криминал - электронная библиотека
Переход на главную
Рубрика: криминал

Шариков Мумин  -  Наркобизнес в России


Вместо предисловия. НАШ АПОКАЛИПСИС
Глава 1. НОВЫЕ ДОРОГИ "ЗОЛОТОГО ПОЛУМЕСЯЦА"
Глава 2. "ПСЫ" НАРКОБИЗНЕСА
Глава 3. ПРАВОСУДИЕ НЕ ДЛЯ ВСЕХ
Глава 4. ЗДОРОВЬЕ И ЗАКОН
Глава 5. МНОГОЛИКИЙ СПРУТ НИГЕРИЙСКАЯ МАФИЯ
Глава 6. СМЕРТЬ В БЕЛЫХ ХАЛАТАХ
Глава 7. ПОД "КРЫШЕЙ" ПОГОН
Глава 8. БРАТВА НА ИГЛЕ
Глава 9. ТАЛАНТ НА ПРОДАЖУ
Глава 10. САНКТ-, ИЛИ НАРКО-ПЕТЕРБУРГ
Глава 11. ОПЕРАЦИИ "КОНТЕЙНЕР" И "ФОЛИАНТ"
Глава 12. КАЛИНИНГРАД - ЗОНА РИСКА
Глава 13. РАЗВЛЕЧЕНИЕ ЗОЛОТОЙ МОЛОДЕЖИ
Глава 14. КАТЯ ФИЛИППОВА
Глава 15. СТИЛЬ ЖИЗНИ

Переход на страницу:  [1] [2] [3] [4]

Страница:  [3]



   ПРИХОДИ, НАРОД, В НАШ ОГОРОД!

   Едем мы на лесополосу, где, как сообщил бойцам ОМОНа начальник  отделения
милиции, начался "торг".
   - Пора прикрывать эту точку, - незамысловато добавил он и  повернулся  ко
мне: - Ну что, журналист, будет тебе зарисовка с натуры, обещаю.
   Чуть ли не "я сказал! ". Я ему верю, кстати. Раз сказал - значит,  что-то
такое меня ждет. Нельзя сказать, что  я  так  уж  люблю  приключения,  но  в
последнее время, надо признаться, я, кажется, намеренно на них напрашиваюсь.
В конце концов начальник снизошел до моей просьбы и разрешил  участвовать  в
операции.
   Итак, все, кажется, готовы. Оружие приготовлено: и у бойцов,  и  у  меня.
Правда, у меня оно в виде ручки и репортерского диктофона. Но это мелочи,  с
такими ребятами мне ничего не страшно. Как бы  там  ни  было,  отделение  по
незаконному  обороту  наркотических  средств  УВД  Северо-Восточного  округа
Москвы к делу приступило. И я вместе с ними, извините за назойливость.
   Московские пробки на дорогах-это отдельная песня. Когда времени в  обрез,
хочется взлететь над всеми этими автомобилями, но... Не дано.
   Вижу,  что  ребята  нервничают.  Велик  соблазн  написать  что-нибудь   о
каменно-серьезных лицах бесстрашных бойцов. Мол, "наша  служба  и  опасна  и
трудна", но мы, мол, знаем себе цену. Но нервы есть нервы.  К  такой  работе
невозможно привыкнуть. Время идет, стремительно летят минуты, есть опасность
не успеть, попасть к шапочному разбору, и тогда может пойти насмарку  долгая
работа отделения. К тому же расклад может быть самый  разнообразный,  самый,
так сказать, крутой. Проходила информация, что женщина, которая  торгует  на
этой точке наркотой, может  выставиться  с  вооруженной  охраной.  Ко  всему
прочему, там наверняка тусуются наркоманы, а это такая публика,  от  которой
можно ждать все, что угодно.
   Все, добрались.  Недалеко  отсюда  -  поляна  лесополосы,  где  и  должен
происходить тот самый торг, где в одни руки идут бабки, а в другие - дозы.
   Здесь  мы  делимся  на  две  группы.  Одна  гонит,  другая  -  хватает  и
раскладывает.
   Ну, с Богом!
   - Стоять, милиция! - выскакиваем на поляну, где торг в самом разгаре.
   Народ-врассыпную. В центре поляны остается  стоять  тетка  лет  сорока  с
пакетом: в нем совсем скоро обнаружится расфасованный и  готовый  к  продаже
опий. Стоит, растерянно хлопает  глазами  и  не  шевелится,  только  смотрит
вокруг себя широко раскрытыми глазами.
   А посмотреть есть на что. С поляны кто куда убегают  мужчины  -  русские,
кавказцы, черные, белые - разные, но всех объединяют  болезненная  худоба  и
п-очти зеленый цвет лица. Волосы разного цвета, а лица - одного.  "Черняшка"
еще никого до добра не доводила.
   Я вздрагиваю от предупредительного выстрела в воздух.
   - Стоять!!!
   "Козлы", - добавляю я про себя почему-то.
   Довольно быстро всех присутствующих удается положить на землю. Продавщица
тоже особых хлопот не доставила. Теперь - всех "упаковать" в машины  и  -  в
отделение.
   Самое интересное начинается потом. Спрашиваем мы эту тетку:
   - Чем торгуешь?
   - Как, этими... - удивляется она. - Наркотиками же!
   - Как здесь оказалась?
   - Из Молдавии приехала. Яблоками торговала. Кончились.  Мужчина  подошел,
интересный такой, спрашивает, хочешь наркотиками торговать? А я что? Мне все
равно, чем торговать. Могу и наркотиками, делов-то.
   Я смотрю на нее и вижу: тетка совершенно не отдает себе отчет в том,  чем
занимается, какой отравой снабжает  население  Москвы.  Тупое  недоумение  -
чего, мол, это вы ко мне привязались?! Зарабатывала  хорошо:  по  три-четыре
сотни в день.
   И я вспомнил: когда на костре сжигали Яна Гуса, старушка,  желавшая  Гусу
добра, подбросила в костер вязанку сухих дров.
   - О санта симплицитас! - воскликнул умирающий  на  костре  Ян  Гус.  -  О
святая простота!
   Эта тоже не ведает, что творит. Святая простота? Но простота, пусть  даже
и святая, говорят, хуже воровства. В этом случае - особенно.
   Гражданку  эту  спокойно  можно  назвать   наркодилером   азербайджанских
наркоторговцев. Они всего лишь использовали глупую  гражданку  из  Молдавии,
как используют многих. Разумеется, сливки они оставляют себе.


   ПЛАТОН МНЕ ДРУГ, НО ОПИЙ ДОРОЖЕ

   Вообще, нужно сказать, что азербайджанская мафия отличается от  остальных
наркомафий. Решение возникших проблем силовыми  методами  -  до  такого  они
никогда не дойдут. Это, мягко говоря, не их дело. Всякие "стрелки", "терки",
стрельба там всякая - все это не для них. Все вопросы они  решают  деньгами,
или, если этого мало, можно добиться хитростью. А разборки - это для других.
   Свою   деятельность   азербайджанские   наркодельцы   стараются   строить
практически на легальных отношениях.  Нет,  они  не  торгуют  наркотиками  в
открытую. Но у них есть места, где они могут  развернуть  свою  деятельность
максимально эффективно.
   Не  секрет,  что  московские  рынки  буквально  наводнены  выходцами   из
Азербайджана. В, основном они занимаются реализацией фруктов.
   - Чем занимаешься? - спросят такого торговца.
   - Фруктами торгую, - последует ответ, и  это,  кстати,  не  будет  полной
ложью. Фруктами-то он торгует, но десять против одного, что  одновременно  с
этим он принимает участие в хорошо отлаженной торговле  наркотиками,  только
вот доказать это будет сложно.
   Продажа наркотиков сейчас строится следующим образом.  Наученные  горьким
опытом, торговцы не хранят при себе товар. Держат его в  укромном  уголке  и
выдают, улучив удобный момент. Для оперативников важно уловить как раз  этот
самый миг обмена зелья на деньги, что не так-то легко.
   Наркотиками торгуют сегодня практически на всех  рынках  Москвы,  которые
контролируются, в той или иной степени, азербайджанцами. Причем  обычно  они
образуют устойчивую группировку, в которой очень широки родственные связи  и
куда обычно входят жители из одной местности, из одного населенного пункта в
Азербайджане. Черемушкинский рынок, например,  "держат"  выходцы  из  города
Ленкорань, Царицынский, рынок - бакинцы,  Северный  рынок  -  жители  города
Мингечаур.
   Что интересно, ленкоранец никогда не вступится  за  бакинца  и  наоборот.
Если ты из другого клана, из другого города, помощи тебе не  будет  -  пусть
свои  позаботятся.  В  этом  смысле  особым  патриотизмом  азербайджанцы  не
отличаются.
   Все или почти все рынки Москвы торгуют наркотиками, важно только знать, к
кому подходить, к  кому  обращаться.  Но  самый  известный  московский,  так
сказать, наркорынок - это Северный, расположенный на  улице  Бабушкина,  30.
Кстати, его директор был избран в Государственную Думу Российской Федерации.
Но это так, к слову.


   "Я НЕ ЗАПЛАЧУ, Я ЗАПЛАЧУ!"

   Торгуют азербайджанцы в основном опием и героином. Завозят они  наркотики
в  фруктах,  в  кроссовках,  как  угодно.  Едет  огромная  фура,  скажем,  с
апельсинами в Москву. По пути, как полагается, определенное количество денег
"отстегивается", кому нужно. Никто не обыскивает фуры сверху донизу.  Или  в
те же кроссовки можно забить полкило наркотиков - в  одну  пару!  А  там  их
тысячи, этих пар, поди проверь все!  Сколько  же  можно  провезти  героина?!
Подумать страшно.
   С опием бывает потяжелей,  перевозить  его  проблематичней,  много  места
занимает, поэтому с ним бывают перебои. А вот с героином -  нет.  Торгуют  в
любой день, при любой погоде. Разумеется, на рынках. Оперативники  полагают,
что на любом московском рынке всегда есть несколько человек, которые  обычно
занимаются непосредственно торговлей наркотиками.
   Такого количества героина, как в 1997 году, не  было  никогда.  Произошел
перекос в сторону дорогих наркотиков. Героин пошел валом. И  тут  необходимо
отметить, что героиновый рынок - самый организованный и в то же время  самый
жестокий и безжалостный. Мафия давно и уверенно положила  руку  на  торговлю
дорогими  наркотиками.  Если  марихуаной  можно  еще  торговать  более-менее
самостоятельно,  спокойно,  то  торговля  тем  же   героином   без   санкции
соответствующей "крыши" - верная смерть. Могут спокойно прийти на дом (такой
случай был на улице Королева) и пристрелить. Как говорится, без базара.
   Поэтому азербайджанцы исправно платят. Такие проблемы им ни  к  чему.  На
героине можно столько заработать,  что  лучше  заплатить,  чем  расплатиться
жизнью. И платят,  причем  не  только  бандитам.  "Отстегивают"  они  и  так
называемой "ментовской крыше".
   И неплохо, говорят, живут.
   А такса в Москве сложилась. Ловят такого азербайджанца, а он говорит:  я,
мол, штраф заплачу, полмиллиона рублей. И платит,  и  отпускают.  Правда,  в
зависимости от количества найденного при  нем  порошка  такса  возрастает  в
геометрической прогрессии. Нет, нельзя сказать, что это везде и повсеместно,
иногда и ловят, и судят, и даже сажают.
   Но очень, очень редко наступает возмездие.


   ЧЕК, ПОЖАЛУЙСТА

   В Северо-Восточном округе столицы много гостиниц, в которых  на  законных
основаниях азербайджанцы и  проживают.  "Космос",  "Ярославская",  "Глобус",
"Золотой колос", другие, тут же ВДНХ, то есть нынешний ВВЦ, где очень  много
разных фирм. В общем, есть где разгуляться.  Но,  конечно,  самое  известное
место - Северный рынок. И здесь азербайджанские наркоторговцы чувствуют себя
едва ли не как у себя дома.
   Грамм опия у них стоит около пятидесяти тысяч. Героин,  конечно,  намного
дороже, и продается он здесь не граммами, а в основном чеками.
   Чек - это доза. Грамм героинового порошка де - у лится на десять дорожек.
В принципе, если такую дорожку завернуть, можно уже считать это чеком.
   Но чек имеет разный вес. И соответственно -  разные  цены.  На  некоторых
рынках он стоит сто пятьдесят тысяч рублей старыми деньгами, а всего в одном
таком  чеке  -  от  трех  тысячных  до  восьми  тысячных  грамма.  Серьезный
покупатель не станет покупать чеки. Если связи  налажены,  можно  приобрести
хороший грамм, зачем ему покупать неизвестно что?
   Тем более, что азербайджанский героин - совсем не то, что, скажем, героин
нигерийцев: в среднем 150 долларов за грамм. Но у тех и героин чище, и  цены
на уровне мировых стандартов. Правда, нигерийцы, как правило, покупателя  не
обманывают,  продают   обычно   наркотик   чистейшей   пробы,   потому   что
заинтересованы в покупателе, азербайджанцы  же  подобной  щепетильностью  не
отличаются.  Могут  и  обмануть,  подсунуть,  что  называется,   размешанный
порошок. Кстати, если уж сравнивать нигерийцев  и  азербайджанцев,  то  если
африканские наркодельцы практически не колются своим же  товаром  (в  редких
случаях  -  нюхают  сожженный  и  пропущенный  через  фольгу   героин),   то
азербайджанцы нередко балуются этим. Колются. К  тому  же  и  марихуаной  не
брезгуют.
   Простые люди в наше трудное время в  рестораны  не  ходят.  Тем  более  в
такой, который находится около Северного рынка. Как только темнеет, к зданию
подъезжает иномарка, из которой выходят  двое.  Несколько  бойцов  из  ОМОНа
подходят к ним, просят показать документы. В ответ - отборная брань  с  ярко
выраженным кавказским акцентом. Обитатели  иномарки  явно  под  воздействием
наркотических средств. И водителя и пассажира  приходится  "захватывать"  по
полной программе. Они активно сопротивляются, пробуют  отбиваться,  но,  как
говорит улыбчивый омоновец Саша К., с нами не забалуешь. Сопротивление  было
подавлено.
   Почти тут же к иномарке подъезжает "шестерка". Старший  наряда  кивает  в
сторону вновь прибывших:
   - Проверьте.
   Омоновец подходит к машине, но в это время она  дает  "полный  назад!  ".
Омоновец, успевший только распахнуть дверцу,  повисает  на  ней.  "Шестерка"
разгоняется задним ходом, а омоновец висит  на  дверце,  и  его  волочит  по
земле, разрывая в клочья одежду.  Все-таки,  по-видимому,  водитель  наконец
понимает, что долго так продолжаться не может, да и кончиться может для него
плохо. Поэтому он останавливается, но сдаваться не  спешит.  Как  не  спешат
этого делать и его пассажиры. Из "шестерки" врассыпную  бросаются  несколько
человек.  Но...  Ловят  их  быстро.  И  уже  потом,  визжащих,  брыкающихся,
выкрикивающих слова ненависти  и  угроз,  заталкивают  в  автобус.  Везут  в
отделение.  Может,  на  этот  раз  повезет  и  удастся  обнаружить  то,  что
впоследствии  можно  будет  инкриминировать.  И  разумеется,   нужно   будет
проверить, нет ли за всеми ними уже совершенных преступлений?
   Азербайджанцы в Москве чувствуют себя вольготно, свободно. Конечно,  всем
сейчас тяжело. Но уж если ты приехал торговать в Москву, торгуй на  здоровье
- фруктами, а не наркотой.
   Меньше всего хочется бросать тень на всех приезжих азербайджанцев,  среди
которых и много достойных, законопослушных граждан.
   Но оперативники с тревогой  отмечают  тот  факт,  что  после  нигерийской
наркомафии  наркодельцы  из  солнечного  Азербайджана   представляют   собой
наиболее серьезную угрозу.


   КИТАЙСКО-КОРЕЙСКИЙ КАНАЛ

   Весной 1997 года  в  столицу  КНР  Пекин  прибыл  с  визитом  Генеральный
прокурор России Юрий Скуратов.
   Среди прочих  важных  вопросов,  которые  рассматривались  в  ходе  этого
визита,  был  и  такой:  необходимо  было  в  экстренном   порядке   пресечь
контрабанду наркотиков в Россию со стороны  Китая.  После  отъезда  главного
российского прокурора  китайские  спецслужбы  начали  операцию  под  кодовым
названием "Эфедра". И провели ее с блеском.


   СОТРУДНИЧЕСТВО

   Дело в том, что к тому времени  наши  доморощенные  наркодельцы  наладили
очень тесное сотрудничество с китайскими  производителями  эфедрина,  открыв
тем самым настоящую золотую жилу для себя.
   Эфедрин наши  наркодельцы  переправляют  по  своим  каналам  в  Россию  и
изготавливают из него сильнейший препарат, который  известен  под  названием
"лед". Российские эксперты не без оснований опасаются, что  в  самом  скором
будущем  этот  "лед"  может  в   буквальном   смысле   затопить   российский
наркотический рынок. В прошлом году дальневосточные таможенники задержали на
границе приблизительно 90 килограммов наркотика. Если принимать во внимание,
что наркотики вообще обнаруживаются  в  процентном  исчислении  как  один  к
десяти  (из  десяти  килограммов   наркотика   обнаруживается   всего   один
килограмм), то можно смело говорить о том, что в течение прошлого года через
дальневосточные  наркоканалы  в  Россию  проникло  около  тонны  опаснейшего
наркотика.
   А ведь эфедрин переправляется не только через Дальний Восток, но и  через
Монголию и Казахстан.
   Из каждой тонны изготовленного в  Китае  зелья  можно  приготовить  около
трехсот килограммов "льда". Что же это такое - "лед"?
   Это -  метамфетамин,  обладающий  сильными  галлюциногенными  свойствами.
Одной  дозы  этого  наркотика  достаточно,  чтобы  навсегда   сломить   волю
потребителя и пожизненно привязать его к зелью. А жизнь"  у  наркомана,  как
правило, короткая.
   Благодаря коварному качеству "льда"  наркодельцам  удается  очень  быстро
завоевать  и  расширять  рынок  сбыта  и  постоянно,  ежедневно  и  ежечасно
наращивать свои оборрты. Судите сами: доза стоит от 5 до 20 долларов. Вес ее
составляет пять сотых грамма. Получается, что оборот за один  только  год  -
около 120 миллионов долларов. Как говорят студенты, есть за что корячиться.
   Китайцам  достается  меньший  навар  по  сравнению   с   их   российскими
коллегами-наркодельцами.  Сотрудничество  между   россиянами   и   китайцами
выглядит следующим образом.
   Предложение, как уже не раз говорилось, рождает  спрос  и  наоборот.  Так
вот, по данным Министерства общественной безопасности КНР, растения, которые
содержат в себе эфедру, выращиваются в  автономных  районах:  во  Внутренней
Монголии,  Синьцзян-Уйгурском  и,  извините  за  выражение,  Нинся-Хуэйском.
Фармацевтические предприятия покупают у крестьян сырец,  действуя  при  этом
без особого контроля со стороны правительства. Возросший спрос на эфедрин  в
России стимулировал появление таких фабрик  фармацевтического  характера  на
северо-востоке страны. Вообще-то  эфедрин  широко  применяется  в  китайской
традиционной медицине, но в данном случае  он  предназначен  для  дальнейшей
продажи  российским   наркодельцам.   Получилось   так,   что   криминальные
группировки России и Китая,  до  того  времени  державшиеся  в  значительном
отдалении друг от друга, поняли, что их интересы  соприкасаются  и  что  они
могут в каком-то смысле объединиться.
   В конце 1996  года  между  правоохранительными  органами  было  подписано
соответствующее  соглашение  о  сотрудничестве,  но   в   последние   месяцы
обстановка продолжала нагнетаться и стала просто угрожающей. Именно  поэтому
и приехал в Пекин Генеральный прокурор России Ю. Скуратов.
   Китайские коллеги заявили, что российские  власти  относятся  к  проблеме
наркобизнеса слишком, ло их мнению, либерально, что во  многом  справедливо.
Наживающаяся на наркобизнесе мафия  действует,  можно  сказать,  при  полном
попустительстве  властей.  А  в  Китае  в  это  же  самое  время  проводятся
показательные   казни,   расстрелы   уличных    преступников-наркоторговцев.
Начальник управления Министерства общественной безопасности  КНР  Ян  Фэнжуй
заявил, что китайские спецслужбы весьма внимательно наблюдают  за  попытками
российских криминальных группировок проникнуть в  их  страну,  не  давая  им
развернуться здесь. Но обстановка остается напряженной.
   В то же время российские сотрудники достаточно  мрачно  оценивают  работу
китайских спецслужб, когда это  касается  проникновения  китайской  мафии  в
пределы нашей страны. Китайские наркоторговцы, уверены они,  опасающиеся  за
себя в своей стране и привлеченные относительной безнаказанностью за  то  же
самое в России, развертывают у нас довольно активную деятельность.
   Работать же с ними работникам российских правоохранительных органов очень
сложно: мешают языковый барьер и  практически  нулевое  знание  национальных
особенностей  организованной  преступности  в  Китае.  Генеральный  прокурор
России предложил своим китайским коллегам принять чрезвычайные меры.
   Сразу после визита главного российского  прокурора  китайские  спецслужбы
арестовали одиннадцать наркодельцов в Синьцзян-Уйгурском автономном  округе.
Банда специализировалась на контрабанде из Китая  крупных  партий  эфедрина.
Было изъято более 300 тысяч долларов, заработанных на эфедрине. Этот  случай
является пока самым крупным за всю историю Китайской Народной Республики.
   Межправительственное соглашение по борьбе  с  преступностью  Россия  пока
имеет только со странами СНГ. Сейчас Министерство общественной  безопасности
КНР изучает предложение российской Генпрокуратуры подписать точно  такой  же
документ.
   Он, безусловно, нужен обеим странам.


   НАРКОДИПКУРЬЕР

   Если работники правоохранительных органов  Китая  и  России  в  последнее
время довольно тесно сотрудничают между собой, то о спецслужбах КНДР  нельзя
сказать, что они стремятся к деловым контактам.
   Можно даже сказать, что наоборот.
   В  Хабаровске,  недалеко   от   Северокорейского   представительства   по
экономическим вопросам, была создана некая конспиративная квартира.  Жили  в
ней алкаши и бомжи,  что  не  мешало,  а  даже,  скорее,  помогало  северным
корейцам развернуть в ней свою преступную  деятельность.  В  частности,  они
договаривались  о  поставке   крупных   партий   наркотических   веществ   с
представителями криминального мира Хабаровска и других регионов.
   Сотрудники  Регионального   управления   по   борьбе   с   организованной
преступностью выследили и установили наблюдение за квартирой.
   В результате  четко  проведенной  операции  сыщикам  удалось  вывести  на
контакт с наркоторговцами своего агента, "покупателя". На контакт с  агентом
вышел работник северокорейского представительства Хен Иль. Наши оперативники
располагали  сведениями  о   том,   что   этот   человек   был   сотрудником
северокорейской службы безопасности. Хен Иль  весьма  заинтересовался  новым
"по - купателем", который повел себя очень "круто" и заказал  очень  крупную
партию наркотиков. На  встрече  с  Хен  Илем  агент  показал  толстую  пачку
долларов и потребовал опий  на  "пробу".  Попробовав  наркотик,  он  остался
весьма удовлетворенным, Заказ его был принят.
   Когда  Хен  Иль,  бесконечно  проверяясь,  подошел  к  месту  встречи   с
"покупателем", рядом с ним остановились две машины  и  моментально  отрезали
ему пути к побегу. А еще  через  мгновение  работник  представительства  был
брошен на капот машины. Его тут же обыскали и нашли при нем товара на сумму,
превышающую семьдесят тысяч долларов, - более пяти килограммов наркотика.
   Таким образом Хен Иль  стал  четырнадцатым  сотрудником  северокорейского
представительства в  Хабаровске,  которого  наши  правоохранительные  органы
изобличили в торговле наркотиками. Свыше сорока килограммов опия  и  героина
было изъято у этих дельцов.


   ТЫ МНЕ - Я ТЕБЕ

   Досматривая поезд "Пхеньян - Москва", пограничники России  задержали  еще
двух сотрудников северокорейского представительства в Хабаровске  -  Ким  Ен
Сика и Син Те Хона. За спинкой сиденья купе они спрятали 23 килограмма опия.
После этого произошел чрезвычайно характерный случай,  который  красноречиво
говорит о нравах северокорейских спецслужб: через день после  своего  ареста
Ким Ен Сик повесился в одиночной камере следственного  изолятора.  Изготовив
тонкую веревку из полотенца и с головой  накрывшись  одеялом,  он  удавился,
привязав импровизированную удавку к кровати. Разумеется, он хорошо знал, что
ждет его  на  родине  после  такого  "провала".  Северокорейские  спецслужбы
подобного не прощают.
   Уровень и масштаб наркобизнеса в Северной Корее растут постоянно.
   В совместное предприятие "Монолит" на Дальнем Востоке  приехали  работать
специалисты из КНДР: Ким Ин Сол и Цой  Чен  Су.  Очень  скоро  их  поведение
привлекло внимание российских  спецслужб.  Выяснилось,  что  северокорейские
граждане активно ищут выходы на представителей местного криминального  мира.
Им был "любезно"  подсунут  сотрудник  нашей  контрразведки,  который  умело
сыграл  роль  "мафиози"  российского  розлива.  На  очередном  свидании  Цой
предложил "пахану" ни много ни мало восемь с половиной килограммов  героина.
"Покупатель" согласился.
   Передача  наркотика  из  рук  в  руки   должна   была   состояться,   что
примечательно, в центре российско-северокорейской дружбы!  Наш  "покупатель"
заявил,  что  российская  погранзастава  находится  у  него  в   кармане   и
затруднений  с  передачей   товара   не   предвидится.   В   свою   очередь,
северокорейский  "чекист"  Ким  Ин   Сол   заверил,   что   и   со   стороны
северокорейских пограничников никаких неприятностей не должно ожидаться.
   Затем он сходил на свою территорию и беспрепятственно пронес наркотик. Да
какие там препятствия: наши  телекамеры  точно  зафиксировали,  как  на  той
стороне к Киму в роскошном "мерседесе" привезли кейс,  набитый  наркотиками,
высокопоставленные  военные   с   той   стороны.   После   чего   кейс   был
незамедлительно доставлен в Дом дружбы.
   Цой и Ким сообщили, что эти восемь  с  половиной  килограммов  героина  -
только начало их сотрудничества с  российскими  криминальными  авторитетами.
Но, к их сожалению, сотрудничеству этому развиться было  не  суждено.  Обоих
контрабандистов арестовали - прямо на границе.


   ВИДИТ ОКО, ДА ЗУБ НЕЙМЕТ

   В октябре 1996 года был задержан некий гражданин Китая, у  которого  было
обнаружено два килограмма шестьсот граммов опия. Соглашения соглашениями, но
отдельные граждане плевали на такие международные  договоры.  Тем  не  менее
китаец заявил, что приобрел наркотики - у кого бы вы думали? - у  сотрудника
северокорейского представительства в Хабаровске! Что в общем-то совпадало  с
оперативными данными. У этого Сек Хен Тхэ, о котором  идет  речь,  хранилась
большая партия наркотиков. Но хранилась она на территории представительства.
   Под предлогом "нежелательных межгосударственных  осложнений",  которые  в
случае обыска  неминуемо  бы  возникли,  прокуратура  отказала  руоповцам  в
санкции на обыск. Они даже не смогли допросить  Сек  Хен  Тхэ:  руководители
представительства заявили, что их человек  неожиданно  исчез,  и  от  всяких
комментариев по  этому  поводу  отказались.  Исчез  -  и  все.  Пожалуй,  не
удивлюсь, если этого человека уже давно нет в живых.  В  Северной  Корее  за
провал платят собственной жизнью.
   "Великому учителю" Ким Чен Иру, наследнику покойного  Ким  Ир  Сена,  все
сложнее  и  сложнее  становится  кормить  свой  обезумевший  от   голода   и
социалистических  экспериментов  народ.   Как   выясняется,   деньги   можно
заработать на соседней территории, у  богатого  северного  соседа.  Северные
корейцы продолжают  наращивать  свое  наркотическое  присутствие  в  России.
История повторяется, тоталитарные режимы легко  справляются  с  контрабандой
наркотиков  в   своей   стране,   но   не   в   состоянии   удержать   своих
соотечественников в других государствах.


   Глава 6
   СМЕРТЬ В БЕЛЫХ ХАЛАТАХ 

   ПОДСТАНЦИЯ N 5

   Вам наверняка приходилось слышать о нападении  страждущих  наркоманов  на
аптеку, с целью раздобыть себе дозу, без которой им  не  прожить.  Да  и  на
больницу, госпиталь тоже - не слишком большая тайна.
   Логично  предположить,   что   и   подстанции   "Скорой   помощи"   могут
подвергнуться нападению. Представьте себе  наркомана,  у  которого  возникли
известные проблемы. Ломка. Ночь. Фонарь. Аптека, пардон, подстанция  "Скорой
помощи". Что делает  наш  наркоман?  Берет  в  руки  оружие  и  нападает  на
доблестных  врачей  и  санитаров?   Перебивает   охрану,   чтобы   раздобыть
вожделенный наркотик? Ничуть не бывало.


   КИСЛОТА ЕСТЬ?

   Он всего-навсего готовит деньги. Подходит к охраннику и спрашивает:
   - Кислота есть?
   - Есть, - слышит он обычно в ответ.
   Обычно куб означенной "кислоты" стоит около  пятнадцати  тысяч  рублей  -
неденоминированных, естественно. Плати деньги, бери  купленное,  иди  домой,
выпаривай, вытягивай опий, колись и - счастливого плавания в ласковых волнах
наркотического опьянения!
   Да, все течет, все изменяется. Да  и  что  говорить,  если  сейчас  такой
сильнодействующий наркотик, как героин, в  Москве  можно  достать  прямо  на
улице. Все-таки улица остается улицей, там свои законы.  Но  чтобы  прямо  в
медицинском учреждении, не таясь и не опасаясь ничего, можно  было  вот  так
спокойно раздобыть дозу!
   Нарождается новый термин: "ангидридная мафия". Ангидрид - и есть та самая
кислота, с которой мы  начали.  Используется  он  в  медицинских  целях  для
приготовления различных  лекарственных  препаратов.  Но  самостоятельно  для
оказания помощи он не применяется, и его с собой, соответственно, по вызовам
не возят. Хранится в основном в классических медицинских учреждениях.
   На московских подстанциях "Скорой помощи" кислота хранится тоже.
   Весной 1997 года Региональное управление по  организованной  преступности
Северо-Восточного  округа  Москвы  провело  операцию  по  выявлению   фактов
незаконного распространения наркотических веществ на  московской  подстанции
"Скорой помощи" N 5. И разразился скандал.
   Охранники продавали ангидрид-оперативники купили его  у  них  без  особых
проблем. Разумеется, их задержали. При  выяснении  всех  обстоятельств  было
установлено, что медсестра по кличке Чума и фельдшер Евгений  А,  достаточно
тесно взаимодействовали с этими охранниками, вступив  с  ними  в  преступный
сговор для распространения наркотика с целью, естественно, наживы.
   Дело такого рода было первое  в  городе,  да  и  в  целом  по  стране.  В
Министерстве  здравоохранения  разразился  скандал,  который,  впрочем,   не
получил дальнейшего продолжения, хотя сам факт имел солидный резонанс, о нем
писали в средствах  массовой  информации,  рассказывали  на  телевидении,  в
частности на канале НТВ.
   Но честь мундира - всего дороже. Это касается и врачей и охранников.
   С охранниками ясно - их охранную фирму могут лишить лицензии. Но в том-то
и беда, что вместо ушедших придут другие и, как поется  в  старой  советской
песне, "все опять повторится сначала". Проблема-то  ведь  не  в  охранниках,
повторимся. А в спросе, который рождает предложение.
   Министр здравоохранения прислал руоповцам бумагу, в  которой  говорилось,
что вверенная ему организация во всем разобралась, что вопросы  все  решены,
наличие ангидрида на подстанциях не противоречит закону,  все  разрешено,  а
что касается незаконной торговли, то виновные наказаны, больше подобного  не
повторится.
   Самое интересное в том, что дело  так  и  не  превратилось  в  уголовное,
несмотря на специальные запросы в ВКЦ, в Комитет по контролю за наркотиками.
   Реализация ангидрида раньше  не  являлась  преступлением.  А  раз  так  -
значит, не было и преступления. Сейчас  это  положение  исправлено,  и  с  1
января 1997 года ангидрид отнесен к разделу сильнодействующих веществ.
   Правильное название вещества, о котором идет речь,  -  ангидрид  уксусной
кислоты. Знающие люди без проблем могут выпарить, "вытянуть" из него опий  и
некоторые другие наркотические снадобья - если таковое слово сюда  подходит.
Несмотря на весьма  специфический  процесс  приготовления,  особых  проблем,
повторимся, он не представляет.
   При всей относительной доступности наркотиков в Москве  они  сбываются  в
четко  определенных  точках.  Чтобы  достать  героин,  кокаин,  нужно  иметь
определенный ход, связи, в отчаянном положении - храбрость или  наглость,  -
есть большая вероятность того, что тебе повезет, но тем не менее здесь нужно
проделывать какие-то не  очень  стандартные  шаги,  предпринимать  не  очень
стандартные действия.
   В ситуации с ангидридом все удручающе просто и до тошноты банально. Нужно
просто подойти к охране подстанции и сказать:
   - Кислота есть?
   И  со  стопроцентной  уверенностью  можно  предположить,  что   в   ответ
прозвучит:
   - Есть.
   Наверное, чисто по-человечески  это  понятно.  Сколько  получает  обычный
врач? Хирург с шестью дежурствами  в  месяц  получает  зарплату  шестьсот  -
семьсот тысяч рублей. Если к тому же получает ее вовремя.
   Охранник получает приблизительно столько же. Соблазн подзаработать велик.
К тому же имеется спрос. К тому же можно без  особого  напряжения  за  смену
заработать полмиллиона рублей на продаже этой наркоты. К тому  же  они  сами
просят, никто их не заставляет! Так почему же и не подзаработать?!
   Охранника еще можно понять. Не ведает, что творит. То есть  он,  конечно,
знает, что это преступно, незаконно, но с точки зрения Гиппократа не  ведает
охранник, что творит. И если простить его нельзя, то понять - можно.
   Но врач прекрасно понимает, что нарушает данную в  начале  своей  карьеры
клятву Гиппократа. Врач собственными руками, может  быть  даже  талантливыми
руками,  продает  смертоносное  зелье   и   знает,   что   вредит   здоровью
"страждущего". Разумеется, он преступник.
   А Министерство здравоохранения  печется  о  чести  мундира.  Хотя  любому
здравомыслящему человеку ясно, что сохранить честь мундира  можно  только  в
том  случае,   если   запретить   таким   эскулапам   заниматься   врачебной
деятельностью. Но у нас врачам не выдаются лицензии. Охранникам выдаются,  а
врачам - нет. Значит, лишить их этой лицензии - нельзя.
   У ангидридной мафии еще одна  ипостась,  и  в  ней  тоже  врачи  выглядят
непристойно, если не сказать - омерзительно.
   Не секрет, что некоторые врачи  "Скорой  помощи",  то  есть  определенные
бригады,  имеют  тесные  контакты   с   околопреступными   группировками   и
элементами. Конкретно в преступных группировках наркоманов не держат и особо
с ними не церемонятся. Наркоману нельзя ни  верить,  ни  относиться  к  нему
серьезно.  Он  обязательно   подведет,   не   задумываясь,   предаст   своих
"товарищей", если, скажем, устроить ему ломку, лишив смысла жизни  -  сиречь
наркотика.  Поэтому  будем  говорить  о  связях  врачей  не  с   преступными
группировками - ас околопреступными, приблатненными, так сказать.
   Да, все течет, все изменяется.


   "СУПЕРСЕРВИС"

   Подстанция - это что! Если у вас есть деньги, то своих  наркоблагодетелей
вы можете вызвать к себе на дом. Не нужно  одеваться,  выходить  в  ночь  на
улицу. Останьтесь дома, наденьте теплые домашние мягкие тапочки, прилягте на
диван, снимите трубку телефонного аппарата, наберите определенный  номер.  И
произнесите определенную фразу. Или череду  условных  словосочетаний.  После
этого к вам домой приедут наркоблагодетели в белых халатах и  сделают  столь
необходимый, столь желанный укольчик. Разумеется, за деньги. Но такой сервис
их стоит.
   Телефоны эти, конечно, не публикуются в газетах в  разделе  "Объявления",
но похоже, что все к этому идет. Пока номера  передаются  устно,  из  уст  в
уста, но процесс тут идет все быстрее и быстрее,  и  страшно  подумать,  что
недалек тот день,  когда  первое  подобное  объявление  может  оказаться  на
страницах газет. Чему удивляться? Разве мы могли представить  несколько  лет
назад,  что  проститутки,  не  таясь,  будут  публиковать  свои   номера   в
какомнибудь "Московском комсомольце"? Да что там проститутки -  целые  фирмы
по обеспечению населения сексуальными услугами! Целые притоны!
   Итак, врачу звонит самый настоящий наркоман, заказывает ему укол,  и  тот
оформляет это как обычный вызов  к  больному,  выезжает  на  государственной
машине и вкатывает дозу. А в это же самое время, наверное, его  помощь  была
необходима действительно больному человеку.
   Таким образом, можно говорить о зарождающейся мафии принципиально  нового
типа - не ангидридной, а, как ни прискорбно  это  констатировать,  врачебной
мафии - наверное, самой мерзкой из всех существующих.
   Конечно, нельзя  одним  чохом  обвинить  всех  врачей  подряд.  Подонков,
облаченных в белые халаты, неизмеримо меньше честных, принципиальных врачей.
Но опасность остается. Остается угроза.
   И к сожалению, она не идет на убыль.
   Растет.


   МЕДСАНЧАСТЬ N 47

   Когда выяснилось, что главврач медсанчасти N 47  Мосстройкомитета  Роберт
Шалвович Хунтуа страдает полинаркоманией, то тех, кто хорошо его знал,  едва
не хватил самый настоящий шок. Как?! Роберт Хунтуа принадлежал к той  породе
мужчин, о которой говорят - красавец мужчина!  Высокий,  с  мягким  прищуром
улыбчивых глаз, с благородной сединой, тронувшей его  иссиня-черные  волосы,
он производил неизгладимое впечатление на всех, с кем имел дело, -  даже  на
следователей, которые осуществляли  следствие  в  стенах  вверенной  Роберту
Шалвовичу больницы.
   К тому же господин Хунтуа имел весьма  высоких  покровителей,  связи  его
были настолько широки и высоки,  насколько  о  них  может  мечтать  работник
такого уровня, какой был у главврача медсанчасти N 47.  Роберт  Хунтуа,  как
считали   те,   кто   его   окружал,   находился   в   дружбе   с    многими
высокопоставленными чиновниками в Министерстве здравоохранения, в московской
мэрии,  Моссовете,  Белом  доме.  Не  случайно,  наверное,  ему  с  завидным
постоянством  присылались  различные   приглашения:   на   съезды   народных
депутатов,  например,  на  всевозможные   сессии   российского   парламента.
Соответствующее впечатление производила и фотография, запечатлевшая  в  свое
время  Роберта  Хунтуа  вместе  с  Борисом  Николаевичем  Ельциным.  Правда,
последний в то время, когда эта фотография снималась, не был еще президентом
России. Тогда он еще был  только  председателем  Госстройкомитета  и  просто
навестил  медсанчасть,  свое  подведомственное  учреждение.   Но   ведь   на
фотографии нет поясняющего  титра,  как  это  бывает  в  кино.  Так  что  по
внешнему, поверхностному взгляду, все у Роберта Хунтуа было  в  порядке.  Ну
очень благополучный человек.
   И поэтому неудивительно, что, как мы увидим ниже,  участники  этого  дела
очень долго будут покрывать главного в нем преступника:  слишком  впечатляющ
был ореол благополучия, которым Роберт Хунтуа себя окружил.  Кому  захочется
связываться со столь  могущественным  человеком,  каковым  казался  главврач
медсанчасти Л/о 47?


   СЛЕДСТВИЕ

   Все началось с того, что в приемную ГУВД Москвы явилась посетительница  и
дала заявление, на основании которого  было  возбуждено  уголовное  дело  по
факту  хищения  наркотических  лечебных   средств   в   медсанчасти   N   47
Мосстройкомитета. Слишком очевидны были  "уходы  на  сторону"  многих  столь
нужных тяжело больным людям лекарств.
   Поначалу у следователей и в мыслях не было подозревать Роберта  Шалвовича
в  этих  хищениях.  Красивый,  атлетически  сложенный  главврач  с   мягкими
обходительными манерами не вызывал ни малейшего подозрения.
   Следствие было решено производить в  стенах  самой  больницы.  Во-первых,
необходимые материалы, не все из  которых  можно  было  изъять  в  интересах
следствия так, чтобы не - пострадали  интересы  больных,  находились  здесь.
Во-вторых,   нельзя   было    исключить    вероятность    такого    довольно
распространенного явления, когда на суде обвиняемые заявляют, что  признания
у них были "выбиты под пытками", что следствие давило на них,  в  буквальном
смысле выбивая из них нужные  сведения,  и,  таким  образом,  им  ничего  не
оставалось делать, как оговорить самих себя. Все это было слишком знакомо, и
следователи решили заранее обезопасить себя от таких обвинений.
   Но главной причиной присутствия следователей  в  больнице  было  то,  что
рабочие  книги,  журналы,  книги  учета  позволяли  прочнее  определиться  в
сложившейся ситуации.
   Поначалу  следствие  натолкнулось  на  стену  молчания  всего  коллектива
медсанчасти, несмотря на то что факты хищения  были  налицо.  Но  долго  так
продолжаться не могло. Слишком уж кричащими были факты.
   Первой слова "да, было..." нехотя выдавила из себя старшая медсестра,  не
выдержавшая неоспоримости данных, предъявленных ей следователем. И  хотя  на
допрос к нему она явилась с  легко  просматриваемым  намерением  молчать  до
конца, все же была вынуждена сделать признание, потому что следователь  едва
ли не на пальцах объяснил ей, насколько странно, когда то или иное  средство
применено к больному не было, но и обратно на склад не поступило. И  старшая
медсестра  наконец  поняла,  что  ее  молчание  не  спасает,  а  наоборот  -
усугубляет ее вину.
   Вслед  за  старшей  медсестрой  начал  давать   показания   и   остальной
медперсонал, а затем и врачи.
   В  стенах  больницы  процветала  порочная  практика  безалаберного  учета
расходования лекарственных препаратов, которые  медики  в  самом  вульгарном
смысле просто крали у смертельно больных людей, не задумываясь даже над тем,
что для них наркотики - единственное средство снять жесточайшие боли.
   Но куда же девались все эти  препараты?  Продавались  на  сторону?  Каким
образом и кто конкретно в таком случае сбывал дорогие  препараты,  кому,  за
сколько? И тут дело снова  застопорилось.  Все  подследственные,  как  один,
словно  сговорившись,  заявляли,   что   отдавали   наркотические   средства
таинственному человеку, имя которого  категорически  отказывались  называть.
Возникла загадочная фигура, чуть ли не мифическая. Но и это не  могло  долго
продолжаться. Рано или поздно таинственный "Фантомас" засветился бы. Так оно
и случилось.
   (На протяжении следствия оперативники и без  того  понимали,  что  кто-то
словно пытается  руководить  показаниями  сотрудников,  словно  дышит  им  в
затылок и, как может, вынуждает их давать ложные показания.)
   Когда наконец имя Роберта Хунтуа было  всетаки  названо,  следователи  не
спешили сразу же поверить этому. Но имя зазвучало и во второй,  и  в  третий
раз  -  свидетелей  словно  прорвало.  Каждый  из  них  называл  имя  своего
главврача. Но следователи не спешили: слишком свежи были воспоминания о том,
как работники медсанчасти в унисон  давали  показания,  не  соответствующие,
мягко говоря, действительности.
   Тем временем Роберт Шалвович любезно увещевал следователей.
   - Послушайте, - говорил он, - как бы там ни было, мои девочки работали во
имя высокой цели. Может быть, не стоит их так уж дергать?
   Что же это за высокие цели? Дело в том, что  медиками  медсанчасти  N  47
делались  заявки  на  наркотические  лечебные  средства  якобы  для  лечения
больных, страдающих от невыносимых болей. Врачи,  якобы  пытаясь  снять  эти
боли, шли на нарушения и подкармливали дефицитными лекарствами больных.
   Он еще не знал, что следствие уже  установило:  львиная  доля  заказанных
лекарств шла на сторону. Он, конечно, знал, что следствие  работает  в  этом
направлении,  но  понятия   не   имел,   что   свидетели   уже   практически
"раскололись". Ему просто не от кого  было  это  знать.  Сами  свидетели  не
торопились сообщать ему неприятные вести.
   Более десяти медиков медсанчасти Мосстройкомитета оказались  втянутыми  в
историю с хищением из нее наркотических лечебных  средств.  Следствие  нашло
неопровержимые  доказательства  их  вины.  Из-за  расхищенных  дефицитнейших
препаратов пострадали многие больные, которые  имели  несчастье  лечиться  в
этом учреждении.
   Больной Т, находился в медсанчасти N 47 три месяца, в течение которых для
больного было выписано 155 ампул сильного наркотического средства - омнопона
и как минимум 10 ампул другого такого же сильнодействующего лекарства.  Если
верить карточкам больного Т., так называемой  "истории  болезни",  он  очень
нуждался в наркотических лекарствах, и ему несли и несли сверх  положенного.
Трудно поверить, что практически все, кто связан с Т.,  действуют  абсолютно
бескорыстно.
   В наше время, в наших условиях, когда медики и положенного-то зачастую не
выдают, и вдруг такое чуть ли  не  альтруистское  самопожертвование.  Словно
соревновались,   кто   больше   принесет   больному   Т,   сильнодействующих
наркотических лекарств, призванных помочь ему  перенести  невыносимую  боль.
Хорошо, конечно, если все это действительно идет больному, хотя и ему  ни  к
чему такое дикое количество наркотиков. Если ему и  перепадает  кое-что,  то
весьма в малом количестве. А так выходило, будто больной потреблял наркотики
вместо хлеба.
   Больная Г, пробыла в  этом  учреждении  несколько  месяцев,  и,  судя  по
документам, врачи превратили ее в законченную наркоманку.  На  ее  имя  было
выписано огромное количество наркотических средств,  которые  тоже  несли  и
несли "сердобольные" медики.
   Больную С, только за три месяца-лечения тоже напичкали  лекарствами...  А
из некоторых показаний явствовало, что больным часто вводились только  такие
сравнительно слабые средства, как реланиум и максигам, тогда  как  наркотики
бесстыдно и бессовестно присваивались.
   Хищения  в  больнице  стали  нормой,  а  давно   известно,   что,   когда
бессовестные  деяния  становятся  нормой,  никто  не  мучается   угрызениями
совести. Чего мучиться,  если  ты  этим  каждодневно  занимаешься?!  Достоин
особой примечательности и тот факт, что практически никто из так  называемых
медиков не смутился, когда следователи задавали им простой вопрос: а как  же
больные?
   Больные воспринимались ими как обуза, как нечто, мешавшее им жить, дышать
и вообще наслаждаться всеми прелестями жизни.
   Медсестра М.:
   - Я только в исключительных  случаях  давала  больному  по  одной  ампуле
омнопона,  а  в  остальных  вводила  транквилизаторы,  снимающие  боль.   По
рекомендации врачей я писала о якобы сделанных больному инъекциях. Так  было
списано 22 ампулы омнопона. Такими дозами  больного  можно  было  загнать  в
гроб.
   Винить во всех грехах этих людей разваливающуюся экономику страны было бы
крайней натяжкой. Нет, эти люди очень хорошо  знали,  что  делают,  на  что,
собственно, идут и к чему могут привести их действия.
   Фиксируя порочную систему хищений, уголовное дело росло не по дням, а  по
часам, разбухало. Главный же виновник пока так и  не  был  найден.  Читатель
уже, конечно, знает, что этим главным был не кто иной, как  Роберт  Шалвович
Хунтуа, но следователи пока в этом уверены не были. Уж слишком  трудно  было
поверить даже привычным ко всему оперативникам и следователям.
   На вопрос, почему они так тщательно, чуть ли  не  десятки  раз  проверяли
признательные показания Хунтуа, следователь ответил:
   - Роберт  Шалвович  производил  впечатление  обаятельного  человека  (вот
оно!). Его признания  хороши,  но  нам  предстояло  учесть  много  различных
аспектов - ломка характера, эмоциональность горца, наконец, могла  сложиться
ситуация, при которой группа расхитителей выставила его в  качестве  "амбала
для отмазки", то есть человека, берущего чужую вину на себя. Вот и  пришлось
проводить очные ставки со всеми соучастниками, чтобы ни  один  из  фактиков,
играющих на пользу Хунтуа, не был отвергнут или не замечен.
   Наконец, 3 апреля 1992 года на руках Роберта  Шалвовича  были  защелкнуты
наручники.
   И выяснилось много такого, что повергло в шок даже следователей: человек,
которого обвиняли в расхищении  наркотических  средств,  был...  законченным
наркоманом!
   Причем арестовывать его в тот день никто и не думал, но когда следователи
вошли  к  нему  в  кабинет,  главврач  больницы  мало  напоминал   человека.
Выпученные глаза, звериный оскал и маловразумительные выкрики.  Уже  гораздо
позже Хунтуа признался, что в тот день он самолично ввел  себе  морфин,  что
подтвердили и анализы.
   Когда медики из 17-й горбольницы увидели, какой человек попал к  ним  для
обследования, у них  тоже  на  первых  порах  просто  не  было  слов,  чтобы
прокомментировать  это:  впервые  к  ним  попал  человек,   который   звался
главврачом.
   Специалисты-медики подтвердили: их коллега, Роберт Хунтуа, давно и прочно
дружит с наркотиками из группы опийных стимуляторов. И  даже  их  мнение  не
устраивало следователя, слишком серьезным  было  обвинение.  Он  призвал  на
помощь сразу четырех  светил  медицины  с  одной  целью:  детальнее  изучить
личность Роберта Шалвовича. И те пришли  к  весьма  неутешительному  выводу:
Хунтуа наркоман, причем не просто наркоман, он страдает  полинаркоманией,  и
давным-давно  страдает.  Таких  личностей   нельзя   вообще   подпускать   к
руководящим должностям, а в этом случае преступник  просто  припал  к  самой
настоящей кормушке.
   Одновременно с этим выяснилось, что сотрудники Хунтуа, то  есть  те,  кто
работал под  его  началом,  прекрасно  видели,  что  творится  с  их  шефом,
прекрасно видели и знали, что он - самый настоящий наркоман, но... молчали.
   Кому хочется терять работу из-за негодяя? А то, что этот человек  наносит
неисправимый вред больным, - что ж... На все воля Божья?!
   Дома у Хунтуа нашли пистолет. Хунтуа заявил, что оружие ему  подарил  его
друг... главнокомандующий тогда всех вооруженных сил Грузии Тенгиз Кетовани.
Впоследствии выяснилось,  что  в  квартире  главврача  оставил  свое  оружие
охранник министра обороны Грузии некий Кареули.
   Постепенно облик Роберта Хунтуа выявлялся  отчетливее,  и  он  разительно
отличался  от  того,  который  был  в  начале  следствия.   Оказалось,   что
подчиненные называли его "маленький Берия". Как говорится,  маленький  -  не
маленький, а всетаки Берия.
   Выяснилось, что господина Хунтуа знают не только в Белом  доме,  но  и  в
других кругах, далеких от высокой политики, хотя очень  часто  тесно  с  ней
связан. Некоторое время назад в 31-й  больнице,  которая  тогда  подчинялась
Роберту Хунтуа, скончался Валериан Кучулория, знаменитый  грузинский  вор  в
законе по кличке Писсо. Не  оставляли  его  без  своего  внимания  и  другие
крестные отцы нарождавшейся тогда российской мафии. Хунтуа был частым гостем
на юбилеях весьма сомнительных личностей, гулял в ночных кабаках  с  многими
преступными авторитетами.
   Вполне вероятно предположить, что какаято часть наркотиков,  похищавшаяся
в медсанчасти N 47, уходила именно в эти круги. Еще какая-то  часть,  вполне
возможно, направлялась в Грузию.
   Жил Хунтуа весьма вольно. Ездил в  Германию,  Англию,  а  на  обыске  его
квартиры  среди  многих  паспортов  на  его  имя  был  обнаружен  и  зеленый
дипломатический. Огромное количество драгоценностей тоже не говорило о  том,
что он бедствует. Так же, как  и  огромный  золотой  крест,  который  Роберт
Шалвович носил на шее.
   Дело было передано в суд...


   ДАВЛЕНИЕ

   Надо сказать, что и во время следствия, и даже после передачи дела в  суд
на следствие давили жесточайшим образом. Связи  Роберта  Хунтуа  заявляли  о
себе во весь голос.
   Председатель комиссии, которой Хунтуа был признан наркоманом, был избит в
собственном подъезде неизвестными лицами. Ему была сломана челюсть.
   Одного из основных свидетелей дважды  находили  со  вспоротым  животом  в
камере Бутырской тюрьмы - и туда добрались "неизвестные лица".
   Другим свидетелям, а также сотрудникам уголовного розыска,  которые  вели
это дело, неоднократно угрожали. Ко всему прочему  исчезла  целая  коллекция
видеокассет, на которых был запечатлен Хунтуа во время своих  многочисленных
застолий со многими "уважаемыми" людьми.
   Несмотря на вышеизложенное,  следователь  следственного  управления  ГУВД
Москвы Алексей Никулин все-таки довел дело до конца и передал его в суд.


   НЕОЖИДАННАЯ РАЗВЯЗКА

   Когда приговор, оглашенный народным  судьей  Борисом  Комягиным,  наконец
прозвучал, обвиняемый Роберт Шалвович Хунтуа провозгласил;
   - Наконец-то!
   Нет, приговор не был мягким по отношению к нему. Многие  потом  объясняли
этот возглас подсудимого  как  облегчение  при  мысли,  что  все  наконец-то
закончилось. Но это было не совсем так.
   Точнее - совсем не так.
   Роберт Хунтуа по приговору суда получил  девять  лет  лишения  свободы  с
конфискацией имущества - за хищение наркотических веществ в крупных размерах
и незаконное хранение огнестрельного оружия.
   Казалось бы, не так уж мало. С чего бы это подсудимому испытывать чувство
облегчения.
   Всякий конец - начало чего-то другого. Для Хунтуа все только  начиналось,
но об этом не знали тогда ни судьи, ни следователи.
   Как только приговор вступил  в  законную  силу,  Роберт  Шалвович  Хунтуа
моментально стал  гражданином  Грузии  и  отбыл  на  родину.  Точнее  -  был
отправлен на родину для отбывания наказания.
   Все это выглядит в достаточной степени бредово. Хунтуа нарушал  закон  на
территории России и по всем международным нормам должен  был  отбывать  срок
там, где это делал, то есть, опять же, в России. К тому же  Роберт  Шалвович
имел-таки российское гражданство и даже постоянно выдвигал свою  кандидатуру
в депутаты различного уровня. Но это, как оказалось, ни для  кого  не  имело
значения. Закон, говорят, что дышло: куда повернешь, туда и вышло.
   Итак, 8 июля 1994 года Роберт Шалвович Хунтуа,  совершивший  преступление
на территории России, был под конвоем отправлен на свою историческую  родину
- Грузию.
   Что произошло там - тайна сия велика есть. Но уже  в  ноябре  наркоман  и
преступник снова появляется в Москве.
   Такие люди - и без конвоя, как говорится.
   Журналист Вадим Белых, вплотную занимавшийся когда-то этим делом,  пишет,
что в своем новом пришествии в Москву Роберт Хунтуа  навестил  многих  своих
знакомых. Тех, кто когда-то дал против него  свидетельские  показания,  ждал
разговор весьма неприятный.  Навещал  он  и  друзей  своих,  наведывался,  в
частности, в мэрию. Хотел даже посетить юбилей своей  родной  медсанчасти  N
47,  но  в  последний  момент  передумал.  Можно  себе  представить  реакцию
тамошнего медперсонала, заявись он там в разгар заздравных речей.
   До января он проживал в Москве и сильно рисковал, блефовал, и все сходило
ему с рук. Наконец работники  правоохранительных  органов  взялись  за  него
серьезней. И это немедленно стало известно Хунтуа.
   Роберт Шалвович исчез из Москвы так же внезапно, как и  появился.  Сейчас
его нет ни на территории России, ни на территории Грузии, ни вообще в СНГ.
   КАК ЖЕ ТАК...
   История эта гнусна в особенности тем, что лекарства, которые  нужны  были
больным людям, расхищались не просто наркоманом, а людьми в  белых  халатах,
теми, кому и была вручена забота об этих самых больных людях.
   Врач, одновременно отнимающий у больного нужное  ему  лекарство,  обрекая
его тем самым на мучения и даже на гибель,  и  продающий  это  лекарство  за
деньги тому, кому оно тоже в конечном итоге принесет страдание, - наркоману.
   Гнусно.
   Отнимает у одного - и вредит ему.
   Отдает другому - и вредит ему.
   Клятва Гиппократа, важнейшая заповедь которой - "Не навреди!" - забыта  и
отдана на поругание.
   Ничто не свято.
   Надеюсь, Бог воздаст им должное.


   АПТЕКА N 1

   Начальник  ОВД  "Китай-город"  г.  Москвы  полковник  Стрельцов   Василий
Федорович умеет произвести впечатление. Во всяком случае, когда  он  высыпал
на  стол  содержимое  серо-коричневого  мешка  средних  размеров,   я,   что
называется, опешил.
   В глазах у меня зарябило  от  разноцветья  таблеток,  на  вид  совершенно
безобидных, можно  даже  сказать,  симпатичных  таких  небольших  кругляшек,
наглядно демонстрирующих не только эффективность  отечественной  и  западной
фармацевтики, но и их безусловную эстетичность. Так и хочется, так и тянется
рука взять и положить таблетки в рот. Но я знал,  что  как  раз  этого  мне,
человеку достаточно здоровому, делать нельзя ни в коем случае.
   - Это ж сколько здесь? - растерянно спросил я.
   Полковник меня не понял.  Я,  сам  не  знаю  почему,  спрашивал  его  про
количество высыпанных  кучей  таблеток,  но  Василий  Федорович  понял  меня
по-своему.
   - Миллионов на десять, - ответил он и, встретив мой недоумевающий взгляд,
добавил: - Старыми, конечно.
   Но до меня уже дошло, что он имеет в виду деньги.


   ВДОЛЬ ПО НИКОЛЬСКОЙ

   К полковнику со своими вопросами я пришел уже потом. Пока же ваш покорный
слуга,  движимый  жаждой  познания,  явился  на  улицу   Никольскую,   желая
ознакомиться с нравами и обычаями местной публики, которая часто  и  подолгу
коротает здесь время. На большой просторной территории около аптеки N 1 одни
могут "поправиться", "догнаться", то есть  прикупить  наркотических  веществ
для внутреннего употребления, другие - продать то же самое, а третьи  просто
видят в этом месте смысл жизни. Постараюсь пояснить.
   Никольская улица  жила  своей  особенной  жизнью,  пульсировала  в  своем
оригинальном ритме. Беспристрастный взгляд отметил бы в мельтешений довольно
разношерстной местной "тусовки" некую закономерность. Стоило появиться здесь
новичку,  явно  не  завсегдатаю,  как  к  незнакомцу  исподволь,   осторожно
зарождался интерес. Пока я просто прохаживался, мне  в  основном  предлагали
вполне безобидные лекарственные препараты, как в  былые  времена  советского
дефицита, будто я не мог догадаться войти в искомую аптеку N 1 и купить  все
это там.
   Но я только отрицательно качал головой. Мне хотелось услышать предложения
о чем-то более волнующем и менее законном. Неожиданно я понял, что нужно для
этого сделать.
   Я просто остановился, отошел в сторонку и начал ждать.
   И прождал не долго. От силы минуты три, не больше. Внешность подошедшего"
ко мне парня напоминала выжатый лимон.
   - Колеса есть? - с вымученной улыбкой хрипло спросил он.
   - Сам ищу, - отреагировал я.
   Вокруг, как водится, было  полно  милиции.  Люди  в  форме  и  с  оружием
фланировали мимо гражданских, которые представляли собой, мягко  говоря,  не
самую лучшую часть общества. Но последние их почему-то не боялись и особенно
не скрывались. Позже я понял почему.
   Местные обитатели - и покупатели, и  продавцы  наркотовара  -  достаточно
опытны, чтобы отличить друг друга. Они подходили, договаривались между собой
и... вместе уходили. То есть процесс обмена товара на деньги  происходил  не
здесь, не на улице Никольской, но, безусловно, где-то поблизости. Проследить
за ними  практически  не  представляется  возможным,  поэтому  купля-продажа
происходит более-менее спокойно. Отоварившись в соседних  переулках  или  на
хате у барыги, граждане, довольные друг другом, расходятся.
   За короткое время, проведенное мной около аптеки N 1,  я  мог  бы  купить
столько таблеток, или, как  их  называют,  "колес",  что  мог  бы  месяц  не
выходить из дома, причем вполне вероятно, что спустя месяц меня  бы  вынесли
из родного дома вперед ногами. Тот  самый  случай,  когда  не  только  спрос
рождает предложение, но и наоборот.
   Здесь же, на  Никольской,  очень  свободно  можно  приобрести  не  только
таблетки, но и наркотики  гораздо  более  сильнодействующие.  Морфий,  опий,
героин - не проблема. Были бы только деньги.
   Но с такими предложениями ко мне обратились уже ночью, когда я решил  еще
раз посетить Никольскую. Дабы убедиться, что милиция не в состоянии помешать
"страждующим" людям найти и помочь друг другу.
   - Ну что, командир, "геру" будешь? Одна по сто пятьдесят.
   Для непосвященных объясняю: "гера" - это героин. "Одна - это  одна  доза,
которая иначе называется чек.
   - Денег нет, - качаю я головой.
   - Ну, возьми полдозы, - советует "сердобольный" продавец. - К  другим  не
ходи, кинуть могут, понимаешь?
   Я понимаю: обычная конкуренция,  рынок,  понимаешь...  Один  чек  героина
стоит до ста тысяч рублей старыми. Грамм - до ста пятидесяти долларов США. В
одном грамме - около шести чеков, то есть доз.
   Простояв еще немного,  мне  удалось  познакомиться  с  одним  из  здешних
завсегдатаев. Родиону 22 года,  этим  маршрутом  ходит  последние  несколько
месяцев в одно и то же время. Как сам признается  -  часы  проверять  можно.
Всегда покупает одно и  то  же:  дозу  героина.  Продавец  -  барыга  просит
подождать. Родион терпеливо ждет. Получив дозу, собирается уходить.
   - Сколько денег у тебя уходит на это? - спрашиваю его я.
   - Сто тысяч в день - минимум.
   - Ты работаешь?
   - Учусь. Ну, так где-то украсть можно. - Его простоватая искренность меня
удивляет и не удивляет одновременно. - У  меня  подруга  из  хорошей  семьи.
Честно говоря, я не понимаю, как ее родители  ничего  не  видят.  Или  глаза
закрывают, или по фигу им все. Бабки как давали, так и дают.
   Родион считается наркоманом  со  стажем.  Начинал,  как  все:  марихуана,
таблетки, попробовал ЛСД. Теперь для него Бог - это героин.
   Самый обычный путь... И я знаю, к чему он приводит.
   Здесь,  у  Кремлевской  стены  в  Александровском  саду,  год  назад   от
передозировки наркотиков умер молодой парень, ему было всего 20 лет.  Каждый
день только в Москве отправляется на тот свет  несколько  десятков  человек,
причина смерти одна - наркотики.


   НА ОДНО ЛИЦО...

   Полковник Стрельцов читает мне выдержки из объяснительной. Задержанная  -
обладательница того самого мешка с разноцветными таблетками, запрещенными  к
употреблению здоровыми гражданами.
   -  "Куссианна  С.  1921  года  рождения,  уроженка  Подольской   области,
проживает по адресу: Москва, Гурьяновский проезд...  Пенсионерка.  Пенсия  -
триста пятьдесят тысяч рублей.
   Четвертого января 1998  года  в  15.00  я  была  задержана  в  Черкасском
переулке. У меня забрали лекарство, которым я и мой муж лечимся  от  болезни
Паркинсонадля обезболивания после перелома шейки левого бедра (у обоих,  что
ли, перелом?  -  М.  Ш.).  Наша  болезнь  требует  постоянного  непрерывного
лечения. Прошу вернуть мне изъятое лекарство".
   Задержанная, добавляет от себя Стрельцов, фронтовичка, участница  обороны
города Москвы, награждена орденом Красной Звезды. Еле передвигается, чему  я
не особо удивился: помимо возраста, еще и перелом шейки бедра.
   - Она не понимает, - продолжает-полковник, - сколько людей можно отравить
этими таблетками. Одна таблетка -  нормальное  явление,  но  ведь  молодежь,
подростки глотают эти "колеса" целыми упаковками. До  потери  сознания  жрут
эту гадость.
   - Какие меры наказания предусмотрены для таких, как эта старушка?
   -   Минимальный   штраф   -   триста   пятьдесят   две   тысячи   рублей.
Максимальный-сто минимальных  окладов.  Больше  всего  они  боятся  штрафов,
потому что размер штрафа определяется решением суда и  судебный  исполнитель
может запросто описать имущество, квартиру, лишить квартиры. Кроме того, суд
постановляет все конфискованные лекарства уничтожить.
   - А разве нельзя их сдать в ту же аптеку? - интересуюсь я у полковника.
   - Не принимают, - лаконично отвечает он.
   Есть  категории  граждан,  которым  подобные  лекарства  выписываются  по
рецепту. В основном это пенсионеры.  Препараты,  пользующиеся  у  наркоманов
бешеным спросом, выписываются им бесплатно, и  старые  люди,  страдающие  не
только  недугом,  но  и   хроническим   безденежьем,   пытаются   заработать
перепродавая то, что им положено. Через каждые три дня им выписываются новые
рецепты, и все идет по кругу. Разумеется, продают не только пенсионеры. Есть
и такие, кто немыслимыми путями достает товар прямо со складов.  Но  кто  бы
эти таблетки ни распространял, от них прямая дорога к наркотикам. И если  от
привыкания к таблеткам худо-бедно можно избавиться, то от героина  и  других
сопутствующих ему наркотиков - нет.
   Период с июля по август 1997 года оказался особенно горячим  в  борьбе  с
незаконным распространением  наркотических  веществ  около  аптеки  N  1.  В
частности, Валентина Д., 1956 года  рождения,  была  задержана  при  попытке
незаконной продажи лекарственных  средств:  шесть  упаковок  трамала.  Такое
количество вполне достаточно для административной ответственности.
   На улице Никольской очень просто получить отраву. Это место называют  еще
"реанимацией" - в случае чего можно уколоться здесь же, порой  не  стесняясь
присутствия посторонних. Главное - деньги, деньги, деньги...
   И зелье это поставляется бесперебойно и без проблем.  Вся  Москва  сейчас
покрыта плотной сетью уличных торговцев, барыг на дому. Каждый день  милиция
накрывает по нескольку  наркопритонов,  но  они  возникают  снова  и  снова,
подобно стоглавому дракону, которому сколько голов ни отрубай  -  новых  все
равно появится больше.
   Нередко наркопритоны содержат семьи. Оперативников уже не удивляет  (хотя
привыкнуть к этому им все-таки не удается), когда родителейнаркоманов совсем
не смущает присутствие их собственных детей. Они продолжают и сами колоться,
и распространять отраву.
   Молодая мать, она же хозяйка  притона,  она  же  наркоманка  с  приличным
стажем, ко всему относится спокойно и знает, что жить ей осталось не  много,
а потому прожить отведенное ей время нужно "так, чтобы  не  было  мучительно
больно за бесцельно прожитые годы"... Иными словами, получить от жизни  все,
что можно, уже сейчас. И шестилетний сын ей в этом стремлении не помеха.
   Другая семья. Трехлетняя Ирочка искренне  недоумевает,  что  плохого  она
сделала. У нее  брали  пакетики,  взамен  ей  давали  денежку,  которую  она
приносила маме. Где ей, малышке, понять, что таким образом ее родная  мамаша
приучала к наркобизнесу - невзирая на малый возраст. Главное - прибыль.
   Тут же - продавец с полугодовалым ребенком на руках.
   Прибыль оправдывает все?! Это страшно.


   Глава 7
   ПОД "КРЫШЕЙ" ПОГОН 

   БЫТЬ У РУЧЬЯ - И НЕ НАПИТЬСЯ?

   Невозможно простить,  но  можно  еще  понять,  когда  за  распространение
наркотических средств берутся люди, которых и людьми-то  назвать  трудно,  -
отребье, отбросы общества, они давно махнули рукой не только  на  это  самое
общество, но и на самих  себя.  Нет,  они  могут  ублажать  свои  амбиции  и
притязания, свои низменные желания, но по большому счету они  давно  перешли
ту грань, которая разделяет Добро  от  Зла.  Они  переступили  эту  черту  и
оказались, как говорят, "за гранью".
   Повторяю, простить их  нельзя,  но  хотя  бы  понять,  что  гтоит  за  их
поступками, можно.  Но  совершенно  невозможно  понять  те  ситуации,  когда
распространителем  наркотиков  вдруг   оказывается   человек,   который   по
определению должен бороться с этим страшным социальным злом.
   Что  может  быть  более  нелогичным,  чем  человек  в  форме,   продающий
наркотики? И что может быть омерзительнее?  Тем  не  менее  это  не  выдумка
автора. Корыстолюбивой сволочи хватает во всех сферах  жизни  -  к  великому
сожалению.
   Тот, кто стоит и торгует наркотиками на улице, зарабатывает таким образом
себе на хлеб, на дозу, на бутылку - он на самом дне,  это  ужасно,  конечно,
но... Но есть и такие, которые не "парятся" на улице: они живут в  роскошных
квартирах, отдыхают на Канарах, обедают в дорогих ресторанах и вообще  ведут
добропорядочный образ жизни. Вину их доказать  чрезвычайно  трудно,  и  если
кто-либо из подобных наркодеятелей попадает в "разборку", то  редко  удается
довести такое дело до суда. Всегда что-то  мешает.  К  несчастью,  одним  из
"главнейших" завоеваний нынешней демократии  является  приобретенное  умение
разваливать дела еще до того, как они попадают в судебные инстанции. Слышали
ли  -  вы,  чтобы  за  наркодеятельность  судили  кого-нибудь   из   властей
предержащих этой многострадальной страны?
   Попадаются только мелкие сошки. Рано или поздно люди в форме (разумеется,
не все, а только незначительная их часть), рано  или  поздно  они  неизбежно
включаются в это грязное дело.
   Еще бы: быть у ручья - и не напиться? Трудно  устоять,  когда  мимо  тебя
потоками идут эти пресловутые наркотики, которые, если быть осторожным -  по
логике этих оборотней в форме, - могут принести немалые барыши, да что там -
огромные дивиденды. Поэтому и превращаются в оборотней те, кому по должности
положено противостоять наркомании. Точнее-незаконному обороту  наркотических
веществ.
   Не будет преувеличением сказать, что люди, о которых  пойдет  речь  ниже,
запятнали честь мундира. Причем форма  этих  людей  самая  разнообразная:  и
полковник Министерства обороны, и работники милиции, и даже люди  с  горячим
сердцем, холодной головой и "чистыми" руками - то есть чекисты.


   ВОЕННЫЙ

   Тридцать первого октября 1995 года сотрудниками Управления по незаконному
обороту наркотиков МВД России был арестован торговец наркотиками. О том, что
арестованный  был  распространителем  наркотических  веществ,   красноречиво
говорил и тот факт, что при задержании при нем нашли  целлофановый  пакет  с
белым  порошком,  в  котором  экспертиза  впоследствии   установила   весьма
сильнодействующий   наркотик    фенциклидин.    К    этому    обстоятельству
приплюсовывались  попытки  торговца   выбросить   еще   несколько   подобных
пакетиков. Всего у этого человека было изъято 95 граммов. Такого  количества
этого препарата хватило бы на шестьсот тысяч доз. Дело в том, что для  того,
чтобы употребить такой порошок "по назначению", достаточно одну сотую грамма
развести в литре воды. Одну сотую грамма!!!
   Эти 95 граммов стоили на черном рынке триста тысяч долларов США.
   А теперь пришла пора раскрыть  инкогнито  этого  таинственного  торговца:
полковник Министерства обороны Виктор Шпаковский. Как  же  он  докатился  до
жизни такой?
   Чтобы ответить на этот вопрос, нужно немного вернуться в прошлое.
   Военный  представитель  Минобороны  Виктор  Шпаковский  начал  служить  в
вооруженных силах  в  1969  году.  Карьеру,  как  можно  видеть,  он  сделал
приличную. В Министерстве обороны России он отвечал за приемку  оборудования
и военной техники, которые  изготовлялись  на  одном  из  оборонных  заводов
города Коврово, что во Владимирской  области.  Работа  его  была  связана  с
довольно частыми командировками, и, видимо,  именно  по  этой  причине,  как
считают работники правоохранительных органов, его  и  привлекли  к  торговле
наркотиками.
   Компаньоном Шпаковского оказался некий Лысак. Именно  на  него  и  указал
полковник на допросе, заявив, кстати, что понятия не имел, что  в  пакетиках
находится накротик. Он якобы полагал, что там содержится витаминный препарат
"Пи-пи-си".
   Когда арестовали Лысака, тот  заявил,  что  взял  наркотик  у  работников
лаборатории СИФИ - Сосковского инженерно-физического института. Оперативники
тут же нанесли  визит  по  указанному  Лысаком  адресу.  В  результате  были
задержаны двое: сам начальник лаборатории и один из его помощников.
   Производство наркотиков начальник лаборатории начал практически с нуля. С
его образованием это было, видимо, несложно, хотя, разумеется, не все физики
являются  наркопроизводителями.  Но  у  начальника  лаборатории  дома   были
обнаружены книги, учебники, то  есть  специальная  литература  по  химии  и,
натурально, тетради с расчетами,  по  которым  и  изготовлялся  фенциклидин.
Богата российская земля на самородков! Прочитал, понимаешь, о  наркотиках  в
специальной  литературе,  купил  реактивы,  осуществил  нужные   реакции   -
пожалуйста. Наркорынок пополнился еще порядочным количеством гадости.  Около
килограмма фенциклидина  выпустила  эта  нарколаборатория  за  время  своего
существования. Представляете, сколько это доз?! Дело этих "лаборантов"  было
выделено в отдельное производство.
   А полковник Шпаковский и его  компаньон  Лысак  предстали  перед  военным
судом.
   На суде полковник Шпаковский стал давать совсем другие  показания.  Страх
за собственную судьбу вынуждал его изворачиваться, лгать, но ложь была такой
несусветной, такой беспомощной, что поверить ему могли только дети, играющие
в разведчиков.
   Шпаковский заявил,  что  продавать  наркотик  его  заставили...  чеченцы.
По-видимому, он надеялся таким образом вызвать сочувствие у судей -  ведь  в
то время в Чечне армия вела войну, а суд,  напомню,  был  военным.  Все  уже
знали, на что способны  коварные  чеченцы,  и  будто  бы  не  вина,  а  беда
полковника в том, что он испугался угроз "вайнахов". Но,  заявлял  полковник
Шпаковский, согласиться-то он согласился, но как  офицер,  дороживший  своей
честью, он задумал некую хитроумную  комбинацию,  в  результате  которой  он
должен был выявить тот круг лиц, который употреблял и торговал  наркотиками,
дабы   впоследствии   передать   этих   самых    лиц    в    соответствующие
правоохранительные органы. Тем более, продолжал  полковник  Шпаковский,  под
видом наркотика он продавал безобидный витаминный препарат.
   Лысак вторил ему во весь голос.
   Разумеется, суд не поверил.  Работники  Федеральной  службы  безопасности
предоставили суду документы, в которых черным по  белому  утверждалось,  что
полковник  Шпаковский  не  являлся  их  тайным  агентом,   не   являлся   их
осведомителем и, соответственно, не выполнял никаких оперативных заданий  по
выявлению торговцев наркотиками.
   К тому же на предварительном следствии не кто иной, как Лысак  утверждал,
что в лаборатории он  приобрел  именно  наркотики,  а  вовсе  не  витаминный
препарат. Два грамма он взял в мае 1995-го. А уже в июне взял на  реализацию
партию побольше - те самые девяносто  пять  граммов.  Но  продать  наркотики
самостоятельно он не сумел  и  поэтому  привлек  для  этой  цели  полковника
Шпаковского. Все это он изложил на предварительном следствии, в обращении  к
прокурору и подтвердил на очной ставке с самим Шпаковским.
   Исходя из этого, суд признал виновными Шпаковского и Лысака в хранении  и
незаконном распространении наркотиков в особо крупных размерах.
   При вынесении решения суд учел, что на  иждивении  Шпаковского  находятся
малолетние дети, а также тот факт,  что  полковник  имеет  правительственные
награды, в частности медали "За безупречную службу" трех степеней.
   Полковник Шпаковский был приговорен к трем годам лишения свободы. Лысак -
к четырем.
   Кстати, о правительственных наградах. Решением  военного  суда  полковник
Шпаковский был их лишен.
   И разжалован.
   Р. 8. Фенциклидин  ("фен"  -  "кислота")  -  наркотик,  обладающий  резко
выраженными  галлюциногенными  свойствами.  В  зависимости  от  дозы   может
вызывать  отчужденность  и  отрешенность  или   ощущение   прилива   сил   и
неуязвимости, агрессивность, крайнее возбуждение. Был разработан в  середине
шестидесятых  годов  и  долгое  время  использовался  для  лечения   нервных
заболеваний. Со временем было  установлено,  что  употребление  фенциклидина
приводит к разрушению центральной нервной системы.
   Запрещен к употреблению Организацией Объединенных Наций.


   МИЛИЦИОНЕР

   Гражданин К.,  бывший  сотрудник  ГУВД  СанктПетербурга,  был  уволен  из
органов, но печали предавался довольно  непродолжительное  время.  Он  решил
заняться бизнесом.
   К, занял деньги  и  активно  взялся  за  дело.  Но...  не  получилось.  И
незадачливого бизнесмена со временем стали одолевать кредиторы.  Нужно  было
отдавать деньги, а как это сделать - бывший милиционер  не  знал.  Денег  не
было. И в его голову приходит "гениальная" идея: наркотики!
   Но... как это сделать? Поставщиков у него не было.  Чтобы  войти  в  этот
суровый   наркобизнес,   нужны   соответствующие   связи.    Связей    среди
наркопоставщиков у бывшего сотрудника ГУВД не было. Но  наркотики,  К,  знал
это очень хорошо, могли приносить хорошие доходы. И раз их  нельзя  достать,
значит, их нужно производить самому.
   К тому же один из знакомых жены  К,  в  свое  время  закончил  химический
факультет СанктПетербургского государственного университета. И как водится в
наше время, остался без работы. Хотя  специалистом  был  высокого  класса  -
нижеизложенное подтвердит это. И бывший  милиционер  сделал  высококлассному
химику предложение, от которого тот не смог отказаться. Доводы К, были очень
и очень убедительны.
   Так в Санкт-Петербурге возникла нарколаборатория.
   Один из знакомых неудавшегося бизнесмена имел собственную  мастерскую  по
производству лепнины. Художники нынче тоже живут не очень хорошо, и  поэтому
он решил сдать свою мастерскую бывшему милиционеру в аренду. Между ними  был
заключен договор, согласно которому в мастерской  должна  была  разместиться
лаборатория,  занимающаяся  "проведением   научно-исследовательских   работ,
связанных с химическим производством и для производства парфюмерии".
   И лаборатория действительно была  создана.  Только  совершенно  с  другой
целью, которая, естественно, не  упоминалась  в  договоре.  Итак,  помещение
есть,  реактивы  и  необходимое  оборудование  приобретены   на   химических
предприятиях города, там же  были  куплены  полуфабрикаты  для  производства
лекарств и наркотиков - так называемые прекурсоры. Кстати, несмотря  на  то,
что продажа реактивов должна строго контролироваться, есть сведения, что они
были приобретены на самом крупном фармакологическом заводе  Санкт-Петербурга
АО "Фармакон".
   В сентябре 1995 года лаборатория начала действовать. Со  временем  бывший
милиционер и технолог привлекли к работе и хозяина подвала. Всего здесь было
изготовлено около семисот граммов фенциклидина  на  общую  сумму  сто  сорок
тысяч долларов США.
   Распространением наркотиков занимался непосредственно  милиционер.  Очень
скоро он нашел оптовых покупателей и продавал им по нескольку тысяч  доз  за
раз. Основной упор новоявленные нарко дельцы делали на дешевизну  товара.  И
не прогадали. Очень быстро ими  был  завоеван  практически  весь  наркорынок
Санкт-Петербурга. Их клиентами стали некоторые преступные кланы города.
   По  прошествии  года  бывший  милиционер  почувствовал,  что   дальнейшее
производство наркотика становится опасным. Он догадывался, что  оперативники
выходят на лабораторию. Но как раз в это время поступил крупный заказ -  сто
граммов, и жадность сделала свое дело.  Лаборанты  приступили  к  выполнению
заказа. Когда сотрудники Управления по незаконному обороту  наркотиков  ГУВД
Санкт-Петербурга ворвались в лабораторию, изготовление было в самом разгаре.
Здесь же, произведя обыск, оперативники нашли 90 граммов  фенциклидина.  Это
равносильно шестистам тысячам доз. Все участники были арестованы, но  хозяин
подвала, художник, впоследствии был отпущен под подписку о невыезде.
   Эта лаборатория оказалась одной из крупнейших в Санкт-Петербурге.


   ЧЕКИСТЫ

   И пример самый короткий. Существо дела всячески  скрывается  сотрудниками
федеральной службы безопасности, и это неудивительно: на этот раз обвиняются
их коллеги.
   Оперативники  Московского  уголовного  розыска  в  результате   тщательно
спланированной  и  четко  проведенной  операции   задержали   шестерых   (!)
работников ФСБ, которые, используя цепочку посредников, торговали  кокаином.
И это были не рядовые сотрудники!  Среди  них  следователь,  оперативники  и
начальник отдела!
   Подробности, повторяю, тщательно скрываются. Но важен сам факт.  И  пусть
говорят, что муровцы и гебисты вечно воюют друг с другом,  соперничают.  Что
якобы  с  приходом  Куликова  в  вице-премьерство  с  полномочиями  главного
"силовика" страны муровцы осмелели и провели такую  операцию,  в  результате
которой были арестованы чекисты. Факт есть факт, и от него никуда не деться.
Среди неславной  когорты  наркоторговцев  имеются  и  представители  славной
когорты доблестных чекистов.
   Все это наводит на грустные размышления.


   НА ТАМОЖНЕ

   Что примечательно, Россия является не только конечным пунктом  назначения
наркопутей, но и весьма заманчивым транзитным путем для  тех,  кто  пытается
обойти таможенные досмотры и, соответственно,  разоблачения.  Подозрительные
грузы, в которых вполне может обнаружиться героин или другой вид  наркотика,
не проходят иногда тщательнейшего досмотра лишь  на  том  основании,  что  в
случае, если ничего  не  обнаружится,  то  таможенная  служба  должна  будет
возмещать убытки. Подобное несовершенство законов поощряет и  стимулирует  с
каждым  днем  всевозрастающие  контрабандные  перевозки.   Таможня,   ищущая
наркотики, себя не окупает. Не станет же она продавать на сторону  найденный
у других наркотик, пусть даже последний и стоит бешеных денег.
   Сотрудники отдела по борьбе с-незаконным оборотом  наркотических  веществ
Государственной  таможни  Российской  Федерации  обратили  внимание,  что  в
закрытом  военном  аэропорту  Чкаловска   происходят   нарушения   перевозок
самолетами военнослужащих. В  списке  по  прилету  указаны  120  человек,  а
фактически прилетело - 150. Тридцать человек, как говорится,  -  неучтенные.
Кто такие, откуда? В ходе  оперативных  мероприятий  было  установлено,  что
пассажиры эти платят за "проезд" по 500 тысяч рублей (старыми). Среди них  -
и гражданские лица, и военнослужащие, и члены семей военнослужащих. Понятно,
что в армии деньги сегодня выплачиваются крайне  нерегулярно,  понятно,  что
военно-транспортная авиация встала на хозрасчет, но тем не  менее  глаза  на
эти нарушения оперативники закрывать не стали. Аэропорт в Чкаловске был взят
под жесткий контроль. И не напрасно.
   Вдруг  выяснилось,  что  время  от   времени   аэропортом   в   Чкаловске
пользовались для транспортировки наркотиков и в роли наркокурьеров выступала
самая  разношерстная  публика:  и  военнослужащие  и  гражданские.  Особенно
"урожайным" выдался период с середины ноября по конец декабря 1997 года.  По
словам начальника отдела  по  борьбе  с  незаконным  оборотом  наркотических
веществ Николая Блинова, в этот период хлынул целый поток наркотиков.
   - Я не думаю, -  говорит  Николай  Блинов,  -  что  рядовой  контрактник,
закончивший службу в 201-й дивизии (ее части расположились  в  Таджикистане,
эта российская дивизия - едва ли не единственная надежда местных жителей  на
стабильность в этом регионе. - М.  Ш.)  везет  для  личного  пользования  от
четырехсот граммов до килограмма героина. Самым крупным  было  задержание  с
изъятием  килограмма  с  чем-то.  По  этим  фактам   мы   дали   официальное
уведомление-письмо за  подписью  председателя  Государственного  таможенного
комитета Анатолия Сергеевича Круглова, в котором сообщали министру обороны о
положении дел в Чкаловском  аэропорту  и  предлагали  ужесточить  и  усилить
контроль со стороны военных  структур  именно  за  военнослужащими,  которые
выезжают из 201-й дивизии, особенно за теми, кто выезжает  в  Москву.  И  мы
получили информацию  об  адекватной  реакции  министра  обороны.  Во  всяком
случае, уже с середины января задержаний нет. Тогда как в 1996  году  у  нас
было десять таких задержаний, а уже в 1997-м - пятнадцать. На пять больше.
   Был случай, когда на чкаловской таможне был задержан  старший  лейтенант,
контрактник, из 210-й дивизии, который перевозил в  шифровальной  аппаратуре
25 килограммов опия. И хотя шифровальная  аппаратура  перевозится  обычно  в
ящиках, которые таможня вскрывать не имеет права, в том  случае  таможенники
тем не менее решились на это. Как утверждает тот же Блинов, у  них  работают
такие специалисты, которым достаточно посмотреть,  как  человек  выходит  из
самолета, чтобы на 90 процентов определить: провозит человек  наркотики  или
нет. В том случае профессионализм таможенников сработал стопроцентно.
   Как только таможенные службы усиливают бдительность, ужесточают контроль,
то немедленно появляются и соответствующие результаты. Наркодельцы вынуждены
искать другие пути  для  реализации  своих  планов.  Например,  нарушения  в
закрытом военном аэропорту в Чкаловске стали явно заметны  после  того,  как
таможня ужесточила свои усилия в аэропорту  Домодедово.  Душанбинские  рейсы
подвергали   тщательнейшему   досмотру,   изымали   наркотики,    изобличали
наркокурьеров. Тогда таджикские наркодельцы в поисках других путей  обратили
свои взоры на аэропорт в Чкаловске.
   Задержанные наркокурьеры, кстати, показывали, что  здесь,  в  Москве,  их
должны были встречать представители таджикской диаспоры. Расплата за  услуги
по перевозке наркотиков могла быть самой  разнообразной.  Когда  таможенники
задержали женщину, кстати военнослужащую одного из  войсковых  подразделений
МВД Таджикистана, выяснилось, что в  качестве  оплаты  ей  выдали  отдельный
пакетик с героином весом в пятьдесят граммов. Этот пакетик действительно был
упакован отдельно от остального, основного  груза.  В  целом  за  переброску
партии героина весом в 300-400 граммов таджикская наркомафия платила от 4 до
5 тысяч долларов плюс бесплатный перелет в оба конца.


   ПОЧЕМУ?

   Надо признать, что поимка наркоторговцев среди  военных,  милиционеров  и
чекистов - случаи исключительные, но тем омерзительнее они выглядят.
   Можно ссылаться на хроническую нехватку денег, на  бедственное  положение
офицеров, на невыплату зарплаты. Но офицеры на то и офицеры, чтобы  бороться
с  этим  явлением,  каким  является  наркобизнес.  Иначе  нет  ни   веры   в
справедливость, ни надежд на конечное его торжество.
   В настоящее время  в  производстве  военных  прокуратур  находится  около
десяти дел об участии офицеров в наркобизнесе.
   Нужно что-то делать...
   И можно только восхищаться самоотверженностью  сотрудников  таможни,  МВД
РФ,  которые  получают  за  свои  победы  в  борьбе  с  незаконным  оборотом
наркотиков лишь  небольшие  материальные  поощрения.  Это  -  работа  людей,
которые отчетливо знают, что такое человеческий и служебный долг.
   Пока они работают, остается надежда.


   Глава 8
   БРАТВА НА ИГЛЕ 

   КОНЕЦ ОДНОЙ ЭПОХИ

   Двадцать первого января 1996 года в тюремной камере Лефортова закончилась
целая  эпоха  российского  преступного  мира.  Криминальная   общественность
понесла огромную потерю - после болезни скончался вор в  законе,  признанный
авторитет Павел Захаров, по кличке Цируль.
   В медицинском заключении о причинах смерти Цируля было сказано, что  она,
смерть, последовала в результате сердечной  недостаточности.  Но  интересно,
наверное, установить, из-за чего в действительности  последовала  эта  самая
острая сердечная недостаточность.
   Павел Захаров прошел весь путь,  характерный  для  человека,  называющего
себя вором: от начинающего карманника -  до  признанного  всеми  авторитета,
держателя воровского общака  -  и,  что  не  менее  симптоматично,  также  и
обратный путь - пусть и не такой длинный, как  тот,  который  привел  его  к
вершинам криминального мира России. Этот обратный путь оригинально отразился
в его письме на имя прокурора города Москвы. Вот оно:
   "Прокурору города Москвы. Прошу больше не считать меня  вором  в  законе.
Поскольку в 1958 году был  коронован  неправильно.  С  нарушением  воровских
законов и традиций". И разумеется, подпись.
   Смешно. По мнению Цируля, московский прокурор  должен  стоять  на  страже
воровских законов и традиций. Интересно, как представлял себе Павел  Захаров
реакцию прокурора? Он что, должен был направить ноту прокурорского  протеста
в адрес следующего высшего воровского сходняка?! Мол, так и так, "в связи  с
обращением ко мне Цируля  прошу  высокое  собрание  рассмотреть  возможность
лишения  вышеуказанного  Цируля  звания  вора  в  законе  в  соответствии  с
воровским законом. К сему прилагается..." - т, д, и т, п.
   Уж кому-кому, а Цирулю доподлинно известно,  что  звания  вора  в  законе
человек может лишиться не по протесту прокурора и даже не  по  постановлению
народного суда.
   Но в чем же дело? Ведь не мог Цируль не понимать, что точно так же  будет
размышлять и сам прокурор? Зачем был нужен ему такой  идиотский,  по  общему
мнению, шаг? Как он мог  не  знать,  что  о  письме  станет  известно  всему
воровскому миру, и братва, даже если и  не  будет  над  ним  потешаться,  то
сделает то, о чем он просил московского прокурора, - лишит "высокого звания"
вора в законе. И все-таки он сделал это!
   Почему? Ведь расстрел ему не грозил - максимум  пятнадцать  лет.  Но  вор
должен сидеть в тюрьме - это не Глеб Жеглов придумал, так должен  рассуждать
настоящий вор в законе, у которого правильные понятия.  Конечно,  возраст  -
Цируль тогда приближался к шестидесяти - заставлял со страхом думать о такой
перспективе, как пятнадцать лет лишения свободы, но, как нам кажется, не это
стало определяющей причиной такого поведения Цируля. Чтобы понять это, нужно
проследить за поведением нашего подопечного в тюрьме в последние месяцы  его
жизни. Оно очень характерно.
   Главная причина появления беспрецедентного  письма  -  наркотики.  Только
наркоман не отвечает за свои поступки. Не случайно братва не слишком уважает
потребителей наркотиков. Но соблазн велик.
   И его трудно избежать.


   ЦИРУЛЬ РАБОТАЕТ В ЭПИСТОЛЯРНОМ ЖАНРЕ

   За время своего заключения в период с декабря 1994 года по январь 1996-го
Павел Захаров написал  немало  посланий:  своим  сообщникам,  родственникам,
женщинам. Интересно наблюдать по этим малявам развитие  отношения  Цируля  к
своему положению: от полной уверенности в  себе,  в  своей  судьбе  и  своих
деньгах до такого же полного  отчаяния,  когда  человек  готов  использовать
любой шанс - только бы вырваться на свободу.
   К январю 1996 года Цируль действительно был готов  на  все  -  вплоть  до
самоотречения, причем, как  мы  видели  из  его  письма  к  прокурору,  -  в
буквальном смысле этого слова. Вплоть до полного самоотречения.
   Что же произошло?
   Все нижеследующие малявы Цируля  -  подлинны,  написаны  его  собственной
рукой. Вопреки всем его наказам, они по разным причинам не были уничтожены и
позволяют нам теперь проследить за тем, как  менялись  желания  и  убеждения
преступника под воздействием обстоятельств, в  числе  которых  немалую  роль
сыграли и наркотики. Стиль автора сохранен. Матерные выражения опущены.
   "Я тебе говорю последний раз мне такая свобода за 500 (тысяч долларов.  -
М. Ш.) не нужна, поняла? За эти деньги можно Ельцина убить и всех мусоров...
и отпустят, ясно? Пойми за сто на суде можно свалить...  А  если  увезут  на
зону, то через три м-ца за 50 будешь (свободен. - М. Ш.)".
   Пятьсот тысяч долларов за собственное освобождение из-под стражи  -  даже
мысль о такой немыслимой сумме выводила Цируля из себя. Деньги  он  считать,
безусловно, умел, не случайно он был держателем общака,  ворочая  миллионами
долларов.  Поэтому  эту  цифру  он  считал  несуразной.  В  то   время   ему
инкриминировали лишь хранение оружия, и это не стоило тех денег.
   Мозги его пока работают в привычном для вора направлении, и  вот  он  уже
передает на волю распоряжения, как вести себя его сообщникам, чтобы вытащить
его на волю: "... Срочно послать Игорька, в прокуратуру,  но  обязательно  с
адвокатом и пусть грузится..."
   "Грузится" - в данном случае означает "берет вину на себя". На протяжении
нескольких страниц следуют подробнейшие инструкции, как  нужно  себя  вести,
что говорить, как правильно должен брать на  себя  вину  его  телохранитель,
Игорь Кутьин. Пистолет "Тт", который обнаружили  при  Цируле,  Игорь  Кутьин
якобы купил на Дмитровском  шоссе  у  какихто  пацанов  за  500  долларов  -
перечислялись люди, которые  могли  бы  подтвердить  этот  факт.  Инструкции
подробно сообщали о том, как нужно себя вести,  что  говорить,  какие  могут
быть вопросы и как на них следует отвечать.
   Вообще  из  тюремной  камеры  Цируль   руководил   своими   людьми,   как
Ульянов-Ленин  руководил  своими  товарищами  по  партии.  Иногда  он  решал
организационные вопросы партии, иногда  -  финансовые.  Кого-то  он  хвалил,
кому-то выносил выговор.
   "Ну, что, Кабан, считаешь что все правильно? Вот за то  что  взяли  филки
(деньги. - М. Ш.) и сказывали 28 после 5 вечера твой друг будет дома. Вот  с
них и возьми с козлов две цены сколько они брали и не откинули, ясно?"
   "Алик... тебе же Роза говорила насчет Пузы  это  видно  идет  от  Японца,
мусора базарят что дали 2 лимона, и вот не  может  сорваться...  В  конечном
итоге они х... что сделают, но сколько мучений".
   Под Японцем имеется в виду старый товарищ Цируля  Вячеслав  Иваньков,  по
кличке Япончик, которого Захаров подозревал в том, что именно  он  сдал  его
"мусорам".
   "Хоть рубль дашь без меня, я отрублю тебе руки. Я... твою свободу.  Мама,
я заклинаю тебя и твое здоровье, скажи, непослушают, убью всех. Твой П. ".
   "Роза милая этим козлам не давай больше никаких лаве (денег. - М. Ш.),  а
за что взяли десятку, я спрошу".
   "Скажи ему, что дай сперва 150 тысяч, а потом обещай..."
   "Если стоит у дома поджера ("Паджеро" - разновидность "джипа". - М.  Ш.):
прямо подъехать к дому и вытащить его, дадите прочитать ксиву  и  сразу  все
отнуть и захрить (в смысле - уничтожить. - М. Ш.)".
   Все это время Цируль еще находился в Бутырке. Но  его  стали  справедливо
подозревать в том, что он пользуется услугами тамошних тюремщиков.  Логичнее
было бы, наоборот, подозревать тюремщиков в связях с Цирулем,  но  это  ведь
нужно было еще доказать, а доказательств, как водится, не было. Поэтому было
принято решение перевести Захарова в "Матросскую тишину".
   Еще в Бутырке у Цируля в огромных количествах стали  находить  наркотики:
их было так много, что он мог снабжать ими  не  только  себя,  но  и  других
авторитетов, сидевших по соседству. Например,  удалось  провести  задержание
одного из осужденных, который по приказу Цируля собирался пронести в  другую
камеру  200  (!)  доз  ацетилованного  опия.  Чтобы  ввести  в   заблуждение
подкупленных Цирулем охранников, уголовное дело по этому факту не возбуждали
в течение двух недель.
   Когда под предлогом перевода  в  другую  камеру  в  личных  вещах  Цируля
произвели тщательнейший обыск, обнаружили самые разнообразные  наркотики:  и
метадон, и морфин, и даже героин. Вор  в  законе  Павел  Захаров  по  кличке
Цируль был самым настоящим наркоманом.
   После этого Цируля переводят в  Лефортово.  С  ним  уже  церемонятся  все
меньше и меньше, и он чувствует это. Груз обвинений становится все тяжелее и
тяжелее. Он понимает, что оперативникам и следователям  становится  известно
то, что может упрятать его в тюрьму надолго. И хотя он самый настоящий  вор,
такая перспектива его не устраивает. Что такого конкретно удалось  раскопать
в биографии Цируля - об этом мы поговорим чуть позже. Сейчас  нам  интересно
другое - как менялся тон писем "на волю" Павла Захарова.
   "К 20-му числу они мне могут и планируют какуюто мокруху (убийство. -  М.
Ш.), ясно?" В этих строчках чувствуется, что Цируль на грани истерики.
   Летом 1994 года в Ялте  был  убит  вор  в  законе  Очко.  Убийству  этому
сопутствовали  довольно  загадочные  обстоятельства.  Очко  и  Цируль  давно
враждовали между собой, и неудивительно, что в уголовном мире посчитали, что
смерть Очка - дело рук именно Цируля. К  тому  же  в  день  убийства  Цируль
находился в Крыму. Сопоставить два и два было несложно.
   "Я знаю, - пишет Захаров из Лефортова, - они хотят мне впихнуть Очко".
   Будь он умней в тот момент, когда пишет это послание, он  никогда  бы  не
построил эту фразу именно так. "Впихнуть Очко" - звучит практически так  же,
как "впихнуть в очко", а это для вора в законе равносильно самоубийству.
   Но Захаров уже очень плохо контролирует свои поступки. Статьи  Уголовного
кодекса, по которым ему предъявляются обвинения, становятся  все  тяжелее  и
тяжелее. Пытаясь избавиться от страха перед неотвратимым наказанием,  Цируль
все больше и больше потребляет наркотики. И-на волю, на волю!  Ведь  он  уже
почувствовал вкус  воли,  познал  радости  богатой,  сытой  жизни  развитого
капитализма, и ему не хочется на нары,  когда  совсем  рядом,  буквально  за
забором, существует совершенно другая жизнь, с  морем  денег,  девочек  и...
разумеется, наркотиков.
   Он знает,  что  в  следственных  изоляторах  умирали  "правильные"  люди:
например, вор в законе Рафик Багдасарян  по  кличке  Сво  тяжело  заболел  в
Лефортовском  следственном  изоляторе  и  впоследствии  умер,  царство   ему
небесное, в 20-й спецбольнице. Вор в законе Николай Саман по кличке Бархошка
умер в Бутырском следственном изоляторе.  И  ему  не  хочется  повторить  их
судьбу, не хочется умирать, ему очень хочется вырваться, он уже  согласен  и
на 500 тысяч долларов за свое освобождение, но уже  поздно,  груз  обвинений
слишком тяжел, никто не  станет  освобождать  его,  и  он  чувствует  скорое
приближение своей гибели:
   "Клянусь нехватает никаких нервов, вспомнил Рафика Сво,  Бархошку,  видно
моя очередь настала..."
   К этому времени Павел  Захаров  попадал  под  суд  как  минимум  по  трем
статьям: за хранение и ношение огнестрельного оружия, подделку документов  и
- самое главное! -  за  торговлю  наркотиками,  что  было  доказано  восемью
эпизодами.  "Пятнашка"  (пятнадцать  лет  лишения   свободы)   ему   грозила
элементарно. И Цируль знал это.
   СИЗО редко делает героев из своих обитателей. Цируль не был  исключением.
Перспектива была одна: снова лагеря, снова лесоповал и баланда.
   И признанный всеми авторитет, вор в законе Павел Захаров пишет  то  самое
знаменитое письмо прокурору города Москвы.
   Наркотики могут подвести даже вора в законе.


   ЦИРУЛЬ: БАРЫГА ИЛИ ВОР В ЗАКОНЕ?

   Вопрос не случаен: барыга по определению не может стать вором в законе, и
наоборот: вору в законе "западло" торговать наркотиками. Тот,  кто  торгует,
всегда барыга.
   Настоящий вор, по  понятиям  криминального  мира,  не  только  не  должен
работать, иметь жилье, жену и так далее  -  он  не  имеет  права  торговать.
Ничем! Пусть даже это и может принести огромные бабки, торговать-тысячу  раз
"западло"  для  настоящего  вора,  который  живет   правильными   воровскими
понятиями.
   Помните, даже в фильме "Джентльмены удачи" жулик, который попался на том,
что "бензин ослиной мочой разбавлял", сокрушенно вздыхает по поводу  героини
Натальи Фатеевой:
   - Такой хороший женщин... А отец - барыга!
   Даже у него барыги вызывают чувство отвращения.  Так  было  в  российском
криминальном  мире  всегда:  барыгу  можно  было   "кинуть",   "подставить",
игнорировать его точку зрения. Никто никогда  не  признает  барыгу  вором  в
законе. Даже если звание он себе купит. Все равно это быстро  вычислят.  Он,
конечно, может числиться вором в законе где-то там у себя,  может  заявлять,
что он, мол, настоящий вор, но заявлять-то он может  сколько  угодно,  а  на
серьезных разборках никто ему слова не даст. Ему скажут: "Ты извини, но ты -
барыга. О чем ты говорить собрался?! У тебя есть бабки,  ты  отстегиваешь  в
общак, ты содержишь зону, но ты - барыга! Ты не имеешь права  решать  судьбы
людей. Ты можешь купить боевиков и прочее, но ты не вор в  законе.  Так  что
помалкивай".
   Так, повторимся, было всегда.
   Но не сейчас.
   Времена  меняются,  претерпевают  изменения  и  отношения  между   самыми
различными представителями криминального мира. Сейчас приходит  новая  форма
организованной преступности, и определяется она не в малой степени тем,  что
в Россию пришли наркотики. Даже нет, не пришли.
   Валом хлынули!
   Время пресловутой  воровской  романтики  ушло  в  безвозвратное  прошлое.
Главное сейчас - бабки, деньги, а каким образом они  добыты,  дело  десятое.
Преступников это касается в первую очередь. Поэтому нет ничего удивительного
в том, что Цируль в конце концов среди  многих  прочих  избрал  и  этот  вид
преступной деятельности - наркобизнес.
   По-разному снимают стрессы нынешние преступники.  Потребление  наркотиков
стало повальным явлением в этой публике.  Острая  сердечная  недостаточность
Цируля - не что иное, как передозировка. Павел  Захаров  умер  от  очередной
дозы героина. Несколько лет назад подобное было  бы  немыслимо.  Сейчас  это
никого не удивляет.
   Цируль торговал наркотиками. Было бы очень странно, если бы судьба  Павла
Захарова сложилась по-другому. А то, что он принимал самое активное  участие
в торговле наркотиками, доказанный факт.
   Чтобы  рассказать  обо  всех  делишках  Павла  Захарова,  впору  начинать
отдельную книгу. Поэтому на этих страницах мы ограничимся  только  тем,  что
имеет для нас наибольший интерес, - наркотики.
   В конце марта 1996 года, то есть  уже  после  смерти  Цируля,  Кунцевский
межмуниципальный суд  города  Москвы  вынес  приговор  очередной  преступной
группировке  наркодельцов  в  составе:  Таги   Хуриев,   Валерий   Шишканов,
Константин Магарцов, Роза Захарова и Руслан Мурзин.
   Если быть кратким, то дело обстояло следующим образом.
   Курьеры Цируля доставляли крупные  партии  синтетического  наркотического
вещества в разные регионы, в том числе и в  Новосибирск,  где  его  принимал
Шишканов, который и руководил вопросами его дальнейшего сбыта.
   По указанию Шишканова, в Москву были отправлены с грузом курьеры Магарцев
и Мурзин, которые должны были сдать эту оптовую партию Таги Хуриеву.
   В начале  февраля  1996  года  сотрудники  ФСБ  уже  активно  работали  в
операции, направленной на изобличение преступной группы.
   Они были взяты с  поличным  при  сбыте  наркотиков:  Мурзин,  Магарцов  и
Хуриев. Месяц спустя при аналогичной сделке был задержан и сам  Шишканов.  В
отношении взятых под стражу было возбуждено уголовное  дело  по  статье  224
Уголовного кодекса Российской Федерации.
   Последним "аккордом" в реализации  этого  оперативного  дела  был  захват
самого Цируля (тогда еще живого, конечно) и его сожительницы Розы  Захаровой
(кстати, по желанию Цируля она состояла в фиктивном браке с его братом). Оба
они пытались передать крупную партию наркотиков в


   СИЗО "Матросская тишина".

   Все факты по делу были доказаны, и это, кстати, сыграло не последнюю роль
в конечной острой сердечной недостаточности Цируля.
   Дальнейшая судьба наркодельцов была такой:
   Таги Хуриев - шесть лет лишения свободы с конфискацией имущества;
   Валерий Шишканов и Роза Захарова  -  по  пять  с  половиной  лет  лишения
свободы с конфискацией имущества;
   Магарцов  и  Мурзин  -  по  пять  лет  лишения  свободы  без  конфискации
имущества;
   Павел Захаров по кличке Цируль умер, не дождавшись начала суда.


   ЗАГУБЛЕННЫЕ "КАРЬЕРЫ"

   Каждый человек, даже если он  и  преступник,  мечтает  о  наиболее  ярком
самовыражении. Приоритеты у всех, конечно, разные. Но плох тот бык,  который
не мечтает стать авторитетом!  Большинство  этих  быков,  которыми  являются
боевики любой преступной группировки, никогда не доживут до исполнения своей
мечты - или чужие пристрелят, или свои удавят. Но сделать "карьеру" - почему
бы и нет? Об этом думает любой преступник.
   Нужно пройти  весьма  убедительный  путь,  чтобы  взобраться  на  вершину
криминального мира. Нужно жить жизнью, которая,  с  точки  зрения  остальных
воров, была бы безупречна. Раньше так, в сущности,  и  было.  Теперь  многое
меняется. И одна из главных причин тому -  наркотики.  Примером  тому  может
послужить судьба не только Цируля, но и  Тенгиза  Гавашелишвили,  по  кличке
Тенгиз Пицундский.
   В мае 1994 года общественность Москвы была потрясена: воры устроили  свою
сходку не где-нибудь, а... в Бутырском СИЗО!
   Дожили.
   Двадцать первого мая 1994  года  в  Бутырку  проникли  лидеры  нескольких
преступных  группировок.  Кроме  троих  солнцевских   авторитетов   Геннадия
Авилова, Геннадия Шаповалова и Михаила Леднева, среди проникших в СИЗО  были
и два  вора  в  законе:  Сергей  Липчанский  (Сибиряк)  и  37-летний  Тенгиз
Гавашелишвили (Тенгиз Пицундский).
   В то время в Бутырке сидели солнцевские авторитеты Мельников  и  Данилов,
вор в законе Лордкипанидзе  и  некий  заключенный  по  фамилии  Цинцадзе.  С
ними-то и собирались встретиться прибывшие с воли.
   По  одной  из   версий,   утечка   информации   произошла   потому,   что
прослушивались    телефонные    переговоры    авторитетов    и    сотрудники
правоохранительных органов были хорошо подготовлены к  встрече  "гостей".  К
СИЗО даже были подогнаны бронетранспортеры.
   Вместе  с  авторитетами  были  арестованы  и  подкупленные  преступниками
помощник  начальника  СИЗО  Николай  Заболоцкий,   его   заместитель   Роман
Бондарский и контролеры СИЗО Николай Ерохин и Игорь Савкин.
   При аресте Липчанского, Шаповалова и Авилова были обнаружены пистолеты, у
Леднева - наркотики, маковая соломка. На квартире же  у  Гавашелишвили  были
найдены следующие наркотики: 0,62 грамма опия,  три  ампулы  пентазоцина,  а
также следы метадона в обнаруженных там же одноразовых шприцах  и  иглах.  К
тому же в его паспорте стояла поддельная печать 150-го отделения  милиции  о
временной прописке в  общежитии  на  улице  Лескова.  В  результате  Тенгизу
Пицундскому   инкриминировалось   приобретение,   перевозка    и    хранение
наркотических  веществ   и   использование   подложных   документов.   Делом
Гавашелишвили занялся Следственный комитет МВД России.
   (Кстати, доказать причастность воров в законе к преступлениям чрезвычайно
сложно. Как правило, они только руководят, отдают  соответствующие  приказы.
По  их  вине  гибнут  люди,  разоряются  фирмы,  но  доказать  эту  вину  не
представляется  возможности.  Единственное,  на  чем   "горят"   задержанные
авторитеты,  -  оружие,  наркотики...  В  последнем  им  очень  трудно  себе
отказать.)
   Тенгиз Гавашелишвили был коронован грузинскими ворами в законе и  получил
кличку Тенгиз Пицундский. В  начале  девяностых  годов  он  стал  заниматься
торговлей наркотиками, чем изрядно попортил себе репутацию настоящего  вора.
В Грузии против него по факту наркобизнеса было возбуждено  уголовное  дело,
но ему, отпущенному под подписку о невыезде, удалось убежать в Москву.
   Но здесь он неизбежно попал в поле зрения  российского  МВД:  контролируя
один из каналов доставки метадона из-за границы в Россию, он рано или поздно
оказался бы в поле зрения оперативников. Разумеется,  Тенгизу  было  уделено
максимальное внимание.
   Цируль, кстати, хорошо знал  Тенгиза  Пицундского  и  оказывал  ему  свое
высокое покровительство. То же самое можно сказать и о  Вячеславе  Иванькове
(Япончике).
   На  суде  Гавашелишвили  заявил,  что  наркотики  не  употребляет  и   не
приобретает, что работники МВД сами подбросили ему эту отраву. Но экспертиза
установила, что Тенгиз  Пицундский  к  тому  времени  был  уже  "клиническим
наркоманом".
   Суд приговорил Тенгиза Гавашелишвили  к  трем  годам  лишения  свободы  и
назначил ему принудительное лечение от наркомании.
   Шестнадцатого ноября 1993 года, накануне собственного дня  рождения,  был
арестован еще один известный авторитет в  преступном  мире,  Марк  Мильготин
(Марик).
   Наркоман Леонид  Согомонов,  когда-то  осужденный  за  кражу  и  отбывший
наказание сполна, изготавливал в своей квартире опийные растворы  и  получал
за это от Марка Мильготина по сто долларов  в  день.  Именно  здесь,  в  его
квартире, и был арестован Марик.
   Следственный комитет МВД РФ обвинил Марка Мильготина и Леонида Согомонова
в незаконных  операциях  с  целью  сбыта.  Марику  еще  инкриминировалась  и
подделка документов. Правда, Согомонов утверждал, что изготавливал наркотики
исключительно для себя и что Мильготин тут якобы ни при чем.  Сам  же  Марик
заявлял в открытую, что "посадить его будет проблематично".
   Через несколько месяцев была  арестована  знакомая  Марика,  некая  Ольга
Горчакова, по кличке Цыганка. Она,  правда,  тоже  утверждала,  что,  торгуя
наркотиками, работала только на  себя,  но  следователи  полагали,  что  без
Мильготина и тут не обошлось.
   Следователи делали все, чтобы доказать вину Марика, но  в  результате  им
ничего не оставалось делать, как выпустить его под подписку о невыезде.  Это
произошло в феврале 1995-го.
   В конце  1995  года  начался  суд,  который  Мильготин  после  нескольких
заседаний просто перестал  посещать.  В  январе  1996  года  судья  подписал
постановление об аресте Мильготина. И началось странное.
   Марик как бы скрывался, а милиция его как бы искала. При  этом  Мильготин
жил в самом центре Москвы и регулярно посещал фешенебельные  рестораны  типа
"Метрополя" и ездил за границу. Если же он и попадал по непонятным  причинам
в какоелибо отделение милиции, то всегда благополучно оттуда уходил.
   В конце концов он обнаглел.
   Однажды,  когда  Марик  пребывал  в  состоянии  сильного   наркотического
опьянения, он остановил машину, чтобы доехать до нужного ему места.
   Машина  оказалась  милицейской.  На  этот  раз  его  прямиком  отвезли  в
"Матросскую тишину" и посадили в спецблок.
   И опять виноваты наркотики!
   В тюрьме за Мариком был установлен строжайший надзор, и  некоторое  время
ему приходилось обходиться без наркотиков. Марик конфликтовал  с  охраной  и
даже попытался разбить себе голову. Его даже не смогли вовремя доставить для
ознакомления  с  материалами  дела,  поскольку   нашли   у   него   признаки
токсикомании и, разумеется, травму головы.
   Состоявшийся в апреле 1996 года суд приговорил уже Согомонова и Горчакову
соответственно к трем и шести годам лишения свободы. Там же,  на  том  суде,
было установлено, что Согомонов сбывал наркотики именно Мильготину.
   В  ноябре  1996  года  состоялся   суд   над   Марком   Мильготиным.   За
недоказанностью факта, что Марик приобретал наркотики  с  целью  сбыта,  суд
руководствовался не второй частью статьи 224, а частью третьей. Если  вторая
часть предусматривает от 6 до 15 лет лишения свободы, то третья  -  до  трех
лет.
   В итоге Марикудали лишь два с половиной года. Полтора из них  он  отсидел
уже в СИЗО.
   Наркотики, без сомнения, погубили не одну жизнь и  не  одну  карьеру.  Но
весьма любопытно наблюдать за теми, кто поставил эту отраву себе на службу и
гибнет так же, как все.  Никого  -  нико-го!  -  еще  наркотики  не  сделали
счастливыми. Это касается даже преступников, хотя, если рассуждать  логично,
именно им и нужны они больше всего - стрессы там всякие снимать и так  далее
в том же духе.
   Наркотики убивают любого, кто с ними соприкасается. Рано или поздно, но -
неизбежно.
   Неизбежно.


   Глава 9
   ТАЛАНТ НА ПРОДАЖУ

   Это дело потрясло всех, кто имел к нему хоть малейшее отношение.
   Жили-были на свете молодые люди, имевшие огромные способности к науке.  С
юности они участвовали в различных олимпиадах и побеждали,  приносили  своим
педагогам огромное удовлетворение, вызывали у них чувство гордости  за  свою
работу и за своих учеников. Они поступили в престижнейшие вузы и учились  на
"отлично", а их научные работы заставляли  говорить  о  них  как  о  будущих
светилах отечественной и мировой науки. Но в один не самый  прекрасный  день
талантливые молодые люди встали на дорогу, которая привела их не  к  научной
славе, а к позору и унижениям.


   ЭКЗОТИЧЕСКОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ

   Началась эта  история  в  1989  году.  Именно  тогда  Вадим  Д.,  студент
Московской медицинской академии, приехал в гости к своему другу и сокурснику
Умуду Б, в узбекский город Алмалык.
   На Востоке гостей вообще принимают с размахом, гость на Востоке  -  самый
желанный  человек.  Вадим  Д,  на  себе  испытал,   что   значит   восточное
гостеприимство в самом хорошем смысле этого слова. К нему  были  внимательны
родители Умуда, и особенно отец его однокурсника, Актай-ага. Наконец  пришел
день, когда Актай-ага  сделал  предложение  Вадиму,  открыв  при  этом  свое
истинное лицо.
   Лицо отца сокурсника, надо сказать, было весьма неприглядным.  Не  в  том
смысле,  что  на  него  вообще  было  невозможно  смотреть,  нет,  наоборот,
Актай-ага умел держаться достойно, быть обходительным. Но Вадим тогда еще не
знал, что человек, который так радушно принимает его у себя в доме, на самом
деле махровый преступник и  уже  даже  имел  к  тому  времени  судимость:  в
сентябре 1978 года Актай-ага был приговорен Ташкентским  городским  судом  к
девяти годам лишения свободы  за  соучастие  в  хищении  государственного  и
общественного имущества  в  крупных  размерах  по  предварительному  сговору
группой лиц.
   Актай-ага знал, что его гость Вадим Д,  призер  всесоюзных  и  российских
олимпиад по химии. Порадовавшись за молодого человека - такой, мол,  талант!
- он предложил гостю заняться... производством синтетических  наркотиков.  И
посулил немалые деньги. Студенту же денег не хватает всегда.
   Тогда, в конце  восьмидесятых,  наркотики  не  имели  такого  широчайшего
распространения, как сейчас... Они были даже какой-то  экзотикой,  и  Вадим,
если быть справедливым, просто не  мог  представить  себе  масштабы  ущерба,
который он мог  нанести  здоровью  своих  потенциальных  (на  тот  момент  -
абсолютно мифических) клиентов. Даже в самом болезненном воображении не  мог
представить Вадим последствия своего легкомысленного  согласия,  которое  он
таки дал Актаю-аге.
   Так или иначе, согласие было дано.  И  не  только  согласие  -  Вадим  Д,
пообещал  Актаю-аге  привлечь  к  этой  работе  своих  товарищей-химиков,  с
которыми был знаком по тем же самым химическим олимпиадам.
   В итоге по приезде в Москву Вадим Д, привлек к работе  над  производством
синтетических наркотиков Данира Б., Федора А., Евгения  3.,  Александра  К.,
Рената М., Дмитрия П., Андрея Г. И это еще не полный  список  лиц,  так  или
иначе фигурировавших в этом деле.
   В начале девяностых годов в крупные города России хлынул  новый  наркотик
синтетического происхождения - триметилфентонил.


   ОРГАНЫ НАЧИНАЮТ ДЕЙСТВОВАТЬ

   Оперативные данные говорили о том, что в  стране  появилась  лаборатория,
которая синтезирует мощнейший наркотик.
   Одного грамма триметилфентонила было достаточно, чтобы развести его в  15
литрах дистиллированной воды  -  это  15  тысяч  ампул,  каждая  из  которых
составляет 2-3 дозы, а для начинающих - до 10  доз.  Вот  что  означал  один
грамм этого вещества. Сильнейший наркотик!
   Нужно было срочно найти эту смертоубийственную лабораторию, выявить  лиц,
которые занимались непосредственно производством, чтобы на корню прекратить,
не побоимся этого слова, сумасшествие.
   Дело в том, что практика, когда можно выстроить  цепочку  "потребитель  -
продавец - оптовый покупатель" здесь не сработала бы, оперативники в этом не
сомневались. Можно было каждый день задерживать по 50  человек  -  результат
был бы нулевой. Поэтому в октябре 1992 года состоялось совместное  заседание
представителей самых разных ветвей силовых ведомств.
   В  кабинете  тогдашнего  замминистра  внутренних  дел  Дунаева  собралось
высокое   начальство:    начальник    Следственного    комитета    МВД    РФ
генерал-полковник   юстиции   Кожевников;   начальник   следственной   части
генерал-майор   Титоров;   начальник   УНОН    МВД    генерал-майор    (ныне
генераллейтенант)  Сергеев;  начальник  МУРа  Федосеев;   начальник   службы
криминальной милиции, замначальника ГУВД Егоров.
   Кроме того, на встрече присутствовали  представители  8-го  отдела  МУРа,
который занимается борьбой с наркобизнесом;  представители  ГУИНа,  а  также
начальник Управления по борьбе с коррупцией и  контрабандой  Минбезопасности
генерал Трофимов.
   Вопрос на повестке дня стоял  серьезный:  создалась  угроза  национальной
безопасности - в прямом смысле слова. Наркотик, который на поверку  оказался
в  несколько  раз  сильнее  цианистого  калия,  страшная  вещь.  Нужно  было
принимать срочные меры. И был даже установлен срок: в течение шести  месяцев
найти эту лабораторию.
   Для  оперативников  все  началось  с  того,  что  сотрудники  оперативных
подразделений задерживали лиц, у  которых  изымались  перепаянные  ампулы  с
довольно подозрительным содержимым. Однажды  даже  была  изъята  поллитровая
бутылка с такой жидкостью. Но результаты анализов были более чем  странными.
Не было понятно, зачем вообще стоило огород городить: эксперты уверяли,  что
в изъятых емкостях содержится... вода.
   Подозревать  же  экспертов  в  преступной   связи   с   наркодельцами   у
оперативников не было оснований. С чего бы это?
   Но нужно было  что-то  делать,  и  эксперты  МВД  поехали  в  Австрию,  в
специальный экспертный центр,  и  там  выяснилось,  что  эта,  с  позволения
сказать, вода содержит в себе страшный наркотик, о котором мы уже  говорили,
- триметилфентонил. Захватив с собой  методику  выявления  этого  наркотика,
эксперты вернулись в Москву.  И  вовремя:  на  них  навалилось  очень  много
работы,  и  значительную   ее   часть   составляло   выявление   конкретного
триметилфентонила.
   С 9 октября 1992 года у  оперативников  начинается  новая  жизнь:  период
активного  проведения  оперативно-розыскных   мероприятий   и   следственных
действий, в результате которых был арестован человек, в отношении которого у
сыщиков были очень обоснованные подозрения.
   Малик Ш., гражданин Азербайджана, был арестован 4 августа 1992 года за...
незаконную  поставку  в  Москву  из  Азербайджана  автомата  Калашникова   и
пистолета Макарова.  Вообще-то  оперативники  разрабатывали  его  как  лицо,
причастное к наркотикам. Но в ходе проведения оперативных  мероприятий  было
установлено, что указанный гражданин  Ш,  занимается  и  поставками  оружия.
Совершенно естественно, что работники правоохранительных  органов  не  могли
допустить  такого  беспредела,  точнее-такой  беспредельной  наглости.  Было
принято решение о задержании Малика Ш., и 4 августа он  был  задержан,  а  7
августа-арестован и помещен в следственный изолятор "Матросская тишина".
   Работа с Маликом Ш, была трудной. Говорить он отказался  сразу,  добиться
от него признания было очень трудно. Когда он все-таки заговорил, то сообщил
об  очень  и  очень  любопытных  для  следствия  вещах,  однако...  не  "для
протокола".
   В частности, он рассказал, что есть такой Актай-ага, нам  уже  известный.
Так вот, как-то летом к этому самому Актаю-аге приехали какие-то студенты из
Москвы, якобы для того, чтобы изготовить какой-то особый раствор для выделки
шкур. Но все это, по словам  Малика  Ш.,  было  камуфляжем.  На  самом  деле
приехавшие ребята занимались не чем иным, как изготовлением наркотиков.  Так
оперативники получили первые сообщения по Актаю-аге и ребятам-химикам.
   Малик Ш, рассказал, что прилетели ребята к Актаю-аге на самолете,  и,  по
поручению следователя, оперативники поехали в аэропорт Домодедово  и  изъяли
корешки авиационных билетов за интересующий их период времени.  И  вычислили
тех, кто летал к Бабаеву. Их было двое: студент химического  факультета  МГУ
Андрей Г, и студент Российского химико-технологического университета (бывший
МХТИ) имени Менделеева Александр К.
   Тот же Малик Ш, рассказал, что  у  Актая-аги  есть  сын  Умуд  в  Москве,
который учится в  медицинском  университете.  Найти  последнего  было  делом
техники.
   Это было началом конца для преступной группировки "химиков".


   НАРКОБРАТВА

   В азербайджанском городе Гянджа проживал некий фэзели К. Он контролировал
целую наркосеть,  щупальца  которой  раскинулись  весьма  и  весьма  широко.
Достаточно сказать, что он руководил теми азербайджанцами, которые  с  конца
восьмидесятых  годов  контролировали   в   Москве   сбыт   такого   сильного
наркотического синтетического вещества, как метадон.
   (Группа Маланина и Поцелуева, которая занималась изготовлением метадона и
поставляла   наркотик    азербайджанским    структурам    для    дальнейшего
распространения, была в свое время изобличена  группой  МВД  и  КГБ  СССР  и
осуждена  в  Казахстане.  Так  вот,  со  слов  Малика  Ш.,  руководил  этими
структурами именно Фэзели К.)
   Итак, Фэзели имел  широко  распространенную  сеть,  по  которой  сбывался
наркотик - любой. Актай-ага не имел такой сети,  но  с  помощью  талантливых
студентов имел наркотик, и можно  было  даже  предположить,  что  количество
производимого студентами наркотика могло быть воистину  любым.  Пределов  то
есть  не  было  вообще,  а  в  любом  торговом  деле  важна   неиссякаемость
продаваемого товара,  тем  более,  если  этот  товар  пользуется  устойчивой
популярностью.
   Они были нужны друг другу  -  Актай-ага  и  Фэзели.  Может  быть,  именно
поэтому Актай-ага оставался в живых. Он никому  не  сдавал  свой  канал,  по
которому доставал свой триметилфентонил и был его монополистом. Наркотик сам
был  весьма  привлекательным,  он  в  5,5  тысячи  раз  сильней  морфина,  а
себестоимость его была очень низкой для Актая-аги. Но у него не  было  рынка
сбыта.
   А у Фэзели он был.
   Таким образом, фэзели и Актай-ага нуждались друг в друге.
   Сотрудничество, конечно, хорошо, но  до  известных  пределов.  Если  есть
возможность заработать побольше, почему бы не попробовать?
   Но для того, чтобы получать больше, нужно  иметь  свою  структуру  сбыта.
Поэтому Актай-ага и направил Малика Ш, в Москву. До этого  он  уже  пробовал
это сделать через некоего Джалала Д. Но вскоре тот допустил роковую для себя
ошибку: в телефонном разговоре он проговорился, что с ним, кажется, работают
сотрудники МВД. Вообще-то это  было  чистой  правдой,  с  ним  действительно
работали, но не в этом дело. Джалалу было сказано,  что  он  в  опасности  и
должен немедленно выезжать в Гянджу. А через два дня после своего приезда  в
Гянджу Джалал Ш, был найден мертвым  -  скончался  от  сердечного  приступа.
Когда тридцатилетний мужчина умирает от сердечного приступа, то  сто  против
одного,  что  на  самом  деле  он  умер  от  передозировки  наркотиков.   По
предположению  оперативников,  Джалала  убили  люди  Фэзели  с  тем,   чтобы
ликвидировать конкурента, который пытался наладить собственный канал  сбыта.
Такие вещи наркомафия не прощает.
   Все это было установлено потом. А пока оперативники получили  санкцию  на
прослушивание телефонных разговоров Умуда Б., которому отец купил  в  Москве
квартиру в районе станции метро "Коломенская".
   Санкция на прослушивание телефонных разговоров Умуда Б, была  получена  8
декабря 1992 года.


   СОБЫТИЯ РАЗВОРАЧИВАЮТСЯ!

   Двадцать второго декабря, через две  недели  после  начала  прослушивания
телефона Умуда Б., раздался  наконец  долгожданный  звонок.  Звонил  отец  и
просил  сына  сходить  в  общежитие  МГУ,  расположенное  на   Ломоносовском
проспекте, и найти Андрея Г., которого они называли Энди. Нужно было предать
Энди, что 25 декабря приезжают родственники.
   Звонил Актай-ага из Киева.
   За всеми установленными участниками этого дела велось наблюдение.
   Двадцать пятого декабря на станции метро "Коломенская" состоялась встреча
Умуда Б, с Андреем Г., во время которой Умуд что-то передал  Андрею.  Причем
сделано это было по всем законам детективного  жанра.  До  поры  до  времени
ребята  мирно  расхаживали  по  платформе,  говорили  о  чем-то,   а   потом
попрощались. Андрей вошел в вагон электрички, и, когда диктор уже объявлял о
том, что двери закрываются, Умуд  бросился  к  товарищу  и  прямо  в  момент
закрывания дверей передал ему сверток.
   Дальше было еще круче. Получив от Умуда передачу, Андрей Г, стал играть с
оперативниками в шпионы. Он доехал до станции "Варшавская", после  чего  сел
обратно и поехал на площадь трех вокзалов, то есть проверялся, нет ли за ним
"хвоста". Разумеется, он никого не заметил. Работали  с  ним  профессионалы.
Наигравшись таким образом вволю, он вернулся к себе в общежитие.
   Пятого января Актай-ага еще раз позвонил сыну и сообщил, что приезжает  в
Москву 8 января и что им необходимо  встретиться.  Умуд  немедленно  передал
содержание разговора Андрею Г.
   В ночь с 6-го на 7 января Андрей  Г,  находился  в  Химках  на  Юбилейном
проспекте, с какой-то, по наблюдениям оперативников, девицей. Но  занимались
они там не тем, чем занимаются по ночам обычные парень с девушкой. Всю  ночь
оперативники наблюдали  через  окно  на  кухне,  как  эти  двое  взбалтывали
какие-то реактивы - изготавливали наркотики. Было ясно, что Андрей готовился
к приезду Актая-аги.
   Но так уж случилось, что поезд из Киева в Москву опоздал,  Андрей  Г,  не
дождался Актая-аги, и встреча их не состоялась. Актаю-аге пришлось самолично
явиться в общежитие МГУ. Встретил его некий Евгений 3., что-то ему  показал,
объяснил, и Актай-ага после этого разговора уехал в аэропорт, откуда вылетел
в Узбекистан.
   Уже оттуда он позвонил сыну и сказал, чтобы  тот  непременно  связался  с
Андреем Г.: он, отец, будет в Москве 14 января.
   Операция приближалась к тому моменту, когда отец с  сыном  вот-вот  будут
арестованы.
   Андрей Г, тем временем уже купил себе билет в Рузаевку, на родину, на  13
января. Но 12-го числа его наконец нашел Умуд  и  передал  просьбу  отца.  И
Андрей Г, не поехал домой, остался в Москве. Наверное, впоследствии он много
раз жалел об этом.
   Хотя  мало  что  могло  бы  уже  измениться.  Слишком  необратимы   стали
последствия когда-то принятого им решения обогатиться, встав  на  преступный
путь.
   Актай-ага и Андрей Г, встретились 14 января 1993 года  на  станции  метро
"Коломенская". Встретились, вышли из метро, долго  ходили  около  кинотеатра
"Победа", беседовали, расцеловались на прощанье и разошлись. Все  это  время
за ними следили сотрудники правоохранительных органов из машины оперативного
наблюдения.
   Наконец  было  принято  решение   о   задержании   преступников.   Девять
оперативных групп в восемь часоввечера того же дня получили  команду  начать
операцию по задержанию.
   Первая группа  задержала  Актая-агу  с  вещами  на  выходе  из  дома.  Он
собирался следовать на вокзал, чтобы ехать в Киев.
   Вторая группа задержала Умуда на квартире.
   Тем временем Андрей Г, уже приехал в общежитие, причем по дороге играл  в
те  же  шпионские  игры:  опять  проехался  до  трех   вокзалов,   поминутно
проверяясь, но  все  его  проверки  были  играми  дилетанта.  Он  приехал  в
общежитие, но не к себе, а к своему товарищу Александру К., на улицу  Вилиса
Лациса, где и был задержан третьей группой.
   Одновременно с этим остальные  группы  приступили  к  обыскам  в  Химках.
Девушка, с которой проводил ночь  Андрей  Г,  за  изготовлением  наркотиков,
оказалась вовсе не девушкой, а довольно миловидным юношей,  имевшим  длинные
светлые волосы, что в тех условиях  и  ввело  в  заблуждение  оперативников.
Обыски производились также по месту жительства друзей Андрея Г.
   У Андрея Я., юноши с длинными светлыми волосами,  обнаружили  в  квартире
"объекты для химической экспертизы для исследования"  -  так  говорит  сухой
протокол задержания. У девушки Андрея  Г.,  которая  проживала  в  общежитии
Московского института тонких технологий, тоже нашли массу примечательного  и
полезного для следствия. Все девять групп работали одновременно.


   "СЛЕДСТВИЕМ УСТАНОВЛЕНО..."

   Малик Ш, отмечал в своих рассказах про  Актаяагу,  что  тот  не  чурается
гашиша. Покуривает, так сказать.  При  задержании  Актая-аги  при  нем  было
обнаружено 400 граммов гашиша.
   Несколько дней Актай-ага не давал никаких показаний. Нет, он говорил,  но
такое, что не выдерживало никакой критики.
   Так, он утверждал,  что  является  всего  лишь  мелкой  сошкой  и  просто
выполнял отдельные поручения некоего  Джалала-покойника,  который  время  от
времени просил его сделать кое-что  для  него,  съездить  куда-то,  привезти
что-то...
   Но когда-нибудь это должно было закончиться.
   К  тому  времени  большую  помощь  своим  российским   коллегам   оказали
украинские сотрудники правоохранительных органов, которые прислали в  Москву
выборку международных телефонных разговоров Актая-аги  из  Киева.  Одним  из
самых частых его собеседников в Москве был некий  Вадим  Д.  С  ним  мы  уже
немного знакомы.
   Как мы уже отмечали, Вадим  Д,  учился  вместе  с  Умудом  в  медицинской
академии. Когда Актаюаге доказали факт его  переговоров  с  Вадимом  Д.,  он
рассказал полную трагизма историю, в которой его, бедного  азербайджанца  из
Узбекистана, практически полностью подчинил своей воле злодей студент  Вадим
Д., по кличке Большой. Хотя Вадим Д, и  был  небольшого  роста,  он  получил
кличку за почти невероятную мыслительную  деятельность  в  сфере  совершения
преступлений вообще.
   Верить подобному было трудно, но и возразить оперативникам  было  нечего.
Двадцатого января 1993 года Вадима Д, задержали  и  произвели  обыск  в  его
квартире.
   У Вадима Д, были найдены две очень показательные  вещи:  во-первых,  0,47
грамма  амфетамина-сильного  наркотического  вещества;  во-вторых,  методику
изготовления    метадона,    перепечатанную    из    журнала    "Медицинская
промышленность" N 3 за 1957 год.
   На допросе Вадим  Д,  показал,  что  занимался  изготовлением  наркотиков
вместе со своим другом Даниром Б, по заказу... Актая-аги.
   Данир Б., аспирант химфака МГУ, был задержан 21 января 1993 года, днем, в
доме аспирантов МГУ. У него  было  изъято  4400  долларов  США,  которые  он
получил от Актая-аги за свою деятельность по сбыту триметилфентонила.
   И  пошло-поехало.  Данир  Б,  дал  показания,  что  триметилфентонил  был
изготовлен в  Казани.  Изготовил  его  еще  один  гениальный  студент-химик,
победитель многих российских и международных  химических  олимпиад,  близкий
друг Данира Б. Федор А.
   Дальше  -  больше.  Студенты-химики  появляются  как  из  рога  изобилия.
Казалось, весь цвет молодой российской химической науки сошел с ума:  вместо
того чтобы  заниматься  чисто  научными  изысканиями,  талантливая  молодежь
применяет свои знания на практике, которая приносит прибыль - им и смерть  и
болезни - их согражданам. Они изготовляют наркотики в таких количествах, что
ими можно опоить население небольшого государства. В  лабораторных  условиях
эти горе-химики изготавливают сильнейшие наркотические вещества.
   К уже задержанным студентам добавляется Александр К.,  домой  к  которому
позвонил какойто Женя и сказал фразу, лаконичную до  предела:  "Саша,  Данир
уехал туда же, куда уехал Энди". Проще говоря, Данир, предупреждал этот Женя
Александра, арестован, так что будь осторожен! Но Александр К, был арестован
в своем доме в Кургане и препровожден в Москву.
   В  Казани  забрали  Рената  М.,  еще  одного  представителя  криминальной
группировки талантливых студентов.
   Затем пришли за одноклассником-Рената Денисом К., которому тот  передавал
часть наркотиков для сбыта.
   Седьмого февраля из Ухты приехал с  каникул  Женя  3,  и  был  арестован.
Четырнадцатого марта в Казани был задержан  и  препровожден  в  Лефортовский
следственный изолятор Дмитрий П.
   Оперативники за голову хватались: такие с виду  благополучные  ребята,  а
чем занимаются?! Достаточно привести следующий факт: Данир Б, был  арестован
за две недели до своей поездки в США, его работами  заинтересовались  ученые
Колумбийского университета, его будущее, можно сказать, было предопределено,
оставалось совсем немного, а вот поди ж ты! Данир Б, разработал - впервые  в
мире!  -  нетравматологический  диагностический  метод  при  лечении  детей,
больных диабетом. Метод этот и  сейчас  представляет  огромный  интерес  для
ученого мира.
   Подобными  талантами  обладали  буквально  все  участники  этой  странной
преступной группы.
   Одновременно  с  задержаниями  "химиков"  производились,  естественно,  и
обыски, которые каждый раз завершались изъятием наркотиков.
   У Дениса К., например, впервые в  истории  российских  правоохранительных
органов было изъято 50 граммов сухой фракции  триметилфентонила.  Пятидесяти
граммов этого порошка, внешним видом напоминающего какао, достаточно,  чтобы
изготовить 75 тысяч ампул, каждая из которых, напомним, содержит 2-3 дозы, а
для начинающего-до 10 доз.
   Конечно, рано или поздно деятельность химиков не могла не попасть в  поле
зрения преступных группировок-настоящих преступных группировок, которые,  не
в пример студентам, могут и ножом зарезать, в  прямом  смысле  этого  слова.
Ренат М. рассказал, как на него "наехали" представители казанской преступной
группировки, заставляя делать наркотики  для  них.  Опасаясь  расправы,  что
логично, он выполнял требования бандитов. Часть изготовленных наркотиков  он
передавал бандитам, часть - однокласснику Денису К, для сбыта, еще  часть  -
Даниру Б, и Андрею Г, в Москву. Работал, что называется, не покладая рук.
   Двадцатого марта был задержан некий Рустам
   3.,  который  требовал  от  Рената  М,  активной  деятельности  на  благо
наркомафии в городе Казани. Рустам 3,  всячески  контролировал  деятельность
Рената М, и за месяц таким образом проконтролировал изготовление 600 граммов
триметилфентонила. Это очень много.
   Это очень много!!!
   Двадцать  восьмого  мая  арестован  еще  один   представитель   казанской
преступной группировки Эльвар Ш.
   Таким образом, по уголовному делу студентовхимиков на  май  1993  года  в
следственном изоляторе Лефортово оказалось 16 человек.
   И это был еще не конец.



 

<< НАЗАД  ¨¨ ДАЛЕЕ >>

Переход на страницу:  [1] [2] [3] [4]

Страница:  [3]

Рейтинг@Mail.ru








Реклама