Когда
отражение стрелка появилось на стекле над головой, "Узи" болтался  у  него
на уровне груди, чтобы оружие можно было легко схватить в  руки...  Только
бы он выдержал! - перескакивая последнюю лавку на своем пути  и  ласточкой
ныряя за нее, словно он был ребенком в  плавательном  бассейне  Роузтауна;
ножки лавки заскрипели по полу, словно ногти по школьной  доске...  Только
бы он выдержал! Когда в глубине аквариума, тускло светящегося над головой,
жаберные щели хлопали позади острых, как бритвы,  зубов...  Выдержи,  черт
тебя побери!  -  когда  "Узи"  выплюнул  свинец,  и  лавка  заколотила  по
аквариуму в диком ритме мчащегося тобогана, заставляя  Цинка  прижаться  к
полу, молясь: Только бы он выдержал! Только бы он выдержал! Только бы...
     Он не выдержал.
     Паутина трещин расползлась по стеклу. Площадка перед аквариумом имела
форму буквы "Т". Другие аквариумы образовывали поперечную черту,  коридор,
по которому он влетел сюда - ножку. Цинк наполнил свои легкие воздухом  до
отказа и метнулся вправо, когда напор 32.000 галлонов воды выдавил стекло.
Внезапное наводнение, сродни тому, что вызвал Моисей,  освобождая  Красное
море, швырнуло его на аквариум с черепахами, расположенный вдоль одного из
ответвлений.   Вода   захлестнула    лицо    полузадохнувшегося    конного
полицейского, поток из бреши  хлынул  вдоль  ножки  "Т".  Увлекаемая  этой
смертельной волной армада - акулы,  рыбы  пилы,  мурены  -  обрушилась  на
убийцу. Совершенно беспомощный, Головорез  отчаянно  стрелял,  нажимая  на
спуск "Узи" при виде каждого плавника, появляющегося на поверхности.
     Когда поток схлынул, Цинк оттолкнулся от аквариума с  черепахами.  По
колено в воде он побрел вдоль поперечины буквы "Т". Изо всей силы ударив в
решетку при выходе, он выскочил в ночь.  Он  прятался  до  тех  пор,  пока
убийца не выскочил наружу и не бросился к "Люмберменс-Арк". Воющие  сирены
присоединились  к  несмолкающему   сигналу   пожарной   тревоги.   Чандлер
последовал за ним до самой стены, выходящей к морю. Там, выделяясь  четким
силуэтом на фоне фонарей, убийца  сменил  "Узи"  на  кислородный  аппарат.
Засунув в рот гофрированную трубку  через  отверстие  в  маске,  Головорез
нырнул в море.
     Цинк побежал обратно, чтобы найти Кэрол и поднять по тревоге  морскую
полицию.



                           КИТАЙСКАЯ ГОЛОВОЛОМКА

                               9:17 пополудни

     Когда Эрику было десять лет, отец усадил его,  чтобы  поговорить  как
мужчина с мужчиной. Они сидели на крыльце своего дома на Стрэтчкон, меньше
чем  в  квартале  от  Китайского  квартала.  Семья   у   следующей   двери
разрисовывала дракона для новогоднего парада.
     - Сын, - сказал старший Чан, держа в руках счеты,  -  четыре  секрета
ведут к успеху на Золотой горе. Первый, - он  щелкнул  костяшкой,  -  быть
прагматичным. Если  ты  хочешь  преуспеть,  ты  должен  приспосабливаться.
Второй, - он передвинул следующую косточку,  -  надейся  только  на  себя.
Прокладывай свой собственный путь  в  жизни.  Не  надейся  на  постороннюю
помощь. Третий, - щелкнула третья косточка,  -  будь  трудолюбивым.  Чтобы
чего-либо добиться, тебе придется  тяжко  трудиться.  И  четвертый,  -  он
передвинул косточки счетов обратно, -  будь  осмотрительным.  "Привидения"
ненавидят богатых китайцев.
     Он показал на напоминающую фаллос башню в той части  города,  которую
занимали "привидения".
     - Видишь, как каждый стремится оказаться выше, чем его  соплеменники?
Это - игра "привидений". Попытайся тоже поиграть в нее, и они станут  тебя
ненавидеть.
     Древний калькулятор из дерева и меди перешел от отца к сыну.
     - Твой пра-пра-прадед работал на шахтах в Карибу. Он был  гражданином
Британской Колумбии с самого начала. Не один раз в течение пяти  поколений
мы покидали эту землю, выживая и продвигаясь  вперед  посредством  тяжкого
труда и предусмотрительности. Пришло время, сынок, и тебе заняться  делом,
так скажи мне, в каком из наших продуктовых магазинов лежит твое будущее?
     - Я хочу быть конным полицейским.
     Его отец был шокирован.
     Только благодаря "предусмотрительности" Чан  выжил.  Китайцы  считают
полицейскую работу  "презираемой  профессией",  поэтому  нос  Эрика  бывал
разбит в школе каждую неделю. А в конце  концов,  когда  он  постучался  в
заветную дверь, Силы тоже не захотели  его  принять,  потому  что  красные
куртки традиционно расширялись за счет бледнолицых. Если бы не  зарождение
торговли героином с Востока, ему  бы  так  и  не  нашлось  применения.  Из
шестнадцати тысяч человек личного состава сегодня только  десять  являются
китайцами. Эрик Чан был первым не белым.
     Во время обучения в "запасном" дивизионе белые  новобранцы  дали  ему
кличку "Чарли". Подвергаемый остракизму, однажды в  полдень  он  забрел  в
библиотеку, где прочел "Дом без ключа"  Эрла  Дерра  Биггерса.  Чарли  Чан
оказался героем этой книги, замечательным детективом, любящим  пророческие
поговорки. Свежие сорняки лучше, чем увядшие розы, подумал Чан.
     Самой яркой датой в жизни Эрика был его первый  Бал  Красных  Курток.
Салли  Фэн,  которая  теперь  была  его  женой,  влетела   внутрь,   чтобы
потанцевать.  Когда  они  вошли  в  банкетный  зал,  разговор  замер.  Чан
удивлялся этому до тех пор, пока они  не  нашли  своего  столика:  за  ним
стояло шестнадцать стульев и было только две таблички с именами.
     - Неважно,  -  прошептала  Салли,  -  будем  делать  вид,  будто  это
ресторан.
     Спустя несколько минут от головного столика к ним  приблизилась  пара
со своими тарелками и бокалами.
     - Как вы отнесетесь к тому, что мы присоединимся  к  вам?  -  спросил
мужчина. - Мы Кэйт и Роберт де Клерк.
     Чан очень много работал, чтобы  стать  экспертом  Сил  по  Триадам  и
героину. Когда КККП начала отбор кандидатов для поступления в колледжи, он
стал изучать  случайные  процессы  и  теорию  вероятности  в  УБК.  Умение
управляться с компьютером подкрепляло азиатский стереотип, но Эрик  решил:
а пошли они все. Он заглянул вперед.
     Рядовой, сержант, инспектор: его предусмотрительность была  оплачена,
а теперь, когда Силы компьютеризировались  и  когда  из  Гонконга  начался
исход, Эрик Чан был вдвойне незаменим. В эти  дни  насмешки  приберегались
для сикхов, которые спрашивали, не могут ли они  носить  свои  тюрбаны  на
дежурстве.
     Находясь один в компьютерном зале спецотдела "Х", Чан манипулировал с
клавиатурой и анализировал информацию на экране. Накладываясь  на  зеленый
шрифт,  на  экране  виднелось  его  отражение:  безволосое  лисье  лицо  с
насмешливыми глазами. К информации,  уже  собранной  о  "Фанквань  Чжу"  -
началом чему положил факс от Гон Ан  Чжу  -  он  добавил  рапорт  Цинка  о
депортации Эвана Квана.
     Закончив, он отпечатал копию:

                                СЕМЬЯ КВАН
     1.   "Фанквань   Чжу   Фармасьютикал"   -   гонконгская   корпорация,
принадлежащая Квану Кок-су.  Согласно  имеющимся  сведениям,  он  является
единственным владельцем акций компании.
     2. Кван Кок-су имеет двух живых родственников: внучку Лотос  и  внука
Мартина. Со дня на день они должны приступить к делам, с Мартином во главе
их канадского отделения. Среди документов компании нет никаких  упоминаний
об Эване Кване.
     3. Мартин Кван является канадцем по рождению. Его мать прилетела сюда
беременной в 1962 году, возвратившись в Гонконг после его рождения. Мартин
поступил в Университет Теннесси, получил звание адвоката и осел в  Канаде,
где и проживает до настоящего времени.
     4. Лотос Кван иммигрировала недавно. Помогал ей в этом брат. До этого
года она в Канаде никогда не была.
     5. Кван Кок-су родился в Китае. Во время  Коммунистической  революции
он бежал в Гонконг. Мартин является его поручителем для иммиграции.  Квану
Кок-су восемьдесят четыре года.
     Первоначально Триады не являлись  преступными  обществами.  Они  были
тайными объединениями, созданными  для  того,  чтобы  выгнать  манчжурцев.
Триста лет назад, в 1644 году, монгольские варвары перешли Великую  Стену,
чтобы  завоевать  Китай.   Маньчжуры   заменили   династию   Минь   своими
собственными правителями, поэтому Триады были образованы, чтобы вернуть  к
власти династию Минь.
     Символом  Триад   был   равносторонний   треугольник.   Три   стороны
символизировали китайскую концепцию Неба, Земли и Человека.
     Руководство  Триад  также  представляло  собой  триединую  структуру.
Управление  олицетворялось  Головой  Дракона  (чьи  легкие  находились   в
Кантоне). Ему прислуживали Красный Шест и Белый Бумажный Веер.  Веер  (или
"415") был  бизнесменом,  распоряжающимся  деньгами  и  всеми  финансовыми
делами. Красный Шест (или "426") расправляющийся с теми, кто становился на
пути у триады.
     6.   "Фанквань   Чжу   Фармасьютикал"   торгует   как    современными
медикаментами, так и древними даосийскими  средствами.  Компания  получала
большую прибыль, снабжая Ханой во время вьетнамской войны.
     7.  Родительская   корпорация   покидает   Гонконг.   Все   имущество
перемещается в ее филиал в Канаде. Новая фабрика строится  в  Ричмонде  на
реке Фрэзер.
     8. Ни один Эван Кван не обращался с просьбой об иммиграции.
     Спровоцированное Триадами Тайпинское восстание 1850  года  привело  к
смерти двадцати миллионов человек. Подавляя его,  манчжуры  убили  миллион
человек,  обезглавив   их,   захоронив   живьем,   подвергнув   медленному
растягиванию и разрезанию на тысячу кусков. В  Гонконг  бежало  так  много
членов Триад, что вскоре его население увеличилось на три четверти.
     Ради денег Триады в изгнании обратились  к  преступной  деятельности.
Пиратство, контрабанда, вымогательство, азартные игры и проституция  стали
их  привычной  практикой.  Китайцы  создали  организованную  преступность.
Героин Триад приносит ежегодный доход больший, чем годовой оборот США.
     В 1941 году японцы оккупировали Гонконг, уничтожив полицейские дела и
записи о преступниках.  Когда  британцы  в  1945  году  вернулись,  Триады
контролировали доки,  транспортировку  и  производство.  Уменьшившаяся  за
время войны в десять раз, гонконгская полиция была возрождена буквально из
пепла, что дало возможность Триадам проникнуть в ее ряды вместе с  набором
добровольцев.  Вскоре  коррупция  распространилась  во  все  подразделения
гонконгской полиции.
     Когда Китай в 1947 году пал перед Мао Цзедуном, Гонконг  открыл  свои
границы беженцам. Три четверти миллиона людей - в том  числе  из  Триад  -
въехало в колонию в поисках  спасения.  Сегодня  Гонконг  служит  убежищем
пятидесяти Триадам. Ни один из их трехсот тысяч их  членов  не  собирается
остаться в Гонконге, когда тот отойдет в 1997 году к Китаю.


     Чан был тем самым копом, который избавил Ванкувер от Пяти Драконов.
     В 1973 году  начальник  полиции  Петер  Гоблер  убежал  в  Англию  из
Гонконга, чтобы избежать расправы. Его последующие разоблачения  послужили
поводом для Независимой Комиссии по Коррупции расследовать  взяточничество
в среде ГКП. Пятьсот дел было открыто в течение года, включая тех  пятерых
копов из Антитриадного  Бюро,  которые  были  членами  Триады  14К.  Сотни
миллионов долларов взяток поступили на их счета в банке.
     В ноябре 1974 года эти пятеро сбежали в Ванкувер. Их "Корпорация Пяти
Драконов" приобрела отдельное здание  под  офис  стоимостью  60  миллионов
долларов. Луи Лок, их руководитель, был известен,  как  "человек  шестисот
миллионов долларов". Эта цифра приписывалась  его  нелегальному  капиталу.
Когда Чан приехал в Ванкувер, Пять Драконов ускользнули на Тайвань, долгое
время служивший убежищем сорока миллионерам, экс-гонконгским копам.
     В  январе  1983  года  примкнувшие   к   Северо-Американской   Триаде
встретились в колонии. КККП узнала о встрече через свою азиатскую агентуру
и службу криминальной разведки. Через несколько недель активы Триады стали
перемещаться  в  Ванкувер,  деньги  отмывались,  превращаясь   в   местное
недвижимое имущество. Неужели город был избран  в  качестве  будущей  базы
Триад?
     Больше всего Чана тревожило наличие шпиона в  составе  Сил.  Это  мог
быть любой из недавнего  набора  среди  азиатов.  Триады  подтачивали  ГКП
изнутри, подчиняясь закону до тех пор, пока он служил им.
     Шпион, следящий для Кванов за  де  Клерком,  придерживался  такой  же
тактики.
     Не стояла ли за Триадами "Фанквань Чжу"?


                             10:01 пополудни

     Конные являлись закрытым кланом.
     Они собрались в кабинете де Клерка - де Клерк, Макдугал, Чан, Чандлер
и Авакомович - там они и стояли отдельной группой, лицом к коллегам.  Дело
судей расширилось, затронув интерес Кванов к Виндиго-Маунтин. Теперь  было
так много взаимосвязей, что их схема  напоминала  карту  дорог.  Несколько
раньше Чан осмотрел комнату на предмет "жучков" и присоединил  "молоточки"
к   стеклам,   чтобы   обезвредить   лазерные   вибрационные    микрофоны.
Оборудование,  которое  Кваны  использовали  до  сих  пор   -   "Вальтер",
поддельное письмо, устройство для вскрытия замка, "Мини-Узи", "Глок-17"  -
все  они  являлись  произведениями  искусства.  Дальше  по  коридору  двое
охранников наблюдали за закрытыми дверьми.
     - Как Кэрол? - спросил де Клерк.
     - Пуля задела кость. Должно быть, тут не обошлось без Святого Павла.
     - А как ты?
     - Одна-две царапины. - Его руки были перевязаны,  а  одежда  порвана.
Его взгляд пылал с того момента, как он прочел распечатку о семье Кванов.
     Каждый воспользовался паузой, чтобы оглядеть коллег. Наконец де Клерк
сказал:
     - Так вот что мы имеем. Мэрдок, Максвелл и Дэниэльс были убиты, чтобы
Кван смог иммигрировать в страну. В прошлом он мог приезжать и уезжать под
вымышленным именем, но он не мог здесь  остаться  навсегда.  После  смерти
людей, имевших отношение к его депортации, это стало теперь возможным.
     -  У  меня  вопрос,  -  сказал  Макдугал,  показывая  на   фотографию
запачканного кровью стола. - Если Максвелл был подкуплен, чтобы  отклонить
депортацию, почему он отсрочил ее вместо того, чтобы отменить вообще?
     - Дэниэльс была слишком  сильным  свидетелем,  -  сказал  Чандлер.  -
Стоило пренебречь ее обвинением, как неминуемо возникли бы вопросы. Кванам
же нужно  было  получить  второе  пристанище  так,  чтобы  комар  носа  не
подточил.
     - Семья заглядывала далеко вперед, - дополнил Чан. - Они послали  его
за границу на  десять  лет.  В  1978  году  было  достаточно  подкупа,  но
десятилетием позже он был вынужден вырвать листы из дела. К  тому  моменту
судье Максвеллу было что терять.
     Де Клерк показал страницы из дневника Мэрдока.
     - Во время депортации Мэрдок вылетал в Гонконг, чтобы посовещаться  с
Кваном Кок-су. Кван Кок-су и Эван каким-то образом  связаны  между  собой.
Идентификация Эвана является ключом к убийствам.
     Авакомович подошел к  коллеге.  Он  прикоснулся  к  рисунку  Паркера,
изображавшему Желтый Череп.
     - Эван изучал молекулярную антропологию  вместе  с  Дэниэльс.  Теория
Роберта  относительно   Блейка   вызвала   у   него   интерес.   До   того
Виндиго-Маунтин была просто глыбой льда.  Теперь  Кваны  ищут  возможность
исследовать пик. Они не получили разрешения на исследования, но все  равно
послали вертолет. Это выяснилось сегодня утром.
     - Все полеты в Альберту и из нее запрещены, - сказал Макдугал. - Бюро
погоды предсказывают, что Скалистые горы будут закрыты  еще  неделю.  Если
вертолет добрался до горы, они замерзнут насмерть.
     - Кто-то из состава Сил послал мою  карту  этого  района  в  Азию,  -
сказал де Клерк. - Она вернулась к  нам  через  Пекин.  Китайская  полиция
хочет получить информацию о Кване Кок-су. Позапрошлой ночью кто-то  выкрал
"Журнал Паркера" из моего дома. Прошлой ночью трое  панков-азиатов  пришли
за мной.
     - Мне так и не удалось связаться с министром Ки, - сказал  Чан.  -  И
никто там не уполномочен вести переговоры от его имени. Запрос Ки, похоже,
является личным.
     - Если Мэрдок, Максвелл и Дэниэльс были убиты ради того,  чтобы  Эван
смог въехать в страну, - спросил Чандлер, - то в чем состоит его интерес к
Виндиго-Маунтин?
     - "Фанквань Чжу" перестраивается, - сказал Чан. - Быть может,  пришло
время убрать преграды на пути у Эвана. Слово Пекина значит в  колонии  все
больше с каждым днем. Если компания является Триадой, преследуемой Гон  Ан
Чжу, то теперь самое время ей убираться оттуда.
     - Мартин и Лотос были в отеле, когда был застрелен Мэрдок. Не было ли
там Эвана, - спросил Макдугал, - под вымышленным именем?
     - Триады убивают, чтобы сохранить "лицо", чтобы посеять страх и чтобы
заставить замолчать свидетелей, - сказал Чан. - Если Эван -  психопат,  то
это - гремучая смесь.  Возможно,  он  превысил  полномочия,  совершая  эти
преступления.
     - Я должен был бы задать Дэниэльс еще два вопроса, - сказал  Чандлер.
- Кто написал второе психиатрическое заключение о Кване? И какой ритуал он
исполнял в лаборатории?
     - Эрик, - сказал де Клерк, поворачиваясь к Чану. - Этот шпион в наших
рядах должен быть найден. А пока, постарайся  добраться  до  министра  Ки.
Почему Кван Кок-су интересует Гон Ан Чжу?
     - Джек, - сказал он, глядя на Макдугала. -  Найди  вертолет  и  обыщи
экспедицию.
     - Джо, - сказал он Авакомовичу. - Проследи  связь  Виндиго-Маунтин  с
делом Кванов. Как только погода наладится, мы высадимся на вершине.
     - Цинк, - обратился он к Чандлеру.  -  Пакуй  свой  багаж.  Следующим
рейсом ты вылетаешь в Гонконг.




                    ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ЛИМБИЧЕСКАЯ СИСТЕМА 


                               Когда я к счастью начал путь,
                               Лишь пара пенсов в кошельке имелась у меня,
                               И я подолгу мог смотреть на вещи,
                               Что купить нельзя.
                               Теперь другие времена: и стоит захотеть,
                               Любую вещь могу купить;
                               И пенсы здесь, и вещи здесь,
                               Куда же юноша исчез?
                                              А.Е.Хаусман "карта Гонконга"



                            БЛАГОУХАЮЩАЯ ГАВАНЬ

            Коулун, Гонконг. Воскресенье, 22 марта, 11:50 утра

     Гонконг оглушил его, словно кувалда в руках Арнольда Шварцнеггера.
     С того мгновения, как "Боинг-747" пророкотал  мимо  отдельных  домов,
теснящихся вдоль взлетно-посадочной полосы аэропорта  Каи-Так,  с  бельем,
развевающимся на бамбуковых шестах  так,  что  оно  едва  не  задевало  за
крылья, с лицами людей внутри квартир, проносящимися так близко, что  Цинк
видел их родинки, его органы чувств были перегружены. За аэропортом жара и
влажность заставили его одежду прилипнуть  к  телу,  словно  он  распахнул
дверцу сушильной центрифуги до того, как завершился ее  цикл.  На  древнем
холме Гонконг-Айленд и здесь, на другом  конце  гавани,  в  улье  Коулуна,
половина из шести миллионов людей жила на площади меньше девяти квадратных
футов на человека. Набитые по семь человек в  комнату  в  одном  из  самых
густонаселенных мест Земли, они буквально не смогли  бы  все  одновременно
выйти на улицы. Сидя в полицейской машине, ползущей  на  юг,  Чандлер  был
убежден,  что  этим  утром  они  решили  совершить  попытку  сделать  это.
Натан-роуд, спинной хребет Коулуна, который называли еще "Золотой  милей",
потому что здесь опустошались кошельки туристов, считался одним  из  самых
широких проспектов колонии. Локоть к локтю и бампер к бамперу, улица  была
запружена  недружелюбно  настроенными   участниками   уличного   движения;
пешеходы толкали друг друга локтями, в то время как  двухэтажные  автобусы
извергали  выхлопные  газы  и  сражались  за  пространство  с  семнадцатью
тысячами такси. Гудящие сигналы и визжащие тормоза  дополняли  общий  гам,
хаос и увеличивали ощущение стресса. Слева от  него  в  машину  заглядывал
"Марлборо-мэн", держа в руках сигареты в картонной пачке. Рыба строила ему
глазки из аквариума, стоящего справа;  туда  помпой  подкачивался  воздух,
чтобы сохранить ее в свежем состоянии  до  тех  пор,  пока  она  не  будет
выбрана в меню. Лес из стекла и стали тянулся вдоль дороги, пневматические
копры на дюжине строительных площадок вколачивали сваи для дополнительного
строительства. По раскачивающимся бамбуковым  мосткам,  накрытым  сетками,
люди-пауки взбирались на шестидесятиэтажные небоскребы,  вздымающиеся  над
головой. Темпы строительства были такими бешеными, что исчезли  не  только
все старые колониальные здания, но и мало  что  осталось  от  50-х  годов.
Человеческий поток на Натан-роуд  возрос  в  два  раза.  Даже  эскалаторы,
спускающиеся к движущемуся тротуару, неслись со скоростью,  превышающей  в
два раза скорость  эскалаторов  где-либо  еще.  Под  неоновыми  вывесками,
громоздящимися по десять штук друг над другом, изделия из золота, нефрита,
брильянты, слоновая кость, наручные часы, камеры,  топоры,  ковры,  свечи,
полотняные ткани,  шелка,  хлопчатые  изделия,  столы,  детские  кроватки,
кормушки, клетки для птиц, чашки, картины и все, что могли бы  купить  три
миллиона туристов - все  было  выставлено  на  продажу.  Уличные  торговцы
заполняли каждый укромный уголок  и  любую  щель,  размахивая  теннисками,
плюшевыми щенками, эротическими резными фигурками и  жаренными  цыплячьими
ножками. Улицы за пределами Натан-роуд каждая имела свою специализацию. На
некоторых было вполне достаточно портных, чтобы  одеть  весь  мир,  другие
специализировались на разведении птиц,  женьшене  или  змеином  яде.  Бары
"Алые губки" и "Задранные юбки" служили обнаженной по пояс  толпе.  Птичьи
рынки  Гон  Лока  продавали  какаду,  длиннохвостых  попугаев,  дроздов  и
зябликов. Во всех ресторанах  имелись  крючки  под  потолком,  на  которые
вешались клетки с птицами, чтобы хозяева могли проветривать их, показывать
их, сравнивать, слушать, как они поют.  Куда  бы  ни  глянул  Цинк,  везде
что-нибудь привлекало его внимание. Японские туристы следовали  за  своими
гидами, окрики которых разносились  над  воловьими  рогами.  Туши  забитых
свиней были развешаны вдоль тротуара. Каллиграфы и предсказатели  будущего
оживленно торговали предметами своего ремесла. Шипение оладий на  жаровнях
присоединялось к запаху солений. Бизнесмены у телефонов  заканчивали  свои
дела, пока они готовились. Движение было левосторонним, так же,  как  и  в
Британии. Переходы были  обозначены  точно  так  же,  как  и  на  покрытии
Абби-роуд. Дизель, выплюнувший в воздух клубы гари, напомнил  ему  Лондон.
Затем, когда машина приблизилась к последней примете  старого  Гонконга  -
сложенной из кирпича и камня Клок-Тауэр, отмечающей самый восточный филиал
"Восточного Экспресса", едкий запах ладана ударил ему в ноздри.
     Свернув с Натан-роуд, машина остановилась у красной двери.
     Сандаловые веточки горели в маленькой часовне рядом со входом.
     Надпись  на  китайском  языке  гласила:   "РЕСТОРАН   ДОЛГОЖИТЕЛЬСТВА
ФАНКВАНЬ ЧЖУ".
     Места, подобные этому, обозначают китайским словом "ренао" -  "жаркое
и шумное". Похожий на пещеру зал был  наполнен  гомоном  от  постукивающих
палочек для еды, переплетающихся голосов, и экзотическими  ароматами.  Для
китайцев еда это религия, а ресторан -  ее  храм.  Преуспевание  ресторана
измеряется тем, сколько людей набито в нем, хозяйка держится  так,  словно
является пра-прабабкой "деток", толпящихся за каждым столом. В  обрамлении
золотых змей, обвившихся вокруг красных колонн, между  семейными  группами
носятся хохочущие дети. Цинк едва протиснулся к  единственному  свободному
стулу.
     Китайская кухня - это воистину  рок.  Конфуций  сказал:  "Наслаждение
едой - первейшее из удовольствий",  к  чему  были  прибавлены  последующие
каноны: "Если у этого имеется четыре ноги, и это - не стол, то  его  можно
есть", и еще: "Если спина этого смотрит в Небеса, значит, его можно есть".
     Китайские блюда -  это  женская  кухня.  Ничего  не  идет  в  отходы,
порождая такие блюда, как утиные лапки,  птичьи  клювы,  и  рыбьи  губы  с
глазами. "Бой дракона с тигром" - это кошка со змеей. "Три  визга"  -  так
называют звук, когда палочками для еды скребут по крысиному зародышу. "То,
из чего готовят еду, считается свежим, если не истек день",  поэтому  Цинк
прошел мимо столов, на которых была сервирована рыба, разрезанная так, что
ее сердце еще билось. Когда готовится утка по-пекински,  уток  сначала  не
убивают. Их запирают в железных клетках  над  углями  жаровни.  Когда  жар
увеличивается, испытывающее жажду пернатое поят из сосудов  вином,  медом,
солодом и имбирным пивом. Когда птица издыхает, ее разрезают и выкладывают
на подносе, и лишь затем жарят.
     Мозг  обезьяны,  выковыриваемый  ложечкой  прямо  из  черепа   живого
животного,  является  истинно  китайским  деликатесом.  Британцы,  большие
любители собак, запретили  употреблять  в  пищу  собачатину,  поэтому  это
делают втайне.  Китайские  повара  изобрели  "пьяных  креветок".  Поданные
живыми и помещенными в стеклянный сосуд, накрытый крышкой, они  заливаются
красным вином через отверстие в крышке. Креветки начинают прыгать, образуя
колеблющуюся массу, после чего их извлекают ложкой  и  бросают  в  кипящий
суп.
     Мужчина, сидевший лицом к свободному стулу, наслаждался  тысячелетним
яйцом. Не так давно один канадский писатель, отведавший этого  деликатеса,
умер из-за костного грибка, который съел его скелет. Цинк  не  думал,  что
такой конец его устраивает.
     - Дэвид Онг, - сказал мужчина, кладя руки на скатерть.
     - Цинк Чандлер, - сказал конный, отвечая  на  рукопожатие.  Его  стул
стоял спинкой к двери. Этикет бедных азиатов.
     - Прошу прощения, что не встретил вас в аэропорту, как собирался. Сан
Йе-он и Во Хоп-то слегка поспорили. Аргумент  демонстрировался  на  улице,
прямо посреди уличного движения.  Я  провел  целую  ночь,  занимаясь  этим
делом. То, что от него осталось,  выглядело  примерно  так,  как  то,  что
сейчас передо мной. Триады не  любят  терять  деньги  и  лицо.  Лучше  мне
понаблюдать за дверью. Пригнитесь, если я крикну.
     Чандлер почувствовал, что у него начинается несварение желудка.
     Суперинтендант  Дэвид  Онг  был  "твердым  орешком",   противостоящим
Триадам в королевской  гонконгской  полиции.  Его  свежевыбритый  череп  и
испещренное оспинами лицо венчали грузное тело  с  приличным  брюшком.  Он
оскалил  зубы,  жемчужно-белые,  с  оттенком  слоновой  кости  на  резцах,
поскольку он только что расправился с яйцом. Голубой, цвета морской волны,
его  костюм  был  сшит   из   лучшего   материала,   изготавливаемого   на
Вин-Он-стрит. Внимание Цинка привлекло к себе  нефритовое  кольцо  на  его
указательном пальце.
     - Мо, - сказал Онг, сжав кулак в соответствии с требованиями  кун-фу.
- Бог войны и боевых искусств. Покровитель полицейских  и  всех  тех,  кто
ненавидит негодяев.
     - Покровитель мертвых, - сказал Цинк, мельком взглянув на его кольцо.
На нем была выгравирована птица со стрелой в груди.
     - Я забронировал вам номер в отеле "Блекфрайерс". В вашем факсе  было
сказано "старающийся скрыть бедность". Происшедшее прошлой ночью сократило
время до предела. Я сделал для вас заказ. Вот уже и несут.
     Официант поставил блюдо между мужчинами. Сменив свои палочки для еды,
Онг поухаживал за Цинком. - "Еда - это лекарство. Лекарство - это еда",  -
перевел он китайские иероглифы, нанесенные на тарелку.  Совершив  круговое
движение палочками, Онг отправил кусочек в рот.
     Аппетитный с виду кусок захрустел у Цинка на зубах.
     - Особый вид черных муравьев из северо-восточного Китая,  -  произнес
азиат.  -  Запеченный  в  масле  вместе  с   семенами   кунжута.   Муравьи
предотвращают артрит.
     Подали следующее блюдо.
     - Пестрые змеи, нарезанные ломтиками, - сказал он, ухаживая за  своим
гостем. - Змеи улучшают кровообразование, разгоняют газы, лечат ревматизм.
     И это обед? - подумал Цинк, наблюдая за тем, как удаляется  официант.
Ему хотелось, чтобы сюда ворвались боевики  Триад.  Он  имел  бы  предлог,
чтобы сбежать.
     Когда к столу приблизилась медвежья лапа, облитая коричневым  соусом,
его адамово яблоко застряло в горле.
     Онг  был   предупредителен,   в   высшей   степени   любезен,   полон
гостеприимства;  он,  казалось,  не  обращал  на  это  смятение   никакого
внимания. Затем расхохотался.
     - Достаточно, - сказал он, прося принести им основное блюдо.
     Чандлер улыбнулся.
     - Лед тронулся, - сказал он. Затем, ввиду того, что люди подвергались
подобным тестам в течение тысячелетий, он захватил палочками  и  съел  еще
одного муравья.
     Они отобедали перепелкой (полезно для легких), олениной  в  ананасном
соусе (мышцы и  почки)  и  охлажденным  рисом  пополам  с  ячменем  (общее
здоровье). Все это они осадили вниз женьшеневым напитком.
     - У нас нет  никаких  записей  о  Эване  Кване.  Ни  свидетельства  о
рождении, ни паспорта, ни каких-либо других документов.  Вы  уверены,  что
кто-либо с таким именем проживает в колонии? - сказал Онг.
     Чандлер кивнул.
     - Мы пытались депортировать его в  1978  году.  Из  наших  материалов
кто-то вырвал листы на прошлой неделе, уничтожив все следы.
     Онг  держал  чашку  с  рисом  у  самого  подбородка  и  поглощал   ее
содержимое.
     -  Кван  Кок-су  -  совершенно  другое  дело.  Он   один   из   самых
преуспевающих людей в сегодняшнем Гонконге.
     Азиат указал на стену в дальнем конце комнаты. Китайские иероглифы  и
даосийские символы покрывали ее от пола до потолка.
     - Зонг пу Кванов. Его родовое древо. Его линия тянется в  прошлое  на
два тысячелетия, ко двору Цинь Шихуань. Цинь объединили Китай и  построили
Великую стену. Кваны служили императорскому трону до 1911 года.
     - Без перерывов? Все это время?
     - Цинь, Хань, Суй, Тань, монголы, Минь, манчжуры -  они  пережили  их
всех. Цинь Шихуань боялся смерти. Кваны собирали травы со всего мира. Цинь
поручил им найти эликсир бессмертия.
     Поставив чашку с рисом, Онг вытянул руки.
     - Долголетие всегда было специализацией Кванов.
     - Каждый жаждет долголетия, а?
     - А вы, инспектор, разве нет?
     Из   своего   пиджака   Онг   извлек    портсигар,    сделанный    из
раковины-жемчужницы. Отодвинув тарелку, предложил  Цинку  закурить.  Когда
Цинк отказался,  щелкнул  дорогой  зажигалкой.  Говоря,  он  размахивал  в
воздухе сигаретой.
     - После того как последний император в 1911 году был свергнут,  Кваны
служили гоминдану Сунь Ят-сена и Чан Кай-ши. В 1945  году  они  бежали  от
коммунистических отрядов и недалеко отсюда  нарвались  на  засаду  патруля
Красной Армии. Отец Квана, его мать,  жена  и  сын  были  убиты  во  время
нападения. Только он и его старший сын добрались до колонии.
     Цинк вытащил блокнот, делая пометки, пока Онг говорил.
     - Кваны прибыли сюда, не имея  ничего,  кроме  своего  зонг  пу.  Они
воспользовались своей славой императорских  фармацевтов,  чтобы  построить
этот ресторан. Каждое блюдо лечит какую-нибудь болезнь.
     - В каком году? - спросил Цинк.
     -  В  1946.   Десятилетием   позже   была   создана   "Фанквань   Чжу
Фармасьютикал". К тому времени сын Квана сменил свое имя на "Стивен Кван".
Азиатское отделение здесь)  закупало  лекарственные  растения,  а  он  тем
временем изучал западную  медицинскую  технику.  Сегодня  компания  делает
миллионы на обоих рынках.
     Официант убрал со стола и принес чай.
     - В 1960 году Стивен женился на беженке с Большой земли. В  следующем
году она родила Лотос Кван. Мартин, единственный сын, родился в 1962 году.
В семье нет никакого Эвана Квана.
     Суперинтендант протянул конному свидетельство о рождении.
     - Лотос родилась здесь. Мартин - в Канаде.
     Дым клубился над  ними,  словно  туман  над  вершиной  весной.  Цинку
пришлось вдыхать запах обезьяны при расследовании дела  Вурдалака.  Каждое
дуновение ветерка со стороны наводило его на мысль о наркотиках.
     - Трагедия разразилась над Кваном Кок-су в 1963 году.  Стивен  и  его
жена  были  взорваны  здесь,  в  колонии.  Мина  была   подложена   в   их
"Роллс-Ройс".
     - Кто-нибудь был обвинен?
     Онг покачал головой.
     - Должно быть, это было напоминание  им  о  Триадах.  Или  конкурент,
сводящий счеты с их компанией.  К  тому  моменту  они  построили  огромную
фабрику в Коулуне.
     Кван обвинил в смерти Стивена коммунистов. После 1949 года  их  семья
была обвинена в контрреволюционной деятельности. "Верные гончие псы  и  их
прислужники", припоминаете? Кван  думал,  что  красные  собираются  с  ним
расправиться. Он не покидал территории фабрики в течение двадцати  четырех
лет. Он живет словно отшельник в своей келье.
     - Он продолжает управлять компанией?
     - Уже нет. Квану уже более восьмидесяти лет и у него слабое здоровье.
Удача отвернулась от него после Вьетнама. Он продавал лекарства и янки,  и
Ханою. Американцы ненавидят его, но здесь его уважают за деловую сметку.
     - Внуки подхватили дела после него?
     - Да, - сказал Онг. - Они выросли  на  фабрике.  Запертые  вместе  со
стариком,  они  воспитывались  частным  образом  и  одновременно   изучали
торговлю. Кван боялся, как бы красные  не  расправились  и  с  ними  тоже,
поэтому ни один из них не делал и шага наружу, пока они не выросли.
     - Может компания быть форпостом Триады?
     - Если бы это было так, я бы знал.
     Онг смял свою сигарету и закурил еще одну.
     - Триады сражались с императором, в то время как  Кваны  преуспевали,
служа при его дворе. Триады разлагали нас, в то время как Кваны  богатели,
продавая  разрешенные  лекарства.  Даосийская  медицина  служит  миллионам
людей. А это всего лишь половина их деятельности на мировом рынке.
     Обедающие за соседним столиком ели сову. Ее клюв лежал на  тарелке  в
качестве гарнира.
     - Каким образом употребление в пищу диких животных продлевает жизнь?
     - Чтобы понять это, нужно проникнуться даосийскими верованиями.
     Онг  провел  мундштуком  сигареты  по   губам,   словно   иллюстрируя
сказанное.
     - Все в этой жизни должно поддерживать равновесие между  инь  и  янь.
Это относится и к нашему телу,  если  мы  хотим  иметь  крепкое  здоровье.
Отсутствие равновесия вызывает болезни, ведущие к смерти.
     Инь представляет отрицательную сторону всего вокруг. Инь -  холодное,
неосязаемое, сжимающееся, темное, несущее в себе  женское  начало.  Янь  -
горячее, грузное, расширяющееся, светлое, несущее в себе  мужское  начало.
Поскольку смерть  -  это  сжатие,  а  жизнь  -  расширение,  то  серьезное
заболевание - это движение от янь к инь.  Даосийские  лекарства  действуют
таким образом, чтобы сохранить равновесие.
     Мундштук замер по центру его рта.
     - Наши тела пронизаны потоками энергии. Эти  "меридианы"  берут  свое
начало на отдельных органах и заканчиваются  на  поверхности  кожи.  Чи  -
энергия жизни - циркулирует по этим путям. Когда инь  и  янь  пребывают  в
равновесии, чи протекает свободно. Когда гармония между  ними  нарушается,
наступает смерть. Заболевание указывает на нарушение равновесия.
     Вы когда-нибудь пользовались акупунктурой?
     - Нет, - сказал Цинк.
     - Иглы для акупунктуры стимулируют эти пути. Лекарства же проходят по
ним,  достигая  таким  образом  внутренних  органов.   Пути,   переносящие
лекарства, воздействуют на все тело. Найти равновесие - значит найти Путь.
Путь - или Дао - это закон, по которому протекает жизнь.
     Официант принес им замороженные  фрукты.  Цинку  никак  не  удавалось
подцепить выскальзывающий фрукт палочками. В  конце  концов  он  варварски
проткнул его.
     - Старение ведет к смерти,  поскольку  это  соответствует  сжимающему
влиянию инь. Долголетие  является  продлением  жизни,  следовательно,  оно
воплощает в себе расширение янь. Действие инь покрывается влиянием янь.  А
значит, при правильно подобранных янь-лекарствах жизнь удлиняется.
     Цинк нанизал очередной фрукт и отправил его в рот.
     - Я хочу повидаться с Кваном Кок-су. Можно это организовать?
     - Возможно. Это зависит от состояния его здоровья.
     - Оуу! - вскрикнул  Цинк,  подскочив  на  стуле.  -  Черт  побери!  -
выругался он, выплевывая половинку зуба. Сок с кушанья упал на его ладонь.
     - Вы...
     - Ох! Нерв обнажился.
     -  Я  отведу  вас  к  своему   дантисту.   -   Онг   блеснул   своими
жемчужно-белыми зубами.
     Мне еще нет и сорока, подумал Цинк, а я уже рассыпаюсь на части.
     Рыба,  толстая,  длиной  в  пять  футов,  имела  плоские  плавники  и
квадратную зубатую  пасть.  Она  лежала  на  ледяном  ложе  на  серебряном
подносе. Не изменившаяся за  шестьдесят  миллионов  лет,  она  именовалась
ихтиологами "живым ископаемым". Мужчина в кресле на колесах также  являлся
ископаемым. За рыбу он уплатил королевскую  цену.  Если  повезет,  спинной
мозг целаканта продлит ему жизнь.
     Они находились в  отдельной  комнате  ресторана.  Здесь  прислуживали
специальные официанты. Кван воткнул в спину рыбы серебряную трубочку.
     - Сосите, - сказал он старику на кантонском наречии. Калека  принялся
глотать, когда в дверь постучали.
     Кван извинился и оставил своего патрона за его трапезой.
     Несколько минут спустя он подошел к Цинку.
     - Мне сказали, что вы понесли некоторый урон от нашей кухни.
     Цинк обратил внимание на безупречный костюм и  выгнутые,  словно  лук
Купидона, губы.
     - Не смог бы ваш дантист уделить мне внимание?
     Азиат вручил Цинку визитную карточку и покинул ресторан.
     Имя на карточке было "Мартин Кван".



                        МЕДИЦИНА, КОТОРАЯ УБИВАЕТ

                              3:10 пополудни

     Когда Новые Территории отошли в 1898 году к Британии, Китай  исключил
Воллд-Сити из списка. В те дни участок Коулуна  был  ничейной  землей,  на
которой пятьдесят тысяч бедняков жили в лабиринте убогих  жилищ  и  улочек
шириной в четыре фута, открытых всем ветрам. Департаменту  здравоохранения
колонии и лицензионным законам не было никакого дела до этого  места,  так
же, как и полиции, которая даже не  побеспокоилась,  чтобы  держать  здесь
патруль. Самозваные дантисты и торговцы снадобьями наживались в  открытую,
в то время как изможденные несчастные зарабатывали себе  крохи  на  жизнь,
торгуя искусственными  цветами,  подметками  для  ботинок,  хозяйственными
мелочами  и  куклами.  Крысы  человеческой  породы   и   настоящие   крысы
существовали здесь бок о бок.
     Фармацевтический комплекс вблизи Воллд-Сити также был  окружен  чужой
территорией. Когда "Роллс-Ройс" с водителем приблизился  к  его  кирпичной
стене, заостренный шпиль на его верхушке блеснул на  солнце.  Машина  была
проверена  системой  безопасности  периметра;   установленные   на   земле
микрофоны восприняли записанный внутри  нее  голос  Мартина,  а  компьютер
сравнил его с информацией, хранящейся в  его  файлах.  Прежде  чем  охрана
открыла с помощью  электроники  наружные  ворота,  чувствительные  датчики
убедились в  отсутствии  взрывчатки  или  приглушенного  дыхания.  Получив
разрешение, лимузин въехал на территорию комплекса.
     Внутри  "Роллс"  миновал  гидропонную  ферму  и  подкатил  к   парку,
расположенному между госпиталем и Внутренним Святилищем. Мартин запросил у
системы безопасности разрешения на вход в  здание  (глазной  идентификатор
сличил рисунок капилляров на радужной оболочке его глаз, идентимат измерил
геометрию его рук), затем направился к Залу Предков Кванов.
     Входные ворота  зала  охранялись  вооруженными  охранниками,  красная
дверь была заперта девятью  запорами.  Вторые  ворота,  по  бокам  которых
стояли каменные драконы, вели  в  расположенный  внутри  двор.  В  Комнате
Поющей Радости, расположенной по другую сторону  двора,  за  столом  сидел
Чанг Чонг, листая документы. Одетый, как и Глава, в  стиле  девятнадцатого
столетия, с усами, свисающими двумя тонкими прядями, он занимался тем, что
уничтожал все следы упоминания о людях, использованных для испытаний ГСПК.
Когда Мартин подошел, старик отложил перо.
     - Как он?
     - Спит. Врачи находятся при нем.
     - Донорский банк  хорошо  снабжается?  Дополнительные  части  прибыли
сегодня утром. Змеиные головы привели также новую элму янь.
     - Глава был бы доволен, - сказал Мартин. - Скажи ему,  что  еще  одна
экспедиция вскоре отправится в Канаду. В случае удачи он получит свой  Янь
Бессмертия.
     Позади третьих ворот  проход  шел  между  двух  сосен  к  Жертвенному
Алтарю, за которым располагалась Гробница Предков. Когда Мартин  нажал  на
кнопку, открывающую люк в полу, изнутри донесся хихикающий смех.
     При свете светильников он спустился по  каменным  ступенькам  в  Яму,
затем подземным туннелем прошел к Лаборатории. Набрав нужный код и  открыв
дверь, скрывающую исследовательский центр, он вошел в  помещение  напротив
криогенного холодильника.  Стены  металлического  помещения  были  покрыты
конденсатом, голубоватый свет мерцал за тройными глазурованными  стеклами.
Внутри, в контейнерах, висела сотня обнаженных тел,  окутанные  клубящимся
туманом, замороженные  каждое  в  отдельности  жидким  азотом.  В  меньших
контейнерах хранилось столько же голов, отрезанных от  тел,  для  будущего
использования. Плата для ожидающих воскрешения  составила  пять  миллионов
долларов.
     Справа от Мартина проводились последние испытания ГСПК.
     - И как? - спросил он, входя в лабораторию.
     Китаец в белом халате с клавиатурой в  руке  смотрел  сквозь  стекло,
пропускающее свет только  в  одну  сторону.  Его  лицо  было  обезображено
пурпурным родимым пятном. За  стеклом  висели,  подвешенные  за  запястья,
пятеро обнаженных мужчин.  Они  сидели  на  велотренажерах,  бешено  крутя
педали.  Сиденья  тренажеров  имели  проволочные  чехлы  с  электрическими
проводами, уходящими к стене, охватывающие их гениталии. К коже каждого из
мужчин были прикреплены электроды. На лице каждого была маска с  фильтрами
и микрофонами.
     - Слева направо доза каждой инъекции увеличивалась вдвое. В основание
черепа введены иглы для внутричерепных тестов.
     Лабораторный Халат выделили область на экране.
     - Обмен веществ каждого из  мужчин  отлеживается  компьютером,  чтобы
заставить их тратить калории с одной и той же скоростью. Тот,  кто  крутит
педали слишком быстро или слишком медленно,  получает  разряд  тока.  Пока
результаты совпадают с полученными на крысах.
     Ниже стекла располагалось пять стоек с цифровым оборудованием. Каждая
была оборудована стереодинамиками и видеоэкраном.
     - Может, посмотрим, как они поживают? - спросил Лабораторный Халат.
     Он увеличил громкость динамика, принадлежащего объекту слева. Комната
наполнилась звуками тяжелого дыхания и слабых стонов.
     - Низкая доза. Мозг холодный. Очень слабое омоложение. -  Он  записал
данные с монитора.
     Следующая группа динамиков издала рыдания.
     - Более высокая доза.  Температура  мозга  несколько  выше.  Заметные
изменения. Перебои в работе сердца,  дыхание  глубокое,  количество  белых
кровяных телец увеличено.
     Крик третьего объекта заставил волосы на  затылке  у  Мартина  встать
дыбом. Что бы препарат ни сотворил с мозгом этого мужчины, его  метаболизм
действительно был многообещающим. Однако после блокировки ГСПК  они  снова
возвращались во власть времени.
     - Насколько он моложе? - спросил бизнесмен.
     - Судя по этим кривым, -  примерно  на  десять  лет.  Только  молодой
организм может выдержать такой стресс.
     Внезапно  за  стеклом  начались  судороги.  Крайний  справа   мужчина
прекратил крутить педали. Из области его паха  полетели  искры  и  повалил
серый дым. Его тело дико дергалось, пока он бился в своих цепях. Сердце  у
него, казалось, готово было вырваться из груди.
     Когда из носа мужчины хлынула кровь, Лабораторный Халат  включил  его
динамик. Единственным звуком было странное шипение.
     - Перегрузка, - сказал ученый. - Его голосовые связки порвались.  Без
достаточного количества ГСПК он сжег свой мозг.
     Теперь начались проблемы у  мужчины  второго  справа.  Его  гениталии
вспыхнули, а из его динамика раздалось невнятное завывание. Обе  ноги  его
дергались, как у лягушки, через которую пропускают ток.
     - Видите, как возрастает у него скорость обмена веществ? Этот  объект
сбросил  двадцать  лет.  Блокирование  ГСПК  позволяет  клеткам  полностью
использовать триоксин - другой гормон, вырабатываемый гипофизом.  Триоксин
способствует  сжиганию  калорий,  поднимая   температуру   мозга.   Резкое
возвращение в юность является побочным эффектом. Сердце, легкие,  иммунная
система омолаживаются.
     Крайний справа мужчина безвольно повис на своих  цепях.  Его  монитор
показал, что он мертв. Следующий  от  него  мужчина  весь  содрогался  при
каждом ударе сердца в груди. Кривые на его мониторе прыгнули круто  вверх,
затем опустились вниз. Вой в его динамиках перешел в бульканье.
     - Что дальше? - спросил Мартин.
     - Поиски  ДНК.  Блокирования  ГСПК  не  достаточно.  Чтобы  продавать
молодость, нам нужен суперген.
     Мартин покинул комнату наблюдений, когда умер третий мужчина. Коридор
справа от него вел к двойным  дверям.  Снова  его  ладонь  была  проверена
идентификатором, затем двери отворились, словно тюремные ворота.
     Донорская ферма являла собой  картину  исправительного  дома.  Вокруг
открытой центральной  площадки  располагались  рядами  камеры,  каждая  из
которых служила жильем для одного из беженцев, которого  "змеиные  головы"
контрабандой привезли сюда. Группа врачей двигалась от  камеры  к  камере,
подыскивая того, кто станет донором  для  сына  калифорнийца.  У  мальчика
Джексона риск отторжения был невелик, поэтому сердце и  почки  могли  быть
взяты от нескольких доноров. Мартина раздражало их патетическое хныканье.
     Рядом  со  стальными  воротами  располагалась  изолированная  камера.
Табличка рядом с глазком гласила:  "Клетка  элмы".  Внутри  Мартин  увидел
существо, которое выглядело как обезьяна, свернувшаяся  клубком  на  полу.
Его руки были длинными, плечи  очень  широкими,  колени  -  полусогнутыми.
Примат ростом в пять футов был покрыт красноватыми волосами.
     Пока он наблюдал за ним, существо встрепенулось.
     Продолговатые челюсти и плоские брови повернулись  по  направлению  к
двери.
     Голова имела коническую форму.
     Лицо было человеческим.



                         ИЗБЕЖАТЬ ВЛАСТИ ВРЕМЕНИ

            Ванкувер. Воскресенье, 22 марта, 6:10 пополудни

     Он постучал в дверь плавучего дома и подождал  под  дождем.  Под  его
ногами палуба поднималась и опускалась вместе с волнами, с воды доносилось
завывание противотуманных сирен. В воздухе висел  острый  запах  чилийской
кухни.
     - Будь это даже столь низменным... - сказал Джозеф, приглашая Роберта
войти. Его палец служил закладкой в "Последнем деле" Трента.
     - Замечательный аромат, - сказал де Клерк, без всякой  уверенности  в
голосе. Кулинарные способности русского были весьма спорными.
     - Теперь я увлекаюсь горячей кухней. Рут - она снимает соседнюю каюту
- безработная. Я помог ей найти крышу над  головой,  и  она  подкармливает
меня. Сегодняшний вечер посвятим Чили. Корона? - спросил Джо.
     Роберт сбросил свой плащ и повесил у двери.  Газовая  плитка  нагрела
комнату, голос Билли Холидея манил за собой. Рядом с  креслом  для  чтения
Джо лежала наполовину завершенная зигзагообразная  головоломка,  слова  ее
кроссворда не были завершены.
     Две головоломки в одной, подумал он, заметив книги на ручке кресла.
     Джо появился из кухни с  откупоренными  бутылками  пива.  В  горлышко
каждой из бутылок было вставлено по веточке липового цвета.
     - Так что с ними? - спросил Роберт, кивнув в сторону кресла.
     - Да уж, - сказал Джо, протягивая ему пиво. - Очаровательные пассажи,
оставленные Кванами.
     Макдугал в Калгари занимался поисками экспедицию. Погода в  Скалистых
горах все еще не наладилась, делая невозможными  любые  поиски  пропавшего
вертолета. Тем не менее, он нашел базу экспедиции - мотель между Калгари и
Эдмонтоном. Джек обыскал комнаты в качестве пролога к попытке найти  место
приземления. Книги лежали под столиком для ма-джонга. Зная об интересе Джо
к подобным вещам, он отослал книги ему.
     Роберт подошел к креслу и просмотрел тома. "Большая нога  или  грудь:
справочник криптозоолога" было написано на корешке одной из них.  "До  сих
пор живы? Загадка йети/саскуача" была озаглавлена вторая.
     - Думаю, я знаю, чем занимаются Кваны,  -  сказал  Джо.  -  Карта  из
Пекина, то, что Дэниэльс сказала Цинку, и эти  книги  являются  ключом  ко
всему. Помнишь Дмитрия?
     - Твоего друга на конференции?
     - У нас состоялся очень интересный разговор.
     Джо поискал на книжной полке позади своего кресла. Он  извлек  оттуда
несколько книг по анатомии, затем показал Роберту  иллюстрацию.  Это  было
изображение  человеческого  мозга,   полученное   с   помощью   магнитного
резонанса, светло-зеленым цветом было показано поперечное  сечение  мозга,
вид сбоку.
     -  Спинной  мозг,  -  сказал  он,  проводя  пальцем   вдоль   хребта.
Позвоночник был увенчан полукругом, похожим на пончик, примятый  снизу.  -
Двигательная система, - сказал  Джо,  -  и  гипофиз.  ГСПК  вырабатывается
здесь. - Змейку спинного мозга обвивал путаный клубок, похожих  на  червей
нервов.
     Билли Холидей приступил к исполнению "Божественной мисс М".
     - Первый вопрос, - сказал Джо,  -  это  -  "почему  мы  стареем?  Что
управляет долголетием?" Кваны считают, что  ответ  нужно  искать  в  нашем
мозге. Вот почему "ГСПК" написано на карте. Изменения  в  мозгу  химически
влияют на все тело,  поскольку  все,  что  находится  ниже  шеи,  является
вспомогательными органами. Их вера в то, что ГСПК влияет на возраст, имеет
смысл, в свою очередь порождая вопрос: "Что управляет гипофизом?"
     Дэниэльс сказала, что Эван думал, будто  был  суперген,  влияющий  на
возраст.  Супергены  -  это  гены,  выполняющие  функции  регулирования  и
контроля. Гипофиз выделяет  гормоны  роста,  утробного  развития  и  пола,
обеспечивая, чтобы ДНК передалась следующему поколению. ГСПК проводит  нас
через репродуктивный возраст, а затем убивает, когда мы  больше  не  нужны
для воспроизводства  ДНК.  Суперген,  управляющий  уровнем  ГСПК  в  нашем
организме, таким образом, имеет смысл.
     Они перешли на камбуз, чтобы перемешать чилийское блюдо.
     - Эван считал, что мы унаследовали от Евы  дефектный  суперген  ГСПК.
Если бы он смог найти его и выполнить его  коррекцию,  мы  могли  бы  жить
полные сто десять лет вместо семидесяти четырех.
     Поиски одного отдельного взятого  гена  напоминают  поиски  иголки  в
стоге сена. Человеческая ДНК имеет сто тысяч генов,  только  восемьсот  из
которых идентифицированы.  Большинство  из  них  -  это  гены,  вызывающие
генетические дефекты, вроде пузырчатой фибромы и мышечной  дистрофии.  Они
были найдены путем сравнения "мутантов" с "нормальной" ДНК - но как  можно
найти измененный ген, являющийся обычным для всех?
     Они обслужили каждый себя на камбузе и вернулись в гостиную, к  столу
с двумя лавками в нише одной из стен.  Дождь  барабанил  в  окно,  соленые
волны ударяли в борт.
     - Нашим ближайшим живущим сородичем является шимпанзе. У него имеется
девяносто девять процентов наших генов. От скелета до отдельной клетки оба
вида почти идентичны, и то, что делает нас  человеком,  а  его  обезьяной,
должно содержаться в этом одном проценте. Если этот один  процент  состоит
из регулирующих генов - что вполне  вероятно,  так  как  продолжительность
жизни обезьян значительно меньше нашей - понимаешь, какую выгоду извлек бы
Эван из ДНК примата еще более близкого к  нам?  Примата,  находящегося  на
ветви гоминидов, а не в тупиковом ответвлении?
     На столе лежал экземпляр "Волынки, крови и славы". Джо открыл его  на
девятой главе.
     - Я нарисовал некоторые добавления к твоей диаграмме.
     Сравнивая нашу ДНК с ДНК других  гоминидов,  Эван  смог  бы  выделить
мутировавший суперген. Чем ближе родственные отношения между  видами,  тем
точнее его исследования. Если гигантопитек  жил  на  Виндиго-Маунтин,  что
лучше могло бы сохранить его ДНК? Вершина круглый год покрыта льдом.
     - Почему именно гигантопитек? - спросил Роберт. - Любой из гоминидов,
предшествующий Еве, подошел бы.
     - Дэниэльс сказала, что Эван интересовался работой Сэчера и  Катлера.
Они обнаружили, что продолжительность жизни увеличивается от вида к виду в
соответствии с увеличением размера мозга по отношению к размерам тела. Чем
больше мозг, тем эффективней он заботится о своем теле.  Эффективный  мозг
потребляет  совсем  мало  калорий.  Меньшее  количество  калорий   требует
меньшего охлаждения. Меньшее охлаждение требует  меньшего  уровня  ГСПК  в
организме. Более низкий уровень ГСПК означает  более  медленное  старение.
Если бы не дефект Евы, то именно это ожидало бы нас.
     Джо перевернул несколько  страниц  в  книге  Роберта,  открыв  ее  на
"Журнале Паркера".
     - Посмотри на Желтый Череп.  Его  черепная  коробка  должна  была  бы
вмещать мозг больший, чем у любого из известных приматов. Даже при росте в
девять или десять футов отношение размеров мозга к  размерам  тела  должно
было бы быть огромным. Вот почему Кваны переполошились из-за твоей книги.
     Отлив  под  ними  сменился  приливом.   Стереомагнитофон   проигрывал
евангелистскую версию "Лестницы Якова".
     - Допустим, что Эван находит суперген. Что тогда? - спросил Роберт.
     - Генная инженерия вышла из-под контроля. Это революция, сравнимая  с
расщеплением атома, открытием гравитации и созданием компьютера. Выделения
определенных бактерий используется в качестве ферментов, которые  вырезают
из цепочки ДНК один ген. Лигаза,  другой  фермент,  вклеивает  извлеченный
таким  образом  ген  в  постороннюю  цепочку.  Полученный  гибрид  создает
рекомбинационную  ДНК.  Помещая  ген  в  бактерию,  можно   добиться   его
воспроизведения за несколько часов вместо нескольких поколений при обычных
условиях. Если ген в своей родной цепочке создавал какой-либо гормон, то и
бактерии,  образующие  миллиардные  колонии,  также  начинают  производить
постоянный поток гормона.
     - ГСПК гигантопитека? - сказал Роберт.
     - Или, возможно, гормон, экранирующий его, замедляя старение. Гормон,
который мы утратили благодаря Еве.
     - Значит, Эван обращается к хорошему гормону  и  закладывает  "Фонтан
Молодости"?
     - Не обязательно останавливаться на этом, - сказал Джо. - Он  мог  бы
использовать "виндиго"-ген для создания  гена  вместо  нашего  дефектного.
Поместив его в нашу ДНК, он смог бы переустановить наш биологический порог
продолжительности жизни, предоставив нам возможность жить - кто  знает?  -
969 лет Мафусаила?
     - Использовать монстра для создания монстра, - сказал Роберт.



                            РЕЛИКТОВЫЙ ГОМИНИД

            Коулун, Гонконг. Понедельник, 23 марта, 10:22 утра

     Звук потасовки эхом разносился по  подземному  коридору,  когда  элму
тащили мимо Ямы и вверх по каменным ступенькам.
     Возле люка, ведущего к Жертвенному Алтарю, Головорез  точил  меч  для
обезглавливания.
     Глава был голоден.
     Пришло время пожинать янь.


             Ванкувер. Воскресенье, 22 марта, 6:55 пополудни

     - Странно, - сказал де Клерк,  -  что  Мэрдок,  Максвелл  и  Дэниэльс
умерли, чтобы Кваны могли охотиться на вымерших монстров.
     - Вымерших? - сказал Джо. - Быть может, и нет. Вчерашние  мифы  часто
оказываются сегодняшней реальностью.
     Конный нахмурился, как бы говоря: "Сколько пива  ты  выпил  до  моего
прихода?"
     В своей биографии Блейка де Клерк написал:
     "Задолго до того, как испанец Хуан Перез "открыл" Западное  Побережье
в 1774 году, сюда прибыли люди,  которых  индейцы  называли  "пожирателями
личинок". В поселке Чинлак, расположенном вблизи от Вандерхуфа, Британская
Колумбия, была отрыта китайская монета двенадцатого века, причем в  слоях,
предшествующих 1730 году. Может,  это  древние  азиатские  путешественники
принесли с собой Желтый Череп, который попал в руки Квакьюлта в результате
торговли или войны?
     У квакьюлтов был миф, связанный со Скалистыми горами,  где,  как  они
верили, в своем призрачном доме жил бог-людоед. Может, они  отвезли  череп
на восток ради какого-то ритуала? Может, именно так он попал  к  равнинным
племенам, а затем к Паркеру?
     Поблизости от  Пургэтори-Хилл  в  современной  Монтане  среди  щебня,
датируемого миллионом лет, недавно был найден коренной  зуб  примата.  Так
что более вероятно, что Желтый Череп принадлежал вымершему виду..."
     Чего он никак не мог допустить, так это того, что этот вид существует
и по сей день.
     Зачем ломать свои представления без всякой необходимости?
     - Мифы являются отражением коллективного заблуждения, - сказал Джо. -
Юнг считал, что в них растворено кое-что  из  нашей  психической  истории.
Сила мифов в том, что фактически легенды рождаются не  в  разуме  отдельно
взятого индивидуума, а наследуются вместе с нашей первичной памятью.  Мифы
являются мыслями на чувственном  уровне,  передающимися  вместе  с  нашими
генами. Вот почему одни и те же мифы присущи различным культурам.
     Лодка качалась, а Элвис пел "Я верю".
     - Современная антропология размежевала ученых.  Тринадцать  процентов
считает, что "большеног" не  является  вымершим  видом,  в  то  время  как
двадцать три процента утверждает, что лохнесское  чудовище  существует  на
самом деле. Мы продолжаем классифицировать  двадцать  новых  млекопитающих
ежегодно.
     - А у тебя есть свое мнение?
     Джо кивнул.
     - Ну и как бы ты ответил?
     - С большим вопросительным знаком. По натуре я  скептик.  Я  едва  ли
верю, что сам существую. Но в 1958 году Советская Академия  признала,  что
два человекоподобных существа живут в Средней Азии.  Оба  они  обитают  на
Памире, в Гималаях, Тянь-Шане. Мой друг Дмитрий прислал мне текст  доклада
"Комиссии по снежному человеку". Он тебя удивит.
     Де Клерк сложил стопкой книги из комнаты экспедиции.
     - Это слишком большой скачок - от костей гигантопитека к тому,  чтобы
утверждать, что большеног существует. Одинаковые ископаемые останки в Азии
еще не доказывают существование йети.
     - Нет, но Желтый  Череп  является  удивительным  совпадением.  Сперва
останки гигантопитека обнаруживаются на  "земле  йети",  а  затем  похожие
кости попадаются на территории, якобы облюбованной большеногом.
     - В этом нет ничего невозможного,  я  полагаю.  Возьмем,  к  примеру,
целаканта.
     В  1938  году  ученые  думали,   что   целакант   -   древняя   рыба,
эволюционировавшая в амфибию - вымерла  шестьдесят  миллионов  лет  назад.
Затем капитан  Хендрик  Гузен,  рыбак  из  Южной  Африки,  поймал  одну  у
Каморских островов возле Мадагаскара.
     То же с  гигантской  пандой,  крошечным  гиппопотамом  и  драконом  с
Коммодо. Все они были мифами, - сказал Джо, -  до  тех  пор,  пока  мы  не
"открыли" их. После чего они перекочевали из криптозоологии  в  признанную
науку. Горная горилла является лучшим тому примером.
     Белым,  путешествовавшим  по   Руанде,   рассказывали   об   огромном
человекоподобном существе,  перелетающем  по  вершинам  деревьев,  издавая
ужасающие крики. Европейцы не обращали на это внимания,  считая  суеверием
черных, пока капитан Оскар фон Беринг не вернулся в 1901  году  со  шкурой
горной гориллы.
     Джо добавил:
     Было  доказано,  что  "африканский  саскуач"  является   реальностью.
Сколько самолетов исчезает ежегодно в местных горах? Таких, которых уже не
находят?
     - Два-три.
     - Идеальное место для реликтового гоминида.
     - Ты что, разыгрываешь из себя адвоката дьявола? Или ты и сам  сейчас
веришь в то, что говоришь?
     Джо указал на книги, оставленные экспедицией.
     - Меня больше интересует, во что верят Кваны.


     В "Систематизации природы" (1775 г.) шведский зоолог Карл Линней ввел
современные биологические названия. Он отметил два подвида человека:  гомо
сапиенс (нас) и гомо ферус (человека дикого). Он  написал  свою  книгу  за
семьдесят пять лет до того, как был открыт Неандертальский Человек,  в  то
время, когда не были известны никакие ископаемые останки гоминидов.
     В течение столетий дикари и белые утверждали, что волосатое  чудовище
живет в диких лесах Северной Америки. В 1784 году  "Таймс"  сообщила,  что
такое существо было убито индейцами у Лесного  озера.  По  мере  того  как
европейские поселенцы осваивали  прерии,  следы  "большенога"  уходили  на
запад, к Скалистым горам. Отступление, обычное для теснимой дикой природы.
     20 октября 1967 года Роджер Паттерсон ехал верхом в  Блафф-Крик-Вэлли
на  севере  Калифорнии.  Там  он  отснял  двадцать  футов  пленки.   Фильм
показывает кого-то, кто кажется самкой саскуача ростом в семь  футов.  При
весе около четырехсот фунтов она покрыта черными волосами. Когда фильм был
показан специалистам, создававшим Кинг-Конга, они посчитали, что актер  не
сможет ходить подобно ей. У "Патти" была совершенно другая мускулатура.
     21 октября 1972 года Алан Берри записал свисты и крики в Хай-Сьеррас.
Проанализировав их  позже  на  анализаторе  звукового  спектра,  пришли  к
выводу, что их издавал примат с голосовым трактом большим, чем наш. Запись
не была сделана при участии какой либо студии звукозаписи.
     Вблизи Валла-Валла, штат Вашингтон, в 1982 году один из егерей службы
охраны леса нашел цепочку следов длиной по пятнадцать дюймов.  Выдавленные
на почве идеальной для оттисков, они оставили накожный рисунок, похожий на
рисунок подошв наших ног.
     От тридцати шести до  двадцати  тысяч  лет  назад  земляной  перешеек
соединял Аляску с Азией. В течение этого периода свободный от льда коридор
тянулся на юг, в сердце Американского континента.  Доисторический  человек
пересек океан с Востока, вот почему  индейцы  принадлежат  к  монголоидной
расе. Может, йети мигрировал  вместе  с  ними?  Или  тогда,  когда  первый
ледниковый период заморозил Берингово море?
     Задолго до того, как  представители  запада  достигли  Средней  Азии,
"отвратительный снежный человек" уже был  здесь.  Тибетская  религия  Б'он
приносила ему в жертву  кровь,  а  буддийские  монахи  считали  мясо  йети
главным лекарством от всех болезней и половым возбудителем.
     С 1820 по 1843 годы Б.Х.Ходсон был  послом  Британии  при  непальском
дворе. Впервые обращая внимание Запада на йети, он писал,  что  его  слуги
опасались волосатого горного человека.
     В 1889  году,  взбираясь  на  Сикким,  британский  майор  Л.А.Вадделл
наткнулся на гигантские следы на  высоте  семнадцать  тысяч  футов.  Когда
Эдмунд Хиллари покорил в 1953 году  Эверест,  он  рассказал,  что  заметил
подобные же следы. Лорд Хант, возглавлявший экспедицию, слышал в  Гималаях
пронзительные вопли.
     В течение трех тысяч лет крестьяне утверждали, что волосатое существо
живет в Шеннонгайских горах Южного Китая. Недавние экспедиции в этот район
вернулись с образцами волос неизвестного примата. Подобно своим  советским
коллегам, Китайская Академия Наук признала существование йети.
     22 апреля 1979 года лондонская "Санди Телеграф"  поместила  заголовок
"СОЛДАТЫ ЕЛИ ЙЕТИ". Китайский журнал "Хуаши" -  что  в  переводе  означает
"Ископаемые" - утверждал, что отряды в Гималаях убивали снежного  человека
ради мяса...



                              ГОРМОН СМЕРТИ

                     Коулун/Роузтаун, Саскачеван.
               Понедельник, 23 марта, 12:05 пополудни -
               воскресенье, 22 марта, 10:05 пополудни

                        Если мне стянут горло петлей,
                        Мати моя, о мати моя!
                        Знаю, чье сердце будет со мной,
                        Мати моя, о мати моя!

     - Цинк?
     - Редьярд Киплинг, ма. С днем рождения.
     - Временами ты очень напоминаешь своего отца. Твой голос  звучит  так
издалека.
     - Из Гонконга. Здесь полдень следующего дня.
     - У тебя изменился голос.
     - Сломался зуб. Я только что пришел от дантиста,  поэтому  во  рту  у
меня все  заморожено.  Все  еще  ощущаю  привкус  материала,  который  они
использовали, чтобы привести мои зубы в приличное состояние.
     - Надеюсь, тебе попался хороший дантист. Не какой-нибудь шарлатан.
     -  Зубы  человека,  который  посоветовал  мне  к   нему   обратиться,
напоминают жемчуг.
     - Ты кипятишь воду, сынок?
     - Все под  контролем.  Кстати,  когда  вернусь,  я  приведу  кое-кого
познакомиться с тобой.
     - Пора уж, - заметила его мама.
     - Ее зовут Кэрол Тэйт. Она тебе понравится.
     - Где вы познакомились?
     - На работе.
     - Она не преступница?
     - Она коп, мама. Американка.
     - Временами я опасаюсь людей, с которыми  ты  встречаешься  на  своей
работе.
     - Том закончил свое бродяжничество?
     - Нет еще. Он прислал мне премиленькую открытку из Греции. Я жду  его
со дня на день.
     - Скажи  ему,  чтобы  он  подстригся,  если  хочет  быть  неотразимым
мужчиной.
     - Сынок...
     - Да, мама?
     - Будь осторожен там. Мы слыхали такие ужасные вещи про эти азиатские
банды.
     - Дорогая моя, - сказал Чандлер. - Всякие  головорезы  оставляют  мне
так мало  свободного  времени.  Должен  бежать.  У  меня  важная  встреча.
Позвонил просто чтобы сказать, что ты лучшая мама из всех.
     - А ты - второй из лучших сыновей, - поддразнила она его.
     Смеясь, они повесили трубки.
     Прежде чем позвонить в номер Чандлера по гостиничному  телефону,  Онг
вошел в маленький кабинет возле вестибюля "Блекфрайерс".
     Там  сидел  мужчина  с  болезненного  вида  лицом,  с  наушниками   и
магнитофоном.
     - Ну? - спросил Онг, блеснув зубами.
     - Парень только что  звонил  своей  матери  в  Саскачеван.  А  теперь
разговаривает с какой-то Кэрол.
     - Узнайте адрес его матери. Он может нам пригодиться.



                     Гонконг, Гонконг. 1:16 пополудни

     Онг потерял Цинка на Центральном  проспекте,  там,  где  башня  офиса
"Фанквань Чжу"  вздымалась  у  подножия  Пика.  Центральный  проспект  был
кишащим оплотом коммерческих банков, акционерных бирж и модных гостиных за
сверкающим стеклом и сталью. Здание смотрело  лицевой  стороной  на  поток
машин  и  пешеходов  по  Коннаут-роуд,  вблизи  от  Эксчейндж-сквер.  Цинк
поднялся на лифте на сорок четвертый этаж.
     Когда двери с шипением отворились, внутрь вскочил лакей,  прислуживая
ему с восточной любезностью. За каждой пальмой в кадке маячили  охранники,
пока крошка  в  облегающем  чонгсаме  уводила  его  прочь,  чтобы  он  мог
подождать  в  роскошной  приемной.  Покачивание  ее  бедер  заставило  его
подумать: "Деньги, власть и секс".
     Обзорная площадка была  очень  просторной  и  отдавала  высокомерием.
Помещение,  северной  стеной  которого   служила   панорама   из   стекла,
возвышалось над заливом, Коулуном,  Новыми  Территориями  и  расположенным
совсем  рядом  Красным  Китаем.   Медный   телескоп   позволял   осмотреть
предприятие Кванов.  Отражающееся  в  зеркале  воды  небо  было  пронизано
султанами  коричневато-желтого  дыма,  горы  вдали  были  подернуты  серой
дымкой,  а   весь   фармацевтический   комплекс   наводил   на   мысль   о
концентрационном лагере. Его  дороги  были  оборудованы  фортификационными
сооружениями, и Чандлер задумался над тем, что же делается там внутри.
     Повернувшись   спиной   к   панораме,   Цинк   оглядел   комнату.   С
противоположной  стороны  вверх  поднимались  ступени,  покрытые   красным
ковром, по сторонам лестницы стояли каменные драконы. Справа  от  лестницы
хорошо укомплектованный бар был обставлен кожаными диванчиками и  лаковыми
шкатулками. Восточная стена была увешана китайскими театральными  масками.
Западная представляла работы Мане, Дега, Ренуара. Окрашенный в желтый цвет
глобус семнадцатого столетия возвышался на мраморном пьедестале  в  центре
комнаты, окруженный метками азиатских завоеваний отдаленных земель.  Рядом
с  глобусом  располагался  архитектурный  макет  фабрики  Кванов,  которую
собирались  построить  в  Ванкувере.  Омываемая  рекой   Фрэзер,   подобно
какому-то новому райскому саду, она ничуть не напоминала  концентрационный
лагерь.
     Эволюция, подумал он.
     Чандлер осмотрел лаковые шкатулки. Он заметил, что каждая из них была
подключена  к  системе   безопасности.   Ближайшая   содержала   китайский
манускрипт. По его  потрепанному  виду  он  понял,  что  манускрипт  очень
древний.
     Когда внимание Цинка переключилось на следующий экспонат, на лестнице
раздались мягкие шаги. Повернувшись, он увидел высокие каблуки  и  точеные
икры, а затем и всю, напоминающую песочные часы, фигуру, задрапированную в
красный шелк. Ого, подумал он.
     - Инспектор Чандлер? Я Лотос Кван.
     И, протягивая ему прекрасной формы руку:
     - Книге, заинтересовавшей вас,  пять  тысяч  лет.  "Лечащая  материя"
Шеннонга содержит описание 365 препаратов. Манускрипт в  той  шкатулке,  -
показывая  налево  от  Цинка,  -  "Канон   внутренней   медицины   Желтого
Императора". Она была написана еще  до  строительства  Великой  Стены,  за
триста лет до Рождества Христова. Мао объявил  ее  китайской  традиционной
фармакологией.
     - "Каноном" все еще пользуются?
     - Около миллиарда человек. Китайская медицина уходит  своими  корнями
на семь тысячелетий назад. Еще чуть-чуть - и мы попадаем в  доисторические
времена.
     Когда Лотос садилась, в разрезе ее одежды мелькнула подвязка. Красная
эластичная полосочка поверх темного края чулка. Цинк подошел к  следующему
ящичку, когда подвязка исчезла.
     "Драгоценные  дополнительные  предписания",  -   сказала   Лотос.   -
Классический даосийский трактат времен династии Тань. Одно из  предписаний
предлагает одно из первых в мире лечений гормонами. Поедание  человеческой
пуповины вместе со свиной печенью. Это, как  предполагается,  предохраняет
от бешенства. Те же принципы лежат в основе современной иммунологии.
     Когда Лотос вставала, в разрезе мелькнули красные трусики.
     - Это - один из томов "Всеобщего каталога растений" Ли Ши-чена. Здесь
представлен только один из пятидесяти двух томов. В течение двадцати  семи
лет он собирал семейные  фамильные  рецепты  придворных  лекарей  династии
Минь. Здесь описываются восемнадцать сотен препаратов и одиннадцать  тысяч
рецептов. Сам Дарвин удостоил Ли своего уважения.
     - А что это? - спросил Чандлер. -  Они  выглядят,  словно  украшенные
резьбой кости.
     - Чиа-ку-вен, -  ответила  Лотос.  -  Здесь  содержатся  предписания,
которые  предшествовали   первым   историческим   записям.   Их   называют
"костями-оракулами".
     - Замечательная коллекция, - сказал он. - Должно  быть,  редчайшая  в
мире.
     - История моей семьи уходит на двенадцать тысяч лет вглубь веков. Мы,
Кваны, всегда занимались медициной.  Мои  предки  собирали  эти  работы  в
течение столетий, сберегая их для будущих  поколений.  Мой  дедушка  очень
чтит нашу историю.
     - Кстати, именно с Кваном Кок-су я пришел повидаться.
     - У него пневмония, так что у меня хватает хлопот. О чем вы хотите  с
ним поговорить?
     - Об Эване Кване, - сказал Цинк, разыгрывая темную карту.
     - Кто это такой? - У нее на лице не  дрогнул  ни  один  мускул.  Одна
бровь насмешливо приподнялась.
     - Студент, приехавший в Канаду в 1978 году. Когда  у  него  случились
неприятности, его адвокат прилетал  сюда,  чтобы  посоветоваться  с  вашим
дедушкой.
     - И как же зовут этого адвоката?
     - Хаттон Мэрдок.
     - Я была в отеле той ночью, когда его застрелили.
     - Как тесен мир, - сказал Цинк. - И полон совпадений.
     - Не совсем так, - сказала Лотос, снова  мелькнув  подвязкой.  -  Мой
брат участвовал в конференции, поэтому я и отправилась вместе с  ним.  Это
была моя первая поездка в Сан-Франциско. Прекрасный город.
     - Ваш брат знал Мэрдока?
     - Мы все встречались с ним. Это  он  предложил  Мартину  поступить  в
Университет Теннесси. Вот почему дедушка вызвал его в Гонконг.
     - Чтобы расспросить его, на какой  юридический  факультет  собирается
поступить ваш брат?
     -  "Фанквань  Чжу"  перемещается   в   Канаду.   Перемещение   должно
осуществиться за период в пределах десяти лет.  У  дедушки  были  вопросы,
касающиеся канадского  законодательства  в  отношении  компаний,  так  что
приглашая Мэрдока, он убивал двух птиц одним камнем.
     - Вместо того, чтобы отправиться в Канаду и посмотреть самому?
     - Мой отец был убит в 1963 году. Дедушка боится разделить его судьбу.
За двадцать четыре года он ни разу не ступал  ногой  за  территорию  нашей
фабрики.
     - Почему ваша компания интересуется Виндиго-Маунтин?
     Никакого вздрагивания.
     Никакого моргания.
     Только двусмысленная улыбка.
     Леди, а вы - хладнокровная покупательница, подумал он.
     - Что вы знаете о "проклятье гробницы царя Тута", инспектор?
     - Это которого играл Борис Карлофф? Или это был Лон Чэйни?
     Лотос  рассмеялась  горловым  смехом,  подражая  Лорен  Бэкол.   Цинк
подумал: она изображает из себя роковую женщину.
     -  Гробница  Тутанхамона  была  открыта  в  1922  году.   Вскоре   ее
первооткрыватели  все  оказались   мертвы.   Египтолог   Хью   Эвелин-Уайт
повесился. "Я навлек на себя проклятье", написал он собственной кровью. Вы
можете догадаться, от какого проклятья они умерли?
     - Мстительные духи? - сказал Цинк. - Ожившие мумии?
     - Фараоны хоронились вместе с овощами и фруктами для загробной жизни.
За те 3350 лет, что гробница  была  засыпана,  эти  органические  продукты
разложились в прах.  В  течение  столетий  грибки  вырабатывали  антигены,
которые и вызвали  аллергические  реакции  у  людей,  открывших  гробницу.
Розовые и серые пятна на стенах свели их с ума.
     Пятнадцать лет спустя землемер в Норвегии собрал две ложки  грязи  из
болота. Он был нанят швейцарской  компанией  "Сандоз".  Когда  грязь  была
подвергнута анализу в Базеле, фармацевты обнаружили  грибок,  который  они
никогда  не  встречали  раньше.  Полученный  таким   образом   циклоспорин
противодействует отторжению тканей при пересадке органов. С тех пор, как в
1983 году он появился на рынке,  процент  успеха  при  подобных  операциях
подскочил до восьмидесяти процентов. Именно такие скрытые резервы растений
мы и разыскиваем по всему миру.
     - На Виндиго-Маунтин? Зимой? Там ведь нет ничего, кроме снега.
     - Природа насыщена химическими веществами. Говорить так, как вы - это
все равно что говорить, что в море нет ничего, кроме воды.  Ива  дала  нам
аспирин. Наперстянка - дигиталис. Самые сильные лекарства приходят из мест
с самым суровым климатом. Кто знает, что мы найдем там?
     Лотос подошла к  античному  глобусу.  Покрытые  красным  лаком  ногти
придали ему вращение.
     - Ежегодно в Бразилии уничтожается все больше амазонских джунглей.  А
вдруг среди этих вырубок  и  пожарищ  будет  утеряно  лекарство  от  рака?
"Фанквань  Чжу"   сохраняет   и   клонирует   растения,   которым   грозит
исчезновение.
     Цинк следовал за азиаткой вокруг медленно вращающегося глобуса. Лотос
дотрагивалась до значков, одного за другим.
     - Здесь экспедиция  собрала  урожай  с  океанских  глубин.  Множество
препаратов скрыто в водорослях. Здесь  экспедиция  приблизилась  к  Южному
Полюсу. Организмы зоны вечной мерзлоты помогли в криогенных исследованиях.
Теперь вы, конечно, понимаете, почему Виндиго-Маунтин  привлекла  внимание
"Фанквань Чжу"? Ее научные тайны никогда не исследовались.
     - Каким образом суперген большенога вписывается в вашу работу?
     Очко.
     Это было то, что требовалось.
     Захвачена врасплох.
     Прекрасное овладение собой, Лотос. Но недостаточно быстрое.
     - Вы слыхали о ГСПК?
     Увеличить преимущество.
     - Некоторые называют его гормоном смерти, потому что он вызывает наше
старение.
     - ГСПК? - сказала  Лотос,  не  слишком  вежливо  пожимая  плечами.  -
Существует много теорий относительно того, почему мы  стареем.  Вы  можете
выбрать на свой вкус.
     - Верно, но суперген - это теория "Фанквань".
     - Кто вам это сказал?
     - В вашей компании имеется утечка.
     - Именно поэтому я и отказываюсь  ответить  на  ваш  вопрос.  Научный
шпионаж - весьма распространенное явление.
     - Продолжайте. Может, вы хотя бы слегка намекнете? В чем состоит ваша
теория? В том, что мы старимся  из-за  того,  что  унаследовали  дефектный
суперген от Евы?
     Внимание.
     Я таки достал вас, леди.
     Попробуйте нейтрализовать это своим нижним бельем.
     - Верховный Суд США постановил, что  генетически  видоизмененные  ДНК
могут быть запатентованы. Исследования в  области  биотехнологии  являются
многомиллиардодолларовой индустрией. Недавно я приняла участие во  встрече
фармацевтов в Японии. Докладчиком был поверенный  в  делах  патентоведения
США. Он посоветовал, чтобы мы все наши научные результаты  сертифицировали
в соответствии с законом прежде, чем выносить их на  всеобщее  обсуждение.
Вот почему наши коулунские лаборатории защищены таким образом. Я  не  могу
ответить на ваши вопросы.
     - Почему кости гигантопитека так интересуют  вас?  Потому  что  "зубы
дракона" считаются даосийским лекарством?
     - Вы продолжаете в том же духе, - сказала Лотос.
     - Это моя работа.
     - Не слишком ли много вы читали в детстве "Терри и пираты"?  Чем,  по
вашему,  мы  занимаемся?  Китайской   алхимией?   Оживляем   клонированных
монстров, чтобы завоевать мир? Мой дедушка - вовсе не Фу  Манчу,  а  я  не
Леди-Дракон. Зловещие азиаты ушли вместе с 1930-ми.
     - Мир не круглый и не плоский. Он изрезанный, - сказал Цинк.
     - Сколько вам лет, инспектор?
     - Почти сорок.
     - Это означает, что уже начался ваш упадок.  Через  десять  лет  ваша
иммунная система откажет. Масса ваших костей уменьшается на  один  процент
ежегодно. Вы уже стали ниже на одну восьмую дюйма. Волосы пробиваются там,
где их никогда не было  потому,  что  разрушается  ваш  генетический  код.
Тестостерон делает тоньше волосы  на  вашей  голове.  И  ваши  сексуальные
возможности, прошу прощения, достигли пика в двадцать лет.
     - Вы знаете, как вернуть дни молодости, миссис Кван.
     - По мере того, как  кости  вашего  черепа  становятся  жестче,  ваша
голова будет увеличиваться.  Но  внутри  ваш  мозг  потеряет  до  двадцати
процентов  своего  веса,   замедляя   рефлексы   и   скорость   протекания
мыслительных процессов. Ваша талия будет расплываться независимо от  того,
как интенсивно вы будете упражняться, а плечи будут становиться все уже по
мере того, как будет уменьшаться мышечная  масса.  Легкие  потеряют  сорок
процентов своего полезного  объема,  а  кровеносные  сосуды  утратят  свою
эластичность, словно  замороженные  спагетти.  Чем  более  пористой  будет
становиться ваша кожа, тем больше будет отвисать ваше лицо. Вскоре  вы  не
сможете услышать высокие частоты. Отвердевший  хрусталик  глаза  затуманит
ваше зрение, а ослабевающие голосовые связки изменят ваш голос. Кто бы  ни
придумал фразу "с возрастом становиться лучше", он сильно лукавил.  И  вот
почему вы, как и все в мире, нуждаетесь в "Фанквань Чжу".
     Лотос подвела его к панорамному окну, возвышавшемуся  над  Гонконгом.
"Благоухающая бухта", простиравшаяся перед ними,  была  грязной  и  серой.
Джонки и сампаны качались на  волнах,  торговые  суда  и  военные  фрегаты
ударялись о причалы. Зеленые двухпалубные  "Звездные  паромы"  сновали  от
берега к берегу, а улицы по обеим сторонам пролива были запружены потоками
людей.
     - То, что вы видите - капитализм в чистейшем виде.  Колония  является
британским экспериментом в соответствии с теорией Дарвина -  лабораторией,
где рыночная система действует без всякого  контроля.  Гонконг  существует
ради получения  прибыли,  чистой  прибыли  и  только  прибыли.  И  это  та
концепция, которая понятна американцам.
     Вы   смотрите   передачи   американского   телевидения,    инспектор?
Существовала ли когда-нибудь  культура,  которая  бы  так  была  озабочена
проблемами сохранения молодости? Вы представляете  себе,  сколько  времени
люди тратят ежегодно на подтягивание лица, уничтожение складок на  животе,
пересадку волос, выкачку жира? Знаете ли вы, что Элизабет  Тэйлор,  Глория
Свенсон,  Джордж  Гамильтон  и  Ларри  Хэгмэн  делали  себе  инъекции   из
околоплодных вод овцы в надежде задержать старение?  Почему?  Потому,  что
Америка преклоняется перед молодостью, как перед идолом. Американцы старше
сорока попадают в отходы общества. Быть стройными, без единой складки тела
- вот чего хотят американцы. Представляете,  что  будет,  если  кто-нибудь
откроет рынок "Фонтана Юности"? Улицы Америки действительно  оказались  бы
вымощены золотом.
     В Америке медицина благосклонна к  тем,  кто  платит.  В  отличие  от
Канады, они не позволяют паразитам общества впустую расходовать препараты.
Одна шестая часть всего населения - тридцать семь миллионов человек  -  не
имеет никакой  медицинской  помощи.  Тот,  кто  в  Америке  преуспевает  -
преуспевает хорошо; тот же, кто нет - может вянуть и умирать. Зачем  бы  в
противном случае им  было  устанавливать  самый  высокий  процент  детской
смертности среди развитых наций? Очевидно, для того, чтобы отсеять  слабых
и генетически ущербных. В Америке здоровье покупается и продается,  как  и
все остальное, на рынке. Американцы хорошо поняли, что такое  естественный
отбор.
     Позвольте мне нарисовать вам картину будущего  Америки.  Дети  быстро
взрослеют, с каждым годом смещая центр тяжести в сторону более преклонного
возраста. Вскоре от побережья до побережья Штаты будут походить на Флориду
сегодня,  с  сорока  пятью  миллионами  американцев  в   возрасте   старше
шестидесяти пяти лет. Даже при шестидесяти процентах федерального бюджета,
направляемых для помощи лицам пожилого возраста, при таком  положении  дел
Фонд Милосердия обречен на  банкротство.  Если  бы  не  введение  в  строй
двухсот больничных коек ежедневно, с настоящего момента до конца  столетия
не было бы никакой  возможности  оказывать  медицинскую  помощь.  Здоровье
каждого американца будет зависеть от его или ее счета в банке, и "Фанквань
Чжу" омолодит тех, кто может заплатить.
     Вы интересовались, чем мы здесь занимаемся? Это ответ на ваш вопрос?
     - Почему вы эмигрируете в Канаду? Почему не в Штаты?
     - Небольшая задержка лишь за тем, чтобы  перевести  капитал.  Но  как
только появятся свободные средства, американский рынок будет  принадлежать
нам. Вы должны быть польщены, -  сказала  Лотос.  -  А  не  раздосадованы.
Вплоть до двадцатого столетия на  китайский  язык  нельзя  было  перевести
слово "личный". Все, что было  меньше,  чем  семья,  было  несущественным.
Британия снабжает вас деньгами, словно разбалованного ребенка.  Американцы
скупили вашу промышленность и выкачивают из нее прибыль.  Гонконг  придает
весьма ценное качество. Его бизнес является семейным.
     - Все зависит от того, чья это семья, - сказал Чандлер.


     Не успел Цинк выйти за дверь, как на лестнице раздались  спускающиеся
шаги.
     - Он добрался до Дэниэльс.
     - Очевидно.
     - Всадник знает слишком много.
     - Ты проверил сообщение?
     - Оно подтвердилось. Час  назад  они  арестовали  нашего  человека  в
Силах.
     - Если Чандлер видел карту ГСПК, то в этом замешан Ки.  Если  они  не
работают вместе, то вскоре будут работать.
     - Мы должны найти ДНК. Блокиратор бесполезен. Все будет  ни  к  чему,
если наши исследования потерпят неудачу. С ней мы будем желанными  гостями
в любой части света. Мы должны выиграть время до тех пор, пока  не  обыщем
Виндиго-Маунтин.



                                 КАННИБАЛ

                         Коулун. 5:31 пополудни

     Калифорниец стоял  рядом  с  убитым  беженцем.  Камера  приблизилась,
показывая извлечение сердца и почек, затем переместилась левее,  к  пятнам
крови  на  руках  Джексона.  Сидя  в  просмотровом  зале  и   просматривая
видеозапись, Головорез изучал выражение беспокойства на  лице  американца.
Беспокойства за сына, в настоящий момент  готовящегося  к  трансплантации.
Беспокойства за себя из-за видеозаписи.
     - Мы должны быть уверены, - сказал Мартин  в  тот  день,  когда  была
заключена сделка, - что обе стороны сохранят  источник  органов  в  тайне.
Ваше участие будет записано  на  пленку  и  будет  храниться  в  ящике,  к
которому есть доступ только у меня.  Стоит  вам  нарушить  наш  уговор,  и
запись будет извлечена наружу. Храните нашу тайну, и она останется скрытой
навсегда. Если кто-либо доберется до  ящика,  запись  будет  сожжена.  Обе
стороны находятся под угрозой. И обе  защищены.  Это  называется,  если  я
правильно припоминаю, "мексиканская стойка"?
     Головорез перемотал запись и просмотрел ее сначала:
     ...кадр с беженцем на ферме доноров,  Джексон  отпирает  решетку  его
камеры...
     ...кадр с беженцем, привязанным к столу, его  тело  дергается,  когда
Джексон стреляет ему в голову скотобойным дротиком...
     ...кадр с анонимным хирургом, извлекающим органы, рядом с  ним  виден
Джексон...
     ...кадр того, как органы пересаживаются его сыну, Джексон  -  у  окна
операционной...
     Удовлетворенный,  Головорез  перематывает  пленку  и  прячет   ее   в
сгораемую коробку. Он покидает просмотровый зал и направляется в подземную
лабораторию, сняв защиту на входе рядом с криогенным холодильником. Пройдя
через лабораторию и выйдя через вторую дверь, он  проходит  туннелем  мимо
Ямы и поднимается по каменной  лестнице.  Когда  он  входит  в  комнату  с
Жертвенным Алтарем над люком, из  Усыпальницы  Предков  раздается  громкий
смех.
     Он нажимает на кнопку под столом и закрывает скользящую крышку люка в
полу.
     На столе были выставлены маяки, которые ведут за собой  Исследование.
Кость-оракул, которая первой предсказала Янь Бессмертия. Карта Замтсарано,
показывающая, где должны находится элмы. "Путевые заметки", доставшиеся от
генерала Пратта в прошлом столетии. И "Журнал Паркера",  похищенный  у  де
Клерка. Ключ от Усыпальницы лежал перед ним.
     Отпирая дверь, Головорез огляделся. Элма все еще была на  алтаре,  ее
волосы запачканы кровью. Меч для обезглавливания лежит  поперек  среза  ее
шеи. Сальные свечи горят позади туловища, освещая комнату тусклым  светом.
Коптя сосуды с духами, дым касается ножей-янь  и  символов  долголетия  на
стенах.
     Головорез вошел в Усыпальницу.
     Воздух внутри насыщен запахом ладана, безумия,  разложения.  Бумажные
фонарики отбрасывали кроваво-красный свет. Глава располагался на Драконьем
Троне из отполированного золота;  филигранно  выполненная  спина  чудовища
служила спинкой, а выдыхаемое рептилией пламя -  поручнями.  Позади  трона
располагалась ширма из нефрита и ивы. То, что скрывалось за ней,  являлось
зонг пу Кванов. Стена вокруг ширмы была разделена на  кубические  ниши,  в
каждой из которых  был  установлен  покрытый  лаком  череп.  Некоторые  из
древних костей  были  покрыты  позолотой.  Пока  Головорез  приближался  к
несчастному на троне, звон гонга и звук флейты сопровождались хихиканьем.
     - Янь! - захихикал Глава, скалясь  словно  череп.  Некоторые  из  его
зубов были заточены на конус.
     - Янь! - прокудахтал он, разрывая на себе одежду и закатив глаза.
     - Янь! - выкрикнул он, ударяя в поднос. - Элма янь  не  помогла!  Янь
Бессмертия!
     - Я тоже хочу получить янь Большого  Волосатого  Существа,  -  сказал
Головорез.
     Старик заворчал и вернулся к своей пище.
     Перед Драконьим Троном  стоял  столик  из  красного  дерева.  На  нем
располагался серебряный поднос. Лишенный кожи,  венчающий  его  череп  был
разбит словно яйцо. Содержимым черепной коробки был  наполовину  съеденный
мозг. Глаза элмы были широко раскрыты от предсмертного ужаса.
     Залитый и пахнущий кровью халат  Главы  был  разорван.  Его  дюймовые
ногти  загибались,  подобно  когтям.  Он  вяло  выковыривал   мозг   своим
ножом-янь, поднося кашицу ко рту серебряными палочками. По  щекам  старика
стекали слезы, и в то же время он хихикал.
     Если бы  Головорез  мог  поступить  так,  как  ему  хотелось,  он  бы
перерезал Главе горло. Ему не терпелось поместить череп деда в один ряд  с
предшествовавшими Главами. К несчастью, Код  Успеха  был  весьма  строг  и
подкреплялся Внутренним Советом Восьмидесятилетних, которые  были  преданы
Чингхо.
     - Его смерть должна быть естественной, - предупредил Чанг Чонг. Совет
все еще обладал властью. Он владел акциями Главы.
     Какая  ирония  судьбы,  Головорез  был  благодарен  Коду,  зная,  как
Внутренний Совет относится к нему.  Происшествие  в  лаборатории  Дэниэльс
явилось испытанием их терпимости, но не произошло ничего похожего  на  то,
что он заслужил после своего возвращения. По-прежнему он  старший  сын,  а
они консервативны,  поэтому,  хоть  и  скрипя  сердцем,  совет  подчинится
правилам. Первый родившийся сын является Главой. И наследуется его  первым
сыном. В течение двенадцати тысячелетий это  было  Путем  "Фанквань  Чжу".
Если верить мифу.
     - Янь! - взвизгнул  Глава,  колотя  по  подносу.  Раскрытый  череп  и
покалеченный  мозг  разлетелись  по  полу.  Истерически  хохоча,  он  стал
царапать свое лицо.
     Головорез улыбнулся.
     Несколько дней - может быть неделя - и дедушка будет мертв.
     Как новый Глава, он станет владельцем акций.
     Кампания станет принадлежать ему и будет  делать  все,  как  он  того
пожелает.
     Упорядоченная и модернизированная,  она  будет  смотреть  в  двадцать
первый век.
     В том случае, если у них еще будет будущее через неделю.
     - Дедушка, твой  страх  за  право  наследования  привел  нас  к  краю
пропасти.
     Не попытайся ты сделать беременной ту женщину, министр Ки не  получил
бы карты. Без карты конная полиция не узнала бы о наших планах.
     Сегодня в полдень, ничего не говоря Онгу, Чандлер выехал в Пекин.
     Из-за тебя наше перемещение в Канаду поставлено под угрозу.  Если  бы
ты не  вмешался,  Ки  вскоре  был  бы  мертв.  Теперь  же  он  постарается
использовать в своих целях КККП.
     Мы должны помешать этому до того, как исследуем Виндиго-Маунтин.  Без
ДНК все равно у нас нет никакого будущего.
     Если я убью Чандлера, в  дело  вмешаются  конные.  Не  будет  никакой
второй экспедиции на гору.
     Если я ничего не стану делать, Ки свяжется с ними. И снова -  никакой
экспедиции.
     Единственный  способ  выиграть  время  -  это  привести   полицию   в
замешательство. А единственный способ сделать это -  это  лишить  Чандлера
разума.
     "Наше самое жестокое наказание", ты  учил  меня,  "это  убить  девять
поколений  семьи.  От  пра-пра-прадедов  до   пра-праправнуков   мы   всем
перерезаем горло, чтобы стереть семью с лица Земли".
     Завтра я использую Путь "Фанквань Чжу".
     Сегодня ночью я вылетаю в Роузтаун, Саскачеван.



                            ТЯНЬШАНЬСКАЯ РЕЗНЯ

                   Пекин. Вторник, 24 марта, 8:10 утра

     Китай.
     Коммунистический Китай.
     Трудно поверить, что смерти Мэрдока, Максвелла и Дэниэльс привели его
сюда.
     Сюда, в город монголов, Минь, маньчжуров и Мао.
     Сюда, в северную столицу Чингисхана.
     Чандлер, стоя на балконе своего номера в пекинском  отеле,  завтракал
апельсином и думал о Кэрол. Минувшей ночью "желтый  ветер"  задувал  среди
хатонгов, засыпая Пекин серой пылью из пустыни  Гоби.  За  унылыми  жилыми
зданиями,   окружавшими   столицу,   синие   горы   указывали   на    край
Северо-Китайской  равнины.  Высоко  над   красновато-коричневыми   крышами
Запретного Города, над площадью Таньаньмынь реяли  раскрашенные  воздушные
змеи.
     Китай.
     Красный Китай.
     Удастся ли ему здесь сорвать маску с Эвана Квана?
     К  югу  от  площади  Таньаньмынь  ворота  Кьянмен  раньше   разделяли
Внутренний  и  Внешний  город,  защищая  императора  от  тех,  кому,   как
считалось, он служил.  Сегодня  стена,  примыкавшая  к  воротам,  исчезла,
уступив место красным лозунгам и портретам Мао.  Но  в  хатонгах  Внешнего
города продолжал жить старый Китай.
     Каждый  хатонг  обладал  своей   собственной   историей.   В   Пекине
насчитывалось три тысячи мелких улочек, большинство из которых было такими
узкими, что по ним могли проехать только  ручные  тележки.  Все  они  были
одноэтажными, так  как  никто  не  должен  был  смотреть  сверху  вниз  на
императора в его паланкине. В Переулке Мокрых Нянь кормилицы  вскармливали
грудью императорских детей. В Цветочном Переулке вдовствующая  императрица
покупала  шелковые  лепестки.  В  Стиральном  Переулке   сплетницы   имели
обыкновение судачить о делах императорской  семьи.  В  Переулке  Травяного
Тумана пытки превратились в искусство.
     Пекин - это город, в котором десять миллионов человек раскатывают  на
пяти  миллионах  велосипедов.  Этим  утром   его   широкие   проспекты   и
трехполосные бульвары  являли  собой  голубовато-серые  потоки  крутящихся
колес. В хатонгах, между тем, время застыло на месте. В них над  запертыми
воротами, за которыми теснились домики с бумажными окнами,  вился  дым  от
очагов, над которыми готовился завтрак.
     Цинк наблюдал за стариком, упражнявшимся в тай-ши.
     Двумя переулками дальше ребенок с обезьянкой играл на флейте.
     Мимо прошли трое мужчин с поклажей на спинах, засунув руки в рукава и
время от времени сплевывая.
     Его внимание привлекла женщина в соседнем хатонге.
     Сперва он решил, что она больна, судя по тому, как она шаталась.
     Затем он увидел, что ее перевязанные ноги  были  длиной  всего  около
трех дюймов.


                                10:00 утра

     Пекинская  штаб-квартира  Гон  Ан  Чжу  своим  фасадом  выходила   на
восточную стену Запретного города. Чан,  отвозивший  Чандлера  в  аэропорт
Ванкувера,  коротко  рассказал   ему   о   китайском   бюро   общественной
безопасности. Теперь, сидя в иностранном отделе в  ожидании  министра  Ки,
под взглядами тандема портретов Ден Сяопина и  Мао,  Цинк  вспоминал  речь
Эрика по поводу полиции Красного Китая.
     До   Коммунистической   революции   1949   года   Силы   Общественной
Безопасности расправлялись со сторонниками гоминдана. Как только армия Чан
Кай-ши стала отступать, они обратились к тем,  кто  совершил  преступления
перед Освобождением ("лицам с контрреволюционным прошлым") и в последующее
время ("активным контрреволюционерам").
     Гон Ан Чжу была организована в 1955 году. Ки  Юксиань,  друг  Мао  со
времени Длинного Марша, стал министром китайской полиции. В том же году он
выступил с речью по "Радио Пекин". "Глаза масс  сияют,  словно  снег.  Они
сообщают мне обо всем подозрительном. Не думайте, что я не  знаю,  что  вы
делаете. Я знаю, товарищи".
     В годы Бамбукового Занавеса Ки был окутан  тайной.  На  его  характер
наложила свой отпечаток тюрьма, из которой он бежал.
     В номере 13 по Тсао Лэн  Тсэ  Хатонг,  в  Тюрьме  Переулка  Травяного
Тумана насильственно начала проводиться линия партии.
     - Люди совершают преступления, - заявил Ки публике, - потому,  что  у
них в голове имеются дурные  мысли.  Моя  функция  состоит  в  том,  чтобы
избавить их от таких мыслей, и, таким образом, сделать из них новых людей.
     Первым шагом  в  создании  нового  человека  явилось  создание  Групп
Обучения.  Ежедневно  в  каждой  камере  организовывалось   собрание   для
вдалбливания руководящих слов  Председателя  Мао.  "Повернувшись  лицом  к
правительству, мы  должны  вместе  учиться  и  следить  друг  за  другом".
Оступившиеся сделали второй шаг, известный под названием Борьба.
     Все начиналось  с  того,  что  нарушитель  стоял  в  тюремном  дворе,
окруженный орущими глотками. "Признавайся!" -  требовала  толпа,  встречая
его ответы грубыми насмешками. Позже его отводили в Зал Допросов. Это  был
бесконечный  коридор  с  темно-зелеными  дверями  с   висевшими   на   них
табличками: "52 комната", "63 комната" и т.д. Из комнат доносились  крики,
угрозы, рыдания.
     Каждая комната для допроса представляла  собой  строгое  помещение  с
белыми стенами  и  кафельным  полом.  Два  стола,  разделенные  деревянным
шкафчиком с красной звездой  наверху,  стояли  повернутые  лицом  к  стулу
заключенного.  Яркие  флюоресцентные  лампы  светили  в  спину   офицерам,
сидевшим за столами, безликим партийным функционерам в темно-синей  форме.
Над ними развевался красный флаг с белой  надписью:  "Снисходительность  к
тем, кто сознается. Суровость к тем, кто отпирается.  Вознаграждение  тем,
кто заслуживает  большой  благодарности".  В  спину  заключенного  смотрел
портрет Мао.
     Часами,  днями,  иногда  неделями  продолжалось  промывание   мозгов.
Допрашивающие были натасканы Ки. "Заключенные делятся на "зубную пасту"  и
"водяные   краны".   Заключенного-"зубную   пасту"   нужно    периодически
выдавливать, чтобы заставить  его  говорить.  Заключенного-"водяной  кран"
нужно один раз как следует встряхнуть, и  из  него  все  польется  наружу.
Насколько сильно давить и встряхивать - зависит от конкретного человека".
     Самых упорных провинившихся  отволакивали  в  подземную  камеру.  Там
сперва  имперские   палачи,   затем   палачи   гоминдана,   а   теперь   -
коммунистические палачи, совершенствовали свое искусство.
     Главным аттракционом  камеры  являлась  "тигровая  лавка"  -  висячая
платформа, которая перегибалась,  причиняя  мучения  пытаемому.  В  первую
очередь ломались кости таза узника, привязанного к  ней,  затем  наступала
очередь остальных частей скелета. Полотенце и ведро были сродни  китайской
пытке водой: не капли, падающие  на  лоб,  что  оказывало  психологическое
действие, а медленное удушение  влажной  тканью,  обернутой  вокруг  лица.
Бамбуковые побеги и раскаленные докрасна вилки также были в ходу.
     Когда Мао распустил в шестидесятых годах Красную Гвардию,  Ки  провел
некоторое время в своей собственной тюрьме.
     - За что? - спросил Цинк.
     - За свое "буржуазное прошлое".
     - Что это означает?
     Эрик пожал плечами.
     - Партийный термин.
     - Кто его освободил?
     - Ден Сяопин. Другой друг дней юности,  ставший  жертвой  "культурной
революции". Когда Мао в 76-м умер, Ден взял верх.  Звезда  Ки  взошла  еще
раз. Он прошел  весь  путь  к  Управляющей  группе  по  делам  политики  и
законности при Центральном Комитете. Он не только  контролирует  тюрьмы  и
полицию, но и является третьим человеком в Политбюро.  Это  крепкий  сукин
сын.
     Мужчина, который, хромая, вошел  в  иностранный  отдел,  не  выглядел
крепким. Он выглядел как человек, которому осталось жить не больше недели.
Его иссохшее тело было согнуто и опиралось на трость.  Рот  был  перекошен
после инсульта. Пожелтевшее от болезни  печени  лицо  кривилось  от  боли.
Сегодня он сменил свой маоистский мундир на плохо сидящий костюм -  верный
признак того, что Красный Китаец чего-то хочет  от  Запада.  Он  похож  на
бумажного тигра, подумал Чандлер.
     Так же, как и его хозяин, кабинет Ки был опустошенным. Там,  где  еще
вчера висели фотографии Никсона, Тэтчер и Мао, виднелись желтые  пятна  на
выцветшей  на  солнце  стене.  Свидетельства  его  партийной  жизни   были
упакованы в ящики; пустой стол и пара стульев - вот все, что осталось.
     - Рак печени,  -  сказал  Ки,  закрывая  за  собой  дверь.  -  Завтра
приезжает мой приемник, а я отправляюсь на покой.
     Чандлер промолчал.
     Что тут было говорить?
     Пропасть между ними была слишком широкой.
     Он удивился, где это Ки выучил английский с таким сильным  британским
акцентом.
     - Я разговаривал сегодня утром с инспектором Чаном.  Состояние  моего
здоровья заставляло  откладывать  нашу  беседу  до  сегодняшнего  дня.  Мы
говорили  о  ваших  убийствах  и  Виндиго-Маунтин.  Меня  радует,  что  вы
разделяете мой интерес к Квану Кок-су.
     Ки вытащил из ящика стола какие-то фотографии. Когда они с  Чандлером
сели,  свет,  отразившийся  от  крыш  Запретного  города,   упал   на   их
поверхность.
     - В то, что я должен рассказать, вы, возможно, не поверите. Если бы я
не пережил этого, я бы и сам не поверил. Только рассказав  вам  правду,  я
достигну своей цели. Искореню владельцев "Фанквань Чжу".
     Ки протянул ему одно фото из пачки.  На  нем  был  изображен  молодой
азиат, подающий с задней линии, Королевский колледж и Математический  мост
на заднем плане.
     - Узнаете?
     - Оксфорд? - сказал Цинк.
     - Кембридж. 1933 год. Год моего окончания университета.
     Следующую фотографию Цинк уже видел раньше - в "Тайме" или  "Ньюсуик"
- каком-то из этих журналов. Босоногие крестьяне шагают вслед за серпом  и
молотом, возглавляемые Мао Цзедуном и двумя отрядами.
     - Я, - сказал Ки, - один из тех, кто обут.
     - Какой это год?
     - 1935. Во время Длинного Марша.
     На третьей был домик в классическом китайском стиле, со склонившимися
ивами и украшенными  орнаментом  балконами.  Перед  ним  стоял  мужчина  с
суровым взглядом.
     - Мой отец, -  сказал  Ки.  -  Наш  дом  в  Шанхае.  Он  был  богатым
землевладельцем с большими планами в отношении меня. Он знал, что западное
образование обеспечило бы быструю карьеру во времена гоминдана. Вы знакомы
с историей Китая?
     - Только в общих чертах, - сказал Цинк. - С множеством пробелов.
     - Император был свергнут с трона в 1911 году. Китай стал  республикой
под  управлением  Сунь   Ят-сена.   Его   правительство   -   гоминдан   -
контролировало юг страны, а императорские помещики удерживали ее остальную
часть. Вплоть до смерти Сунь Ят-сена в 1925 году от рака  Коммунистическая
партия  поддерживала  гоминдан.  После  его   смерти   произошел   раскол.
Коммунисты  стремились   к   социальным   переменам   в   соответствии   с
марксистско-ленинской линией, а Чан Кай-ши настаивал на  капиталистическом
развитии.  Он  хотел  этого,   понукаемый   привилегированной   элитой   и
поддерживаемый  своей  армией,  поскольку  ненавидел  коммунистов  так  же
сильно, как и помещиков.
     - Кван Кок-су был помещиком?
     - Нет, его отец.
     - Где жила их семья?
     - Вблизи Шеннонгайских гор, южнее Синьсяня.
     - Занимаясь медициной?
     - Да, и отыскивая новые лекарства.  Чан  и  мой  отец  были  близкими
друзьями. Оба они были против любых реформ,  угрожающих  их  положению.  В
1926 году Чан повел свою армию на север, чтобы расправиться с  помещиками.
Кваны были захвачены поблизости  от  Сианя.  Вы  знаете,  какое  положение
занимала их семья при императорском дворе?
     - Они были алхимиками, служившими императору. Тот,  который  построил
Великую Стену...
     - Цинь Шихуанди.
     - ...пожелал, чтобы они нашли  эликсир  бессмертия.  В  течение  двух
тысяч лет они были аптекарями в Запретном Городе.
     - Отец Квана заключил сделку с Чан Кай-ши. В обмен на  лекарство  для
долголетия  Кванам   была   предоставлена   возможность   беспрепятственно
добраться до Синьсяня. Синьсянь - это западная провинция, между  Гималаями
и Тянь-Шанем. Чан тем временем осадил Шанхай.
     Мужчина в форме постучал в  дверь  и  вошел,  занося  китайский  чай.
Разлив жасминовый напиток по чашечкам без ручек, он вышел.
     - Был ли подавлен Шанхайский переворот 1927 года?
     Чандлер покачал рукой.
     - Напомните мне.
     -  Люди  Чжоу  Энь-лая  подстрекали  рабочих  на  беспорядки,   чтобы
подорвать  власть  помещиков  Шанхая.  Промышленники,  вроде  моего  отца,
боялись того, какой урон это может нанести их  делам,  поэтому  когда  Чан
пришел, чтобы расправиться с помещиками, его армия  вместо  них  повернула
свои  винтовки  против  коммунистов.  Пять  тысяч  человек  было  медленно
удушены, когда вспыхнула гражданская война.
     - Вы были свидетелем резни?
     - За месяц до этого я уехал в Британию.
     - Сколько вам было тогда?
     - Двадцать один год.
     Ки протянул Цинку две фотографии. На одной из  них  его  отец  и  Чан
Кай-ши позировали на фоне фабрики, извергающей черный дым.
     - Она была бы моей после получения образования.
     Вторая была сделана на спортивной площадке.
     - Филби, Бэрджесс, Блант, Маклин и я.  Маркс  и  Энгельс  витали  над
Кембриджем в том году.
     Ки на мгновение сделал паузу, чтобы перевести дыхание. Цинк  молился,
чтобы он не умер, пока они были наедине.
     - Дети на этой фабрике работали, словно рабы, ночью засыпая  у  своих
машин. Женщины были  вынуждены  продавать  себя  ради  еды,  а  забастовки
подавлялись путем обезглавливания бастующих. В  сельских  поместьях  моего
отца налоги собирались в  течение  шестидесяти  лет  во  все  возрастающих
размерах, принося  прибыль,  которая  исчислялась  семьюстами  процентами.
Должники избегали тюрьмы, посылая своих жен и  детей  на  работу  на  этой
фабрике. Это должно было стать моим будущим.
     Чан  был  охвачен  навязчивой  идеей  уничтожения  коммунистов.   Мао
скрывался в горах на юге. Он обращал  на  свою  сторону  крестьян,  вербуя
добровольцев в партизанские отряды  Красной  Армии.  "Враг  побеждает,  мы
отступаем. Враг разбивает лагерь, мы начинаем ему досаждать. Враг  устает,
мы атакуем. Враг отступает, мы преследуем".
     Я вернулся в Китай, когда  истребление  людей,  проводившееся  Чаном,
достигло своего пика. Коммунисты предлагали братство и  надежду.  Гоминдан
предлагал фабрики рабов. Мог  ли  я  выбрать  капитализм  и  дорогу  своих
предков?  Или  же  я  должен  был  сменить  имя,  забыть  свое  прошлое  и
присоединиться к революции?
     Если бы вы оказались на моем месте, инспектор, что бы сделали вы?
     Казалось, мы обречены были сражаться всегда, сказал Ки Цинку.  Сперва
против болезней и усталости во время Длинного Марша, когда только один  из
пяти выжил после шести тысяч миль пути к Шанхаю. Затем против гоминдана  в
нескончаемой гражданской войне. Затем против японцев в  1937  году.  Затем
против гоминдана в Битве за Чинхо...
     - Когда это было? - спросил Цинк.
     - В 1945-м. Битва в Тянь-Шаньских горах Синьцзяна.
     - Там, куда отправились Кваны после своей сделки с Чаном?
     Министр кивнул.
     Синьцзян - это область, объяснил  Ки,  по  площади  равная  Британии,
Германии, Франции и Италии вместе взятым. Две  долины  -  когда-то  бывшие
огромными  озерами  -  сглаживают  эту  изрезанную  пустынную  территорию;
Джунгария на севере, Тарим на юге, с Тянь-Шанем,  лежащим  между  ними.  У
подножия вечно заснеженных вершин высотой 23.000 футов  дорога  из  Или  в
Урумчи проходит через Чинхо. Там у гоминдана было 15.000 штыков.
     - Наш стратегический  план  заключался  в  том,  чтобы  захватить  их
врасплох, - сказал Ки. - Мой батальон должен был совершить  обходной  марш
на север по дуге в 280 миль, чтобы отрезать дорогу  к  отступлению,  затем
наши основные силы должны были  атаковать  со  стороны  Или.  Сразу  после
перехода через Тянь-Шань мы должны были пересечь  Джунгарскую  пустыню  по
тропе монголов, за Чинхо повернув на юг.
     Мы наткнулись на место резни  случайно.  Чтобы  пройти  по  горам  мы
разбились на группы по десять  человек,  надеясь  избежать  обнаружения  с
воздуха. Нашей целью в тот день было добраться до покинутого  ламаистского
монастыря, тропа к которому проходила по скалистому плато. Обходя зубчатую
стену, мы наткнулись на трупы. Тридцать тел, гниющих в куче. Череп каждого
был вскрыт и из него был изъят мозг.
     Старик  сделал  паузу,  восстанавливая  дыхание.  Цинк  вынужден  был
сосредоточиться из-за последствий инсульта министра. Только  одна  сторона
рта Ки двигалась, когда он говорил.
     - От головы до пальцев ног тела были покрыты  красноватыми  волосами.
Все, кроме лиц, ладоней и ступней. Лица, хотя  и  похожие  на  наши,  были
более примитивными. Плоские лбы, выступающие надбровные  дуги,  выпирающие
челюсти. Колени были  полусогнутыми,  как  у  обезьян.  Ступни  развернуты
внутрь, с выступающими большими пальцами.  Девять  из  них  были  самцами.
Остальные - самки и дети. У всех самок были длинные отвисающие груди.
     - Йети? - спросил Цинк, удивленно подняв брови.
     - Слишком маленькие и похожие на обезьян, - ответил Ки.
     - Вы сделали фотографии?
     - К несчастью, нет. Идя налегке для лазанья по  горам,  мы  не  имели
фотоаппарата.
     - Когда я был мальчиком, - сказал Цинк, -  в  каждом  цирке  было  по
несколько уродцев. "Волосатый человек" был самым обычным аттракционом.
     - Здесь у нас тоже бывали "волосатые люди". Но они не похожи на тела,
виденные мной.
     - Что случилось с останками?
     - Пошли на корм птицам.  Мы  ведь  совершали  форсированный  марш  по
двадцать часов в день.
     - Их убили Кваны?
     - Так мне сказали. Гоминдан проиграл битву  за  Чинхо.  Я  допрашивал
пленных. Каждому из них был предоставлен выбор между казнью и очищением  и
искуплением. Вот каким образом я узнал о причастности Кванов к резне.  Они
зарезали элм, как мне сказали, ради янь, якобы содержавшегося в их  мозгу.
Вот почему черепа, которые я видел, были вскрыты.


 

<< НАЗАД  ¨¨ ДАЛЕЕ >>

Переход на страницу:  [1] [2] [3] [4] [5] [6]

Страница:  [5]

Рейтинг@Mail.ru








Реклама