криминал - электронная библиотека
Переход на главную
Рубрика: криминал

Разинкин Вячеслав, Тарабрин Алексей  -  Цветная масть-элита преступного мира


ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ. "ВОРЫ В ЗАКОНЕ" - ИСТОРИЯ ПРОБЛЕМЫ
Часть 1. ИСТОКИ. МОНГОЛ И ЕГО НАСЛЕДНИКИ
Часть 2. КАВКАЗКИЙ СПРУТ "ВОРЫ В ЗАКОНЕ" И МЕЖНАЦИОНАЛЬНЫЕ ОТНОШЕНИЯ
Часть 3. КОРОЛИ БЕСПРЕДЕЛА
ПОСЛЕСЛОВИЕ, ИЛИ НЕКОТОРЫЕ ИТОГИ БОРЬБЫ
Приложение 1. "Воры в законе" по основным регионам России
Приложение 2. Из воровской почты. МАЛЯВА С ПРОСЬБОЙ О РЕКОМЕНДАЦИИ ДЛЯ КОРОНАЦИИ
Приложение 3. О значении некоторых татуировок в "воровском" мире
Приложение 4. Отдельные слова и выражения блатного жаргона - "фени"

Переход на страницу:  [1] [2] [3] [4]

Страница:  [1]




   Цветная масть - так на воровском жаргоне называют представителей  са-
мого верхнего этажа криминальной  пирамиды  -  элиту  преступного  мира.
Цветная масть - прослойка блатного мира, признающая  "воровской  закон",
презирающая других лиц, в том числе и отдельную часть уголовников.

   ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ.
   "ВОРЫ В ЗАКОНЕ" - ИСТОРИЯ ПРОБЛЕМЫ 
   "... Запомните, кроме вора никому не дано право решать судьбу челове-
ка..."
   Выдержка из "воровской ксивы"

   Приметные реалии сегодняшнего времени: пренебрежение к закону,  мута-
ция нравов, обнищание народа - образовали широкую социальную основу  для
дальнейшего развития организованной преступности в России. Она, по  мне-
нию криминологов, по своей сути представляет результат сплочения  многих
лиц на основе незаконной деятельности. И чем сложнее, масштабнее эта де-
ятельность, тем больших организационных усилий она требует, тем  сложнее
обеспечивающая ее организационная структура,  тем  активнее  преступники
используют или стремятся использовать в  своих  интересах  органы  госу-
дарственной власти. Организованная преступность, в отличие от  неоргани-
зованной, наступает на общество, используя созданное  ею  подобие  госу-
дарственных структур.
   Руководящее ядро в иерархии уголовного мира России занимают  "воры  в
законе". Их социально-психологические характеристики говорят о том,  что
эти преступники не имеют аналогов в мировой криминальной  практике.  Они
достаточно аргументировано, с их точки зрения, оправдывают свое противо-
законное, антисоциальное поведение и образ жизни. При  становлении  уго-
ловного авторитета "вором в законе", он наряду с криминальным профессио-
нализмом приобретает опыт противодействия государственным органам  влас-
ти.
   Отрицание государства и его законов "воровскими" нормами возведено  в
ранг преступного обычая. Кандидат в "законники" должен подобные  правила
не только соблюдать, но и внедрять в повседневную жизнь. Обобщение прак-
тики борьбы с особо опасными лидерами преступной среды позволяет опреде-
лить "вора в законе" профессиональным преступником,  признанным  лидером
уголовного мира, активным идеологом криминального образа жизни и морали.
Он имеет опыт противодействия государственным властным  структурам.  Ему
присущи разносторонние криминальные навыки.
   В воровском сообществе представлены различные типы главарей и лидеров
преступных структур. Например, "вор" по кличке Бибик (здесь и далее  от-
дельные клички и фамилии  изменены  -  Авт.)  возглавлял  организованную
преступную группу в Краснодарском крае. "Вор" по кличке Гурген руководил
преступной организацией в г. Тольятти Самарской области, в которую  вхо-
дили бандитские группировки и структуры, осуществлявшие криминально-ком-
мерческую деятельность. "Вор" по кличке Джем стоит во главе  сообщества,
объединяющего многоцелевые преступные организации, действующие в Дальне-
восточном регионе.
   О Джеме, достаточно колоритной фигуре уголовного мира, стоит  сказать
подробнее. Васин Евгений Петрович (Джем), 1951 года  рождения,  уроженец
г. Борзя, Читинской области, русский, образование среднее,  проживает  в
г. Комсомольске-на-Амуре, ранее судимый: 26 ноября 1966 года  по  статье
206 части 2 УК РСФСР; 12 февраля 1969 года по  статье  206  части  2  УК
РСФСР; 2 ноября 1973 года по статье 206 части 2 и статье 191-1  части  2
УК РСФСР; 9 марта 1981 года по статьям: 206  части  2,191-1  части  1,89
части 1 УК РСФСР; 18 апреля 1983 года по статьям 206 части 3 и 108 части
1 УК РСФСР.
   Преступный авторитет Васина складывался достаточно неординарно. В мо-
лодости он был организатором и капитаном  футбольной  команды  города  и
планировал вывести ее в чемпионы края. Однако этот амбициозный  план  не
сбылся. Тогда Васин, используя сплоченность команды, переориентировал ее
на криминальное направление. В это время город как раз делился различны-
ми преступными группировками на сферы влияния.  Главной  статьей  дохода
был рэкет. Васин и его сплоченная команда одержали верх в  этой  борьбе.
Первоначально все собранные деньги пропивались и проигрывались в  карты.
Постепенно все члены команды, а также и сам Васин оказались в местах ли-
шения свободы. В исправительных учреждениях Васин вел крайне резкую "по-
литику" в отношении актива зоны. Постепенно он склонился к мысли  и  пы-
тался в начале 80-х годов создать в местах  лишения  свободы  преступную
организацию под названием союза истинных арестантов.
   Безусловно, такая деятельность Васина не осталась не замеченной  "во-
рами в законе". Отбывая наказание в Тобольской тюрьме, бывший  футболист
сблизился с грузинскими "законниками" Дато Ташкентским и  Кокой.  По  их
поручительству Васина "короновали" "вором в законе".
   Воровское сообщество не свалилось к нам, словно снег на  голову.  Оно
имеет определенные исторические корни. В преступном мире царской  России
всегда существовал криминальный слой профессиональных преступников, наи-
более организованную часть которых представляли воры различных мастей  и
другие, подобные им, "специалисты". Большинство  профессиональных  прес-
тупников того времени не скрывали своей принадлежности  к  криминальному
образу жизни.
   Октябрь 1917 года и последовавшие за ним социальные потрясения  изме-
нили многое не только в жизни общества, но и в различных  его  слоях,  в
том числе и в преступном мире. Профессиональные преступники либо открыто
продолжали криминальную деятельность, либо, маскируясь под добропорядоч-
ных граждан, становились нелегалами, либо переходили на сторону  Советс-
кой власти. Некоторые эмигрировали за границу, где  успешно  приспособи-
лись к местным условиям.
   Суровые объективные обстоятельства заставили оставшихся в России про-
фессиональных преступников объединиться в  жесткую,  нелегальную  крими-
нальную корпорацию  и  выработать  изощренную  систему  преступной  дея-
тельности на основе приемлемых для них правил и традиций преступного ми-
ра. В конце 20х - начале 30-х  годов  в  результате  острой  межклановой
борьбы профессиональные преступники, наиболее организованная их часть  в
лице воров-карманников и некоторых других из этой  категории,  например,
занимавшихся не только карманными кражами, но и при удобном случае  дру-
гими видами хищений, разбойными и  бандитскими  нападениями,  возглавили
уголовный мир и стали именоваться "ворами в законе".
   Однако в уголовном мире бытует и иное мнение: якобы термин "вор в за-
коне" был пущен в ход сотрудниками НКВД. Например, в одном из писем нэп-
манского "вора в законе", лично полученным одним из авторов этой книги в
качестве ответа на его выступление в  средствах  массовой  информации  о
"воровском" сообществе России, говорится: "... Да и само понятие "вор  в
законе" придумано ЧК. В воровском жаргоне есть "вор честняга",  то  есть
профессионал, гастролирующий по стране..."
   Изучение литературных и других источников, беседы с "ворами  в  зако-
не", а также встречи и беседы с так называемыми  "честными  арестантами"
позволяют сделать еще несколько выводов. Так, нередко сами "воры", чтобы
оправдаться перед администрацией исправительного учреждения или сыщиками
уголовного розыска и чтобы убедительно отстоять свое мнение перед  брат-
вой, подчеркивали: "Я "в законе", поэтому поступил так, а не иначе -  на
основании законов и обычаев преступного мира".
   "Воры в законе", их ближайшее окружение, как  показывают  наблюдения,
всегда превозносили себя, бравировали своими "подвигами", поэтому, по их
мнению, вор, соблюдающий правила и традиции преступного  мира,  конечно,
должен быть "честнягой", самым справедливым в мире человеком. Такая точ-
ка зрения, в частности, отражена в повествовании  Г.  Беркальцева  "Ночь
жизни Леньки Гурова".
   В 1946-1948 годах, когда в Советский Союз стали возвращаться "воры  в
законе" - фронтовики из штрафбатов и просто из войск, а за ними  потяну-
лись в родные края преступники-профессионалы, эмигрировавшие в  Западную
Европу, в основном Польшу и Германию, еще во времена гражданской  войны,
"воры честняги" не признали их за своих. Первые взяли оружие от властей,
что по "воровскому" закону категорически запрещается и в настоящее  вре-
мя. Потому они были объявлены "суками". Вторые, проживая  в  Западной  и
Восточной Европе, занимались коммерческой деятельностью, а это тоже  яв-
ляется нарушением "воровского" закона. Их стали именовать "польскими во-
рами". Позже они тоже попали в категорию "ссучившихся воров".
   Следует отметить, что до середины 40-х годов термином "вор в  законе"
обозначался более широкий круг преступников, в том числе и  те  из  них,
которые придерживались "воровских понятий" и "правил", но не  всегда  их
соблюдали. С началом "воровской" войны (1947-1951 гг.) в местах  лишения
свободы роль "воровского" закона среди элитарного слоя преступников воз-
росла. Криминальное звание "вора честняги" как бы приняло в себя  основ-
ное - "вор в законе", остальные были объявлены "ворами"  "ссучившимися".
Таким образом, в конце 40-х - начале 50-х годов в результате  внутренних
процессов, проходивших в преступном мире, осуществилось жесткое расслое-
ние "воровской" среды, и криминальное звание "вор в законе" стали носить
только те преступники, которые не только признавали, но и бескомпромисс-
но соблюдали "воровские правила" и традиции, так называемый кодекс чести
"вора"
   В 30-е - 40-е и в начале 50-х годов должностные лица ГУЛАГа, учитывая
широкое влияние  лидеров  криминальной  среды,  бывших  "в  законе",  на
большие группы и слои осужденных, активно использовали их  в  подавлении
идеологических противников большевизма в Советском Союзе. Матерые  прес-
тупники не преминули воспользоваться этим. Они стали  досрочно  выходить
на свободу и там  продолжать  криминальную  деятельность.  Такая  "госу-
дарственная поддержка" значительно усилила "воровское" движение, что не-
замедлительно проявилось в уголовном терроре, развязанном против населе-
ния. Послевоенные и пятидесятые годы,  как  указывает  Г.А.  Беркальцев,
"были ярким расцветом воровского мира".
   Активизация уголовных лидеров в  40-50-е  годы,  массовые  бандитские
проявления, а также резкое противоборство "воровских" группировок в мес-
тах лишения свободы, потребовали применения к недавним союзникам  актив-
ных карательных мер со стороны государства. В результате к  началу  60-х
годов большинство "воров" и их сообщников отреклось от преступных обыча-
ев, оказавшись в колониях и тюрьмах,  изолированных  от  основной  массы
осужденных. Остававшаяся на воле часть особо опасных преступников не от-
казалась от "воровских" убеждений и образа жизни.
   По экспертным оценкам, в тот период "воров в законе" было  около  3-5
процентов от численности преступников. После активной  чистки  их  стало
еще меньше. Однако последствия уголовно-правовых и социально-профилакти-
ческих мероприятий закреплены не были. Кроме того,  их  полностью  пере-
черкнули дальнейшие общественно-политические события. Например,  внедре-
ние в деятельность правоохранительных органов в 60-80 годах политико-во-
люнтаристского лозунга "о возможности полного искоренения преступности в
СССР" и якобы достижении ликвидации  профессиональной  и  организованной
преступности в стране принизили роль правоохранительных органов в борьбе
с правонарушениями. Все сводилось к блистательным  бумажным  отчетам,  к
планированию падения преступности.
   На самом деле набирало силу падение  нравов.  Служебную  деятельность
оперативных аппаратов МВД низвели до простейших форм и  методов  работы.
Из ведомственных документов были исключены такие понятия, как "вор в за-
коне", "уголовно-бандитствующий элемент", "бандформирование" и т.п.
   Исключение из нормативных документов вышеназванных и других  подобных
терминов и понятий, а  также  проведение  реформы  уголовного  законода-
тельства предопределили аморфность служебной  деятельности  правоохрани-
тельной системы в отношении "воров в законе" и других лидеров преступной
среды. Авторы Уголовного кодекса 1960 года термины и определения старого
УК РСФСР, относившиеся к отдельным формам  организованной  преступности,
свели в основном к понятиям "банда" и "преступная  группировка  осужден-
ных". Пропали на бумаге, хотя в  жизни  продолжали  существовать,  такие
формы организованной преступности, как "шайка", "преступная организация"
и др. Отныне они подразумевались в "универсальном" понятии "по предвари-
тельному сговору группой лиц". В  Уголовном  кодексе  содержался  термин
"организованная преступная группа", но он в законе никак не раскрывался.
Поэтому его использование практически было затруднено. В основном,  опе-
ративные работники, следователи и судьи отождествляли  его  с  названным
уже понятием "по предварительному сговору группой лиц". Это не требовало
процессуально доказывать признаки организованной преступной  группы  или
преступной организации, что, естественно, облегчало проведение  судебных
процессов по такой категории уголовных дел.
   Таким образом, механизм борьбы с организованной преступностью был не-
определенным и неясным, разработчики УК РСФСР "вместе с водой выплеснули
и ребенка". В свою очередь правоохранительные органы крайне редко приме-
няли статьи 77 и 77-1 УК РСФСР, которые предусматривали уголовную ответ-
ственность за бандитизм и организацию преступных группировок  осужденных
с целью терроризирования осужденных и представителей администрации  мест
лишения свободы (так называемый лагерный бандитизм). При любых вариантах
возбуждения уголовных дел  по  этим  статьям  требовалось  информировать
центральные правоохранительные органы специальными сообщениями. В каждом
случае МВД или Генеральная Прокуратура проводили служебные расследования
и по их результатам привлекали  руководителей  органов  внутренних  дел,
"допустивших подобное", к дисциплинарной ответственности, вплоть до сня-
тия с должностей или увольнения со службы. Чтобы избежать таких  рассле-
дований, работники милиции возбуждали уголовные дела по статьям  уголов-
ного кодекса, предусматривавшим ответственность за менее тяжкие преступ-
ления, например, грабеж, разбой и другие. В местах лишения свободы прес-
тупников наказывали в дисциплинарном  порядке,  в  основном  помещали  в
штрафной изолятор, а наиболее злостных; нарушителей водворяли в  помеще-
ние камерного типа.
   Конечно, такая борьба с преступностью способствовала возрождению "во-
ровского" движения. Можно задаться вопросом,  почему  авторы  на  первое
место поставили неудовлетворительную уголовно-правовую борьбу с  органи-
зованными формами преступности, а не неблагоприятные  социально-экономи-
ческие, социально-политические условия, в так называемый застойный пери-
од, который сложился в СССР в 70-80-е годы? Отвечая на этот вопрос  сле-
дует отметить стойкую антиобщественную установку и высокую приспособляе-
мость к внешним условиям как "воров в  законе",  так  и  других  лидеров
преступной среды. Поэтому даже при благополучной экономической и полити-
ческой ситуации криминальные силы будут настойчиво продолжать преступную
деятельность, которую можно  пресечь  только  целенаправленными  уголов-
но-правовыми и уголовно-исполнительными методами.
   Недобросовестная оценка особо опасных лидеров преступной среды,  неб-
лагоприятная социально-экономическая и социально-политическая ситуация в
стране в 70-80-х годах и, как следствие, отсутствие  наступательности  в
борьбе с "ворами в законе" со стороны государства оказались для них сво-
еобразной социальной передышкой, которая привела к реанимации  и  самому
широкому распространению "криминальнонегативной" идеологии и  стимулиро-
вала рост "воровского" движения.


   Часть 1
   ИСТОКИ. МОНГОЛ И ЕГО НАСЛЕДНИКИ 

   "КРЕСТНЫЙ ОТЕЦ"

   В преклонном возрасте он умер в одной из престижных столичных клиник.
На похороны собрался весь цвет не только  московской,  но  и  российской
преступности. Еще бы, ведь в последний путь провожали  "крестного  отца"
бандитской мафии - Монгола, а в миру - Геннадия Александровича Карькова,
1930 года рождения.
   В Москве Карьков появился в 1969 году после отсидки трех лет в  зоне.
Свой первый срок он получил за кражу. Произошло это в Калужской области,
в городке  Боровск.  Здесь,  в  межколхозной  строительной  организации,
Карьков зарабатывал себе на жизнь. По его меркам получал мало, только на
хлеб. Очень хотелось иметь еще и на масло. Но законными способами это не
получалось. Вот и осенило: зачем  гнуть  спину  там,  где  можно  просто
взять. Страна жила большим колхозом, где все вокруг было наше и мое. Не-
большую часть моего, общего Карьков решил сделать своим,  личным,  а  по
сегодняшним меркам - частным. За это и поплатился. Частная собственность
тогда еще не вошла в моду.
   Уже в то время, в самом начале воровской карьеры,  Карьков  выделялся
природной сообразительностью,  смекалкой,  самостоятельностью,  а  также
резкостью суждений и поступков. Он все предпочитал делать сам. Какое  бы
дело не поручалось ему лично, или в составе бригады, он неизменно  играл
роль неформального лидера потому, что тянул на себе главную ношу. И сло-
жись его судьба иначе, возможно, выбился бы в лидеры  формальные.  Хотя,
вряд ли. Для этого в те времена необходимо было обязательно пройти через
членство в партии, стать в единую шеренгу строителей светлого  будущего.
Карьков относился к категории людей иного склада...

   ВОРОВСКОЙ СЦЕНАРИСТ

   Грузовик долго петлял по московским закоулкам  пока  не  оказался  на
МКАД, на одном из лесных участков. Этот маршрут водитель и его  попутчик
выбрали не случайно. Им скорее всего очень не хотелось повстречаться  со
стражами порядка. В кузове находился  не  вполне  подходящий  для  этого
груз: в простеньком дощатом гробу вместо покойника находился  живой,  но
напуганный до смерти человек.
   Тем не менее странной похоронной команде не  повезло.  Словно  из-под
земли на обочине появился милиционер. Его полосатый жезл настойчиво при-
казал остановиться.
   - Проверка документов. - Старший лейтенант говорил громко, как  чело-
век привыкший командовать.
   - У нас все в порядке, - водитель подал ему какие-то  бумаги.  -  Вот
путевой лист и свидетельство о смерти. Безродного  покойничка  из  морга
везем на захоронение...
   - Проверим, - блюститель порядка ловко перемахнул через борт.
   Сквозь щели наспех сколоченного гроба, а точнее - ящика, жертва  явно
могла разглядеть форму. Тут бы голос подать и, глядишь, внезапный спаси-
тель вызволит из столь страшного заточения. Но рот  раскрывался  лишь  в
беззвучных конвульсиях. В самый, казалось, критический момент  у  жертвы
пропал дар речи.
   - Открывай! - скомандовал милиционер.
   - Не гоже покойничка тревожить, заколочен уже.
   - Расколачивай. Проверим, что за покойник?  -  Недоверчивый  старлей,
видимо, заподозрил что-то неладное и сам взялся за валявшийся  в  кузове
топор.
   Доски импровизированного гроба заскрипели. Щель увеличилась.  Но  тут
прогремел выстрел. Милиционер рухнул на гроб и сполз на дно кузова.
   - Зачем мента замочил? Охренел совсем?  -  раздался  чей-то  истошный
вопль.
   - Другого выхода не было.
   - Мента грохнул. Теперь и этого кончать надо.
   - Заводи и гони к реке. Обоих - в ящик. Камней побольше - и  концы  в
воду...
   - Не надо - в воду, - у жертвы наконец-то прорезался голос.  -  Отдам
все! Только не убивайте.
   - А не врешь?
   Доски снова заскрипели. Крышка открылась. На свет появился пухленький
мужчина. В его трясущейся руке был ключ:
   - Вот - от тайника... - и он тут же выложил, где и что лежит.
   - Молодец, корейка! - "Убитый" мент сел на полу кузова, а потом  под-
нялся. Это был переодетый  Вячеслав  Иваньков,  впоследствии  знаменитый
Япончик, а еще позже - Ассирийский Зять и Японец. Он дружелюбно похлопал
по плечу побледневшего как полотно Вольдемара Миркина,  заведующего  ан-
тикварным магазином.
   - Мог бы и раньше расколоться, а то пришлось целый спектакль разыгры-
вать, - расхохотался "убийца" мента, которым был  Геннадий  Карьков.  Он
держал в руках заветный ключик. - Кто корейку-то шмонал?
   - Я, - подал голос третий "артист", он же водитель грузовика, настоя-
щий шофер с ремстройбазы Буздин по кличке Золотой.
   - И как ты объяснишь это? - Монгол поигрывал ключиком.
   - Век свободы не видать! Все обшмонал, ничего не было...
   После воровской постановки, авторами которой  были  сами  исполнители
при режиссуре Карькова, Монгол и Золотой повезли  антиквара  на  явочную
квартиру по Болотниковской улице, а Япончик, завернув по пути за сотова-
рищами Балдой, Сиськой и Зямой, махнул "бомбить" миркинские апартаменты.
   В шикарном четырехкомнатном жилище, напоминавшем по своей  обстановке
больше музей, чем квартиру обычного обывателя, как и обещал хозяин нико-
го не было. Вытряхнув тайник с драгоценностями и деньгами,  воры  приня-
лись паковать ценные вещи. Красивых безделиц было много. А, как  извест-
но, созерцание прекрасного увлекает и расслабляет. Как раз в  такой  мо-
мент воров и застиг картавый голос, который донесся из казавшейся пустой
кухни:
   - Караул, грабят!
   На мгновение испытав шок, все замерли. Потом, побросав  награбленное,
ринулись к двери. Она у антиквара имела  несколько  хитроумных  запоров.
Ими перед началом дела не забыли воспользоваться, чтобы кто-то чужой ча-
сом не заглянул и не помешал работе. Конечно, открыть запоры в  суматохе
оказалось делом не простым. Тут-то воров и настигла команда:
   - Всех постреляю! Лицом к стене!
   Грабители замерли: ноги привычно шире плеч, руки вперед и вверх. Ожи-
дание страшной развязки сковало мышцы.  Поворачиваться  лицом  навстречу
внезапному противнику никто не решался. Пауза  затягивалась.  Первым  ее
прервал Япончик. Он обернулся и недоумевающе осмотрел остававшиеся  пус-
тыми тылы. Никого не было. Что за чертовщина?
   - Кончай стенку бодать, - бросил он подельникам. - Скоро в штаны  на-
ложите...
   Квартира так и оставалась пустой. Лишь в кухне, под потолком раскачи-
вался в клетке красивый большой попугай. Он смешно надувал  перья,  про-
должая напускать на себя важность. Потом, склонив голову на  бок,  уста-
вившись одним глазом в вошедших грабителей, резко пророкотал:
   - Кар-раул, грабят!
   - Во, гад! Как напугал. - Сиська запустил в клетку свою лапу,  с  ос-
тервенением схватил птицу и свернул ей шею.
   Однако заполученная у антиквара добыча не удовлетворила алчности Мон-
гола. Он предполагал, что из этого денежного мешка можно вытряхнуть  го-
раздо больше. Тут пахана выручил сметливый помощник.  Япончик  прихватил
на всякий случай в качестве трофеев паспорт  и  военный  билет  Миркина.
Авось у того в сберкассе деньги лежат или еще для чего документы  приго-
дятся. Он не ошибся. Документы пригодились.
   Вольдемар Исаакович в состоянии глубокой прострации лежал на  грязном
диване в комнате, ставшей на время его тюремной камерой. Он попрощался с
нажитыми ценностями и молил Господа, чтобы выбраться из всей этой непри-
ятной истории живым. Деньги, конечно, жалко, но он сумеет их еще нажить.
   Вдруг дверь распахнулась. Вошли Монгол  и  Япончик.  Первый  зачем-то
держал в руках его паспорт.
   - Обмануть хотел, корейка? - Монгол был в гневе. - Ключик дал, а  де-
нег положить забыл.
   - Как забыл? Там же столько лежало...
   - Мало лежало. Мало!
   Япончик подскочил к антиквару, встряхнул его за грудки, больно боднул
в лицо:
   - Кого провести хочешь?
   - Такие корейки, как ты, деньги из воздуха делают, - еще одна оплеуха
досталась теперь уже от Монгола. - Связывайся с  кем  хочешь,  но  чтобы
двадцать тысяч было...
   Воровская правилка закончилась тем,  что  Миркин  позвонил  сестре  в
Харьков:
   - Рози, милочка, это Вольдемар. У меня  большие  неприятности.  Нужно
помочь деньгами. Посыльный приедет с моим паспортом и  распиской.  Отдай
ему двадцать тысяч...
   Напомним, что это было в конце 60-х. Тогда на  двадцать  тысяч  можно
было купить несколько кооперативных квартир или четыре "Волги". Для обы-
вателя, который получал в месяц до ста рублей, такая сумма была  капита-
лом, обеспечивающим безбедное существование до конца  жизни.  Монголу  с
сотоварищами этого было мало. Тем не менее и для Монгола  куш  представ-
лялся ценным, потому в Харьков он отправился лично.
   Однако сестренка в своей алчности чуть не перещеголяла братца.  Полу-
чив от Карькова миркинскую расписку на двадцать тысяч рублей, она отдала
только семнадцать.
   - Скажете Вольдемарчику, что больше собрать не смогла.
   - Это ты ему сама скажешь, - из обаятельного посыльного Монгол момен-
тально превратился в того, кем он был на самом  деле.  -  Скидывай  свое
"рыжье". Оно как раз перекроет недостающий должок. Или помочь?
   Он условно кивнул. Стоявший рядом Косой тут же снял с руки  опешившей
женщины изящные золотые часики с таким же браслетом.  Колечко  и  серьги
она отдала сама, чтобы не лишиться вместе с ними ушей. А это, как быстро
смекнула Роза, не заржавеет у негаданных посетителей. Они не остановятся
ни перед чем.

   "КОЗЫРНОЙ ФРАЕР"

   Отмотав от звонка до звонка первый срок, Карьков в провинцию  возвра-
щаться не стал. В зоне он быстро сошелся с нужными людьми. Они-то и  на-
писали кому надо "маляву" (воровское послание), в  которой  рекомендова-
лось: "Козырного фраера" встретить, обогреть и пристроить".
   По фене "Козырным фраером" называют представителя  низшей  ступени  в
воровской иерархии. Проще  сказать  -  начинающего  вора.  Только  не  в
карьковском характере было находиться на подхвате. В зоне еще ладно. Там
свои порядки и правила. От них никуда не денешься. Ты всегда на виду. На
свободе совсем иное дело. Тут масштабы и возможности другие. Есть  прос-
тор, на котором можно развернуться. Как это сделать? Такого вопроса  пе-
ред Карьковымне  стояло.  Зоновские  "университеты"  он  прошел  не  без
пользы.
   Из наркоманов, мелких воришек-домушников будущий пахан быстро собира-
ет ядро новой банды примерно в двадцать человек. Он же намечает  главный
промысел - охота на подпольных наркоторговцев, щипание торгашей,  разбо-
гатевших на обмане покупателей и разных махинациях. У этого люда  самого
рыльце в пуху, и за здорово живешь не каждый побежит заявлять в милицию.
Добычу делили и тут же пропивали, хватали "кайф" на воровских "малинах".
   Можно назвать некоторых сотоварищей  по  банде,  или  по  теперешнему
"бойцов", "пехотинцев", из карьковской организованной преступной группы.
Кто они? Что представляют из себя при более близком  знакомстве?  Напри-
мер, Косой, или Владимир Куприянов. В свои сорок два года он имел  обра-
зование четыре класса и в два раза больше судимостей, сроки по  которым,
если сложить их вместе, тянут аж за семьдесят  лет.  Спасибо  амнистиям,
досрочным освобождениям, на которые наше гуманное государство всегда бы-
ло щедрым даже по отношению к самым изощренным бандюкам.
   Другая не менее колоритная фигура - Сиська. Это по воровской кликухе.
По паспорту это был Лев Генкин, тридцати шести лет. По милицейской  кар-
тотеке - особо опасный рецидивист, каковым его признали после пятой  су-
димости.
   Для полноты картины можно назвать еще некоторых. По  несколько  суди-
мостей и ходок на зону имели Миха (Владимир Михневич), Муха (Мухамед Иб-
рагимов), Жора (Георгий Аверьянов), Галка (Василий Галкин) и Балда (Вла-
димир Быков). На момент формирования банды некоторые только вернулись из
зон после отбытия наказания за предыдущие преступления.  В  массе  своей
все они были пристрастны к алкоголю и наркотикам.
   Среди  этой  братвы  резко  выделялся   девятнадцатилетний   Вячеслав
Иваньков, коренастый, взрывной крепыш. Он неплохо владел приемами японс-
кой борьбы джиу-джитсу. Говорят, именно за это свое умение он и  получил
впоследствии кличку Япончик, а совсем не за восточные черты лица,  кото-
рые ему приписываются. Иваньков быстро вошел в круг приближенных Карько-
ва, с кем пахан чаще всего выезжал на "дела". Забегая вперед, стоит под-
черкнуть, что именно эта черта "личное участие", характерная  для  воров
60-70-х годов, подвела Монгола. Его повязали на разбое.  Личное  участие
было доказано, и он загремел под фанфары на 15 лет. Произошло это в 1972
году. В приговоре суда от  12  июля  по  делу  банды  Карькова  Вячеслав
Иваньков упоминался пять раз, но тем не менее он остался за  кадром,  за
недоказанностью. Хотя на самом деле был ни кем иным,  как  правой  рукой
пахана.
   Это по инициативе Иванькова банда обзавелась грузовиком и двумя "Вол-
гами". Колеса обеспечивали таксисты Трифонов, Бурмистров и шофер Буздин.
В паре с Жорой Япончик добыл удостоверение сотрудника милиции. Его выта-
щили из кармана бесчувственного младшего  лейтенанта  Чухрова,  которого
напоили водкой со снотворным в гостинице "Северная" на  Сущевском  валу.
Была раздобыта и форма. Она не вполне  соответствовала  удостоверению  -
майора внутренних войск и старшего лейтенанта милиции. Но менять они ни-
чего не стали. Так выглядело солиднее. К тому же, когда под нос  перепу-
ганной жертве суется удостоверение, у той  вряд  ли  бывает  возможность
возмутиться несоответствием просветов и звездочек на погонах.
   Пять эпизодов по делу в суде,  которые  пытались  доказать  Япончику,
приходятся на факт разбойного нападения на буфетчицу шашлычной Ломакину.
Охоту на нее братва Монгола устроила в мае-июне  1971  года.  С  десяток
братков выслеживали жертву днем и ночью, на работе и дома. Однако женщи-
не все удавалось ускользнуть. Несколько раз она чуть не попадала в расс-
тавленные засады, но всегда ускользала. Наконец, ее удалось подкараулить
у подъезда дома.
   К возвращающейся с работы женщине подкатила "Волга". Она не успела  и
пикнуть, как выскочившие из нее мужчины подхватили ее под руки и впихну-
ли на заднее сиденье машины. "Волга" тут же  сорвалась  с  места.  После
этого буфетчицу почти два часа катали по вечернему  городу  и  постоянно
подкалывали в толстый, упитанно-упругий бок тонким и острым лезвием фин-
ки. При этом нравоучительно рекомендовали: "Либо дань каждый месяц, либо
мы тебя закопаем еще живой в Подмосковном лесу..."
   Наконец, женщина сломалась и дала согласие на все условия. Ее повезли
домой, чтобы получить первые пять тысяч. По дороге из сумочки у нее  вы-
тащили 630 рублей. Больше взять не  удалось.  В  квартиру  ее  провожали
Карьков и Иваньков. Когда дверь открылась, казалось, смирившаяся  буфет-
чица вдруг вырвалась и закричала: "Помогите! Грабят". Джентльменам удачи
ничего не оставалось, как мгновенно удалиться по-английски, не попрощав-
шись со столь "гостеприимной" хозяйкой.
   Безусловно, позже  со  строптивой  буфетчицы  было  взыскано  гораздо
больше. Из каждого проигрыша бандиты извлекали необходимые уроки. В  бу-
дущем проколов старались избегать. И пахан, и его подопечные матерели по
мере того, как и сколько проворачивали "дел". С каждым разом они  стано-
вились опытнее, безжалостнее. Лишь в одном Монгол оставался  неизменным.
Как и в первый раз, он также лично принимал участие в каждом налете. Ча-
ще всего был за рулем "Волги", которой управлял по доверенности.  Иногда
облачался в майорскую форму. Тогда Япончику доставалось обличие старлея.
Что поделаешь, субординация - святое дело и в воровской среде.
   Можно сказать, наиболее показательным делом монгольской банды был на-
езд на узбекских наркодельцов. Здесь одна из  ведущих  ролей  отводилась
члену банды - женщине. Ею была двадцатилетняя Татьяна Модэ. Ее привлек к
делу Япончик. Он "снял" красивую девицу в ресторане "Узбекистан". Оттуда
махнули на ее квартиру на Большую Почтовую улицу.  Именно  там,  кстати,
потом в качестве заложника держали продавца  антиквариатом  Миркина.  Но
это было уже тогда, когда Модэ получила кличку Плутиха.  Пока  же  милая
девица попросила своего кавалера разобраться с наркодельцами, к  которым
у нее были свои счеты. Она призналась, что на жизнь подрабатывала прода-
жей травки. Ее получала у Минаева, постоянного клиента какой-то узбечки,
кажется, Фатимы. Та отказалась заплатить ей за  распространенное  зелье.
Это по легенде. На самом деле хитрая девица таким образом  хотела  изба-
виться от серьезного конкурента и прибрать к рукам его рынок сбыта.
   Минай (Минаев) жил в доме 26 по Байкальской улице. На условный  стук,
что пришел кто-то из его клиентов, распространителей травки,  он  открыл
дверь. Но вместо знакомой физиономии увидел на пороге  милиционера.  Это
был Япончик. За ним стояли двое в штатском. Балда и Косой.
   - Гражданин Минаев?
   - Да.
   - Вам придется проехать в отделение для выяснения обстоятельств...
   Каких именно, он до конца так и не понял.  Да  это  было  и  неважно,
главное - в претензии милиции ничего не было связано с  его  наркобизне-
сом. Потому вместе со стражами порядка он проследовал без всяких  опасе-
ний и колебаний.
   В машине у подъезда их поджидал Монгол в роли шофера. Старлей на пра-
вах хозяина положения устроился впереди, вежливо предложив Минаеву сесть
на заднее сиденье. С боков его тут же зажали Япончик  и  Косой.  "Волга"
резво взяла с места и, конечно, покатила не в ближайшее отделение  мили-
ции, а в сторону Калужского шоссе. Там невдалеке от трассы располагалось
село Маклино, откуда был родом Сиська. Но и это не насторожило Миная. Он
был уверен, что неприятности ему не грозят. Наоборот, его помощь необхо-
дима для расследования какого-то преступления.
   Маскарад закончился, когда выехали за МКАД. "Волга" остановилась око-
ло грузовика на обочине. Из кабины выглядывал Золотой.
   - В кузове этой машины - вещи, которые вы можете опознать, -  старлей
открыл дверцу, приглашая выходить.
   - Какие вещи? - хотел уточнить Минай.
   - Двигай. Увидишь, - "шкаф" в гражданке, а это был Косой,  подтолкнул
его вперед.
   Как только наркоделец оказался рядом со знакомым  уже  ящиком-гробом,
любезность сопровождающих окончательно пропала с их лиц.
   - Сразу все расскажешь или процедуру будешь принимать? - Косой ударил
Миная в живот. - Где деньги прячешь, с...?
   Согнувшись пополам, тот сел на ящик, судорожно глотая  открытым  ртом
воздух:
   - За что? Какие деньги?
   - Погоди. Надо сперва крышку с гроба снять, - засуетился рядом Балда.
   До Миная начало доходить, в руки каких "милиционеров"  он  попал.  Он
попробовал сопротивляться, но после нескольких ударов и пинков успокоил-
ся и сам улегся в ящик. Но на этом он не сдался.  Его  пришлось  все  же
везти в деревню. Там всю ночь держать в сыром погребе. Только и  это  не
помогло. Тогда его снова запихали в ящик. Япончик и Балда схватили  дву-
ручную пилу и принялись распиливать ящик и лежащего в нем человека. Ког-
да на Миная обильно брызнули опилки и показалось зубчатое лезвие,  прог-
рызшее уже крышку, он заскулил и запросил пощады.
   По прибытии в Москву Минаев  позвонил  сожительнице,  которая  вскоре
принесла в указанное ей место пять тысяч рублей  в  облигациях,  золотые
часы и морфий. После этого  его  отпустили,  обязав  платить  регулярную
дань.
   Оказавшись на свободе, Минай быстро выяснил, что виновницей всех  его
злоключений является Модэ. Позвонив ей, он убедился,  что  она  дома,  и
отправился чинить разборку. Но разборку учинили ему. В татьяниной  квар-
тире вместе с хозяйкой его поджидали Япончик и Балда.
   - Деньги принес? - встретил его вопросом Иваньков.  -  Молодец.  Даже
раньше срока. Инициативу мы ценим.
   - Нет. Я по другом...
   - Другого быть не может, - в лоб уперся ствол пистолета.
   Под угрозой оружия Минаю пришлось раскрыть источник, из  которого  он
получал наркоту. Так бандиты вышли непосредственно на  Фатиму.  Они  без
промедления отправились по указанному адресу. Команда опять замаскирова-
лась под сотрудников милиции. Пять раз судимый Муха представился  "стар-
шим оперуполномоченным по особо  важным  делам  МВД  майором  Моргисом".
Имевший три ходки в зону Галка стал "следователем". Приговоренный в  об-
щей сложности почти к сотне лет отсидки Сиська и пока  зеленый  Иваньков
выступили в роли понятых.
   Вот эта "оперативно-следственная бригада" и проводила обыск в кварти-
ре Фатимы. И нашли, что искали: полкило морфия, пару золотых часов и  30
рублей. Такой куш явно не устраивал бандитов, но для "оперов" был доста-
точным поводом, чтобы перепроводить гражданку Берснукаеву  на  Петровку,
38. Но отвезли ее не в уголовный розыск, а на квартиру  к  жене  Сиськи.
Там потребовали в качестве откупных, чтобы закрыть дело о  наркоте,  де-
сять тысяч рублей. Фатима даже обрадовалась, что так  легко  отделалась,
мол, хорошо, что и среди ментов есть такие,  кто  хочет  вкусно  есть  и
пить. Она пока не поняла, в чьи лапы попала.
   Заполучив вскоре выкуп, бандиты поняли, что продешевили. Чтобы испра-
вить положение, решили еще раз заманить жертву в ловушку. Эту роль опять
возложили на Татьяну Модэ. Та, зная, что Фатиме нужны деньги, пригласила
ее на встречу как клиентка, якобы для приобретения крупной партии нарко-
ты. Болтая о грандиозной сделке, угощая чаем, а все происходило на квар-
тире татьяниной матери, задержала гостью допоздна. Потом вышла проводить
и заодно помогла поймать такси. Конечно, за  рулем  машины  был  человек
Монгола. По пути он взял попутчиков. Не заметив подвоха, Фатима не  воз-
ражала против этого. Но, как только дверцы "Волги" захлопнулись, она по-
жалела об этом. Пассажирами оказались уже знакомые ей Монгол, Япончик  и
Сиська.
   Как позже, на суде, зачитывались данные следствия,  женщину  связали,
заткнули рот кляпом и бросили на пол машины. Маршрут такси  сразу  изме-
нился. "Волга" помчалась уже по известной дороге, к деревне Маклино. Как
и Минаева, Фатиму ждали сырой погреб, а потом жестокие издевательства  и
побои. Больше других усердствовал Людоед, сорокадвухлетний подсобный ра-
бочий продмага Шурушкин. Он отличался особыми садистскими наклонностями.
Накинув на шею Берсункаевой веревочную петлю, он становился одной  ногой
ей на грудь, а руками тянул удавку пока жертва не теряла  сознание.  Так
продолжалось до тех пор, пока Фатима не сломалась...

   ВЕЛИКИЙ МОНГОЛ

   Полную силу в криминальном мире Геннадий Карьков  приобрел  не  из-за
безжалостных бандитских набегов. Пока он гонялся по Москве за буфетчица-
ми и наркодельцами, вытряхивал появляющихся цеховиков, богатых  ювелиров
и антикваров, все это время он так и оставался "Козырным фраером".  "Во-
ром в законе" он стал только в зоне. Здесь его  "короновали",  и  отсюда
его авторитет взлетел на небывалую высоту. Но случилось это уже в  конце
семидесятых. Прежде, в июле 1972 года, предстоял еще суд, который приго-
ворил его к 15 годам лишения свободы с отбыванием в колонии строгого ре-
жима. А еще раньше на его хвост сели настоящие муровцы, чьим  именем  он
прикрывался во время своих набегов. И вывели их на этот след сами же во-
ры. Произошло это так.
   Летом 1971 года сыщики из 2-го отдела МУРа, которыми  руководил  пол-
ковник милиции Евгений Калугин, задержали двух  матерых  домушников.  Их
взяли с поличным и отмазаться им было невозможно. Кроме вещдоков с места
преступления, у них изъяли около 500 штук  ключей  и  отмычек.  Довольно
внушительный по весу и объему инструментарий, который они таскали с  со-
бой и с помощью которого проникали в квартиры. Работали виртуозы  своего
дела чисто, без взломов. Двери вскрывали подбором ключа или отмычки. По-
являлись именно в тот момент, когда хозяев не было. Их клиентами  оказы-
вались только состоятельные люди. Наводка была  организована  достаточно
хорошо.
   С очередной чистки в Тушино домушники взяли более килограмма золотого
лома, около двухсот золотых монет еще царской чеканки, хрусталь и кухон-
ное серебро, дорогие вещи. На изъятой у них посуде и на месте преступле-
ния эксперты нашли одни и те же "пальчики" - улика достаточно веская. Но
вот главных ценностей не было.
   "Не брали, начальник", - в один голос отрицали  воры.  Получался  ка-
кой-то абсурд: в квартире были, кражу совершили, а самое ценное оставили
кому-то другому?
   Расколоть домушников удалось не  скоро.  Сыщикам  пришлось  пойти  на
компромисс: мол, будет оформлена явка с повинной,  если  воры  расскажут
все как было и укажут, где находятся главные ценности. Тогда и стало из-
вестно следующее.
   Богатую добычу домушники схоронили на квартире  любовницы  одного  из
них. Оказалось, что на удачную "кладку" их вывел брат этой девицы. Он же
обещал сбыть "рыжье" с хорошим наваром "черным", т.е. проверенным  поку-
пателям с Кавказа. Вместо этого в ночь, когда довольные проделанной  ус-
пешно работой воры расслаблялись со своей пассией, входная дверь с трес-
ком слетела с петель. В квартиру ворвались человек шесть в  гражданке  и
милицейской форме. Но руководил ими почему-то майор  внутренней  службы.
Бывалые домушники, которые не раз прошли зону, тонкость такую  подметили
сразу. Сомнения в подлинности ментов и вовсе отпали, когда их с мордобо-
ем выволокли на улицу и усадили в две поджидавших "Волги". Так они и ли-
шились своей золотой добычи.
   - И кто на вас так наехал? - допытывались сыщики.
   - Понятия не имеем, - отнекивались бывалые домушники. - Такого  бесп-
редела отродясь не бывало. Козырной фраер какой-то хвост поднял...
   Из разрозненных сведений муровцам удалось выстроить свою цепочку. Она
вывела на банду Монгола. В сферу внимания попало около тридцати человек.
Через два месяца напряженной оперативной работы девятнадцать из них были
арестованы, в том числе Карьков и его ближайшие сподвижники. Вот  только
Иванькова среди них не было.
   Вскоре  следствие  закончилось,  и  дело  передали  в  суд.  Бандитам
предъявили обвинение в разбойных нападениях, вымогательстве. Но на  суде
стали случаться странные вещи: свидетели меняли показания, а потерпевшие
и вовсе отказывались от сделанных заявлений. Все запутывалось. Это дава-
ла себя знать деятельность оставшегося на свободе Япончика. Почти все, а
точнее, Фатима, Минаев, Ломакина и Миркин, свои первоначальные показания
изменили, мол, сделано это было под давлением следствия. Они с  какой-то
особой старательностью выгораживали своих мучителей.
   Тем не менее у суда хватило доказательств, чтобы главная фигура  про-
цесса - Геннадий Карьков получил по максимуму: 10 лет тюрьмы и 5 лет ИТК
строгого режима. Предельные сроки также получили Галкин, Генкин, Куприя-
нов и Шурушкин. Оправдательных приговоров не было. Кое-кто отправился на
принудительное лечение от наркомании.
   Вернулся в Москву Карьков в конце 80-х. За  время  его  отсутствия  в
столице и в стране многое изменилось. Общество  стояло  на  грани  реши-
тельных перемен. Набирала обороты горбачевская  перестройка.  Это  слово
уже без переводчиков воспринималось иностранцами. Со всех трибун говори-
ли о новом политическом мышлении. Что это такое  еще  предстояло  разоб-
раться. Расставить кое-какие точки над "1" следовало и на  более  низком
уровне. Ведь в столицу возвратился не безызвестный, хотя и  грозный  на-
летчик, а "коронованный" "вор в законе". Это был уже не просто Монгол, а
Великий Монгол, которому не пристало уже самому "пачкать  руки".  Теперь
он мог сам выступать авторитетным арбитром в  разрешении  чужих  споров.
Подрастающей молодой поросли следовало смотреть на новую величину  прес-
тупного мира, высоко задирая голову. Отчасти этому способствовало и  то,
что яркой восходящей звездой на криминальном небосводе сиял, можно  ска-
зать, один из Монголовских учеников - Япончик.
   Вячеслав Иваньков из остатков разгромленной банды сколотил новую бри-
гаду. Он учел многое. Например, как он считал, одной из причин,  которая
способствовала краху Монгола, была большая численность группировки.  Это
мало способствовало скрытности. В свое основное ядро он  ввел  не  более
десяти членов и увеличивать его не собирался. Значительно возросла  роль
конспирации. В бригаду вошли многие будущие уголовные авторитеты, в  том
числе Квант - Квантаришвили Отари Витальевич.
   Действовали преступники дерзко. Для беспрепятственного  проникновения
в квартиру жертвы ими также использовалась форма сотрудника  милиции.  В
результате ничего не подозревающий делец спокойно  открывал  дверь.  Без
лишних церемоний его тут же сбивали с ног, связывали и вывозили  за  го-
род. Место готовилось заранее. Это была дача на отшибе  или  заброшенный
дом. Там над жертвой устраивались пытки: ее избивали, жгли каленым желе-
зом, утюгом. Так вымогались деньги и сведения о  других  толстосумах.  В
этом ученик на много превзошел своего учителя. Однако обо всем этом сто-
ит рассказать подробнее. Фигура Япончика того заслуживает больше других.
Потому возвратимся к ней не раз позже.
   Пока же вернемся к Монголу. В повествовании о нем  необходимо  поста-
вить последнюю точку. Он возвратился в столицу, хотя и в зловещем ореоле
славы именитого "вора в законе", но с подорванным здоровьем,  фактически
стариком. Это и сыграло главную роль в том, что он вскоре отошел от дел,
уступив арену более сильным, более молодым. Великий  Монгол  все  больше
становился просто мифом. На первый план пришло время выходить  его  нас-
ледникам.

   АВТОРИТЕТЫ БЕЗЗАКОНИЯ
   ЛИЧНОСТНЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ "ВОРОВ В ЗАКОНЕ"

   По имеющимся сведениям на территории России проживают свыше 500  "во-
ров в законе", около 70 из которых находятся в местах  лишения  свободы,
более 440 ведут нелегальный и полулегальный образ жизни. Вместе с тем мы
располагаем информацией, что отдельные "воры", из так называемой элитной
группы - особо опасных лидеров криминальной среды,  таковыми  открыто  в
преступном мире не объявляются и известны довольно узкому кругу лиц "во-
ровской" касты. Это способствует не только укреплению нелегальной жизне-
деятельности "воровского" сообщества, но и дальнейшему продвижению таких
"воров" в высшие сферы власти с использованием  при  этом  многообразных
методов коррупции. Сказанное подтверждает и тот факт,  что  в  последние
годы, отслеживая "воровские" сходки, оперативные работники МВД обнаружи-
вали на них лиц, которые как "воры" по учетам не  проходили,  хотя  при-
сутствовали при обсуждении важных криминальных вопросов в наиболее конс-
пиративном "воровском" кругу.
   Изучение "воров в законе" показывает, что максимальный возраст у  лю-
дей этой категории чаще составляет 50-55 лет, значительно реже 60 и  бо-
лее. Известны несколько лидеров, которым 65 лет, а двое  и  еще  старше.
Например, "законник" Мордак недавно пышно отметил свое 75-летие. Он пос-
тоянно проживает в Саратове. Второй долгожитель - Кац. Ему уже перевали-
ло за 79 лет. Он в последнее время избрал своим местом проживания США, а
конкретнее - ЛосАнджелес. Вместе с тем среди "воров" есть лица в возрас-
те 18-20 лет. Это скорее отклонение, чем норма.
   В феврале 1994 года при проведении разведывательно-поисковых меропри-
ятий сотрудниками Нижегородского РУОП были задержаны четыре особо  опас-
ных лидера преступного мира. Все - выходцы из Грузии. Самый  молодой  из
них был 1974 года рождения, "вор в законе" по кличке Мишель.  По  мнению
оперативных работников и некоторых лидеров "воровского" движения, Мишель
- не тот человек, за которого себя выдает. Криминальный титул ему  якобы
куплен его родственниками за большие деньги,  которые  пошли  в  "общак"
грузинского этнического преступного сообщества.
   Изучение "воров в законе" позволяет сделать вывод, что в молодом воз-
расте ими становились и становятся, как правило, "потомственные"  крими-
налы, у которых родители были  "ворами"  либо  активистами  "воровского"
движения, неоднократно судимыми и "страдавшими" за "воровскую"  идею.  В
свое время таким представителем был "вор в  законе"  по  кличке  Калина.
Вместе с тем следует подчеркнуть, что около  85  процентов  "законников"
имеют возраст 30-45 лет, то есть относятся  к  социально-активной  части
населения. Это, как правило, житейски зрелые люди,  имеющие  достаточный
преступный опыт и соответствующие личностные характеристики. Большинство
"воров в законе" ранее судимы, а примерно каждый девятый - особо опасный
рецидивист.
   Отдельными  криминально-опознавательными  характеристиками   личности
"вора" являются татуировки, жаргон, клички, стилистика нелегальной пере-
писки. Причем для "воровского" сообщества присущи татуировки-рисунки оп-
ределенного вида. Например, изображенная на спине церковь указывает, что
особо опасный лидер был в местах лишения свободы, а количество куполов -
число судимостей. Наколка со словами "не забуду  мать  родную"  означает
принадлежность преступника к  "воровскому"  клану.  Причем  под  словами
"мать родная" имеется в виду "воровская" семья, сообщество. В  последнее
время "воры" стараются избегать нанесения большого  количества  татуиро-
вок, так как среди элиты преступного мира это уже  считается  не  совсем
престижным. Конечно, татуировки наносятся не только "ворам", но и другим
преступникам, в особенности тем, кто находится или  находился  в  местах
лишения свободы.
   Образовательный уровень преступных лидеров, как правило, соответству-
ет среднестатистическим показателям участников криминальных групп и общ-
ностей. Он легко вписывается в несколько классов и коридоров средней об-
щеобразовательной школы, профтехучилища и т.п. Но это не исключает того,
что отдельные личности могут иметь высшее образование и даже  кандидатс-
кие и докторские степени наук (как правило,  почему-то  искусствоведчес-
ких, и в основном этой чертой отличаются присутствием  кавказских  прес-
тупных группировок). Вместе с тем на практике встречались "воры в  зако-
не", имеющие начальное образование. Однако им нельзя отказать в развитых
криминальных способностях и возможностях расширения преступного кругозо-
ра и опыта.
   Есть масса примеров, когда преступники с начальным образованием  про-
водили многоходовые криминальные комбинации  и  руководили  сообщниками,
имеющими более высокий образовательный уровень. В начале 70-х годов пра-
воохранительными органами Москвы была разоблачена преступная  группиров-
ка, расхищавшая дефицитное сырье для легкой промышленности  и  организо-
вавшая в подпольных цехах изготовление ультрамодной одежды. Ее руководи-
телем был некий Сурхавелидзе, имевший четырехклассное образование.
   Очевидно, многое зависит от генетических способностей каждой отдельно
взятой личности и от ее желания приобрести преступный опыт, так сказать,
личное самообразование. В числе ведущих социальнопсихологических  харак-
теристик большинства "воров в законе" выделяются криминальный профессио-
нализм, организаторские способности, общительность (коммуникабельность),
знание социально-негативных норм (в основном "воровских" обычаев и  тра-
диций) и их неукоснительное соблюдение, способность к  самопожертвованию
в интересах "воровского" сообщества (такое поведение особенно отмечается
в первые годы обретения "воровской" короны).
   В повседневном общении "воры", как  правило,  стремятся  выдать  себя
знатоками житейской психологии, показать  стремление  к  справедливости.
Некоторые из них тяготеют к якобы светскому образу жизни. Для легального
прикрытия преступной деятельности, придания ей внешнего  лоска  наиболее
элитные "воры" вовлекают в свое окружение отдельных деятелей  искусства,
культуры, спорта, науки. Для этого при необходимости используются крими-
нальные уловки и социально-психологические приемы. Можно назвать некото-
рые, например, принятие позитивного образа мученика  или  страдальца  за
идею. Здесь также популярны определенные общественные установки:  помощь
бедным обиженным, убогим и т.п. Не исключается материальная помощь  нуж-
ным для "воровского" сообщества лицам, их физическая защита.
   В этой связи небезынтересно привести выдержку из интервью  известного
деятеля культуры, вовлеченного в орбиту "воровских" связей. В  одном  из
своих интервью он высказался, что это очень интересные люди,  неординар-
ные, которые никогда не обидят женщину, ребенка, старика.  Дальше  лучше
процитировать: "Я в этом убеждался. Вы когда-нибудь поговорите с ними об
их морали. Она у них намного чище, чем у некоторых чиновников. Они отни-
мают у воров и отдают детям. Строят спортшколы  на  пожертвования.  Сами
занимаются бизнесом. В целом - серьезные люди. Я не имею  ввиду  уличный
беспредел. Я с серьезными людьми знаком".
   Если прокомментировать это высказывание с  точки  зрения  "воровских"
законов, а именно - использование собранных с  воров  и  иных  категорий
преступников денег, то есть "общаковых" средств, на своих детей,  строи-
тельство спортшкол, вложения в бизнес, другими словами, трату не на "во-
ровское", то вполне ясна двуличность таких лидеров. Они, проповедуя "во-
ровские" законы и традиции, одновременно  завоевывают  дешевую  популяр-
ность, используя средства преступных кланов в личных целях.
   Статус того или  иного  "вора  в  законе"  определяется  рядом  соци-
ально-психологических характеристик. Например,  имеющие  межрегиональный
авторитет к значение "законники" обладают сильными личностными качества-
ми и оптимальными способностями к общению. Они в  состоянии  воздейство-
вать на одного или несколько человек, умеют  консолидировать  преступный
мир, могут масштабно организовывать преступную деятельность и  оказывать
противодействие правоохранительной системе и другим властным  структурам
государства, имеют коррумпированные и иные  криминальные  связи,  дающие
возможность быть неуязвимыми как перед законом, так и в преступном мире.
   В 1995 году органами внутренних дел России задерживалось 106  лидеров
криминального мира за организацию и совершение преступлений; 65  из  них
было арестовано; 41 человек из числа заключенных под стражу  -  осужден.
Остальные, то есть большая половина, с "чистой совестью" отправились гу-
лять на свободу и продолжать свое не менее "чистое" дело. Примерно такое
же соотношение наблюдалось и в 1996 году.
   Невольно возникает вопрос, раз "воры в законе"  -  лидеры  преступной
среды, то они должны быть изобличены в преступной деятельности и осужде-
ны. Однако в жизни все далеко не так. Большинство  "воров"  сами  непос-
редственно преступлений не совершают. Они, как правило, либо организато-
ры, либо идейные  вдохновители.  За  первое  привлечь  к  уголовной  от-
ветственности в современных условиях довольно проблематично, а второе  -
преступлением не является.
   В новом Уголовном кодексе России правовые нормы предусмотрены  только
за организаторскую преступную деятельность. Да и они не конкретны, расп-
лывчаты, что не позволит на практике реализовывать их эффективно.  Орга-
низованная преступность - это соучастие. Почему признавать такое опреде-
ление боятся? Сильны старые стереотипы? Да, была в свое время в  Уголов-
ном кодексе специальная статья 58 со значком 11 и,  видите  ли,  поэтому
ничего подобного делать нельзя. И вот, ожегшись однажды на молоке,  наши
законодатели и правоприменители сегодня дуют и на воду: как бы не  пока-
заться в глазах мировой общественности в неприглядном виде,  как  бы  не
наломать дров. Но нельзя же бесконечно совмещать  несовместимые  катего-
рии. Речь идет о серьезнейшей проблеме, о борьбе с организованной  прес-
тупностью профессионалов.
   По свидетельству наиболее опытных практиков правоохранительных  орга-
нов, большинство представителей когорты "законников",  в  том  числе  из
бывших республик СССР (их по справочным учетам более 400 человек, помимо
указанных нами выше), постоянно перемещаются по России. Они спокойно пе-
реезжают в страны ближнего и дальнего зарубежья, активно стимулируя жиз-
недеятельность местных криминальных структур.  Сегодня  не  секрет,  что
"воры" создали нелегальную сеть профессиональных преступников не  только
в России, но и странах СНГ. Они осваивают Восточную и  Западную  Европу,
Северную и Южную Америку, Юго-Восточную Азию.
   Хотелось бы выделить такую характерную деталь. "Вор в законе",  явля-
ясь лидером преступного мира, обязательно имеет непосредственное окруже-
ние. Оно состоит из близких ему  людей,  сообщников,  которые  для  осу-
ществления преступной деятельности вовлекают в криминальную  орбиту  ис-
полнителей тех или иных замыслов, вербуют новых  членов  для  расширения
возможностей преступных формирований. Поэтому пребывание гастролирующего
"вора" в том или ином регионе подразумевает последующий приезд туда кри-
минально ориентированных лиц, и не только подручных-шестерок, но и  кил-
леров, других особо опасных преступников.
   27 мая 1995 года на годовщину смерти "вора в законе" Сафаряна Р.А. по
кличке Рантик в Сочи съехались авторитетные "воры в законе": Хасан, Мор-
дак, Мирон, Михо, Черный, Турбинка, Худо, Вальтер и другие. Всего собра-
лось около 60 именитостей, в том числе из дальнего зарубежья.  Например,
из США приехал "вор в законе" Кац, а из Греции - Матвей. Полное  окруже-
ние именитостей составляло более 500 уголовников, в основном  телохрани-
телей и боевиков.
   По мнению специалистов, вокруг гастролирующего лидера может  насчиты-
ваться несколько десятков и даже  сотен  подручных.  Они,  как  правило,
всегда находятся в готовности совершить различные, в том числе  и  дерз-
кие, преступления. В этой связи "воровские"  гастролирующие  группировки
представляют повышенную общественную опасность.
   Анализ образа жизни "воров", их миграций, связей показывает, что пре-
дельно насыщенным особо опасными лидерами уголовно-преступной среды  яв-
ляется центр России, Московский регион. В 1995 году в отдельные  периоды
здесь их концентрировалось от 80 до 150 человек  (это  помимо  постоянно
обитающих в Москве и области около 100 "воров  в  законе").  Большинство
"воров" - выходцы с Кавказа, в основном грузины, абхазы, менгрелы,  кур-
ды. Причем определенная часть  находилась  на  нелегальном  или  полуле-
гальном положении.
   За 1995-1996 годы органами внутренних дел в  Москве  было  арестовано
около 50 "воров в законе". У них изымались  оружие,  наркотики,  валюта,
крупные суммы денег в рублях. Практика работы правоохранительных органов
показывает, что в Москве переплетаются многочисленные криминальные связи
и противоречия, чреватые антиправовым беспределом.  Например,  в  январе
1995 года на Делегатской улице схлестнулись несколько преступных группи-
ровок. Были ранены четыре человека, из них двое - тяжело. В этом же  ме-
сяце среди бела дня затрещали автоматные очереди в школе  N  1006.  Двое
неизвестных преступников в масках, ворвавшись в здание, убили  трех  ра-
ботников фирм "Рост" и "Сак", а двух ранили.  Коммерсанты  арендовали  в
школе несколько помещений. На месте происшествия было обнаружено два ав-
томата "АК-72".
   Только при  отработке  так  называемой  долгопрудненской  группировки
объединенным отрядом сотрудников нескольких РУОПов было изъято 9  единиц
нарезного огнестрельного оружия, три гранаты и  ракетный  снаряд  "Стин-
гер". И такие примеры можно приводить еще долго.
   По преступной насыщенности за Центром (Москвой и Московской областью)
следуют Северный Кавказ (города Сочи, Краснодар), регионы: Дальневосточ-
ный (Хабаровск,  Комсомольск-на-Амуре),  Урало-Западносибирский  (Пермь,
Нижний Тагил, Сургут), Поволжье (Саратов. Тольятти), затем области: Рос-
товская (Ростов на Дону, Шахты) и Иркутская (Иркутск, Братск).
   Среди перечисленного хотелось бы особо отметить Сахалинскую  область,
входящую в Дальневосточный регион. Это очень привлекательное  место  для
"воровского" сообщества. Анализ фактов о жизнедеятельности "воров"  поз-
воляет сделать вывод, что они ездят сюда не в гости. Остров Сахалин, как
и весь Дальний Восток, является географически  выгодным  плацдармом  для
легального и нелегального выхода за границу: в Юго-Восточную Азию, стра-
ны Тихоокеанского бассейна. Эти направления следует прежде  всего  расс-
матривать как наркодобывающие базы. Здесь же широко развиты другие  виды
криминального промысла, например, порнобизнес, торговля похищенными  ав-
томашинами, легализация преступных доходов и т.п. Сахалинская область  -
экономически слабо освоенный регион. Поэтому для "воров" здесь  перспек-
тивно вложение "общаковых" денег в недвижимость, особенно в приобретение
земельных участков с учетом возможного промышленного развития региона, в
частности, добычи и переработки нефти. Наряду с этим, отдаленность  ост-
рова от центра обусловливает слабый контроль за правопорядком со стороны
органов государства. Все эти и другие факторы способствуют развитию "во-
ровской" нелегальной сети, в том числе с закордонными сообщниками.
   Не случайно в 1992-1995 годах здесь побывало около 76 "воров в  зако-
не", в том числе и такие авторитетные, как Дато Ташкентский,  Джем,  Ра-
уль, Арсен, Турбинка. Мирон, Вальтер. Все они делали своего рода  реког-
носцировку, примеряя к условиям местной среды свои аппетиты.
   Для знакомства с другой характерной чертой  криминального  Зазеркалья
перенесемся на крайние западные рубежи. Уголовный  мир  Санкт-Петербурга
никогда не считал "воров в законе" особо  опасными  лидерами  преступной
среды. Тем не менее в настоящее время преступники города постепенно  пе-
реходят под влияние "воровского" движения. В 1994-1995 годах сюда систе-
матически наезжал "вор" Якутенок. В результате он приобрел сторонников в
нескольких крупных бандитских формированиях.
   В начале 1994 года сотрудники Регионального управления  по  борьбе  с
организованной преступностью Санкт-Петербурга во время проведения боевой
операции по обезвреживанию преступников, вымогавших несколько  миллионов
рублей у богатого грузинского коммерсанта, задержали его земляков,  трех
воров в законе".
   Как и в Северной Пальмире, на протяжении десятков лет преступное  За-
зеркалье Астрахани, Ярославля, Калуги, Костромы, Самары, Саратова,  Там-
бова, Тольятти и ряда других городов не испытывало влияния "воров в  за-
коне", но в 1992-1994 годах "воровское" сообщество подмяло под себя  ос-
новные местные преступные группировки и взяло под контроль почти все ви-
ды криминального промысла. Таким образом, следует констатировать  своего
рода "воровскую" экспансию на север, юг, восток, Поволжье. Плотные тене-
та "воровского" сообщества опутывают уже всю Россию.

   "ЯПОНЧИК", ИЛИ КОРОЛЬ ТЕНЕВОГО АРБИТРАЖА

   Из оперативного меморандума ГУУР МВД СССР: "В январе 1972 года  в  г.
Москве была разоблачена организованная преступная группа,  возглавляемая
Хорьковым Геннадием Александровичем, 1930 года рождения, известным  "во-
ром в законе" под кличкой "Монгол" (ныне покойный).  Наиболее  активными
участниками преступной группировки Монгола были Иваньков Вячеслав Кирил-
лович, 2 января 1940 года рождения,  уроженец  -  г.  Москвы,  уголовная
кличка "Япончик ", и Быков Владимир Васильевич, 1937 года рождения, уго-
ловная кличка "Балда ". Последний был приговорен к 13 годам лишения сво-
боды, "Япончику" удалось уйти от наказания ".

   МАСТЕР "РАЗГОНА"

   Ближе к вечеру в дежурной части одного из московских отделений  внут-
ренних дел раздался телефонный звонок. Он, можно сказать, вскоре  поста-
вил на уши почти всю столичную милицию. Уж уголовныйто розыск - точно.
   - У меня украли машину, - пожаловался потерпевший. - И хотят, чтобы я
ее купил...
   - Кого купили? - не понял дежурный.
   - Свою машину.
   - Если это глупый розыгрыш, то имейте в виду, что он  для  вас  плохо
кончится. Наш разговор записывается на пленку, а специальное  устройство
определит ваш номер, - блефовал по-черному дежурный. В то время  опреде-
лителей телефонных номеров, типа распространенных сегодня, было раз, два
и обчелся. Ими под большим секретом пользовались только  спецслужбы,  но
не милиция. Далее, опытный страж порядка поступил так, как  предписывала
действовать в таких случаях инструкция.
   - Такие вопросы по телефону не решаются. Приходите в отделение.  При-
носите заявление. Разберемся... Но для начала хотя бы назовите себя. Кто
вы такой? Адрес?
   При розыгрыше трубку обычно тут же бросали. На этот раз коротких гуд-
ков не было. Лишь несколько затянувшаяся пауза говорила о том, что  або-
нент, как и дежурный, сосредоточенно размышляет  над  ситуацией.  Первым
молчание нарушил милиционер:
   - Вы меня слышите?
   - Да, - произнес потерпевший и после паузы еще более вкрадчиво  доба-
вил такое, от чего милиционер даже привстал на стуле.
   Говоривший назвал имя и фамилию известного всей стране человека,  ад-
министратора популярного столичного театра.
   - Это действительно вы или все-таки неудачный розыгрыш? -  повторился
дежурный, в голосе которого почувствовалась растерянность.
   - Действительно - я. Только, пожалуйста, поймите  меня  правильно,  -
говоривший опять понизил голос. - Так все неудобно... Что люди подумают?
Идти в милицию...
   - Без этого ничего не получится. Без заявления никаких мер предприня-
то не будет, - привычно отрапортовал дежурный, снова перехвативший  ини-
циативу в свои руки.
   Потерпевший в отделение пришел в тот же вечер. Он написал  заявление.
Об этом тут же доложили чуть ли не на  самый  верх.  В  те  времена  от-
ветственность на себя брали с еще большей неохотой, чем сегодня. Жесткая
команда привела скрытые милицейские пружины в действие. Было  установле-
но, что странный вор, который продавал угнанную им машину хозяину,  ока-
зался фигурой известной. Она давно набила оскомину муровцам. "Продавцом"
оказался Иваньков Вячеслав Кириллович.
   Москва переживала 1976 год.  Операцию  по  изобличению  и  задержанию
Иванькова проводили по привычной схеме -  захват  преступника  на  месте
преступления. От потерпевшего было известно, где именно и  когда  должна
была состояться встреча и передача денег. Там организовали засаду. Поми-
мо этого близлежащую территорию перекрыли, поставив заслоны на всех  пу-
тях подхода и отхода. Сил задействовали не мало, а результата они не да-
ли никакого.
   В самый решающий момент Япончик переиграл оперативников.  Он  заметил
или почувствовал подвох. Подъезжая к подсадной утке, которой было  дове-
ренное лицо известного администратора, он  вместо  того,  чтобы  остано-
виться и взять деньги, вдруг сделал круг, а  потом  стремительно  набрал
скорость и пронесся мимо. Его стали преследовать несколько  автомашин  с
сотрудниками уголовного розыска. Как в  голливудских  боевиках  началась
гонка со стрельбой.
   Надо отдать должное, машину Иваньков гнал отменно. На бешеной скорос-
ти он ловко закручивал лихие виражи на поворотах.  От  "хвоста"  пытался
оторваться как профессиональный гонщик. Это ему почти удалось. Но  тогда
преследователи применили оружие. Три колеса  машины  Япончика  оказались
простреленными. Дальнейшее движение в ней было невозможно. Япончик  бро-
сил легковушку и сам стал отстреливаться. Это несколько сбило пыл  прес-
ледователей. Он этим не замедлил воспользоваться и скрылся.
   В брошенной им автомашине нашли напуганную насмерть девицу. Она заби-
лась между сиденьями на полу. Рядом валялся нож,  которым,  как  выясни-
лось, лихой водитель угрожал ей, используя в качестве заложницы.
   После провала операции по захвату, начальство устроило непосредствен-
ным исполнителям грозный разнос. Сотрудники милиции буквально прочесыва-
ли районы возможного появления Япончика. На его явочных квартирах устро-
или засады. Теперь его можно было без колебаний брать.  За  ним  тянулся
целый шлейф преступлений: разбой, хранение и использование оружия,  соп-
ротивление милиции аж со стрельбой - по тем временам большая редкость  и
чрезвычайная наглость. Любой суд без проволочек за подобные деяния  вка-
тал бы ему достаточно приличный срок. Но  вкатывать  срок  было  некому,
преступник исчез.
   Поиски Япончика продолжались более полугода.  Все  безрезультатно.  И
вдруг он заявился в милицию сам. Нет, не сдаваться пришел на милость по-
бедителю, а продолжать поединок дальше. Как оказалось, это время он пот-
ратил на подготовку алиби. На руки правосудия был предоставлен материал,
что преступник вовсе не он, а коварный  администратор,  который  "кинул"
приятеля Иванькова при покупке автомашины.
   Эту версию подтверждали сразу несколько человек, в том  числе  давняя
пассия Япончика - Каля Никифорова, авторитетная в уголовном  мире  цехо-
вичка. Она отбывала наказание за торговые и валютные махинации, но  даже
из зоны дала свои свидетельские показания. Это отчасти и сбивало с  тол-
ку, ведь встретиться и все обговорить они не могли.
   Кроме того, суду предстояло, прежде  чем  выносить  приговор,  разоб-
раться с жалобой Иванькова по поводу здоровья. Его направили  на  судеб-
но-медицинскую экспертизу. Авторитетная комиссия признала  подследствен-
ного Иванькова душевнобольным, инвалидом второй  группы.  Подсуетился  и
адвокат, который умело строил защиту. Он добился того,  что  статья  146
(разбой) отпала. Кстати, адвокатом Иванькова на этом процессе был Генрих
Падва. По поводу своих действий, на которые отдельные круги  реагировали
крайне резко - как можно защищать такого отпетого преступника,  в  одном
из газетных интервью той поры он сказал следующее:
   "Адвокат освобожден от обязанности ставить вопрос: виновен  или  нет?
Даже для себя. Например, проведем параллель с врачом. Хирургу на  опера-
ционный стол привезли пациента явно уголовного вида:  весь  в  наколках,
что ни слово - мат. Разве он откажется  прооперировать  такого  больного
или сошьет кое-как?
   Если адвокат будет внутренним судьей, какой из него получится  защит-
ник? Я профессионал и должен искать смягчающие ответственность  или  оп-
равдывающие обвиняемого обстоятельства".
   Характеризуя Вячеслава Иванькова как личность, Генрих Падва,  который
за время процесса, затянувшегося не на один месяц (что тоже было большой
редкостью того времени), хорошо изучил своего подзащитного  и  в  другом
выступлении в средствах массовой информации заявил:
   "Слава Япончик - человек несгибаемой воли.  Сломать  его  практически
невозможно. Я спросил его при первой встрече: "Вы  признаетесь?"  И  как
думаете, что он мне ответил?
   "Нет. Пусть даже меня подвесят на крючьях вниз головой". Это была  не
пустая бравада".
   В своей речи в суде адвокат Япончика был еще  более  красноречив.  Он
четко разложил все по полочкам именно с тех позиций, как это было выгод-
но его подзащитному:
   "Да, Иваньков наказывал людей, но он требовал долг. Допускаю формули-
ровку его действий такую - самоуправное выколачивание долга, пусть неза-
конными методами. Безнравственно называть разбойником  того,  кто  берет
свое. С точки зрения высокой справедливости,  правоохранительные  органы
должны бороться не с Япончиком, а с теми, кто не соглашался вернуть  за-
долженность добровольно..."
   Стоит сказать и о том, что в суде не подтвердилось за Иваньковым хра-
нение и применение оружия. Как выяснилось, оперативникам не удалось най-
ти на месте перестрелки гильзы. Тут не обошлось без прокола  со  стороны
следствия, как и при попытке задержания, когда операция  была  проведена
неграмотно.
   В результате за Япончиком осталось обвинение  лишь  по  одной  легкой
статье, где наказание не превышало трех  лет.  Теперь  лишним  балластом
становилось заключение о его душевном недуге. Для  милиции,  которой  он
достаточно крепко насолил, это  было  козырной  картой.  Разыгрывая  ее,
Иванькова можно было держать в больнице достаточно долго. Таким образом,
давшаяся с таким трудом победа оборачивалась чуть ли не поражением.  Это
было не в характере Япончика. Он написал заявление о своей симуляции ду-
шевной болезни.
   Из документов МВД СССР: В ходе следствия с 10 декабря 1976 года по  7
февраля 1977 года Иваньков находился на стационарной  судебно-психиатри-
ческой экспертизе в институте имени Сербского. Обследовавшая его  комис-
сия пришла к заключению, что он страдает хроническим психическим заболе-
ванием в форме шизофрении, невменяем  в  отношении  инкриминируемых  ему
деяний, нуждается в направлении на принудительное лечение  в  психиатри-
ческую больницу специального типа...
   С 15 июля 1977 года по 3 октября 1978 года Иваньков находился в  спе-
циальной психиатрической больнице отдела исправительных  учреждений  УВД
Смоленского облисполкома. Выписан после  повторной  экспертизы,  которая
признала его полностью здоровым. Она проводилась после его  заявления  о
симуляции обострения болезни. По выходу из больницы "Япончик"  нигде  не
работает, проживает в г. Москве без прописки...
   Читая дальше между строк старых милицейских отчетов, можно найти  еще
много интересных деталей. Например, искусство смены  диагнозов  объясня-
лось отчасти тем, что хорошая подруга Япончика работала в клинике  нерв-
ных болезней имени Сеченова. Она могла запросто поделиться  медицинскими
познаниями в области неврозов. Кстати, существует негласное правило,  по
которому "вор" должен уметь "косить под дурака" или отлично симулировать
любое иное заболевание, обеспечивающее  снисхождение  правосудия.  Этому
специально учат. На это натаскивают. Ради этого подделываются и подтасо-
вываются документы об ушибах головой, о тяжелом  детстве,  о  травмах  в
юности. От всего этого в нужный момент можно отказаться  и  с  такой  же
легкостью вытащить на свет, когда того потребуют  обстоятельства.  Стоит
подчеркнуть и то, что деньги вполне могут обеспечить и хвори,  и  выздо-
ровления. Подвластна им и свобода.
   На этом процессе Япончик показал себя во всем блеске и силе. Это  по-
чувствовали представители правоохранительных  органов.  На  криминальном
небосклоне вспыхнула новая яркая звезда. На  излучаемый  ею  свет  стали
ориентироваться другие. О способностях Япончика красиво  провести  "раз-
гон", операцию по выбиванию долгов, а  затем  уйти  от  ответственности,
стали слагать легенды. Для уголовной молодежи он стал кумиром. Так Япон-
чик прослыл высококлассным мастером "разгона".

   ГАДКИЙ УТЕНОК

   Детство и юность Славы Иванькова вряд ли можно  назвать  счастливыми.
Ему не улыбнулось семейное благополучие. Отец часто прикладывался к  го-
рячительным напиткам. Как значилось в соответствующих документах вытрез-
вителей, Иваньков К. "регулярно  злоупотреблял  алкогольными  напитками,
лечился в психиатрических больницах". В начале пятидесятых  он  и  вовсе
оставил семью.
   Мать тоже можно считать "выдающейся" личностью. Она отличалась  высо-
кой мнительностью, была чрезмерно брезглива и до скандальности  аккурат-
на. Могла без причины на то по нескольку раз  перестирывать  свои  вещи,
проглаживала утюгом денежные купюры, чтобы не заразиться через  них  ка-
кой-либо болезнью.
   Безусловно, все это не могло не отразиться на только складывающемся и
формирующемся характере мальчика. Слава рос физически  ослабленным,  бо-
лезненным. Вряд ли стоит перечислять все  перенесенные  им  заболевания.
Врачи определяли у  него  даже  расширение  сердца,  затемнение  легких.
Мальчика отправляли на лечение в детские больницы и санатории. Наблюдав-
шие за ним специалисты в своих отчетах указывали, что ребенок отличается
замкнутостью, робостью, не имеет друзей.
   В школу Слава пошел с семи лет. В младших классах учился удовлетвори-
тельно. Интереса к занятиям и отдельным предметам не проявлял. К двенад-
цати годам его успеваемость в школе и вовсе снизилась. Он дублировал пя-
тый класс. И дальше, можно сказать, больше  коридорами  дошел  к  своему
шестнадцатилетию до окончания восьмилетки.
   Надо подчеркнуть, что где-то с тринадцати лет  Слава  поставил  перед
собой задачу укрепить здоровье. Его характер как  раз  проходил  мальчи-
шечью ломку. Он стал раздражительным, вспыльчивым, грубым.  В  ссорах  с
матерью проявлял дерзость. Без особой на то причины мог  уйти  из  дому.
Оттаивал от семейных неурядиц на тренировках в  спортзале.  Занимался  в
секции вольной борьбы. Самостоятельно изучал джиуджитсу. Схватки на ков-
ре проводил напористо. Почти всегда побеждал. Выступая на  соревнованиях
в классе юниоров, выполнил норму  третьего  спортивного  разряда.  Потом
улучшил свои результаты.
   Окончив восемь классов, Иваньков поступил в цирковое училище. Это бы-
ло в начале шестидесятых. Своей специализацией выбрал воздушную  гимнас-
тику. Быстро добился определенных результатов благодаря хорошей спортив-
ной подготовке. Но тут его постигла неудача. Во время тренировки упал  с
трапеции и получил закрытую травму черепа. За медицинской помощью не об-
ращался, хотя на этой почве несколько раз возникали  обморочные  состоя-
ния, он испытывал головокружение, рассеянность. Налицо были все симптомы
сильнейшего сотрясения мозга. Тренировки он прекратил, а потом  и  вовсе
ушел из училища.
   Начались трудовые будни. Иваньков устроился в комбинат бытового  обс-
луживания. Работал слесарем, а затем и бригадиром  приемщиков.  Одновре-
менно учился в вечерней школе. Казалось, судьба  наконец  сжалилась  над
ним, и все стало налаживаться. На двадцать первом  году  жизни  Вячеслав
Кириллович вступил в законный брак с Лидией Айвазовной. Симпатичный, на-
пористый москвич покорил сердце красавицы ассирийки, российского  проис-
хождения. В кругу друзей его стали в шутку  именовать  "ассирийским  зя-
тем".
   Кто знает, если бы и дальше обстоятельства складывались благополучно,
возможно, не получился бы из Славы Иванькова дерзкий преступник.  Судьба
распорядилась по-своему. Фатальное предначертание было таковым, что Сла-
ву опять постигла травма головы с потерей сознания. Его сбила  автомаши-
на. На этот раз пришлось полежать в больнице около двух недель. Выписав-
шись, Иваньков стал плохо переносить жару и езду в транспорте.  Настрое-
ние было такое, что хуже не бывает. Его дополнили участившиеся конфликты
с родственниками жены. Казалось, что они  настраивают  ее  против  него,
препятствуют совместной жизни из-за национальных различий и т.п. На поч-
ве неврозов начались сцены беспричинной ревности. Они перерастали в ссо-
ры, которые заканчивались тем, что Вячеслав уходил из дому. На  этой  же
почве ему пришлось сменить место работы.
   Из документов МВД СССР: В 1965 году Иваньков был доставлен в  о/м  по
месту жительства за попытку совершения карманной кражи.  При  задержании
оказывал сопротивление сотрудникам милиции,  буйствовал.  Направлен  для
прохождения стационарной судебно-психиатрической экспертизы  в  больницу
имени Кащенко, где ему поставили диагноз: "Страдает  хроническим  психи-
ческим заболеванием в форме шизофрении, невменяем в отношении инкримини-
руемого ему деяния, нуждается в направлении на принудительное лечение ".
   В больнице на экспертизе Иваньков находился с 5  апреля  по  18  июля
1966 года. Узнав диагноз, он резко изменил свое поведение:  активно  об-
щался с окружающими, участвовал в настольных играх, читал книги, привет-
ливо встречал жену при ее посещениях, проявлял привязанность к сыну, ин-
тересовался решением суда...
   18 июля 1966 года, узнав о решении суда, повторившем заключение  экс-
пертизы о направлении его на принудительное лечение, Иваньков из больни-
цы убегает. Скорее всего к этому своему шагу он готовился заблаговремен-
но. Усыпив бдительность персонала, он выскользнул  на  улицу,  где  вос-
пользовался ожидавшей его автомашиной.
   После побега из больницы Иваньков сдал экстерном  экзамен  за  9-й  и
10-й класс средней общеобразовательной школы. Это было ему  для  чего-то
нужно. Видимо, он еще считал себя не совсем потерянным для общества  че-
ловеком. Но дома не жил, скрывался от работников милиции. Так  продолжа-
лось до ноября 1966 года, пока его вновь не задержали и не возвратили  в
психиатрическую больницу имени Кащенко. Здесь он пробыл около  двух  не-
дель.
   8 декабря 1966 года Иванькова перевели в московскую городскую больни-
цу N 5 для прохождения принудительного лечения. А в марте 1967 года экс-
пертная комиссия с участием профессора Р. Лунца пришла к заключению, что
"Иваньков В. перенес шизофреноподобный  психоз  травматического  генеза,
течение которого было обусловлено  психогеннотравмирующими  воздействия-
ми". Из психопатического состояния он полностью вышел. И 19 февраля  его
выписали с диагнозом: "Посггравматическая энцелофалопатия  усинзитивного
психопата, перенес затяжной посттравматический психоз".
   Из документов МВД СССР: После  выписки  из  психиатрической  больницы
Иваньков состоял под  наблюдением  психоневрологического  диспансера  г.
Москвы  с  диагнозом:  "Шизофрения,  параноидная  форма  ".  Переосвиде-
тельствования экспертной, врачебно-трудовой комиссией не проходил. Рабо-
тал фотолаборантом, тренером в детской спортивной школе.
   В 1974 году Иваньков получил 2 группу  инвалидности  по  психическому
заболеванию бессрочно. Одновременно Иваньков вел активный  образ  жизни,
часто посещал рестораны, имел широкий круг знакомых. В марте,  во  время
драки в ресторане "Русь" в г. Москве, Иваньков был задержан. При  произ-
водстве обыска у него были  обнаружены  и  изъяты  поддельные  документы
(паспорт и водительское удостоверение).
   В период следствия по уголовному делу с 5 июня по 13 августа 1974 го-
да Иваньков находился на стационарной судебно-психиатрической экспертизе
в институте имени профессора Сербского, где комиссия пришла  к  заключе-
нию, что он "психическим заболеванием не страдает, вменяем  в  отношении
инкриминируемым ему деяниям, высказывания о "преследовании" носят  симу-
лятивный характер".
   18 ноября 1974 года Иваньков был осужден по ст. 196 ч. З УК РСФСР, за
использование поддельных документов, к 7 месяцам 15 дням лишения свободы
и был освобожден из-под стражи в зале суда в связи с отбытием срока  на-
казания. За драку - групповые хулиганские действия,  привлечен  не  был.
Используя коррумпированные связи, Иваньков сумел уйти от полной  уголов-
ной ответственности.
   В период следствия и суда Иваньков содержался под стражей в Бутырской
тюрьме. В этот период он был посвящен в сан "вора в законе" находившими-
ся там "ворами". Его клички: "Ассирийский Зять", "Япончик"...

   АССИРИЙСКИЙ ЗЯТЬ

   Выйдя из тюрьмы, Иваньков оформил развод с  женой.  Непродолжительное
время числился товароведом в овощном магазине. Если  выразиться  точнее,
нигде не работал. Зато часто бывал в командировках. Ведь  теперь  ареной
его действий был не один, хотя и очень большой, город, а фактически  вся
страна. В ней он жил совершенно свободной личностью, как значилось в ми-
лицейских сопроводиловках: "без определенных занятий и без прописки".
   Оказавшись на свободе, он сразу вошел в круг наиболее влиятельных ли-
деров уголовного мира Москвы. Почти все вечера проводил в ресторанах.  В
компаниях отличался властностью,  переходящей  в  жесткость.  Его  часто
приглашали в качестве теневого арбитра, когда предстояло разрешить  воп-
рос о несвоевременной выплате долгов.
   В России  80-х  буйным  цветом  расцветало  нелегальное  предпринима-
тельство. Из необъятной казны государства или "резиновых" фондов  мощных
производственных объединений, где все было наше, общее, народное, а зна-
чит, и ничье, наиболее алчные и предприимчивые дельцы старались как мож-
но больше ценностей перекачать в свой личный карман. Почти повседневными
нормами социалистической реальности стали  приписки,  очковтирательство.
Например, на строящемся объекте еще не было крыши, а в официальных отче-
тах он числился как завершенный. План был выполнен, и  ответственные  за
него получали награды, новые посты. Назначенный преемник тихо  отдувался
за чужие грехи. Если сор из избы не выносил, через какое-то  время  тоже
получал повышение. Таковы были правила игры, название которой было  пла-
новое социалистическое хозяйствование.
   Конечно, в таких условиях можно было под крышей завода,  комбината  и
т.п. легко открыть и организовать цех левого производства. Здесь из  го-
сударственного сырья, за счет бюджетных средств  производили  неучтенную
продукцию. Она реализовывалась через черный рынок или  сеть  вполне  ре-
альных торговых точек, но по подложным документам. Баснословная прибыль,
не облагаемая никакими налогами, оседала в карманах  узкого  круга  лиц.
Так называемые цеховики, чувствуя свою полную безопасность и безнаказан-
ность, отлично жировали. Круговая порука была им надежной защитой от за-
кона.
   Вот на этот своеобразный социалистический Клондайк и вышли российские
джентльмены удачи, такие как Япончик и ему подобные. Они, можно сказать,
тоже были порождением существовавшей эпохи. Так получилось, что Иваньков
по ряду причин оказался в первой шеренге отечественных рэкетиров. Не бы-
ло бы его, появился кто-то другой. Уж очень благоприятные были условия.
   Из документов МВД СССР: В начале 1980 года Иваньков В. сплотил вокруг
себя преступную группу из числа ранее судимых лиц: Быкова Владимира  Ва-
сильевича, 1937 года рождения, Сливы Вячеслава Маракуловича,  1944  года
рождения, Сосу нова Асафа Евдаевича, 1938 года рождения. Входили в нее и
братья Квантаришвили Амиран (профессиональный игрок  в  карты)  и  Отари
(бывший спортсмен).
   Участники преступной группировки,  используя  удостоверение  и  форму
сотрудника милиции, а также огнестрельное оружие, производили самочинные
обыски у дельцов теневой экономики, живущих на криминальные доходы,  по-
хищая у них ценности и деньги, в некоторых случаях совершали  квартирные
кражи.
   Помимо этого, имея широкий круг осведомителей среди зажиточной интел-
лигенции и госчиновников, бандиты выявляли лиц,  располагающих  крупными
суммами денег и ценностями, вступали с ними в  контакт,  затем  обманным
путем увозили их на автомашинах за пределы г. Москвы  или  доставляли  в
квартиры своих связей, где, применяя физическое насилие (нанесение побо-
ев, изощренные пытки, в том числе использовали подручные  средства:  па-
яльники, утюги и тому подобное), угрожая расправой, добивались от  жертв
выдачи денег и ценностей.
   Почерк действий Ассирийского Зятя и  его  команды  можно  проследить,
скажем, на свердловском деле. Там джентльмены удачи заставили поделиться
крупными теневыми доходами нескольких цеховиков и антикваров. Деньги вы-
могались у них под предлогом взимания невозмещенных долгов, которые  по-
терпевшие якобы не возвращали определенным лицам.  Кстати,  такая  форма
рэкета была применена Япончиком одним из первых в России.
   В числе потерпевших был коллекционер-филателист. Япончик  и  два  его
сообщника изрядно "поработали" над своим клиентом. Выбивая  деньги,  они
приковали его к водопроводной трубе в  ванной  комнате.  Когда  от  боли
жертва теряла сознание, ее обливали водой и продолжали  пытку.  В  конце
концов пообещали, что последней процедурой для него будет купание в ван-
не с кислотой. Ассистент Япончика, Балда, притащил огромную бутыль.  Тя-
желая, ядовитая жидкость, испаряясь, забулькала по эмали. Тогда  коллек-
ционер сломался и подписал три расписки, каждая на 20 тысяч  рублей.  По
мелочам команда рэкетира номер один не работала. Дело было сделано.
   Но Иваньков не учел одного. К этому времени на его хвосте почти  пос-
тоянно висели муровцы. Они тоже работали уже не только в Москве, а прак-
тически по всей стране. Связи расследуемых преступлений давно не ограни-
чивались пределами столичного мегаполиса. Они наконец-то нашли  свидете-
лей, по показаниям которых можно было возбуждать  уголовное  дело.  Была
получена санкция прокурора на задержание Иванькова и его арест.
   О том, как это происходило, вспоминает участник операции, один из ве-
дущих сыщиков ГУУРа (Главного управления уголовного розыска)  МВД  СССР:
"Мы следили за его домом несколько дней. Наконец Япончик  появился.  Ему
дали войти в квартиру. Команды на задержание пока не было, хотя  ясно  и
профану, что в помещении его брать удобнее и безопаснее. Через некоторое
время он вышел. Направился к уличному телефону-автомату.  Набрал  номер.
Опять был довольно удобный момент. Команды нет. Вдруг Япончик резко бро-
сил трубку. Видимо, он получил какое-то известие. Какое?  Скорее  всего,
его предупреждали, что тучи над ним сгущаются. Была явная утечка  инфор-
мации. Это ощущалось и раньше. Отчасти поэтому он  всегда  ускользал  из
расставленных на него силков. Вот и в этот раз он бросился к машине. Че-
рез секунды автомобиль сорвался с места и вылетел со двора. У проходного
подъезда остановился. В него села жена. Оставляя на асфальте черные сле-
ды от пробуксовки колес, легковушка буквально сорвалась с места и тут же
набрала скорость. Вот тут, наконец-то, проследовала команда на его  зах-
ват. Несколько машин с оперативниками блокировали выезд на шоссе. Однако
Япончик прорвался. Пришлось стрелять...
   Мне показалось, Иваньков знал, что на этот раз не уйдет. Его  "добро-
желатель" предупредил о тех силах и средствах, что обложили его со  всех
сторон, словно охотники медведя в берлоге. Тем не менее сдаваться не со-
бирался. Чисто психологически он был не готов признать  свое  поражение.
Конечно, его взяли. При обыске изъяли три подложных паспорта  на  разные
фамилии, но с одной и той же, его, фотографией..."
   14 мая 1981 года вместе с Иваньковым были задержаны и его  сообщники.
Арестованным предъявлялось обвинение за совершение преступлений, предус-
мотренных статьями: 146 часть 2 пункты "а" и "б", 145 часть 2,224  часть
4,218 часть 1 УК РСФСР. Начались допросы, на которых следствие припирало
Япончика, казалось, неопровержимым, убийственным материалом.  А  он  все
отрицал, мол, доказывайте. С этим все было сложнее. Показания  потерпев-
ших и свидетелей вдруг стали меняться, отпадать. Это включились  в  дело
те, кто был на свободе, кто был обязан тем или иным Ассирийскому Зятю.
   Как одну из наиболее значимых фигур в глухой  защите  Япончика  стоит
выделить женщину, Никифорову Калю Михайловну. Она задействовала все свои
связи. Они у нее были  достаточно  сильными.  Благодаря  им  свидание  в
тюрьме превращалось в деловое совещание, на котором вырабатывалась стра-
тегия защиты и ухода от ответственности.
   В Свердловск срочно вылетели два гонца. Оттуда  крепче  всего  тянуло
ветром обвинения. Там Японец проводил один из последних "разгонов".  Не-
известная женщина позвонила дочери состоятельного мехового цеховика:
   - Я от вашего отца. У него на работе обыск. Вы понимаете о чем я  го-
ворю?
   - Нет, - испуганным голосом ответила не подозревающая подвоха жертва.
- Точнее - да, но я не знаю, что мне делать.
   - Что делать? Спасать надо, что можно.  После  конфискации  на  жизнь
вряд ли что останется. А на оплату отцовских адвокатов понадобится  куча
денег. Собирайте все ценности и как можно скорее уходите из дома. К  вам
вот-вот нагрянет милиция...
   Испуганная не на шутку молодая, неопытная женщина моментально  упако-
вала все самое дорогое и ценное. С этой поклажей выбежала  из  квартиры.
На лестничной площадке ее уже поджидали два человека. Один был  в  мили-
цейской форме.
   - Извините, вы гражданочка такая-то?
   - Да. А в чем дело.
   - Мы из ОБХСС (отдел по борьбе с хищениями социалистической собствен-
ности). Что у вас в сумке?
   - Личные вещи.
   - Вы куда-то собрались уезжать?
   - Нет. То есть - да.
   - Придется отложить поездочку. Пройдемте в  квартиру.  Вот  ордер  на
обыск...
   Даже чистая бумажка в такой ситуации может показаться  грозным  доку-
ментом. Женщина безропотно вернулась назад. Надо ли дальше сгущать крас-
ки и дополнять подробности, как два гонца Японца перевернули в  квартире
все вверх дном и добрали то, что в спешке забыла прихватить с собой  то-
ропившаяся родственница.
   Через несколько дней цеховик-меховик получил записку от  Ассирийского
Зятя. Там было два предложения. Одно о добром сотрудничестве, если будут
изменены для суда показания. Тогда все потери будут возмещены и даже га-
рантирована "крыша". При прочтении другого - у слабонервной  натуры  мог
случиться сердечный приступ. Конечно, подпольный предприниматель  выбрал
первое. Свердловский эпизод судом был исключен, так как свидетели и  по-
терпевшие изменили показания.
   С коллекционером-филателистом случилась почти аналогичная история.  К
нему в гости внезапно наведался посланец авторитета ростовской уголовщи-
ны.
   - Есть уникальная вещица, которую вы давно хотели  приобрести,  -  он
начал очень миролюбиво. - Наш общий друг привез ее из Ростова-папы.  Все
в машине - можно посмотреть и прицениться.
   Отказываться было нельзя, хотя и чувствовался подвох. Мацек был  дав-
ним клиентом. Он поставлял ворованные драгоценности почти даром.
   - Хорошо, - выдавил антиквар и понуро побрел за гонцом.
   В машине его действительно ждала дорогая безделица. Еще был разговор.
Суть его сводилась к известному предложению. Филателист сделал вид,  что
согласен. На самом деле тут же сообщил о визите в уголовный  розыск.  На
чаше весов были две  величины,  неподъемные  для  расшатанной  стрессами
нервной системы: реальность расплаты бандитов или гнев правосудия за да-
чу ложных показаний. Но если первые не давали за его здоровье и ломаного
гроша, наоборот, сделали все возможное, чтобы его подорвать, то  послед-
ние, в частности оперативники, гарантировали жизнь  и  благополучие.  Их
сторона и была принята. Единственная жертва обвинения  осталась  непрек-
лонной. Можно сказать, что ставка была сделана правильная. Муровцы  свое
слово сдержали. Говорят, этот антиквар вскоре отошел от своего  прежнего
бизнеса, зато процветал несколько лет в качестве  администратора  одного
из престижных кафе в Столешниках.
   Ассирийскому Зятю не удалось на этот раз легко  соскочить  со  скамьи
подсудимых. 29 апреля 1982 года народный суд Люблинского района г. Моск-
вы осудил Иванькова по статьям: 146 часть 2, пункты "а" и "б" (разбойное
нападение по предварительному сговору группой лиц с применением оружия),
17 и 196 часть 1 (подделка документов), 218 часть 1 (хранение и  ношение
огнестрельного оружия) УК РСФСР к 14 годам лишения свободы с  отбыванием
наказания в колонии строгого режима с конфискацией  имущества,  оправдав
его по статье 224 часть 4 (хранение наркотических веществ) УК РСФСР.
   Из материалов личного дела осужденного В.К. Иванькова:
   6 марта 1983 года он прибыл в исправительнотрудовую колонию N 3 Мага-
дана, откуда 30 июля 1983 года за злостное неповиновение требованиям ад-
министрации был этапирован на тюремный режим в учреждение СТ-2 г. Тулуна
Иркутской области (в обиходе именуется Тулунской тюрьмой), где 10 января
1984 года совершил преступление, предусмотренное статьей 110  УК  РСФСР.
За причинение тяжкого телесного  повреждения  осужденному  Гребенцу  ему
прибавлен еще 1 год лишения свободы.
   14 мая 1986 года Иваньков В.К. вновь совершает преступление. Находясь
на приеме у начальника медицинской части Томзякова, вступает в  пререка-
ния с сотрудником учреждения Кушнаренко, выражаясь в его адрес нецензур-
ной бранью. Затем, используя стул, причиняет Кушнаренко телесные повреж-
дения. Суд признал виновным Иванькова в совершении преступления, предус-
мотренного статьей 193 часть 2 УК РСФСР и приговорил его еще  к  1  году
лишения свободы.
   За период отбывания наказания в  местах  лишения  свободы  осужденный
Иваньков допустил 58 нарушений режима, за что 35 раз водворялся в штраф-
ной изолятор и карцер, переводился в помещение камерного типа сроком  на
2 месяца...
   Из характеристики на осужденного В.К. Иванькова:
   Является признанным "вором в законе ",  активно  пропагандирует  "во-
ровские" обычаи и традиции. Среди наиболее отрицательной части  осужден-
ных  пользуется  поддержкой.  Организует  групповые  эксцессы,  противо-
действуя законной деятельности администрации, при этом тщательно скрыва-
ет свою роль. На меры воспитательного  характера  не  реагирует.  Созна-
тельно склоняет осужденных к отказу от приема пищи и выхода на работу, а
также к другим противоправным действиям...
   Из докладной записки начальника оперчасти учреждения СТ-2: 21  января
1991 года на посту N 2 тюремного режима вольнонаемный Лыткин А., работа-
ющий в библиотеке, раздавал почту осужденным. При раздаче  корреспонден-
ции в камере N 43 между осужденным Иваньковым  и  Лыткиным  А.  возникла
ссора изза газеты "За рубежом", которая была выписана другим осужденным.
В ходе выяснения неприязненных отношений Иваньков взял палку длиной око-
ло метра, которой прочищают засорившийся унитаз,  и  нанес  ею  жестокие
удары по лицу Лыткина, после чего последнего унесли в санитарную часть.
   По заключению судебно-медицинской экспертизы Лыткину А. причинены те-
лесные повреждения в виде ушибленных ран  и  ссадин  лица.  В  действиях
Иванькова усматривались признаки преступления, предусмотренного  статьей
112 часть 2 УК РСФСР, то есть умышленные телесные повреждения или  нане-
сение побоев. Но учитывая отсутствие свидетельской базы,  в  возбуждении
уголовного дела отказано. Осужденный Иваньков привлечен к дисциплинарной
ответственности.
   Начиная с 1989 года Иваньков пишет жалобы и ходатайства  о  смягчении
меры наказания. Подключает к этому адвоката, родственников и свои  связи
в правоохранительных органах. Он обращается в различные инстанции с  жа-
лобами о его незаконном осуждении. Однако эти его попытки пока  остаются
без удовлетворения.
   В начале 1990 года жена Япончика обращается к народному депутату СССР
С.Н. Федорову с просьбой оказать содействие в помиловании  ее  мужа.  Он
направляет в Президиум Верховного Совета РСФСР и Председателю Верховного
Совета РСФСР два аналогичных депутатских запроса следующего  содержания:
"Учитывая, что Иваньков В.К. глубоко осознал противоправность  содеянно-
го, что пребывание в изоляции от общества свыше 7-8 лет не отвечает  ин-
тересам перевоспитания личности, а также принимая во внимание  его  воз-
раст и состояние осужденного, прошу Вас, Борис  Николаевич,  рассмотреть
вопрос о его помиловании. 11 сентября 1990 года. Народный  депутат  СССР
Федоров С. ".
   Вскоре соответствующие документы поступают в отдел по вопросам  поми-
лования при Верховном Совете РСФСР. Оттуда начинается встречная перепис-
ка. В Тулун направляется запрос с просьбой выслать все  необходимое  для
рассмотрения вопроса о пересмотре приговора в отношении осужденного В.К.
Иванькова. И в ноябре 1990 года в адрес Секретариата Комиссии по помило-
ванию и в Верховный Суд необходимые документы поступают.
   Большинство бумаг оказываются совершенно противоречивыми.  Осужденный
Иваньков характеризуется вставшим на путь исправления. Тем не менее  от-
дел по вопросам помилования при Верховном Суде РСФСР официального  реше-
ния не выносит. Бумажная карусель закручивается чьей-то умелой  и  могу-
щественной рукой еще сильнее. В декабре 1990 года материалы по Иванькову
попадают непосредственно в Верховный Суд для проверки в порядке судебно-
го надзора за законностью его осуждения.
   21 января 1991 года заместитель  Председателя  Верховного  Суда  А.Е.
Меркушев внес протест в Президиум Московского городского суда  о  перес-
мотре дела Иванькова в порядке надзора.
   30 января 1991 года Московский городской суд рассмотрел уголовное де-
ло по протесту на приговор Люблинского районного суда г.  Москвы  от  29
апреля 1982 года, постановив: приговор  Люблинского  районного  суда  г.
Москвы и определение судебной коллегии по уголовным делам  Мосгорсуда  в
отношении Иванькова В. оставить без изменений, а протест без  удовлетво-
рения.
   В феврале 1991 года вносится вторичный протест по делу Иванькова,  но
уже в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда РСФСР с ссыл-
кой на то, что Президиум Мосгорсуда, отклонив протест о смягчении  нака-
зания Иванькова, оставил без внимания данные о личности Иванькова и обс-
тоятельства, дающие основания для смягчения  ему  наказания.  По  мнению
Меркушева, систематические нарушения режима содержания и  совершенные  в
это время преступления Иваньковым - статьи 193 и 110 УК РСФСР  не  имеют
отношения к его наказанию по настоящему приговору.
   25 февраля 1995 года судебная коллегия по уголовным делам  Верховного
Суда РСФСР, рассмотрев данный протест,  изменила  назначенное  Иванькову
наказание по статье 146 часть 2, пп. "а" и "б" УК РСФСР до 10 лет  лише-
ния свободы с конфискацией имущества и по совокупности ст. 146 ч. 2  пп.
"а" и "б" с ст. 17, 196 ч. 1 УК РСФСР, на основании статьи 40  УК  РСФСР
окончательно определила срок лишения свободы в 10 лет исправительно-тру-
довой колонии усиленного режима с конфискацией  имущества.  В  остальном
приговор и определение оставили без изменений.
   Протестовать против подобного развития событий пытались те, кто лучше
кого-либо знал настоящий облик Вячеслава Кирилловича Иванькова, "вора  в
законе" по кличке Япончик, или Ассирийский Зять. В сентябре 1991 года на
имя Генерального прокурора  РСФСР  направлена  просьба  руководства  МВД
РСФСР о внесении в порядке прокурорского надзора протеста на определение
судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР от 25 февраля
1991 года в отношении гражданина Иванькова о смягчении ему наказания.
   В ноябре того же года Генеральный прокурор  РСФСР  внес  в  Президиум
Верховного Суда РСФСР протест, в котором поставил вопрос об отмене опре-
деления судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР от 25
февраля 1991 года. Было  предложено  наказание,  назначенное  приговором
Люблинского районного народного суда г. Москвы от 29  апреля  1982  года
считать правомерным. Однако этот протест был вскоре отозван  в  связи  с
получением уведомления из СТ-2 г. Тулуна об  освобождении  Иванькова  из
мест лишения свободы, которое состоялось 5 ноября 1991 года.
   Бумажное противоборство продолжалось еще какое-то время. По юридичес-
ким канонам освобождение осужденного не является основанием  для  отзыва
протеста. И 6 ноября 1991 года в МВД РСФСР поступает еще одно письмо  за
подписью заместителя Генерального прокурора РСФСР. В  нем  сообщается  о
внесении нового протеста в Президиум Верховного Суда РСФСР, где  предло-
жено считать приговор Люблинского районного  народного  суда  г.  Москвы
правильным.
   Тяжба блюстителей закона продолжалась, а  Япончик  уже  находился  на
свободе. Он некоторое время пожил в Москве. Здесь им была даже проведена
воровская схожа. Решив свои злободневные проблемы, он в марте 1992  года
нелегально выехал в поселок Веселый Ростовской области. Здесь он  пропи-
сался в общежитии и предпринял усилия для  выезда  за  границу.  С  этой
целью через советско-американское предприятие  "Приоритет"  им  подается
обращение в консульское управление МИД России. Он получает загранпаспорт
и визу для выезда по маршруту: "Москва - Пекин - Будапешт".
   В феврале 1992 года Иваньков обращается в посольство США в  России  с
целью получения визы на въезд в эту страну. Он скрывает судимости, изме-
няет анкетные данные, а именно искажает дату рождения,  домашний  адрес,
место работы, номера домашнего и служебных телефонов. Его вопрос решает-
ся положительно. Он покидает пределы России. А спустя месяц,  после  ус-
пешного отбытия Иванькова за границу СП "Приоритет" самоликвидируется.

   О "ВОРОВСКОЙ СПРАВЕДЛИВОСТИ", "ПОЛОЖЕНЦАХ", "КНЯЗЬЯХ"  И  "ВОРОВСКИХ"
РЕКРУТАХ

   Нередко в средствах массовой информации "воры в законе" преподносятся
идейными борцами с  государством,  насаждающими  "воровскую"  справедли-
вость. Так, например, во время судебного процесса над известным "вором в
законе" Япончиком, который проходил в США в Нью-Йорке, он сам и адвокаты
пытались представить его активным борцом с коммунизмом в России,  эдаким
узником советского режима.  Некоторые  авторы  приписывают  "законникам"
роль "хирургов", устанавливающих равновесие и порядок в преступном мире.
Примерно такой посыл был в статье  "Воровской  мир",  опубликованной  Г.
Подлесских и А. Терешонком в еженедельнике "Россия" N5  (за  28  февраля
1994 г.). Там, в частности, говорилось: ""Воры в законе" прибегают к на-
силию подобно тому, как хирург применяет скальпель: тогда, когда  нужно,
там, где нужно, и ровно столько, сколько нужно. Это коренным образом от-
личает их от заурядных уголовников, для которых насилие  что  топор  для
мясника: знай машут с плеча, не глядя, точно хмелея от пролитой  крови".
Делая такой вывод, авторы статьи не приводят конкретных примеров. А  это
бы стоило сделать непременно.
   Обобщение и  анализ  имеющихся  фактов  таких  "хирургических  вмеша-
тельств" говорят о противоположном. В начале  1990  года  на  территории
Брянска и области органы внутренних дел зарегистрировали четыре  дерзких
убийства. В центральном аппарате Генеральной  прокуратуры  предположили,
что началась "брянская вендетта". Осуществленный комплекс оперативно-ро-
зыскных мероприятий и следственных действий четко вывел сотрудников пра-
воохранительных органов на "вора в законе" Барыгу  -  Бориса  Петрушина,
организовавшего эти опасные преступления. Впоследствии это и было  дока-
зано процессуально. В апреле 1993 года Барыга был осужден к  длительному
сроку лишения свободы по статье 77 УК РФ за бандитизм. В настоящее время
отбывает наказание в одной из тюрем России.
   Из обвинительного заключения по уголовному делу N01376:
   "Расследованием было установлено следующее:
   Петрушин Борис Глебович, ранее неоднократно судимый, по кличке "Бары-
га", признанный в преступной среде "вором в законе ",  упорно  не  желал
встать на путь исправления. Более того, пользуясь присвоенным ему крими-
нальным титулом, наводил страх и требовал бесприкословного ему  подчине-
ния среди ранее судимых лиц, склонных к правонарушениям, и иных лиц,  со
слабой волей и характером, обеспечив тем самым для себя условия,  исклю-
чающие возможность сообщать указанными лицами о его преступных действиях
в правоохранительные органы и давать на него, как на  "вора  в  законе",
показания. Преследуя корыстные и личные выгоды, он завел  обширные  зна-
комства с лицами, работавшими в кооперативах, используя  как  их  самих,
так и их личный транспорт в своих преступных целях. Имея незаконно у се-
бя огнестрельное оружие, Петрушин навязывал его хранение судимым и иным,
находившимся с ним в связях лицам. Используя  данный  ему  в  преступной
среде "титул" "вора в законе ", Петрушин организовал у  себя  преступную
кассу и занимался сбором денег от судимых  в  качестве  так  называемого
"общака", строго контролируя их поступление.
   Ближайшим помощником и единомышленником по преступным целям  и  прес-
тупной деятельности был ранее неоднократно судимый и также упорно не же-
лавший вставать на путь исправления Беляев  Михаил  Иванович  по  кличке
"Мыца". С целью продолжения и облегчения преступной деятельности, прида-
ния ей организованного характера, усиления своего влияния и  авторитета,
завладения государственным, общественным и  личным  имуществом  граждан,
нападения на отдельных лиц, Петрушин совместно с Беляевым  в  1989  году
создали устойчивую, сплоченную, вооруженную пистолетами "ТТ"  преступную
группу-банду, в состав которой входили, как правило, нигде не работавшие
Заикин П.Н., близкий родственник Беляева - Немешаев Р.Ю., а также - Кле-
нин А.В., Шлянцев Г.В., работник кооператива "Вера" Клюев А.М.
   В январе 1990 года Петрушин, узнав, что  ранее  неоднократно  судимый
Баронов Ю.Н. не вносит в "общак" добытые  преступным  путем  деньги,  по
сговору с Беляевым решили совершить убийство последнего. Реализацию сво-
их преступных планов решили осуществить в  тот  момент,  когда  Петрушин
должен находиться по определению суда под административным арестом с  29
января по 5 февраля 1990 года в спецприемнике УВД Брянского  облисполко-
ма, используя арест как алиби. В конце января 1990 года во второй  поло-
вине дня Беляев на не установленной легковой автомашине,  взяв  непосвя-
щенную в их преступный план Ткачеву М.В., приехал к  спецприемнику  УВД,
возле которого уже находились Рощина Г. В.  и  председатель  кооператива
"Вера" Ладыгин Г. И. Последние воспользовались недобросовестным  отноше-
нием к исполнению служебных обязанностей работников спецприемника и  до-
бились представления Петрушину кратковременного выхода на  свободу.  Его
привезли в г. Сельцо. Затем на автомашине марки "Жигули" Петрушин, Беля-
ев и Ткачева приехали к дому, где проживал Баронов. Зайдя в квартиру Ба-
ранова, напали на него и подвергли сильному избиению, причинив ему  мно-
жественные переломы ребер, повредив печень, а также нанесли многочислен-
ные ушибленные раны на лице, туловище и конечностях. После чего Петрушин
вместе с Беляевым затащили не оказывавшего сопротивления Баранова в  ав-
томашину Петрушина, где была Ткачева. Взяв с собой Василевскую Т. А, ко-
торая находилась в квартире Баранова, все выехали в лесной массив,  рас-
положенный в районе Новостройки Володарского района  города  Брянска.  В
лесу, выйдя из автомашины, Беляев, желая втянуть в качестве  соучастника
убийства Ткачеву, с применением физической силы пытался ее  руками  уду-
шить Баранова, но последняя вырвалась. Тогда Беляев по команде Петрушина
задушил лежавшего на земле Баранова.
   В марте 1990 года у Петрушина возник конфликт с преступной группиров-
кой Атаманенко П.Б., Гурова В.Г. и Чечикова В.Л. Поводом послужило изоб-
личение Атаманенко в использовании Петрушиным не по назначению "общака".
Понимая, что Атаманенко своим протестом подрывает  авторитет  Петрушина,
как "вора в законе ", тот решил совершить убийство Атаманенко, Гурова  и
Чечикова. В течение марта 1990 года Петрушин, Беляев, Заикин,  Немешаев,
Клюев разыскивали скрывавшихся от них Атаманенко и его  соучастников.  В
конце марта 1990 года по указанию Петрушина, совместно с ним Беляев, За-
икин, Немешаев, Клюев, Шлянцев, вооруженные тремя пистолетами "ТТ", вор-
вались в квартиру матери Гурова - Гуровой В. А., где  его  обнаружили  и
подвергли жестокому избиению. Петрушин заявил Гурову, что за  неподчине-
ние и выступление против него, как "вора в законе ",  он,  Атаманенко  и
Чечиков подписали себе смертный приговор.
   В конце марта 1990 года, после дачи  указания  Беляеву  о  приведении
"приговора "в исполнение, Петрушин  совершает  не  тяжкое  преступление,
связанное с управлением автомашины в  нетрезвом  состоянии  и  оказанием
сопротивления при задержании работникам милиции. 2 апреля 1990  года  он
был задержан, а затем заключен под стражу. Спустя два дня, когда аресто-
вали Петрушина, Беляев, Заикин и Немешаев находят Гурова и после  жесто-
кого избиения убивают его из пистолета "ТТ". При совершении преступления
присутствовала жена  Гурова  -  Гурова  Л.С.  С  целью  сокрытия  следов
убийства Беляев, Заикин и Немешаев решили совершить убийство жены Гурова
- Гуровой Л. С., для чего привезли ее в поселок Чайковичи, завели в  дом
23 на площади Халтурина, принудительно напоили спиртным и уже  впятером,
к ним присоединились Клюев и. Кленин, в ночь на 5 апреля 1990 года выве-
ли Гурову и Дерюгина, который случайно оказался в квартире, в труднодос-
тупный участок кладбища возле деревни Дерковичи. В  процессе  совершения
преступления Клюев и Заикин  пытались  склонить  Дерюгина  к  совершению
убийства Гуровой. Получив отказ, они стали избивать  Дерюгина  монтиров-
кой, но он сумел увернуться и побежать от них. В ответ на это Заикин на-
чал стрелять вслед убегавшему и ранил его в щеку. Догнав его,  они  про-
должили избиение его  монтировкой.  От  полученных  повреждений  Дерюгин
скончался на месте. После чего эти же лица из пистолета "ТТ"  выстрелили
в Гурову и причинили ей сквозное пулевое ранение шеи. Полагая,  что  она
убита, Кленин с Заикиным бросили ее в ручей ".
   Основным участникам этих событий: Петрушину Б. Г., Беляеву М. И., За-
икину П. Н., Немешаеву Р. Ю., Клюеву А. М., Кленину А. В., Шлянцеву Г.В.
предъявлено обвинение по статье 77 УК РСФСР (бандитизм). Едва ли  подоб-
ные действия, следуя терминологии и аргументированное Т.Г. Подлесских  и
А. Терешонка, можно отнести к "хирургическому  вмешательству".  По  сути
дела Барыга и его сподвижник  Мыца  организовали  и  приняли  участие  в
убийствах уголовников, таких же, как и они сами. Тем самым были наказаны
отступники. А как квалифицировать с позиции  "воровской  справедливости"
убийство женщины и невиновного мужчины? Здесь не подходит никакое оправ-
дание аргументами указанных авторов и уж тем паче "воровской моралью".
   Можно привести еще более красноречивый пример.  31  марта  1995  года
"воровской положенец" Мансур у себя на квартире вел переговоры с  бывшим
компаньоном. По сути дела происходило выбивание крупной суммы денег. Для
большей сговорчивости подручные "положенца" приковали коммерсанта наруч-
никами к трубе отопительной системы. В этом положении тот находился нес-
колько дней. Все это время его пытали и жестоко избивали. По  счастливой
случайности почти через неделю измученному коммерсанту удалось сбежать и
заявить обо всем в милицию. В ночь на 8 апреля сотрудники  РУОПа  Москвы
штурмом взяли квартиру, в которой Мансур занял глухую оборону. Для обес-
печения личной безопасности он захватил двух заложниц и яростно  отстре-
ливался. В ходе штурма и перестрелки Мансура убили. Одна из заложниц бы-
ла ранена и утром скончалась в больнице. Начавшееся расследование  пока-
зало, что Мансур таким образом захватывал в заложники еще  двух  коммер-
сантов. Договориться им не удалось. Тогда оба были убиты  и  расчленены.
Обрубленные кисти рук несговорчивых коммерсантов Мансур лично сжег в ка-
мине. Остальные части тел были вывезены на одну  из  московских  свалок.
Специально выбрали ту, где больше всего бездомных собак.  Изголодавшиеся
животные с жадностью набросились на человечину. К утру лишь  обглоданные
кости напоминали о том, следы какого страшного преступления растворились
среди мусорных гор.
   Известны и другие факты "справедливости". Так, в  сталинские  времена
"воры", совершая побеги из лагерей Севера и Колымы, нередко брали с  со-
бой якобы сообщников - осужденных, которых называли "коровами". При дли-
тельных переходах по тундре и тайге, особенно в зимнее время,  испытывая
недостаток в пище, они съедали взятых с собой "коров".
   Подтверждая "воровскую справедливость", Г. Подлесских и А. Терешонок,
может быть, и не желая этого, пропагандируют обычаи и традиции "воров  в
законе". А они, как видно из приведенных примеров, действительно,  схожи
с законами волчьей стаи. Тут факты говорят сами за себя. Если  не  наде-
вать розовых очков, никуда не уйти от убийств особой изощренности и дру-
гих тяжких преступлений, вплоть до захвата  заложников.  И  определенную
часть этого ужаса организуют как раз "законники". Либо они являются  его
идейными вдохновителями. В этом их криминальная сущность. И не стоит  на
это закрывать глаза, прикрываясь словно фиговым  листком  отдельными  их
"благородными" проявлениями.
   Криминологические исследования, практическая деятельность сотрудников
правоохранительных органов позволяют объективно показать обобщенный  об-
раз "вора в законе". Лидеры такого типа -  это  своеобразные  генераторы
преступных идей и взглядов, бескомпромиссные преступники. Они  изобрета-
тельны и изощренны. В последние годы нередко демонстрируют свою  религи-
озность. Под маской порядочности "воры" далеко  не  всегда  справедливы,
большинство из них - лживы, мстительны, жестоки. Около 80  процентов  из
них склонны к наркомании.
   Должностные, а также другие лица, имевшие взаимоотношения с "законни-
ками", указывают на их  общительность,  умение  устанавливать  контакты.
Например, тот же Барыга находился в дружеских отношениях с бывшим  заве-
дующим отдела административных органов Брянского обкома компартии, кото-
рого среди уголовников знали под кличкой Дубчек. Кроме этого колоритного
типа Барыга был в приятельских отношениях со старшим помощником прокуро-
ра, заместителем начальника УВД области. Был он знаком  и  с  некоторыми
другими влиятельными лицами из местной администрации.
   Можно подчеркнуть как характерный признак умение "воров в  законе"  в
нужных случаях проявлять инициативу, решительность,  способность  подчи-
нять своей воле не только лиц с криминальной установкой, но и  "добропо-
рядочных" представителей государственных структур. За  "воровское"  дело
"законники" пойдут на все, хотя и сделают это скрытно, нелегально, в ос-
новном чужими руками.
   Необходимо заметить, что "воры в законе" признают людьми только  тех,
кто входит в "воровскую" касту. С остальными лишь ведется игра в  "обще-
человеческие ценности". Эта черта их поведения  иллюстрируется  цитатами
из "воровских малевок" и "ксив", изъятых в тюрьмах и следственных изоля-
торах. Приведем в качестве наглядности такие тексты, взятые из воровской
переписки: "В этой жизни есть случайные люди, пассажиры, которые  думают
о своем доме и семьях, им  просто  надо  объяснить,  пусть  живут  своей
жизнью и не мешают нам", или "... арестанты, запомните, кроме вора нико-
му не дано право решать судьбу человека. Это наше воровское  решение  на
массу арестантов, чем вы должны руководствоваться и жить".
   Чтобы еще более полным получился  собирательный,  обобщенный  портрет
"законника" попробуем разобраться в том, как отдельные  личности  стано-
вятся или выводятся на этот путь. Несколько слов о  воровских  рекрутах,
тех, кто по своей воле или по скрытому чужому умыслу был вынужден  стать
преступником.
   Признание "вором в законе", так называемое "коронование", или  креще-
ние, осуществляется на "воровской" сходке либо по "воровской"  переписке
с рекомендациями не менее двух преступников этой  же  категории.  Причем
будущий вор, как правило, проходит испытательный срок, своего рода  кан-
дидатский стаж. В этот период времени он  может  быть  "положением"  или
"смотрящим".
   Как правило для приема новых "воров" на "воровской" сходке собираются
не менее пяти особо опасных  лидеров,  имеющих  достаточный  "воровской"
стаж. Кандидата представляют рекомендующие, затем задаются вопросы,  ка-
сающиеся его криминального образа жизни и деятельности, после чего  при-
нимается решение.
   Это лишь условная схема, и  все  может  происходить  более  просто  -
встретились, посидели, поговорили с выпивкой и обильной закуской, а  за-
тем пригласили кандидата и сказали, что он "вор в законе".
   "Коронование", или надевание короны, как преступная традиция, идет из
20-30-х годов, когда "нэпманские воры" для  поднятия  своего  авторитета
распространили легенду о происхождении воровской касты от атаманов  раз-
бойничьих ватаг, живших в XVII веке и якобы принадлежавших к дворянскому
сословию. Среди этой касты  избранных  в  качестве  столпов  обязательно
должны были быть "положенец" - уголовный авторитет, наделенный  "воровс-
кими" обязанностями и правами на определенный испытательный срок,  кото-
рый затем становился бы "вором в законе"; "смотрящий" - криминальный ав-
торитет, контролирующий определенную территорию или объект и находящийся
под  покровительством  "воров  в  законе".  Их   еще   называют   иногда
"князьями".
   Мы располагаем информацией о том, что и  современные  "воры"  считают
себя потомками настоящих и мнимых князей. Например, в октябре 1994  года
"вор в законе" по кличке Цицка во время беседы заявил, что он происходит
от княжеского грузинского рода и свое пребывание в "воровском" сообщест-
ве не считает случайным. Аналогичные заявления делал "вор" по кличке Ре-
зо Тбилисский. Понимая эти заявления дословно, невольно приходишь к  вы-
воду: да, это князья, но князья тьмы, повелители наиболее циничных  сил.
Если уголовный авторитет побывал в местах лишения свободы, где  всемерно
поддерживал осужденных и заключенных под стражу, грубо нарушающих  режим
содержания в следственном изоляторе или исправительном учреждении,  ока-
зывал противодействие администрации, а также  совершал  другие  подобные
"подвиги", то это признается большим плюсом в блатной жизни  и,  естест-
венно, способствует "коронации".
   Становление в качестве преступного авторитета уголовника Смелого про-
исходило в период отбывания им наказания в ИТК-8 г. Лабытнанги. Находясь
под стражей. Смелый активно участвовал в "воровском" движении. Оно в ос-
новном заключалось в  оказании  противодействия  администрации  исправи-
тельного учреждения и расправах над неугодными "законникам"  лицами.  За
это Смелый и был принят в так называемый "братский круг".
   После освобождения из мест лишения свободы Смелый выехал в г. Нефтею-
ганск, где организовал сбор материальных средств в "общак" и "грев" (пе-
редача в зону денег, наркотиков и т.п.). Подобная забота не осталась без
внимания, ведь все непосредственно касалось "братского круга". В феврале
1991 года Смелый был признан "вором в законе" на "сходке",  съезде  "во-
ров" в Грузии.
   По оперативной информации ГУОП МВД: В 1993 году в России "короновано"
11 уголовных авторитетов, в 1994 году - 33, в 1995-1996  годах  -  около
100. Значительное увеличение количества  "коронованных"  преступников  -
это противовес кавказским "ворам" в  российских  регионах,  так  считают
большинство уголовных лидеров. Объявление "вором в законе"  в  уголовной
среде осуществляется как непосредственно "ворами", присутствовавшими  на
"сходке", так и с помощью "воровской корреспонденции" -  так  называемых
"ксив", "малевок" на "общак ". В некоторых случаях "братве" о присвоении
"титула" объявляет и сам "коронованный ", например, при этапировании его
в колонию, тюрьму.
   Однако не всегда тот или иной "воровской" авторитет - "положенец" или
"смотрящий" желает стать "вором". Бывает и так, что уголовному авторите-
ту предлагают "короноваться", а он отказывается. Сами авторитеты  в  ос-
новном объясняют это тяжестью "воровской короны", а попросту  не  всегда
тот или иной из них может соблюсти "воровские" обычаи и  традиции,  "во-
ровскую" мораль. Например, кандидат в "воры  в  законе"  должен  держать
слово перед "братвой", своевременно  и  правдиво  рассказывать  о  своем
прошлом уголовникам, по "воровской" иерархии стоящим выше кандидата, по-
могать сообщникам, жестко вести себя с лицами, которые не платят  "дань"
в "общак", оказывают противодействие "ворам". И здесь он не должен оста-
навливаться ни перед какими средствами, вплоть до  организации  шантажа,
убийства и т.п.
   Вот как один из уголовных авторитетов, отбывавший наказание во Влади-
мирской тюрьме, высказывает в "малевке" - записке, адресованной "вору  в
законе" по кличке Север, свои сомнения о возможной "коронации" его  "во-
ром в законе": "... Из разговора с Эдиком я понял, что он был бы  только
рад пополнению Воровской семьи в моем лице. Но мучает меня  одно,  из-за
чего может возникнуть ко мне резонный вопрос, о том,  что  имея  возмож-
ность, я должным образом не поставил за себя в курс Воров: Сережу  Бойца
и Сашу Уголька..."
   С другой стороны, отдельные преступники, по "воровским" понятиям, ни-
когда не станут "ворами". Это, во-первых,  гомосексуалисты  (в  исправи-
тельных учреждениях осужденные именуют их "обиженными", "петухами"), ли-
ца, которые, будучи осужденными, оказывали помощь администрации (их "во-
ры" именуют "козлами"), а также "фуфлыжники" (не отдавшие карточный либо
какой-нибудь другой долг), "беспредельщики" и другие.  Во-вторых,  лица,
ранее бывшие комсомольцами, членами компартии, служившие в  правоохрани-
тельных органах, в армии. В-третьих, те, кто недостаточно знает и уважа-
ет "воровскую" мораль, основа которой - помощь "воровскому"  сообществу.
Например, если преступник, имея криминальный доход, не вносит  деньги  в
"общак" или не помогает "честным арестантам", а использует доходы в лич-
ных целях (на "воровском" жаргоне - "набивает кишку"), то  он  также  не
будет "вором".
   Некоторые криминологи и практические работники высказывают  сомнение,
что "коронование" может быть произведено по переписке либо по письменной
рекомендации нескольких "воров", переданной на свободу, в другое  испра-
вительное учреждение или в следственный изолятор. Однако  весомым  аргу-
ментом, подтверждающим прием в "воровское" сообщество по переписке,  яв-
ляются личные наблюдения одного из авторов, который проработал в  опера-
тивных аппаратах МВД, в том числе системы ИТУ, более тридцати лет.  Ана-
логичная точка зрения изложена А.И. Гуровым  в  книге  "Профессиональная
преступность". Им, в частности, указано, что в одном из  транзитно-пере-
сыльных отделений Управления исправительно-трудовых лагерей Красноярско-
го края, где в 10 камерах содержались "воры в законе", обсуждение канди-
датур и прием осуществлялись с помощью переписки, так как условия изоля-
ции исключали сходку.  Последние  криминологические  обследования  тюрем
России также позволили получить подтверждающие наш вывод сведения.
   В процессе встреч с осужденными и их опросов неоднократно приходилось
слышать рассказы о "коронациях" "ворами в законе" по  "воровской"  пере-
писке. Как правило, это происходило в местах лишения свободы.  Например,
уголовные авторитеты Джем, Семерик и некоторые другие стали  "ворами"  в
тюрьмах: первый - в Тобольской, второй - в Тулунской, и  им  со  свободы
"подгоняли" "воровские малевки" об их "достойном" поведении  в  прошлом,
до ареста.
   Во время освобождения из Владимирской тюрьмы в мае 1994 года  уголов-
ника по кличке Огонек, "воры", содержащиеся в тюрьме, дали ему  "ксиву",
где было указано, что он "честный арестант", достойно вел себя в остроге
и заслуживает звания "вора в законе". В июне 1994 года на одной из "схо-
док" в Москве Огонек был "коронован".
   Данные, которыми мы располагаем, говорят о том, что в среднем в прес-
тупном мире "коронуется" в год не менее 30-40 уголовных авторитетов.  Но
эти сведения не дают точную характеристику ситуации. Получены они из са-
мых разных, даже противоречивых, источников и на полную объективность не
претендуют. Они, скорее всего, уменьшены. Дело в том, что любая "воровс-
кая сходка", где "коронуются" кандидаты в "воры в законе",  организуется
и собирается нелегально. Все, о чем говорится на "сходках", в частности,
принимаемые там решения, держатся в большом секрете и становятся достоя-
нием лишь узкого круга лиц. Известны случаи, когда за "запал" -  расшиф-
ровку органам внутренних дел "воровской ксивы на общак",  написанной  во
исполнение принятых "сходками" решений, лидеры преступного мира  жестоко
расправлялись с провинившимися: над ними  совершались  акты  мужеложства
или они подвергались физической расправе вплоть до  убийства.  Добывание
информации о "сходках" и,  соответственно,  о  "коронации"  сопряжено  с
большим риском и оперативно-розыскными сложностями.
   В криминологической литературе существует мнение, отрицающее  описан-
ную нами процедуру "коронования". При этом придерживающиеся такой  точки
зрения утверждают, что она надумана и срисована с вступления в  комсомол
или КПСС. Например, Л.В. Тэсс в своей книге указывает: "Становление "во-
ра в законе" происходило исподволь, долгое время, и никаких принятии его
в "закон" как самостоятельной процедуры не  существовало".  Делая  такое
умозаключение, Тэсс глубоко заблуждается. Наша точка  зрения  обоснована
результатами криминологического исследования, проведенного  в  1992-1993
годах сотрудниками Главного управления по организованной преступности  и
научными работниками ВНИИ МВД Российской Федерации, а также,  естествен-
но, обобщением практики оперативных аппаратов МВД, рассказами  отдельных
"воров в законе", как настоящих, так и бывших. А высказывание Л.В. Тэсса
о том, что "коронование" "вором" похоже на прием  в  комсомол  или  КПСС
имеет двоякий смысл. Нельзя исключить, что  при  длительных  отсидках  в
централах и острогах царской Рос - сии  профессиональные  преступники  -
"законники" и другие, подобные им преступники, знали и даже видели,  как
большевики принимали в свои ряды заключенных, разделявших их взгляды, и,
учитывая то значение, какое имел этот ритуал для  конкретного  человека,
переняли процесс приема и использовали его  в  криминальной  практике  с
целью укрепления своих рядов.
   При определенной натяжке можно и межрегиональную  "воровскую  сходку"
сравнить с партийным съездом или пленумом ЦК КПСС. Она имеет схожие чер-
ты особенно со съездами большевиков, находившихся в подполье. Не случай-
но в конце 80-х и начале 90-х годов, когда на "сходках" собиралось  нес-
колько десятков "воров", они сами именовали такие сборища съездами. Нес-
колько таких съездов прошло в Тбилиси, Баку, Ташкенте и других  городах,
в основном на юге бывшего СССР.
   Изучение личностей "воров в законе", а также возглавляемых ими крими-
нальных общностей приводит к закономерному выводу,  что  главари  такого
типа в своем большинстве являются не  только  руководителями  конкретных
преступных формирований, но и лидерами преступного мира городов,  регио-
нов, а в некоторых случаях России и республик бывшего СССР. Лидер, чтобы
быть "вором", должен следить за тем, чтобы его образ  жизни  и  действия
его сообщников совпадали с правилами и  традициями  "воровских"  кланов.
Живучесть "воровской" самобытности обеспечивается целым набором преступ-
но-организационных методов и действий, в который в первую  очередь  вхо-
дят: укрепление или создание "воровских" группировок-семей, а также взя-
тие под свой контроль других преступных формирований; проведение сходок;
разбирательские (третейские) роли; сбор, хранение и использование "обща-
ковых" средств; опека (патронирование) мест лишения свободы; обеспечение
безопасности "воровских" структур и т.д. Перечисленные методы и действия
определяются системой постоянного совершения преступлений, а также  соб-
людением и распространением "воровских" обычаев и традиций.

   ЧЕРНЫЙ КАРДИНАЛ

   Убийца сделал четыре выстрела. Первая пуля угодила в легковую машину,
к которой направлялся черноволосый, с залысиной  во  весь  лоб  человек.
Вторая попала ему в голову. Третья и четвертая - в грудь. Мужчина  неес-
тественно взмахнул руками, словно прощаясь, и, резко развернувшись, осел
на землю. Могучего телосложения телохранители растерянно заметались вок-
руг, напоминая своей суетой согнанных с привычного насеста  кур.  Кто-то
запоздало склонился над еще дышащим с хрипами и кровью хозяином, как  бы
прикрывая его своим телом. Поздно.
   Около места преступления, на чердаке ближайшего дома, нашли  винтовку
германского производства с оптическим прицелом. Ее приклад  был  разбит.
Рядом валялись две стреляные  гильзы  и  семь  окурков  сигарет.  Третья
гильза осталась в стволе оружия. А четвертая? Ее нигде не было.  Подроб-
нее о ней еще будет рассказано чуть позже. Пока же остановимся  на  том,
что по всем признакам работал здесь не дилетант.  Оставленные  им  знаки
как бы подчеркивали весомость и высоту положения жертвы. Смотрите,  мол,
даже оружие готовилось только под этого человека. Он  убит,  а  винтовка
разбита. Она уже ни в кого не выстрелит.
   Догадались о ком речь? Для уточнения осталось только назвать место  и
время. Но надо ли вот так, сразу? Пусть лучше образ Черного кардинала, а
именно таким был этот человек для преступного мира, проступает, прорисо-
вываясь со всей контрастностью, не сразу, а примерно так, как это и было
в жизни.

   В КОГОРТЕ "НАСЛЕДНИКОВ"

   Если в Москве в конце 60 - начале 70-х безраздельным хозяином  крими-
нального мира был Геннадий Карьков. Его боялись "воры в  законе",  перед
ним трепетали теневики и цеховики. То в 80-х монгольскую эстафету  подх-
ватил Япончик, жертвами которого становились те, чей бизнес находился  в
противоречии с существовавшим законодательством: профессиональные игроки
в карты, мошенники всех мастей, сбытчики наркотиков, а  чаще  всего  ле-
гальные и нелегальные производители неучтенной продукции, скупщики  кра-
денного антиквариата и иных раритетов.
   Почерк деяний "наследников" мало чем отличался от  "монгольских".  Но
кое в чем ученик все же превзошел своего учителя. Так,  учитывая  старые
ошибки, он значительно уменьшил число своих  соратников.  Если  в  банде
Монгола было более тридцати человек, то Японец ограничился количеством в
трое меньшим. Он брал не количеством, а качеством.
   Кто стоял под его "знаменем"? Назовем наиболее ярких  представителей:
Владимир Быков (Балда), Вячеслав  Слива  (Слива),  братья  Квантришвили,
Отари и Амиран. Последний, профессиональный игрок в карты, был  наводчи-
ком. Он владел поистине золотой информацией о картежниках, имевших круп-
ные состояния. Отари - выходец из спортсменов, поединки которого с  бор-
цовского ковра переместились на ковры в квартирах  тех  у  кого  водятся
деньги. Только способный грузин быстро отошел от роли  непосредственного
исполнителя. Он чаще выступал в роли организатора, стороннего наблюдате-
ля, а точнее - строгого спортивного судьи, который четко  бдит  за  всем
происходящим и корректирует ситуацию так, как считает нужным.
   Из документов МВД СССР: В начале 1980 года Иваньков, Быков, Квантриш-
вили "выбили" деньги у игроков в карты Курмаева, Менялкина,  Летучего  и
других на сумму свыше 100 тысяч рублей. После реализации  заявлений  по-
терпевших преступные действия против них были  задокументированы.  Но  к
уголовной ответственности их привлечь не удалось. И жертвы, и  свидетели
свои первоначальные показания изменили.
   Действовали преступники дерзко. Но потерпевшие в милицию  чаще  всего
не обращались, ибо имели свои грехи перед законом. А если и  попадали  в
орбиту следствия, то зачастую  запутывали  его,  меняя  свои  показания.
Из-за такой чехарды распались и были прекращены десятки уголовных дел.
   Тем не менее милицией было собрано достаточно компромата, чтобы прес-
тупников не только вычислить, но и, доказав их виновность, передать дело
в суд. Япончика и членов его банды осудили к длительным срокам.  Главарь
получил 14 лет строгого режима. Но отсидел из них только  десять.  Отари
избежал наказания. Его участие в преступлениях доказано не было. Опытные
преступники сумели подстроить все так, что его вывели  из  дела.  Кто-то
должен остаться на свободе -  присматривать  за  "хозяйством",  семьями,
обеспечивать "грев".
   В начале 80-х Отари Квантришвили работал тренером Московского городс-
кого спортобщества "Динамо". Воспитывал подрастающее  поколение  борцов,
дружил с маститыми спортсменами, шефствовал над теми,  кто  по  той  или
иной причине уходил из большого  спорта.  Уважаемый  человек  Отари  Ви-
тальевич - да и только. В прошлом сам был мастером спорта международного
класса. Но вместе с тем была в его биографии строка, о которой  он  осо-
бенно не распространялся.
   Из документов МВД СССР: Квантришвили О.В. родился в 1948 году в горо-
де Зестафони (Грузия). Постоянно проживает и прописан в Москве.  19  де-
кабря 1966 года Московским городским судом Квантришвили был  осужден  по
статье 117 часть 3 (изнасилование) УК РСФСР к 9 годам  лишения  свободы.
14 августа 1970 года по определению народного суда Свердловского  района
Москвы направлен в психиатрическую больницу  общего  режима  г.  Люблино
Московской области. Таким образом, по причине психической ненормальности
Квантришвили О.В. от ответственности за совершенное деяние был  освобож-
ден.
   Существует версия, по которой во  время  предварительного  заключения
Отари укусил сокамерника за ухо. Произошло это якобы в  порыве  шизофре-
нии, что и легло в основу диагноза врачей. Говорят, еще больше  повлияли
хлопоты хорошей знакомой Япончика, занимавшей  в  медуправлении  высокую
должность. Как было на самом деле, сегодня вряд  ли  кто  скажет  точно.
Нельзя исключать и такого поворота событий,  что  Кванта  (такую  кличку
Квантришвили получил в тюрьме) просто  хотели  "опустить".  Насильников,
увы, не жалуют даже на арестантских нарах. Их место в  табеле  о  рангах
уголовного мира находится на самом дне.
   Тем не менее благодаря новому повороту в развитии  событий  насильник
оказался на свободе. Конечно, здесь не обошлось без  денег  и  без  того
влияния, которое уже заимел среди уголовников бывший  мастер  спорта  по
борьбе. Вместо падения на самый низ он взлетел ввысь.
   Второй раз Квантришвили засветился в деле, связанном с разбойным  на-
падением на богатых московских ассирийцев в 1981 году. Преступление было
организовано Япончиком. Опять ему  удалось  избежать  наказания  по  той
простой причине, что потерпевшие отказались  давать  какие-либо  обвини-
тельные показания на вымогателей. Все свелось к недоразумению, уладивше-
муся между обидчиками и обиженными в конечном итоге полюбовно.  Отслежи-
вавшая этот эпизод милиция оказалась с носом. Сыщики и  следователи  еще
не были готовы вести схватку с Япончиком по тем жестким правилам,  кото-
рые он уверенно и нагло навязывал. В дальнейшем Квант уже не подставлял-
ся, перешагнув уровень простого исполнителя.


 

ДАЛЕЕ >>

Переход на страницу:  [1] [2] [3] [4]

Страница:  [1]

Рейтинг@Mail.ru








Реклама